Ледышка для Ивана Царина

Глава 1. Гадалка, хрустальный шар и страшная мстя

Лена Мудрина

Моё сердце разбито на осколки.

Я сижу в шоке, будто приросла к стулу. Ноги и руки похолодели. Я оцепенела, хотя держу кружку горячего шоколада, которым любезно угощают всех посетительниц зимнего шатра для гаданий.

Пульс колотится где-то в горле.

– Вы не ошиблись? – глухо переспрашиваю гадалку.

– Никакой ошибки! Я четко вижу, что твой мужчина одержим другой девушкой, – беспощадно говорит гадалка, смотря в хрустальный шар. – Все его мысли заняты ей и только ей. Я ясно вижу страсть, возбуждение и спешку, которые кипят в его сердце. Бушуют, как ураган! Огнище!

– Ясно, – выдавливаю из последних сил. Дрожащими руками ставлю кружку на стол, чтобы не выронить.

Горе вышибает последний воздух из легких. Меня всю трясет. Глаза наполняются слезами и размывают мир вокруг в грязное месиво. Чувствую, как тушь течет по щекам.

Вот так Новый год! И зачем подружка Лёля уговорила меня прийти сюда? Мы сидим в элитном районе Сказограда и отвалили приличную сумму денег гадалке.

За что? За такой нож в спину?

Гадалка спокойно водит руками по хрустальному шару предсказаний. Её красный маникюр сверкает блёстками. Худые пальцы в золотых перстнях.

А главное! Эта тётка спокойна, как удав! Кажется, что сообщать такие чудовищные новости – для неё обычное дело.

Лёля тоже равнодушна. Сидит рядом, кутается в белую шубку и скучающе глядит в смартфон.

– Твой мужчина? И ты молчала? – наконец оживляется Лёля и прячет смартфон. – Ленка, у тебя есть мужчина?

– Её возлюбленный, – уточняет гадалка, щуря черные глаза.

Лёля толкает меня локотком в бок:

– Твой Царин, что ли?

– Он не мой, – отвечаю сухо.

Горечь разливается по языку от этих слов.

Иван Царин – мой начальник, гендиректор и успешный бизнесмен. Он красавчик, богач и вдобавок – сын мэра Сказограда.

Я – его правая рука и верная помощница Елена Мудрина.

С Цариным у меня сложные отношения. Непонятные, загадочные и очень нестабильные.

Вроде как… роман.

Мы ходим на тайные свидания. Шлём друг другу милые сообщения и картинки в соцсетях. Целуемся в его кабинете, когда никто не видит.

Иван дарит мне цветы, конфеты и украшения. Шепчет нежные слова на ушко. Обнимает и лелеет. Но…

Ничего официального.

Он ни разу не признавался мне в любви. И не просил стать его девушкой. Тем более, невестой…

Гадство! Проклятье!

Я даже сердиться не могу!

Ведь Царин абсолютно ничего мне не должен. Он не мой парень, не жених, и не муж… Он свободный мужчина, который может крутить романы с кем угодно.

И какая я после это Мудрина?! Дура! Просто дура!

Я – позор для своих сказочных предков.

Ах да… Забыла упомянуть.

Наш город Сказоград – это современный мегаполис, но у него есть секрет: город построен на древней, волшебной земле. Поэтому современность здесь тонко соседствует со сказкой.

Все жители города – на первый взгляд обычные люди. Но только на первый взгляд.

У каждого есть своя сказочная сущность. У каждого семейные традиции восходят к сказочным корням.

Моя сказочная сущность – Елена Премудрая.

Как нетрудно догадаться, Царин – Иван Царевич.

Ну а моя подружка Лёля – принцесса-лебедь.

– Чего зависла? – Лёля гладит меня по спине. – Давай узнаем подробности измены.

Кисло киваю.

– Как выглядит та девушка, которую любит Иван? – спрашиваю у гадалки, сжав кулаки.

– Её образ смутный… Но она похожа на зимнюю королевишну, – вглядывается в шар предсказательница.

– Зимнюю королевишну? – недоуменно переглядываемся с Лёлей.

– Может, со Снежной Королевой замутил? – выдаёт версию подруга.

– Фу! Она же старая! – морщусь я. – Она ему в бабушки годится!

– Старая – не старая, а выглядит довольно молодо, – возражает Лёля. – Мужикам наплевать на возраст, если женщина выглядит офигенно. А Снежная Королева будто спит в морозилке. С тех пор, как ей стукнуло сорок, она не стареет.

– Да, её морозные чары лучше любого пластического хирурга, – с завистью вмешивается гадалка. – Давно мечтаю заполучить её рецепты красоты.

Я бросаю на гадалку обиженный взгляд. Сговорились, что ли?

Внезапное озарение бьёт меня, как молния.

– Снегурочка!!! – ору я, подскакивая на месте. – Снежанна Гуркова! Первая любовь Ивана!

– Снегурочка? – переспрашивает Лёля.

– О! Я вижу ещё кое-что! – добавляет гадалка. – Помолвка! Скоро будет помолвка!

Глава 2. Тем временем в офисе

Иван Царин

На дворе 31 декабря. За окном кабинета вьются снежинки.

Я сижу в кресле, попиваю горький кофе и листаю отчеты за прошедший год. За дверью жужжат подчиненные. Украшают офисную ёлку.

На самом деле, работы у меня немного.

Моя трудолюбивая помощница Лена Мудрина уже рассортировала, подготовила и подшила все бумаги. Разложила контракты по файлам и папкам. Документ к документу. Страница к странице.

Леночка такая заботливая и аккуратная!

– Лена, Елена, Еленушка… – шепчу ласково под нос. Улыбаюсь, как дурак. – Золотце моё. Краса моя ненаглядная.

Как только думаю о Еленушке, сердце наполняется сладкой нежностью. Тело горит жаром.

Делаю вдох-выдох, чтобы остыть. Это трудно. Очень трудно.

Образ Еленушки так и лезет в голову.

Её серые глаза. Такие искристые и мудрые… Всегда пронзают душу насквозь.

Её золотые волосы, в которые так и хочется зарыться губами. Вдохнуть ванильный аромат…

Её мягкая улыбка. Такая милая и сексуальная одновременно…

– Ох, пропал я! Совсем пропал! – лохмачу темные волосы и откладываю бумаги в сторону. Какая теперь работа? Все мысли о Еленушке.

Как назло, она придёт сегодня в офис попозже. Отправилась в город с подругой, чтобы накупить подарков коллегам.

Я отпустил. А зря. Уже соскучился.

– Ну ничего, – шепчу заговорщицки. – Моя красавица даже не подозревает, какой сюрприз я ей готовлю.

Хрясь!!!

Дверь кабинета распахивается. Ко мне штормом врывается Волчков – мой зам.

Он захлопывает дверь и в один прыжок оказывается за моим столом. А как иначе? Его сказочная сущность – Серый Волк. Прыгучий и ловкий, зараза.

– Ванёк! У нас тут сенсация!

– Что стряслось? – спрашиваю озадаченно.

– Прикинь? Антошка украл Снегурочку! – ржёт Серёга.

– Антон Кощеев?

– Ага! Втюрился в неё по самые рёбра. Взял в пленницы и не отпускает, пока она не ответит взаимностью.

– Совсем чокнулся?

– Фиг его знает! – пожимает плечами Волчков. – Понятно одно. Без Снегурки корпоратив наш накрылся. Надо искать другую ведущую.

– К лешему корпоратив! – швыряю бумаги и подскакиваю. – Мне Снегурочка позарез нужна!

– Во как? – удивляется Волчков.

– Я Еленушке своей… предложение собираюсь делать первого января!

– Правда?! Оригинально.

– Она зиму очень любит, – объясняю с трепетом. – К тому же первого – у неё день рождения! Я сюрприз приготовил! Договорился со Снегурочкой, что она одним взмахом руки превратит наш конференц-зал в зимнюю сказку. Ну там… сосульки хрустальные, иней серебристый, живые снежинки в воздухе танцуют…

– Круто. Чего уж, – соглашается Волчков. – Я бы сам за тебя вышел. Не знал, что ты такой романтик.

– Не до шуток!

– Прости. Продолжай.

– Но главное не это! – нервно срываю галстук. – Снегурочка обещала раздобыть в семейной сокровищнице обручальное кольцо с Горным Бриллиантом! Дорогущее и редкостное, как почка дракона! Я за него полцарства отдал!

– М-да. Хреновые дела, – соглашается Серёга. – Что же делать?

Судорожно пытаюсь придумать план. Но не моё это. Не моё.

Будь здесь Еленушка, она сразу бы что-то придумала…

О! Знаю!

– Может, папаше его позвонить? – хватаю телефон. – Кощеев тот ещё мажор. Он до смерти боится своего батю.

– Не вариант. Кощеев-старший улетел в Таиланд на весь месяц.

– Проклятье!!!

– Оно самое… Как же быть? – смотрит в потолок Волчков.

– Как-как? Пойду Снегурку вызволять! – топаю ногой решительно.

– Разогнался! Сказка в заднице взыграла? – хохочет Серёга. – Говорят, Кощеев для неё ледяной дворец построил среди леса. Ловушками всякими окружил. Охраной сказочной. Не доберешься!

Кипяток бурлит в крови. Взрываюсь окончательно.

– Сомневаешься в моих способностях?! – грожу пальцем. – Я Иван Царин или плесень подзаборная?

– Иван Царин.

– Вот именно! И не такие подвиги совершал!

– Это верно, – соглашается Волчков. – Ты редко вспоминаешь свои сказочные корни. Но коль уж вспоминаешь, то весь Сказоград гремит, как от землетрясения.

– То-то же!

– Тебе помочь? – закатывает рукава Серёга.

– Сам справлюсь.

Лихорадочно хожу туда-сюда по кабинету, оставляя указания:

– Остаёшься за главного. Организуй новогодний банкет и раздай всем работникам премии и подарки.

Глава 3. Серый Волк, позор и шантаж

Лена Мудрина

Негодяя Царина в офисе нет.

– Куда подевался Иван Алексеевич? – спрашиваю у Сергея Волчкова.

Лучший друг Царина кормит золотых рыбок в кабинете директора. Аквариум булькает и светится неоновой подсветкой.

– Я обещал хранить молчание, – отводит оборотень глаза.

Глазки виноватые. Щенячьи.

Я скрещиваю руки на груди и прожигаю Волчкова строгим взглядом.

Его рука предательски трясется, высыпая рыбий корм. Он ставит банку в сторону.

– Сергей! Даю последний шанс сознаться добровольно, – заламываю бровь. Говорю твёрдо и деловито.

– Елена, пощади! Новый год на носу! – хныкает Волчков, шевеля островатыми ушами. – Не впутывайте меня в свои разборки! Разбирайтесь сами!

– А что такого сложного я спрашиваю? Только скажи, куда Царин сбежал. И всё!

– Я не могу! Обещал…

Подхожу к Волчкову в упор. Он крупный и мускулистый. Но у меня моральное преимущество.

Тычу пальцем ему в грудь:

– Если не расскажешь мне, то пожалеешь!

– И что ты сделаешь? – храбрится Сергей, но голос мужчины предательски ломается.

– Что сделаю? – коварно улыбаюсь. – Покажу всем работникам фирмы видео с прошлого корпоратива! Того самого, где ты напился и обернулся частично. Бегал с волчьей головой и ел собачий корм для пуделей!

– Для пуделей?! Позор какой! – хватается за голову Волчков. – А откуда у нас на корпоративе оказался собачий корм?

– Бухгалтер Людмила Пална купила своему Мусику и хранила в сумке. Ты нашел упаковку по аромату.

– Корм для пуделей! – надрывно воет Сергей. – Для пуделей! Стыдоба-позорище! Если бы, на худой конец, для овчарок или лабрадоров – и то легче…

– Видео вот здесь, – верчу своим смартфоном. – А ещё одна копия у меня дома, на флэшке.

– Жестокая ты женщина, – хныкает Волчков.

– Спасибо за комплимент, – отвечаю с усмешкой. – Ну так что? Рассказываешь?

– Иван отправился в сказочный лес!

– Зачем? – шокировано спрашиваю я.

– Вызволять из лап Кощеева Снежанну Гуркову.

– Её сказочная сущность – Снегурочка? – угрюмо вздыхаю я.

– Она самая.

– И зачем она понадобилась Царину? Кощеев же не людоед. В современном мире живём – не съест бедняжку.

Волчков замялся:

– Это личный секрет Ивана. Не могу сказать. Прости.

«Личный секрет, – с горечью думаю я. – Теперь никаких сомнений – Царин точно влюблен в Снежанну. Видимо, воспринял Кощеева, как соперника».

– Значит, не соврала гадалка, – шепчу мрачно.

– Какая гадалка?

– Проехали! – раздраженно отмахиваюсь. – Решено! Я отправлюсь за Иваном!

– Он уже пять часов в пути. Ты его не догонишь.

– А если верхом на гигантском волке? – очаровательно улыбаюсь я. – На волке, у которого вдобавок отличный нюх, чтобы взять след своего лучшего друга?

– Обещаешь удалить видео? – вскидывает палец Волчков.

– Клянусь своей золотой медалью и красным дипломом.

– Ого! Это серьезная гарантия! – хохочет Сергей. – По рукам!

***

Уже через час я оказалась на тропинке в зимнем лесу. Волк аккуратно стряхнул меня со спины и зубами поправил мой пуховик.

Кругом хрустальные деревья, снежные сугробы и следы лесных зверей.

Воздух морозный. Сладкий. Волшебный.

– Дальше сама, – обрывками рычит оборотень. – Ванёк мне хвост отрежет, если попадусь на глаза.

– Спасибо за помощь! – ласково глажу волка по пушистой шёрстке. – Кстати! А каким шампунем ты пользуешься? Шерсть просто шёлковая!

– Детским. Он не щиплет глазки.

Глава 4. Шишиги, загадки и бедный Моховик

Я очутилась в сказке.

Лес покрыт толстым белым пуховиком. Деревья обледенели и звенят веточками, словно хрустальные. С коряг свисают витые сосульки.

Я жадно вдыхаю волшебный воздух.

Каждый вдох пробуждает мою сказочную сущность в крови. Магия хлещет по венам. Мудрость и сила растекаются по жилам.

Душа просыпается от дрёмы. Интуиция на пределе. Сердце возбужденно колотится.

Как же я люблю зиму! Люблю сказку! Люблю свои древние корни!

Здесь в лесу такая свобода! Кажется, что у меня вот-вот распахнутся крылья, как у жар-птицы!

Любое дело мне по плечу!

– Для начала нужно найти Царина, – шепчу сама себе. Изо рта струится дымчатый пар, как из чайника.

Оглядываюсь вокруг, чтобы сообразить план.

– Так-так-так, – размышляю вслух. – Если Антон Кощеев заколдовал этот лес, чтобы никто не прошёл… то надо просто двигаться к центру зарослей. Рано или поздно на пути возникнут магические стражи. Они-то и подскажут дорогу.

Я зашагала по тропинке, плотнее кутаясь в пуховик. Не прошла десяти шагов, как под ногой хрустнула ветка.

Хрясь!

По земле прокатился сигнал, похожий на землетрясение. Он всколыхнул пласты снега и сбил ледышки с деревьев. Даже стая ворон испуганно разлетелась в стороны, истошно каркая.

Ещё миг – и передо мной вынырнул целый отряд шишиг!

– Стоять! – преградили они путь ветвистыми руками.

– Моя тактика сработала, – шепчу радостно.

Шишиги смотрят на меня, а я – на них.

До чего же причудливые существа! Шишиги похожи на леших, обросших ветками и мхом. Они словно живые пеньки, покрытые растрескавшейся корой. Вместо рук и ног – коряги. Вместо волос – торчащие сухие ветки. Вместо носов – крючковатые сучки.

– Не пропустим дальше, пока не отгадаешь три зимние загадки! – объявили шишиги. – А если вздумаешь проскользнуть – отхлестаем сухими ветками!

Позади шишиг выросла стена из ледяных кирпичей, а на её верхушке – частокол из острых ледяных шипов!

Стена окончательно отрезала путь в лес. Сквозь мутную толщу ничего не разглядеть.

– Я согласна на загадки, – киваю в ответ.

Шишиги зашушукались, шурша ветками.

Самая здоровенная шишига – с шишкой вместо носа – выступила вперёд.

– Первая загадка!

Искусный художник рисует красиво,

Увидишь на окнах ты сказки-картины.

Но станет теплее – они пропадут,

Как же художника люди зовут?

– Мороз! – быстро отвечаю я.

– Правильно, – кивает шишига. Ветки на её голове колышутся.

– Теперь я! Теперь я загадываю! – вперед вырвался шишиг с замерзшей паутиной на лбу. Он локтями растолкал собратьев и обратился ко мне:

– Вторая загадка!

Под крышами она сияет

И на солнышке блистает.

Зимой шустро вырастает,

А весною исчезает.

– Сосулька! – улыбаюсь я.

Ощущаю себя девочкой-снежинкой на утреннике в детском саду. Жаль, что за разгадки не дадут шоколадных конфет или пачку фломастеров.

– Третья загадка! – выступает ко мне следующая шишига. У неё в волосах-ветках дремлет снегирь! – Моя загадка самая сложная!

Вьются по низу, как змеи,

Снегом застилают ели.

В трубах воют и шумят,

К нам в окно попасть хотят!

– Метели! – говорю без запинки.

Шишиги возбужденно шепчутся, хрустя ветками и мшистыми боками:

– Какая умная девочка попалась! Все загадки отгадала!

Ко мне подбегает маленький шишигёнок и тычет веточками-руками в карманы моего пуховика:

– А ты точно сама разгадала? – пищит он. – У тебя нет шпаргалок в рукавах?

– Я Елена Премудрая. Зачем мне шпаргалки? – отвечаю спокойно.

– Елена Премудрая! – прокатывается волна шепота по шишигам. – Что ж ты раньше не сказала? Не тратили бы время на загадки.

– Проходи! – торжественно разрешает шишига со снегирём на голове.

Ледяная стена лопается трещиной и разъезжается в стороны, образуя проход.

– Благодарю, – кланяюсь шишигам.

Иду по тропинке, а потом оборачиваюсь:

– Кстати! А до меня тут проходил парень? Высокий такой. Плечистый. С растрепанными волосами и квадратным подбородком.

– Проходил-проходил, – недовольно шипят шишиги.

– Неужто все загадки разгадал? – сомневаюсь я.

– Как бы не так! Ни одной! – сообщает шишига с носом-шишкой.

Глава 5. Долгожданная встреча и Соловей-Разбойник

Иду между сугробами и замечаю следы огромных сапог!

Это точно Царин. Такого богатыря ещё поискать!

Он почти два метра ростом. Косая сажень в плечах. Гора мышц, вспыльчивости и… сумасшедшего обаяния.

– Попался! – тороплюсь по его следам.

Отпечатки подошв на снегу совсем свежие – скоро догоню!

Бегу за ним, как ужаленная. Мчусь без оглядки. Рвусь по дороге, словно кто-то подгоняет в спину: вперёд, вперёд, и только вперёд…

Но вдруг замираю.

Сердце пронзает резкая боль.

А зачем я ищу Царина? Чего добиваюсь?

Зачем я вообще отправилась за ним в этот лес? На что надеюсь?

Закусываю нижнюю губу, пытаясь понять саму себя.

Наверное… я просто хочу заглянуть в его карие глаза. Посмотреть в красивое, мужественное лицо и услышать объяснения.

Наверное… я до конца не верю в его измену.

Наверное, надеюсь на чудо. На ошибку. На чудовищное недопонимание.

В голове не укладывается. Как этот милый, заботливый мишка мог оказаться бесстыжим предателем? Противоречия раздирают мою душу, словно когти дикого зверя.

– По-любому всё прояснится, когда я посмотрю ему в глаза, – решаю окончательно.

Снова бегу вперед. Морозные льдинки щиплют лицо. Ноги проваливаются в сугробы по колено. Уши горят от холода.

Вон он!

Сердце снова замирает. Сладко. Больно. Волнительно.

Впереди топает Иван!

В лиловом кафтане. Шароварах. Богатырских сапогах.

Ругается себе под нос. Лохматые волосы покрыты изморозью. Уши красные, как помидоры. Вылитый Иванушка Дурачок!

– Эй! Царин! – кричу ему в спину.

Иван поворачивается. Глядит на меня в шоке. Потрясенно.

Квадратная челюсть сжимается так сильно, что на скулах играют желваки.

– Еленушка? – щурится Иван с недоверием.

Черные брови хмурятся. Острый кадык дёргается, сухо сглатывая.

– Это ты? Или у меня уже морозные галлюцинации? – кричит он издали.

– Это я! – рассержено топаю ногой.

– Чем докажешь?

– Иван! – строго ору я, прожигая здоровяка укоризненным взглядом. Складываю руки на груди.

Царин мигом расплывается в лучезарной улыбке:

– Это точно ты! Материшь одним только взглядом!

Бежим друг к другу по снегу. Неуклюже, рвано дыша, но быстро.

Нас будто притягивает невидимый магнит.

Как вдруг! Слышу за спиной истошный свист и шорох крыльев.

Одно мгновение – и огромные когти хватают меня за плечи!

Это гигантский коршун размером с медведя! Птах отрывает меня от земли и стрелой поднимается ввысь – на верхушку древнего дуба. Садится на снежную ветку.

– Еленушка! – в ужасе орёт снизу Иван.

Когти коршуна впиваются в мои рёбра до острой боли. Птах держит меня крепко-крепко –скоро переломит талию напополам.

Я вырываюсь, но это бесполезно. Из клюва доносится свист.

– Не дёргайся! – рычит он человеческим голосом. Глаза полыхают, как два костра.

Я знаю, кто это!

Это Соловей-Разбойник!

Я слышала, что его мошенническая фирма в Сказограде разорилась. Соловей озверел и убежал жить отшельником в лес.

Он настолько оторвался от цивилизации, что навеки-вечные потерял человеческий облик.

– Отпусти её, петух недожаренный! – орёт снизу Иван, пиная сапогом ствол дуба.

К сожалению, Царин абсолютно бессилен. Наплыв богатырской силы быстро уходит из его вен. Сейчас он обычный человек.

– Не отпущу, пока не заплатишь выкуп за пленницу! – свистит в ответ Соловей, щёлкая клювом.

Его слова такие глухие, свистящие и неразборчивые, что не доходят до Ивана.

– Чего-чего?! – кричит Царин, оттопырив ухо ладонью. – Повтори! Ничего не пойму! Ты будто из задницы вещаешь!

Идея вспыхивает в моей голове, как яркая лампочка.

– Он назвал тебя дебилом!!! – ору я Ивану.

– Что-о-о?! – начинает звереть Царин.

– Да-да! Говорит, что у тебя в башке сквозняки гуляют и тараканы чечетку отбивают! – добавляю громко. – У тебя мозг, как у вялой редиски! И тот дома забыл!

– Чего?! – бушует Иван.

– Соловей спрашивает: ты таким придурком родился, или специально доучивался?! Таких идиотов надо хранить в музее – как образец!

– Ну всё! Ты покойник! – взрывается Царин.

Мышцы парня растут, как на дрожжах. Его кафтан трещит по швам и вот-вот лопнет!

Глава 6. Снежки, обман и сорвавшийся поцелуй

– Царин! Отпусти меня уже! – стучу кулачками по его могучей спине. – Полчаса прошло! Мы точно оторвались.

– Ла-адно! – протягивает Иван с неохотой.

Он бережно ставит меня на тропинку.

Мы очутились на снежной лужайке, окруженной голубыми соснами и хрустальными кустами. По веткам скачут шустрые белки, а на верхушках ухают удивленные совы.

Голова кружится. Я немного пошатываюсь – слишком уж долго висела на плече Царина.

Поднимаю на него глаза. Смотрю обиженно.

Иван не смущается – сверлит меня ответным взглядом. Его карие глаза мечут молнии. Прошибают меня разрядом.

– Что ты здесь делаешь? В этому лесу? – спрашивает он.

– А ты? Идёшь Снегурочку спасать?

– Волчков разболтал! – злится Иван, сжимая квадратные кулачищи.

– А что? Ты хотел скрыть?

– Хотел! – бурчит он.

– Никак не можешь забыть свою первую любовь? – стреляю фразой в упор.

– Чего? Сдурела, что ли?! – шокировано моргает Иван.

– Не притворяйся! Снегурочка… она же твоя первая любовь! Ты на ней даже жениться собирался.

– Нам было по пять лет! Мы в детский сад ходили! И манную кашу с комками ели!

– Без разницы. Первая любовь самая сильная, – раздраженно отмахиваюсь.

– Ах так? А Антон Кощеев – разве не твой ухажер был в старших классах? – шипит Царин, поставив руки в боки.

Осекаюсь и прикусываю язык.

– Мы встречались всего месяц! – защищаюсь от нападения.

– Но были уже довольно взрослые и осознанные!

– Он оказался жутким бабником!

– Сочувствую! – едко лыбится Царин.

– Я не собираюсь слушать этот бред! – хмурюсь и отворачиваюсь к лесу.

– Ну и замечательно! Возвращайся домой. Потом поговорим.

– Куда я пойду? Волчков уже ускакал обратно в офис.

– Вот же предатель! Ла-а-дно! – пожимает плечищами Иван. – Придется тебя с собой брать.

– Придётся! У нас в контракте прописано, что весь рабочий день я с тобой! Ты же сам заставил его подписать! На коленях ползал! Умолял меня всегда быть рядом.

– Уже жалею!

«Жалеет? Я ему так быстро надоела?» – в ужасе думаю я.

Царин читает мои мысли.

– Жалею, потому что лес – это опасное место! – уточняет он. – Особенно для городской девушки.

– Городской? Ты тоже не особо дровосек! – парирую я.

Иван заливается раскатистым смехом.

– Чего ржёшь? – дуюсь я.

– Ты такая смешная!

– Смешная? – вспыхиваю обжигающим румянцем. – Сейчас получишь!

Лихорадочно сгребаю снег под ногами и формирую круглый снежок.

Шпульк! Швыряю в Царина! Прямиком в грудь.

– Ай! – со смехом отряхивает он снег.

Вхожу во вкус!

Швыряю второй снежок. Третий. Четвертый. Пятый!

Стреляю во все возможные части тела!

Получай, Царин! Получай, бабник! Получай, дубина двухметровый!

Иван наконец перестает смеяться.

– Елена, прекрати! Что на тебя нашло?! – напуган он.

Здоровяк уворачивается от моего гневного обстрела, закрывается ладонями, прячется за сугробы.

– Испугался?! Муа-ха-ха! – коварно смеюсь я, имитируя киношного злодея.

Леплю последний снежок. Самый увесистый и плотный.

Целюсь. Замахиваюсь. Швыряю в Царина изо всех сил.

Ба-бах! Точное попадание!

Иван валится спиной в снег и воет, как побитый волк.

– Ты мне нос разбила! – гундосит он, закрывая лицо руками. Корчится страдальческим червячком.

Я замираю и в ужасе цепенею.

– Ванюша! Прости! – хныкаю я, торопливо мчусь к Царину.

Моё сердце виновато сжимается в груди.

– Ты в порядке? – склоняюсь над раненым. – Дай посмотреть! Я окажу скорую помощь!

Иван отнимает ладони от лица. От абсолютно целого и невредимого лица!

– Попалась! – хохочет великан.

Он хватает меня и опрокидывает на себя.

Я растягиваюсь поверх его тела, он крепко обвивает мою талию ручищами. Прижимает к себе властно, не по-детски. Буквально впечатывает меня в себя.

Я упираюсь руками в его грудь.

– Обманул! Опять обманул! – срывающимся тоном причитаю я. Голос дрожит от злобного бессилия. – Опять обманул!

– Что значит, опять? – хмурится Иван. – Когда я тебя обманывал?

Глава 7. Щекотка, кафтан и жаркий поцелуй

Я скатываюсь с его тела и сажусь на снег. Иван присаживается рядом.

Он ерошит темные волосы и беззаботным тоном восклицает:

– Что значит, зачем? Снегурочка попала в плен под Новый год! Какой я герой-царевич, если не отправлюсь ей на помощь? Разве нужны другие причины?

– Вот как? – заламываю бровь.

– Именно так! – твёрдо заявляет Царин. – И кстати! Ты должна мне помочь!

– С какого перепугу? – задыхаюсь от возмущения.

– С такого! – щелкает меня по носу Царин. – Я точно помню, как ты рассказывала, что у древнего рода Елен Премудрых есть кодекс чести! Вы обязаны помогать своей мудростью всем людям и существам, попавшим в беду!

При упоминании кодекса в моей крови искрится волшебство. Долг сказочного рода ноет под сердцем. Я действительно обязана помочь. Проклятье!

Вот же Иван! Хитрый лис! Хочет подпрячь меня в помощницы!

Гляжу на него враждебно, исподлобья. Цветистые ругательства крутятся на языке, будто конфеты.

Всё ясно! Царин решил прикинуться героем, а о своих чувствах к Снежанне – ни слова.

Мало того! Негодяй требует, чтобы я помогла отвоевать ему невесту. Вот это наглость!

Хорошо. Я прикинусь, что ничего не знаю. Подыграю в его дурацком спектакле.

Но… неужели Царин совсем идиот? Разве не знает, что в конце путешествия его истинная цель раскроется? Когда мы встретимся со Снежанной и Кощеевым лицом к лицу, Иван не отвертится от правды.

Зачем он тянет время?

Или…

Он до сих пор не определился с девушкой? Выбирает между мной и Снежанной? Взвешивает все «за» и «против», пока есть время? У меня ещё есть шанс?

Гляжу на Ивана с надеждой. А потом мысленно даю себе пощёчину.

Очнись, Лена!

Какой там шанс?!

Царин тебя нагло использует! Бесстыже обманывает! Играет с твоим сердцем, как коварный донжуан!

– Еленушка? – окликает меня Иван. – О чём ты задумалась? У тебя за последнюю секунду переменилось десять выражений на лице.

– У тебя забыла спросить! – огрызаюсь в ответ.

Встаю на ноги и отряхиваю с себя снег.

День близится к вечеру. Небо становится насыщенно-лиловым, а снег темнеет.

– Надо искать ночлег. А завтра утром доберёмся до Кощеева дворца, – бурчу под нос. – Вот тебе и счастливое 31 декабря! Всю жизнь мечтала встречать Новый год в страшной чаще, полной зимних чудищ и смертельного мороза.

– Правда? Довольно странная мечта, – чешет затылок Иван.

– Это сарказм!

– Что за зверь такой?

Закатываю глаза. И этот дубина умудрился обвести меня вокруг пальца? Просто чудо какое-то.

Царин встает и плетется позади меня. Тоже задумался о чём-то своём.

Некоторое время топаем молча.

Ищем какой-нибудь огонёк. Может, домик лесника? На худой конец сойдет и большое, теплое дупло.

Я дрожу от холода и желудок урчит. Сильная рука обхватывает сзади и влечет к себе.

– Хорош дуться, – мирно выдыхает Иван. – Замерзла, небось? Проголодалась?

Он снимает с себя кафтан и накидывает мне на плечи.

Нежно целует в висок. Губы теплые и мягкие. Такие знакомые!

Мои мысли путаются. Сердце предательски тает, как размягченное масло.

Я немного отстраняюсь, но Иван берёт меня под локоть и шагает рядом.

Завожу беседу:

– С тобой мы разобрались, но зачем Снегурочка Кощееву?

– Влюбился. Хочет удержать, – кратко отвечает Царин.

– Похоже, все мужчины вокруг влюблены в Снежанну, – фыркаю я. Горечь растекается по горлу.

– О чём ты? – недоуменно переспрашивает Иван.

– Что ж, девушка она хорошая. Красивая. Добрая, – перечисляю я. На сердце становится всё гаже и гаже. Куда уж мне до зимней принцессы?

– Да, девушка она хорошая, – соглашается мой спутник.

По венам бурлит кипяток вселенской обиды. Мог бы хоть соврать ради приличия!

– Но самая красивая девушка не она, – добавляет Царин.

– А кто? – хмурюсь сердито. Неужели у меня есть и другие соперницы?

– Она здесь! – Иван крепко сжимает мою талию и щекочет бока.

– Ай! Перестань! – хохочу невольно.

Царин всё глубже и глубже зарывает руки под кафтан, накинутый на меня.

– Красавица моя! Золотце моё! Елена Премудрая моя! – приговаривает Иван. – Без твоей мудрости и советов тяжко мне жилось бы! Не видал бы я успеха в жизни, как своих ушей! Меня-дурака образумить можешь только ты.

– Рада, что понимаешь! – задираю голову.

Иван сразу же целует меня в нос: