Контракт для попаданки, или Няня для дочери генерала драконов

Пролог

— Горэйдх, ты уверен, что эта девица именно та, о ком говорила Фалтхра?

Не то, чтобы я не доверял императорскому оракулу, коим теперь является Горэйдх Хельмиронский, самый молодой из всех предсказателей, чья проницательность не раз служила на благо империи, но, наблюдая в Магическое Око — заклинание, позволяющее видеть сквозь стены — за женским созданием, которое можно было определить исключительно по слегка выпирающей части груди, во мне невольно начали закрадываться сомнения.

— Это она, вне всяких сомнений, сир. — Обращение светлейшего, приравнивающее мою скромную персону к высшему сословию, заставляет скривиться. — Никакой ошибки нет. Эта леди — та самая, что…

— Я понял, — перебиваю Горэйдха, не желая слушать его дальнейшие заверения. И снова смотрю на чужеземку.

Слабо верится, что это ходящее недоразумение на что-то способно. Спасти империю? Она же беспомощнее слепого котёнка! Скорее, её саму придётся спасать. Но хуже всего то, что делать это предстоит мне. Будто мне больше заняться нечем!

— И зачем я только послушал тебя?

Я могу поклясться здоровьем своей дочери, что не произносил вопроса вслух! Однако моего слуха касается ответ Горэйдха:

— Таково было последнее желание Фалтхры.

Мажу по оракулу взглядом, но всё его внимание обращено на чужеземку, и я тоже перевожу взгляд туда.

Тем временем это тщедушное создание подходит к стене, остановившись прямо напротив нас.

— Гор, она может нас видеть?

— Рано или поздно она это сделает, — спокойно, я бы даже сказал с какой-то подозрительной удовлетворённостью в голосе, отвечает Горэйдх, с которым мы знакомы с детства.

— Я имею в виду — сейчас?

— Сейчас это исключено, — звучит с непоколебимой уверенностью.

Однако это худющее (в чём душа только держится?) подобие женщины останавливается прямо напротив меня. Подняв лицо, она с интересом разглядывает то, что находится выше уровня её глаз, но явно привлекло внимание. Меня не покидает странное чувство, что она изучает именно нас с Гором, причём с неменьшим любопытством, чем мы её. В какой-то момент мне кажется, что наши глаза встречаются, но взгляд незнакомки направлен куда-то вглубь, словно она видит насквозь и способна заглянуть даже в душу.

Тонкая изящная кисть с длинными, аристократическими пальцами тянется в мою сторону, заставляя меня невольно отшатнуться, что вызывает ухмылку Горэйдха. К счастью, он воздерживается и не высказывает своего мнения по сему поводу.

Тем временем незнакомка проводит пальцами, будто изучает наощупь. Она так близко, что я вижу каждую ресничку и каждую веснушку на её лице.

Меня привлекает рисунок на внутренней стороне её запястья. Приближаюсь, чтобы лучше разглядеть его, даже тянусь, словно тоже хочу коснуться.

Внезапно правое запястье обжигает, заставляя инстинктивно отдёрнуть руку.

— Это ещё что за дьявольщина? — Нервно гляжу, как на руке, прожигаясь золотыми нитями, появляется метка...

Глава 1

— Я хочу ребёнка.

Слова срываются с губ, словно их произносит внутри меня кто-то другой. Это так неожиданно, причём даже для меня самой. Но чем больше я об этом думаю, тем сильнее становится желание.

Да, я хочу ребёнка!

Ловлю направленный на меня взгляд Макса, который выражает больше недоверие, чем удивление.

— Ты сейчас пошутила?

— Нисколько. Иметь ребёнка вполне естественное желание для любой женщины. Что в этом такого?

Я деликатно умалчиваю про свой возраст. Ещё, конечно, не совсем поздно. Я бы даже сказала, что в самый раз.

— В принципе ничего. Но…

То, с какой интонацией сказано это самое «но», заставляет меня насторожиться.

— Объясни, — требую.

— Ты сама подумай: где ты и где ребёнок.

Такая постановка вопроса мгновенно вызывает внутренний протест, и становится очевидно: буря неизбежна.

— Как интересно! И что же со мной не так? — спрашиваю, но Макс не желает замечать угрожающего сарказма в моём вопросе.

— Элина, ребёнок — это не игрушка и даже не зверушка. За ним уход нужен. А ты всё время проводишь в своём телефоне. Да у тебя даже кошка с голоду сдохнет!

А вот это, между прочим, обидно. Очень обидно. В телефоне я «торчу» только потому, что это приносит мне деньги, на которые Макс прекрасно живёт. Вот только в последнее время заметен серьёзный спад доходов. Пожалуй, отсюда это унылое, депрессивное настроение и желание что-то изменить в своей жизни.

— Или ты решила сменить направление? — продолжает Максим, не замечая, что я, подобно чайнику со свистком, начинаю закипать. И температура кипения приближается к критической отметке. — А что? Сейчас это вполне популярно. Что-то вроде «Я же мать», или «Будни молодой мамочки».

Идея хорошая, но чтобы родить ребёнка нужно время, а чужого «напрокат» не возьмёшь.

— Но хочу тебя предупредить, что помимо двухминутных роликов тебе придётся двадцать четыре на семь возиться с вечно орущим созданием, кормить его, менять памперсы и лечить от аллергии, — прерывает мои размышления Макс.

Даже не представляю, откуда у него такие познания, особенно про аллергию.

Мы с Максом вместе уже два года, но наши отношения не сдвинулись ни на шаг, не говоря уже про то, что даже намёка на заветное предложение руки и сердца я не заметила. А с такими взглядами на семью и детей чувствую, что не дождусь его до своих седин. И я начинаю смотреть на своего молодого человека с другой стороны. Хотя какой он молодой человек? Мужик уже!

— И что? — бросаю с вызовом, всем своим видом демонстрируя решительность.

Макс тут же сдувается, как проколотый воздушный шарик, из которого выпустили весь гелий.

— Нет, если ты так решила, то я, разумеется, ничего не имею против, — в мужском голосе сквозит скорее обречённость, чем согласие. — Но потом не говори, что я тебя не предупреждал, — произносит с таким видом, будто его насильно заставляют стать отцом.

Только приставлять пистолет ни к чьему виску я не собираюсь.

— Спасибо, дорогой. Обойдусь без твоих советов.

Как и без тебя. С подобным отношением к семье такой кандидат на роль отца моих детей мне и даром не нужен.

Оказывается, я это высказала вслух, на что Макс, естественно, обиделся и, психанув, громко хлопнул дверью. Уже в третий раз.

Когда это случилось впервые, я очень сильно переживала. Во второй — отнеслась уже спокойнее. А сейчас… Сейчас мне откровенно безразлично, даже если он не вернётся.

Без особого интереса привычными движениями листаю новостную ленту. Всё настолько приелось, что даже зацепиться не за что. Кое-где ставлю лайки, скорее по привычке, чем по истинному восторгу. Сама не знаю, что я хочу найти, как в глаза бросается объявление:

«Требуется няня для дочери генерала драконов».

Перечитываю несколько раз и понимаю, что оно привлекает своей оригинальностью.

Неужели отец девочки настоящий генерал? Это же сколько ему лет…

Настроение заметно улучшается и появляется интерес.

Ни секунды не раздумывая, вбиваю свой вопрос в поисковик. Ответ, который предоставляет ИИ практически мгновенно, удивляет: средний возраст получения звания генерала — сорок пять-пятьдесят лет. Не так уж и много. Но это если говорить о генерал-майоре. А если о генерале армии, то… А папаша-то ого-го ещё, получается!

Всё бы ничего, но при чём здесь драконы? Может, папаша-генерал имел в виду драгунов? Подумаешь, опечатался дедуля, с кем не бывает. Зато как звучит! Генерал драконов! Оказывается, пиарить себя возрастной папик ещё как умеет! Вот только где искать этого креативщика? Телефончик-то герой забыл указать.

Жалко-то как!

Желание увидеть легендарного генерала драконов, вспыхнувшее остро и необъяснимо, не отпускает.

Решительно вскакиваю из кресла, закидываю за спину свой любимый рюкзачок и выхожу подышать свежим воздухом. Нужно проветрить голову.

Ноги сами несут меня в неизвестном направлении, пока я не останавливаюсь перед высоким литым забором с витиеватыми узорами.

Достаю телефон, чтобы посмотреть, где я нахожусь. Экран загорается на открытом объявлении, рядом с которым теперь мигает кнопка: «Принять».

Не давая себе ни секунды на размышления, чтобы подумать о последствиях, касаюсь экрана, и сенсор реагирует мгновенно.

1.1

⚜️⚜️⚜️

Дорогие читатели! Рада приветствовать вас в своей новинке😉 Буду очень признательна за ваши отклики и комментарии.

А пока предлагаю поближе познакомиться с нашими героями:

Крейг де Касси

Суровый генерал драконов, железной рукой управляющий армиями, но бессильный перед детскими слезами и проигравший «войну с косичками». Его поле битвы сменилось на детскую спальню, а главным врагом стало утреннее упрямство маленькой дочери, которую он растит в одиночку.

Элина Виноградова (Элания)

Дитя цифровой эпохи, заброшенная в другой мир. Она смотрит на жизнь через камеру своего телефона, привыкла к мгновенным ответам на любые вопросы, ярким картинками, к миру, который можно «пролистать». Но что делать, если нет интернета, вокруг — незнакомые лица, живущие по древним законам, а самый главный тренд — это «выживание»?

Его долг — защищать империю. Её цель — найти путь домой.

Смогут ли воин, давно позабывший о любви, и девушка, не знающая реального мира, защитить друг друга и найти то, чего им так не хватало — настоящую семью?

Глава 2

Запись вспыхивает и исчезает.

— Вот это ИИ даёт! — не скрываю восхищения. — Оригинальненько!

Но на этом всё и заканчивается.

Страница обновляется, обновляется и… ни-че-го! Ни самого объявления, ни номера телефона, по которому можно связаться с работодателем, ни контактов сайта, ни хоть какого-то намёка на то, что это вообще было!

— Эй, алё! — Верчу рукой, пытаясь «взбодрить» незаменимый гаджет, который вдруг решил «зависнуть». — Ерунда какая-то! — фыркаю недовольно и, поправив лямку рюкзака, открываю приложение карт. Но и тут меня ждёт разочарование.

Подождав несколько секунд, бросаю эту затею тоже и, держа на всякий случай телефон в руке, осматриваюсь по сторонам.

Ну и где я?

Только я могу заблудиться в родном городе, в котором родилась и прожила без малого всю свою жизнь.

Район, где мы с Максом снимаем квартиру, конечно, новый, но не до такой же степени он мог измениться!

Место мне незнакомо. Не могла же я так далеко уйти от дома. Или могла?

Мне бы сориентироваться хоть немного, но, как назло, на улице нет ни одного прохожего.

— Вымерли все что ли? Ау, люди! Вы где?

Ни души!

Пытаюсь заглянуть за плотный забор, чтобы хоть что-то разглядеть. В доме-то должен хоть кто-то жить!

Опираюсь ладонью на дверь, и она, к моему немалому удивлению, открывается.

— Надо же! Не заперто. Эй, есть кто-нибудь? — осторожно просовываю свою любопытную головушку внутрь. — Здравствуйте! — почти кричу, чтобы меня услышали.

Но в ответ доносится лишь шум листвы и хлопотливое щебетание птиц.

— Хозяева! — продолжаю звать и вхожу в идеально чистый, просто безупречно убранный двор.

Не знаю, сколько времени и денег потратили на дизайнера, но оно того стоило. Ландшафт — просто восторг!

Заворожённо верчу головой по сторонам, как ребёнок, попавший в ожившую прямо перед глазами сказку, и медленно иду по выложенной булыжником(?!) дорожке. Гладкий натуральный камень (ибо это он и есть) смотрится необычно, но лишь потому, что глаз привык к бездушной тротуарной плитке. Всё-таки здесь живут явно оригиналы. Становится любопытно, кто они. Странно то, что я совершенно не помню частных владений в новом микрорайоне.

Коттедж больше похож на особняк или даже на замок. Домом его не назовёшь точно — такой он громадный. Я вообще не понимаю, как он уместился на той территории, куда я вошла. Такое чувство, что он расширяется в пространстве…

Глупости, конечно. Всё-таки какие-то странные мысли посещают меня.

Нет, я не легкомысленная, но сейчас моя реакция меня удивляет. Ведь, судя по всему, мы расстались с Максом, с новым контентом у меня тоже туговато, а значит, доходов не жди — с неба они не падают, а я, вместо того, чтобы переживать, любуюсь на благоустройство чужого дворца!

Точно! То, где я сейчас нахожусь очень похоже на дворец!

И я не выдерживаю. Хочу сохранить этот момент хотя бы для себя, на память! Снимаю блокировку с телефона, чтобы запечатлеть всю эту красоту на видео.

Вид напоминает потрясающий низкий сад, а не обычную придомовую территорию. Назвать палисадником то, что я вижу, у меня язык не поворачивается! Я очарована настолько, что совершенно забываю, с какой целью сюда пришла. И была ли она у меня, вообще, эта цель. Кому рассказать — не поверят, а так у меня будут доказательства.

Вот только мой совершенно новенький, самой последней модели телефон не включается. Я всё понимаю, он ещё на гарантии, и поменять его будет не проблема, но что мне делать сейчас?

— Ну давай же, миленький, включайся!

И, о чудо! Он включается!

Однако сим-карта, интернет, Wi-Fi и даже Bluetooth оказываются недоступными. Да как так-то?! Работает только фонарик и камера. И это за те деньги, что я заплатила?! Ужас! Но сейчас это не главное. Хорошо, хоть что-то работает, а с остальным я разберусь позже.

Поднявшись по начищенным до блеска ступеням, делаю несколько снимков того великолепия, что я про себя окрестила «сад моей мечты», и короткий видеообзор, чтобы, вернувшись домой, хорошенько всё рассмотреть на экране ноутбука.

Жаль, что такую красоту не запостишь. Но, что поделать, таковы правила. Раз уж я всё равно здесь, то почему бы не заглянуть внутрь?

Вытираю вспотевшие от волнения ладони. Поискав глазами электрический звонок и не найдя ничего похожего, осторожно берусь за кованое железное кольцо на фигурной накладке с изображением головы дракона. Гладкий, без малейших шероховатостей, металл, нагретый на солнце, согревает мои холодные пальцы, и я стучу в массивные двери, явно сделанные из натурального дерева.

Стою. Жду. Чего? Сама не знаю.

Протягиваю руку, чтобы постучать ещё раз. В этот миг створки дверей с грохотом распахиваются, открывая моему взору почтенного возраста мужчину с такой безупречной осанкой, что я невольно вытягиваюсь, выпрямляя спину.

Но больше удивляет другое: он одет как настоящий дворецкий!

Глава 3

— Добро пожаловать, мисс. Прошу меня простить, что вам пришлось самой проделать весь путь. Меня предупредили слишком поздно о вашем прибытии.

Вообще-то я и сама пять минут назад не знала, что окажусь здесь! Однако сейчас я настолько поражена всем происходящим, что даже не успеваю подумать об этом.

Мужчина совершает безупречный, неглубокий поклон, заставляя меня согнуть свои колени, то ли в подобии реверанса, то ли от неожиданности.

— Здра… вствуйте, — вовремя одёргиваю себя, едва не ляпая «здрасти», и прячу за спину руку, которой собиралась помахать в знак приветствия.

Дважды приглашать меня не нужно, и я неуверенно переступаю порог, попадая в просторный, просто огромный светлый холл.

Это не просто великолепно, это фантастически красиво!

— Меня зовут Пэльфирон, но вы можете обращаться ко мне Пэрри, — напоминает о себе дворецкий, как я его успела окрестить. — Позвольте принять ваш багаж, мисс, — предлагает, но тут же осекается, глядя на мой рюкзачок, который даже при очень большой фантазии крайне сложно назвать багажом.

— Благодарю, э… Пэрри. — Решаю воспользоваться сокращённым вариантом имени, так как не уверена, что смогу правильно выговорить с первого раза оригинал. — Он совсем не тяжёлый, — имею в виду свой рюкзак и изображаю вежливую улыбку, стараясь сильно не вертеть головой по сторонам.

А посмотреть здесь есть на что!

— Хм…

Пэльфирон озабоченным взглядом осматривает мой внешний вид, но заметив, что я его поймала за подглядыванием, прокашлявшись, предлагает:

— Не желаете освежиться после дороги?

Что? Освежиться? После дороги? От меня воняет? Да нет же!

Я так и вижу себя разгуливающей себя по всему этому дворцовому великолепию в махровом халате и с тюрбаном из полотенца на голове. Нет уж, спасибо!

— Его Высокопревосходительство сейчас занят, — продолжает Пэрри. — Он уделит вам время сражу же, как только освободится.

Высоко… кто? Превосходительство? Или это такое обращение к генералам? Мамочки, куда я попала? Но то, что попала, это точно.

— Благодарю, Пэрри. Можно, я просто подожду здесь?

В конце концов у меня будет время всё рассмотреть, а потом уже решить, хочу я здесь задержаться или нет.

— Как пожелаете, мисс. Я могу вас оставить? Дела…

— Да-да, конечно.

— Благодарю, мисс. Вы очень добры. Если вам что-нибудь понадобится, всегда к вашим услугам.

Понятия не имею, что нужно и как правильно отвечать по этикету в таких случаях, а моя «палочка-выручалочка» в виде так невовремя превратившегося в обычный «кирпич» телефона ничем не может помочь, потому что здесь нет интернета! Глушат, наверное.

Но ничего! Прорвёмся!

Оглядываюсь по сторонам и чуть ли не забываю о самом главном!

— Пэрри! — зову почти удалившегося дворецкого, заставляя того вздрогнуть. Слабоваты как-то нервишки для служащего при генерале! — Извините.

— Да, мисс? — интересуется с деликатной осторожностью.

— Я хотела уточнить.

— Что именно?

— Я могу здесь поснимать? — Невинно хлопаю ресничками и верчу рукой, демонстрируя свой телефон.

Однако дворецкий смотрит на него так, будто впервые видит. А потом медленно переводит озадаченный взгляд на меня.

— Прошу прощения, мисс. Что сделать?

Вот что тут непонятного?!

— Поснимать, пофотографировать, сделать снимки, — терпеливо объясняю элементарную истину. — Для себя. На память, — добавляю, видя, как вытягивается лицо несчастного дворецкого. — Щёлк, щёлк.

— А-а, на память… — тянет, словно не понимает, зачем это мне. — Щёлк, щёлк?

— Да, — киваю, подтверждая, что так и есть.

Он, может, и привык ко всему этому великолепию, а я вижу впервые. Мне надо! Очень!

Пэрри проводит пальцами по волосам возле уха. Типичный жест, когда нужно поправить микронаушник. Так бы сразу и сказал, что ждёт ответа от хозяина! Вздрагивать-то зачем? Я же не денег у него прошу!

— Так что?

— Да, мисс. Вы можете делать… щёлк-щёлк.

— Снимки, — подсказываю.

— Да. Сним-ки, — произносит медленно Пэрри и зачем-то делит слово на слоги.

— И ещё один вопросик: это дворец? — спрашиваю, немного осмелев.

— Нет, мисс. Это обычный особняк. Его Высокопревосходительство отказался от чести жить в императорском дворце.

Ох, ничего себе! Отказался от чести… Жить в императорском дворце…

Надо же сколько пафоса!

— Что-нибудь желаете ещё, мисс?

— Благодарю. Это всё.

Пэльфирон снова склоняется и как-то чересчур поспешно покидает залу, оставляя меня одну посреди роскоши обычного особняка.

Что тогда считается необычным?

Отбрасываю все лишние вопросы в сторону. Пора за работу. Пока есть время, нужно извлечь из него максимум пользы!

Глава 4

С лихвой удовлетворив своё первое любопытство, ещё раз окидываю взглядом помещение, достойное самой королевы или, что вероятнее, императрицы, если учесть слова Пэрри о том, что генерал отказался жить в императорском дворце.

И кста-а-ти, а почему император, когда у нас в стране президент? Или генерал служил при императоре? А где? Очень, просто очень любопытненько!

Эта мысль приходит мне в голову, когда я рассматриваю узор на шёлковых обоях, выполненный золочёными нитками. И это не шелкография — нет, а самая настоящая ткань! Приглядевшись, я могу с уверенностью сказать, что различаю каждую ниточку. Неужели ручная работа?! Это просто уму непостижимо! Сколько же труда, времени и, самое главное, денег сюда вбухано?!

Касаюсь узора, подушечками пальцев ощущая тепло и гладкость шёлка. Но вдруг резко одёргиваю руку. Это происходит рефлекторно. Такое бывает, когда обжигаешься обо что-то сильно горячее или тебя ударяет током. Вот только никакой боли или чего-то подобного я не почувствовала! Я просто ни с того, ни с сего отдёрнула руку. Но почему?!

Прислушиваюсь к ощущениям: никакой боли точно нет, рука тоже нормальная. Тогда что это было?

Ёжусь, начиная чувствовать себя неуютно. Меня не покидает стойкое ощущение, что за мной наблюдают. Нет, я, конечно, понимаю, что в таком доме явно должны быть камеры (и они есть, я в этом уверена!), только здесь что-то другое. Я чувствую, если так можно выразиться, прикованный к себе живой взгляд, от которого становится немного не по себе.

Никаких зеркал с потайными стёклами, как в современных триллерах, здесь нет. Как и ни одной подозрительной картины, за которой мог бы притаиться всевидящий объектив. Но щекотливое, неумолимое ощущение чужих глаз по-прежнему не отпускает. Я медленно обвожу взглядом голую, если не считать шёлковой ткани на ней, стену.

Говорят, у стен есть уши. А вот у этой, кажется, есть глаза. И они смотрят прямо на меня.

Снова бросаю взгляд на стену, от которой отдёрнула руку, и на всякий случай отхожу от неё подальше. А то мало ли! Чем это «мало ли» может быть, я не представляю, но чувство самосохранения подсказывает, что здесь всё не так просто, как кажется.

И я начинаю смотреть на ситуацию, «стянув с себя розовые очки».

Странно всё это. Очень странно…

И сам особняк, у которого я оказалась каким-то непонятным образом, и которого точно не было в окрестностях микрорайона, и дворецкий с необычным именем Пэльфирон, и, наконец, эта стена (снова кошусь в ту сторону), у которой есть глаза?

Что за чертовщина здесь творится?

Я не любитель мистики и чего-то непонятного. Поэтому, наверное, лучше уйти подобру-поздорову, пока не поздно.

Решительно разворачиваюсь на пятках в сторону выхода, как меня оглушает детский крик:

— Винди Зель, стой! Вернись немедленно!

При виде крошечного, но упитанного грызуна, стремительно удирающего от очаровательной девчушки с копной светло-русых локонов, мои брови сами взлетают вверх.

Я не знаю, кто меня поражает больше: хомяк, чуть ли не кубарем скатывающийся по парадной лестнице, или прелестный ребёнок кукольной внешности в светло-голубом воздушном платьице.

Увидев меня, малышка резко останавливается, небрежным жестом смахивает упавший на милое личико локон и таращится огромными, цвета ясного неба, глазами.

— Привет! — улыбаюсь, поднимаю ладонь в приветственном жесте и машу ей. — Меня зовут Элина.

— Элания… — повторяет заворожённым голосом девочка, изменяя моё имя, и распахивает глаза ещё сильнее. Хлопает светлыми ресницами и вдруг, словно опомнившись, приседает в элегантном реверансе. — Эриль Китни Крейг де Касси.

Ох, ты ж! Вот это имечко!

— Приятно познакомиться, Эриль… Китни…

— Папочка зовёт меня Эриль. Полным именем он называет только тогда, когда сердится.

— А сердится он очень часто, — раздаётся прямо возле моего уха, заставляя меня подскочить от неожиданности, когда я обнаруживаю на своём плече того самого хомяка, которого догоняла Эриль. Я совершенно не заметила, когда и как он умудрился взобраться по мне. — Осторожнее, милочка, ты меня уронишь! — Цепляется в меня своими коготками.

Говорящий хомяк?! Я сошла с ума?

— Винди Зель, где твои манеры? — строго отчитывает его Эриль.

— Барон Винди Зель, юная леди! — с важным видом исправляет хомяк.

Всё нормально, Элина. Это просто очень странный сон.

— Винди Зель, ты пугаешь Эланию! Что она о тебе подумает?

Что я подумаю?

Говорящий хомяк, к тому же целый барон…

— Барон Винди Зель, вы не могли бы спуститься на пол? — тяну каждое слово, словно они слиплись от сладкой патоки, и стараюсь не думать, насколько нелепо выглядит со стороны моё обращение.

Но ни девочку, ни хомяка это ничуть не смущает.

— Если только юная драконесса не станет меня ловить.

Кто?! Драконесса?

— Винди, верни мой браслет! Лучше по-хорошему!

— Не отдам!

Только сейчас я замечаю на шее этого наглого зверька свисающую почти до задних лапок очень тонкой работы серебряную нить.

Эриль нетерпеливо топает ножкой, привлекая моё внимание. И то, что я вижу, мне совсем не нравится: её зрачки сужаются и становятся вертикальными, а на кончиках пальцев начинают танцевать язычки пламени.

— Ну всё! Ты сам виноват!

— Эриль Китни Крейг де Касси, предупреждаю: не смей этого делать! Я пожалуюсь твоему отцу! — шипит хомяк, прячась за мою спину.

— Сначала я подпалю твой пушистый зад! — Эриль намеревается выполнить угрозу, совершенно не задумываясь о том, что я нахожусь как раз на линии огня.

Острые коготки царапают мою шею, когда хомячий барон, прячась от Эриль, залезает мне за шиворот. И я не выдерживаю.

Мой испуганный визг, наверняка, слышится далеко за пределами этого странного особняка, пугая всех местных обитателей.

Кто-нибудь разбудите уже меня, пожалуйста!

Глава 5

Первая мысль, которая мелькает в голове: «Элина, пора делать ноги!»

Вторая…

А вот вторая мысль так и не успевает появиться, потому что любопытство, которое сгубило не одну кошку, простреливает мозг сильнейшим шоком. Желание, хоть «одним глазком» взглянуть на этого самого генерала драконов, приводит к такому оцепенению, что я не в состоянии сдвинуться с места. Стою, как парализованная, и не могу даже моргнуть.

Время, пространство — всё словно искажается и замирает.

Всё происходит, как в замедленной съёмке. Будто невидимый режиссёр специально применил эффект слоумо, чтобы я в полной мере могла ощутить каждое движение, уловить каждую, даже самую мимолётную, деталь…

В холл широким, уверенным шагом входит высокий, широкоплечий мужчина. Приталенный чёрный с золочёными пуговицами жилет, как и безупречно сидящие на генерале узкие брюки идеально подчёркивают его статную фигуру. Широкие рукава рубашки из белоснежного шёлка нисколько не скрывают рельеф мышц. Длинные, такие же русые, как и у Эриль, волосы небрежно спадают, касаясь плеч. В небесно-голубых глазах плещется чистейший лёд, как замёрзшие воды глубокого озера.

От отца Эриль даже на расстоянии веет мужской брутальностью и такой могущественной силой, которая ощущается на каком-то интуитивном, если не сказать, животном уровне.

Приходится признать: Крейг де Касси очень, просто чертовски (или же по-драконьи?) красивый мужчина. Однако, вопреки ожиданиям, ничего «драконьего» в его внешности я не наблюдаю: ни чешуи, ни крыльев, ни хвоста. Хотя, пожалуй, кое-что всё-таки есть — притяжение, которое от него исходит. Иначе, как объяснить, что я не в силах оторвать от него свой взгляд?

— Папочка! — девчушка с улыбкой на милом личике приседает в элегантном почтительном реверансе.

— Эриль, — грозно, но в то же время с мягкими оттенками в приятном баритоне произносит папаша-дракон, заставляя свою дочь застыть в ужасно неудобной позе.

Даже у меня от его голоса, низкого и рокочущего, по коже пробегают мурашки, а внутри всё сжимается. Это не просто звук, это такая тонкая вибрация, которая пронизывает каждую клеточку моего тела.

И в этот момент дракон направляет на меня свой взгляд.

— Леди… — обволакивает бархатистостью своего голоса мой разум.

Таращусь на генерала, теряя не только дар речи, но и способность мыслить.

— Склонись, присев в реверансе, дурёха, — шепчет мне в ухо хомяк, благоразумно спрятавшийся в моих волосах, чтобы не показываться на глаза хозяину этого дома.

Нет, ну не нахал ли? Ещё какой-то грызун будет указывать мне, что делать?!

Вывод напрашивается только один — я попала. Причём очень основательно. Фэнтези я обычно обхожу стороной, но со словом «попаданка» знакома. Однако я никогда не думала, что когда-нибудь мне «посчастливится» оказаться в этом статусе! Иначе я бы подготовилась!

К тому же реверансы — не мой конёк. Чтобы повторить утончённую пластику Эриль, мне потребуются пусть не годы, но хотя бы пара-тройка тренировок. А выставлять напоказ свою неловкость, неуклюже рухнув, потеряв равновесие, — перспектива малопривлекательная. К тому же у меня есть принципы: не падать к ногам мужчин. Особенно таких.

— Попаданки не приседают! — шёпотом шиплю мохнатому барону, но получается несколько громче.

А может, слух у генерала слишком острый, потому что после моей фразы его брови ползут вверх.

Вот только не надо на меня так смотреть! Ничего такого я не сказала!

— Это не вам, — обретаю возможность говорить.

Однако брови генерала ползут ещё выше. С такими темпами они рискуют оказаться у него на затылке.

Кстати, брови у него красивые… Ровные, густые, резко очерченные — они взлетают к вискам, подобно крыльям хищной птицы (или же всё-таки дракона?), и придают взгляду пронзительную остроту.

— А кому?

Жаль только, что с сообразительностью у генерала туговато.

— Там, — показываю пальцем себе в район шеи, — хомяк.

И брови генерала окончательно начинают жить своей жизнью.

— Хомяк?

— Да, — отвечаю с таким видом, будто я каждый день использую хомяков в качестве заколки. — Его зовут Винди Зель.

— Кто?! — гремит на весь зал и эхом разносится по всему особняку.

— Барон Винди Зель, всегда к вашим услугам, сэр.

Это нагло взобравшееся на меня создание вылезает из-под моих волос и, сложив свои лапки, невинно пялится на дракона своими глазками-бусинками.

Генерал смотрит так, будто его сейчас хватит удар, или он испепелит несчастного грызуна своим взглядом. Вот только не нужно делать резких движений! Иначе и в меня прилетит, потому что я нахожусь в самой непосредственной близости с этим мохнатым недоразумением. Точнее, наоборот, но это не столь важно!

— Папочка, это я виновата, что Винди выбежал из моей комнаты. — Эриль смело встаёт на защиту то ли меня, то ли хомяка. Но это тоже не так существенно!

Надеюсь, генерал не станет рисковать здоровьем своей дочери.

— Эриль…

— Да, папочка? — девочка снова склоняется в ритуальном приседании, опуская виновато голову.

— Будь добра, вернись в свою комнату.

— Хорошо, папочка.

— Пэльфирон…

— Да, сэр?

— Проследи, чтобы… хомяк не разгуливал по особняку.

— Будет исполнено, сэр.

— Барон Винди Зель — свободное создание! — успевает возмутиться хомяк, ныряя в мой рюкзак, но его тут же извлекают оттуда, запечатав в непроницаемый воздушный пузырь.

Это что, магия?

Гляжу, как пузырь плавно самостоятельно плывёт по воздуху, несмотря на отчаянные попытки несчастного Винди его прогрызть, пока моего слуха не касается строгое:

— А вас, мисс, я попрошу пройти в мой кабинет.

Глава 6

Провожаю взглядом пойманное в пузырь бедное животное, совершенно забывая про его невинную проделку, когда Винди Зель пытался залезть мне за шиворот. Теперь я понимаю, что бедолага просто хотел спрятаться! А я…

А я своим испуганным визгом «призвала» этого самого генерала драконов, которого, судя по всему, здесь все боятся. Даже Эриль! Иначе, как объяснить, почему она не вступилась за своего питомца?

Но я этого так не оставлю!

Резко разворачиваюсь, чтобы потребовать освободить несчастного хомяка, но генерала уже и след простыл!

— Мисс, Его Высокопревосходительство ожидает вас в своём кабинете, — вежливо подсказывает мне Пэльфирон, который тоже с непоколебимым спокойствием наблюдает за издевательством над бедным созданием!

Садисты! Живодёры! ВОЗЖ[1] на них нет!

Решительно направляюсь в кабинет генерала, даже не представляя, где этот самый кабинет находится. И вообще, очень невежливо уходить, не дождавшись посетительницу! Я, между прочим, дама!

В просторном холле эхо моих уверенных шагов звучит очень громко. Я безошибочно нахожу кабинет генерала, словно мне прекрасно известно расположение всех помещений.

— Немедленно отпустите несчастное животное! — требую прямо с порога, обращаясь к спине генерала. — Такое отношение недопустимо и… И возмутительно!

Генерал медленно оборачивается и вонзает в меня взгляд своих красивых глаз, в которых плещется не то удивление, не то недоумение, смешанное с едва уловимой тенью восхищения.

Но я настолько возмущена, что мне совершенно безразлично, как я выгляжу в глазах этого эталона мужской красоты! Крейг де Касси бесспорно красив, но в душе он жестокий и бессердечный, раз даже дочь боится ему возразить!

— Я не стану спокойно смотреть, как вы мучаете несчастного! Это издевательство! Он, между прочим, живое существо, которое может погибнуть от такого обращения! Вдруг ему не хватит воздуха, и он задохнётся? А если у него клаустрофобия? — одним махом вываливаю на Крейга все свои претензии.

Во мне кипит такая отчаянная решимость, что малейшее возражение генерала, и я накинусь на него с кулаками!

— Клаустрофобия? У кого? — генерал дёргает бровью и, сложив руки на груди, изучает меня словно под микроскопом.

— У Винди! — выпаливаю, сдувая упавший на лицо локон и мешающий мне выглядеть грозно. — Винди Зель! Барон Винди Зель!

— А-а-а, — тянет генерал и вдруг взрывается громким хохотом. — Клаустрофобия? У хомяка? О, Боги!

Ах, смешно ему, видите ли?!

Подхожу ближе к генералу, намереваясь хорошенько ему врезать, чтобы не смеялся над братьями нашими меньшими. Но, пока раздумываю, куда лучше его стукнуть, оказавшись в чужом биополе, теряю всю свою решительность.

От генерала исходит такая сильная мужская аура, что, попав в неё, хочется забыть обо всём на свете.

Только со мной такие штуки не пройдут!

— Я требую немедленно отпустить Винди! — повторяю с вызовом. Если будет нужно встану с транспарантом: «Свободу всем хомякам!», но своего добьюсь!

Надеюсь, что несчастный Вин ещё жив, и мои старания не пропадут даром.

— Так ты только за этим сюда пришла? — Генерал перестаёт смеяться, резко становясь серьёзным, и неожиданно переходит на «ты».

— Да! — выкрикиваю ему в лицо.

— Не нужно кричать. Я не глухой.

Это сомнительно.

— Тогда немедленно отпусти… те несчастное животное!

— Почему ты решила, что его поймали?

Что?! Да он издевается?!

— А как ещё назвать то, что ты сделал? — упираю руки в бока.

— Его просто транспортировали на место, — звучит спокойным голосом, тогда как я вся киплю от негодования.

— Таким варварским способом?

— Уверяю, ничего варварского в этом нет. Винди Зель жив, здоров и чувствует себя прекрасно.

Уверяет он! Как же! Фыркаю, не поверив ни единому слову!

Передо мной появляется шар, в котором я вижу развалившегося в миниатюрном кресле живого и вполне довольного жизнью хомяка, который одной лапкой чешет себе пузико, а другой — гладит, висящий на его шее медальон.

— Пожалуй, чересчур прекрасно, — замечает Крейг и поднимает ладонь, видимо, собираясь это самое прекрасно «исправить».

— Не смейте! — ловлю руку генерала, сама пугаюсь своей безбашенной дерзости, но заставляю Крейга замереть.

Застыв в такой странной позе, несколько секунд мы оба смотрим друг на друга.

— Я не собирался делать ничего дурного, — объясняет генерал. — Но небольшие воспитательные действия этому, потерявшему всякое чувство меры, хомяку не помешают.

— Нельзя. Обижать. Животных! — чеканю, продолжая стоять на своём.

— Хорошо, — неожиданно соглашается дракон. И только после этого я отпускаю его руку.

Даже не отпускаю, а отдёргиваю, поймав те же ощущения, что почувствовала, когда касалась узора на стене.

— Надеюсь, на этом обвинения в жестоком обращении с животными с меня будут сняты?

— Я подумаю.

— Что ж, уже не плохо. Прошу… — Генерал вежливым жестом указывает мне на кресло.

Хорошо, хоть просит, а не засунул меня в магический пузырь, как несчастного барона.

— Зачем? — косясь на предложенное мне место, интересуюсь вместо наверняка ожидаемого «Хорошо, сэр». Должна же я, в конце концов, знать, что меня теперь ожидает?

А кресло просто шикарное! В любой другой раз я, не раздумывая, устроила бы себе целую фотосессию. И не одну! Да и кабинет генерала больше похож на президентские апартаменты. Но после увиденного обращения с животными у меня нет ни малейшего желания здесь задерживаться.

— Я думаю, нам стоит с вами поговорить, — снова переходит на «вы».

— Боюсь, нам не о чем с вами разговаривать.

Эх, Элина, Элина! Такую возможность теряешь!

Но даже ради миллиона лайков я не готова общаться с живодёрами.

— Вот как? А я думал, что вы пришли сюда с определённой целью? — вопросительно ведёт бровью и потирает своё запястье, словно у него там чешется.

5.1

Продолжим знакомство с нашими героями?

Эриль Китни Крейг де Касси

Единственная дочь Крейга де Касси, которую ему приходится растить в одиночку

Пэльферон (Пэрри)

Дворецкий в особняке семейства де Касси

И... несравненный барон Винди Зель

Говорящий хомяк, возомнивший себя бароном, любимый питомец Эриль и настоящая головная боль её отца и всех живущих в особняке

Глава 7

Крейг

Не обращая внимания на обжигающую запястье боль, взглядом провожаю это дерзкое создание, пока девица не исчезает за дверью, оставив после себя шлейф необъяснимого разочарования и глубокого недоумения, словно после внезапного порыва вихря, о котором говорят лишь устроенные им разрушения.

Она не может быть той, о ком говорила Фалтхра.

Не успевает дверь закрыться, как в кабинет с бокового входа врывается Горэйдх, выражая своё возмущение отчаянной жестикуляцией, и показывая то на меня, то на место, где находилось это чудо из другого мира.

— Крейг де Касси! — друг называет меня полным именем, что выдаёт высшую степень его негодования. — Ты зачем её отпустил?!

— Она сама этого пожелала.

Мой ответ заставляет Гора замереть на месте, но, увы, ненадолго.

— Ты ненормальный! — Хватается за голову и снова начинает метаться по кабинету, вызывая раздражение своим мельтешением.

— А что мне оставалось делать? Нужно было удержать её силой?

Однако что-то мне подсказывает, что эту ярую защитницу животных не удержала бы никакая сила — ни физическая, ни магическая. Это какой нужно быть безбашенной, чтобы угрожать дракону?

— Разумеется, нет! — противоречит сам себе. — Крейг, её нужно вернуть! Она — единственная наша зацепка! — восклицает Гор, но замолкает при появлении дворецкого.

В принципе зря. Пэльфирон достаточно осведомлён во многих вопросах, и я ему полностью доверяю.

— Сэр? — На лице дворецкого, который несколькими минутами ранее получил чёткое распоряжение, что эта особа должна остаться здесь во что бы то ни стало, застывает немой вопрос.

Жестом показываю, что леди может покинуть особняк, раз ей этого так захотелось.

Я не знаю, что с ней не так. Но её присутствие словно отравляет воздух, делает его густым и тяжёлым. Оно щекочет нервы, будто проводит по ним острым лезвием. И мой дракон… Он не бьётся. Он принюхивается. Он чует её. И его тихий, мерный рык в грудной клетке — не ярость. Нет. Это нетерпение хищника, учуявшего кровь. Он опаливает внутренности огненным дыханием, требуя выпустить крылья и пламя, чтобы показаться во всей своей красе. Поэтому ради всего святого, пусть эта ненормальная уйдёт, вернётся туда, откуда пришла, пока я не последовал его зову.

В голове мелькает мысль, что нужно почистить ей память, но я уверен, что она сама не станет делиться ни с кем своими впечатлениями. Несмотря на свои дикие манеры и невоспитанность, девица не глупа и прекрасно должна понимать, что в лучшем случае ей просто никто не поверит, а в худшем — посчитают сумасшедшей.

К тому же на данный момент передо мной стоит куда бо́льшая проблема, чем умственное состояние этой дерзкой особы, ко всем прочим бедам свалившейся на мою голову.

К сожалению, мы использовали практически весь магический резерв, чтобы открыть портал, через который должна была прийти та, чьё имя не успела назвать Фалтхра, и вместо которой появилась эта дерзкая чужеземка.

— А теперь объясни, почему ты её отпустил, и что за летательные выкрутасы ты здесь устроил? — требует Горэйдх.

— Хотел кое в чём убедиться.

— И как? Убедился?

— Да. Гор, это не она. Мы допустили ошибку.

Сознательно произношу «мы» вместо «ты», не желая сваливать всю вину только на друга. Я тоже принимал участие в этой нелепой затее, с самого начала обречённой на провал.

— Допустили ошибку?!

— Да.

— Я так не думаю.

Гор может позволить себе подобные замечания, ведь ему открыто нечто большее, чем простому воину, вроде меня. Он может видеть душу самого Дракона, что хранит нашу империю, тогда как моя стезя — оттачивать когти на её врагах.

И сейчас, когда незримый враг подбирается к самому сердцу империи, я растрачиваю силы и магию на исполнение сомнительного пророчества, в которое даже не верю!

— Горэйдх, ты же сам всё видел.

— Смотря что ты имеешь в виду.

Морщась, отбрасываю в сторону ужасные манеры чужеземки.

— Девица пуста. В ней не просто нет ни капли магии, она даже не имеет о ней ни малейшего представления.

— Фалтхра ни слова не говорила о магии.

Понизив голос, Гор с почтением произносит имя кормилицы, заменившей мне мать, и моё сердце сжимается от невосполнимой утраты. Фалтхра ушла на моих руках. Её ранняя смерть стала для меня вызовом. И я не успокоюсь, пока её убийца не будет наказан.

— Гор, мне нужно попасть во дворец.

Горэйдх обмолвился, что в своём шаре предсказаний он видел фигуру Грегора, стоявшего на коленях и склонившего голову. Это значит, что он следующий, кто попадёт под удар. Чего я допустить никак не могу.

— Крейг, ты не можешь нарушить приказ Кайнеи.

После смерти супруга, императора Малдрека, Кайнея запретила посещать императорский дворец лицам, не принадлежащим к императорской семье. Нарушение её запрета — смертная казнь.

Пожалуй, я впервые жалею, что в своё время не принял предложение Грегора поселиться в императорских покоях. Грегор — сын императора Малдрека и Кайнеи, единственный наследник династии Каэрнт, и мой молочный брат. Нас вскормила одна женщина, и это навсегда связало нас особыми узами.

Мы выросли вместе, играя втроём в императорском саду: Грегор, Горэйдх – сын императорского лекаря, и я. Меня, если верить слухам, Малдрек нашёл в лесу, когда возвращался домой из похода.

Беззаботное детство закончилось с началом учёбы. Горэйдха отправили в магическую академию, а нас с Грегором — обучаться военному мастерству. Спустя двадцать лет мы вернулись во дворец, но каждый из нас имел уже другой статус: Грегора ждала стезя будущего императора, Горэйдх занял место оракула, а я, после проведения успешных кампаний, дослужился до чина генерала драконов.

Малдрек любил шутить, что его империи ничего не грозит, пока за его спиной стоят такие верные подданые.

Глава 8

Элина

Клянусь, я до последнего момента была уверена, что генерал не сдержит своего слова, и не позволит мне уйти. С каждым шагом я боялась, ожидая, что мне в спину прилетит такой же шар, в который он заключил несчастного Винди.

Дракон, конечно, прав: поучить хорошим манерам этого зарвавшегося хомяка всё-таки стоило, но я категорически против любого жестоко обращения с животными!

Преодолев изученный до мельчайших деталей холл, выдыхаю с таким облегчением, будто только что выбралась из пещеры самого Людоеда, а не из кабинета какого-то там военачальника с манией величия!

Остаётся пройти через чудесный сад.

Сердце колотится где-то в горле, а ноги сами несут меня прочь, подальше от этого места, где хомяки, возомнившие себя баронами, умеют разговаривать, а генералы, командующие армиями, не видят дальше своего носа!

Генерал драконов Крейг де Касси…

Это имя я смогу забыть не скоро. Точнее, никогда не забуду, как и самого генерала, несмотря на то, что наша встреча оказалась такой мимолётной.

Мне кажется, генерал сам был несказанно рад, когда я изъявила желание уйти, тем самым облегчив ему решение проблемы, чтобы избавиться от моей персоны. Какой нормальный папаша примет на работу неуравновешенную психопатку, да ещё и в няни своему ребёнку?

Поэтому устроенная мною истерика, хоть и далась мне не легко, но стала для меня настоящим спасением. Да после такого я сама себя бы не наняла! Поэтому реакция генерала вполне оправдана и ожидаема. Кто захочет иметь дело с человеком, который устраивает скандалы на ровном месте?

Единственная, кого мне по-настоящему жаль, — это Эриль. Невероятно, как рядом с таким бездушным отцом могла вырасти такая прелестная и милая дочь.

Сердце сжимается, напоминая, что именно о такой дочке я мечтала.

Но…

Вот и ворота.

Делаю глубокий вдох и решительно тяну за ручку на себя. Я точно помню, что они открывались внутрь, но сейчас дверь не поддаётся. Ни внутрь, ни наружу!

Так, Элина. Успокойся. Сделай вдох и выдох. А теперь попробуй ещё раз.

Раз и… ничего.

Вот и проявилась подлая сущность генерала. Как это удобно: отпустить, чтобы не выпустить! Что ж, ящерица расфуфыренная, ты сам напросился!

Решительными шагами возвращаюсь обратно в особняк и направляюсь прямиком в логово кабинет Крейга, чтоб ему провалиться, де Касси. Застаю генерала в компании дворецкого и ещё одного представителя мужского пола, облачённого в странный, но явно не деловой костюм. Воздух в кабинете густой от напряжения, как будто перед грозой.

— Прошу прощения, что прерываю вашу беседу, — привлекаю внимание к себе.

Заметив меня, Крейг приподнимает в немом удивлении бровь, его взгляд скользит по мне с едва уловимым раздражением.

Пэрри, как всегда, остаётся непроницаемым, но в его глазах мелькает тень беспокойства.

А незнакомец… Он улыбается широкой, обаятельной улыбкой и направляется в мою сторону.

— Леди, вы решили вернуться?

В его интонации столько неподдельной радости, что становится жаль его огорчать.

— Нет, — отрезаю. — Я не смогла выйти!

— Что значит, не смогла выйти? — недовольный рык хозяина дома до звона сотрясает воздух собственного кабинета.

— Наверное, потому что кто-то специально запер ворота? — Язвлю и встречаюсь взглядом с генералом. Я могу поклясться чем угодно, что в его глазах вижу огненные всполохи.

— Леди, — вежливо прокашливается Пэльфирон. — Но ворота никогда не запираются.

— Серьёзно? По-вашему, я похожа на идиотку?

— Давайте, мы вместе с вами посмотрим, что могло случиться, — предлагает незнакомец, деликатно оставляя мой вопрос без ответа. — Но сначала позвольте представиться, — склоняет голову в вежливом поклоне. — Горэйдх Хельмиронский, оракул его Императорского Величества, к вашим услугам.

Ох ты ж! Один — генерал, другой — целый оракул, даже обычный хомяк здесь — и тот барон! Куда я попала? Но вежливость — она везде вежливость.

— Очень приятно. Меня зовут Элина. — Протягиваю мужчине свою руку, на которую он смотрит в некотором замешательстве и украдкой бросает взгляд на генерала.

Тот, нисколько не смущаясь, разводит руками, своим жестом и мимикой красноречиво давая понять, что он сам не в восторге от того, с кем ему приходится иметь дело.

— Попаданки не приседают, — всё-таки подслушавший наш диалог с Винди, цитирует Крейг, чем застаёт оракула врасплох.

— Попа… кто? Впрочем, это неважно. Рад знакомству, леди Элания.

— Элина, — поправляю я недотёпу.

— Я так и сказал: Элания. — Горэйдх произносит имя нараспев, заставляя Крейга заскрежетать зубами.

Чёрт с ними! Пусть будет Элания, раз уж им так хочется. Впрочем, нравится это явно не всем — кошусь на генерала, которого от этой «Элании» чуть ли не перекашивает. Кто бы сомневался! Но его мнение волнует меня меньше всего. Главное — чтобы мне наконец открыли эти проклятые ворота!

Глава 9

Крейг

До скрипа сжимаю челюсти, глядя, как Горэйдх заливается райской птицей перед этой… этой выскочкой. А как иначе назвать это глупое создание, решившее испытать мои нервы на прочность?

Даже неприятелю на поле боя не удавалось вывести меня из состояния равновесия! А тут от одного только вида этой девицы на моём лице дёргается нерв! Не говоря уже про то, что в кабинете становится невыносимо… жарко.

Жарко?

Чтобы мне, истинному дракону, для которого огонь родная стихия, и вдруг стало жарко?!

Это немыслимо!

Но причина моего явно ненормального состояния стоит на расстоянии, меньшем половины моего крыла.

Стоит мне только подумать о своей ипостаси, как дракон, оживившись, поднимает внутри свою морду. И рука, уже поднятая, чтобы спрятать «под своё крыло» чужеземку, зависает в воздухе.

Не без труда подавляю желание своего дракона покрасоваться собой перед этой девицей. Ибо нечего! Распетушился, не хуже Горэйдха!

Но почему-то угодливые заискивания Гора, крайне мало имеющие что-то общее с обычной вежливостью, а скорее напоминающие искусство светской лести, такие, что можно смело издавать в учебниках для начинающих, вызывают во мне не бурю, а целый ураган негодования!

Когда же Гор касается нежных пальцев чужеземки, я слышу, как у меня где-то в глубине души с хрустом лопается чешуйка. Я едва подавляю в себе гневный рык, иначе в комнате запахнет жареным оракулом. Мой дракон в ярости!

Глаза затягивает туманом, в котором проплывает идиллическая картинка: я, в своей истинной форме, аккуратно поджариваю камзол Гора. Тьма меня побери, мне приходится даже прикусить язык, чтобы не выпустить наружу дымок — верный признак перегрева. Мой дракон не просто в ярости, он на грани настоящего преступления! А всё из-за…

Бросаю взгляд на ту, что мы с Горэйдхом на свои головы сами призвали в наш мир. Хотя почему на свои? На свою! Потому что Хельмиронский из шкуры готов выпрыгнуть, чтобы привлечь к себе внимание чужеземки. И что он в ней нашёл? Ведь ничего примечательного! Худющее создание в кошмарной, непонятной одежде. Там и смотреть-то не на что, если бы не… волосы.

Огненные, как язычки костра. Рыжие от самого корня, будто рожденные в пламени дракона, они переливаются всеми оттенками заката — от медного, словно расплавленное красное золото, до багрового зарева пожара. При малейшем движении, они словно оживают, и кажется, что вот-вот вспыхнут сами по себе.

Этот огненный водопад, как драгоценный убор, достойный самой королевы, украшает странную гостью (попаданку — как она сама назвала себя), горят ярким пятном на фоне её бледной, почти прозрачной коже. И кажется невероятным, как такое пламя не испепелит свою хрупкую хозяйку?

Элания небрежным движением отбрасывает назад непослушную прядь, упавшую ей на лицо, и обращает на меня свой взор, заставляя моего дракона… заурчать.

Так и хочется влепить ему по морде, чтобы очухался!

Нет, с этим однозначно нужно что-то делать! Причём немедленно! И единственный способ избавиться от «горячки», что напала на моего дракона, это отправить рыжую бестию восвояси.

Это же надо было такое придумать: ворота её не выпустили! Горгульям на смех!

— Гх-м, — приходится кашлянуть, так как в горле пересыхает. — Я думаю, нам всем следует последовать совету нашего премудрого Горэйдха и посмотреть, что могло случиться с воротами.

На моё совершенно безобидное замечание эта огненная саламандра в образе женщины вспыхивает до корней своих волос.

— Всенепременно! — язвит и так резко разворачивается, что заставляет свои локоны, словно языки пламени, хлестнуть воздух.

Я готов поклясться чем угодно, что невидимые искры летят в мою сторону.

— Богиня, — одними губами в восхищении шепчет Горэйдх и, отбросив в сторону все правила приличия (друг совершенно забывает, что находится в гостях в моём доме!), бесцеремонно подходит к девице и предлагает себя в сопровождающие: — Позвольте вас проводить. — Склоняет голову в почтительном поклоне, растекаясь лужей.

— Это было бы неплохо, — замечает Элания, при этом бросая на меня испепеляющий взгляд. В её глазах плещется лава, а губы искривлены в вежливой натянутой улыбке.

— Сэр? — задаёт немой вопрос Пэрри.

Киваю дворецкому, чтобы он последовал с нами.

— Как вам нравится наша флора? — Горэйдх решает развлечь гостью светской беседой.

Мне ничего не остаётся, как слушать его бесполезную болтовню, и дорога, которую можно преодолеть в несколько шагов, превращается в мучительное испытание, где каждый шаг пропитан его липким, словно патока, бормотанием, замедляющим время и растягивающим расстояние.

— Здесь великолепно, — звучит вполне искренний ответ, и я не слышу в нём ни капли фальши.

— О, я тешу себя надеждой, что смогу показать вам ещё много потрясающего, и для меня будет огромным счастьем, если вам у нас понравится.

— Благодарю вас, Горэйдх, но я предпочла бы вернуться домой…

Да-да! Домой! Только домой!

Стараюсь не обращать внимания на жалобный скулёж своего дракона.

Наконец, мы подходим к воротам.

— Пэльфирон, — прошу дворецкого распахнуть их перед леди, что Пэрри с лёгкостью выполняет.

— Всё открыто, — замечаю я не без удовольствия, заставляя своего друга при этом издать горестный вздох.

— А, ну тогда я пошла! Всем пока-пока! — довольно улыбается чужеземка и, подняв руку, хлопает пальцами по своей ладони, видимо в прощальном жесте. — Была рада с вами познакомиться, — одаривает Горэйдха очаровательной улыбкой, заставляя меня зарычать.

Вздрогнув от моего рыка, мажет по мне испуганным взглядом и направляется на выход.

Моё сердце медленно отсчитывает секунды до момента, когда она переступит порог и навсегда исчезнет из нашего мира, а значит и из моей жизни. Мой дракон неистово бьётся крыльями, готовый лететь за ней вслед.

Три…

Два…

Остаётся миг… и огневолосая Элания переступит порог, разделяющий наши миры.

9.1

⚜️⚜️⚜️

Горэйдх Хельмиронский

Выходец из семьи императорского лекаря, он блестяще окончил академию магии и за исключительные таланты в предсказании по праву занял пост оракула.

Близкий друг Крейга и Грегора

⚜️⚜️⚜️

Генерал драконов Крейг де Касси

Глава 10

Элина

— Какое объявление? — рык генерала драконов мало чем отличается от раската грома. Разве только, что на небе нет ни облачка!

— Может мне кто-нибудь объяснить, что происходит? — вырывается у меня в ту же секунду.

Наши слова сталкиваются в воздухе, как два клинка, а взгляды врезаются друг в друга, высекая невидимые искры.

— Постойте! — Горэйдх резко вклинивается между нами.

Не самое разумное решение — оказаться на линии огня, — но чертовски смелое.

Пару мгновений оракул смотрит на генерала, и только после короткого кивка Крейга, поворачивается ко мне.

— Нужно всем успокоиться, — предлагает, и его тон становится мягче. — Только так мы сможем во всём разобраться.

Но даже его безупречная галантность сейчас не помогает.

— Я хочу знать, почему я не могу вернуться домой, — чеканю каждое слово.

Оракул снова оглядывается на генерала.

— Боюсь, что это пока невозможно, — медленно, даже скорее осторожно, словно взвешивает каждое слово, произносит Горэйдх, и в его взгляде читается понимание и сочувствие.

Не то, что у некоторых!

Всё-таки Горэйдх — приятный во всех отношениях мужчина. Привлекательный, с безупречными манерами — он определённо нравится мне куда больше. Хотя бы потому, что не рычит на окружающих и не запихивает беспомощных животных в магические ловушки.

— Почему?

— Осмелюсь предположить, что вы подписали… контракт.

— Какой контракт? Я ничего не подписывала! Это была обыкновенная ссылка, — пытаюсь объяснить.

— Элания, я понимаю ваши растерянность и негодование, и поверьте, разделяю ваши чувства вместе с вами. Но у нас… — Горэйдх снова бросает быстрый взгляд на застывшего, как каменная статуя, генерала, — принято скреплять документы, оставляя на них свой след.

Настоящий дурдом! А как же личная подпись, паспорт, идентификация личности в конце концов?!

— Я ничего не оставляла.

— Ты же сама сказала, что нажала «принять», — вмешивается генерал.

Надо же! Оказывается, статуи умеют разговаривать!

— Я ещё раз повторяю: я ничего не подписывала. Я нажала на обычную ссылку! — объясняю, чётко проговаривая каждое слово. Даже ребёнок уже бы всё понял. Но до некоторых доходит хуже, чем до жирафа.

— Элания, вы прикоснулись рукой? — мягко интересуется Горэйдх.

— Пальцем.

— Этого оказалось достаточно, чтобы документ принял ваш отпечаток за подпись.

Какую ещё подпись? Что за бред?!

— Но это невозможно! — никак не могу поверить. Не хочу понимать!

Мой мозг отказывается принимать эту информацию! Как такое могло произойти? Какая, к чёртовой бабушке, подпись? Пальцем?! Неужели разработчики смартфонов додумались использовать дисплей телефона, как дактилоскоп? Выходит, не зря изначально к сенсорным гаджетам прилагался стилус?

Но постойте… Я же прекрасно помню, что в объявлении говорилось о генерале драконов! Значит, это всё-таки Крейг его написал? Но оно не могло появиться в обычной новостной ленте. Не могло!

Или же я сошла с ума?

— H₂O — химическая формула воды. Вода кипит при температуре сто градусов Цельсия. Эверест — самая высокая гора в мире. Сумма углов треугольника равна ста восьмидесяти градусам. Пятью пять — двадцать пять, — повторяю самые простые истины, которые знает каждый школьник, даже двоечник.

— Сэр, если позволите, я распоряжусь насчёт ужина? — спрашивает Пэльфирон, видимо, чтобы ретироваться под благовидным предлогом.

— Да, Пэрри. Ужин будет очень кстати.

— На сколько персон?

— П-пять. — Бедному генералу приходится выдавить из себя это слово.

— Пэльфирон, и ещё нужно подготовить комнату для леди, — добавляет генерал.

— Будет исполнено, сэр. Я могу идти?

Крейг кивком отпускает дворецкого и переводит свой тяжёлый взгляд на меня.

А вот не надо на меня так смотреть! Я не виновата, что у вас такие дикие правила!

— Послушайте! Неужели вы ничего не можете сделать? Вы же можете разорвать контракт? — обращаюсь к генералу.

Как-никак, целый генерал, к тому же владеющий магией, — всё-таки не самый последний человек.

Но с таким же успехом я могла бы обратиться к любому дереву!

— К сожалению, милая Элания, это мог сделать только император Малдрек, — получаю ответ от Горэйдха.

— Что значит, мог? — впиваюсь взглядом в оракула, и мне заранее не нравится то, что он сейчас скажет.

— Горэйдх, здесь не стоит обсуждать подобные вопросы, — гремит генерал.

— Крейг прав. Предлагаю, вернуться в особняк и там всё обсудить.

Легко ему говорить: вернуться! А если я не хочу?

— Постойте! Вы хотите сказать, что теперь я никуда не смогу отсюда выйти?

Неужели этот прекрасный особняк станет моей пожизненной тюрьмой?!

Мой вопрос заставляет Горэйдха снисходительно улыбнуться.

— Разумеется, нет. Вы сможете спокойно передвигаться, но… только по этому миру.

С подозрением кошусь сначала на Крейга, потом на Горэйдха. И в чём подвох? Если я смогу выйти, то…

— Я хочу в этом убедиться, — требую, чтобы мне открыли ворота.

— Пожалуйста. — Горэйдх отходит в сторону, предоставляя полную свободу действий. Генерал не двигается с места, но ему это и не нужно делать.

— То есть, я могу выйти прямо сейчас?

— Если пожелаете.

Дракон по-прежнему остаётся неподвижным. Так даже лучше!

Желаю ли я? Ещё как! Решительно подхожу к воротам. И, о чудо! Они открываются. Моё сердце замирает в предвкушении. Но то, что я вижу, заставляет его рухнуть в пятки.

Небо, деревья, даже трава ничем не отличаются от тех, что я привыкла видеть дома. Даже горы вдалеке похожи на наши. Вот только в небе, описывая плавные круги, вместо беззаботных ласточек величественно летают настоящие ящеры — драконы. Их пугающие силуэты рассекают облака, а кожистые крылья отбрасывают на землю огромные тени.

Приходится признать, что моя попытка покинуть особняк, по крайней мере, прямо сейчас, не самая благоразумная.

Глава 11

Крейг де Касси

— Папочка. папочка, это правда, что леди Элания будет моей няней и останется с нами навсегда?

Эриль едва не сшибает меня с ног. А от её наивного детского «навсегда» у меня на мгновение останавливается сердце.

Дочь смотрит на меня таким невинным и доверчивым взглядом, словно не она со своим пушистым вредителем сумела довести до нервного срыва саму мисс Боринж — ту самую грозную драконицу, вышколившую не одну дюжину юных драконесс и до сих пор приводящую в трепет всех придворных.

Немного в стороне, как застывшая свеча в канделябре, стоит Пэльфирон, и по его виноватому виду становится понятно, кто послужил источником информации.

— Эриль очень переживала, что леди Элания не захочет остаться, сэр, — кашлянув, объясняется дворецкий.

За все годы службы я ни разу не видел и тени его смущения. Однако сейчас он отводит взгляд и прикрывает рот белоснежной перчаткой. Не для приличия, нет! А чтобы скрыть предательскую улыбку!

— Комната для мисс Элании готова, сэр, — сообщает. И передо мной вновь прежний Пэльфирон, невозмутимый, как льды Северного моря.

Боковым зрением замечаю, как мелькает крошечная тень, но, повернув голову, никого не вижу. Кажется, кто-то вконец распоясался, пренебрегая моими запретами! Но сейчас у меня есть дела поважнее, чем занимается воспитанием обнаглевшего хомяка.

— Ах! — Эриль застывает в немом восхищении.

Но я и без неё чувствую появление позади меня этой самой новоиспечённой няни, мило беседующей с Горэйдхом, отчего мой дракон точит когти о мою грудную клетку.

— Леди Элания. — Дочь, будто опомнившись, склоняется в кротком реверансе.

У драконов не бывает головной боли, но сейчас я чувствую, как нечто чудовищное, подобное сильнейшей мигрени, разрывает мой череп. И что-то мне подсказывает, что это только начало.

— Эриль, проводи… Эланию, — произношу женское имя, заставляя своего дракона мурлыкать от удовольствия, — в её покои.

— Да, папочка!

Невероятно! Какое послушание, что даже её хомяк катается со смеху.

Заставляю себя поднять взгляд и встретиться глазами с чужеземкой.

— Вы сможете умыться и переодеться к ужину, — заставляю себя быть вежливым. — Если будут какие-то пожелания, сообщите их Пэрри.

— А-а-а… — собирается что-то сказать, но я перебиваю:

— Эриль всё объяснит, — отрезаю, не допуская дальнейших возражений.

Несколько мгновений меня прожигают полным недовольства взглядом. Я тоже, мягко сказать, не в восторге. С этим контрактом явно пошло что-то не так, и теперь придётся расплачиваться.

— Элания, идём! — Дочь, наконец, увлекает за собой ошеломлённую гостью, а я позволяю себе глубоко вдохнуть.

Всего каких-то пара минут вежливости, а я чувствую себя так, будто провёл подряд две битвы с самыми сильнейшими противниками.

Однако перед глазами до сих пор стоит её взгляд.

Однозначно пора в кабинет — глоток «Ледяного Дыхания» вернёт мне ощущение контроля и остудит голову.

— Пожалуй, мне тоже не помешает освежиться. — Горэйдх намеревается сбежать вслед за прекрасной няней.

Торможу оракула, рукой преграждая ему путь.

— Нам нужно обсудить кое-какие вопросы.

— Прямо сейчас? — Гор с тоской глядит, как Элания поднимается по лестнице.

— Прямо сейчас.

— Ну, хорошо. И кстати, я, пожалуй, всё-таки приму твоё предложение и задержусь здесь на какое-то время. — Горэйдх вдребезги разбивает мою надежду, что после ужина он покинет особняк, как планировал изначально. — Ты ведь не станешь возражать? — умело загоняет в ловушку, делая из меня заложника собственной вежливости и нежелания показаться негостеприимным хозяином.

В голове мелькает тысяча и одна причина, по которой его присутствие здесь теперь нежелательно, но ни одна из них не настолько убедительна, чтобы произнести её вслух. Вместо этого я лишь киваю, стараясь придать лицу как можно более равнодушное выражение, хотя внутри всё клокочет от предчувствия грядущих проблем.

— Разумеется, нет, — приходится расплачиваться за своё радушие.

— Благодарю, Крейг. Так что ты такое хотел обсудить, что оно никак не могло подождать до ужина?

***

Элания

«Можете умыться и переодеться к ужину».

Во что я должна переодеваться, драконья твоя башка?!

«Бесчувственный чурбан! Противная ящерица! Чудовище! Первобытный ящер! Злобный… дракон!»

Мысленно ругаю, на чём свет стоит, бессердечного генерала, пока Эриль ведёт меня подальше от своего папаши.

— Я так рада, что ты решила у нас остаться, — радостно, даже счастливо щебечет малышка.

«Это не я решила, а за меня решили!»

Но мне совсем не хочется расстраивать эту милую девчушку.

— Я тоже безумно рад! — «осчастливливает» своим появлением хомяк. — Ещё никто, кроме Эриль, не заступился за честь и свободу барона Винди Зеля. Отныне, я — ваш покорный слуга. Навеки!

Ещё бы шляпу снял, если бы она у него была.

— Винди, ты опять нарушил запрет!

— Барон Винди Зель — свободное создание и не может жить в клетке!

Ага, видела я эту самую «клетку».

— Если папа тебя заметит, тебе попадёт!

— Не заметит. — Вин залезает на мой рюкзак и устраивается на нём в качестве пассажира. — Генерал драконов сейчас очень занят.

— Чем?

Мне тоже это любопытно, но Эриль опережает меня вопросом.

— Этого я не могу сказать. Они закрылись в кабинете и повесили «Сферу молчания». В следующий раз надо будет проскочить раньше, — рассуждает со вздохом, шебуршась на моём рюкзаке.

— Вин, не делай этого. Папа всё равно тебя обнаружит.

— Если прикинуться мёртвым, то слух дракона не сможет меня уловить.

— А запах? Ты забываешь про запах!

— Эриль Китни Крейг де Касси, очень невежливо говорить джентльмену, что от него воняет!

— Уж лучше я скажу, чем папа поджарит твой зад!

Глава 12

Ещё не хватало, чтобы какой-то хомяк так отзывался о женщинах!

Дёргаю лямку, чтобы стряхнуть одного, потерявшего всякое чувство меры, барона.

— Ой, ой! Не надо! Я говорил исключительно о Кайнее! — оправдывается, вцепившись своими коготками в натуральную, между прочим, кожу моего рюкзачка. — Но ведь глупо оставлять будущего императора без защиты, верно? Вот и я о том же! — продолжает, не дожидаясь ни от кого ответа. — Клянусь памятью своей прапрабабушки, которая жила в императорском дворце и знала все его секреты, что убийца скрывается именно там! Поэтому я даже рад, что нашему генералу теперь не нужно посещать это опасное место. А то и его постигнет та же участь.

— Винди! — не выдерживает Эриль. — Перестань! Ты нас пугаешь!

— Я? Пугаю? Нет! Я предупреждаю, что нужно находиться как можно дальше от места, где свободно разгуливают убийцы! Сначала Малдрек, потом бедная Фалтхра… Кто знает, кто будет следующим?

Вслушиваюсь в болтовню Винди так, как будто мне придётся сдавать экзамен по истории этого мира. Но информация лишней никогда не бывает.

— Винди Зель, замолчи! Элания, не слушай его. Винди любит рассказывать всякие страшные истории.

— Барон Винди Зель всегда говорит только чистейшую правду!

— Хватит! Элания, мы пришли. Вот здесь твоя спальня. — Эриль входит в просторную светлую комнату. — Я попросила Пэрри поставить цветочки, чтобы немного украсить.

— Здесь очень мило.

— Правда? — Детские глаза загораются восторгом. Но стоит Эриль увидеть за моей спиной мохнатого барона, как они угрожающе суживаются.

— Да. Спасибо, Эриль, — с улыбкой благодарю девчушку, которая очень старается, чтобы мне здесь понравилось.

— Не за что, — мило смущается. — А ещё, вот… — Привлекает моё внимание на роскошное длинное платье, которое лежит на кровати. — Пэрри сказал, что у тебя нет с собой багажа. Пришлось выбирать из того, что было в Доме Мод, — словно извиняясь, объясняет Эриль.

— Но… — Хочу сказать, что у меня нет с собой денег.

Вряд ли они принимают банковские карточки или переводы.

— Тебе оно не нравится?

— Нет! Платье потрясающее! — И я нисколько не лукавлю. Лёгкое, словно воздушное, с серебристой вышивкой на поясе и рассыпанными по подолу мелкими жемчужинами, мерцающими, как звёздная пыль в свете свечей.

Свечей?

Та самая мысль, смутившая меня ещё в холле, но потопленная волной восхищения, теперь всплывает, приобретая чёткие и пугающие очертания.

Внимательным взглядом скольжу по бронзовым канделябрам, что украшают стены и столы. Подхожу ближе и цепенею: в подсвечниках стоят не стилизованные под старину LED-лампы, а самые настоящие, обыкновенные свечи! Толстые, восковые, с неровными язычками пламени, тени которых, словно живые, пляшут на стене.

Поднимаю голову. Но даже на массивной люстре, что свисает с потолка, вместо привычных лампочек мерцают тоже свечи.

Пальцами держусь за виски, пытаясь унять нервный стук. Мозг, отчаянно цепляясь за привычное, заставляет прошептать:

— А где?

Озираюсь по сторонам, упираясь взглядом в участок стены у пола. Туда, где в нормальном мире должна быть розетка. Обыкновенная электрическая розетка! Эта спасительная точка доступа к цивилизации, к Wi-Fi, к зарядке, к свету, ко всему, без чего современный человек не может обойтись.

Но её нет! Ни одной!

— Элания, что ты ищешь? — рядом звучит обеспокоенный голос Эриль, когда я, в поисках самого необходимого устройства для жизни, заглядываю везде, где только можно.

— Барон Винди Зель может легко найти всё, что потребуется! — предлагает свою помощь хомяк.

Но мне пока не до них.

Взглядом и ладонями шарю по стенам, заглядываю за массивный дубовый комод, в узкую щель за спинкой кровати, смотрю даже за картинами! Мои пальцы скользят по гладкой поверхности ткани, закрывающей стену, подобно нашим обоям, где я инстинктивно стараюсь найти пластиковый выключатель. Но его тоже нет. Ничего нет: ни выключателей, ни розеток, ни светильников!

Здесь нет даже намёка на электричество!

Это значит, что мой новенький смартфон очень скоро превратится в совершенно бесполезный, но очень красивый и баснословно дорогой «кирпич», который будет лишь напоминать о цивилизации, оставленной где-то там, за воротами этого роскошного особняка.

А как же снимки и видеорепортажи, которые я хотела сделать за время своего пребывания здесь? Я, конечно, могу поставить на телефоне энергосберегающий режим, к тому же я никуда не хожу без повербанка. Он всегда лежит в моём рюкзачке. Значит, какое-то время у меня будет зарядка, если, конечно, она вообще будет здесь работать. Но этого всё равно не хватит на длительное время!

Да что же мне так не везёт?! Я уже смирилась с тем, что придётся задержаться здесь на время действия контракта. Но я собиралась вернуться с коллекцией такого эксклюзивного материла, что взрыв популярности мне был бы обеспечен! А теперь?! Я ничего не смогу заснять?

Нет, нет, нет! Должен же быть какой-то выход! Думай, Элина!

Раз здесь есть магия, значит, можно как-то зарядить любые предметы? Или хотя бы минимизировать расходы! Нужно обязательно внести этот пункт в контракт! Да!

— Элания, ты куда? — останавливает меня Эриль.

— Мне нужно к генералу. Я хочу кое-что у него попросить.

Но Эриль отрицательно качает головой, всем своим видом показывая, что не нужно этого делать.

— Почему? — в недоумении смотрю на девочку.

— Папу лучше просить после ужина.

— Это точно. Когда он поест, то подобреет, — разглядывая остроту своих коготков, поддакивает хомяк, удобно устроившийся прямо нам моей кровати.

Бросаю взгляд на платье. Может, Эриль права? В конце концов, генерал всё-таки мужчина.

Облачаюсь в приготовленный наряд, и мой взгляд замирает, прикованный к отражению в большом, в полный рост, зеркале. Платье просто восхитительно!

Кружусь вокруг себя, любуясь, как струится шёлк, и как, искрясь, переливается на свету. Ткань облегает фигуру, но при этом дарит ощущение лёгкости и свободы, такой, что хочется взлететь. Плечи обнажены, а тонкие бретельки совсем незаметны.

12.1

⚜️⚜️⚜️

Элания в новом наряде

Глава 13

Посетительница была безупречна, словно ожившая картинка глянцевого журнала. Её платье струилось по фигуре, причёска идеальна, а движения и даже улыбка были отточены до миллиметра.

— О, нет! — сдавленно шепчет Эриль.

— Кто это? — задаю вопрос, толком не понимая, к кому обращаюсь.

Всё моё внимание, как и взгляды генерала и оракула, находившихся в этот момент возле парадной лестницы, прикованы к появившейся гостье. Но кажется, Крейг с Горэйдхом удивлены не меньше моего.

— Тенерия Омбрис — чистокровная драконесса, наследница самого знатного рода, любимица Кайнеи. Поговаривают, что её чары столь же сильны, как и родословная. Но никто не знает её истинные возможности. — Винди выдаёт чёткую информацию, не хуже чем информационные источники интернета.

Оказывается, он не так и бесполезен.

— Она злая и похожа на осьминога. — Эриль, насупившись, «подправляет» характеристику.

— Почему на осьминога?

— Потому что всё время хочет обнять своими щупальцами папу!

— Эриль права, — подтверждает барон. — После того, как у неё не получилось заполучить в мужья Грегора, Тенерия переключила своё внимание на генерала, но так и не смогла пробить броню в его сердце.

Ясно. Обыкновенная хищница. Отвергнутая поклонница, которой не терпится выйти замуж. Ничего нового. Всё как и в нашем мире. Скукота!

— Зачем она пришла? — гневно сопит Эриль.

Ответ на этот вопрос Тенерия даёт сама:

— О, Крейг! Я так рада тебя видеть! — Бросается навстречу.

После сравнения, которым наградила её Эриль, я действительно вижу морское чудовище, тянущее свои конечности к генералу.

Однако дракон не спешит принимать в свои широкие объятия темноволосую красотку.

— Какой неожиданный визит, Тенерия. — Крейг то ли приветствует, то ли намекает о невежливости появляться без предупреждения.

Как у них тут всё «мило».

— Да-да, — ворчит Винди. — Только вас нам тут и не хватало.

Пока нас не заметили, мы остаёмся на месте, чтобы не привлекать к себе ненужного внимания.

— А со мной, очаровательная Тенерия, не желаешь поздороваться? — напоминает о себе оракул, героически спасая Крейга от объятий.

— Горэйдх, рада тебя видеть в полном здравии, — драконесса очень быстро исправляет свою ошибку.

— Что привело тебя в столь отдалённые края? — оракул с лёгкой непринуждённостью перехватывает инициативу в свои руки.

— Ты так проницателен, — замечает Тенерия с обаятельной улыбкой, способной растопить ледники Антарктиды, если бы они здесь были.

— Вин, почему она им «тыкает»? — спрашиваю шёпотом.

— Кайнея взяла её под своё крыло маленькой девочкой. Тенерия выросла вместе Грегором, Крейгом и Горэйдхом.

Получается, императрица уже с детства воспитывала свою будущую невестку? Но что-то пошло не так.

— Это не проницательность, а элементарная логика, или, если угодно, обычная внимательность к деталям, — парирует Горэйдх. — Ведь ты не любишь выезжать за стены императорского дворца.

— Ты не меняешься. — Эхо разносит по особняку мелодичный смех. — Но неужели твой дар не дал тебе ответ на этот вопрос? — звучит с явной издёвкой.

— Тенерия, я тоже желаю узнать цель твоего визита. — Крейг грубо обрывает обмен любезностями, заставляя драконессу принять серьёзный вид.

— Меня послала Кайнея.

— Неужели ты впала в немилость, что тебя сослали в ссылку?

— На этот раз ты промахнулся, Горэйдх, — звучит уже совсем другим тоном, и драконесса демонстративно отворачивается от оракула, теряя к нему всякий интерес.

— Вдовствующая императрица озабочена безопасностью северных границ, Крейг. Она намерена отправить туда тебя, чтобы ты возглавил оборону.

— Я ничего не получал.

— Вот приказ. — Тенерия изящным жестом протягивает свиток, перевязанный магической нитью, о чём говорит лёгкое свечение.

— Золотой туман — признак императорской печати, — подсказывает мне Винди. — Не нравится мне всё это.

— Так ты у нас теперь в роли посыльного? — Горэйдх забирает свиток, чтобы ознакомиться с его содержимым.

— И снова не угадал. Теряешь свои способности, оракул? — драконесса не упускает возможности уколоть. — Если генерал уедет, с кем останется его дочь? Но Кайнея всегда заботится о своих верных подданных. Она прислала меня, чтобы я присмотрела за девочкой, и, если, — вздохнув, Тенерия принимает покорный вид, что совсем не вяжется с её образом, — с генералом что-то случится, то привезла малышку во дворец. Ведь воспитатель для юной Эгиль так и не нашёлся.

— Я не хочу с ней оставаться, — шепчет испуганно Эриль, и мне приходится сжать её руку.

— Мою дочь зовут Эриль, — невозмутимо поправляет генерал. — Позволь узнать, как долго ты была в пути?

— Какое это имеет значение?

— Собственно, никакого. — Горэйдх принимает скучающий вид. — Если не считать, что ты проделала весь этот путь зря.

— Что значит, зря?

— Это значит, что у Эриль Китни Крейг де Касси уже есть воспитатель, — победоносно заявляет Горэйдх, чем приводит драконессу в замешательство.

— Воспитателя для юной драконессы определяет императорский совет. Кайнея назначила меня.

— Она не могла этого сделать, — спокойно заявляет генерал.

— Ох, неспроста эта дамочка сюда заявилась, — подливает масла в огонь Винди Зель, а Эриль жмётся ко мне как маленький котёнок, ища защиты.

— Пока Грегор не займёт императорский трон, Кайнея имеет законное право назначать вместо него, — продолжает спорить драконесса.

— Но только не тогда, когда кандидатура воспитателя уже одобрена самим императором.

— У тебя не только с проницательностью стали проблемы, Горэйдх, но и с памятью! — словно забывшись, Тенерия показывает свой истинный облик. — Но я тебе любезно напомню: император Малдрек Каэрнт мёртв!

— Однако никто не может отменить того, что скреплено его печатью, милая Тенерия. — Слова Горэйдха заставляют бедняжку Омбрис поумерить свой пыл.

Глава 14

Крейг

— Крейг, сынок, ты пришёл…

— Я не мог не прийти, матушка. — Я всегда называл так ту, что выкормила меня своим молоком.

— Какой же ты стал красивый…

Ещё молодое, но измученное страданиями лицо тронула слабая улыбка. Кормилица тяжело дышала, и каждый её вздох мог стать последним. Смертельный яд делал своё страшное дело. Было удивительным, что она до сих ещё держится.

— Наклонись ко мне, мой мальчик, — попросила Фалтхра, и у меня не возникло и тени сомнения, чтобы не послушаться. — Я хочу, чтобы ты выполнил мою последнюю просьбу…

— Не говори так, матушка. Ты справишься. Твоя сила…

— Её больше нет, мой мальчик. Я ухожу… Я потратила всю свою силу, чтобы дождаться тебя, Крейг. Малдрек зовёт меня, и я пойду вслед за своим господином. Но сначала… я… должна тебе сказать…

Я видел, что каждое слово давалось ей с трудом, поэтому не перебивал.

— Твой дом… Он стоит на рубеже, что стирает границы между мирами. Открой врата… Мне не под силу… Малдрек… Он мог… Он оставил… ключ… Горэйдх сможет... — Обессилев, Фалтхра замолкает.

Я склонился, стараясь уловить еле слышное дыхание.

— Заклинаю тебя, Крейг! Открой портал… Пусть она вернётся… Найдёт дорогу домой…

— Кто, матушка? — Я весь превратился вслух, чтобы услышать имя.

Кормилица открыла губы, пытаясь сказать. Но высушенное магией тело изогнулось в судороге, а вместе с последним выдохом из него ушла жизнь. Фалтхра не успела назвать имя той, кого должны были пропустить врата…

Вместо неё появилась Элания. И, как выяснилось, очень вовремя.

Как бы ни уверял Горэйдх, что он сделал всё правильно, но Элания явно не та, о ком говорила Фалтхра. Хотя для меня до сих пор остаётся загадкой, каким образом эта огненная саламандра смогла обойти условия контракта. Ведь она не проходит более чем по половине пунктов!

— Крейг, ты заставляешь меня повторить вопрос уже второй раз. — В голосе Тенерии звучит неприкрытое раздражение.

Это не первая попытка втянуть меня в бессмысленную болтовню, в которой у меня нет ни малейшего желания участвовать. Особенно сейчас, когда мой отъезд лишь вопрос времени.

— За моим столом не принято вести пустые разговоры.

Новое «правило» заставляет Гора потупить взгляд.

— Но ты ничего не съел! — Омбрис вполне справедливо указывает на мою абсолютно нетронутую тарелку.

— Я не голоден. Прошу извинить. Дела. — С шумом встаю из-за стола, бросая взгляд на воспитательницу своей дочери. — Элания, зайдите в мой кабинет. Когда закончите, разумеется.

— Я уже поела. Благодарю за вкусный ужин.

Радует, что хоть кто-то смог оценить вкус еды.

— Крейг, это невежливо! — не унимается Тенерия.

— Что именно? — выгибаю вопросительно бровь.

— Покидать своих гостей во время ужина, — бросает вызывающе.

— Гости здесь не по моему приглашению, — отрезаю, заставляя Омбрис стиснуть зубы и резко втянуть воздух.

Кивком прошу Эланию следовать за мной.

***

Элания

Это был самый странный ужин из всех, на каких мне приходилось бывать. Однако это нисколько не помешало мне попробовать всё, что было предложено к столу.

Поначалу я относилась к блюдам с осторожностью. Мало ли, чем тут драконы могут питаться? Но всё оказалось более чем прилично, выглядело восхитительно, а пахло так аппетитно, что я на самом деле почувствовала насколько сильно проголодалась.

На вкус местная кухня ничем таким особым не отличалась. Немного непривычно, но вполне съедобно. Хотя, если честно, я и сама не знала, чего ожидала.

Вот только удовольствие от еды получала, похоже, я одна.

Тенерия изо всех сил старалась разговорить хозяина дома, но тот сидел, словно изваяние, с прямой спиной и непроницаемым выражением лица. Горэйдх, возможно, и поддержал бы светскую беседу, но тоже демонстративно увлёкся ужином, будто не замечая её усилий.

Эриль, расстроенная отъездом отца, с таким несчастным видом ковырялась в тарелке, что совсем позабыла про бедного голодного Винди.

Поэтому, пока драконесса упражнялась в красноречии, перетягивая на себя всеобщее внимание, я украдкой отправляла небольшие кусочки еды из своей тарелки под стол, подкармливая своего пушистого помощника, и гадая, куда у него всё помещается. Я как раз размышляла об этом, когда генерал произнёс моё имя, предлагая пройти в свой кабинет.

Я наелась, барон, надеюсь, тоже, а вот условия моего контракта мы до сих пор не обсудили. Поэтому я решила, что это вполне благовидный предлог «убить сразу двух зайцев»: не слушать раздражающую болтовню драконессы и, наконец, прояснить условия моего пребывания.

— Я уже поела. Благодарю за вкусный ужин. — Встаю из-за стола и ловлю умоляющий взгляд Эриль.

Оставлять девочку в компании драконессы? Ни за что!

Склоняюсь к своей подопечной и шепчу на ушко:

— Если ты поела, то можешь об этом сказать, и я отведу тебя в комнату.

Эриль тут же хватается за подсказку и тоже поднимается.

— Я тоже поела. Благодарю, — повторяет за мной, выполняя при этом изящный книксен. Такой, что зависть берёт. Может, стоить взять у неё парочку уроков?

Но наткнувшись на ледяной взгляд генерала, отбрасываю эту мысль как ненужную.

— Идём, я ответу тебя в твою комнату. — Это я говорю Винди Зелю, но гляжу при этом на Эриль.

Однако мохнатый барон не спешит покидать вместе с нами столовую.

— Элания, спасибо, что не оставила меня с этой…

— Мы своих не бросаем, — уверяю девочку.

— Правда? — на меня смотрят наивные, доверчивые, детские глаза.

— Да, Эриль. Но сейчас мне нужно спуститься к твоему папе.

«Правда, он совсем не поел», — вспоминаю о наставлении, когда вхожу в кабинет генерала.

Глава 15

Несколько секунд генерал стоит в неподвижности, а его взгляд, направленный на меня, будто просвечивает насквозь.

Не услышал? Или просто игнорирует?

И вообще, что он хочет разглядеть, сканируя мой мозг? Разве только то, о чём даже я сама не подозреваю.

Собираюсь повторить свою просьбу, как Крейг наконец отзывается:

— Контракт? — На мужском лице появляются хоть какие-то эмоции, и генерал протягивает мне свиток, окутанный золотистым свечением.

Снова императорская печать?

— Он безопасен, — произносит генерал, заметив мою нерешительность.

— Я бы так не сказала, раз из-за него я не могу вернуться домой, — бурчу еле слышно.

А ведь я даже ничего не сделала! Вдруг, взяв его в руки, буду обречена на пожизненное пребывание?

С осторожностью принимаю протянутый мне пергамент, от которого исходит тепло, словно он живой. Однако под пальцами ощущается обыкновенная плотная бумага.

Под пристальным взглядом генерала разворачиваю свиток, и мой взгляд скользит по идеально ровным, каллиграфическим буквам, которые «загораются» по мере моего чтения. Так не бывает! Не иначе, как магия, вплетённая в чернила.

Одной рукой держу магический документ, а другая — машинально тянется за смартфоном. Хотелось бы заснять на видео, но, помня, что заряд аккумулятора на телефоне не бесконечен, приходится довольствоваться снимком. Вдруг я дочитаю, и документ весь вспыхнет пламенем? А так хоть что-то останется. На всякий случай. Ну и на память, конечно.

Вот теперь можно внимательно ознакомиться со всеми пунктами договора!

Контракт о предоставлении услуг воспитателя

Дата: сие скреплено в третий день месяца Верасень года Огненной Змеи.

Стороны:

Наниматель: генерал драконьих легионов Крейг де Касси (В дальнейшем: «Родитель»).

Исполнитель: Элина Виноградова (В дальнейшем: «Воспитатель»).

Предмет договора:

Воспитатель обязуется осуществлять присмотр, уход и начальное образование над отпрыском женской особи по имени Эриль Китни Крейг де Касси (В дальнейшем именуемая: «Воспитанница»).

1. Обязанности Воспитателя:

1.1. Обеспечивать Воспитаннице условия, способствующие её безопасному росту и развитию: сбалансированное питание, обучение истории и основам магии, организация досуга, физическое развитие.

«Бла, бла, бла…»

Дальше идёт подробное описание каждого подпункта, которые я просто пробегаю глазами.

1.2. Препятствовать попыткам Воспитанницы: приводить в дом единорогов, грифонов и прочих живых существ без предварительного одобрения Родителя, а также использовать без разрешение магические артефакты.

«Я так понимаю, этот пункт был вынесен отдельно после появления в доме Винди».

2. Обязанности Родителя:

2.1. Обеспечить Воспитателю условия проживания, а также свободный доступ ко всем помещениям за исключением Оружейной комнаты.

2.2. Своевременно предоставлять продовольственное и материальное довольствие для Воспитанницы, а также магические компоненты для защитных заклинаний Воспитателя.

2.3. Не вмешиваться в педагогический процесс, за исключением случаев прямой угрозы жизни или безопасности Воспитанницы.

3. Оплата и Вознаграждение:

«Вот это уже интереснее!»

3.1 Оплата: Воспитатель получает ежемесячное жалование в размере пятисот золотых монет, а также право выбрать один самоцвет из личной сокровищницы Родителя по итогам успешно завершённого контракта (двенадцати полных лун).

«Ого! Да с таким контрактом у меня есть не только все шансы выжить, но и выйти на пенсию вернуться домой с приличным состоянием! Вопрос в том, что я потом с ним буду делать? Хотя золото, оно в любом мире — золото».

Читаю дальше.

3.2 Бонус: По истечении каждого лунного цикла воспитателю выплачивается бонус в размере 20% от оклада.

«Мне определённо здесь начинает нравиться!»

3.3. Компенсация за повышенную опасность: Единовременная выплата в размере оклада при укусе, ожоге или других повреждениях, полученных во время защиты Воспитанницы.

В случае непреднамеренного ущерба здоровью Воспитателя, Родитель обязуется оплатить услуги лучшего императорского целителя.

«Надеюсь этого делать не придётся».

4. Условия досрочного расторжения контракта:

4.1. В связи с непредвиденными обстоятельствами контракт не может быть расторгнут до истечения указанного срока.

«Да уж… Здесь у них промашка вышла».

Подписи Сторон:

Родитель: Приложена личная печать генерала драконов Крейга де Касси.

Воспитатель…

В этом пункте прямо на моих глазах загорается моя личная подпись: заглавная буква имени, переходящая в начальные буквы фамилии.

Сворачиваю свиток, собираясь вернуть его генералу.

— Вы можете оставить его себе.

Глупо отказываться от такого «сувенира», поэтому я прячу его в свой рюкзачок.

— У меня есть вопросы, — заявляю, вздёргивая подбородок.

— Слушаю.

— Во-первых, что такое «защитные заклинания»? Пункт два, точка, два.

— Это обереги, которые будут защищать вас от негативного воздействия магии. В особняке вам ничего не грозит, но поскольку мне предстоит отлучится, то… Вот, возьмите.

Генерал снимает с себя амулет и протягивает его мне.

Хлопаю глазами, решая вечный вопрос, где и какой поставить знак препинания: «Принять нельзя отказаться».

— Возьмите, Элания, — настаивает генерал.

— А как же вы?

Ведь не просто так он носил эту штучку? А там, куда ему предстоит отправиться, явно небезопасно, раз императрица решила выставить защиту.

Глава 16

Крейг

Элания оставляет после себя невидимый шлейф, сотканный из тонких нот жасмина и капелек росы на лепестках цветущего сада. Он проникает в самые удалённые уголки сознания, оставляя после себя вопросы без ответов и чувство внутренней, необъяснимой тревоги.

— Всё любуешься? — Горэйдх прерывает моё глупое созерцание закрытой двери.

Стряхиваю с себя наваждение.

— А ты всё подслушиваешь?

— Ненамеренно, Крейг, — звучит напряжённый и сухой ответ.

Серьёзный тон заставляет меня взглянуть на оракула. Уж как-то слишком быстро покинул он общество драконессы.

— Могу поклясться шипами на своём хвосте, что ты просто сбежал от Тенерии.

— Оставь свой хвост в покое, дружище. Тенерия сама пожелала избавиться от моей компании, сославшись на необходимость разместиться и отдохнуть. — Горэйдх, копируя изящное движение, касается кончиками пальцев своего лба, изображая из себя глубоко обиженную драконессу. — Мне даже не пришлось извиняться.

— Да ты счастливчик.

— Видимо, я выглядел настолько несчастным, когда ты так вероломно бросил меня на произвол судьбы, что звёзды сжалились надо мной.

Всё-таки внутри серьёзного оракула, каким слывёт Горэйдх Хельмиронский, внутри по-прежнему скрывается неисправимый романтик.

— Не правда ли она великолепна? — вдруг выдаёт Гор.

— Кто? Тенерия?! — поперхнувшись воздухом, теряю дар речи, не узнавая своего друга.

Или я что-то пропустил?

— Тьма тебя забери, Крейг! Какая Тенерия?! — не на шутку пугается Горэйдх и кривится, будто засунул в рот недозрелый плод лимонного дерева.

А нет. Я всё-таки ошибся. Всё-таки нетерпимая неприязнь, та самая, что шла у них ещё с детства, и которую Гор, в отличие от меня или Грегора, никогда не скрывал, никуда не исчезла. Она просто перешла на новый уровень.

— Элания, — произносит друг мечтательно, заставляя моего дракона глухо зарычать. — Какая потрясающая девушка! Ты только посмотри, как она быстро освоилась! — продолжает восхищаться, не замечая моего тяжёлого взгляда. — И вкус наших блюд оценила, и грызуна вашего накормила, и воспитанницу свою не бросила, и тебе, между прочим, успела намекнуть, чтобы не забыл о дочери. А манеры? А взгляд? Крейг, тебе невероятно повезло с воспитателем.

Всем своим существом я слышу скрытый подтекст его нарочито невинных слов.

— Ты считаешь, что оставить Эриль с Эланией будет благоразумно? — Хмурюсь, вспоминая о своём отъезде и о том, что мне придётся покинуть дом, бросая дочь одну.

Я и раньше уезжал по службе. Но тогда Эриль находилась под наблюдением мисс Боринж, и я мог не беспокоиться о безопасности своего ребёнка.

— А у тебя есть выбор?

Горэйдх прав: выбор у меня невелик.

— Ты можешь оставить дочь с Эланией или воспользоваться предложением Тенерии и доверить опеку над малышкой Кайнее, — бьёт истинным положением в лоб. — Вот только, как по мне, уж лучше взять дочь с собой, чем оставить в императорском дворце.

И это предлагает тот, кому прекрасно известно, что Северные границы не самое лучшее место для взрослого дракона, не говоря уже про ребёнка.

— Гор… — Как бы ни противился мой дракон, но… — Я хочу попросить тебя остаться в особняке на время моего отсутствия.

— Прости. Но ничего не выйдет. Я завтра еду с тобой. Таково распоряжение вдовствующей императрицы, — поясняет, отвечая на мой немой вопрос.

— И тебя… — не успеваю договорить. Ссылают — так и просится добавить.

— И меня тоже.

Мне приходится подавить бушующее внутри ликование своего дракона, ведь друга не будет рядом с Эланией.

Однако такая расстановка заставляет серьёзно задуматься.

— Но это недальновидно.

— Если не сказать, что откровенно глупо. Но это смотря с чьей стороны глядеть.

— С любой! Грегору, когда он примет на себя обязанности императора, как никогда будет нужна наша поддержка и защита!

— Это мы с тобой так думаем, а вот его матушка так не считает. Я подозреваю, что Кайнея боится, что наше влияние на её сына окажется сильнее её наставлений. И она нашла очень удобный способ избавиться сразу от двух приближённых к будущему императору.

— Убрать лучшего воина и оракула?

— Именно так. Лучше сразу устранить «потенциальную угрозу», чем рисковать своим положением? Что может быть «благороднее», чем погибнуть во благо своей империи?

— И ты так спокойно об этом говоришь? Или знаешь больше?

— Звёзды не описывают путь. Они говорят лишь одно: грядёт час, когда тьма рассеется, и мир обретёт свет.

— Вопрос, сможем ли мы это увидеть, — замечаю философски.

— Крейг, рано или поздно мы все уйдём за горизонт. Но не в этот раз.

Успокоил, называется.

Несмотря на настойчивые попытки Тенерии, караулившей меня возле кабинета и жаждавшей моего внимания, я последовал совету Элании и, пренебрегая правилами гостеприимства, провёл оставшееся до отъезда время с дочерью. Даже когда Эриль заснула, я остался с ней рядом.

Значительная часть её детства прошла без моего участия. Я снова уезжаю, и неизвестно, когда получится вернуться.

Через два часа рассвет, и мне предстоит покинуть дом.

— Ты что, не спал? — Горэйдх, ёжась от утренней прохлады, прикрывает рот рукой, пытаясь скрыть зевок.

— Не получилось. — Забираю поводья у Пэльфирона и отточенным движением оказываюсь в седле.

Невзирая на бессонную ночь, я чувствую себя бодро.

— Знаешь, кому я сейчас искренне завидую? — спрашивает Горэйдх, поравнявшись со мной.

— Кому же?

— Вашему Винди Зелю. — Гор напоминает о вконец обнаглевшем мохнатом недоразумении, которое я терплю исключительно только из-за Эриль.

— Позволь полюбопытствовать почему?

— Потому что он может лежать. Лежать, спать и ничего не делать. Его единственная забота — набить пузо и прикорнуть, греясь на тёплом местечке. Ему не нужно думать ни о каких миссиях, о переговорах, или о том, как не прослыть идиотом перед Советом. А ещё, — Горэйдх делает заметную паузу, видимо, для того, чтобы я смог оценить всю степень его зависти. — Он может совершенно спокойно провести ночь в спальне девушки, и никто о нём не скажет ничего плохого.

Глава 17

Элания

У меня есть привычка подводить итоги в конце каждого дня. И этот, по идее, не должен стать исключением. Но лишь по идее. Столько событий, сколько случилось у меня за сегодня, раньше не набиралось за неделю, а то и за месяц.

Казалось бы, обычная суббота, которая не предвещала ничего особенного. Вот только я сижу в комнате, похожей пусть не королевские, но очень уютные покои, и пытаюсь привести в порядок хаос прошедшего дня, что даже не могу вспомнить, каким было это утро!

Прошёл не просто день, а целая маленькая жизнь, которую я прожила за каких-то несколько часов. И вместо тихого, спокойного вечера с Максом, я — неизвестно где, и даже не знаю, что меня ждёт завтра.

Хотя примерно знаю. Наверное. Но самое парадоксальное, я ни разу не вспомнила про Макса. Заметил он моё исчезновение, или нет?

— Крейг, мне не нравится, как здесь со мной обращаются! — в коридоре раздаётся женский голос.

Вскакиваю с кровати, на которой сидела, по привычке скрестив ноги, и прямиком направляюсь к двери, припадая к ней ухом.

— Тенерия, у меня нет времени, чтобы выслушивать твоё недовольство. Ты можешь высказать все свои претензии Пэльфирону, и он сделает всё, чтобы тебе было удобно.

О как!

— Крейг де Касси! Я не желаю общаться с твоим дворецким!

Надо же, какие мы грозные!

— Тогда тебе придётся смириться со всеми неудобствами. У меня нет возможности, чтобы…

— Чтобы что, Крейг?

— Чтобы уделить тебе время, — звучит довольно-таки вежливый ответ после небольшой, но заметной паузы.

Я бы точно ответила по-другому. Но у генерала хватает выдержки на дипломатию.

Плюс один в карму!

— Я хочу знать почему?!

Так и хочется ответить Тенерии в рифму.

— Тебе прекрасно известно, что с рассветом я должен уехать. Поэтому оставшееся время я хочу провести с дочерью.

О! Браво, генерал! Ваша репутация растёт прямо на глазах! Ещё один очень жирный плюс!

— Скоро ночь, Крейг. Ребёнку нужно готовится ко сну и спать!

— Я думаю, что ничего страшного не случится, если Эриль нарушит свой режим один раз. А сейчас прошу меня извинить, Тенерия. Меня ждёт дочь, — холодно бросает генерал, и его официальный тон не допускает никаких возражений.

До меня доносятся чёткие (чувствуется военная выправка) удаляющиеся мужские шаги. Тогда как другие, женские, я не слышу. Тенерия решила «зависнуть» возле моей двери?

— Будь ты проклят, Крейг де Касси! — Шипящее, словно змеиный яд, проклятие заставляет меня отшатнуться. Будто оно может просочиться сквозь щели. — Бесчувственный солдафон! Чёрствый, как ваш армейский сухарь, мужлан! Ледяной истукан!

Я бы добавила ещё высокомерный…

— И ведь раньше это было неважно, раз высокородная драконесса не поленилась лично привезти приказ императрицы, когда это мог сделать посыльный, — неожиданно раздаётся за моей спиной.

От испуга моё сердце едва не выпрыгивает из груди. Я вздрагиваю и резко оборачиваюсь.

— Винди! — Пытаюсь выдохнуть и прижимаю руку, чтобы унять колотящееся сердце. — Ты меня напугал! — шиплю, стараясь не повышать голоса.

С опаской озираюсь на дверь и отхожу от неё.

— Я, между прочим, почтительно сообщил о своём прибытии. Но ты была слишком увлечена подслушиванием, чтобы заметить мою скромную персону.

— Наглый лгун!

— Нет!

— Да!

— Это наговор!

— Ой, всё! Что ты делаешь на моей кровати?

— Терпеливо жду, когда скромного барона Винди Зеля почтят хотя бы крошечным знаком внимания.

Нет, вы только посмотрите на этого нахала!

Но ссориться с хомяком в мои планы совершенно не входит. Зачем? Когда можно использовать его как источник информации. Не зря же я его для этого подкармливала!

Правда, я пока не знаю, насколько этот источник надёжен.

— Что за посыльный? — Присаживаюсь на краешек кровати.

— Императорский. Он привёз такой же приказ нашему оракулу.

— И он тоже уезжает?

— Тебя это расстраивает?

Задумываюсь, прежде чем ответить. Наверное, да. А может, и нет. Скорее нет, чем да. Меня больше напрягает пребывание в особняке недовольной всем драконессы. Надеюсь, что любительнице дворцовых удобств здесь очень скоро наскучит, и она вернётся, откуда приехала.

С Эриль, я думаю, мы поладим. Поэтому моё ближайшее будущее рисуется не таким уж и мрачным. Год — это не так недолго.

Новое место, непривычная одежда, чужая постель, полная луна, такая огромная, что занимает половину окна и заливает комнату своим светом, похрапывание хомяка, которого и пушечный выстрел не разбудит, даже если тот будет спать на самом ядре, — всё это мешает мне заснуть.

А ещё Крейг де Касси в соседней комнате.

Присутствие генерала я чувствую очень остро. Нас разделяет лишь стена, и каменная кладка кажется мне слишком маленьким препятствием. Поэтому такая близость с генералом откровенно нервирует.

Наверное, не будь Крейг таким букой, его можно было бы назвать красивым. Точнее, он и так красив, недаром же Тенерия за ним примчалась, но вредный характер генерала всё портит. Другое дело — Горэйдх: и красивый, и обходительный… Не то что некоторые!

Видимо, я всё-таки забываюсь чутким сном, потому что резко сажусь на постели, услышав фырканье лошади. Смотрю на место, где спал хомяк. Но Винди успел уже куда-то сбежать.

Фырканье повторяется.

Хочу быстро встать, но путаюсь в своём в длинном, до самых пят, одеянии, которое служило мне ночной сорочкой вместо любимой пижамы. Едва не рухнув, всё же успеваю подойти к окну и осторожно выглядываю.

Пэльфирон держит под уздцы красивого вороного жеребца, и в этот момент к нему подходит Крейг. Я не слышу, о чём они говорят, но могу предположить, что генерал даёт дворецкому последние указания.

Горэйдх, сидя на гнедой кобыле, нетерпеливо перебирающей копытами на месте, прикрывает рот рукой, стараясь скрыть зевок. Не выспался бедолага.