Кровь. Кость. Пепел

КРОВЬ

Их называют Инь и Ян
Напротив друга друг
Два разных цвета, две судьбы
О двух оттенках суть.

Не сочетается черное с белым,
Они в постоянной борьбе:
Он холоден, дерзок, расчетлив
И хладным пылает огнем.

Она — это дикое пламя,
Эмоций и чувств не скрывает.
Но этих двоих же сплетает
Их крайностей яростный круг.

Что ждет их двоих в этой битве?
Два сердца один путь пройдут.
Два пламени тесно сплетутся,
Оставив сей замкнутый круг.

КРОВЬ

На Восемь стран: четыре элемента и четыре стихии.

Восемь стран — один мир.

Гармония, что позволяет существовать даже таким бесполезным, как странам Льда и Огня.

***

Цзянь Шиан… его нельзя назвать добрым Королем. Он жесток, стремителен и, как и подобает Королю, просто зверски силен.

Магия Огня — магия Войны.

Абсолютно бесполезная в мире, где все подчиняется строгим законам, которых с каждым тысячелетием становится все больше.

Магия Огня — магия опустошения, разрушения и смерти.

Шиан любит свою страну, но с каждым годом все больше разочаровывается, потому что дорога впереди беспросветна и темна.

***

Цзянь Ксиеронг нельзя назвать плохой Королевой. Она мудра, проницательна и, как и подобает Королеве, верно служит своей стране и мужу.

Страна Огня — умирает.

Она видит это в выжженных пустынях, которые не держат ни воды, ни жизни. Видит в людях, стойких и сильных, но которых с каждым годом все меньше.

Страна Огня — страна пришедшая к тупику, дальше которого либо смерть, либо расцвет.

И Ксиеронг не знает, даже не представляет, что нужно сделать, чтобы вместо смерти, так упрямо маячащей на горизонте, к их стране пришла жизнь.

***

Цзянь Суаньюань нельзя назвать правильной принцессой. Она шебутна, весела и, как не подобает принцессе, совсем не любит политику и долгие, скучные разговоры. Огонек.

Сердце Огня — жизнь.

У Огня зарождается дружба, и рядом с ним происходит оттепель. Возле кострищ собираются друзья и в пустынях танцует пламя.

Сердце Огня — это смелые и открытые люди, что не страшатся испытаний, что честны и обжигающи в своей честности.

И Суаньюань, как и многие простые жители страны Огня, и знать не знает о тяжелом роке, что навис над их родной и любимой стихией. Изжить самих себя, изжить свою магию — разве такое возможно? Вот и она считает, что нет.

Сердце Огня — это пламя, душа, и что-то больше чем проклятье выженных земель и сметающее все на своем пути зарево.

***

О Томое Тецу говорят, что он похож на представителей клана Хомра.

О Томое Тецу говорят, что он похож на Короля.

Не того Короля, что сидит сейчас на троне и который носит фамилию Цзянь, а на того, чья династия когда-то правила страной Огня — Тироугвелем, — испокон веков с самого ее основания. То был клан Хомра, канувший в лету почти два столетия назад. Династия Основательницы, которая не прерывалась тысячелетиями, оборвалась несчастным случаем: сошедший с ума Король сжег весь королевский двор, и в том пламени погибли Королева и ее новорожденный сын. А сам владыка был случайно убит во время попыток усмирения и приведения в чувства.

Томое Тецу похож на него даже внешне, и вокруг него собираются те, кто когда-то стоял за сошедшим с ума Микото Хомра.

Томое желают убить люди Шиана, за Томое следит Ксиеронг, но все застыло в ожидании чужих действий — молодой новатор слишком умен, а его сторонники слишком влиятельны, чтобы объявлять открытую охоту.

Томое Тецу называют Истинным Пламенем Тироугвеля.

***

— Давай остановимся на том, что ты похитил принцессу, — первое, что услышала Суаньюань придя в себя.

— Я никого не похищал, — парировал собеседник, и она, потянувшись к своей магии, одновременно с этим перекатом скатилась с... кровати на пол и куда-то в угол. Парень, стоявший к ней спиной обернулся, вздохнул и продолжил: — Она сама за мной увязалась.

Его собеседник был лишь немногим его старше, но разница между ними была ощутима, как разница между старыми и молодыми.

Суаньюань нахмурилась, изо всех сил утихомиривая разгорающийся внутри гнев и растерянность, однако хрупкий деревянный столик, на который она опиралась, все-таки вспыхнул, осыпавшись пеплом. Парень усмехнулся, хотя уровень демонстрируемой силы должен был его впечатлить... Суаньюань надеялась.

— Тебе смешно, а за ней стопудова будет хвост, — скрипнул зубами старший, по его рукам опасно побежали узоры пламени.

— Расслабься, пока наследную хватятся, мы сто раз успеем поменять место. Кстати, на удивление ты хорошо воспитана, все еще не кидаешься обвинениями и шарами, — парень широко улыбнулся, потом подмигнул, и спросил: — Есть вопросы?

Она окинула взглядом комнату, усиленно вспоминая, как здесь оказалась.

— Зачем ты пробрался во дворец? — ночь и неизвестный — вот он кто!

— И как ты проскользнул мимо стражи? — отец никогда не относился к безопасности халатно.

— И почему ты забрал меня с собой? — она точно помнит, что он вырубил ее одним движением еще до того, как они покинули территорию дворца

— Стоп-стоп-стоп! — когда ее огненный покров, всколыхнувшись, попытался перекинуться на мебель, парень вскинул руки. — Это хлипкая халупка, не сожги ее к чертям, моя к тебе маленькая просьба. Тут жилья на мили вокруг больше не предвидится, а хижина нам, ой-ой-ой, как нужна.

Он был... странным.

Суаньюань прищурилась, отошла к стене, скрестила руки на груди. Контроль над магией всегда давался ей слишком тяжело — сказывалась наследственность и большой резерв. Однако слабым магом она никогда не была. И об этом все знали. Иначе отбоя от желающих поживиться за ее счет не было бы.

А этот... был какой-то слишком уверенный. И тогда, во дворце, и сейчас, и одновременно с этим какой-то простой... и...

— Томое Тецу, приятно познакомиться, — снова усмехнулся он, игнорируя недовольный взгляд старшего товарища и Суаньюань удивленно воскликнула, на этих словах.