Мальчик прицелился…
– А вот и кафе! – Иришка, как настоящий конферансье, взмахом руки указала на здание через дорогу.
Там в окнах первого этажа уютно мигали огоньки гирлянд, виднелись яркие букетики цветов на столах, за которыми сидели люди, и иногда мелькал бариста за стойкой. Над всем этим висело название кафе – Купидон – с малышом-божеством, целящимся во всех посетителей разом.
Я скептически взглянула на подругу.
– С твоей катастрофической невезучестью в отношениях пора передать всю власть купидону, – объяснила она мне.
– Этому… мальчику? – уточнила я. – Ты вообще задумывалась, что этот малыш подталкивает людей на очень взрослые дела? Я имею ввиду 18+ и всё такое…
– Ну ты и зануда, – фыркнула Иришка, продолжая вести меня вперёд к кафе.
– Я просто беспокоюсь о детях! – для убедительности пояснила я. – Он ведь даже не смотрит, куда пускает свои стрелы! Мало ли в кого попадёт…
– Вот пусть лучше в тебя попадёт, – перебила меня Иришка. – А то надоело на тебя смотреть после каждого твоего разрыва с очередным “тем самым”.
– Да на любого после разрыва неприятно смотреть, – справедливости ради заметила я.
– Вот! А в этом кафе все находят свои вторые половинки! – и подруга шагнула внутрь этого заведения так гордо, словно сама его и создала.
– Все – это ты и твой будущий муж? Он ходил сюда годами, пока ты не устроилась работать неподалеку и не пришла сюда за кофе? – с сарказмом уточнила я.
– И купидон тут же нас свёл!
– Попробовал бы он вас не свести, – хмыкнула ей в ответ.
Эта парочка собиралась пожениться спустя пару месяцев после первой встречи. И весьма агрессивно отстаивала свою позицию! Хотя и выглядела крайне гармонично, надо признать, – словно они оба и впрямь были созданы друг для друга. Глядя на них можно было с уверенностью сказать, что у них не было и шанса пройти мимо друг друга. И стрелу Купидона они могли и сами завернуть под нужным им углом.
За этими мыслями я скинула зимнее пальто, повесила его на вешалку у входа, стянула шапку с головы и огляделась. Много светлого дерева, много стекла, много света. “Растения! Вот чего тут не хватает”, – сразу подумала я. И, как у любого флориста, в моей голове тут же сложился дизайн помещения, увитый цветами. “Здесь пара фикусов, тут – горшок с суккулентами… Так, Тоня, остановись!”.
Людей было много, почти все столики были заняты. Кое-кто из посетителей просто стоял и болтал, поэтому пришлось обойти несколько компаний, чтобы дойти до баристы. Он стоял за длинной деревянной стойкой с очень вежливым выражением лица. Мой взгляд скользнул за его спину – туда, где на стене висела доска с меню.
– Купидон с молоком, купидон со сливками, – удивленно прочитала я вслух. – Купидон с карамелью, купидон… простите, крепкий?! Что за дурацкие обозначения кофе? – я растерянно посмотрела на подругу. – Что из них мой раф?
– Сколько пафоса, – фыркнула она и посмотрела на баристу. – Сделайте ей, пожалуйста, самый дряной кофе, – тут Иришка глянула на меня. – И любой граф откажется от твоего рафа ради местного кофе!
– Только не дряной кофе! – с мольбой посмотрела я на баристу, и тот с улыбкой кивнул.
– Я понял. Один недряной кофе, а вам? – он перевёл взгляд на Иру.
– Мне купидон с двойными сливками и два штруделя с вишней.
– Два? – удивленно переспросила я.
– Один тебе, – подруга ткнула в меня пальцем.
– Ваши имена, пожалуйста, – попросил бариста.
– Я Иришка, а она – пафосная девица из богатого квартала, – хихикнула подруга.
– Я не…
– Принято, ожидайте ваш заказ, – бариста быстро записал наши имена на стаканчиках и отправился к кофемашине.
– Ну ты и засада, – театрально протянула я, отходя к соседней стойке.
– Пфф, – отмахнулась Иришка и, склонившись ближе ко мне, громко прошептала. – Ты лучше мне скажи, чувствуешь?
– Что? – я с недоумением посмотрела на неё.
– Что твоя судьба где-то рядом, что вы вот-вот встретитесь, что вот-вот станете одним целым, что…
– Нет, – по правде говоря я чувствовала только желание поспать. Или выпить недряной кофе. – Ничего из вышеперечисленного.
– Ну ты и сухарь! – усмехнулась подруга. – Даже я что-то такое чувствую…
Она изучающим взглядом скользнула по посетителям кафе и вскоре ткнула меня локтем.
– Смотри, может быть это твой принц? – Иришка кивком головы указала на какого-то одинокого парня за дальним столиком.
– С чего ты взяла?
– Ну, во-первых, он мужчина, – со знанием дела ответила подруга, пожав плечами.
– Ты вообще откуда знаешь, что меня ждёт принц, а не принцесса? – ехидно уточнила я.
– Тогда бы ты запала на меня, – и Иришка похлопала ресничками с видом великой соблазнительницы.
– Ты просто не в моем вкусе, – фыркнула я.
– Я во вкусе всех, самая универсальная красота на свете!
– Скорее уж самое универсальное самомнение на свете, – пробормотала я.
Краем глаз я заметила баристу с нашим заказом в руках. Он водрузил стаканчики и тарелки с десертом на стойку рядом с нами, снова вежливо улыбнулся и ушёл.
– Ну-с, попробуем, – я подхватила свой стаканчик, поднесла ко рту и развернулась, чтобы поискать пустой столик, но не вышло.
Как раз в этот момент мимо меня проходил какой-то парень. Он толкнул мой локоть и кофе… выплеснулся на него!
– Ч-черт! – ругнулся он, отпрыгнув в сторону.
– Ой! – одновременно с ним я ойкнула от неожиданности.
Прилично так кофе выплеснулся – огромное пятно разрасталось на белой рубашке и сером пиджаке коричневым цветом. И было ещё и горячим… Я только открыла рот для извинений, как парень, окатив меня сердитым взглядом, раздраженно фыркнул.
– Пафосная девица? – он прочитал на стаканчике. – А бариста хорошо разбирается в людях, я вижу. Смотреть по сторонам не учили?
Все извинения как ветром сдуло.
– Это вообще-то вы толкнули меня! – я сдвинула брови.
– Если бы ты не развернулась или сначала хотя бы оглянулась, то я бы тебя не задел!
Мальчик натянул тетиву…
Гонять на мотоцикле в начале февраля было определенно плохой идеей. Но тачка была в ремонте, а дороги – чистые и сухие, спасибо коммунальщикам и погоде. К тому же мне проехать-то всего пару кварталов…
Кивнув самому себе я оделся, подхватил шлем, ключи и быстро спустился во двор. Там под навесом стоял мой моцик и блестел натертыми боками. Хор-рош!
Мотор завёлся, вспугнув своим рычанием голубей, и я погнал вперёд.
Дорога и впрямь была нормальной, не скользкой, так что я чуть расслабился. Люди вокруг явно не ожидали увидеть мотоцикл посреди зимы и так глазели на меня, словно я был как минимум Лох-несским чудовищем на двух колёсах.
Чуть выкрутив рукоятку газа я немного ускорился. Дома пролетали мимо меня один за другим и вскоре впереди показалось кафе “Купидон”, где на днях меня облила кофе одна симпатичная девушка. Пафосная девица – кажется это было написано на ее стаканчике? Жаль, что на нем не номер телефона был написан, – девушка была хорошенькой, хоть и злющей. Впрочем, злость ей даже шла.
Скользнув глазами по витрине кафе – вдруг она снова там опирается о стойку, чуть прогнув свою изящную спинку? – я на секунду отвлёкся от дороги. Вот буквально на секунду! Вернул взгляд на дорогу, и тут прямо передо мной открылась дверь припаркованного автомобиля! Я затормозил, засигналил, но все равно зацепил своим мотоциклом дверь и “открыл” ее в другую сторону. Да что за!..
Остановился. К счастью, мотоцикл не сильно пострадал, лишь царапина. Я оглянулся, еле сдерживая гнев, и не поверил своим глазам.
Пафосная девица!
Сидела в водительском кресле, с ужасом глядя на меня. “Главное, чтобы без кофе была, – усмехнулся я про себя, чувствуя как исчезает гнев. – А то с неё станется снова вылить его на меня, на этот раз специально.”
Я сдернул шлем с головы и двинулся к машине.
– У тебя боковое зеркало заднего вида вообще-то есть для таких случаев, – хмыкнул я, остановившись рядом.
Она медленно прошлась взглядом по мне снизу вверх, и своими длиннющими ресницами такая хлоп-хлоп. Но вскоре шок в глазах сменился на узнавание – приветики, синеглазка! – а затем – на злость.
– Да кто вообще ездит на мотоцикле зимой?! – полыхнула девушка.
– Скажи спасибо, что я был на моцике, а не на своей машине, – парировал я, по-прежнему нависая над ней. – Иначе дверь бы твою конкретно сорвало.
Видимо, этот аргумент ее остудил – она шумно выдохнула, откинула голову на подголовник и прикрыла глаза.
– Мало я кофе на вас вылила, – пробормотала она.
– Можно исправить, – пожал я плечами.
– Что?
– Купидон-то рядом, – я махнул рукой на кафе через дорогу.
Девушка как-то странно на меня посмотрела и тряхнула головой.
– Нет, давайте уж без купидонов. Лучше выставим знак аварии и вызовем гаишников.
– Давай уж тогда и без гаишников, – предложил я.
– Что, боишься оштрафуют? – усмехнулась она, незаметно переходя на “ты”
Ну, для неё незаметно, а я-то заметил!
– Боялся бы, будь у меня права, – отбил я.
Вот любил я эту шуточку, потому что действие оказывала моментальное.
– Да шучу я, шучу! – хохотнул я, глядя в округлившиеся синие глаза. – Дома их забыл. Мне тут пару кварталов проехать-то нужно было. Я ж не знал, что ты не только неуклюжая, но и невнимательная.
– Я не невнимательная! – категорично заявила девушка и вылезла наконец из машины. – Я просто спать хочу. За кофе вот приехала, но ты даже лучше смог взбодрить.
С этими словами она обошла машину, открыла багажник и достала аварийный знак. По мне так он был не особо и нужен – движение на дороге было слабым.
– Так что тут с моей дверью-то?.. – задумчиво протянула она, присев на корточки около двери.
– Думаю, что дверь тебе все равно не особо была нужна, – присел я рядом. – Наверняка то одежду ею прищемляла, то волосы. Они вон какие длинные.
Тут я не удержался и намотал ближайшую прядь на палец. Будет знать, как без шапки зимой ходить!
– Э-эй, – девица чуть качнулась в сторону от меня, освобождая свои волосы.
Но где же недовольство у правильной девушки? Где возмущение и праведный гнев? А нет их, ха! Зато взгляд вон какой неоднозначный и… кажется, про такой говорят “пронзительный”. Потому что как стрела пронзает глубоко-глубоко. Не то, чтобы до сердца, конечно, но легкие задело точно.
– В общем, – я выпрямился и прочистил горло. – В сервис тебе надо машинку вести. И имя своё мне сказать.
– Думаешь? – уточнила она, неизвестно о чем именно.
Хорошо, что я понятливый!
– Уверен, – кивнул я и вытащил телефон из кармана мотокуртки. – Сейчас вызову тебе эвакуатор, у меня их номер есть. А твоего между прочим нет.
– У меня твоего тоже нет, – улыбнулась мягко. – Как впрочем и номера эвакуатора.
– Значит, запиши мой. А другие номера тебе больше не понадобятся.
– Самоуверенности – хоть ложкой ешь, – усмехнулась всё ещё безымянная девушка со свободным безымянным пальцем.
Я успел это заметить, пока она рукой по повреждённой двери водила. Не специально, конечно, заметил! Просто пустота на пальце аж в глаза бросилась. Сама.
– Не нашлась ещё та ложка, что съест мою самоуверенность, – парировал я.
– К счастью, у меня ещё вилка с ножом есть, – хитро подмигнула мне она.
– Воу-воу! Полегче! – с наигранным испугом я выставил перед собой раскрытые ладони. – Этим и проткнуть можно!
– И что, сдуешься как воздушный шарик?
Вот ехидна!
– Взорвусь, как бомбочка, – я отчего-то придвинулся к ней ближе… должно быть, чтобы лучше донести свою мысль. – А тебе и позвонить некому, номеров-то никаких нет. Так что… Лучше меня не протыкать, а погладить. Как котика. Любишь котиков?
– Люблю, – неожиданно хрипло ответила она, во все глаза глядя… ну, в мои глаза.
Не в душу же! Туда только той трубкой ФГДС-ной заглянуть и можно, но лично я – пас.
– Хорошая девочка. Потому что я Кот и есть. Тимур Котов. Но все зовут меня Кот.