Косолапый мишка. Часть 2

Часть 1

Тишина той ночи была неестественной. Обычно лес за забором парка аттракционов «дышал»: хрустели ветки под ногами бродячих мертвецов, слышалось их далекое, хриплое мычание. Мы привыкли к этому белому шуму апокалипсиса. Он означал, что всё идет как обычно.

Но в эту ночь мир замолк.

Я стояла на посту, прижимая приклад винтовки к плечу. Морозный воздух обжигал легкие. Картер проверял прожекторы на западном секторе.

— Кейт, ты это видишь? — его голос по рации прозвучал встревоженно.

Я посмотрела в ту сторону, куда бил луч света. В трехстах метрах от забора, на опушке леса, стояли они. Но они не шатались бесцельно. Десятки, а может, и сотни мертвецов стояли абсолютно неподвижно. Они не издавали ни звука. Их головы были синхронно повернуты в сторону наших ворот.

— Почему они не идут на шум генератора? — прошептала я в рацию.

— Не знаю. Словно они чего-то ждут.

Ответ пришел через секунду. Из глубины леса донесся долгий, пронзительный звук, похожий на свист выходящего из легких воздуха, переходящий в гортанный клекот. Это не был человеческий голос. Это был зов.

И тогда они сорвались с места.

Это не была походка зомби. Это был спринт. Тела мертвецов изгибались под немыслимыми углами, их кости хрустели, подстраиваясь под бешеный темп. Они неслись на нас со скоростью лесных хищников.

— ОГОНЬ! — закричал Мэтт с соседней вышки.

Застучали автоматы. Пули кромсали плоть, вырывали куски мяса, но эти твари не замедлялись. Старый вирус заставлял мертвецов чувствовать только голод, но новый... новый, казалось, полностью отключил инстинкт самосохранения ради скорости. Те, кому перебивало ноги, продолжали нестись на руках, перебирая пальцами по земле с пугающей быстротой.

— Они лезут! Боже, они лезут прямо друг по другу! — закричал Брент.

У основания забора образовалась живая гора. Зомби не пытались выломать ворота. Те, кто бежал сзади, вонзали пальцы в спины впереди идущих, используя их как лестницу. За считанные секунды у нашего забора вырос вал из копошащихся, клацающих зубами тел.

Первый мертвец перемахнул через колючую проволоку, даже не заметив, как она располосовала ему живот. Он приземлился на асфальт на четыре конечности и, не тратя ни секунды, бросился на часового внизу.

— Назад! Все к главному зданию! — я соскочила с лестницы, когда забор под тяжестью тел начал заваливаться внутрь.

Металл взвыл, вырывая бетонные сваи. Семиметровая секция ограды рухнула, и в лагерь хлынула волна смерти.

Это была бойня. Раньше мы могли отбиться от десяти зомби с помощью пары ножей. Теперь один мертвец стоил пятерых. Они стали невероятно сильными. Я видела, как одна из тварей вцепилась в дверь нашего склада и просто вырвала ее с петлями, чтобы добраться до людей внутри.

— Кейт, берегись! — Картер сбил меня с ног в тот момент, когда над моей головой пролетело серое тело.

Зомби врезался в кирпичную стену, перекувырнулся и мгновенно вскочил, оскалив зубы. Его челюсть была сломана, свисала на бок, но он не обращал на это внимания. Его зрачки были расширены на весь глаз, превращая его в черную бездну.

Картер выстрелил ему в упор. Голова твари взорвалась, но тело сделало еще два конвульсивных шага в нашу сторону, прежде чем окончательно упасть.

— Они не умирают сразу! — закричал Картер, перезаряжая пистолет. — Мозг мутировал, Кейт! Нужно сносить всю верхнюю часть, иначе они продолжают идти!

Мы бежали через площадь парка, мимо застывших каруселей, которые теперь казались надгробными памятниками. Вокруг раздавались крики тех, кто не успел. Мертвецы действовали не как толпа, а как стая волков. Они окружали группы выживших, загоняя их в тупики.

— Мэтт! Брент! Сюда! — я увидела дядю и парня Мел у входа в «Дом ужасов». Это было единственное здание с бронированными дверями.

Мы ворвались внутрь, и Картер с грохотом задвинул стальной засов. Снаружи тут же раздались десятки ударов. Сотни когтей заскребли по металлу. Звук был такой, будто мы сидели внутри огромного барабана, по которому бьют костями.

— Сколько их? — Мэтт тяжело дышал, прижимая руку к окровавленному боку. Его куртку зацепило когтями, но, слава богу, кожа не была повреждена.

— Тысячи, — ответила я, глядя в маленькое смотровое окошко. — Весь лес вышел. Мэтт, они изменились. Они стали… совершенными.

— Это еще не всё, — подал голос Брент из темного угла комнаты. Он смотрел в другое окно, выходящее на задний двор. Его голос дрожал. — Посмотрите на тех, кто остался у забора.

Мы подошли к окну. В свете догорающих прожекторов мы увидели нечто еще более жуткое.

Те зомби, которые не участвовали в атаке, методично собирали тела павших — и своих, и наших. Они не ели их. Они стаскивали их в одну огромную кучу в центре площади.

— Что они делают? — прошептал Картер.

— Они строят, — ответила я, чувствуя, как внутри всё леденеет. — Они не просто едят, Картер. Они очищают территорию под себя.

В этот момент удары по двери прекратились. Наступила мертвая тишина, прерываемая лишь тяжелым дыханием в комнате. А затем сверху, с крыши «Дома ужасов», донесся отчетливый, ритмичный стук.

Тук. Тук. Тук.

Словно кто-то наверху пробовал крышу на прочность. А потом раздался тот самый свист, который мы слышали в лесу. На этот раз он доносился из вентиляционной шахты прямо над нашими головами.

— Они внутри… — выдохнул Мэтт, поднимая ружье к потолку. — Они нашли путь через вентиляцию.

В этот момент стальная решетка на потолке с грохотом вылетела, и из темноты на нас посыпались тени.

Часть 2

Тьма внутри «Дома ужасов» была густой, как смола, и пахла старой пылью, машинным маслом от неработающих аттракционов и чем-то тошнотворно-сладким — запахом свежей крови. Когда вентиляционная решетка с грохотом упала на бетонный пол, этот звук показался выстрелом в гробу.

Первая тень рухнула следом. Она не упала, а именно приземлилась — мягко, на согнутые конечности, словно огромная бледная кошка. В слабом свете моего фонарика я успела заметить длинные, неестественно тонкие пальцы с когтями, которые уже не были человеческими ногтями. Это были роговые наросты, созданные для того, чтобы рвать плоть и карабкаться по камню.

— Берегись! — взревел Мэтт, вскидывая ружье.

Грохот выстрела в замкнутом пространстве оглушил. Вспышка на мгновение выхватила из темноты искаженное лицо существа: зрачки, расширенные на весь глаз, и ряды острых, как иглы, зубов. Тварь отлетела назад, но не умерла. Она зашипела — звук был похож на пар, вырывающийся из сломанного котла — и мгновенно скрылась в тени за декорациями старого кладбища.

— Они не одни! Сверху! — закричал Брент.

Из дыры в потолке посыпались другие. Их было четверо, пятеро... я сбилась со счета. Они двигались с такой скоростью, что наши глаза едва успевали фиксировать их перемещение. Это не была атака зомби. Это была засада хищников.

— К выходу через «Тоннель пыток»! — скомандовала я, стреляя в темноту, где мелькнуло бледное пятно. — Не дайте им окружить нас!

Мы бросились вглубь аттракциона. Ирония ситуации была горькой: мы пытались спастись от настоящих монстров в месте, созданном для того, чтобы пугать людей фальшивыми. Вокруг нас вспыхивали и гасли автоматические датчики — мы давно восстановили электричество в парке, и теперь это обернулось против нас.

Внезапно зажглась стробоскопическая лампа в зале с ростовыми куклами клоунов. В прерывистом свете мир превратился в серию застывших, кошмарных кадров.
Вспышка: Картер всаживает нож в челюсть твари, которая в прыжке пыталась вцепиться ему в горло.
Темнота.
Вспышка: Мэтт перезаряжает ружье, а за его спиной из-за пластикового гроба поднимается еще одна бледная фигура.
Темнота.
Вспышка: Я вижу глаза Брента — в них нет страха, только холодная, выжженная ярость. Он рубит мачете направо и налево, защищая наш тыл.

— Мэтт, сзади! — закричала я, вскидывая винтовку.

Пуля раздробила плечо твари, заставив её промахнуться, но существо даже не вскрикнуло. Оно просто перекатилось и снова исчезло в темноте. Эти новые мертвецы не чувствовали боли, но, в отличие от прежних «пустышек», они обладали зачатками разума. Они понимали, что такое укрытие. Они знали, что такое тактика.

— Они загоняют нас в «Комнату зеркал»! — перекрывая шум боя, крикнул Картер. — Не идите туда, там тупик!

Но было поздно. Сзади послышался оглушительный скрежет — еще одна группа мертвецов ворвалась через главный вход, смяв стальной засов, как бумагу. Нас выдавливали в единственном направлении.

Мы влетели в зал, заполненный сотнями изогнутых зеркал. В тусклом аварийном свете наши отражения множились, создавая иллюзию целой армии выживших. Но среди наших лиц мелькали другие — серые, хищные, с горящими глазами.

— Спина к спине! — скомандовал Мэтт.

Мы встали в круг. Стеклянный лабиринт отражал наши фонарики, ослепляя нас самих. Слышался только шорох когтей по стеклу. Они были повсюду и нигде одновременно.

— Кейт... — прошептал Картер, его рука, сжимавшая пистолет, дрожала от напряжения. — Если мы не выберемся...

— Мы выберемся, — отрезала я, хотя сердце колотилось в ребра, как пойманная птица. — Мы не для того выживали год, чтобы сдохнуть в комнате с гребаными зеркалами.

В этот момент одно из зеркал справа от меня разлетелось вдребезги. Тварь прыгнула из-за него, целясь мне в лицо. Я успела подставить приклад, и когти существа глубоко вонзились в дерево. Запах гнили ударил в нос — это был не запах старого трупа, а запах чего-то химического, едкого, как аммиак.

Я нажала на курок. Голову твари разнесло, забрызгав зеркала черной, густой жидкостью.

— Сюда! Я нашел технический люк! — крикнул Брент. Он стоял у стены, разбивая мачете фальшивую панель, за которой скрывались провода.

Мы бросились к нему. Мэтт прикрывал нас, выпуская пулю за пулей в наступающую темноту. Одна за другой твари падали, но их место занимали новые. Казалось, весь город решил собраться в нашем парке сегодня ночью.

Мы протиснулись в узкий технический коридор. Здесь пахло сыростью и крысами. Позади нас зеркальный зал наполнился звоном бьющегося стекла — мертвецы прорывались вслед за нами, круша всё на своем пути.

— Этот путь ведет к черному выходу за колесом обозрения, — задыхаясь, проговорил Мэтт. Его бок теперь был полностью пропитан кровью — рана все-таки открылась. — Кейт, берите сумки с патронами. Если мы выйдем наружу, нам придется бежать к машинам.

— А как же остальные? — спросила я, чувствуя, как горло сжимает спазм. — Сандра, дети... люди в главном здании?

Мэтт на мгновение замер. В его глазах я увидела приговор.
— Мы не сможем к ним пробиться. Главное здание уже в окружении. Если мы не уведем часть стаи за собой, у них не будет и шанса.

Это было самое тяжелое осознание. Мы бросали свой дом. Мы бросали людей, за которых обещали нести ответственность. Но логика выживания была неумолима: если мы останемся здесь, мы просто добавим свои тела к той куче, которую они строили на площади.

Мы выбили заднюю дверь и оказались на улице.

Воздух был холодным, но он показался мне самым сладким нектаром после вони Дома Ужасов. Однако радость была недолгой.

Весь парк был залит призрачным светом луны. И в этом свете мы увидели масштабы катастрофы. Тысячи, буквально тысячи мертвецов заполняли пространство между аттракционами. Но они не бегали. Они стояли.

В центре площади, там, где мы когда-то устраивали общие обеды, теперь возвышалась «Башня». Это было жуткое сооружение из тел — и мертвых, и, к моему ужасу, еще живых. Руки и ноги переплетались в неестественных позах, создавая подобие кокона. В центре этой массы что-то пульсировало.