Круг, из которого не выйти

В коридорах школы всегда было шумно, но этим утром голоса казались какими‑то далёкими. Узкие окна почти не пропускали свет, и длинный коридор уходил вдаль, серый и безжизненный.

Глава 1. Встреча в коридоре

Она шла по этому коридору с чуть наклонённой головой, прижимая к груди тонкую тетрадь. Скромная, неприметная, почти растворялась в толпе: учителя часто забывали её имя, одноклассники вспоминали только, когда нужно было списать. Её звали Лена.

Утро казалось странным: шаги звучали громче обычного, эхо тянулось, запах дешёвых духов смешивался с запахом столовой и въедался в кожу. Лена снова подумала, что школа похожа на плохо освещённый лабиринт без выхода, где есть только уроки, звонки и одинаковые лица.

У поворота коридора её уже ждали две школьницы — такие же старшеклассницы, как она, но будто из другого мира. Первая, Кристина, была высокой и тонкой, с ровно уложенными волосами и блестящим маникюром, говорила громко, как будто весь коридор слушал только её. Вторая, Алина, чуть ниже ростом, но с таким уверенным взглядом, что учителя невольно смягчали голос. У обеих были дорогие телефоны, брендовая одежда и украшения, слишком ярко заметные в школьном свете.

— Наконец‑то, — Кристина закатила глаза, увидев Лену. — Ты как всегда, будто из подвала вылезла.

— Привет, — тихо сказала Лена, чувствуя, как слова застревают в горле.

Алина улыбнулась слишком широко и уверенно.

— Не обращай внимания, — сказала она, легко касаясь её локтя. — Мы уже обсуждаем выходные.

Они стояли в коридоре, пока вокруг них шла толпа. Кристина и Алина не отрывались от телефонов, перелистывали ленты, показывали друг другу фото с поездок, новые вещи, скриншоты переписок с парнями. Лена стояла рядом, как тень, слушала их, но чувствовала себя лишней в этом мире.

— Представляешь, папа сказал, если нормально сдам, подарит машину, — смеялась Кристина.

— А мой сказал, чтобы я сначала выбрала страну на лето, а уже потом думала об экзаменах, — ответила Алина с лёгкой усмешкой.

Лена молчала. У неё не было ни машин, ни поездок, ни дорогих вещей. Родители много работали и уставали, и всё, что она могла о себе сказать, — обычная семья.

Звонок резко оборвал разговор.

Первый урок начался как всегда: лёгкий шум до прихода учителя, ощущение, что время снова растянется. Классы были залиты ярким светом, доска блестела, мел оставлял неровные белые следы.

На математике учитель монотонно объяснял тему, кто‑то в последнем ряду тихо хихикал и переписывался в телефоне. Лена старательно записывала формулы, но в голове крутилось другое: казалось, что за окном что‑то ждёт и тянет её взгляд. Каждый раз, когда она поднимала глаза, ей чудилось, что за стеклом мелькает тень, но стоило присмотреться, и там снова была только площадка, серый снег, деревья и кусты.

На перемене коридор снова наполнился шумом, и Лена почувствовала, как к ней тянется рука Алины.

— Ты вообще читала, что я в чате писала? — спросила Алина, едва Лена вышла из класса.

— У меня нет времени читать всё подряд, — тихо ответила Лена. — Я конспект писала.

Кристина закатила глаза:

— Господи, Лена, ты как бабка, честно. Уроки, конспекты, учебники. Ты вообще живёшь?

Лена попыталась улыбнуться, но улыбка вышла кривой.

— Стараюсь, — сказала она.

Уроки тянулись один за другим. Учителя менялись, темы сменяли друг друга, а Лена всё чаще ловила себя на том, что не слушает, а просто смотрит в одну точку, будто ждёт чего‑то.

На одном из уроков ей вдруг показалось, что сзади кто‑то смотрит. Она резко обернулась и увидела только обычных одноклассников: кто‑то рисовал, кто‑то листал телефон, кто‑то смотрел в окно. Ощущение взгляда никуда не делось.

После последнего урока школа немного опустела, шум стих, коридоры стали тише и темнее. Лена стояла у своего шкафчика, перекладывая учебники, когда рядом хлопнула дверца — подошли Алина и Кристина.

— Так, — Кристина хлопнула тетрадью по дверце шкафчика. — Нам нужно обсудить выходные.

— Какие выходные? — автоматически спросила Лена, уже чувствуя, что разговор ей не понравится.

Алина лениво прислонилась к шкафчикам и сложила руки на груди:

— Ну не дома же сидеть. Все нормальные люди либо в клуб, либо к кому‑то.

Кристина улыбнулась, и в её улыбке было что‑то неприятное.

— У меня дома нельзя, родители свой занудный вечер устроили, — фыркнула она.

— У меня тоже, — Алина пожала плечами. — Папа вернулся, мама решила, что семья должна быть вместе.

Лена уже понимала, к чему всё идёт, сердце забилось быстрее.

— Тогда... — начала она, но Алина перебила:

— Тогда остаёшься ты, Лен.

Лена почувствовала, как внутри всё сжалось.

— У меня родители... — попыталась она возразить.

— Родители уедут, да? — спокойно сказала Кристина. — Ты говорила, что они к бабушке в деревню собираются.

Лена замолчала. Да, она говорила это случайно, на прошлой неделе. Не думала, что кто‑то запомнит.

— Ну... да, — тихо сказала она.

— Вот и отлично, — Алина довольно улыбнулась. — Уютный дом, никаких взрослых, выходные. Самое то.

Лена прикусила губу.

— Я не уверена, что родители...

— Они не узнают, — перебила Кристина. — Мы всё уберём. Мы же не дебилы.

Алина смягчила голос:

— Ты хоть раз почувствуешь, что у тебя нормальная жизнь, Лен. Не только уроки и книжки. Позовём только своих.

Слово «своих» прозвучало странно, будто ей позволяли на время стать частью их круга. Лена посмотрела на них: две громкие, уверенные девчонки, которые всё решают. И она — тихая и незаметная, у которой дома удобно устроить вечеринку, потому что родители уезжают.

В коридоре стало тише, где‑то хлопнула дверь, кто‑то рассмеялся.

— Я не знаю, — сказала Лена, чувствуя сопротивление внутри. — Если что‑то разобьётся, соседи начнут жаловаться, они всё слышат.

— Ничего не разобьётся, — уверенно сказала Кристина. — Мы не стадо.