Алина
Алина мысленно выругалась в сотый раз, глядя на бесконечную вереницу машин. Собеседование у самого Власова. Опоздать к Власову — это не просто провал, это профессиональное самоубийство. Она вылетела из такси, поправила жакет на бегу и постаралась сделать лицо кирпичом, влетая в холл офиса.
— Вы опоздали.
Голос был низким, спокойным и таким холодным, будто в кабинете работал кондиционер на минус.
Алина закрыла за собой дверь и впервые посмотрела прямо на него.
Максим Власов — мужчина, о котором в деловых кругах ходили легенды. Безжалостный. Расчётливый. Привыкший получать всё.
И сейчас он смотрел на неё так, будто уже оценил. И принял решение.
— У меня была пробка, — ровно ответила она, хотя сердце предательски ускорилось.
Он встал.
Медленно.
Слишком медленно.
Высокий, в тёмной рубашке с закатанными рукавами. Ни одного лишнего движения. Ни одной лишней эмоции.
— Я не люблю оправданий.
— А я не люблю мужчин, которые думают, что весь мир должен подстраиваться под них.
Пауза.
Опасная.
Он усмехнулся. Впервые.
— Интересно.
Алина почувствовала, как воздух между ними стал плотнее. Вызов — вот что он увидел в ней. Не страх. Не восхищение.
Вызов.
— Сядьте, — произнёс он уже мягче.
Она села, стараясь не показать, что его близость действует на неё слишком сильно. От него пахло дорогим парфюмом и чем-то ещё… властью.
— Мне нужна спутница на три месяца, — сказал он ровным голосом. — Официальные мероприятия. Деловые встречи. Светские ужины.
Она моргнула.
— Простите?
— Фиктивные отношения. Контракт. Оплата вас устроит.
Он подвинул к ней папку.
Сумма заставила её на секунду забыть, как дышать. Это было нелепо. Слишком много для простой «спутницы». Слишком щедро для трёх месяцев лжи. В голове пронеслось: «Этого хватит. На всё. На мамину операцию, на долги, на то, чтобы наконец выдохнуть».
— Почему я?
Максим приблизился. Опёрся ладонями о стол, наклоняясь чуть ниже.
Слишком близко.
— Потому что вы не пытаетесь мне понравиться.
Его взгляд скользнул по её губам. Медленно.
Не скрываясь.
— И потому что я вижу, как вы сейчас стараетесь держать дистанцию.
Щёки Алины вспыхнули.
— Вы самоуверенны.
— Я наблюдателен.
Он протянул руку и поправил прядь её волос. Невесомо. Почти случайно.
Но этого касания хватило, чтобы по её коже пробежала дрожь.
Она резко встала.
— Я подумаю.
— Вы согласитесь, — спокойно сказал он.
— Это ещё почему?
Максим сделал шаг вперёд.
Теперь между ними не было даже шага.
— Потому что вам нужны деньги. — Пауза. — И потому что вам уже интересно.
Тишина стала густой.
Она ненавидела то, что он был прав.
— Три месяца, — сказала она тихо. — Только по контракту.
— Разумеется. — Он кивнул, но взгляд его задержался на её губах ровно на секунду дольше, чем позволяли деловые переговоры. — Всё по правилам. Я пришлю водителя завтра в восемь.
Когда она вышла из кабинета, ладони всё ещё дрожали.
Она только что подписалась на игру.
И почему-то была уверена — правила в ней будет устанавливать не она.
Алина
Первая неделя пролетела как в тумане.
Алина входила в роль: идеально подобранные платья (его вкус, его деньги), правильные улыбки на мероприятиях, нужные фразы в светских беседах. Она была красивой картинкой рядом с Власовым. И это начинало её бесить.
Потому что каждый вечер, когда они садились в машину, он становился прежним — холодным, отстранённым, чужим. Днём она была просто «проектом».
— Завтра особый ужин, — сказал Максим в пятницу вечером, даже не взглянув на неё. — Будет Кирилл Андреев. Мой основной конкурент.
Алина ждала продолжения.
— И что?
Он наконец повернул голову. Взгляд тяжёлый, изучающий.
— Твоя задача — понравиться ему.
Она замерла.
— В смысле?
— В прямом. Андреев недавно развёлся. Любит красивых женщин. Любит то, что принадлежит другим. — Максим говорил ровно, но в голосе появилась стальная нотка. — Ты будешь приманкой.
Алина сглотнула.
— Вы хотите, чтобы я… флиртовала с ним?
— Я хочу, чтобы он влюбился в тебя по уши. Чтобы думал о тебе, когда ложится спать. Чтобы ради встречи с тобой был готов подписать что угодно.
Тишина в машине стала вакуумной.
— А вы? — тихо спросила она. — Вы будете спокойно на это смотреть?
Максим усмехнулся. Той самой усмешкой, от которой у неё внутри всё переворачивалось.
— Я буду смотреть, как ты работаешь. Это бизнес, Алина.
— Конечно, — ответила она, чувствуя странную горечь. — Бизнес.
---
На ужине Кирилл Андреев оказался совсем не таким, как она представляла.
Моложе Максима, светлые волосы, открытая улыбка. Он смотрел на неё с первого же мгновения — и не отводил взгляд.
— Вы потрясающе выглядите, — сказал он, целуя ей руку.
Алина улыбнулась. Профессионально. Нужно.
— Спасибо.
Она чувствовала спиной взгляд Максима. Тот сидел напротив и медленно вращал бокал с вином. Лицо — непроницаемая маска.
— Давно вы с Максимом? — спросил Кирилл, чуть наклоняясь к ней.
— Достаточно, — мягко ответила она.
— Жаль. — Он понизил голос. — Я бы с удовольствием украл вас у него.
Алина рассмеялась. Легко. Свободно.
И краем глаза заметила, как пальцы Максима сжали бокал сильнее.
---
После ужина Кирилл долго прощался. Слишком долго. Задержал её руку в своей, спросил номер «для связи по одному проекту». Алина дала. Рабочий.
Когда они остались вдвоём в машине, Максим молчал.
Всю дорогу молчал.
Алина не выдержала первой:
— Ну что? Я справилась?
Он повернул голову. В темноте салона его глаза казались почти чёрными.
— Справилась, — голос низкий, глухой. — Он уже клюнул.
— Тогда чему обязан такому кислому лицу?
Пауза.
Максим резко потянулся к ней, и Алина замерла. Он поправил лямку платья, которая сползла с плеча. Один палец скользнул по открытой коже.
Медленно.
Слишком медленно.
— Ты слишком хорошо справилась, — сказал он тихо.
И отстранился.
Алина сидела, боясь дышать. Внутри всё кипело от вопросов, на которые она не имела права спрашивать ответ.
Машина остановилась у её дома.
— Завтра он тебе позвонит, — сказал Максим, не глядя на неё. — Встретишься. Кофе. Лёгкий флирт.
— А вы?
— Я? — он усмехнулся, но усмешка вышла жёсткой. — Я буду делать вид, что ничего не замечаю.
Алина вышла из машины, но прежде чем захлопнуть дверь, наклонилась:
— Знаете, Максим, — тихо сказала она. — Вам не идёт роль сводника.
Дверь захлопнулась.
Она не видела, как он сжал руль так, что побелели костяшки.
Не видела, как выругался сквозь зубы, когда её фигура скрылась в подъезде.
И уж точно не знала, что Максим Власов впервые в жизни начинал ненавидеть собственный план.