Лепестки на ветру

Глава 1. Станция между дождями

Дождь в Киото всегда приходил внезапно — как мысль, которую нельзя отложить. Харука стоял под навесом маленькой станции, сжимая в руках билет, и смотрел, как капли разбиваются о рельсы. Он возвращался сюда впервые за семь лет. Не из ностальгии — из необходимости: старый дом семьи нужно было продать, архивы разобрать, прошлое упаковать в коробки.

— Харука?

Голос был знакомым, но в нем появилось что-то новое — спокойствие, как у человека, который научился жить без оглядки. Он обернулся.

Рэн стоял в нескольких шагах, держа в руке зонт. Его волосы стали короче, взгляд — яснее. Но улыбка была той же: осторожной, будто он всегда боялся сказать лишнее.

— Привет, — выдохнул Харука. Сердце сбилось с ритма, словно кто-то резко сменил музыку.

Они не обнялись. Просто смотрели друг на друга, и дождь делал паузы вместо слов.

— Ты… давно? — спросил Рэн.

— Только приехал.

Рэн протянул зонт, и Харука автоматически шагнул ближе. Под одним куполом стало тесно и тепло. Они пошли к выходу со станции, не зная, о чем говорить, и в этом молчании было больше смысла, чем в любых фразах.

— Ты все еще рисуешь? — спросил Харука.

— Да. Открыл небольшую студию. А ты? Все еще убегаешь?

Харука улыбнулся. Рэн всегда умел попадать точно.

— Я учусь оставаться.

Они свернули на улицу, где фонари отражались в лужах, как кусочки чужих историй. Рэн рассказал о своих выставках, Харука — о работе переводчика и о городах, которые сменялись быстрее, чем он успевал к ним привязаться.

— Ты вернулся надолго? — осторожно спросил Рэн.

— На несколько недель.

— Тогда… — Рэн замялся. — Может, зайдешь завтра в студию? Я покажу тебе новые работы.

Харука кивнул. В груди стало легче, как будто кто-то приоткрыл окно.

Они дошли до развилки. Рэн остановился.

— Я рад, что ты вернулся, — сказал он тихо.

Харука посмотрел на него — на человека, который когда-то был его домом.

— Я тоже.

Когда они разошлись, дождь наконец закончился. И Харука понял: эта история только начинается.