Король-дракон, или Как убить любовь

Глава 1

— Подкидыш… Это ведь подкидыш! — удивленно шептали девушки мне вслед.

Какие догадливые! Очевидно же, волосы принципиально не окрашиваю, я не стыжусь своего происхождения.

Я оглянулась, яростно впившись взглядом в их идеальные мордашки. Мокрые после ливня кремово-розовые пряди, набравшие густых красок, хлопнули меня по щекам.

Другие претендентки на место свахи сбились в стайку цветных платьев около высокого стрельчатого окна.

Вот там и стойте, вам ничего не светит. Я буду свахой короля! Пусть и немного опоздала и промокла до нитки — теперь дорогой выглаженный магией наряд неприятно облепил мое тощее тело. Кстати, опоздала я из-за внезапного ливня, что размыл дороги. Карета еле ползла по городу, а нерасторопная стража у ворот замка еще и затянула проверку. Мужланы в блестящих доспехах так долго рассматривали свиток Гильдии свах, дающий мне право претендовать на это пост, что теперь я зайду последней! Что ж. Его величество все равно выберет меня, уверена.

Я осторожно провела пальчиком по браслету с жемчужиной и дернула уголком губ. Пусть попробует король Харт воспротивиться морской магии.

Очередная претендентка вынырнула из кабинета и, со вздохом присев на пуфик, почти утонула в пенной юбке. Другие девушки тут же облепили ее, как вороны, и стали расспрашивать, как оно прошло.

— Его величество и правда так красив, как болтают! — выдохнула последняя.

— Но глаза до жути холодные… — закивала другая.

— Глаза не главное, а телом он явно горяч. Там же мышц — гора! А подбородок какой, а глаза!

— Молчи, дура! Не мы же невесты короля. Вот раскудахталась. Забыла, что мы ему невесту искать будем? Так что слюни, девки, подберите!

Я лишь хмыкнула на это. Глупые трещотки!

— Элайна… Стоун, — прочитав с запинкой мое имя, черноволосый, гладко зачесанный герольд, цепко осмотрел зал и едва не упал назад, когда именно я шагнула к нему. Мужчина оглядел меня с ног до головы, поцокал языком. — Что ж, проходите, барышня. — Усмехнувшись, открыл мне высокую и тяжелую дверь в кабинет.

Ох и жердь! Как он с таким ростом еще не переломился? Я-то высокая, но этому мужику едва ли макушкой достану до груди.

Но, говорят, король Харт один из самых высоких и крепких драконов Ароны.

Опустив голову, я осторожно прошла вперед и встала перед королевским столом. Присела в поклоне, но так и не подняла взгляда, нельзя, нужно дождаться разрешения.

Дыхание сбилось, коленки дрожали, а по телу прошел озноб. Жаль я не умею высушивать одежду, не предстала бы перед королем в таком отвратительном виде.

— Можете подняться, — приказал низкий хрипловатый голос. — Ваш документ, госпожа Элайна.

Я вскинула голову, повинуясь, и на мгновение растерялась.

Мы скрестились с правителем взглядами, и время будто побежало назад, останавливая сердце.

Одернула себя, пытаясь скинуть странные чары, что будто обжигали меня изнутри. Он просто мужчина, ничего особенного, я справлюсь.

Для того, кто по слухам двадцать лет пролежал во льдах, его величество Харт очень хорошо сохранился. Да ему едва ли два десятка лет. Молод и красив. Крупный, плечи такие, что меня три раза закроют, и, конечно же, высокий. Слухи не врали. Глаза у короля светло-янтарные и стылые, будто горячая смола замерзла. Ровные рдяные волосы, туго стянутые в хвост на затылке, в лучах миасса из окна мягко переливались кроваво-алым.

Да он вылитый покойный Атэон! Удивительно, а ведь аронцы всегда думали, что король не оставил наследников. Дочка ведь дэ-лиэн и не может взойти на престол по закону. Все считали, что пришло время править Петрошу — младшему двоюродному брату Атэона, но чудесным образом нашелся тайный бастард — Харт, и я сейчас стою напротив него и неприлично пялюсь.

Король шумно поднялся, протянул руку через стол. Я слегка удивилась, что на его крепких длинных пальцах ни одной печатки или украшения. Только манжеты белой рубашки оттеняли смуглую кожу.

— Разрешение есть? — хмуро свел темные брови правитель.

До огромного дубового стола еще два-три шага, но я почему-то не могла двигаться. Меня словно приморозило от пронзительного взгляда молодого мужчины. С рывком оторвала правую стопу от пола и, крепко стиснув документ перед собой, резко переместилась вперед, но слипшаяся ткань платья сковала бедра и спутала ноги, из-за этого я практически рухнула грудью на стол.

Король успел подставить большие ладони и перехватить меня на лету за талию. Да только, удерживая равновесие, я дернула руками, документ вылетел перед носом и столкнул чернильницу на пол.

Нельзя упустить момент! Нажав на жемчужину в браслете, я задержала дыхание. Шелковая пыльца выстрелила и в миг окутала короля волшебной шалью. Его сдержанное лицо полыхнуло серебром, широкие ноздри раздулись и втянули приготовленную магию. Она безвредная и не оставит следа, но король не сможет отказать мне в работе после ее действия. А работа мне очень нужна.

Пока я выравнивалась, неуклюже выбираясь из крепких рук, на миг показалось, что в застывшем янтаре глаз его величества вспыхнули слабые огоньки.

— Присаживайтесь. — Король отстранился, раздраженно одернул идеально лежащий на нем синий с золотой вышивкой китель, и высокомерно присел в резное кресло. — И почему же я должен именно вас взять на такую интимную работу? Элайна, удивите меня. Хотя не думаю, что можно сделать что-то более экстравагантное, чем ввалиться на собеседование в королевский замок в мокром платье. — Он вытянул бровь и, сложив перед собой пальцы домиком, стал ждать ответа.

Глава 2

Оправдывать свой внешний вид, расшаркиваться и извиняться — не в моих правилах.

— Ваше величество, полагаю, интимность работы здесь несколько преувеличена, — парировала я, присаживаясь в предложенное кресло. — Скорее, она требует… деликатности. Умения слышать и чувствовать, — я говорила с улыбкой, не выдавая волнения, а про себя молилась, чтобы пыльца скорее подействовала. Тогда мне не придется импровизировать на ходу, ведь я вовсе не сваха! — А экстравагантность, как вы заметили, — моя сильная сторона.

— Интимность преувеличена, говоришь? Экстравагантность — достоинство? — Молодой король холодно ухмыльнулся. — А мне кажется, что выбрать достойную жену, будущую королеву Ароны, мокрая курица, не способная попросить прощения у своего правителя за ненадлежащий вид, вряд ли сможет. — И вперился в мое лицо так язвительно, что показалось испепелит на месте.

У меня разве что челюсть не отпала от такого бестактного выпада напыщенного сноба. Несмотря на происхождение, я считала себя отменным зельеваром столицы и всю жизнь шла к признанию. Наша с матушкой лавка «Эликсиры Эвиты» заслуженно возглавляла список лучших в Ароне. Я привыкла общаться с аристократией и точно знаю, что этикет им в головы вбивают с пеленок. Этот же индивид, скорее всего, воспитывался в казарме.

Девятое пламя бездны! Когда же подействует порошок?!

— Простите, ваше величество, если оскорбила вас своим внешним видом, — процедила я сквозь зубы и скрестила руки под грудью, чтобы немного ее приподнять. Пусть лучше смотрит в вырез декольте, чем прямо в глаза. Силы Мироздания не дадут соврать, сейчас мне меньше всего хотелось стоять напротив этого противного королька и выпрашивать дурацкую должность свахи! — Я ведь не в королевы устраиваюсь. Поверьте, когда увидите портреты кандидаток из моего каталога, ваше величество, вы напрочь забудете об этом недоразумении. Ни у одной свахи нашего королевства нет такого золотого списка, как у меня. Самые родовитые ветронки падут к вашим ногам! Я буду учитывать каждую мелочь, вплоть до родинки на том месте, где вам нравится. Вы не пожалеете о своем выборе. С моей подачи совсем скоро своды королевского дворца озарятся лучами счастья от первого крика новорожденного красного дракона! Вашего первенца! Здорового и крепкого наследника трона! — выдохнула я уже чуть ли не плача.

Бывает такое, что пыльца срабатывает не в тот же миг, нужно немного времени, чтобы мужчина проникся к собеседнице. Товар очень редкий и дорогой. Я работала над ним почти год, подбирая идеальный рецепт, отмеряя ингредиенты крохотными унциями, проводила испытания. Да эта жемчужная пыль прославила нашу лавку на всю Арону! Осечек никогда не случалось, иначе меня бы уже дамочки с потрохами сожрали!

Король подпер скрещенными пальцами волевой подбородок и слегка подался вперед. Опять показалось, что его глаза горят в глубине, но он же — огненный дракон, это для них нормально.

Помолчал немного, разглядывая меня в упор, а после довольно грубо сказал:

— Не думаю, что эдакая пустомеля мне подойдет, а всю ту чепуху, — он скривился и спародировал женский голос: — «Мы вам подберем лучшую жену», «у вас будут прекрасные наследники, красные дракончики», «выберите меня, не пожалеете, я все для вас сделаю» — я уже слышал с десяток раз.

Почудилось, что он сейчас, как заправский моряк, харкнет в сторону и измажет светлый камень под ногами.

Расцепив пальцы, его величество откинул мое разрешение Гильдии свах на стопку других таких же и устало прикрыл глаза.

— Зовите следующую. — Тяжело выдохнул. — Сва-ху.

«Вот и все» — пронеслось в голове приговором. Личико сестренки предстало перед глазами, как живое. Воспоминания о том дне, когда она пропала, ворвались болезненным вихрем в сознание.

Я сглотнула подступивший к горлу ком и медленно поднялась с места. Если вернусь в лавку ни с чем, никогда не увижу единственного родного человека. Я уже потеряла матушку, но Линси спасу любой ценой!

— Раз уж вы уже решили, что я не подхожу, можно задать прямой вопрос?

Его величество поднялся, отступил к окну и, заложив руки за спину, отвернулся от меня.

— Надеюсь, это не касается величины моего достоинства, — в голосе короля пробились смешинки. — Блесните, чего уж. Давайте свой вопрос. — Он глянул через плечо, в застывшем янтаре все еще поблескивали огоньки. Ноздри широко раздались, и король, удивленно вскинув брови, повернулся и шагнул ближе.

Замер напротив.

— Не надейтесь, касается. — Во мне проснулась та самая бесинка, которую я всегда старалась скрыть, надевая непроницаемую маску аристократки. — Там за дверью как раз его и обсуждают. Порадуйте народ. Просто скажите, он замерз и отпал за эти двадцать лет? Поэтому вы так не заинтересованы в женитьбе?

Король ступил еще ближе и вдруг склонился к моему уху.

— Кто сказал, что не заинтересован? — глухо проговорил он, едва сдерживая улыбку — она дрожала на кончиках его чувственных губ и украшала хрипотцой низкий голос. — Легко докажу, что ничего там не отпало и даже не замерзло. Показать? Могу даже дать потрогать, госпожа Элайна. Ради дела, так сказать.

Никогда еще ни один мужчина не вгонял меня в такой ступор. Физически ощутила, как от стыда багровеют щеки и дыхание учащается. Хотелось бы прогнать из головы фантазии по поводу его достоинства, но они сыпались, как из рога изобилия. Романы о любви зачитаны мной до дыр, поэтому я имела представление о близости мужчины и женщины. Но применять на практике не планировала.

Глава 3

— Венс! Где ты, Венс? — задыхаясь от смеха, его величество выглянул в приемную, заставив мигом разноцветных девиц умолкнуть, и махнул герольду.

Жердь подобрался и приблизился к правителю.

Они быстро переговорили, высокий тощий слуга кивнул и, дождавшись, когда король снова скроется за дверью кабинета, повернулся к нам.

— Уважаемые дамы! Спасибо, что почтили нас своим присутствием. Собеседование окончено, все свободны.

Все засуетились, собираясь уходить, а я отяжелела, будто мешок с мокрым песком на плечи повесили. Сдержать слезы, вернуться домой и дождаться вердикта — вот мой план на сегодняшний день. Человек, скрытый магической маской, четко дал понять — моей сестре, да и мне, не жить, если не внедрюсь в замок под видом свахи. Я понятия не имела, где он держит Линси. Что с ней сейчас?

Слезы сползали по щекам без остановки: я осознала, что первая часть плана провалилась. Смахнув влагу ладонями, выдохнула и со скрипом поднялась на ноги.

— Кроме вас, госпожа Элайна, — повернулся ко мне герольд. — Вы пройдете со мной.

Я не ослышалась?!

— Что? Простите?

Жердь сдержанно усмехнулся и, махнув костлявой рукой, показал в другую сторону от выхода.

— Следуйте за мной, Элайна, я покажу вам комнату и познакомлю с камеристкой.

Болотная скверна! Сработала моя фирменная пыль! Я еще дуреха начала сомневаться в своих способностях! А ведь крепкий орешек этот Харт! Много времени понадобилось. Собственно, не удивительно. Мужчина в маске предупреждал, что у нового короля стойкость к ядам. Но это ненадолго.

— Скажите, могу я обойтись без камеристки? Дело в том, что я сама привыкла за собой ухаживать. Чужая помощь мне не нужна. Будет чудно, если слуги просто перенесут мои вещи из экипажа в комнату.

— Не положено, — отрезал герольд.

Он шел, будто цапля, смешно поднимая ноги, и больше не проронил ни слова, только оглядывался, словно проверял не потерялась ли я.

Мы миновали стеклянную оранжерею, в которую жадно проникал миасс, укрывая диковинные растения тонким золотым плащом. Распустившиеся цветы по-настоящему сияли в лучах дневного светила. Похоже, дождь давно закончился.

Я оглядывалась по сторонам, потому что отсюда замок выглядел необычайно величественно и сквозь стекла можно было рассмотреть оба крыла, отчего дух захватывало.

Пока я глазела, к герольду присоединилась стража.

Воины окинули меня изучающими взглядами, будто запоминали и, выпрямившись во весь мощный рост, последовали за нами.

Так мы, вчетвером, перешли в другое крыло, видимо, женскую половину, и, поднявшись по широким ступенькам на этаж вверх, остановились у одной из резных дверей. Дальше по широкому коридору были еще такие, похожи друг на друга, как близнецы.

— Ваша комната, госпожа. Располагайтесь, сейчас придет Изабелла, она поможет распаковать вещи и… — он скользнул по моей почти высохшей одежде светлыми глазами, — привести себя в надлежащий вид. Обед в полдень, без опозданий.

Венс внезапно повернулся на каблуках и, не расцепляя рук за спиной, пошел прочь.

Стражи заняли свои места около двери и будто потеряли ко мне всякий интерес.

Я толкнула дверь и скользнула по ней изучающим взглядом, проверяя на наличие замка. С досадой шикнула, когда его не обнаружила. Это плохо. Флакончик с ядом придется всегда носить с собой, а это тоже опасно.

Но все тревожные мысли мигом улетучились, когда я увидела убранство комнаты. Шелковые стены приглушенного жемчужного оттенка плавно перетекали в высокий потолок, украшенный филигранной лепниной. В центре возвышалась огромная кровать с балдахином из невесомой органзы, ниспадающей волнами до самого пола. По обе стороны изящные прикроватные тумбы из светлого дерева, на каждой из которых горела миниатюрная магическая лампа с абажуром из тончайшего фарфора.

У стены туалетный столик с огромным овальным зеркалом, окруженным множеством флакончиков с духами и баночками с кремами. Рядом с ним – мягкое пушистое кресло.

В углу комнаты, возле высокого стрельчатого окна, располагался небольшой письменный стол, на котором стояли чернильница с гусиным пером и бронзовый подсвечник, сейчас холодный и без огня.

Раздвинув пудровые портьеры, я увидела огромную стеклянную дверь, ведущую на балкон. Створки легко поддались, и я вышла на залитую светом миасса площадку. Подошла к мраморным перилам и провела пальцами по гладкой поверхности. Вдохнув полной грудью, залюбовалась пейзажем цветущего сада и потрясающим видом на Аронские горы.

Услышав шум за спиной, я вернулась в покои. Прислужники внесли в комнату мои вещи и быстро удалились. Вслед за ними на пороге появилась юная девушка. Русые волосы уложены в строгую прическу, а широкое платье из темной ткани, подчеркнутое белым передником, скрывало очертания полной фигуры.

— Рада приветствовать вас, госпожа Элайна Стоун. Изабелла — ваша камеристка, — присела она в поклоне. — Позвольте, я подготовлю вас к обеду. Его высочество не терпит опозданий.

Не терпит он! Тьфу! Гад чешуйчатый! Теперь буду бегать вокруг него, как собачонка, исполняя любые приказания. Во что превратилась моя славная жизнь независимой и самодостаточной зельеварки?

Глава 4

Вернувшись в покои после собеседования, я гневно выгнал слуг, они разбежались, как тараканы от тяжелого сапога, и упал на кровать лицом. Не раздеваясь и не разуваясь. Мама бы меня розгами отхлестала за такие вольности. Так и лежал недвижимо и не поднимался бы, если б не великой важности обязанности. Устал. Просто мрак, во льдах не так тошно было, как здесь.

Кто бы мог подумать, я — король Ароны. Смех свихнувшейся ящерицы! Ну какой из меня король? Рыжий, да. Да и еще жена нужна в срочном порядке, мол, без наследника не удержать негодование вымирающего народа и не примириться с соседями, от которых зависит это выживание.

Чтоб тебя, папочка! Лучше б я никогда не знал, чья кровь на самом деле течет в моих венах.

А еще эти свахи. Утомили. До отбора, где мы участвовали с Асадом, я бы наверное порадовался такому вниманию девиц, но сейчас все изменилось.

Перевернувшись на спину, я прижал ладонь к груди. Что-то изнутри необъяснимо стягивало сердце.

Своей красной магии я все еще не чувствую. Как вернулся в мир, так и остался пустым. Придворный лекарь Брайт, сохраняя мою тайну, говорит, что возможно это из-за многолетнего анабиоза и нужно дать время дару оттаять. Да только с каждым днем все тяжелее в груди.

Ладонь сжалась в кулак — опять ноет и воет, будто вьюга поселилась за ребрами. Лишь сегодня что-то шевельнулось там. Едва-едва.

Губы растянулись в улыбку. Элайна… она пробудила магию, будто жизнь в нее вдохнула. Тот самый подкидыш, о котором теперь болтает весь замок. Такие в Ароне редкость, их обычно забирают в высокородные семьи лиэнов, а бывает что перепродают задорого даже виэнам, потому что до восемнадцати лет эти дети приносят в семью только счастье и достаток. Но они не аронцы, они лурийцы, подкидыши морских людей. Их находят на берегу моря настоящие счастливчики. Подкидыши не изгои в драконьей стране, у них привилегии, достаток и уважение. Правда, лишь до совершеннолетия.

Есть особенность: они не размножаются, детей у них никогда не бывает от драконов или других рас. Зачать малыша лурийцы могут только на своем острове, но почему они своих детей бросают — до сих пор загадка. Это не сильно общительный народ, обособленный. Они торгуют по всему Диону, переплывая моря и меняя континенты, но нигде не задерживаются, всегда возвращаются домой.

И вот эта девочка-подкидыш внезапно, на крохотный миг, оживила внутри меня магический огонь. Я даже не сразу понял это. Перехватил ее, хрупкую и мокрую, когда упала на стол, а потом мы говорили-говорили, не помню нихрена, кажется, я вел себя неподобающе королю и даже ее выгнал.

А когда дверь за девушкой захлопнулась, мои пальцы вдруг вспыхнули. Я от неожиданности выбросил сгусток пламени куда попало и опалил центр стола, тот с грохотом раскололся надвое.

От радости я готов был выбежать и обнять наглую болтливую девчонку на глазах у всех, ведь вернуть магию для меня сейчас крайне важно, не может король драконьей страны оказаться замороженным прохвостом. Да и без магии не стать мне отцом, не продлить род.

Чтобы не испугать надежду, пришлось соблюдать дистанцию с лурийкой, приказать Венсу отвести ее в покои свахи. Мне плевать, кого Элайна там выберет в жены, я уж попозже разберусь, все равно лучше Тесс я никого не встречу, а эта женщина, уже двадцать лет как занята моим лучшим другом.

Мне важно, чтобы девчонка-подкидыш вернула мне магию полностью!

Остальное — ерунда!

Кто-то кротко постучал в дверь.

— Да! — гаркнул я. — Войдите.

Камердинер немного опасается меня после того, как я отказался подставить ему свою шею и сам побрился. Еще чего, я свое горло только противнику позволю перерезать.

Сухенький невысокий мужчина в строгом сюртуке бежевого цвета заглянул в покои.

— Ваше высочество, обед давно начался.

— Обед? Какой еще обед?

— Вы просили… — он замялся, — чтобы сваху, Элайну Стоун, привели к столу.

Точно, пустынные демоны!

— Помоги одеться! — вскочив, я махнул ему рукой. Мужичок, его имя я так и не спросил, слегка дернулся. — И хватит уже шарахаться, тебя что мой отец бил?

— Нет, что вы, никогда. — Он замялся, увел взгляд, явно что-то скрывая, и принялся меня переодевать.

— Лишь изредка розгами наказывал, — догадался я.

Слуга дернул уголками губ, но промолчал. Атэона нет в живых уже давно, но уважение подданных к своему королю все еще осталось.

Мы слегка припоздали к столу. Кхм, не слегка, а на полчаса. Стражи поклонились мне, все никак к этому не привыкну и тоже им кланяюсь. Они лишь усмехаются на это.

Да плевать, меня в короли не готовили. Я — воин, могу бошку монстру снести или в гущу повстанцев прыгнуть с мечом.

Я кивнул камердинеру и отпустил его отдыхать, а сам толкнул дверь в столовую и ступил в длинный сверкающий стеклом и канделябрами зал.

И… где же эта мокрая курица?

За столом, уставленным всевозможными яствами, никого не было.

Я медленно обошел его, рассматривая серебряные блюда с фруктами и хрустальные графины с вином. Решив, что нечего простаивать без дела, взял спелый персик и надкусил его. Сок брызнул на белоснежную рубашку. Ну вот, теперь еще и это! От досады отшвырнул фрукт в сторону, и услышал жалобное: