Княжна екатерина Распутина 3

Глава 1. Знакомство с новым преподавателем

Дорогие читатели!

Приглашаю вас погрузиться в историю Екатерины Распутиной и её друзей Хромуса и Бориса. В связи с тем, что я не имею коммерческого статуса, с 1-й и 2-й книгой вы можете ознакомиться на площадке Литгород.

Итак… Ваши взгляды устремлены на мерцающие экраны, и мы вновь уносимся навстречу продолжению захватывающего повествования о Кисс…

******

— Распутина… Что ты встала, как истукан, и пройти не даёшь? — брюзжала, словно старуха Виктория, но я слышала её как будто через слои воды и не могла сдвинуться с места. — Шевели ногами, — не сдавалась Асташева, уперев руки мне в спину и толкая, будто я была каменной глыбой, преградившей ей путь.

— Осторожней Виктория, — встал на мою защиту Илья.

— А ты, собственно, кем будешь? И чего забыл в нашей группе? — мгновенно забыв обо мне, Асташева, уперев руки в бока, перевела всё своё внимание, казалось ей, на незнакомца, случайно забредшего в их аудиторию.

— Я — Романов Илья Михайлович, — усмехнулся он и, слегка обняв меня за плечи, направился к нашему столу.

Вся группа замерла, остолбенев, уставившись на нас, а мне было безразлично. С одной стороны, я была рада, что Илья снял свой иллюзорный покров и теперь предстал во всей своей естественной красе. Мою робость и растерянность можно было списать на цесаревича.

— Гони больше… Ик, — фыркнула наша всеобщая заноза и, звонко икнув, прикрыла рот ладошкой. — Катька! Ты опять на меня напасть наслала!

Мне было не до гнева Вики. Я вновь вернулась в тот день, переживая, казалось, каждое его мгновение. Навалилась слабость, и я едва переставляла ноги, лихорадочно обдумывая, чем мне может грозить появление в академии незнакомца, которого я когда-то спасла. Было жутко обидно, что шрамы и глаз я ему так и не вылечила. Наверное, сбила концентрацию этим ненавистным колечком. Ну почему я постоянно оставляю за собой след, по которому все кому не лень спешат меня найти? Может, это просто совпадение, а я уже накрутила себе с три короба…

Вынырнув из своих сумрачных дум, я окунулась в эпицентр разборок Ильи и Виктории.

— Какой из тебя цесаревич, — выгнув шею, словно гусыня, и прищурившись, не унималась девушка, глядя на юношу. — Всем ведь прекрасно известно, что Илья Михайлович отправился учиться за границу!

Я бросила беглый взгляд на одноглазого незнакомца и тут же отвела глаза, выдыхая затаившееся напряжение. Мужчина, невозмутимо, наблюдал за схваткой адептов, не спеша вмешиваться.

— Зачем мне искать знания за границей, когда у нас есть такая блистательная академия? — не унимался Романов, выжимая из себя последний довод, словно готовя к решающему удару. — А не узнала ты меня по одной лишь причине: я скрывался за артефактом изменения внешности. Не веришь? Можешь спросить у нашего нового преподавателя.

Он указал рукой в сторону, и, словно по мановению волшебной палочки, все взгляды однокурсников метнулись к преподавательскому столу.

— И-и-ик… И-и-ик, — только и смогла произнести Виктория, ее глаза расширились, а тело медленно опустилось на стул.

— Здравствуйте, господа адепты, — проговорил новый преподаватель, его голос прозвучал ровно и властно.

— Прошу вас, присаживайтесь, — добавил он, обращаясь к тем, кто застыл на месте, боясь пошевелиться. — Вы, вероятно, уже в курсе, что в связи с недавними походами в разломы, для вас введено новое, познавательное занятие — «Разломы и борьба с монстрами». Но прежде, чем мы перейдем к теме сегодняшнего урока, я бы хотел, чтобы мы познакомились. Меня зовут Юсупов Максим Демьянович.

Все взгляды адептов мгновенно устремились к Анне.

— Вы всё верно поняли, Анна — моя родная сестра. С ней мы знакомиться не будем. А вот с молодым человеком, что так упорно спорил с прекрасной леди, я бы хотел.

Вновь по рядам пронесся звонкий «И-и-к», за которым последовали приглушенные смешки.

— Романов Илья Михайлович, — отчеканил он, — до недавнего времени — Вальтер Илья Кириллович. Дабы пресечь лишние вопросы: я — цесаревич. — Илья с грохотом рухнул на свое место, и я уловила, с каким неистовым усилием он сдерживает волну раздражения.

Взгляд Юсупова метнулся ко мне, и я, будто не владея собой, поднялась.

— Распутина Екатерина Георгиевна, — представилась я, стараясь придать лицу самое непринужденное выражение.

— Так вы та самая целительница, что спасала в разломе своих товарищей? — Юсупов склонил голову, в его вопросе звучала скорее констатация, чем недоумение. Я пожала плечами.

— Больше, чем "и-и-к", верьте этим россказням, — не унималась Асташева. — Там такой уровень целительства, что и не каждый высший сведущ, а наша Катерина — всего лишь мастер!

— Виктория права, — как назло, в этот раз я поддержала ее. — Я лишь помогла Державину восстановить силы, к Шуйской даже не прикасалась, разве что зельем ее раны обработала.

Губы Юсупова искривились в усмешке, а взгляд одного глаза оставался исполнен недоверия.

— А это вас в разломе так монстры изувечили? — прошептала Виктория, затаив дыхание.

Я, усевшись поудобнее, приготовилась слушать.

— Вы невероятно догадливы, — с кажущейся небрежностью ответил Максим Демьянович, меняя позу и погружаясь в тяжелые воспоминания. — Расскажу все как было, дабы избежать лишних толков. Тот день врезался в мою память навсегда. Мы тогда были в вологодском разломе с группой охотников. Внезапно все вокруг изменилось. Монстры, казалось, обезумели. На нас напала стая ухпар. Мы сражались, истощая последние силы. В один миг я не успел увернуться от смертоносного удара. Когти монстра полоснули меня по лицу, вырвав глаз, впившись когтями в куртку, он потащил меня на растерзание. Дальше — лишь тьма. Очнувшись, я понял, что рядом кто-то есть. — На этих словах Юсупов взглянул на меня с глубокой задумчивостью.

Я, широко распахнув глаза, старалась изобразить неподдельное потрясение, полностью отдавшись его рассказу.