Конец Ордена Ментальных Имперских Магов-5

Глава 1. Тайна старой гробницы.

Как и предполагал Петр, Император подумав ответил:

— Я тоже не могу выбрать, что лучше! Поэтому получай и погоны и орден! Молодец, заслужил!

— Служу Империи и Вашему Императорскому Величеству! — щелкнул каблуками новоиспеченный капитан принимая коробку с орденом и новые погоны. По центру золотого поля погона проходила одна продольная полоса (просвет) красного цвета. В отличие от современного капитана (4 звезды), на погонах капитана царской армии звезд не было совсем.

Императорский орден Святого Благоверного Князя Александра Невского, учрежденный в тысяча семьсот двадцать пятом году, состоял из трех основных элементов: знака (креста), звезды и орденской ленты.

Знак (крест). Представлял собой золотой четырехконечный крест с расширяющимися концами, покрытый с обеих сторон темно-красной (рубиновой) эмалью. Между концами креста располагались золотые двуглавые орлы под императорской короной с расправленными крыльями. В центре креста в круглом медальоне находилось изображение святого Александра Невского на коне.

Звезда. Восьмиконечная серебряная звезда, в центре которой на белом фоне был изображен вензель SA (Sanctus Alexander) под княжеской короной. По окружности на красном фоне шел девиз ордена золотыми буквами: «ЗА ТРУДЫ И ОТЕЧЕСТВО».

Лента. Шелковая муаровая лента красного цвета.

Царский орден Святого Александра Невского носился в виде креста на красной ленте через левое плечо и восьмилучевой звезды на левой стороне груди одновременно. Звезда носилась постоянно, а крест — в торжественных случаях. В особо торжественных случаях крест носился у левого бедра на широкой красной муаровой ленте, надетой через левое плечо. При обычном мундире или гражданском сюртуке крест носили на более узкой шейной ленте. Орденская восьмиконечная звезда всегда крепилась на левой стороне груди, независимо от того, как носился сам крест.

— Знаю! Как и твой отец! — пожал ему руку самодержец, — а теперь, что за скандал ты снова устроил на общественном диспуте сегодня? Мама в полном возмущении!

— Сожалею, что расстроил Ея Императорское Высочество! Но трудные времена требуют трудных решений! — ответил юноша, — возможно, Вашу маму не правильно информировали?

— Ну уж нет, молодой человек! — усмехнулась женщина, — я там лично была и все слышала своими ушами! Я то думала, что вольнодумство и смутьянство сеются в нашем Отечестве из-за границы, в вижу что у нас самих его полно!

— Как? Матушка! — поразился ее сын, — Вы посетили публичное мероприятие? Как это возможно, генерал? — монарх строго посмотрел на Лобова.

— Виноват, Ваше Величество! — вытянулся тот в струнку.

— Ничего он не виноват, Вася, — обратилась женщина к сыну, — это я приказал Феде, отвести меня туда, но так чтобы никто не знал. Я сидела в вуали, рядом был Федор, и как я поняла еще пять его мордоворотов охранников.

— Как Вы догадались? — поразился Лобов.

— Среди молодых студентов эти громилы у которых руки как крючья, а морды ящиком, выглядели очень ненатурально! — рассмеялась мама венценосца, — хорошо, что все были заняты диспутом на сцене и никто на них внимания не обращал.

— Матушка! Но зачем? — не понял Император.

— Что за вопрос? — удивилась его мама, — речь идет о моей внучке и твоей племяннице! Между прочим, она тоже была с нами!

— Как? Ея Высочество уже приехали? — спросил Петр, — извините, Ваше Высочество.

— Приехала утром. И вместо того, чтобы отдыхать после поездки, потащила меня в Вашу Академию! Но должна признаться, я не жалею Это было очень интересно! — ответила бабушка Даши.

— А откуда она узнала об этом? — снова спросил капитан.

— Ей Коленька сказал, а ему Ваша сестра! Кстати, что за скандал Вашем семействе? Вы покинули отчий дом? — спросила женщина.

— Это не мой отчий дом. Мой отчий дом в нашем поместье, которое до сих пор мне не возвращено, — вздохнул Петр, — это дом невесты моего дядя, Петра Христофоровича Ланского. Да, я его покинул.

— Подожди немного, нужно соблюсти все юридические формальности. Вот как? — неприятно удивился Император, — и граф Вас отпустил? Он же Ваш опекун! Федор, — он обратился к Лобову, — что вообще происходит? И почему я ничего не знаю об этом? И где, Петр, Вы сейчас живете?

— Живет он у своей невесты, — ехидно сказала мать Императора, — вдовы княгини Голынской Юлии Сергеевны! И на одной жене, как он сам сказал, останавливаться не намерен!

— Что значит невесте? — еще больше удивился дядя балерины, — а как же Даша?

— Боюсь, Ваше Величество, Ея Высочество сделало все что могла, чтобы мы не были вместе! — с грустью ответил юноша.

— Ничего я такого не делала! — в кабинет с возмущением ворвалась Даша, — это ты все сам испортил!

— Здравствуйте Ваше Высочество! — поклонился ей ошарашенный Петр.

— Вот ты какой? Можно подумать! Не мог меня подождать после выступления? — набросилась на него девушка, — надулся, обиделся и дрыхнуть пошел!

— А Вы не могли мне пропуск оставить? — парировал капитан, — и не говорите, что Вы просто забыли.

— А я и не говорю! — запальчиво выкрикнула балерина, — я хотела тебя просто проверить!

— Проверили? — улыбнулся юноша.

— Проверила! — буркнула Даша.

— Так! Все успокоились! — твердо сказала ее бабушка, — потом разберетесь. Меня больше всего сейчас интересует эта идея многоженства! Вы, князь, же понимаете, что это ниспровержение всех существующих устоев?

— Это всего лишь ниспровержение фальшивой и фарисейской морали! Это открывает дорогу к честности, и к другим, гораздо более важным вещам! — заявил капитан.

— Какая же это честность? — возмутилась Даша.

— Самая честная! Большинство мужчин и женщин, хорошо, пусть не большинство, но очень многие, имеют любовниц и любовников! — пояснил Петр, — и это осуждается чисто формально. Я не слышал, что бы кого-то за это посадили в тюрьму, или отлучили от церкви. И почему? Потому, что все понимают, что было, есть и будет! Так не лучше ли придать этому законную форму? По сути дела, узаконить, то что и так существует?

Глава 2. Серьезное обвинение.

— Как считалось, ослепленный жаждой мести, Альфонсо задумал отравить Папу, — продолжал Петр, — План заключался в том, чтобы подкупить папского хирурга Джованни Баттиста да Верчелли, который должен был ввести яд в рану Папы во время операции по лечению анального свища. Заговор был раскрыт после того, как перехваченная переписка попала в руки понтифика. Лев Десятый заманил Петруччи в Рим, пообещав ему личную безопасность и неприкосновенность, и даже выдав ему охранную грамоту. Как только кардинал прибыл девятнадцатого мая тысяча пятьсот семнадцатого года в Ватикан, он был немедленно арестован и заключен в тюрьму замка Святого Ангела вместе с другим кардиналом, Бандинелло Саули. Несмотря на свой статус, Петруччи подвергался допросам и пыткам в течение нескольких недель.

Смертный приговор был приведен в исполнение в камере замка Святого Ангела. Петруччи был задушен шелковым шнуром. Согласно историческим свидетельствам, палачом выступил мавр (мусульманин), чтобы избежать «непристойности» убийства христианского священнослужителя руками другого христианина. Папский хирург и личный секретарь Петруччи были публично повешены, а перед этим подверглись жестоким пыткам. Казнь Петруччи позволила Льву Десятому полностью перестроить Коллегию кардиналов. Ссылаясь на заговор, Папа в один день (третьего июля тысяча пятьсот семнадцатого года) назначил тридцать одного нового кардинала, когда за год не назначали более пяти, заполнив Коллегию своими сторонниками и родственниками, а также пополнив пустую папскую казну за счет продажи этих титулов. При этом он получил еще деньги в виде штрафов от других участников этого. якобы заговора.

— Ну и что? — пожала плечами Даша, — обычная история в те времена. Неудавшийся заговор!

— Дело в том, — улыбнулся ей юноша, — что по словам этого мужчины, не было никакого заговора. Кардинал Петруччи не планировал никакого убийства. Он видел как тяга к роскоши и продажи индульгенций разрушают авторитет Церкви и призывал для ее спасения провести реформы. И не допустить раскола и отделения протестантов. Но Льву Десятому важнее было собрать деньги на строительство Собора и свою роскошную жизнь. По сути, он проводил политику Калигулы и других цезарей, который убивал богатых римлян, чтобы завладеть их наследством. Императора который заставлял богатых римлян включать себя в завещание. Фраза «Ты не торопишься умереть» (или её вариации вроде «Почему он до сих пор жив?») связана с практикой Калигулы ускорять получение наследства с помощью яда или принуждения к самоубийству, если «наследодатель» затягивал с кончиной. В исторических хрониках Светония и Диона Кассия упоминается, что Калигула, растратив государственную казну, начал охоту за состояниями богатых граждан. Он объявлял недействительными завещания тех, кто не оставил ему хотя бы часть имущества. Многих богатых людей он заставлял официально назначать его сонаследником. Если после оформления документов человек выздоравливал или просто жил слишком долго, Калигула гневался, считая, что его обманывают. Он посылал таким «затянувшим» отравленные лакомства или приказы покончить с собой, иронично замечая, что они «издеваются над ним, заставляя ждать». Вот так и поступил Лев Десятый с кардиналами, которых обвинил в заговоре против себя.

Несколько высокопоставленных кардиналов были вынуждены заплатить огромные штрафы, чтобы сохранить жизнь или свободу. Среди них были: Рафаэль Риарио — самый влиятельный и богатый из обвиняемых. Он заплатил огромный штраф в размере сто пятьдесят тысяч дукатов и лишился своего роскошного дворца в Риме (ныне Палаццо делла Канчеллерия). Это колоссальная сумма, эквивалентная примерно пятьсот двадцати пяти -пятьсот тридцати килограммов чистого золота. В современном эквиваленте это может составлять десятки миллионов долларов, учитывая покупательную способность, которая была многократно выше, чем сейчас. Бендинелло Саули — кардинал из влиятельной генуэзской банковской семьи. Он был вынужден заплатить за свое освобождение пятьдесят тысяч дукатов. Франческо Содерини и Адриан Кастеллези — оба кардинала были оштрафованы на двадцать пять тысяч дукатов каждый. Не имея возможности выплатить такие суммы сразу и опасаясь за свою жизнь, они бежали из Рима. А вот сам «инициатор заговора», кардинал Альфонсо Петруччи, свою вину не признал и не захотел откупиться деньгами, несмотря на обещание безопасности, он был арестован и казнен в замке Святого Ангела.

И тут же продали тридцать одну кардинальскую шапку. Папа Лев Десятый (Джованни Медичи) в ходе массового назначения назначил кучу новых кардиналов, что принесло папской казне примерно пятьсот тысяч дукатов, или почти две тонны золота! Эта акция преследовала две основные цели. Лев Десятый столкнулся с серьезным финансовым кризисом из-за войны за Урбино, строительства собора Святого Петра и своих расточительных привычек. Продажа должностей стала одним из способов избежать банкротства.

— Я всегда знала, что католики еретики, а их папы служат не Христу, а Сатане! — брезгливо произнесла мама Императора, — их цезарепапизм — порождение гордыни Врага Рода человеческого. А объявление Папы непогрешимым, это чистое богохульство! Но к чему эти исторические экскурсы?

— К тому, что я не уверен, что Церковь так уж лояльна к нашему государству, — прояснил юноша, — вспомните мятеж семнадцатого года. Когда церковь выступила с осуждением мятежников и их деяний? Только тогда когда верные Его Величеству войска вошли в столицу и стало ясно, что заговорщики проиграли!

— Жаль нельзя рассказать, как святоши продали династию Романовых в нашей реальности! — с сожалением произнес Голос, — надо сказать, что вопрос о роли Церкви в падении монархии в тысяча девятьсот семнадцатом году году — одна из самых дискуссионных и болезненных тем в российской истории. Если говорить прямо, высшее духовенство (Святейший Синод) не «продало» Романовых в буквальном смысле за деньги, но оно чрезвычайно быстро и решительно отказалось от поддержки Николая Второго, когда начались революционные события. Когда в феврале тысяа девятьсот семнадцатого года в Петрограде начались беспорядки, обер-прокурор Синода Раев предлагал выпустить воззвание к народу, которое бы осуждало бунтовщиков и грозило церковным наказанием. Иерархи отказались это делать, заявив, что беспорядки имеют политический характер, и Церковь не должна в это вмешиваться. В самый сложный момент монархия осталась без идеологической опоры со стороны духовенства. А уже шестого марта тысяча девятьсот семнадцатого года, (всего через несколько дней после отречения) Синод распорядился во всех храмах вместо поминовения императорской семьи молиться за «Благоверное Временное правительство». Из залов заседаний Синода было вынесено царское кресло. Духовенство на местах активно участвовало в «праздниках свободы», называя революцию «волей Божьей».

Глава 3. Предложение бабушки Даши.

— Матушка! — удивился Император, — разве князь не раз доказывал свою преданность трону? Он два раза спасал нашу племянницу! Тебя исцелил! Мне кажется ты к нему очень сурова и несправедлива!

— Вася! — строго сказала женщина, — это все хорошо. Да, он спас моих внуков, и меня вылечил! Так лучшего способа войти в доверие к нам и не найдешь!

— Ваше Высочество считает меня изменником? — нахмурился Петр, — и карьеристом?

— Бабушка! Это уже слишком! — возмутилась балерина, — Петя, он конечно еще тот фрукт, но человек порядочный и благородный!

— Нет! Если бы я так считала, — усмехнулась бабушка Даши, — Вы, князь, уже отдыхали в казематах Петропавловской крепости. Но реформы которые Вы предлагаете настолько радикальны, что они, чем бы Вы не руководствуетесь продвигая их, могут снести не только наш дом, но и всю Россию! Поэтому я должна быть уверена, что Вы будете с нами до конца. А не сбежите, если что-то пойдет не так!

— Кроме моего честного слова, мне Вам больше нечего предложить! — сухо ответил капитан.

— Вот тут Вы сильно ошибаетесь, князь! — торжествующе произнесла мать Императора, — у Вас есть вполне определенный способ доказать всем нам свою преданность нашей семье!

— Могу я узнать этот способ? — с непроницаемым лицом спросил Петр.

— А Вы сами не догадываетесь? — спросила его женщина.

— Не хотелось бы гадать в таком важном вопросе! — отказался играть в «угадайку» молодой князь.

— Хорошо! Вы должны породниться с нашей семьей. Это, конечно, не стопроцентная гарантия верности, но серьезно повышает степень ее надежности! — спокойно произнесла бабушка Даши. В кабинете повисла мертвая тишина.

— Ну, матушка! — только и сказал улыбаясь Император посмотрев на покрасневшую племянницу.

— Ни и чего ты молчишь, Петя? — тут же спросила его зардевшаяся балерина.

— Это очень лестное предложение, — растерялся капитан, — я не против. Но есть проблема.

— Это какая такая проблема? — требовательно спросила Даша.

— Я сделал предложение любимой женщине и она его приняла. А когда мне исполнится восемнадцать лет мы поженимся! — твердо ответил юноша.

— Это значит, что Вы отказываетесь породнится с императорский семьей? — вкрадчиво спросила женщина.

— Вовсе нет! — пожал плечами Петр, — если та, кого Вы хотите выдать за меня замуж согласится быть тоже моей женой, то я приму это предложение с радостью!

— Однако! — крякнул Император, а Лобов только молча усмехнулся.

— Та? Что значит то - та? Что разве есть еще претендентки кроме меня? Ну-ка, выйдем Петенька в соседнюю комнату, поговорим, — с угрозой в голосе встала с кресла балерина.

— Дашенька, — с испугом произнес ее дядя, — только держи себя в руках. Там античные скульптуры и китайские вазы династии Мин! Они бесценные!

— Это уже как получится! — мстительно произнесла девушка, — идем, идем, Петенька!

Молодой человек тоже встали вышел в другую комнату. За ним вошла Даша и плотно закрыла дверь.

— Значит так ты поступил? — насела на него сразу девушка, — а как же я? Подумаешь! Сразу обиделся! Мог бы и подождать меня после спектакля! И утором дрых как суслик! Даже не узнал, как я выступила в главной роли! И вообще, ты до сих пор ни разу не видел, как я танцую! Это обидно!

— Даша! Я могу простить все, кроме двух вещей! Предательства и унижения! — твердо ответил капитан, — а ты меня унизила тогда при всех! И не говори мне, что ты забыла оформить мне пропуск!

— Ладно, не забыла! Врать не буду! Хотела узнать, что ты будешь делать! Мог бы и потерпеть, я все-таки принцесса! — вздохнула племянница Императора.

— И как? Узнала? Это ты для всех остальных принцесса, а для меня просто девушка! — улыбнулся Петр.

— Просто девушка! — передразнила его балерина, — Узнала! Узнала, что ты еще упрямей чем я! Мужчина не должен быть таким! — показала ему язычок девушка, — Петя. А что теперь мы будем делать? — вздохнула она.

— Теперь все зависит только о тебя! — твердо произнес молодой человек, — хочешь будешь тоже моей женой!

— Что? Ты себя слышишь? — закипела Даша, — тоже моей женой! Это какой по счету? Хочешь уже меня унизить? Что все скажут? Это какой-то позор!

— А тебя что больше волнует что скажут ханжи и фарисеи, у которых куча любовниц и любовников? Или собственное счастье? — прямо спросил ее молодой князь.

— Я вот не уверена, что буду счастлива деля тебя с еще одной женщиной! — заявила ему балерина.

— И возможно не с одной, — подлил масла в огонь Петр.

— Что? — чуть не подпрыгнула девушка, — ты кроме этой пенсионерки еще кого-то нашел пока меня не было? Экий ты прыткий, как я погляжу!

— Прошу говорить о Юлии с должным уважением, — отрезал капитан, — пока нет. Мы еще обсудим это вопрос вместе, если ты согласишься!

— Я? Соглашусь? Да ты с ума сошел! Я, принцесса Правящего Российского Императорского Дома, чтобы была второй женой? Да никогда! — гордо вздернула свой носик племянница Императора!

— Можно подумать! — пожал плечами молодой князь, — ты принцесса всего три года! Не было бы этого мятежа, ты была бы княжной, как и я!

— Вы забываетесь, князь! — нахмурилась Даша, — вот теперь сам решай! Или я, или она!

— Я уже решил! Если бы ты тогда так со мной не поступила, то была бы ты! Но ты поступила по-своему. И я сделал предложение Юлии. И я его не отзову! Поэтому, решать придется все-таки тебе! — улыбнулся Петр.

— Значит я во всем виновата? — насупилась и топнула ногой девушка, — ненавижу тебя! Терпеть тебя не могу! Очень мне хочется тебя поколотить!

— Даша! Остановись! Не говори тех слов, которые разведут нас, и уже навсегда! — попросил юноша.

— Я такое хочу тебе сказать! — возмущенно произнесла балерина, — хорошо. Ответь мне только на дни вопрос! Ты меня любишь?

— Я готов взять тебя в жены. И отношусь к тебе так же как в Юлии, хотя ты бываешь такой несносной порой! — улыбнулся молодой князь.

— Ты делаешь мне предложение? Прямо сейчас? — в упор глядя на него спросила Даша.

Глава 4. Встреча Даши и Юлии.

— Петя, — Даша на заднем сиденье прижалась к юноше, — а я чего-то волнуюсь!

— Почему? — удивился молодой человек. Краснов с водительского сиденья с недоумением смотрел на них.

— Ну а то ты не понимаешь? — вздохнула балерина, — слушай! А ты ей не рассказывал про то, что я говорила про нее? Ну, что она пенсионерка и старуха?

— Ну нет, конечно! — улыбнулся Петр, — я что не понимаю, что ли, что можно, а что нельзя говорить.

— Вот и не говори! Это я от ревности! — успокоилась его подружка, — знаешь, я оказывается страшно ревнивая! Я тебе скажу, а ты не сердись, хорошо?

— Клянусь, — пообещал капитан.

— Так вот, — начала признание племянница императора, — я встречаюсь с юношами с четырнадцати лет. Ну так, ничего серьезного. Но они всегда сами за мной первыми начинали ухаживать! А я выбирала с кем хочу, а с кем не хочу встречаться. Поэтому никогда не ревновала, когда их бросала. И знаешь, что? Они со второго свидания целоваться лезли и руки распускать!

— А я тебя поцеловал, как только увидел первый раз! — повинился Петр, — вот так магнетически ты влияешь на мужчин!

— Да! — рассмеялась девушка, — это было очень необычно! Но это же было в педагогических целях! Хотя, если честно, я тогда сильно испугалась! Никто до тех пор со мной себя так не вел! И знаешь, что, — она покраснела.

— Что? — снова прижал ее к себе молодой князь.

— Я сразу почувствовала в тебе силу, — прошептала балерина, — мужскую силу, которой хочется подчиниться. А у нас и свидания настоящего так и не было! Ты меня или спасаешь все время, или дуешься!

— Вот, что-что, а твоего желания подчиниться я до сих пор не чувствую! — улыбнулся Петр.

— Это чтобы ты не сильно задавался! — улыбнулась в ответ Даша, — видишь, с тобой еду, твое предложение приняла! Дяде и бабушке сказала! Даже не знаю сама, как я на это безобразие только согласилась! Петя, а как мы жить будем? Все вместе? Это так странно и необычно!

— Во первых, не бойся! Это даже хорошо, что Юлия старше тебя! — начал будущий многоженец.

— Чем же это хорошо? Я вижу только одну пользу! — заявила девушка.

— Интересно, какую? — удивился молодой человек.

— Она постареет быстрее, чем я! — неожиданно произнесла принцесса.

— Дашенька, — рассмеялся молодой князь, — только ты ей об этом не говори. Но я имел ввиду другое. Она мудрая и добрая! Она сразу согласилась чтобы у меня была еще одна жена.

— Еще бы ей не согласиться! — пробурчала недовольно Даша, — влезла между нами и довольная вся!

— Или она так любит меня, что готова на такие жертвы! — произнес Петр.

— Вот что ты с нами, бедными девушками, делаешь? — снова прижалась к нему балерина, — ладно, посмотрим. Как это все брачное безобразие будет выглядеть!

Когда они приехали к дому, где жила княгиня Петр попросил Василия Ивановича подождать Дашу и отвезти ее обратно во дворец. Тот молча кивнул, всем своим видом выражая свое неудовольствие таким развратным поведением молодого офицера, который тискается в салоне с племянницей императора, обещав ранее жениться на княгине.

Молодые люди переглянулись и только улыбнулись друг другу. Когда дверь квартиры вдовы открылась, Петр сказал:

— Юленька, у нас гости!

— Петенька! Что же ты меня не предупредил, — с упреком произнесла молодая женщина, — здравствуйте Ваше Императорское Высочество! Рада видеть Вас в нашем доме. Проходите, пожалуйста! — она сделал пригашающий жест рукой.

— Благодарю, княгиня! — кивнула Даша, — давайте без церемоний. На ты и без титулов. Тем более, что мы скоро, возможно, станем родственниками. По общему мужу!

— Спасибо. Понятно! — улыбнулась Юлия, — Петя, дорогой. Сходи на кухню и приготовь нам чай. У нас там есть пирожные, угостим Дашу. А пока ты будешь готовить угощение мы с ней поговорим. Ты же за этим Даша, приехала?

— Да! Юлия! За этим! — кивнула девушка рассматривая соперницу, которую видела первый раз, — вот специально нужно меня было дразнить пирожными? Мне нельзя набирать лишний вес! Меня мои партнеры по балету не поднимут!

— Понимаю, — улыбнулась вдова, — а что насчет кусочка легкого песочного пирога с вишней?

— Пирог с вишней? — переспросила жертва ограничения веса, — я обожаю выпечку с вишней!

— Ну тогда мы никому не скажем об этом маленьком нарушении! — рассмеялась княгиня, — идем, Дашенька, поболтаем о своем, о женском.

ПОСОЛЬСТВО БРИТАНИИ В ПЕТРОГРАДЕ

Лежа на диване в своей комнате отдыха после развлечений с Мери, тяжело дыша, посол приходил в себя. Действительно женские умения этой шлюшки оказались выше всяких похвал.

— Милорд доволен мной? — промурлыкала агентесса.

— Весьма! Вы настоящая мастерица своего дела. Кстати, давайте о делах, — благосклонно кивнул лорд, — я видел и слышал этого мальчишку. Считаю его весьма опасным. Думаю, Ваше предложение о его ликвидации было весьма своевременно!

— Всегда к Вашим услугам, милорд, — двусмысленно произнесла Мери, — как прикажите это сделать? Отравить, застрелить или зарезать это маленького негодяя, который Вас так расстроил? Особенно учитывая его родственников?

— Не говорите глупости, — раздраженно произнес посол, — если будет принято такое решение, это точно сделаете не Вы. Нам удалось внедрить в его ближайшее окружение своего тайного «спящего» агента.

— Вы мне не доверяете? — оскорбилась молодая женщина, — и кто это?

— Я никому не доверяю! — отрезал дипломат, — это мой личный контакт. О нем никто ничего не знает. Даже в Лондоне.

— А это надежный человек? — спросила шпионка, — он русский? Я бы русским не доверяла!

— У этого контакта есть личный мотив! Очень личный! И связан он как раз с этим щенком! Решено. И подвести его к этому гаденышу была очень непростой задачей! Будем действовать через него. А Вы продолжайте нашу игру. Не будем мешать одно с другим. Это никогда до добра не доводит. Зажмем этих варваров с двух сторон!

Глава 5. Контрпредложение.

Утром приехав на занятия в Академию Петр тут же попал в руки Вари. Она отвела его в угол аудитории тряся пачкой различных газет.

— Петя, ты читал утренние газеты? — возбужденно спросила она, а потом присмотревшись к новеньким погонам и знаку на груди, с восхищением добавила, — как? Ты уже капитан и награжден новым орденом?

— Я не виноват, так получилось! Это решение Императора. Варя, ты разрушаешь нашу легенду о ссоре! — с укоризной ответил ей ее названный брат.

— Не переживай, скандал сейчас будет, — успокоила его девушка, — поздравляю тебя, братик! Я так горжусь тобой. А на меня все крысятся, что я тебя предала! Видишь, как я страдаю ради тебя? Так ты читал газеты или нет?

— Варя, я, по совету профессора Преображенского, газеты вообще не читаю! — рассмеялся офицер.

— Какого профессора? Он преподает в нашей Академии? Я такого не знаю! — удивилась болтушка.

— Нет, он из Москвы, но это не важно! Так что там в газетах? — спросил, не став распространиться о герое еще не написанного романа Булгакова, Петр.

— Там, Петя, грандиознейший скандал! — восторженно произнесла Варя, — одни, консервативные газеты, тебя проклинают и клеймят революционером и анархистом! Вторые, либеральные, говорят о новых прогрессивных настроениях в студенческой среде! А листок феминисток назвал тебя пророком женского освободительного движения! Но все сходятся, что ты очень неординарная личность! Я еще больше горжусь тобой! А теперь извини, нужно устроить скандал!

— Давай! Я готов! — кивнул юноша.

— Ты что творишь? — громко зашипела мгновенно преобразившаяся девушка так, что ее услышали все сидящие рядом, размахивая руками с зажатыми в них газетами, — ты что позоришь нашу семью? Ты читал, что пишут о тебе в газетах? Да тебя на порог ни в один приличный дом не пустят! И нас вместе с тобой! Мы станем прокажёнными в этом городе! Твой дядя сказал, что знать тебя не знает и видеть не хочет, пока ты не дашь опровержение и не скажешь, что это все было глупым и неудачным розыгрышем, призванным эпатировать публику на диспуте!

— Передай моему дяде, что я не собираюсь давать никаких опровержений! И даже наоборот, буду и дальше добиваться прогрессивных изменений в нашей стране! На дворе двадцатый век! Хватит жить средневековыми пережитками и домостроевскими порядками! — твердо ответил капитан.

— Что? Так ему и передать? — деланно изумилась его названная сестра.

— Именно так! Я не сверну со своего пути! — пафосно, так что самому стало противно, ответил Петр, — а время рассудит, кто из нас был прав, а кто нет!

— Ну как знаешь, — снова зашипела девушка, и вручив ему газеты, гордо пошла на свое место. К юноше подошла с интересом наблюдавшая и все слышавшая Мери.

— Конфликт отцов и детей? Точнее, племянника и дяди? — с улыбкой спросила она, — я подозревала, что Ваши идеи являются слишком прогрессивными для вашего общества! О! Вас можно поздравить, князь? С новым званием и орденом?

— Это награды за старые заслуги! — вздохнул, согласно легенде, офицер, — и боюсь последние. Буду как сын маршала Груши у Наполеона! Начальство очень недовольно моим выступлением!

— А что с сыном этого маршала? — удивилась англичанка, — я ничего об это не знаю.

— Существует исторический анекдот (подкрепленный мемуарами современников), что Виктор Груши сын маршала Наполеона Эммануэля де Груши пробыл в чине лейтенанта (или старшего лейтенанта) гораздо дольше, чем это было принято для сына человека такого высокого ранга, — стал рассказывать Петр, — Основными причинами такой задержки были следующие:

Во первых, принципиальность его отца. Маршал Груши был известен своей суровостью и приверженностью дисциплине. Он считал, что его сын не должен получать привилегий только из-за родства. Он намеренно не представлял его к повышению, пока тот не «заслужит его кровью». Но следует сказать, что и сам Наполеон этого не делал.

Во вторых, опала после Ватерлоо. Как известно, маршала Груши многие обвиняли в поражении при Ватерлоо (за то, что он не пришел на помощь Наполеону, следуя букве приказа преследовать пруссаков). Хотя есть мнение, что это было его местью Наполеону, который отклонял все представления о повышение сына Груши в звании. Его назвали самым старым первым лейтенантом в армии Наполеона. И в отставку его тоже не отпускали. После реставрации Бурбонов семья Груши была в немилости, что также не способствовало карьере сына.

В третьих, личные качества сына маршала. По некоторым свидетельствам, Виктор не отличался рвением к штабной работе, предпочитая жизнь простого офицера, что в сочетании с упрямством отца создало ситуацию «вечного лейтенанта».

В наполеоновской армии продвижение обычно было стремительным. Солдаты могли стать генералами за пять — десять лет. На этом фоне сын маршала, застрявший в младших офицерских чинах, выглядел для современников почти аномалией и вызывал немало насмешек в салонах Парижа, — закончил свой рассказ молодой человек.

— Ну не знаю, — пожала плечами рыжеволосая, — Вы уже его обошли, в семнадцать лет уже капитан! У Вас есть еще большой запас времени, чтобы оправдаться перед начальством! И я надеюсь, наша с Вами совместная работа, изменит их отношении к Вам в лучшую сторону!

— Надеюсь! Это было бы не плохо! — согласился Петр, — у меня для Вас отличная новость! Начальство согласилось встретится с Вами и заплатить десять тысяч рублей золотом за Ваши сведения. Но в связи с изменившимися моими личными обстоятельствами у меня появились свои условия для проведения этой встречи!

— И что это за условия? — обольстительно улыбнулась агентесса, неправильно поняв слова офицера и облизав язычком свои пухлые губы.

— Вы очень привлекательны, Мери! — улыбнулся Петр, поняв ее мысли, — но меня интересуют более простые и приземлённые вещи.

— И какие же? — с плохо скрываемой женской досадой спросила уязвлённая студентка.

— Я хочу получить двадцать процентов от этих десяти тысяч рублей, как посредник! — усмехнулся юноша, — я сейчас в весьма стесненных материальных обстоятельствах после ссоры со своим дядей.