Измена. Предателей прощать нельзя!

Глава 1

— Ты главное, не расстраивайся, — голос сестры звучит уверенно, пока она катит мою инвалидную коляску по коридору. — Ну, к Новому году ты, конечно, поправиться не успеешь, но к Рождеству, я думаю, физиотерапия даст результаты.

Вот откуда ей знать? Рассуждает так, будто у неё медицинское образование.

И понимаю, что не стоит, конечно, ворчать, но мне так надоели эти пустые слова утешения… В больнице мне сразу сказали, что гарантий никаких не дают. Смогу ли я снова ходить? Будет видно. Вот и весь их вердикт.

Но так или иначе к Кристине я всё-таки несправедлива. Она заботилась обо мне и даже время о времени подменяла мою сиделку.

Тем более что Алексей не мог позволить себе нянчится со мной всё это время после аварии — как только меня выписали из больницы продолжать восстановление на дому, супруг снова с головой зарылся в работу.

Я понимала, что так он пытается единственным ему известным способом отвлечься от пережитого, но мне от этого иногда становилось слишком тоскливо и муторно на душе.

Мне не хватало сейчас его тепла и внимания. Алексей отстранился и охладел, хотя и уверял, что мне это кажется.

— Лина, дай нам время, — устало проговорил он, когда я рискнула высказать ему свои опасения. — Такие вещи в момент не забываются.

Конечно, нет. Моя коляска — ежедневное об этом напоминание. Коляска и ещё то, что почти наверняка куда сильнее давило мужу на нервы.

Почти нулевые шансы на то, что у нас когда-нибудь появятся свои дети.

Но об этом Алексей стоически молчал. Вот только я и без слов всё понимала.

— Очень надеюсь, — проговорила я едва слышно, когда сестра выкатила меня на террасу, и я наконец-то полной грудью вдохнула бодрящий морозный воздух.

Господи, как хорошо…

День был пасмурным, с утра даже снежило. Но именно такую погоду я и любила.

— Ну и холодрыга, — пожаловалась сестра, хотя была укутана с ног до головы.

А я печально подумала про себя, что как минимум ноги у меня не замёрзнут. Я этого просто не почувствую…

— А ты уже решила, где будешь праздник отмечать? — я подняла на неё взгляд.

Кристина неопределённо пожала плечами.

— Пока точно не знаю. Время определиться есть. Ноябрь ещё не закончился.

— Если захочешь, можешь к нам приезжать, — робко предложила я ей. — Алексей ничего не говорил. На корпоратив, конечно, поедет. Всё-таки глава фирмы, пропустить он не может.
Поедет, только с той разницей, что в этом году без меня. Я не хотела в таком виде перед его коллегами, партнёрами и подчинённым появляться, а у него — обязанности. Мы этот вопрос уже обсудили.

А вот что касалось новогодних праздников… Мы собирались в Красную поляну рвануть, покататься на лыжах, в горы подняться…

Покатались, поднялись…

Я с тоской опустила взгляд на свои укрытые толстым пледом немощные конечности.

— Так, Василина, ты только нюни не распускай, — приказала сестра.

— А ты Василиной меня не называй, — нахмурилась я. — Знаешь же, что я не люблю.

Во мне до сих пор тлела застарелая обида на решение родителей. Вот почему именно меня Василиной называли? Мама объясняла, что в честь прабабушки, которую она очень любила. Но лучше бы она мою сестру-двойняшку таким именем одарила…

— Мало ли что ты не любишь, — проворчала сестра. — Ладно, поехали в дом. Хватит студиться.

Я не стала ей возражать. По большому счёту Кристина могла бы со мной и не возиться — в помощниках нужды у нас не было. Алексей нанял мне сиделку. Да и при необходимости кто-то из небольшого домашнего штата мог мне помочь — домработница Ольга или кто-то из её помощников.

Но Кристина на какое-то время перебралась к нам погостить, чтобы убедиться, что я ни в чём не буду нуждаться.

— Спасибо, — отозвалась я, когда она вернула мою коляску в гостиную. — Ты сегодня с нами ужинаешь или к себе поедешь?

В городской квартире Кристину дожидались её многочисленные цветы и её парень. А ещё она не могла долго обходиться без компании своих подруг, с которыми время от времени сбегала от рутины в клуб или СПА-салон, чтобы развеяться.

— Пока не решила, — пожала плечами сестра. — Если не возражаешь, спрошу у Алексея. Не хочу вам своим присутствием надоедать.

— Глупости, — отмахнулась я.

Но не стала добавлять, что супруг сейчас не особенно-то стремиться слишком много времени в моём присутствии проводить. Я подозревала, его мой вид угнетал. А мне не хотелось портить ему настроение.

Час спустя Кристина заглянула ко мне, сообщила, что поедет по делам в город и, возможно, вернётся к ужину.

— Алексею я не дозвонилась. Секретарша сказала, у него какое-то там важное совещание, — сообщила она. — Поэтому по ситуации.

Ситуация действительно вырисовалась непонятная, потому что мне Алексей не звонил, а домой вернулся чуть раньше обычного.

Привычно чмокнув меня в макушку, огляделся.

Глава 2

— Я рад, что ты передумала.

Хриплый голос мужа, севший от неприкрытого желания, вывел меня из ступора.

Непослушными от крупной дрожи руками я направила коляску прямо к двери, из-за которой раздавались ошарашившие меня голоса.

Подкатившись к ней вплотную, врезалась в дверное полотно коленями, распахивая дверь настежь. Но не страшно, я всё равно сейчас ничего не ощутила.

Буквально влетев в кабинет мужа, едва успела схватиться за дужки колёс, чтобы затормозить и никуда больше не врезаться.

— Лина! — взвизгнула сестра, едва кубарем не скатившись с колен моего мужа.

Я с отвращением отвела взгляд от явного свидетельства его возбуждения.

— Я вас там… заждалась, — выдохнула я, едва саму себя слыша из-за шума крови в ушах.

— Что за цирк? — угрожающе рыкнул Алексей, поднимаясь из кресла.

Его лицо побледнело от гнева. Под гневом он часто скрывал досаду от того, что ему приходилось испытывать неловкость. Он ненавидел это ощущение. Терпеть не мог, когда его заставали врасплох.

— Что же вы… даже дверь не заперли? Решили, раз я калека, то не посмею вам пом-мешать?

Мой голос безобразно прыгал, но слова буквально рвались с моего языка.

— Лина, послушай… — начала было сестра, запахивая на своей пышной груди расстёгнутую до самого пупка блузку. — Это всё не то…

— А что? Что?! — крикнула я. — Ты спишь с моим мужем, чтобы скрасить его ожидание, пока я в норму приду?

— А если ты не придёшь? — громом грянул над моей головой его равнодушный вопрос.

Я уставилась на Алексея, и мир вокруг меня смазался, поплыл.

— Что?..

— Ты слышала, — бесстрастно отчеканил супруг. — Мы все ходим вокруг да около этой темы, жалеем тебя. Но если посмотреть правде в глаза.

Он сверлил меня мрачным взглядом, даже не потрудившись поправить рубашку или застегнуть ремень своих брюк. Просто стоял сейчас у своего кресла, сунув руки в карманы брюк. Не стесняясь своего вида. Стоял и уничтожал меня своими словами.

— А я смотрю, — прошептала я, не сводя с него взгляда. — Я прямо сейчас смотрю правде в глаза и вижу, какая она уродливая!

Кристина шумно втянула воздух в лёгкие, но Алексей метнул на неё предупреждающий взгляд, мол, даже не пытайся сейчас влезать в разговор. И она подчинилась.

— Выйди, — коротко приказал он ей, снова уставившись на меня. — Этот разговор давно назревал. Самое время расставить все точки над «i».

Кристина беспрекословно и немо попятилась, и спустя пару мгновений я услышала мягкий щелчок. Ну вот теперь-то она дверь закрыть потрудилась.

— Тут ты права, — кивнул мне супруг. — Правда действительно неприятная. Она состоит в том, что твоё восстановление безбожно затягивается. Врачи за своими обещаниями маскируют неутешительные перспективы и просто тянут из меня деньги. Но меня не этот вопрос беспокоит. Мне в кои-то веки нужно хоть немого подумать и о себе.

Я сглотнула. Глова кружилась, оттого что я не могла нормально вдохнуть и выдохнуть. Грудную клетку сдавило, и сейчас я желала только о том, что верхняя часть тела продолжала всё чувствовать.

— Это ты так свою измену собираешься оправдать?.. Тем, что тебе невтерпёж?

— У меня, Василина, как и у любого другого здорового мужчины, существуют естественные потребности, которые требуют удовлетворения. Если бы я для утех себе шлюху выписал, тебе от этого стало бы легче?

Я содрогнулась, он не позволила себе стушеваться под его пристальным взглядом.

— Ты намеренно говоришь мне все эти м-мерзкие вещи…

— Я с тобой в кои-то веки честен и откровенен. Надеюсь, ты это оценишь, — бросил супруг. — Время идёт, а прогресса давно нет. Никакого. Хотя к этому времени они уже тысячу раз обещали, что дело вот-вот сдвинется с мёртвой точки. Ни препараты ни физиотерапия, ни прочие ухищрения никаких результатов не дают. Они просто не хотят расписываться в собственной беспомощности, их можно понять. Медицина — тоже бизнес, ничего личного. Но я устал сидеть и ждать с моря погоды.

— А жить с женой-калекой не хочешь… — прошептала я, чувствуя, как в середине груди разверзается кровоточащая рана.

— Не делай из меня зверя, — отмахнулся муж. — Мы вполне спокойно можем оставаться в официальном браке, но мне нужна женщина. Полноценная женщина, понимаешь? Такая, которая сможет в конце концов мне ребёнка родить! А ты даже если встанешь и каким-то чудом пойдёшь, сможешь ли выносить? Сомневаюсь. И это факты. Да, жестокие, но факты.

Мне казалось, я сейчас задохнусь от невыносимой боли. Не думала раньше, что разбитое сердце может так сильно болеть.

— И ты н-никого не нашёл лучше неё… — прохрипела я, не сводя с его ненавистного лица помутневшего взгляда. — Затащил в постель мою сестру…

— Затащил? — хмыкнул супруг. — Да она сама с радостью в неё прыгнула. Будто ты не знаешь, что Кристина была в меня влюблена ещё с тех самых пор, как мы с тобой стали встречаться. За последнее время мы успели с ней пообщаться, и пообщаться достаточно, чтобы я понял, что между нами действительно что-то есть. Нас тянет друг к другу, и я просто перестал этому сопротивляться. Всякому терпению, Лина, приходит конец. Я — не исключение. Ты можешь навсегда остаться в этой коляске, но жизнь вокруг тебя продолжается. Тебе бы самой хотелось, чтобы я себя рядом с тобой похоронил?

Глава 3

— Похоронил… — прошептала я одними губами.

Внутри что-то надломилось и беззвучно обрушилось вниз, будто остатки моего и без того исковерканного скелета надломились окончательно.

Безвольными руками я кое-как нащупала дуги колёс. В голове билась только одна внятная мысль — мне нужно поскорее выбраться отсюда, оказаться подальше, чтобы я совсем с ума не сошла.

Муж, кажется, заметил мои бесполезные усилия.

— Разговор окончен?

— А что, ты мало пуль в меня выпустил? — внезапно рявкнула я.

Думала, во мне вообще никаких сил уже не осталось, но словно открылось второе дыхание. Сейчас я чувствовала себя как-то странно. По телу то и дело пробегала мелкая дрожь, Которая как будто затрагивала даже нижние конечности, хотя этого быть, конечно, никак не могло. Я же парализована.

И в одном я с Кругловым не стала бы спорить — я достигла плато, прогресса в моём выздоровлении не было. Именно потому меня его слова так больно и били. Потому что били в цель.

— Лина, я всего лишь пытаюсь говорить с тобой честно. После очень долгого времени вынужденной лжи…

— А ты когда-нибудь задумывался над тем, нужна ли мне такая честность?! — выкрикнула я, и дрожь во всём теле усилилась. — Ты хоть подумал об этом?! Или ты просто делаешь всё, чтобы меня поскорее уничтожить?! Чтобы окончательно меня в могилу свести, и потом уже без зазрений совести, откорчившись на публику в притворной скорби, в открытую трахаться с моей сестрой!

— Лина… — во взгляде мужа проскользнуло ничем не скрытое удивление.

Он от меня такой реакции никак не ожидал. Уж точно не после того, как я под весом его собственных слов опустилась на самое дно своего отчаяния, откуда обычно уже и не поднимаются.

— Хватит! Не пытайся меня вразумить! Не пытайся что-то мне доказать! Не пытайся оправдываться! Ты сволочь! Сволочь и предатель. Вы оба предали меня!

И пока я орала, не могла сосредоточиться ни на чём, но его ошарашенный вид и резкий вдох заставили меня осечься.

— Что?! — гаркнула я.

— Ты... сама не поняла? — шок в его голосе заставил меня прийти в себя.

Потому что я… стояла. Произнося свою обвинительную речь, истерично выкрикивая супругу всё, что во мне накопилось, я даже не сообразила, что поднялась. Как и когда это произошло — я не помнила. Но я стояла.

А когда осознала это, рухнула вниз… и наверняка завалилась бы набок, вывалилась из коляски и опрокинула её на себя, если бы муж вовремя меня не подхватил.

Он держал меня крепко. Я тряслась, но и он тоже дрожал.

На какое-то мгновение я вообще отключилась. Мозг как будто перестал функционировать и все мысли подевались куда-то.

— Лин, ты… ты это сделала, — неверяще пробормотал мне в волосы муж. — Ты встала. Ты же… ты понимаешь, что это значит?

Он отстранил меня от себя, и в уголках его глаз я с изумлением заметила блеснувшую влагу.

Но этот миг, случившийся где-то вне времени и пространства, Вспыхнув сверхновой, тут же померк. И я вернулась в реальность. В реальность, где застала бережено обнимавшего меня сейчас мужа с собственной сестрой!

Мужа, который буквально только что мне заявил, что готов меня бросить, потому что…

— Лин, прости меня. Прости, но оно того стоило…

— Ч-что?.. Что? Что чего стоило?

— Это сработало.

— Что сработало? Что?! — я забилась в его объятиях, попыталась поскорее выпутаться из них и толкалась до тех пор, пока он наконец не отстранился.

— Объясни мне немедленно! — рявкнула я.

Круглов выглядел виноватым. До меня уже начало доходить, но я хотела услышать. Я хотела, чтобы он сам мне это сказал. Чтобы я ничего не додумывала и не фантазировала.

— Это был отчаянный шаг, — проговорил он. — Заставить тебя так разволноваться, чтобы потрясение заставило твою нервную систему включиться.

Я застыла от шока.

— Вы это... подстроили?

— Главное, что это сработало, Лин.

Нет, нет, нет. Он лжёт. Он пытается всё вывернуть так, будто измена балы лишь обманкой.

— Н-не смей дурочку из меня делать! — прорычала я, упёршись ладонями ему в грудь. — Я видела, что ты её хотел! Я видела!

Муж смутился

— Лин, ну это естественная реакция организма после длительного воздержания. Тут я ничего не могу с собой поделать. Слушай, хватит зацикливаться на этом. Самое главное, что ты не останешься калекой. Ты хоть понимаешь, хоть осознаёшь, что сейчас произошло?

Нет, если честно, я сейчас ни черта не осознавала. У меня в голове всё смешалось, а тело странно ныло, все мышцы как будто выворачивало наизнанку.

Но стоило подумать об этом, как до меня наконец-то дошло — выворачивало именно потому, что я их действительно ощущала…

Словно угадав, о чём я сейчас думаю, муж отвлёк меня.

— Лина, ты это чувствуешь?

Глава 4

— М-между нами?..

Растерянный, ошарашенный взгляд сестры перебежал с меня на обнимавшего меня мужа. Мне показалось, он ей кивнул, но я не стала бы этого наверняка утверждать. Я была слишком ошеломлена произошедшим. Комната до сих пор слегка покачивалась у меня перед глазами.

— Вы подстроили это? — сдаваться я, несмотря на своё состояние, не собиралась.

Я добьюсь ответов, которые мне сейчас важнее моего самочувствия.

— Скажи ей, Кристина, — с нажимом потребовал муж, потому что моя сестра продолжала стоять и таращиться на нас, как будто вообще плохо понимала, для чего тут находится.

— А… — наконец отмёрзла она. — Подстроили?.. Ну… да?

— Ты отвечаешь или спрашиваешь? — проскрежетала я.

— Лина, я н-не думаю, что нам стоит сейчас…

— Нет, стоит! Стоит! — и я стукнула ослабевшим кулаком себя по колену, с наслаждением отмечая, что почувствовала этот удар,

Смутно, слабо, но ощущения были. И тут я уже не могла убеждать себя в том, что мне показалось.

— Мы это сделали для тебя, — повторил муж. — Ради тебя.

— Д-да, — проблеяла Кристина. — Да, мы... чтобы ты…

— Чтобы тебя растормошить. Говорю же.

Кажется, мою сестру произошедшее пришибло не меньше, чем меня или Круглова. Она всё никак не могла собраться с мыслями и сказать хоть что-нибудь вразумительное. Не ожидала, что их уловка сработает?

— Ты вообще не думала о том, что меня такая выходка могла окончательно в паралич вогнать? — бросила я ей. — Вы оба об этом не думали?

— Мы… — Кристина перевела беспомощный взгляд на Алексея. — Мы…

— Мы просто не знали, что ещё можно предпринять, — подхватил муж. — Давай я пересажу тебя в кресло. Ещё рано повторять этот подвиг.

Его внезапно проснувшаяся заботливость после всего, что он тут устроил, казалась мне сейчас чем-то абсолютно чужеродным.

— Может, и я могу чем-то помочь? — нервно отозвалась Кристина. — Вась, ты нас так напугала!

Кажется, начала понемногу оттаивать. Но я пока не представляла, как взять и переключиться на другую волну, как заставить себя перешагнуть в ту реальность, в которой не было измены, была инсценировка. Ради моего же блага, как утверждал Круглов.

Но пока в голове царил непроходимый туман, организм реагировал так, как предписано — адреналин стал улетучиваться, и на меня постепенно накатывала бесконечная усталость. Отвыкшие от активности мышцы и доведённая до пика нервная система буквально вопили мне о том, что я сейчас вообще отключусь.

Очень бы этого не хотелось. Мне нужно разобраться в ситуации по горячим следам!

— Можешь, — кивнула я, дождавшись, пока муж поднимается и осторожно усадит меня в моё кресло.

Стараясь не смотреть на него и не выдавать крайнюю степень своего замешательства, я обернулась к сестре.

— Отвези меня в комнату. Мне после всего этого... мне нужно передохнуть. Я… мне кажется, я сейчас сознание потеряю.

Круглова такая перспектива встревожила.

— Лин, может, мы всё-таки скорую вызовем? Или врача. Расскажем ему о том, что случилось. Он сразу тебя и осмотрит. Вынесет свой вердикт.

— Завтра, — я вынесла собственный вердикт. — Я себя нормально чувствую. Просто усталость накатила. Мне нужно отдохнуть.

Я не хотела видеть сейчас никого постороннего, не хотела переключаться на прочие хлопоты.

— Давай договоримся, — прежде чем меня отпустить, Алексей присел на корточки передо мной и заглянул в глаза. — Если действительно посочувствуешь недомогание, тут же мне сообщишь.

Да что угодно, только бы наше общение сейчас прекратилось.

— Обещаю, — кивнула я.

В ответ он схватил мои ледяные руки и сжал их в своих горячих ладонях.

Я не знала, что чувствовала сейчас. Смотрела на наши руки и не понимала. Голова начинала раскалываться.

— Лина, я знаю, о чём ты сейчас думаешь.

Правда? Он так уверен в том, что действительно знает, чем сейчас заняты мои мысли?

— Думаешь, что это случайность и всё произошло только из-за состояния аффекта. Но это не так. Твоё нервное напряжение сработало как триггер, как нужный триггер.

— А ты не мог как-то… позитивнее триггер придумать? — проговорила я, не предпринимая попыток вырвать свои руки из его ладоней.

Круглов метнул взгляд вверх, видимо, встретившись глазами с ухватившейся за ручки позади моей коляски Кристиной.

— Я понятия не имел, что могло бы сильнее сработать, — сознался он. — Сильнее этого. В голову так больше ничего и не пришло.

— Это было жестоко. Бесчеловечно

— Прости, — он сжал мои пальцы чуть сильнее. — Я не ожидаю, что ты сразу это примешь и простишь. Но для меня сейчас важнее то, что это сработало. Правда, Кристина?

— Д-да, — пробормотала она едва слышно. — Да. Конечно. Главное, что… что сработало.

Глава 5

— Так ты… ты действительно что-то почувствовала?

Сестра наконец-то решилась прервать гнетущее молчание, которое установилось между нами, пока она катила мою коляску в спальню.

Подкатив меня к самой постели, она уже привычным движением собиралась подхватить меня, чтобы помочь перебраться на кровать. Но даже невзирая на адскую усталость, я отстранилась от неё, подтянулась и, совершая нечеловеческие усилия, сама провернула этот трюк.

Отчасти во мне говорило ещё и желание доказать ей, что я не настолько беспомощна, как ей казалось.

Моё душевное состояние до сих пор сложно было назвать не просто нормальным, а хотя бы адекватным. В голове всё безнадёжно перемешалось, и что хуже всего, реакция мужа на то, что случилось, окончательно вогнала меня в тупиковое состояние.

Мне требовалось время, требовался покой и отсутствие внешних раздражителей, чтобы понять, как я отношусь к его феерическим объяснениям.

— Да я благодаря вам чего только не почувствовала, — проскрежетала я, решив, что сейчас стоило воспользоваться подвернувшейся возможностью и подсобрать информации. — Когда вы умудрились с ним сговориться?

Кристина отступила от меня, видя, что помощь мне сейчас действительно не нужна и, оглядевшись, присела на пуф у стены, сложила руки на коленях.

— Ну… с этим разве есть проблемы? Мы же часто с ним сейчас видимся, и я у вас тут в последнее время почти постоянно пропадаю.

— Это не ответ.

Я не могла себя заставить, не могла делать вид, что на лету переосмыслила то, что видела и слышала. Другим словами, я слабо верила в объяснения мужа. Мне не хватало информации для того, чтобы вынести собственный вердикт. А ещё я не могла не заметить, как нервничала сестра.

Кристина то и дело потирала сложенные в замок пальцы, будто не могла спокойно сидеть на одном месте. Хотя я всё-таки делала скидку на то, что мы все были на нервах.

В конце концов я буквально ракетой влетела в кабинет мужа и откровенно их напугала. Сработал в первую очередь эффект неожиданности. Тут в равной степени виновные и невиновные испугались бы.

— Это… постепенно пришло. Мы не сразу это придумали. Твой муж придумал. Это не моя идея.

— Не хочешь красть авторство этой гениальной задумки? — хмыкнула я, даже не пытаясь скрыть язвинку в голосе. — Вам в голову приходило, что я от такого оригинального метода могла вообще откинуть концы?

Кристина заморгала, а потом промямлила:

— Но врачи же сказали, что с сердечно-сосудистой всё в полном порядке?.. Ты же не думаешь всерьёз, что могла инфаркт получить?..

— А ты думаешь только сердечники инфаркт получают? — прищурилась я. — Ты… Ладно. Понятно. Вы отчаялись, решили поставить меня на ноги через шок.

— Что-то вроде того, — промямлила Кристина. — Лина, поверь, я не думала, что ты так... так яростно отреагируешь. Я решила, может, ты и сама думала о чём-то подобном…

— О чём? — вскинулась я. — О том, чтобы вас вместе свести? Недогадливая я, оказывается. Нечуткая и равнодушная к горестям своей второй половины жена.

— Лин, да я же не об этом…

— А я, Кристин, об этом. И мой муж — об этом. Ну и если фактам в глаза посмотреть, то он же не привирал. Времени действительно немало прошло, и… И я, выходит, была единственной легковерной идиоткой, которая до сих пор действительно слепо верила докторам. Алексей, как всегда, прагматичный и реалист, трезво оценивал наши шансы. А ты?

От неожиданного вопроса сестра даже, кажется, вздрогнула.

— Я?..

— Да. Ты что обо всём этом думала? Только сейчас-то не ври. Прямо скажи, Ты размышляла примерно в том же ключе, что и мой дражайший супруг? Посчитала, что у меня никаких шансов на восстановление давно уже нет?

Кристина сглотнула и забегала взглядом по комнате, не в состоянии надолго остановиться ни на чём.

— Я… я уже даже не помню, о чём я конкретно думала. Я просто пыталась тебя поддержать. Я настраивалась на лучшее. Я не могла не прислушиваться к специалистам. Просто, наверное… часть меня склонялась к тому, что, может быть, всё и так, как Алексей говорил.

— И поэтому согласилась встряхнуть меня, оседлав моего изголодавшегося по женской ласке мужа, да?

— Я…

— Ну да, — я кивнула. — Всё ж в конце концов для пользы дела.

— Лина, я понимаю, как это сложно принять. И я не ждала, что ты сможешь…

— Знаешь, мне вот что теперь интересно, — перебила я её невнятные объяснения. — Ладно мы тут все посвящённые в ваш целительный заговор... А что твой Максим-то на всё это скажет? Или ты с ним заранее договорилась? Ну вот пришла к своему мужчине и заявила, что у вас с мужем сестры есть замечательный план, как поставить меня на ноги. Потом ты, естественно, посвятила его в этот план. Он тебя внимательно выслушал и, конечно же, великодушно со всем согласился. Потому что это же в конце концов ради благого дела.

Я внимательно следила за тем, как и без того встревоженное и осунувшееся лицо сестры ещё сильней побледнело.

Так я и думала. Видимо, миссия была сверхсекретной.