Как я не стал великим писателем

Как я не стал великим писателем

Как я однажды не стал великим русским писателем (краткое руководство по не написанию книги)


Вот бы стать писателем! Ах, как здорово! Поэт. Прозаик. Романист. Властитель дум. Кажется, жизни не хватит - так много хочется рассказать подлунному миру! Ну, например, про это вот... Хотя... Скучно про это. А если о том? Нет, нельзя — такие нынче времена, не приведи Господь! Ну тогда про... нет, это слишком личное - никому не интересно.

Посмотрел на чистый лист. Отложил ручку. Закрыл крышку ноутбука.

Э, нет! Не могу молчать! Снова открыл. Сайт союза писателей.

Где тут номинанты и лауреаты? Ага, вот! Нет, ну ты только посмотри, как смело пишет Н.! Его даже не смущает, что про это давно уже всё написано. Ну, дела — лучший писатель столетия по версии... Не могу поверить! Не могу прочесть... по какой версии? Ладно — пусть будет лучший по их версии. Но ведь должна же где-то быть и моя? Будет! Сейчас, сейчас!

Чоб такова написать?

Тут ведь нужен богатый жизненный опыт, да? Или сфера, в которой ты разбираешься? Какая? А, например, как в тиши кабинета брал интеграл. Нет, это же скучно — кто это будет читать? Да и не брал я никогда интегралов. Ни только не берущихся, но и тех, что даром никому не надо. Да и вообще с математикой... Про технику, историю, кулинарию, моду? Про музыку? Ничего не знаю. И про кино и живопись тоже.

Да, ну и задача... О чём писать? Это ведь серьёзный вопрос. А может написать про людей? Так ведь нужно знать этих людей. Их нутро. Но я же не священник, не хирург - даже внутрь соседа не заглянешь, если он сам туда не пустит. А пустит, так поди соврет?

Тогда нужно познать духовно-нравственную природу человека в исключительных обстоятельствах, в самых драматических - между жизнью и смертью.

Мож тогда устроится моряком? А что? Путины в северных морях. Суровые будни. Солёные люди. Штормы и катастрофы... И рыба, рыба, рыба... И днём, и ночью - одна рыба... Тьфу! А, не только рыба, но и водоросли? Морская капуста? Тьфу ещё раз!

Или вот в геологическую партию? Как покорял тайгу? Рассказы у костра. Сны на свежем воздухе. Консервы. Чай из прошлогодней хвои. Удобства... И напишу про те места, где не ступала нога человека? Кстати, где это?

А что если пойти на войну? Где там сегодня воюют в мире? Ну так чтоб не очень? Чтоб хоть одна рука осталась — чтоб было чем писать о подвигах? Хотя... «Война и мир» уже написана. Всё остальное — вторично. Да — а по ком там звонит колокол? Всё без перемен?

Нужно, чтобы не очень опасно, но героически. Надо написать, как спас человека. Да, надо! Неважно, от чего. А как вспомнишь, скольких не спас — нет, не пойдёт...

Нет, а вот как задержал преступника? А что? Идея! Нет, хороший писатель должен сначала сам отсидеть. Состоятся в скорбном труде на руднике. Походить в кандалах, чтоб железом до костей. Вот тогда из под пера пойдёт такое! Если, конечно, что-то вообще останется. Да - и вернусь мудрым, седым, худым и гениальным. С личной чахоткой. Как Островский. Достоевский. Шаламов... Неа, не хочу в тюрьму. Я ещё не готов. Лучше потом.

Или про человека труда? Вот он вышел за околицу и начал полоть свою первую борозду? Что? Я ничего не понимаю в сельском хозяйстве? И в литературе тоже? Чтоб я не брался не за своё дело? Так как же Горин? Задорнов?

Или вот Жванецкий - вы читали его ранние работы? Про наш народ? Простой народ. Труженик. Нет, не про ваш - про наш? Тот, что кормит, возит, убирает за писателями? Ну типа, народные автобиографии? Да, да - «Я, Круглов Степан Григорьевич»... Так что не надо. Кстати, а женскую? «Я, Мальцева Лариса Николаевна, русская, родилась...»? Да ведь это же... Впрочем, народ всегда хохочет - ему нравится. Что тут может нравится? Я сам не знаю. Может кривляние Михал Михалыча? Нет, не пойдёт - я не фотогеничный!

К тому же, я хочу стать писателем, а не шутом. Не могу я с надменным видом писать о бедолагах, хотя бы даже русских. Или... ну не важно. Я, поди ж, не Бальзак? Как - это не он? А кто? Гоголь? Погоди, Гоголь же ужастики писал - «Мертвые души»? Там не об этом? Да я знаю, просто забыл. Ну не читал, не читал - вы правы!

Хотя жанр ужастиков очень популярен. Детективы. У женщин хорошо получается. Как ее - Кристи. Видите, я неплохо в литературе разбираюсь. Она про Щелока Мегрэ писала, да? Нет?

Послушайте, а что если мне женщиной-писателем представиться? Ведь у них самая большая читательская аудитория? Женщины и дети? А что мужики читают? Ничего! Только картинки смотрят. Им бы лишь про это всё. Да нет, не про это, а про автомобили или мотоциклы. Да, женщиной надо притвориться. Писательницей. С трагической судьбой. Одинокой. Красивой. Я видел фильм, там мужик переоделся в бабу и стал знаменитым. Нет, не в этом смысле. Просто носил парик и юбку. Да не буду я носить юбку - я хочу носить женское имя.

Ну не имя - псевдоним. Какой? Ну женский, конечно. Например, Ларка. Гарсия, кажется. Не Ларка, а Лорка? И это не баба? А кто? Да ты что? Ладно, пусть будет мужское. Джордж. Куда ещё мужественней? Почему иностранное? Сейчас русские имена писателей не в ходу. Из новых русских писательниц я слышал только о Изабелле Макинтош. Нет, не читал.

Ведь как-то я упустил этот момент - с творческим псевдонимом. Ведь не зря говорят, как корабль назовёшь... Ну ладно. Короче, как я там сказал? Да я помню - Жорж. Слишком коротко. Давайте так - Жорж Санд. Отлично! Что? это женское имя? Ну всё - не хочу себе голову ломать! Напишу то, что в паспорте. Да, и серию паспорта тоже. Чтобы никто не украл мою работу. Знаете, что такое кризис идей и авторская право?

Что вы спросили? Какая цель моего письма? Ну как же! Чтобы что-то осталось. Ну не пирамида, конечно. Пирамиды когда-нибудь разрушат из зависти. Духовное, но в ту же величину. Так чтобы пару тысячелетий читали и зачитывалась - ну вы поняли, о чем это я. Ведь редко какую книгу открывают хотя один раз в жизни, а тут каждый день! Конечно, хорошо.

Тогда и писать нужно на вечные темы. Вот, например... Эх, Шекспир, негодяй - обо всём уже написал. Ничего не упустил. Подлец! Ничегошеньки мне не оставил. Ну что ж мне теперь — как Кафка — внутренний мир мыша описывать, да?

Так, решено! Долой конформизм! Напишу о свободе и справедливости. О... нет-нет-нет... не успеешь пары клавиш коснуться и... Быстро придёт признание! В виде группы захвата. И наденут не лавры - наручники. А всю оставшуюся жизнь будешь царапать ногтём даты на тюремной стенке.

Значит, надо чтобы что-то аполитичное. Как летал в космос, например. Что? Как — уже написал? Кто? И уже слетал? Да как такое может быть? Не, ну так нельзя, товарищи! Только вот возьмёшься за разработку темы, а тут уже семеро с ложками — с ручками, то есть...

Тогда про личное. Лишения и преодоления. Как Джек Лондон. Про волков. Или нет — гораздо драматичней про яйца для старателей. Да. Значит так, пишем начало: в далеком Сибирском руднике, кончились куриные яйца. Об этом написала газета... Нет, сейчас об этом не напишет никакая газета. Только попробует и яйца кончатся ещё где-то, но гораздо ближе к редакции. Не пойдёт.

А может - ироничное? Как Твен. Или О Генри? «Трест, который лопнул». Классика. А рассказать про дружбу мальчиков из разных социальных слоев? В хорошем смысле? Или индейца, как их там - чукочу Джо? Как было? Уже? Ну ладно. Да и сейчас такое уже невозможно. Не поверят. Нет, скажут, в сём правды жизни.

Философское нужно. Хорошо идёт перед сном. Сяду за работу. А назову - «100 лет одиночества». Что вы говорите? Мураками, кажись, написал? Нет? А кто? Маркес? Ну вот ещё - ему чего не хватало? Славы? Ладно, пусть пишет ещё - 200 лет там, 300 и т.д.

Хочу написать оригинальное и неописуемое. Чтоб как никто! Ну или как Генри Миллер. Чтоб про чувства там, да так завернуть словечко... Или как Берроуз? Нет, Миллер лучше: «Сексус», «Лексус»... Да, на гонорар куплю себе «Лексус».

Надо смешное. Чтоб не грубо, как у петросянов. Элегантно, как у Джерома. Или там «Фигаро здесь, Фигаро там». Или Аверченко с Зощенком - про смешных обывателей. Высмеивать пороки. Как Салтыков-Щедрин. Не, не то время. Это несмешно.

А если про птичек? Про сороку? Да - про сороку-белобоку, Кар-кар! Скок-скок! Нашёл птенчика на улице, выходил, вырастил, а он тебе на голову... накаркал и улетел. Трагикомедия. Женщинам и детям нравится.

«Смешные случаи» из жизни дачника? Построил туалет, а его ветром сдуло на земляничную грядку соседа? И описать, какое у него было лицо в... красках? Что? Пошло? Да, вы правы: избито, изрыто, полито и выкопано.

О любви. Не, не «клубничку». Про страдания. Или про борьбу полов. А мож сразу «Яму 2.0»? Нет, про «это» сейчас не того. С этим стало хуже: там уже никаких секретов нет. Скукота.

А что если про несправедливость? Про контру и мироедов? Как Катаев. «Белеет парус»... Мальчик барабульку ловит, а старуха на базаре всё его обманывает, обвешивает, обсчитывает сиротку. Ух, торгашеское племя! Да вот ещё замучили старика жандармы... Нет, не надо - не могу! Сейчас немного успокоюсь, что -то плакать захотелось... Наверное, всё же не о нем, а по себе.

Может, о красных и белых полках? Да нет же, не в винном магазине! Что? И не про Стендаля тоже. Про Гражданскую войну. Слышали - Бабель? Фадеев? Шолохов? Даже читали? Да ты шо?! Хорошо писали, я так не смогу.

Нет, я бы смог, если бы мне напарника. Или литературного «негра». Лучше двух. Тогда будем как Козьма Прутков. Такой славы и поделить не жалко. Или Ильф и Петров - про спорт, про межгалактический шахматный турнир...

Тогда сказки? Про лунтика с тремя ушами, одним плавником и двумя щупальцами - без глаз... Какое ещё чудовище не придумали? Не трезвую голову не сообразишь. Схожу к знакомому в ПНД, должен помочь. Он говорит, что ПНД - лучше чем дом литераторов. Погощу. И напишу лучший фантастический рассказ под наблюдением специалистов -психиатров. Опять же фэнтези - в моде? А что, я люблю. Ну нет, не как Жюль Верн. Конечно, не Лемм. А кого вы ещё знаете? Стругацкие? Братья? Братья по перу? А, так они на самом деле братья? Не знал.

Я других знаю - братья Вайнеры! Да, да, про кошку! Давай тоже напишу про кошку, только белую в горошек. Или собаку? Про банду собак. Хотя... ведь было уже что-то про собаку. Кто-то написал, что утопили её. В пруду, кажется.

Не хочу писать о грустном. Хочется чего-то поострей! Острое, понимаешь? Ну гражданское — как у Некрасова? Или у Чернышевского. Точно! Напишу и сразу на каторгу!

Варламов, Вампилов, Шукшин... Маленькие невыдуманные рассказы про жизнь. Чтоб и грустно, и смешно. Я бы тоже так написал, только что-то лень.

А что если роман? Большую работу? Только списать, как в школе у соседки? Нет, не поверят - у соседа. Ну как-как? Как Войнович, повторить за Гашеком? Чуть ли не подстрочник? Ну типа из Швейка — Чонкина? Как идея?! Чтобы им не обидно было, скомбинирую оба персонажа, на современный лад - бравый солдат Швойкин.

Про службу всегда интересно. Да к тому ж, взять и написать как Пушкин - про бунт. Всегда актуально. Кто такой Пушкин? Ну тот, что не Байрон. А что? Он не Байрон, я не Пушкин - традиция, понимаешь! Про бунт написал Проханов? Вот же шельмец, опередил!

Ладно, про природу напишу. Пока она ещё осталась. А то, слышал, небось, климат-то того. Буду писать про лесных пташек, бурундучков и зайчиков. Про мелкотравчатых. Да, пусть про меня скажут - вот это новый Паустовский. Бианки. Ничего, я не гордый - пусть Бианки называют. Важно, что новым. Или Пришвиным. А лучше бы Тургеневым.

Или вслед за Булгаковым и Вересаевым напишу записки врача. Что, я не врач? Не поверят? А я напишу неразборчиво - как в рецепте. И никто не разберет. Вот так! Хорошая идея. Надо подумать!

Нужно про героя нашего времени. Застолбить тему. Знать бы, каким быть может подвиг человека в наши дни! Вот Полевой и Островский знали. Да, время такое было - героическое. И люди - почти все герои. Герои того времени. А какие же герои сейчас?

Ну нет. Так нельзя - ну не нужно все усложнять. Надо писать стишки. С глагольной рифмой. А что - я тебе что хошь зарифмую глаголом. Ну хорошо, не только глаголом. Можно и без - гладкие, ловкие, веселые. При кошек. Про горошек. Про все - рифмовать там, что попало. Людям это нравится. Или про грусть-тоску, что всё ушло, уходит и уйдёт... Неразделённая или хуже того - обманутая любовь, измена? О, тоже темка ничего, рабочая!

И следом - упражнения в мизогинии. Как у Чехова? Он ведь не только про премудрого пескаря писал, о человеке- футляре (или ластике? не помню уже) да толстых и тонких. Или высоких и коротких? Может, узких и широких? Забыл. Нужно перечитать на досуге.

Или что вижу, то пишу. Тоже себе жанр - путевые и бытовые заметки. Кстати, внезапный Чехов и «Остров Сахалин». Написать обстоятельный труд при походе на каторгу. И обязательно добавить чеховское в дневник: сибирские женщины скучны и унылы как сибирская погода. И тогда тебя ни одна женщина никогда не забудет. Будет часто поминать... не важно, чем. Всё ж какая-никакая слава. Надо подумать.

Нет, хочется прослыть умным, как Вольтер. Да, пожалуй, таким - не меньше! Он про электричество писал, да. Ну вольты там всякие, знаете? Хотя можно и без премудростей обойтись - главное писать нахально и уверенно. Как Мэгре про Анастасию. Звенящие ёлки Урала. И создам культ.

Ну, вот они, творческие планы. Громадье. Ничего вроде ещё не написал, а меня уже мучает вопрос. Какой? Главный - я и мое место в литературе. Например, среди поэтов... Что? Я не писал стихов? Ну хорошо-хорошо, напишу. Потом.

Кажется, мне уже встречались раздумья о месте каждого среди пишущей братии - Астафьев в «Ловле пескарей в Грузии». Вот же счастливый писатель - при жизни экранизации и признание. Конечно, ведь то было при Советах. И всё же «Перелётный гусь», «Таежная повесть», «Царь рыба» — неплохие вещицы! Опять же - про тайгу.

А что, она большая - тайга. Чего не писать? Всем хватит материала. И ведь пишут и пишут. Вот Федосеев... «Поиск». Героическое. Или про медведя - «Злой дух Ямбуя». О-о-о, стынет кровь! Здесь всё легко: чем больше в рассказе медведь съест, тем страшней. Нужно скормить ему союз писателей. Нет, это не гуманно. Он тогда уже никогда не заснет - ни зимой, ни летом...

Что-нибудь о социальных низах? Как Ричард Райт, про негров? Или «Утреннее шоссе» про таксистов? Или с Гавроша начать?

Неужели, столько уже написано?! А скольких авторов я ещё даже не знаю - не то что не читал?! Ужас! И я хочу, чтоб кому-то пришлось читать и мои книжки? Тоже? Да ни Боже мой! Читай я больше, никогда бы не возникла идея писать.

Всё-таки, прав Чехов. Родился и пороть! Не пиши! Не пишу.