Код Адаптанта

Глава 1. Пробуждение.

Когда система впервые заговорила со мной, я лежал в луже собственной крови на бетонном полу заброшенной станции метро. Над головой мерцала единственная лампа дневного света, и в этом мерцании я различал цифры — яркие, голубые, висящие в воздухе, словно кто-то нацарапал их прямо на сетчатке моих глаз.
[КРИТИЧЕСКОЕ СОСТОЯНИЕ].
[Здоровье: 3/100].
[Регенерация невозможна без медицинской помощи].
[Время до смерти: 4 минуты 17 секунд].
Я попытался рассмеяться, но вместо смеха изо рта вырвался хрип. Галлюцинации. Естественно. Мозг перед смертью творит чудеса — я слышал об этом от старика Фрица, который однажды чуть не сдох от заражения и видел покойную жену. Правда, Фриц выжил, а его жена так и осталась мертвой. Везёт же некоторым.
А мне не везло никогда. Даже удача умирать в метро «Шёнхаузер Алле» — бывшей транспортной артерии Восточного Берлина, а теперь гробнице, где крысы жрут крыс, а люди ещё хуже крыс — даже эта удача была сомнительной.
— Говори со мной, — прошептал я в пустоту, потому что когда умираешь в девятнадцать лет, даже с галлюцинациями поговорить приятно. — Кто ты, призрак? Смерть? Или просто мой мозг окончательно съехал с катушек?
[ИНИЦИАЦИЯ ПРОТОКОЛА ЭКСТРЕННОГО ВНЕДРЕНИЯ].
[Обнаружен субъект с критическими повреждениями].
[Активация Системы выживания разрешена].
[Принять интеграцию? ДА/НЕТ].
[ВНИМАНИЕ: Отказ = гарантированная смерть через 3 минуты 54 секунды].
Таймер продолжал отсчитывать секунды. Каждое число было приговором. Я попытался пошевелить правой рукой — не вышло. Левой — тоже. Кусок арматуры, торчавший из моего бока, намертво приколол меня к полу, как бабочку к картонке в школьном музее. Ирония в том, что именно этот кусок арматуры я час назад использовал, чтобы вскрыть заржавевший вагон в поисках медных проводов.
Карма, что ли. Или просто жизнь в Мёртвых Зонах.
У меня не было выбора. Точнее, выбор был до смешного прост: нажать воображаемую кнопку «ДА» и, может быть, ещё пожить, или проигнорировать галлюцинацию и сдохнуть на холодном бетоне, так и не узнав, жива ли Лина.
Моя сестра. Маленькая упрямая Лина с косичками и вечной улыбкой, которую я не видел три года. С того дня, как Восточная Зона закрылась, и культ «Новое Человечество» объявил эти территории своими.
— Да, — выдохнул я. — Ja, verdammt! Да, чёрт тебя подери!
Боль.
Это слово не описывает того, что случилось дальше. Боль — это когда падаешь и разбиваешь коленку. Боль — это когда зубной нерв взрывается от кариеса. То, что пронзило меня в следующую секунду, было чем-то другим. Словно каждая клетка моего тела одновременно загорелась, расплавилась и переродилась заново.
Я закричал. Мир стал белым, потом чёрным, потом взорвался миллионом осколков света. Я чувствовал, как что-то ползёт по моим венам, проникает в кости, оплетает нервные окончания. Паразит. Нет — симбионт. Нечто живое и одновременно искусственное, холодное и горячее, чужое и до ужаса своё.
Где-то далеко звучал механический голос:
[ИНТЕГРАЦИЯ: 15% 34% 67% 89%].
[СИНХРОНИЗАЦИЯ С НОСИТЕЛЕМ].
[КРИТИЧЕСКИЕ ПОВРЕЖДЕНИЯ ОБНАРУЖЕНЫ. ИНИЦИАЦИЯ ЭКСТРЕННОГО ВОССТАНОВЛЕНИЯ].
Темнота поглотила меня.
Я очнулся от капли воды, упавшей на лицо. Холодной, как зима в разрушенном городе. Холодной, как смерть, которую я только что обманул.
Или нет?
Я открыл глаза. Та же станция метро. Тот же мерцающий свет. Те же граффити на стенах — «Мёртвые не платят налоги» и «Зона забирает всех». Но цифры… цифры остались.
[ИНТЕГРАЦИЯ ЗАВЕРШЕНА].
[ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В СИСТЕМУ].
[ПРОФИЛЬ ИГРОКА].
[БАЗОВЫЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ:].
[СОСТОЯНИЕ:].
[ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ!].
Последнее предложение прозвучало почти иронично. Удачи? С показателем удачи «2»?
Я сел, опираясь на локти, и посмотрел на своё тело. Рана в боку… исчезла. Нет, не совсем — на месте, где час назад торчала арматура, теперь был длинный розовый шрам, словно рана затягивалась неделю, а не минуты. Кожа вокруг слегка мерцала голубоватым свечением, потом оно погасло.
Я провёл пальцами по шраму. Никакой боли. Только лёгкое покалывание, как от заживающего ожога.
— Что ты со мной сделала? — прошептал я в пустоту.
[Система интегрирована на клеточном уровне].
[Получена базовая способность: Ускоренная регенерация (Ур. 1)].
[Получен доступ к интерфейсу: Анализ, Характеристики, Инвентарь, Навыки, Квесты].
[Класс: НЕ ВЫБРАН. Выбор класса доступен после достижения Уровня 1].
Я поднялся на ноги. Слабость была, но терпимая. Мой рюкзак валялся в нескольких метрах — пустой, разумеется. Те трое, что напали на меня, забрали всё: консервы, фильтры для воды, мой единственный нож, даже запасные носки. Оставили только рваную куртку и фляжку с трещиной.
Но они не знали о Системе. Как могли? Даже я не знал, что такое возможно.
Я огляделся. Платформа станции была пуста, если не считать мусора и скелетов старых турникетов. Два выхода: один вёл в тоннель на юг, к станции «Александерплац-Руины», другой — на север, к поверхности и относительной безопасности анклава «Пренцлауэр».
Перед глазами всплыло новое окно:
[КВЕСТ АКТИВИРОВАН].
— Как мило, — пробормотал я. — Штраф за провал. Будто у меня есть выбор.
Я сделал шаг к северному выходу — и замер.
Из тоннеля донеслось рычание. Низкое, гортанное, совсем не человеческое. Красные точки глаз вспыхнули в темноте, их было две пары. Нет, три.
[ПРОТИВНИКИ ОБНАРУЖЕНЫ].
[Тоннельный хищник х3, Уровень 2-3].
[Общее здоровье: 450/450].
[Опасность: КРИТИЧЕСКАЯ].
[Рекомендация: Немедленное отступление].
Отступать было некуда. Южный тоннель вёл ещё глубже в Зоны, где шансов выжить было ноль. Северный — туда, где эти твари.
Первое существо выползло на платформу, и я увидел его целиком. Когда-то это был человек — может быть, мужчина, может, женщина, теперь уже не разобрать. Мутация превратила его в нечто среднее между собакой и голым землекопом: вытянутое тело на четырёх искривлённых конечностях, кожа серая и покрытая язвами, морда с рядами игольчатых зубов. Глаза светились тусклым красным —.
признак радиационного заражения высокой степени.
За первым выползли ещё два. Они двигались рывками, принюхиваясь. Охотились.
У меня не было оружия. Не было брони. Был только я, Система и остатки адреналина в крови.
— Анализ, — прошептал я, надеясь, что это не просто название функции в меню. — Покажи мне их слабости. Что угодно.
[АКТИВИРОВАНА СПОСОБНОСТЬ: Тактический анализ (Базовый)].
[Сканирование целей].
[ЦЕЛЬ 1: Тоннельный хищник, Уровень 3].
Информация лилась прямо в мозг, как будто я всегда это знал. Два других хищника были слабее — уровень 2, меньше здоровья, но быстрее.
Я огляделся. Щиток электропитания на стене, наполовину разрушенный, с торчащими проводами. Кусок арматуры — тот самый, что чуть не убил меня — валялся в луже моей крови. И старый огнетушитель, прикрученный к бетонной колонне.
План родился мгновенно. Глупый, отчаянный, безумный — но других не было.
Я медленно попятился к щитку, не спуская глаз с тварей. Они двинулись следом, рассредоточиваясь — умные гады, пытались окружить. Альфа-самец, тот, что покрупнее, шёл справа. Его повреждённая лапа слегка подволакивалась.
Десять метров. Пять. Три.
Альфа прыгнул первым — быстрее, чем я ожидал. Я рванул к щитку, пальцы скользили по ржавым проводам. Горячее дыхание обожгло затылок, я чувствовал вонь гниющей плоти. Ещё секунда — и клыки впились бы в шею.
Я содрал изоляцию с двух толстых проводов и свёл их вместе.
Искры. Короткое замыкание. Вспышка.
Все аварийные лампы на станции вспыхнули одновременно — яркий, ослепляющий свет. Хищники взвыли и отшатнулись, прикрывая лапами глаза. Я схватил огнетушитель, сорвал его с креплений и рванул чеку.
Пена брызнула прямо в морду альфе. Тварь заорала, задыхаясь и трясь мордой о пол. Два других заметались, дезориентированные светом и воем вожака.
Я швырнул огнетушитель в ближайшего, попал в бок. Хищник отлетел, врезался в турникет. Потом я схватил арматуру — холодную, скользкую от крови — и ударил.
Прямо в повреждённую лапу альфы. Со всей силы. Со всей яростью девятнадцати лет жизни в этом мёртвом мире.
[КРИТИЧЕСКИЙ УДАР!].
[Урон: 34].
[Эффект: Противник обездвижен на 3 секунды].
Тварь рухнула, не удержав равновесия. Я ударил ещё раз — по голове. Потом ещё. И ещё. Кровь брызнула на стены, на мои руки, на лицо. Я не чувствовал ничего, кроме желания выжить.
[ПРОТИВНИК ПОВЕРЖЕН].
[Получено: 180 опыта].
Второй хищник прыгнул мне на спину. Когти впились в плечо, боль взорвалась красным в глазах. Я перекатился, придавил тварь весом тела, и снова ударил арматурой. Раз, два, три.
[ПРОТИВНИК ПОВЕРЖЕН].
[Получено: 120 опыта].
Третий оказался умнее — он бежал. Скрылся в южном тоннеле, оставив за собой тявканье и эхо когтей по бетону.
Я остался стоять посреди платформы, тяжело дыша, весь в крови — своей и чужой. Арматура выпала из пальцев с лязгом.
Перед глазами вспыхнуло золотое окно:
[ПОЗДРАВЛЯЕМ!].
[Вы достигли Уровня 1!].
[Получено: +5 к максимальному здоровью, +3 к максимальной энергии].
[Получено: 1 свободное очко характеристик].
[ДОСТУПЕН ВЫБОР КЛАССА].
Мир вокруг на мгновение замер. Время как будто остановилось, и я почувствовал, как что-то меняется внутри — Система укореняется глубже, становится частью меня.
А потом время вернулось, и я упал на колени, всё ещё живой.
Пока ещё живой.

Глава 2. Цена выбора.

Я сидел на краю платформы, свесив ноги над рельсами, и смотрел на голограмму, висящую перед моими глазами. Кровь на руках начала засыхать, превращаясь в коричневую корку. Плечо, которое разодрал второй хищник, уже почти не болело — ускоренная регенерация делала своё дело. Я чувствовал, как под кожей что-то зудит, словно невидимые нити сшивают разорванные ткани.
Но меня интересовало другое.
[ВЫБОР КЛАССА].
[Внимание! Выбор класса является необратимым. Класс определит ваш стиль игры, доступные навыки и путь развития. Выбирайте осторожно.].
[ДОСТУПНЫЕ КЛАССЫ:].
Три класса. Три пути. И ни один не казался правильным.
Охотник? У меня не было ни лука, ни винтовки, ни малейшего опыта стрельбы. Техник? Я едва умел отличить транзистор от резистора. Медиатор? В мире, где слова стоят меньше, чем пуля, это был путь к быстрой смерти.
Я сжал кулаки, чувствуя, как фрустрация наливается свинцом в груди.
— Есть другие варианты? — спросил я у пустоты. — Что-то, что не приведёт меня к смерти в первую же неделю?
[АНАЛИЗ ЗАПРОСА].
[ОБНАРУЖЕНО: скрытые классы].
[ВНИМАНИЕ! Скрытые классы доступны только при определённых условиях. Проверка].
[УСЛОВИЯ ВЫПОЛНЕНЫ:].
[РАЗБЛОКИРОВАН СКРЫТЫЙ КЛАСС: АДАПТАНТ].
Новое окно развернулось перед глазами, и текст светился не голубым, а золотым — явно что-то особенное.
[АДАПТАНТ (Редкий класс)].
Я перечитал описание три раза. Потом ещё раз.
— Ценный ресурс? — пробормотал я. — Звучит, как будто меня будут охотиться.
[КОРРЕКТНО].
— Спасибо за честность, — усмехнулся я. — Хотя бы не врёшь.
Но выбор был очевиден. Три стандартных класса вели к специализации — к ограничениям. Адаптант давал свободу. Свободу расти, меняться, выживать любой ценой.
А я хотел выжить. Найти Лину. Узнать, что, чёрт возьми, происходит с этим миром.
— Выбираю Адаптанта, — сказал я вслух.
[ВЫБОР ПОДТВЕРЖДЁН].
[КЛАСС: АДАПТАНТ].
[ИНТЕГРАЦИЯ].
Снова боль — но на этот раз короткая, как удар током. Моё тело дёрнулось, и я почувствовал, как что-то щёлкает внутри, словно механизм встаёт на место. Характеристики на экране изменились:
[ПРОФИЛЬ ИГРОКА].
[ХАРАКТЕРИСТИКИ:].
[ЗДОРОВЬЕ: 50/50].
[ЭНЕРГИЯ: 23/23].
[АКТИВНЫЕ ЭФФЕКТЫ:].
[СТАТУС: ИНФИЦИРОВАННЫЙ].
[Время до стабилизации Системы: 71 час 43 минуты].
[Требование: Достичь Уровня 3 или выше].
Я поднялся на ноги, проверяя своё тело. Чувствовал ли я себя сильнее? Быстрее? Может быть. Или это был просто эффект плацебо — вера в цифры, висящие перед глазами.
Но регенерация была реальной. Плечо, которое ещё десять минут назад кровоточило, теперь покрывал лишь розовый шрам.
Я подобрал арматуру — теперь это было моё единственное оружие — и направился к северному выходу. Лестница вела наверх, к уличному уровню. Где-то там, за двадцатью метрами бетона и мусора, был анклав «Пренцлауэр» — место, где я мог переночевать, найти воду, может быть, обменять что-то ценное на еду.
Если у меня осталось что-то ценное.
Я поднимался по ступеням, когда услышал голос:
— Стой. Ещё шаг — и я выстрелю.
Я замер. Голос был женским, молодым, но в нём звучала сталь. Я медленно поднял руки, всё ещё сжимая арматуру.
— Я не опасен, — сказал я, стараясь звучать спокойно. — Просто пытаюсь выбраться отсюда.
— Системник? — спросил голос.
Я замялся. Отрицать или признаться?
— Откуда ты знаешь про — начал я.
— Потому что я вижу твой интерфейс, идиот, — голос звучал почти раздражённо. — У всех носителей Системы есть метка над головой для других носителей. Твоя горит золотым. Редкий класс?
Я посмотрел вверх. Над моей головой, едва заметная, парила голограмма:
[Маркус Вейер | Адаптант | Ур. 1].
Чёрт.
— Спускайся, — приказал голос. — Медленно. Руки на виду.
Я развернулся и начал спускаться обратно на платформу. В свете аварийных ламп я увидел её.
Девушка, лет двадцати двух-трёх, в потрёпанной кожаной куртке и с арбалетом в руках. Короткие тёмные волосы, пирсинг в брови, глаза цвета стали. Над её головой висела собственная метка:
[Ханна Шмидт | Следопыт | Ур. 4].
Арбалет был направлен мне прямо в грудь. Судя по твёрдости её рук, она умела им пользоваться.
— Адаптант, — произнесла она, изучая меня взглядом. — Ни хрена себе. Я думала, их всех уже выловили.
— Выловили? — повторил я. — Кто?
— Те, кто в курсе, что редкие классы стоят дорого на чёрном рынке, — Ханна опустила арбалет, но не убрала его. — Расслабься, я не из охотников. Но тебе нужно быть осторожнее. Золотая метка — это как мишень на лбу.
Я медленно опустил руки.
— Ты тоже с Системой?
— Уже три месяца, — кивнула она. — Уровень четыре, класс Следопыт. Специализируюсь на разведке и дальнем бое. Ты новичок, верно? Сколько времени прошло с интеграции?
— Час, — ответил я. — Может, полтора.
Ханна присвистнула.
— И ты уже первый уровень? Быстро. Обычно новички неделю ходят на нулевом, боятся рисковать. — Она присела на корточки, глядя на трупы хищников. — Это твоих рук дело?
— У меня не было выбора.
— У нас никогда нет выбора, — усмехнулась она. — Поэтому большинство новичков умирает в первые 72 часа. Система нестабильна, пока не достигнешь хотя бы третьего уровня. Отторжение — это мучительная смерть. Видел однажды. Не рекомендую.
Я почувствовал, как холод пробегает по спине.
— Сколько сколько процентов выживает?
Ханна помолчала, потом ответила:
— Из десяти новичков выживает двое. Может быть трое, если повезёт.
Двадцать процентов. Я получил дар, который с восьмидесятипроцентной вероятностью убьёт меня в ближайшие три дня.
— Почему ты мне это говоришь? — спросил я.
— Потому что Адаптанты редки, — Ханна поднялась. — И потому что мне нужна помощь. Я иду в Мёртвый квартал, в старую больницу Шарите. Там остались медикаменты, которые нужны анклаву. Одной мне не справиться — там босс-мутант, уровень восьмой или девятый. Но вдвоём может, у нас есть шанс.
— И что я с этого получу?
— Опыт, — просто ответила она. — Много опыта. Убьёшь босса — получишь минимум два уровня, может, три. Это выведет тебя из критической зоны. Плюс доля в награде от анклава.
Я посмотрел на таймер в углу зрения. 71 час 28 минут. Если я буду осторожничать, искать слабых противников, может быть, я доберусь до третьего уровня вовремя. Может быть.
Или я могу рискнуть. Пойти с этой девушкой, которая, вероятно, использует меня как приманку, и попытаться убить босса.
— Ты пыталась одна? — спросил я.
Ханна кивнула.
— Дважды. В первый раз потеряла напарника. Во второй — едва выжила сама.
— И ты думаешь, что новичок первого уровня тебе поможет?
— Новичок с редким классом и мозгами, чтобы убить трёх хищников арматурой, — поправила она. — Да, я думаю, ты поможешь. К тому же, у тебя есть выбор? Время тикает, Маркус.
Она была права. У меня не было выбора.
Я никогда не имел выбора.
— Хорошо, — сказал я. — Я с тобой. Но если ты попытаешься использовать меня как живой щит, я первым делом сверну тебе шею.
Ханна усмехнулась — первая настоящая улыбка, которую я увидел на её лице.
— Мне нравится твой стиль, новичок. Пошли. До Шарите два часа ходьбы через развалины. Если повезёт, доберёмся до рассвета.
Она направилась к северному выходу, и я последовал за ней, чувствуя, как адреналин снова начинает бурлить в крови.
Позади остались трупы хищников и моя старая жизнь — жизнь мусорщика, который копался в руинах ради медных проводов.
Впереди была неизвестность, босс-мутант и шанс на выживание.
А где-то далеко, в Восточной Зоне, моя сестра всё ещё ждала, чтобы её нашли.
Я сжал арматуру и шагнул в темноту.

Глава 3. Мёртвая зона.

Рассвет над Берлином был цвета ржавчины и пепла. Солнце поднималось где-то за горизонтом разрушенных небоскрёбов, окрашивая небо в грязно-оранжевый оттенок. Воздух пах гарью, плесенью и чем-то сладковато-тошнотворным — запахом разложения, который никогда не выветривался из Мёртвых кварталов.
Мы с Ханной шли по бывшей Шёнхаузер-аллее — когда-то это была оживлённая торговая улица с магазинами, кафе и уличными музыкантами. Я помнил фотографии из старых архивов, которые находил в руинах. Люди улыбались там. Жили.
Теперь это была просто ещё одна мёртвая артерия мёртвого города.
Ханна шла впереди, арбалет наготове, глаза постоянно сканировали окрестности. Я следовал за ней на расстоянии трёх метров — она объяснила, что в Зонах никогда не стоит идти кучно. Одна мина, один снайпер, одна ловушка — и группа теряет всех сразу.
— Видишь тот дом? — Ханна указала на полуразрушенное здание слева. — Три окна на втором этаже. Пустые, но слишком идеальная позиция для засады. Всегда проверяй такие места взглядом. Если что-то блеснёт — оружие или бинокль — немедленно в укрытие.
Я кивнул, запоминая. Моя Система тоже отреагировала:
[ПОЛУЧЕН НАВЫК: Тактическая осторожность (Ур. 1)].
[Эффект: Увеличен радиус обнаружения потенциальных угроз на 15%].
— Ты получила уведомление? — спросил я.
— О твоём новом навыке? Нет, — Ханна покачала головой. — Система не показывает чужой прогресс. Только базовую информацию — имя, класс, уровень. Всё остальное приватно.
— Но ты видела мою золотую метку.
— Цвет метки зависит от редкости класса, — объяснила она, перепрыгивая через трещину в асфальте. — Обычные классы — серебряный. Редкие — золотой. Легендарные — красный. Я ни разу не встречала легендарных. Говорят, их всего десяток на весь мир.
Мы свернули в переулок. Стены домов были покрыты граффити — одни старые, выцветшие, другие свежие. «Зона забирает всех». «Система — это проклятие». «Ищу Анну Вебер, 34 года, шрам на левой щеке». Последнее было написано дрожащей рукой, краска потекла, словно писавший плакал.
— Сколько людей с Системой в Берлине? — спросил я.
Ханна задумалась.
— Точно не знаю. Может, тысяча. Может, меньше. Система выбирает носителей случайно, но есть закономерность: чаще всего она интегрируется с теми, кто находится на грани смерти. Как ты.
— Значит, она питается отчаянием?
— Или даёт шанс тем, кто его заслуживает, — пожала плечами Ханна. — Зависит от точки зрения. Я получила Систему, когда меня завалило обломками во время рейда. Бедро было раздроблено. Я лежала там три часа, истекая кровью. А потом появился выбор. Я согласилась. Теперь я жива, а моя нога — цела.
Она постучала по бедру. Я заметил небольшой шрам, едва видный под рваными джинсами.
— А твои напарники?
Лицо Ханны потемнело.
— Макс погиб в первом рейде на Шарите. Не успел прокачаться до третьего уровня — отторжение случилось прямо во время боя. Я видела, как его рвало кровью, как он корчился на полу, а Система пожирала его изнутри. — Она сглотнула. — Это было… ужасно.
Мы шли молча несколько минут. Потом Ханна остановилась, подняв руку.
— Слышишь?
Я прислушался. Где-то впереди раздавались голоса — грубые, громкие. Смех. Лязг металла.
[ОБНАРУЖЕНЫ: Враждебные человеческие субъекты].
[Количество: 6-8 особей].
[Уровень угрозы: ВЫСОКИЙ].
[Рекомендация: Избежать контакта].
Ханна присела за обломком бетонной стены, и я последовал её примеру. Мы выглянули осторожно.
На площади перед нами стояла группа людей — семь мужчин, одетых в потрёпанную кожу и металлические пластины самодельной брони. На их куртках был нарисован символ: оскаленная собачья морда с шипастым ошейником. Железные псы. Ханна упоминала их.
Они окружили кого-то — девушку, молодую, лет семнадцати. Она стояла на коленях, руки связаны за спиной. Над её головой висела метка:
[Соня Мюллер | Целительница | Ур. 2].
— Системница, — прошипел один из бандитов, крупный мужик с бритой головой и шрамом через всё лицо. — Смотрите, метка серебряная. Обычный класс, но всё равно ценная. Целители на рынке идут по десять банок за штуку.
— Двенадцать, — поправил другой, низкорослый, с крысиным лицом. — Цены выросли после того, как Совет запретил охоту на системников.
— Совет может идти к чёрту, — рассмеялся бритоголовый. — Они сидят в своём Тиргартене, а мы выживаем, как можем.
Девушка плакала, пытаясь что-то сказать через кляп.
Ханна сжала арбалет так сильно, что костяшки пальцев побелели.
— Мы должны помочь ей, — прошептала она.
— Нас двое, их семеро, — возразил я. — Мы не справимся.
— Ты Адаптант. У тебя должны быть способности.
— Я получил класс час назад! — Я почувствовал, как злость закипает внутри. — Я не знаю, что я могу!
Ханна посмотрела на меня долгим взглядом.
— Тогда узнаешь прямо сейчас, — она подняла арбалет. — Я стреляю в главаря. Ты атакуешь с фланга. Используй всё, что есть.
— Это самоубийство!
— Это правильно, — отрезала она и выстрелила.
Болт просвистел в воздухе и вошёл в шею бритоголовому. Мужик захрипел, схватившись за горло, и рухнул. Остальные шестеро обернулись, выхватывая оружие — самодельные арбалеты, ножи, один даже огнестрельное оружие, редкость в Зонах.
Ханна перезарядила и выстрелила снова, попав низкорослому в плечо. Тот завизжал.
А я стоял, замерев, с арматурой в руках.
Убей их, шептал голос внутри. Или Ханна умрёт. Девушка умрёт. Ты умрёшь.
Но это были люди. Не мутанты. Люди.
[АКТИВИРОВАНА СПОСОБНОСТЬ: Адаптивная эволюция].
[ОБНАРУЖЕНА КРИТИЧЕСКАЯ СИТУАЦИЯ].
[АНАЛИЗ].
[ВРЕМЕННАЯ АДАПТАЦИЯ: Камуфляж хищника].
[Эффект: Вы становитесь менее заметным для врагов на 30 секунд. Первая атака из камуфляжа наносит удвоенный урон.].
Мир вокруг… изменился. Я почувствовал, как моя кожа покрывается чем-то холодным, словно невидимая оболочка обволакивает тело. Я посмотрел на руки — они стали полупрозрачными, словно размытое изображение.
Я побежал.
Бандиты не видели меня — их взгляды скользили мимо, сфокусированные на Ханне. Я подбежал к ближайшему, парню с ножом, и ударил арматурой по затылку изо всей силы.
[СКРЫТАЯ АТАКА! КРИТИЧЕСКИЙ УРОН!].
[Урон: 68].
[ПРОТИВНИК ПОВЕРЖЕН].
Парень рухнул без звука. Камуфляж исчез, и остальные увидели меня. Их лица исказились от ярости.
— Ещё один системник! — заорал один из них и выстрелил.
Пуля просвистела мимо, оставив след на моей щеке. Боль была острой, реальной. Я бросился вбок, скрываясь за обломками машины.
Ханна продолжала стрелять, прикрывая меня. Ещё один бандит упал, болт торчал из его живота.
Четверо против двоих. Шансы всё ещё не в нашу пользу.
Один из бандитов — громила с топором — побежал к девушке. Замахнулся.
Я не думал. Просто бежал. Арматура в моих руках превратилась в продолжение тела. Я ударил топорщика в бок, потом в колено. Он завыл и упал.
А я продолжал бить.
И бить.
И бить.
Пока Система не сообщила:
[ПРОТИВНИК ПОВЕРЖЕН].
[ВНИМАНИЕ! Вы убили человеческого субъекта].
[ПОЛУЧЕН СТАТУС: Убийца (1)].
[Эффект: Репутация снижена у фракции "Мирные жители". Некоторые НПС будут относиться к вам с подозрением.].
Я остановился, глядя на то, что осталось от человека. Его лицо было залито кровью. Глаза, широко открытые, смотрели в никуда.
Я убил его.
Я убил человека.
Тошнота подступила к горлу, но я подавил её. Вокруг всё ещё шёл бой. Ханна сражалась с двумя оставшимися бандитами, отбивая удары арбалетом. Один из них — парень с цепью — обернул оружие вокруг её шеи и потянул.
Ханна задыхалась.
Я бросился вперёд, и в тот момент что-то щёлкнуло внутри меня. Ярость. Чистая, леденящая ярость. Они пытались задушить её. Убить девушку, которая просто хотела помочь.
Моя арматура пронзила спину бандита. Он захрипел, выпуская цепь, и Ханна упала на колени, хватая ртом воздух.
Последний бандит — тот самый, что стрелял — попятился.
— Не надо, — прохрипел он. — Не убивай. Пожалуйста.
Я стоял над ним, арматура в руках дрожала от крови и адреналина.
[ВЫБОР ДОСТУПЕН].
[Пощадить противника / Убить противника].
[Ваш выбор повлияет на развитие персонажа].
Он смотрел на меня. Его глаза были полны страха — того же страха, что я чувствовал, умирая на платформе метро. Того же отчаяния.
— Беги, — сказал я. — И больше не охоться на системников.
Бандит кивнул, схватил рюкзак с земли и побежал, спотыкаясь и оглядываясь через плечо.
[ВЫБОР СДЕЛАН: Милосердие].
[ПОЛУЧЕН СТАТУС: Сложная мораль].
[Эффект: Ваши действия не всегда однозначны. Это откроет уникальные диалоги и квесты.].
Ханна поднялась, массируя шею. На коже остались красные следы от цепи.
— Ты его отпустил, — это не было вопросом.
— Он сдался.
— Он охотник на системников. Он убьёт ещё десяток таких, как мы.
— Может быть, — я опустил арматуру. — Или, может быть, он передумает. Я не знаю. Но я не собираюсь убивать тех, кто не сопротивляется.
Ханна посмотрела на меня долго, потом кивнула.
— Твой выбор. Надеюсь, ты не пожалеешь.
Мы подошли к девушке. Ханна разрезала верёвки, освободила рот. Соня — Целительница второго уровня — всхлипывала, обняв себя руками.
— Спасибо, — прошептала она. — Спасибо. Они… они хотели продать меня. Как вещь.
— Ты в безопасности, — Ханна помогла ей встать. — Идёшь в Тиргартен?
Соня кивнула.
— Там мои родители. Я отстала от каравана три дня назад. Пыталась добраться сама.
— Пойдёшь с нами, — сказала Ханна. — Втроём безопаснее.
Мы двинулись дальше, оставив за собой трупы и кровь. Я посмотрел на свои руки — они всё ещё дрожали. Красные отметки на пальцах.
Я убил человека сегодня. Первого, но, вероятно, не последнего.
Система давала силу. Но за каждую силу была цена.
И я только начинал понимать, насколько высока эта цена.