«она — не как все, он — не как принято»

ВОСПОМИНАНИЯ (без которых будет невозможно понять героиню)

- Котова! Ты чего зависла? Я задала тебе вопрос по теме сегодняшнего урока!
Мой мозг отчаянно пытался воспроизвести хотя бы что-то за прошедшие полчаса что учительница нам вещала, но, к сожалению, в голове было совершенно пусто. Я снова протащила на урок маленький роман и провалилась в него всем сознанием.
Получив знатный нагоняй за то, что снова прослушала весь параграф по обществознанию, звонок прозвенев освободил меня от дальнейшей взбучки.

Выйдя в школьный коридор, я примостилась на подоконник и решив отвлечься, снова упала в прошлое, всегда и везде меня преследует, то, о чем давно хотелось бы забыть.
За окном было уже по-весеннему солнечно, свежо, и настроение отзывалось на такое благодушное отношение природы.
Я всегда чувствовала, что я проживаю не свою жизнь, я все время пыталась убедить себя, что судьба не могла так жестоко отнестись к девочке что, еще даже не научилась жить, чтобы заслужить столько опыта. Лет до 10 я правда ждала, что, однажды открыв глаза я обнаружу себя совершенно в другом мире, там, где у меня будет большая любящая семья, там, где будет спокойно, или хотя бы будет просто тишина…
Последнее время, я все чаще ловлю себя на мысли, что я не хочу кого-то видеть, мне не хочется говорить и держать лицо. Но в пятнадцать у тебя нет права голоса, собственно, у тебя ничего нет, если ты приемный ребенок, и безумно трусливый, если дело касается опекунов. Да у меня с самого детства не было шанса быть счастливым ребенком. Родная мама бросила меня и брата, когда мне было пять, а ему два годика, и это сразу после того, как умерла единственная любящая меня женщина-бабуля.
Я хорошо помню, что моя родная мать не была примером для подражания, скорее анти- примером. Но детское сердце готово любить даже злодеев, если это родной человек. К сожалению, сдав нас, она сделала выбор не в пользу материнства, даже не могу сказать в пользу чего, так как ни карьеру, ни другую семью она не выбрала, скорее выбор был сделан в пользу сомнительных компаний, алкоголя, или эфемерной свободы. Если несколько тюремных сроков можно отнести к данному выражению.
Часто в кошмарах я снова вижу, как, ее избивает очередной сожитель, или она меня. Погладив переносицу, в очередной раз я напомнила себе, что иногда люди выглядят здоровыми, но внутри они изломаны и до ужаса запуганы.
Жизнь научила меня не жаловаться на свое существование, да иногда мне очень хочется поделиться своими мыслями с кем то, чтобы не сойти с ума от напряжения. Но таких людей очень мало, потому что, доверие к людям у меня в принципе иссякло. Я все еще иногда встречаю очень хороших людей, настолько что общаться мне с ними становится стыдно, так как я искренне начинаю завидовать, что, кто-то еще может быть открыто добрым и дружелюбным без жалости в глазах. К сожалению, не смотря на хороших людей и друзей в школе и на улице, я так и не смогла никому доверить всю историю своей жизни. Меня никто не знает на сто процентов, каждому отдана какая-то моя часть, в сложные или обидные моменты, чтобы поддержать и дать понять, что ссоры и проблемы в полной и любящей родной семье, это не такая глобальная беда. Что всегда есть люди, которым хуже и сложнее.
За свои почти шестнадцать лет, я успела потерять свою самую любимую бабушку, пройти путь воспитания в приюте, да именно в приюте, а не детском доме, это не такое ужасное место, там меня научили контролировать и держать свои эмоции, справляться с жадностью и злобой. Вбили прочно в мою голову что, детей из приюта никогда не смогут полюбить как своих, ведь мы уже одичалые пережившие каждый свои испытания, и нас, многих детей выбирали не по характеру, а по взгляду олененка и по тому, кто выглядел более менее мило, в такие ряды входила и я. Но к сожалению вкупе с большими глазами, шел и поломанный внутренний ребенок, который не верил, что родная мама не вернется. Я не то, чтобы не хотела в чужую семью, просто я с детства научилась чувствовать намерения взрослых. Когда твоя задача выжить в доме, где, всегда много посторонних, и в особенности мужчин, которых раздражали маленькие дети, у тебя очень быстро развивается интуиция, и чувство опасности.
Мой пусть был интересным, несколько семей, что отказывались от меня после пары встреч. Никому не нужен был, сложный хамоватый ребенок, ну и возможно были еще какие-то недостатки, что в силу возраста было понять сложно мне.
Моему младшему брату, было чуть легче, так как ему посчастливилось не запомнить многое, что было связано с родным домом. Я искренне радовалась, тому, что мать родила нас от разных мужчин, и брата захотела забрать родная бабушка, но, к сожалению, мне совершенно посторонняя женщина, что ненавидела нашу маму, и у нее были на это свои причины.
Захотев забрать моего брата, ей пришили так же и меня, убедив в том, что родных детей не делят. Наверно это сразу была плохая затея, но педагоги в приюте проникнув ко мне своим каким-то состраданием не желали мне дальнейшей жизни в детском доме.
Пригласив меня в свой кабинет директриса сего заведения, доходчиво с нажимом, объяснила каким образом я покидаю данное заведение, и что это мой последний шанс на «счастливую жизнь» вне стен какого-либо учреждения.
Мы не подружились, у нее было много негативных воспоминаний о женщине что дала мне жизнь, а у меня была глубокая рана, нанесенная отсутствием этой самой женщиной. Тогда я все еще любила маму, искренне ждала момента, что вот она придет заберет нас, и все встанет нас вои места, все будет хорошо.
Сильно подкосило наши отношения еще и клеймо- дочери шлюхи, мне было очень обидно, что меня не видели за этим званием. И попытки выбить это клеймо в моей голове, никак не могло сделать меня ребенком от другой женщины. Тем более, не делало нас ближе, она меня пыталась перепрошить на свой лад, а я отбивалась и пакостила насколько могла.
Недолго продолжалась эта битва, меня быстро сдали назад, я уже заканчивала первый класс, когда, прийдя домой снова встретилась с представительницей опеки и собрав мне сумку меня отправили назад, тяжело было уходить от младшего, это был единственный, родной мой человек которого я так оберегала в своем доме, и была ужасно привязана к нему.
Что могло бы удивить ребенка в семь лет? Что, вернувшись обратно в приют, и испытав облегчение от того, что меня не сломали, на меня обратит внимание семья из моего класса, и как-то слишком уверенно захотят взять меня под опеку.
Это удивило не только меня, но и скорее всего всю комиссию приюта.
Редкий случай, когда ребенка берут дважды, а на моей истории уже числилось около четырех попыток втиснуть меня в чью-то семью.
Почему-то первым впечатлением хотелось очень понравиться новым людям. Мне, к сожалению, было безразлично куда меня отправят из приюта, но во мне впервые проснулось чувство, что я могу стать частью семьи, что у меня правда есть шанс стать чьим- то ребенком.
И наверно слишком смело поставив себе задачу, завоевать их любовь, я забыла непреложную истину приюта.