Кто-то прячется во тьме 2

Глава 1.

Обращение в оборотня должно было сделать его сильным и неуязвимым, так Илья думал из-за рассказов Лили и всей собранной информации. Миф о неуязвимости был разрушен. Сейчас перед ним лежали три мёртвых монстра. Ещё один был там, в сарае. Использовал ли Дмитрий серебряные пули или для убийства этих существ хватило и обычных? Жаль, не успел спросить. Илья бы посмеялся над этой мыслью, да только и о силе речи не шло. Его тело стало слишком тяжёлым для него самого. Он ссутулился под его тяжестью. Ноги распластались так, словно он был парализован. Но он точно чувствовал боль. Из раны, оставленной ему кем-то из монстров. Из неё до сих пор текла кровь. Повредили артерию или что-то в этом роде? Даже в тусклом свете фонарика от телефона Варвары, который упал на пол и частично оказался под кроватью, Илья видел кровавый след. Он указывал на то, как Илья от кровати подошёл к шкафу, проводил Лилю, а потом вернулся обратно.

Проводил Лилю. Она ведь ушла, так? Он хотел поднять голову, чтобы посмотреть, но не мог. Точно ушла. Добралась до Варвары. Учительница уже наверняка увезла её. Было тихо, он вполне мог бы услышать, гудел мотор или нет. Но он не слышал ничего. Уши болели.

Думать с каждой секундой становилось всё сложнее. Каждую новую мысль перекрывала старая. Та, что появилась всего несколько минут назад, но успела стать такой родной. Словно ему это твердили с самого детства родители. Но он не слушал, отмахивался от них. А теперь до него дошло. Что он правда должен это делать. Должен убивать. И рвать на части.

Илья покачал головой. Внезапно это действие далось ему легко. Только как будто на него ушли последние силы, потому что тут же голова снова безвольно упала ему на грудь. Теперь он даже не мог держать глаза открытыми. Боль от ноги поднималась всё выше. Почему-то начало резать живот. Илья прикоснулся к нему, просто чтобы проверить, не было ли крови и там. Боль мгновенно перешла в эту руку. Он откинул её на кровать. Она стала ещё тяжелее.

Но была не такой тяжёлой как другая рука. Потому что в ней он держал пистолет. С трудом Илья приоткрыл глаза и посмотрел на него. Никогда прежде не держал в руках настоящее оружие. А игрушечное последний раз в детстве, когда казалось, что мальчикам положено хотеть играть с такими штуками. Ему больше нравилось находить палки подходящего вида и представлять, что это они были пистолетом. Это позволяло развивать фантазию. При этом он прекрасно понимал, что у палок ничего общего с огнестрельным оружием не было. Его это только радовало. Зато с ними он мог оставаться частью игры дворовых друзей.

Теперь Илья прикрыл глаза специально. Чтобы вспомнить и представить сцены из детства. Пусть не самые ценные воспоминания, но всё лучше чем то, что было сейчас. Вот он двор, вот он... УБЕЙ.

Илья подскочил на месте, но приземлиться в ту же точку кровати не смог, поэтому ударился поясницей о каркас. Боль оказалась куда сильнее чем та, что пульсировала в ноге, животе, руке, а теперь и шее. Он едва не закричал. Остановило только то, что сил на это не было. Вот как значит. Он должен будет потерять сознание, чтобы окончательно превратиться в это. Тогда у него есть возможность оттянуть этот момент. Что если он сможет продержаться всю ночь? Тогда в это полнолуние он не превратится. А до следующего получится что-то придумать. Пусть у семьи Лили не вышло, но они и не слишком старались. Что уж говорить об их соседке, которая, кажется, вообще ничего против того, чтобы стать чудовищем, не имела. Ладно, он им тоже не очень помог. Нашёл только рискованные способы вроде...

Прервать линию, вспомнил он свои слова. Убей оборотня, который превратил тебя, и излечишься. Но ведь тот, кто его обратил, уже мёртв. Это было последним, что он сделал перед смертью. Так может он и не заражён? Может, его состояние правда вызвано самим укусом и потерей крови? От этой мысли Илья взбодрился. Физически лучше ему не стало, но как будто мозг проснулся. Конечно. Ему просто нужно в больницу. Наложить швы, попить антибиотики. Ему станет лучше, и он сразу всех убьёт...

Нет. Нет. Теперь хотелось заплакать, да только не получалось. И глаза уже начали болеть, так им не хватало влаги. Илья понял, что перестал нормально моргать. Во рту тоже стало очень сухо. Стало казаться, что его язык распух, заполонил его рот и горло. Он больше не мог вдохнуть через рот. Пытался сделать это носом, но тоже не выходило. Он почувствовал что-то тёплое на лице. Возможно, кровь.

Чем бы его ни заразили, сейчас оно словно наказывало его за то, что он отказывался поддаться. Убей или умрёшь сам, что тут непонятного.

Нет! Он думал, что прокричал это вслух, но вряд ли бы в его нынешнем состоянии получилось. Нет, это было в его голове. Что всё равно неплохо, ведь и призыв к убийству тоже раздавался именно там. Он не станет этого делать. Илья повернулся в ту сторону, где должен быть пистолет в его руке. Так не должно было случиться. Он должен был разгадать загадку, написать историю, а не быть её частью... А теперь он умрёт вместе с ней.

На секунду гудение, которое глушило все окружающие звуки, затихло. Он смог различить шум машины. И даже женский голос. Почему. Почему они не уехали?! Если бы их здесь не было, он бы, может, попытался спуститься, добраться до сарая, приковать там себя. Но теперь выходить было слишком опасно. Если бы то, что захватывало его разум и тело, почуяло людей, то наверняка стало бы сильнее. У него бы уже не получилось сопротивляться.

Но нет. Ведь семья Лили на неё не нападала. Они узнавали её и могли себя контролировать. Может, и у него получится? Конечно, Варвара и Лиля ему не семья, но... Нет, не семья. Одна покрывала свою семейку психопатов-убийц. Как можно было спать с ними под одной крышей? Легко, если ты и сама больная. Точно, она ведь напала на его племянницу. Надо было её послушать.

Глава 2.

Варвара вздрогнула и поднесла обе руки к ушам. Бессмысленный жест. Выстрел уже случился, и больше за ним ничего не последовало. Кажется. Когда звук ещё звенел у неё в ушах, она услышала, или ей так только показалось, громкий вздох. Ясно, кому он мог принадлежать. Надо было позвать Илью. Только Варваре не хотелось быть этой героиней фильма ужасов, которая задаёт глупый вопрос. «Здесь кто-нибудь есть?»

Через секунду стало понятно, что есть. Она едва успела навалиться на дверь. Прижала руки к ушам сильнее. Хоть это было и неудобно, но Варвара надеялась, что хоть это поможет заглушить знакомое вибрирующее рычание.

С руками у головы или нет, у неё всё равно не хватало сил удерживать дверь. Она приоткрылась, в проёме появились длинные когтистые пальцы. Они двигались из стороны в сторону, выискивая, кого бы схватить, затащить в комнату и порвать на куски. Это было безвыходное положение. Сейчас она была так близко к монстру, но хоть немного его сдерживала. Стоило отклониться хоть на сантиметр, он бы сразу выскочил. Она бы ни за что не успела добежать до лестницы и вырваться из дома.

Варвара в этот раз не раздумывала, какое слово использовать в отношении того, что сейчас пыталось убить её. Монстр и точка. Надо было забыть о том, что ещё несколько минут назад это был Илья. Что бы существо, в которое он превратился, ни сделало дальше, сам парень за это не отвечал. Так решила Варвара и пообещала себе не винить его и не ненавидеть в те последние мгновения своей жизни, которые ей останутся, когда он наконец-то выбьет дверь.

Он смог бы выбить её с куда большей лёгкостью, если бы хотел, подумала она. Снова вспомнила, что семья Лили могла сдерживаться и не нападать на неё. Может, он и не хочет напасть на Варвару сейчас? Может, как раз хочет вырваться и убраться подальше? В это же мгновение он с такой силой навалился на дверь, что выбил эту мысль из головы Варвары.

Она не успеет добежать до лестницы, с этим разобрались. Варвара вытянула шею и повернулась. Рядом была дверь в другую комнату. Туда добраться вышло бы быстрее. Варвара прищурилась. На этой дверь замка, кажется, не было. А вот на той, которую она удерживала сейчас, был, только всё равно сломан. Забежит в комнату и окажется там в точно таком же положении, как сейчас. Только ещё дальше от лестницы. Что если бы она просто прекратила бороться и позволила...

Варвара отскочила от двери и рванула к лестнице. Она чувствовала, что чудовище полетело следом за ней. Варвара специально упала вперёд, ударилась коленями и локтями. Зато увидела, как монстр пролетел прямо над ней и скатился вниз по лестнице. Она тут же поднялась и бросилась к комнате с закрытой дверью. Рядом с ней стоял комод. Варвара с усилием дотолкала его до двери. Спина резко заболела.

Варвара обернулась. Здесь была кровать у самого окна. Варвара скинула с неё покрывало и одеяло. Стянула простыню, обвязала её вокруг каркаса. Распахнула окно. Высовываться раньше времени в него не стоило, только бы зря испугалась. Она стащила с кровати матрас, протолкнула в окно и как могла осторожно сбросила на землю. Он приземлился достаточно близко к дому.

Варвара слышала, как чудовище бежало по лестнице. Вряд ли оно будет долго думать, сразу поймёт, где она. Варвара схватила простыню и, сжимая её, села на подоконник. Свесила ноги, прищурилась и начала спускать вниз. Кровать сразу сдвинулась с места. Наверное, накренилась, но этого Варвара уже не видела. Зато видела, как начала растягиваться простыня. Варвара старалась не думать, и это у неё получилось хорошо. Такое чувство, что мозг бешено пульсировал и бился о череп. И этот звук заглушал мысли. Варвара нащупала отлив окна на первом этаже сначала одной ногой, а затем и другой. Так же по очереди она то одной, то другой рукой отпустила простыню, обхватила кончиками пальцев раму, а затем спрыгнула на матрас. Он заскользил, и её ноги съехали на землю, так что она снова ударилась коленом, уже пострадавшим на лестнице.

Ей как будто стало легче на свежем воздухе. Мозг успокоился. Варвара только сейчас поняла, что в доме, несмотря на открытую дверь, было душно. И воняло. Может, её воображение заставило почувствовать запах, потому что она прекрасно понимала, что сейчас дом был наполнен трупами. Просто ещё толком не проговаривала эту мысль.

Грохот. Но это хороший грохот. Потому что он доносился сверху. Значит, у неё ещё было время. Варвара попыталась побежать, но ноги заболели. Было такое ощущение, что кости прямо сейчас разлетятся в щепки. Поэтому она толком не бежала, а едва переставляла ноги, слегка присев. Прокралась так мимо машины Дмитрия. Заглянула в неё. Телефона или ещё чего-нибудь полезного там не увидела. Вдруг со стороны дома донёсся ещё более громкий грохот. Он забрался в комнату.

Варвара как могла игнорировала боль и бежала к машине. В нескольких метрах она увидела, что дверь, которую она оставляла открытой, теперь была заперта. Ничего. У неё ещё было время открыть самой переднюю дверь.

Поскальзываясь на снегу и траве, Варвара добралась до машины. Она дёрнула дверь. Та не поддалась. Варвара повернулась и уставилась на Лилю, но та уткнулась в телефон. Варвара занесла руку, чтобы постучать, но почему-то стук раздался до того, как она её опустила. Варвара повернулась в сторону. Монстр переминался, сидя на крыше машины Дмитрия. Как будто он спрыгнул туда прямо из окна. Хотя тогда, наверное, звук был бы громче...

Ей не об этом сейчас надо было думать. Она знала, что происходит и что будет дальше. Он будет выжидать. Следить, что она делает. Убедится, что она парализована от страха, а потом нападёт. Сейчас у неё было такое чувство, что это тот же самый монстр, который напал на неё в частном секторе. Словно он следовал за ней всё это время и наконец-то вышел из засады. В этот раз у неё даже баллончика при себе не было. Не то что он помог в прошлый раз...

Глава 3.

Проснись.

Илья всё давал себе эту команду и пытался открыть глаза, но никак не получалось. Тело не слушалось его самого. Оно подчинялось только командам этого голоса. Убивать. Рвать. Он не слышал, как Варвара вошла в дом, как она приоткрыла дверь. Но оно заметило её ещё до того, как она переступила порог. Пока он был сосредоточен на пистолете, оно воспользовалось тем, что он отвлёкся и утратил контроль. А когда оно ещё и запах почуяло, так близко, то шансов у него уже не было. Рука дрогнула, пистолет выстрелил куда-то в сторону и упал. И Ильи уже не было.

Нога ещё не до конца зажила, но оно игнорировало боль и метнулось к двери. Там было что-то, что можно было убить. Объект молчал, но его дыхание было достаточно громким, чтобы убедиться, что это живое. Пока что.

Когда добыча попыталась спастись и бросилась к лестнице, оно чуть не взревело от радости. Только для того, чтобы так позорно скатиться с лестницы и влететь головой то ли в стену, то ли в комод. На несколько мгновений у существа потемнело в глазах, и тогда Илья смог пробиться через его голос, приказывал себе проснуться. Но потом для него всё снова потемнело, и тот другой голос начал командовать им.

Оно слышало, как добыча спряталась в другой комнате, слышало грохот. Но потом стало тише, и оно различило ещё один звук. Даже несколько, но от одного источника. Плачь. Тяжёлое дыхание. Если добыча наверху ускользнёт, оно пойдёт за этой. А может быть доберётся и до обеих.

Когда оно с трудом пробилось в помещение наверху, там, кажется, никого не было. Оно обнюхало комнату. В ней было много запахов. Добыча могла спрятаться где-то. Потом подул ветер, он принёс запах снаружи. Сбежала.

Оно выпрыгнуло следом и вскочило на машину. Оттуда хорошо было видно, что целых две штуки спрятались в другой машине. Разбить её бы труда не составило. Оно прыгнуло, но тут же оглохло из-за ужасного звука. Пришлось отступить, но только на время. Пока оно пряталось в засаде, принюхалось. Других запахов не было. Нужно порвать этих двух, другого шанса сегодня может не быть.

Оно побежало за ними. Снова тот же звук. От него всё ещё было больно, но теперь не так, потому что оно было готово. Оно рвануло за машиной. Но та поехала слишком быстро, а нога ещё не залечилась. Боль в ней можно было игнорировать в состоянии покоя, а вот наступать, тем более во время бега — никак.

Оно распласталось на асфальте и смотрело, как удалялся свет фар. Оно перевернулось на спину. Клокочущий звук стал громче. Оно должно убить что-то... Если оно не убьёт...

Оно снова вскочило на лапы. Поковыляло к дому. Разворотило там все шкафы на первом этаже. В них ничего не оказалось. Оно срывало двери с петель и рвало упаковки в гневе. На второй этаж подниматься не хотелось. Оно видело, что там лежало на полу, и это ему совсем не нравилось.

Оно вышло обратно на улицу. Принюхалось. Никаких подходящих запахов. Оно слышало, как что-то шевелилось на деревьях. Может, птицы или белки. Оно только разозлилось от этого. Разве же это добыча?

Ему стало очень больно. Не так, как чувствовалось в ноге. Эта боль была в груди. И могла вот-вот разорвать ему рёбра и вырваться наружу безумной вспышкой, которая стёрла бы всё вокруг. Нет, оно должно было попытаться. Оно ринулось в лес. Бродило там, искало добычу. Никаких следов машины, тех двоих или хоть кого-то. В конце концов, оно обессилило, рухнуло на землю и заснуло.

***

Проснись. В этот раз команда сработала так быстро. Илья вскочил. Он сразу уставился на свои руки. На свои. Ему почему-то стало страшно, что оно ушло всего на несколько мгновений, он вот-вот мог обратиться снова, так что надо было торопиться. Привязать себя чем-то к дереву... К дереву? Он не помнил, как оказался в лесу. Точно. В лесу. Вот почему ему казалось, что ещё было темно. Просто через листву свет не проступал. Раз уж он снова стал собой, и сейчас светло, то больше он не обратится. Так не бывает. Он ничего об этом не читал. Хотя, он вообще мало чего полезного успел прочитать.

Илья встал, опираясь спиной на дерево, и тут же снова уставился на руки. Они были грязными. Но это была просто грязь, земля. Никаких оттенков красного. Зато на ноге, где кожа проступала через порвавшуюся ткань, кровь была. Из той раны, успокоил он себя, и присел. Осторожно ткнул ногу пальцем. Не больно. Она выглядела нормально. След от укуса остался, но едва заметный. Илья привстал. Опёрся рукой на дерево и попробовал сделать шаг. Потом без опоры. Это тоже давалось ему без боли. Только стало очень холодно.

Он чуть было не разозлился сам на себя, когда начал шагать и у него улучшилось настроение. Оно сейчас было таким, словно по прогнозу погоды обещали дождь на весь день, но утром небо оказалось чистым, и он решил отправиться на прогулку на природе, которую давно откладывал. Вообще-то, сейчас ему только и оставалось, что вести себя так, словно он был на прогулке. Ведь он понятия не имел, как глубоко забрёл в лес, насколько большим он вообще был, и как ему было вернуться к дому. Оставалось просто бродить, пока он не выйдет куда-то.

Нет же, опомнился Илья, пока не успел отойти слишком далеко. Пусть он не помнил, как оказался здесь, но его тело, пока не принадлежало ему, не телепортировалось сюда. Должны были остаться следы. Судя по его предыдущему опыту, эти существа двигались не слишком изящно. Следов должно было остаться предостаточно.

И точно, даже человек, который никогда никого по следам не отслеживал и вообще на природе не бывал, смог разглядеть знаки, как только понял, что их можно искать. Вот следы от когтей на дереве. Отпечатки на снегу. А вон там примятый куст. Как будто он вбежал в него, подумав, что там кто-то прятался. Илья провёл руками по лицу. Наверняка остались бы царапины от веток, но сейчас он ничего не чувствовал.

Глава 4.

— Может, тебе воды попить?

Варвара вроде поймала взгляд Ильи и кивнула на дом, но он снова уставился в сторону. Его взгляд метался туда-сюда уже пару минут, с тех пор, как она задала тот первый, главный вопрос. Он вжал голову в плечи. Из-за этого куртка, наверное, не подходящая ему по размеру, совсем натянулась в плечах. Варвара надеялась, что он обдумывал ответ. Что так много времени понадобилось, потому что он составлял чёткий подробный план. Вот закончит его и примется за работу, а ей и делать ничего не придётся. Она стояла, не двигаясь. Обычно в такие моменты хотелось переминаться, но ноги ещё побаливали.

— Я не знаю, — вдруг он разрушил все её надежды. Лучше бы дальше молчал.

— Нужно решать сейчас. Вдруг стрельбу кто-нибудь слышал. Ночью связи не было, но когда мы отъезжали, она появилась. Так что если кто-то в домах подальше слышал, то могли вызвать полицию. Особенно им могло показаться странным, что последний выстрел прозвучал через такой промежуток времени после всех предыдущих.

После последней фразы Варвара уставилась на Илью, словно надеялась, что он тут же начнёт объясняться. О том, что Дмитрий всех перестрелял, ей рассказала Лиля на обратном пути. Но вот что за выстрел слышала она, когда подошла к комнате?

Илья покачал головой.

— Могли бы уже приехать, если им сообщили. Но да, — быстро добавил он. — Пора решать.

Он снова замолчал, и Варвара подумала задать ему какой-то наводящий вопрос, но он продолжил.

— У нас ведь два основных варианта, так? То есть, не будь тут Лили, то мы могли бы попытаться просто... В общем, этот вариант отпадает. Мы в любом случае должны вызвать полицию. И либо мы дадим им увидеть монстров и всё узнать, либо скроем это.

— И что ты хочешь сделать?

— Почему ты спрашиваешь меня? Есть большая вероятность, что если они увидят монстров, то подумают, что и Лиля может быть такой же, раз уж она член семьи. На опыты её заберут или ещё что-то. Да и нас вряд ли просто так отпустят. Ведь мы слишком много знаем.

— Даже если они начнут проверять Лилю, то быстро поймут, что она просто человек. Я спросила тебя, потому что ты как раз...

Она не знала, как закончить предложение, чтобы не звучало оскорбительно. Прошло несколько мгновений, прежде чем выражение лица Ильи изменилось, словно он не сразу вспомнил, что он теперь один из них. Нет. Он теперь вообще один такой. Наверное, проблема была в том, что он так и не проговорил этого вслух. Она просто знала, что он заражён. Он знал, что она знала. Но всё равно было ощущение, что пока они не сказали этого, это событие ещё не зафиксировалось и в любой момент могло стереться.

— Но проверять они меня вряд ли станут, — нашёлся Илья.

— Если ты так думаешь... Да, поначалу может быть тяжело. Зато... Зато нам больше не придётся скрывать всё. Мы не обращались в полицию, потому что нам нужно было учитывать интересы семьи Лили. И был этот тип. И ещё неизвестный оборотень. А теперь остались только мы трое. Больше никто не знает.

— Вот именно, — с жаром заговорил Илья, едва она сделала паузу. Ей было, что ещё сказать, но она умолкла. — Только мы трое. На этом всё закончится. Если мы сможем сделать так, что больше никто не узнает. Новых оборотней больше не будет, я смогу контролировать это. Да, мы ни с кем не сможем поделиться. Вся ответственность ляжет на нас. Будет непросто. Но может оно и к лучшему? Так мы будем точно знать, что теперь все в безопасности.

— Нам придётся врать. Скрывать всё от близких. Тебе особенно, — с нажимом сказала Варвара. — Поэтому я тебя и спросила. И как мы убедим полицию...

— Дмитрий. Просто свалим всё на него. Наверняка в полиции о нём должны знать, из-за расследования смерти его брата. Пусть подумают, что он обвинил в этом семью Лили. Так ведь оно и есть, только причину они не узнают. Выследил их. У него в телефоне должны быть записи, сообщения, ему скинули их новый адрес. Он совсем с катушек слетел и пришёл их убить.

— Как мы это докажем?

— Нам не придётся. Тут ведь всё очевидно. А мы вообще ничего не знаем. Только то, — он двинулся к машине. — Что тебе позвонила Лиля. Умоляла приехать, потому что кто-то вломился в дом. Ты попросила меня подвезти тебя. Ты ничего не поняла, что она говорила, но решила проверить.

— Телефон, — сказала Варвара. — Я же тебе его отдала, когда ты...

Илья повернулся и уставился на дом.

— Нужно забрать его.

Он сказал это, но остался на месте. Варвара вспомнила всё, о чём думала этой ночью. Столько было смелости, так корила себя за то, что ничего не сделала, думала, что надо было поступить иначе. Вот возможность представилась.

— Я пойду, — через силу сказала она.

— Вместе, — кивнул Илья и первым ступил внутрь.

Он почти сразу остановился на пороге, Варвара замерла за ним.

— Нам придётся сжечь дом.

— Что?

— Чтобы не увидели монстров. Можно было бы закопать, но велик риск, что их бы нашли, и нам так сложнее будет скрыть свою причастность... Можно сжечь. Скажем, что когда приехали, дом уже горел. Нужно будет рассчитать всё по времени. Надеюсь, Дмитрия всё равно смогут как-то опознать.

Глава 5.

— Я проснулась... Не помню, сколько времени было. Я слышала странный звук. Теперь я понимаю, что это был...

Лиле пришлось сделать вид, что она вот-вот заплачет. Она подумала, что больше после этой ночи плакать не сможет. От рыданий у неё болело горло и распух нос. Но достаточно оказалось просто сгорбиться и задрожать, чтобы социальная работница принялась гладить её по спине и уговаривать следователя сделать перерыв. Лиля продолжила, когда поняла, что добилась желаемого эффекта.

— Выстрел. Или несколько выстрелов. Я не понимала, что происходит. Вдруг в мою комнату кто-то начал ломиться. Она была заперта. Я взяла телефон и спряталась под кроватью. Хотела позвонить маме. Но вдруг дверь выбили. Это как раз и были мама с папой. Они вытащили меня из-под кровати и отвели в соседнюю комнату. Сказали прятаться, там было больше места для этого. Так что я ждала там. Потом услышала ещё несколько выстрелов. Я слышала, как кто-то ходил за дверью. И я подумала, что нужно попробовать выбраться из дома и убежать. Я спустилась на улицу со второго этажа. В последний момент я увидела, как открылась дверь. И человека, который там стоял. Я не знаю... — она снова начала изображать рыдания. — Нет, ничего, наверное, показалось.

Они принялись уговаривать её рассказать, что же именно она увидела. Лиля продолжала бормотать, что это наверное неважно и ошибка, но они говорили, что важна каждая деталь.

— Мне кажется, я уже видела этого человека раньше. Мне кажется, в нашем районе, куда мы переехали в этом году. Я видела его уже в конце лета. И ещё как-то осенью. Он жил там?

Она заметила, как следователь и один из полицейских переглянулись. Они спросили, не могла бы она вспомнить, когда именно его видела. Конечно, она знала, какие даты назвать. Сказала, что помнила только два дня. Она спросила, что это означало. Знали ли полицейские, кто это был. Но они только успокоили её, сказали, какая она смелая, и попросили продолжить.

Тогда она и рассказала им о том, как спряталась в его машине. Но он так и не вышел из дома. Она пыталась позвонить в полицию, но связи не было. И из дома больше звуков не доносилось. Она думала пойти проверить, но не решилась и заснула. Когда Лиля проснулась утром, то не понимала, что произошло. Она подумала, что это могло быть каким-то страшным странным сном, и она не так всё поняла. Но проверять всё ещё боялась. И в полицию звонить не стала, а позвонила единственному человеку, которому в последнее время доверяла. Своей учительнице из предыдущей школы.

***

— Она позвонила, когда ещё не было восьми утра, кажется. Не знаю, лучше проверьте по моему телефону. Я толком не поняла, что она тогда говорила. Она очень много плакала. То есть почти весь звонок и плакала. Я даже думала сбросить и перезвонить её маме. Но она как раз упомянула маму. Сказала, что та зашла в её комнату. Потом дальше сплошные рыдания. Она сказала, что сейчас прячется и просила приехать.

— Почему вы всё же не позвонили её родителям?

— Просто, — Варвара чуть было не сказала «Сами подумайте», но побоялась, что прозвучит слишком враждебно, и из-за этого полицейские будут относиться к ней соответствующе. — Было странно, что она позвонила мне. Из этого я предположила, вдруг...

О покойниках либо хорошо, либо никак. Да она бы может с радостью выдала об этих людях всю правду. Только этим бы подвергла Лилю опасности. Поэтому решила пойти путём намёков, которые могли со стороны показаться необоснованными.

— Вдруг это они что-то сделали.

— Хотите сказать, в семье были проблемы?

— Нет. То есть я не знаю.

— Но ведь вы вроде как сблизились с Лилей за те... Два месяца? Меньше двух месяцев, что она у вас училась. Как так вышло?

— Я бы не сказала, что очень сблизились. Просто я только стала классной руководительницей. А она была новенькой. То есть мы обе были в общем-то чужими в этом классе. Наверное, поэтому мне было бы проще понять её.

— Было бы? Так вы её поняли?

— В каком смысле?

— У неё были проблемы с одноклассниками?

Варвара всматривалась в лицо следователя, пытаясь понять, знала ли она его. Он мог быть связан с кем-то из школы? Откуда он мог знать о тех происшествиях с Кристиной? Нет, вряд ли он знал. Это был нормальный вопрос. Проблемы с одноклассниками не редкость. Вряд ли он подозревал что-то конкретное.

— Небольшой, только с одной девочкой. В самом начале. Я бы списала всё на возраст, — сказала она фразу, которую слышала от старших коллег, и которая ей совсем не нравилась. Но такие стандартные фразы могли помочь отвлечь от неё внимание. Показать, что она не была слишком вовлечена во всё это. — Да и к концу та девочка успокоилась. Вообще-то, на неё могло повлиять то, что она с подружками нашла вторую жертву. Точнее, её голову, — с трудом проговорила она.

Следователь закивал, не давая ей углубиться в это. Но она и не планировала. Достаточно было напомнить об этой истории.

— В общем, я подумала, что нужно съездить и проверить.

— Почему не позвонили в полицию?

— Я и не знала, что сказать. Потому что из звонка Лили толком ничего не поняла. Подумала, вдруг они просто поссорились из-за какой-то мелочи.

— Но всё же решили проверить? Хоть она и больше не ваша ученица?

Глава 6.

Они ехали очень медленно. Илья держался ближе к обочине. Если бы полицейские начали разъезжаться, оказались рядом с ними и узнали их, он бы изобразил, что они как раз собирались съехать с дороги. Хотя, наверное, полицейские пробудут там ещё много часов, изучая все детали. Собирая образцы. Отпечатки. Кровь. Кажется, на первый взгляд всё произошедшее очевидно. Вот трупы. Вот человек с пистолетом. Пусть он теперь тоже труп. Только бы в полиции ухватились за это очевидное и копали в его сторону. Не стали тратить ресурсы на проверку того, что кажется и так понятным. У одного из трупов рот был в крови. Ведь должно быть очевидно, что это его кровь? Проверять смысла нет. Если они проверят, то смогут выяснить, что кровь принадлежит Илье. И способ объяснить это адекватно он вряд ли найдёт. Ещё ведь незачем проверять отпечатки на пистолете, который и так почти в руке у трупа? Если решат это сделать, то обнаружат либо их полное отсутствие, либо две пары отпечатков. А ещё следы вокруг дома. Сначала нечеловеческих ног, а потом уже его собственных. Он и в доме явно наследил, когда заходил умываться. Как мог протоптался потом сверху в кроссовках. Чтобы тоже было очевидно на поверхности, что это его отпечатки от грязной обуви, и их проверять нет нужды.

С нормальной скоростью они бы давно добрались домой. Но они ползли рядом с обочиной. Это было удобно не только для того, чтобы если что изобразить, что они туда и направлялись. Так ещё Варваре было проще смотреть, не валялся ли там где-то его телефон, который Дмитрий мог выбросить в окно по пути в дом. Она же смотрела вперёд. А Илья рассматривал другую полосу и обочину. Они сошлись на том, что вряд ли Дмитрий бы стал останавливаться, чтобы выйти и аккуратно положить телефон или забросить его подальше в лес. Раз уж он почему-то решил не оставлять телефон при себе, то мог бы просто выкинуть его и не тратить время. На всякий случай они до вызова и приезда полиции ещё раз осмотрели территорию. Ни в доме, ни вокруг, ни в сарае ничего не нашли.

Во время допроса Илья больше всего следил за собой, чтобы не упомянуть телефон. Не говорить, что Варвара ему звонила, что маршрут они выстраивали на его телефоне и прочее. Вдруг они всё же что-то просмотрели, и полицейские телефон найдут. Тогда Илья сможет сказать, что потерял его там, пока осматривался. Проблема возникнет, если они не скажут, где именно его нашли. И это место окажется тем, где его не могло быть. Илья не спешил эти мысли просто списывать на свою паранойю. Из разговора со следователем стало ясно, что к нему проявят особый интерес. Он мог рассчитывать только на то, что показаний Лили и Варвары окажется достаточно для того, чтобы отвлечь от него внимание. Ребёнок и учительница. Разве это не достаточно благонадёжные сторонники?

Другое дело, что он не знал, может ли на них положиться. Лиля была объяснимо запугана. Возможно, она соглашалась со всем, пока была в состоянии шока. Кто знает, что будет, когда он отступит. Вдруг она передумает. Или в приступе истерики расскажет всё. Она так долго берегла тайну своей семьи, но потом всё же выдала её. Сможет ли она вернуться к тому, чтобы хранить её снова? В конце концов, она просто ребёнок.

Варваре не было смысла отступать от их плана. Илья был уверен, что она хочет как можно скорее выпутаться из этой истории. Вряд ли это получится сделать полностью, с учётом того, что она пообещала удочерить Лилю. Илья слышал это из машины, но виду не подал. И не стал ничего ей говорить, когда она села в машину. Они вообще не разговаривали с момента приезда полиции. О том, чтобы поискать телефон на обратном пути, договорились заранее.

Илья боялся с ней разговаривать. С тех пор, как она сказала, что выбралась из дома через окно второго этажа. До этого он надеялся, что всё было так: Лиля выбежала из дома, рассказала Варваре, что он заразился. Варвара увезла её, они где-то переночевали, а потом вернулись за ним. О мотивах возвращения он не думал. Чтобы помочь ему? Или чтобы он помог им, ведь просто так взять и уехать было нельзя? В конце концов, именно ему пришлось заметать следы (хоть и в основном за собой), да и придумывать всю историю для полиции. И это при том, в каком состоянии он находился.

Он старался не обращать на это внимания, но тело болело. Сколько оно в его теле носилось по дому и по лесу, прежде чем заснуло? В любом случае физическая нагрузка была больше чем та, к которой он привык.

Он боковым зрением косился на Варвару. Она добросовестно выполняла задачу и смотрела по сторонам, выискивая его телефон. Илья тоже вернулся к этому делу. Она не проявляла никакого страха. Конечно, было ведь понятно, что сейчас он в себе и не станет на неё нападать. Но если бы он правда гонялся за ней всю ночь и пытался убить, вряд ли бы она с помощью одного лишь рационального мышления смогла бы отогнать от себя этот образ и вот так спокойно сидеть рядом с ним. Но ведь она была в доме, бежала через окно... Он знал, что разговор неизбежен. Но вдруг она не захочет ничего обсуждать? Понадеется, что он и здесь сам придумает план действий. В конце концов, это ведь теперь действительно только его проблема.

— Стой! — выкрикнула Варвара.

Он затормозил резко, но так как ехал очень медленно, никаких неудобств им это не доставило. Варвара отстегнулась (даже при такой скорости они ехали пристёгнутыми, чтобы, опять же, не привлекать внимания, если вдруг пересекутся с полицией) и вышла. Она присела на корточки, посмотрела вниз. Вернулась с пустыми руками, качая головой.

— Просто мусор какой-то, — выдохнула она.

Илья кивнул и собирался поехать дальше, но тут из-за поворота появилась машина. Она оказалась не полицейской, но всё же Илья не решился двигаться с места. Как и смотреть на водителя. Вместо этого он вытянул руки и сжал руль, словно нёсся по трассе на огромной скорости. Посмотрел в зеркало заднего вида. Только когда машина исчезла из поля зрения, Илья снова собрался поехать, но в этот раз его остановила Варвара.