Контракт без права выхода

День продажи

Алиса открыла офисную дверь в семь сорок три. Тишина. Холодный воздух. Чистое пространство, где всё лежит там, где она оставила.

Свет мониторов, дальний гул серверов, запах свежей бумаги — порядок, которого она держалась. Она включила рабочую лампу, поставила кружку на стол, запустила ноутбук. Экран ожил, строки задач легли в нужные ячейки.

Три встречи. Один VIP. Один проект, который может утонуть, если кто-то передумает на последнем шаге.

Работа требовала прямой спины и твёрдого голоса. Она справлялась. Всегда.

Телефон мигнул. Сообщение.

Мила: Ты уже там?

Алиса улыбнулась одним краем губ. Никакой паники. Никакой поспешности.

Алиса: На месте.

Пальцы бегали по клавиатуре быстро и точно. Она видела маршрут дня, слабые места, точки риска. Она привыкла начинать первой. Это давало преимущество, когда другие ещё приходили в себя от сна и кофе.

Офис медленно просыпался. Люди ещё не успели принести хаос. Алиса работала в этой короткой полосе времени уверенно, будто от него зависело больше, чем расписание.

В дверях мелькнуло чьё-то отражение на стекле, но Алиса не отвлеклась. Она не теряла фокус, когда что-то требовало внимания. Сегодня всё должно было идти по плану. Но планы начали рушиться ещё до восьми.

Шум появился резко. Алиса подняла взгляд от экрана. Люди собирались не по привычным маршрутам. Не у кофемашины. Не у переговорных. Они останавливались прямо в проходах. Сбивались в группы. Говорили вполголоса. Это бросалось в глаза.

Алиса закрыла ноутбук. Медленно. Когда всё идёт не по плану, спешка роскошь.

Мила появилась первой. Лицо напряжённое, губы побелели.

— Алиса… — она остановилась слишком близко. — Ты ничего не слышала?

— Смотря что, — спокойно ответила Алиса.

— Юля из HR уже час с юристами. Игорь… — Мила запнулась. — Игорь не заходит в бухгалтерию. Он просто ходит.

Алиса встала. Высокие каблуки уверенно стукнули по полу. Она шла сквозь офис, не снижая темпа, и ловила детали.

Игорь действительно ходил. Не звонил. Не говорил. Смотрел в телефон и тут же убирал его, заметив чужой взгляд.

Алиса остановилась напротив.

— Игорь.

Он поднял голову слишком резко.

— Алиса. Доброе утро.

— Ты в порядке?

Короткая пауза. Слишком длинная для человека, который всегда готов с цифрами и фактами.

— Да. Просто… — он кивнул в сторону переговорной. — Совещание будет.

— Когда?

— Скоро.

Ответ был пустым. Игорь отвёл глаза. Это было хуже любой новости.

Алиса продолжила путь. Саша из PR говорил громко, слишком громко, будто пытался перекричать собственную злость. Юля сидела за стеклом переговорной, бледная, с прямой спиной. Рядом незнакомый мужчина в костюме без логотипов.

Юрист.

Когда в офис приходят юристы без предупреждения, кто-то уже проиграл.

Алиса остановилась у окна. Город жил обычной жизнью. Машины. Люди. Спешка. Никто не знал, что здесь, на восьмом этаже, что-то трескается.

Телефон завибрировал.

Мила: Говорят, компанию продали.

Алиса прочитала сообщение дважды. Без эмоций. Без внешней реакции.

— Кому? — спросила она вслух, больше для себя.

Ответа не было. Имя не называли. Имя всегда держат до последнего.

Алиса выдохнула медленно. Продажа означала пересборку. Пересборка означала контроль. Контроль означал, что кому-то придётся бороться за своё место. И это была территория, которую Алиса знала.

Она вернулась к своему столу. Села. Открыла ноутбук. Если правила меняются, выигрывает тот, кто первым это понял.

Алиса не задавала лишних вопросов. Она собирала информацию. Офис жил нервно, но предсказуемо. Люди выдавали себя движениями, интонациями, паузами между словами. Алиса читала это без усилий. Она давно работала с реакциями.

Мила нервно перебирала браслет на запястье. Саша из PR говорил по телефону резко, обрывая фразы на полуслове. Юля из HR вышла из переговорной с прямой спиной и пустым взглядом.

Никто не смотрел ей в глаза слишком долго. Никто не шутил.

Алиса прошла между столами, как будто просто шла за водой. На самом деле отмечала. Кто знает больше, чем говорит. Кто уже готов бежать. Кто будет цепляться.

— Алиса, — Саша поймал её у копира. — Ты в курсе, что происходит?

— В курсе того, что вы говорите слишком громко, — ответила она спокойно. — И что это может стоить вам работы.

Он замолчал. Отступил на шаг. Она не повышала голос. Ей это не требовалось. Алиса умела останавливать людей взглядом. Без давления. Без угроз. Просто напоминанием, кто здесь держит процессы в руках.

Она вернулась к своему столу, открыла список проектов. Закрытые мероприятия. Контракты с условиями конфиденциальности. Имена, которые нельзя было произносить вслух. Клиенты, которые не прощают ошибок.

Эта компания держалась не на вывеске. Она держалась на таких, как Алиса. Она знала, кто сорвётся при первом давлении. Знала, кого можно заменить за неделю. Знала, какие проекты рухнут без неё. Это давало спокойствие.

Телефон снова завибрировал.

Мила: Если будут сокращения…

Алиса набрала ответ сразу.

Алиса: Не суетись. Работай.

Мила поставила лайк. И перестала писать.

Алиса подняла взгляд. Поймала своё отражение в тёмном стекле монитора. Собранная. Холодная. Уверенная. Она не зависела от этой компании. Она выбрала её. Алиса Вернер не держалась за места. Места держались за неё.

Она уже перестраивала день в голове. Убирала лишнее. Усиленно фиксировала ключевые точки.

Если компанию продали, новый владелец придёт за рычагами управления. Он будет искать тех, кто не сломается. И тех, кого можно поставить под контроль.

Алиса не собиралась быть ни тем, ни другим.

Она закрыла список задач и отправила одно письмо — короткое, без темы, нужному человеку. Страховка. На случай, если разговоры перестанут быть разговорами.