Колесо времени

II/2060

– Добрый день!

Входя в кабинет директора, Анна осторожно прикрыла дверь, совсем недавно покрытую лаком и всё ещё сохранившую на себе плохо просохшие и ощутимо прилипавшие к пальцам участки.

Она не была здесь с тех самых пор, как решила покинуть научно-исследовательский институт. Между невероятными открытиями и радостью материнства Анна выбрала второе. Вернувшись же после стольких лет сюда, она с приятным ощущением ностальгии отметила, что с момента её последнего посещения здесь мало что изменилось: те же белые окрашенные стены, те же суетливо спешащие люди в белых халатах и тот же директор.

– Анна, – он оторвал взгляд от бумаг и тёплой улыбкой встретил давнюю сотрудницу. – Как хорошо, что ты так скоро пришла!

Отерев вспотевшие от волнения ладони о полы пиджака, директор вышел из-за стола и дружески обнял посетительницу. Это не было фамильярностью, так как во времена работы Анны в институте они близко дружили. Дружен он был и с её мужем.

– Почему ты позвал меня? Что-то случилось? – спросила Анна, когда, наконец, они, как в былые времена, сели друг напротив друга в кожаные кресла.

– Я не мог не попросить тебя прийти, – кивнул директор и, словно стыдясь смотреть в глаза гостье, взглянул на стопку бумаг, ожидавших его подписи на столе.

Всё это время Анна с некоторой настороженностью изучала его лицо. Она хорошо знала директора и питала к нему только тёплые чувства, но сегодняшний его вид и само это неожиданное приглашение вселили в неё слепую, затаённую тревогу. Его звали Игорь, но из-за заметной полноты и специфических черт лица, дополняемых не менее специфическими тонкими усиками, завивавшимися у концов, все в институте называли его Сом. Впрочем, сам Сом не был против такого обращения, и, казалось, что это ему даже нравилось.

Сейчас же на его покрытом мелкими капельками пота лице отражалось сильное волнение, отчего Анне показалось, будто бы он хочет и не решается рассказать ей что-то крайне важное, но очень неприятное.

– Ты хочешь поговорить о Сергее?

Ещё в тот момент, когда утром Сом позвонил, она догадалась, что речь пойдёт о муже, несколько месяцев назад отправившемся в продолжительную научную экспедицию. Его длительное отсутствие тревожило Анну, тем более что, уезжая, Сергей не сказал ей ни куда отправится, ни сколько времени эта поездка займёт. Он не сказал ей ничего по той причине, что институт обязывал его держать в секрете всё, что касается исследований. Анна это прекрасно знала, но также она знала и то, что большинство исследований, проводимых институтом в этих стенах и за их пределами, влекут за собой немалую опасность для жизни учёного. Сегодня же, после внезапного звонка Сома и его настоятельной просьбы прийти, Анна не беспричинно ощутила страх за супруга. Несколько месяцев назад она потеряла дочь, и теперь совершенно не была готова пережить ещё одну утрату. Конечно, её дочь, её дорогая Рита, не погибла, по крайней мере в том смысле, в котором это слово обычно понимается людьми, но и увидеться с ней когда-нибудь, поговорить или хотя бы просто обнять возможности у Анны больше не было. Увлёкшись работами родителей, юная Рита стала добровольцем в эксперименте, связанном с длительной заморозкой людей.

Теперь же Анна предчувствовала, что что-то нехорошее произошло и с её мужем. Из-за пустяка Сом не стал бы ей звонить и уж тем более просить прийти сюда. Внезапно она почувствовала слабость. Руки задрожали, и, чтобы это было не так очевидно, Анна сцепила ладони в замок, ожидая, когда директор заговорит. Но он молчал, и это молчание пугало Анну сильнее любых слов.

– Я действительно хочу поговорить с тобой о Сергее, – наконец, заговорил Сом. – Он сказал тебе, куда отправляется?

– Нет, – честно ответила Анна. – Он сказал, что едет в экспедицию, но подробности её засекречены.

– Это так, – подтвердил директор, явно удовлетворённый тем, что его лучший сотрудник хранил корпоративные тайны даже от собственной супруги.

Впрочем, не исключено, что и сам Сом на месте Сергея не стал бы сообщать своей жене детали предстоящей экспедиции, но не потому, что это было корпоративной тайной, а из-за того, что детали эти так невероятны и так опасны, что знание их неминуемо напугало бы её. Теперь же Сому нужна была помощь этой самой супруги. Не просто поддержка или понимание, а именно помощь со всеми вытекающими последствиями.

– Твой муж… – нерешительно произнёс Сом. – Сергей… Он стал участником некой программы…

– Что это за программа, Сом? – спросила Анна, более встревоженная не его словами, а его непривычной нерешительностью. – Ты же знаешь, что я во многих программах работала. Просто скажи мне правду, и я обещаю, что пойму.

Сом вздохнул, встал и нервно прошёлся вдоль кабинета, собираясь с мыслями. Наконец он остановился возле стола и, без особой цели пошевелив лежавшие на нём бумаги, снова заговорил. Его голос звучал теперь более уверенно:

– В нашем институте, ты и правда знаешь это не хуже меня, есть много разных программ. Одна из них была запущена два года назад…Так вот, эта программа исследует возможности осуществления путешествий во времени.

– В смысле «во времени»? – скептически переспросила Анна. – К динозаврам?

– Нет, – усмехнулся директор. – Не совсем так. Мы исследователи, Анна, а не фантасты. Я был бы не против, конечно, посмотреть и на динозавров, но, к сожалению, это нам недоступно. Эта программа, в которой принял участие Сергей, нацелена на изучение мозговой активности и возможности с помощью управления ею осуществлять путешествия между параллельными и разделёнными во времени мирами.

Внезапно Анне стало казаться, что она совершенно перестала понимать собеседника. Привыкший только к повседневным заботам мозг категорически отказывался соображать. Отчего-то понятие путешествия во времени и вопрос работы мозга совсем не связывались в её голове, а всё, что говорил сейчас Сом, казалось Анне чем-то невероятно абсурдным.