Лишняя на факультете стихий

Глава 1

В день оглашения завещания я проснулась от заливистого хохота моей сестрицы.

Ее смех отражался от стен дома. Многократно усиливался и проникал в каждый уголок.

Я поежилась под тонким проеденным молью одеялом. Оно не спасало от утреннего холода.

Я попыталась спрятаться от неуместной в такой день радости под худой подушкой.

Но Тиша и не думала соблюдать хотя бы видимость приличий. Сестра беззастенчиво планировала, на что потратит дедушкино состояние, громко перечисляя список покупок.

Желание метнуть в нее подушкой и заглушить этот нескончаемый поток самолюбования было почти непреодолимым, но тогда меня могут и вовсе постели лишить.

Тиша стояла недалеко от двери в мою каморку. Она нагло, во весь голос, не стесняясь слуг, расписывала, с каким удовольствием лично вышвырнет меня из дома после оглашения завещания.

Сестра ожидала получить приличную долю капитала, как это случилось уже после смерти нашего отца.

– Алисия, бездельница, поднимайся! – в дверь громко постучали.

Три коротких жестких удара разбудили во мне старый детский ужас.

Я вздрогнула.

Невольно поежилась, вспоминая трость мачехи. Она частенько использовала ее для моего воспитания, когда я была младше. Женщина, что клялась у постели умирающего отца быть мне матерью, никогда не пропускала случая напомнить о своем превосходстве и власти.

Даже теперь, когда я была почти совершеннолетней и уже училась в академии, я не смогла совладать с детским ужасом, пробужденным голосом за дверью.

Чувство беспомощности разрядом прошибло вдоль позвоночника, парализуя тело.

– Немедленно выходи, иначе я выволоку тебя за волосы, ленивая девчонка! – прошипела мачеха в щель.

Сев на край кровати я нащупала босыми ногами домашние туфли. Я знала, что мачеха стоит всего в нескольких метрах. Я почти чувствовала ее дыхание.

Она прекрасно слышала все, что происходило в комнате. Пришлось шевелиться. Кровать жалобно скрипнула, словно сочувствуя мне.

Покидать уютный кокон одеяла не хотелось, ночная сорочка была слишком тонкой, а комната за ночь совсем остыла.

– Надень приличное платье и не мешкай, скоро прибудет лерд Котуэй, – мачеха и не думала уходить. Я вообразила, как она стоит за дверью, по обыкновению брезгливо поджав губы, и прислушивается к звукам, доносящимся из-за тонкой перегородки.

Я вздохнула.

Визит семейного адвоката меня интересовал мало. Мое присутствие было необходимо лишь для соблюдения всех формальностей. И чтобы мачеха выглядела прилично в глазах общества. Она любила хвалиться тем, как заботится о бедной сиротке.

Я же ждала письмо из академии. От него зависела моя дальнейшая судьба. Остальное меня не интересовало.

Я хотела перехватить конверт до того, как он попадет в руки мачехи или Тиши.

Поднявшись, поплелась в ванную, шлепая разношенной обувью на три размера больше.

Было так холодно, что я продолжала кутаться в одеяло. Проходя мимо двери, я услышала звук удаляющихся шагов мачехи.

Около девяти я увидела в окно посыльного. Сердце ухнуло от волнения.

Пора было действовать.

Я поспешила вниз, стараясь не попасться на глаза родственницам. За кражу письма меня могли на пару дней без ужина оставить. Мачеха жестоко наказывала за любую провинность.

Мне казалось, что я все рассчитала.

Завтракать мне позволяли только на кухне вместе со слугами. Поэтому в столовой меня не ждали.

Несмотря на то, что дом некогда принадлежал моему отцу, мне неоднократно давали понять, что жить я могу здесь только из милости. И не стоит докучать своим присутствием мачехе и ее дочке.

Спустившись по боковой лестнице, я первой оказалась у подноса с письмами, лишь только дверь за посыльным закрылась.

Среди счетов и рекламных листовок я заметила два конверта с гербами разных академий. Один — из плотной дорогой бумаги с печатью из столичной академии Аркоириса. Там училась сестрица. Наверняка тоже получила итоговые отметки за первый курс.

Мой конверт был попроще и пришел из ближайшей к дому академии природной и бытовой магии. Как говорила Тиша — место для подготовки первоклассных служанок, ведь большее таким оборванкам не светит.

Денег на мое обучение в более престижном заведении в семье не нашлось, поэтому приходилось довольствоваться малым. Образование бесплатное, профессия востребованная, форма и питание за счет академии.

Не жизнь, а мечта!

В случае получения высокого балла по окончании первого курса, я могла рассчитывать на небольшую стипендию. Сумма совсем крошечная, но она позволила бы мне не умереть от голода, как того желала мачеха. Она собиралась прекратить мое финансирование в день совершеннолетия.

Именно новость о стипендии я хотела скрыть от родственниц. Воровато оглянувшись, сунула свой конверт в вырез платья.

Позади раздались тяжелые шаги. Кто бы это мог быть?

Я вздрогнула, боясь наказания за свой проступок.

– Уже встала, егоза? – обернувшись, я увидела нашу старую кухарку. Она была одна из немногих, кто жалел меня. – Беги скорее завтракать, я оставила тебе кусок сливового пирога. И не отирайся тут, знаешь, что влетит от госпожи Веломоры.

Уж я-то знала, какой может быть жестокой мачеха. Когда-то она пообещала умирающему папеньке воспитать из неблагодарной девчонки кроткую и послушную девушку.

Радуясь своей удаче, я поспешила на кухню.

Расположилась за столом, где обычно едят слуги. Я отрезала себе большой кусок пирога и устроилась с чашкой какао. Не каждый день завтрак бывал таким вкусным.

На кухне никого не было, и я решила воспользоваться этим чтобы прочитать письмо из академии.

Разрезав ножом конверт, я достала свернутый втрое листок. После табеля с отметками шла приписка моего декана. Она сообщала, что несмотря на отличные результаты экзаменов, в выделении стипендии мне отказано.

Слезы обиды навернулись на глаза. Я так рассчитывала на эти деньги, мечтала накопить на новое платье и теплые зимние ботинки, которые мне почему-то не полагались.

Глава 2

Я с трепетом разглядывала молодого мужчину, что внезапно прилег на мои колени после неудачного выпадания из портала сумок.

Красивый, как бы сказала мачеха “породистый”. Светлые волосы заворачивались в крупные локоны, волевой подбородок и легкая морщинка между бровей говорили о серьезности субъекта. Наверное, студент со старших курсов. Его лицо теперь разгладилось, презрительно сложенные губы распрямились. Незнакомец словно спал на моих коленях, настолько безмятежно выглядел.

Он был так близко, что у меня дух захватывало. У меня совсем не было опыта общения с мужчинами. Я так залюбовалась этой запретной картиной, что не заметила, что мы больше не были одни на этой дорожке.

– Акшер, как вы посмели привести сюда свою подружку и крутить с ней у всех на виду! – хлесткий, как удар плети, окрик разрезал тишину.

Я вздрогнула и обернулась в сторону кричащей женщины. Мужчина на моих коленях зашевелился, приходя в чувство.

Высокая и статная пожилая женщина стояла над нами, сверля взглядом. В молодости наверняка была красавицей, но даже сейчас, когда лицо ее не было столь свежо, а седые волосы забраны в тугой пучок, она выглядела очень элегантно.

– Какой пример вы подаете студентам? Зачем вообще ехать в академию, если вас интересуют только девушки легкого поведения и увеселения?

Слова женщины сочились ядом. Я непроизвольно втянула голову в плечи. С детства меня словно парализовывало, когда кто-то рядом начинал так кричать. Казалось, вот-вот на спину со свистом опустится тяжелая трость.

Тем временем Акшер очнулся и поднялся, потирая ушибленный затылок. Он с недоумением смотрел на кричащую женщину, потом посмотрел на меня. В его глазах был лед и презрение.

– Профессор Трейди, – красавчик тяжело поднялся, все еще держась за затылок, – это новенькая, она опоздала к началу занятий и искала декана Вирона Халда. А когда узнала, что его не будет, то напала на меня.

От возмущения я едва не взорвалась. Как он мог подумать, что я решила так поступить? Я подскочила, намереваясь высказать этому нахалу все, что я о нем думаю. Даже о страхе своем позабыла, так жгло чувство справедливости.

– Да, я опоздала, но у меня были на то причины, – начала объяснять я, но это звучало так жалко, словно я оправдываюсь перед ним.

Женщина подняла руку, призывая нас к тишине.

– Новенькая? – переспросила она.

Я кивнула.

– Алисия Бринс. Я перевелась…

– У нас есть студентка Бринс, – перебила меня женщина и смерила оценивающим взглядом, словно сравнивая с уже знакомым ей образом студентки Бринс.

– Наверное, вы про мою сестру Тишу, – предположила я.

Тем временем юноша, на которого я случайно напала, легким вращением кистей сформировал небольшой вихрь. Тот прошелся по одежде, стряхивая с нее грязь, налипшую после недавно прошедшего дождя. Я с восторгом смотрела на это маленькое чудо магии воздуха. Значит, этот самый Акшер тоже стихийник и, возможно, я еще встречу его.

Опустив взгляд на пятна грязи, что украсили подол моей юбки, я поняла, что мне его поразить будет нечем. А судя по колючему взгляду и презрительной ухмылке, которой он меня одарил, большого удовольствия от новой встречи я не испытаю.

– Вверяю ее в ваши надежные руки, профессор Трейди, – высокомерный хам едва заметно поклонился, развернулся на каблуках и размашистой походкой ушел в сторону большого серого здания.

Я растерянно посмотрела на женщину, которая задумчиво смотрела в спину удаляющегося парня и едва заметно улыбалась.

– Значит, ты перевелась? – посмотрела она на меня с сомнением.

Пришлось торопливо рассказать ей о своих утренних приключениях.

– Декана, действительно, сейчас нет в академии. Но секретарь должен нам помочь. Идем, – скомандовала она, и в ее голосе, к удивлению, больше не было неприязни.

Я взмахнула рукой, чтобы сумки поднялись с земли и снова следовали за мной. Заметив это, женщина удовлетворенно кивнула и пошла, показывая дорогу.

– Сегодня ты прогуляла занятия, – строго отчитывала меня профессор Трейди, – за это полагается наказание и обязательная отработка. Но пока я не могу тебе ее назначить, потому что не знаю, куда тебя зачислили.

Я старалась поспевать за строгим педагогом. Но мне это давалось с трудом. Мне приходилось переходить на бег, чтобы не отстать, в то время как она словно бы не шла, а летела по воздуху.

– Я думала, что буду зачислена на факультет стихий, как было раньше, – пояснила я на ходу, – у меня высший балл по всем предметам.

Женщина посмотрела на меня через плечо и скептически сощурилась.

– Академия Аркоириса это тебе не школа бытовой и прикладной магии. Здесь обучаются сильнейшие студенты со всех концов страны и сразу по всем направлениям. А на факультете стихий имеется целых три крупных специальности и еще несколько направлений. Везде своя программа и преподаватели, и никто из них не допускает легкомысленного отношения к своему предмету.

Я кивнула, припомнив Тишу. Вот кого точно нельзя было назвать образцом для подражания. Мачеха открыто советовала ей не затягивать с поиском жениха, пока всех приличных не расхватали.

Мы вошли в учебный корпус и поднялись на второй этаж. Двери в аудитории были плотно закрыты, но из-за них доносился гул голосов, удары, шум воды. Учеба была в разгаре, а я все еще не понимала, как здесь оказалась, и что меня ждет.

Секретаршей оказалась совсем молодая рыжеволосая девушка, которая была всего на несколько лет старше меня. Строгое, но дорогое платье, идеальная прическа, пара артефактов на шее.

Когда мы вошли, она расставляла на полке папки по цветам.

– Инди, мне нужна помощь, – обратилась к секретарю профессор.

Девушка радушно улыбнулась в ответ.

– Чем могу помочь, профессор Трейди? – поинтересовалась она.

– У нас должна быть новенькая. Переводом из другой академии. Фамилия Бринс. Ты что-то знаешь? – уточнила она.

Девушка радостно подскочила.

Глава 3

Всю ночь я подскакивала и проверяла время, боясь опоздать на свой первый урок в академии Аркоириса.

В расписании значилось Теоретическая Драконистика, которая проводилась совместно с факультетом огневиков. Почему-то здесь эта специальность изучалась отдельно от трех остальных стихий.

Тем проще будет затеряться в толпе, чтобы освоиться, не привлекая к себе излишнего внимания.

Просторная аудитория спускалась амфитеатром вниз. Ряды заполнили студенты в красно-золотом и розово-черном. Свободных мест было много, и я решила никого не тревожить и сесть в одиночестве.

Тиша уже сидела на первом ряду в компании своих подружек. Разодеты девицы были так, будто собирались на званый ужин, но случайно зашли не в ту дверь.

Стоило двери закрыться, как все разговоры стихли. По ступеням спускался могучий мужчина лет сорока. Был он на голову выше и в два раза шире любого виденного мною ранее человека.

По рядам пролетел легкий шепот.

– На моих уроках я не потерплю разговоров и легкомысленного отношения, – могучий голос преподавателя припечатал нас к сиденьям.

И я не столько поняла, сколько почувствовала — перед нами дракон. Ранее мне не приходилось видеть представителей их расы. Честно признаться, я бы и дальше постаралась держаться от них подальше.

– В этом году курс для всех обзорный. Огневики будут отрабатывать материал на практике, с воздушниками мы встретимся на третьем курсе. Но это не значит, что я сделаю поблажку лишь потому, что этот предмет не является основным, и вообще вы больше в водичке привыкли барахтаться, – мужчина прошелся испепеляющим взглядом по первым рядам, где был собран цвет факультета стихий.

Притихшие студенты смотрели, не отрываясь.

– Меня зовут профессор Майер. А сегодняшнее занятие мы начнем со строения дракона, рассмотрим этапы оборота и, если успеем, изучим положение тела во время полета.

Позади преподавателя появились чертежи со скелетом дракона.

Студенты зашуршали бумагой. Судя по настрою профессора, работы впереди было много.

Я старалась записывать каждое слово, чтобы не упустить ничего важного. Здесь меня еще никто не знает, а судя по поведению сокурсниц, девушки тут редко озабочены процессом обучения.

Для меня же это единственный шанс на сытую жизнь и возможность иметь кусок хлеба с маслом. Поэтому придется усердно заниматься и зарабатывать авторитет.

К концу лекции пальцы с непривычки онемели и были перепачканы чернилами. Зато я успела законспектировать все, что говорил профессор.

Студенты шумной толпой поднимались к выходу, обсуждая какую-то вечеринку. Я задержалась, оттирая чернила с пальцев и стала свидетелем забавной сцены.

Моя сестрица преградила дорогу щуплому немного сутулому пареньку. Он подслеповато щурился и широко улыбался.

– Малаар, – томно протянула Тиша, обращаясь к юноше, – ты же все записал, милый?

Бедолага, обрадованный таким вниманием часто-часто закивал головой.

– Будь душкой, перепиши мне лекцию на отдельный лист. Только пиши разборчиво, а не как вчера, – она недовольно сморщила носик.

Малаар расцвел, обрадованный такой важной миссией. Я только хмыкнула. Кажется, сестрица обзавелась парой личных рабов, которые делают за нее всю работу.

Поспешив за подружками, которые нетерпеливо ждали ее у выхода, Тиша совсем позабыла обо мне, чему я была несказанно рада.

Но совсем незамеченной остаться не получилось.

Стоило мне покинуть аудиторию, как меня бестактно выдернула из толпы секретарша. Ее рыжие кудри подпрыгивали, будто от нетерпения не могли на месте оставаться и лежать ровно.

– Вот ты где! – возмутилась Инди, уперев руки в бока. – Декан вернулся и срочно требует тебя к себе. Немедленно!

Меня охватило неясное волнение.

Конечно, я понимала, что знакомство с деканом было необходимо. Все же я новая ученица, которая перевелась из другой академии. Но я надеялась, что днем ранее мы уже утрясли все формальности, и в ближайшее время единственной моей заботой должна стать прилежная учеба.

А раз меня выдернули в середине учебного дня, значит, дело было срочное.

Я торопливо семенила за секретаршей. Она же, наоборот, шла уверенными размашистыми шагами, оставаясь при этом изящной даже в довольно узкой юбке. Я невольно позавидовала тому, как она держится.

Хотела бы я когда-нибудь стать такой же уверенной, как Ингрид: получить хорошее место, одеваться красиво и со вкусом, а не как девица, находящаяся в активном поиске будущего мужа.

Нам пришлось выйти на улицу и пройти в учебный корпус факультета стихий. Залюбовавшись на фонтаны, которые студенты демонстрировали прямо во дворе, я едва не отстала. Но задорные рыжие локоны не дали мне потеряться, поэтому к кабинету декана я подошла вместе с его секретарем.

Ингрид распахнула дверь, сунула внутрь свою рыжую голову и потом вернулась ко мне.

– Заходи, – скомандовала она и пропустила меня вперед.

Во главе массивного стола сидел седовласый мужчина. Позади него на специальной подставке сидела какая-то птица, похожая на испуганного орла.

Я на всякий случай тоже решила испугаться.

Я ожидала, что в кабинете будет только декан, но в кресле у окна заметила профессора Трейди. Она листала какую-то книгу и не обратила на нас внимания.

– Алисия? Бринс? – уточнил мужчина.

– Здравствуйте, – пробормотала я и на всякий случай кивнула.

– Меня зовут Вирон Халд, я декан факультета стихий Аркоириса, – сухо представился мужчина и указал мне на стул напротив. – Присаживайся.

Я села на краешек стула, прижимая к груди сумку с учебными пособиями.

Ладошки моментально вспотели. Сердце учащенно стучалось в груди. Как же мне хотелось хотя бы немного уверенности, которой так и лучилась секретарша.

– Я изучил твои отметки и характеристики с прошлого места учебы, – произнес декан, извлекая из папки бледно-розового цвета несколько листов. – Ваша семья приняла правильное решение, когда решила отправить тебя в академию Аркоириса. Здесь у тебя будет больше перспектив, чтобы раскрыть таланты.

Глава 4

Я постепенно вливалась в учебный процесс и знакомилась с однокурсниками. Большинство относились ко мне нейтрально, кто-то перенял презрительный тон обращения от Тиши.

Малаар Трей постоянно крутился рядом. Во-первых, у нас началась здоровая конкуренция, ведь во многом я была лучше него. А во-вторых, он надеялся через меня подобраться ближе к сестре.

Я старалась поддерживать со всеми нейтральные отношения, но мне хотелось завести подруг, как это было на моем прежнем месте учебы. Но девушки с курса больше разделяли интересы Тиши, поэтому поговорить нам было не о чем.

Я мечтала о том, чтобы мы вместе что-то делали, куда-то ходили и имели общие интересы.

Я как раз размышляла о том, не придумать ли нам какое-то мероприятие для студентов курса, как в кабинет вбежал растрепанный Малаар.

– Практику по Контролируемому Росту перенесли на третий полигон! – воскликнул он.

Студенты переполошились.

Судя по озабоченным возгласам, идти до нужного места было довольно долго, а гонг на урок уже прозвенел.

Мы побежали что есть мочи. А сил к концу учебного дня на полноценную пробежку уже не было.

Но, ко всеобщему удивлению, встретили педагога по ботанике на лестнице, ведущей к деканату.

Старичок был похож на корень растения: маленький, кривенький, с огромной бородавкой на носу.

Слеповато щурясь, он опознал нас и подозвал к себе.

– Вот семена и задания. К концу урока вы должны вырастить по розовому кусту, – голос его был похож на скрип дерева, качаемого сильным ветром в непогоду. – А меня срочно в деканат вызвали. Подпишите свои кусты, я проверю после урока.

Профессор вручил конверт с семенами и карточки с инструкцией Малаару.

– Вы уже видели, что нам поменяли полигон? – спросил он.

Мы затянули нестройное “Да”.

– Вот и молодцы. Здесь ничего сложного, повторение прошлогоднего курса с небольшими усложнениями. Те, чьи кусты за урок не только вырастут, но и зацвести успеют, получат повышенный балл.

Мы поспешили к указанному месту.

Оно уже было заранее вспахано, разбито на одинаковые ровные прямоугольники. Осталось только посадить семечко и применить магию ускоренного роста.

Малаар с важным видом раздал каждому по семечку.

Я сразу приступила к работе. А вот большинство сокурсников едва вспомнили, что вообще нужно делать в такой ситуации.

Тиша, как всегда, внезапно вспомнила о существовании поклонника и высказала надежду, что он не оставит ее в затруднительной ситуации. Бедолага расцвел и пообещал помочь.

Перед этим он напомнил однокурсникам основные движения и заклинания для проклевывания семечка и ускоренного роста.

– Вот только я не помню, что нужно сделать, чтобы бутоны завязались, – печально произнес он.

Я подняла голову от своей грядки.

– Движение вот такое, – я показала раскрывающиеся, словно лепестки, пальцы, – если непонятно будет, я помогу.

Однокурсники посмотрели на меня с уважением. Хорошо, что мы в прошлом году прошли чуть больше.

За урок мы едва успели вырастить по кусту. К счастью, профессора задержали в деканате, и мы урвали еще лишних полчаса на то, чтобы у нас завязались бутоны.

– Кажется, все справились, – обрадовался Малаар, подбадривая однокурсников.

Куст Тиши, его стараниями был самым большим и благоухал алыми розами.

Я с удовлетворением смотрела на свои маленькие розовые цветочки, которые мне очень нравились.

Внезапно к нам подошла группа студентов в черно-фиолетовом.

– Очуметь, ботва! Вы что тут натворили! Глаза песком присыпало? – накинулся с обвинениями высокий парень с длинной челкой. Свою лопату он держал как копье и судя по воинственному виду не прочь был ею в кого-нибудь потыкать.

Остальные полукругом выстраивались от него по сторонам. Смотрели сердито, но все же у большей половины как-то странно подергивались лица, будто они смех сдерживали.

– Эвил, а что такое? – спросила рыжая девчонка. – Красиво же. Разве эльфы не любят цветы? Ты же всем говоришь, что эльф. Пахнет во всяком случае хорошо.

– Что такое? Да они на наше поле залезли! Это наше поле, зеленые! Второй полигон! Ваш вон там, по другую сторону от дорожки. Или ее просто так мелом посыпали, по-вашему?

Маллар побледнел. Потом покраснел, а потом снова ушел в белый, но как-то пятнами.

Тиша надула губки, а потом оценивающим взглядом окинула пришлых. Вот ведь кто в любой ситуации не пропадет! Сестрица безошибочно определила главного среди студентов-некромантов и уже активно махала в его сторону пушистыми ресницами.

Длинный нахал приосанился, принял позу покорителя женских сердец и стрельнул глазами в ответ.

А Малаар совсем сдулся, глядя, как предмет его воздыханий готова сдаться на милость более сильному сопернику.

– В общем так, лютики-незабудки, или вы свою красоту сами выкапываете, или наша красота, над которой вы все это нарасаживали выкопается и побежит вам спасибо говорить. На раз, – парень воткнул лопату рядом с ближайшим к нему кустом, стряхнул с рукава руку рыжей девушки, пытавшейся его удержать, – два…

Некромант приподнял руки, окутавшиеся лиловым свечением. Кусты странно задергались, роняя лепестки. Остальные некроманты не встревали, наблюдая, как за представлением.

– И-и-и, – протянул старший и выжидательно посмотрел.

Связываться с некромантами никто не хотел. Еще отправят на удобрение. Но и терять результаты нескольких часов работы тоже было жалко. Малаар, по чьей вине мы оказались в такой ситуации, только икал и глазами хлопал.

– Давайте, мы профессора позовем, чтобы он работу принял, а потом можете эти цветы хоть на венки пустить, – томным голоском пропела Тиша, – я вам даже лент отрежу.

– Обязательно, – согласился парень. – Обязательно подождем. А чей профессор раньше придет? Наша лерда Шмель или ваш.. – парень сосредоточился, вспоминая, – этот, как его? С бородавкой… Да ну какая разница?

Тиша топнула ножкой и ущипнула своего поклонника, чтобы он в чувство пришел.

Глава 5

Уроки управления водной стихией были одними из самых сложных.
Профессор Трейди требовала выполнять все условия в точности.

– Жидкость не имеет формы. Она заполнит всю площадь, куда только дотянется. И только вы можете заставить ее бить фонтаном или пойти вспять. Особо одаренные смогут повелеть морю расступиться.

Каждое занятие начиналось с мотивационной лекции, которую никто не записывал, но все делали вид, что очень ею проникались. А сами тихонько зевали в кулак или списывали лекции.

Я, в отличие от Малаара не выполняла за других задания, но всегда делилась конспектами, когда кто-то из однокурсников просил.

– Сегодня мы будем призывать источник, – наконец, Милесса Трейди обозначила тему урока.

После краткой теории мы перешли к практике.

Из одной капли нужно было сотворить поток воды. В идеале — фонтанчик.

Единственный, у кого получилось с первого раза, был Малаар Трей, который все еще садился по соседству, хотя необходимости в его помощи у меня не было.

Остальные, как ни старались, особого успеха не добились. Плюсом было только то, что одежду потом не придется сушить.

Профессор вздохнула.

– Не вижу усердия, достойного академии Аркоириса! – с пафосом произнесла она.

Я опустила взгляд. Несмотря на то что обращалась она ко всем, я чувствовала вину за неудачу. Мне казалось, что я не оправдала доверия, ведь меня приняли в академию. А я то экзамен не сдам, то с практикой не справлюсь.

– Между прочим, завтра на нашем факультете ожидается делегация из министерства. А от второго курса мне даже показать некого, – профессор снова вздохнула, – никакой пользы.

Чувство вины переполняло меня.

– Профессор Трейди, так, давайте, мы поможем чем-то! – оживилась Тиша. – Можем встретить гостей, программу подготовить.

Удивительная самоотверженность, никогда такого за сестрицей не замечала. Может, думает покрутиться перед кем-то важным?

Милесса Трейди улыбнулась.

– У меня есть одно ответственное поручение, от этого зависит, какое впечатление мы произведём на министра и его помощников.

Тиша от нетерпения заерзала на лавке.

– Надо будет украсить факультетский зал приемов. Но сделать это нужно будет сегодня поздно вечером, когда закончится уборка. Жду вас всех. Ответственные за украшение — сестры Бринс.

От неожиданности я даже не успела ничего сказать. Вот так меня записали в организаторы вместе с сестрицей. Но, вспомнив про то, что я сегодня не справилась с заданием, я решила, что это возможность проявить себя, да и с однокурсниками смогу пообщаться в неформальной обстановке.

Урок закончился, студенты потянулись к выходу.

Я встала, и преодолевая волнение, впервые обратилась ко всем сразу:

– Постойте, давайте обсудим украшение зала! – мой голос прозвучал слишком высоко и звонко, как у маленькой девочки.

Кое-кто из одногруппников остановился. Но тут ко мне подошла Тиша.

– Приходи к девяти, что тут обсуждать, – пропела сестрица своим чарующим голоском и пошла к двери, виляя бедрами.

Однокурсники потянулись за ней.

К девяти часам я пришла в зал приемов. Паркет уже был надраен до блеска, а в мраморе стен можно было разглядеть свое отражение.

Меня встретила профессор Трейди и декан Халд. Они отдавали последние распоряжения рабочим.

– Бринс, молодец, что рано пришла. Хотя я думала, что вы позже придете. Сейчас доставят коробки с украшением. Разноцветные гирлянды и серебряные водопады. Вам с ребятами надо будет развесить гирлянду на стену, а чаши водопадов расставить по бокам от сцены.

– Милесса, нас уже ждут в министерстве – нетерпеливо сказал декан Халд.

Птица на его плече имела вид очень важный, будто это ей предстояло с вышестоящим руководством общаться.

– Я пришлю кого-нибудь из свободных профессоров, чтобы приняли доставку, – успокоила его заместитель.

– Алисия, побудь здесь, дождись посыльных, а потом займетесь украшением, – бросила на прощание профессор Трейди, и они с деканом ушли.

Время тянулось. Не было ни доставки, ни Тиши, ни кого-либо еще из одногруппников, а ведь назначенное время уже наступило. За окном уже была непроглядная темень, столовая давно закрыта.

Где же они все?

Наконец, послышались шаги. Я обрадовалась, надеясь, что это остальные.

– Вот сюда заносите. Бережнее, – в зал вошел Лин Акшер и показал грузчикам, куда поставить тяжелые ящики.

Расписавшись, он отпустил работников. Он и сам хотел было уйти, но тут заметил меня, замершую у окна.

– Алисия?! – удивленно произнес он. – Что ты здесь делаешь?

Я внезапно заволновалась, как это всегда бывало в присутствии магистра.

– Профессор Трейди попросила помочь с украшением, – промямлила я.

Акшер огляделся, видимо, выискивая остальных.

– Она упоминала, что будет много студентов, – магистр выглядел удивленным.

Было ужасно стыдно и обидно признаваться, что меня бросили.

Против воли я шмыгнула носом, что не укрылось от Акшера. Он подошел ближе и участливо заглянул мне в глаза.

– Что-то случилось? – спросил он мягко.

И от того, что даже вот этот человек, который меня терпеть не может, проявил сочувствие, а те, с кем я училась, сидела в столовой или давала списать конспект, бросили меня, стало так обидно. В носу предательски щипало, глаза горели.

– Они не пришли, – всхлипнула я.

Магистр неловко погладил меня по голове. Он говорил что-то успокаивающее, а я замерла, не веря в происходящее.

Я привыкла сама справляться со всеми проблемами. Немногие были на самом деле добры со мной. Разве что кухарка у нас дома или декан Фрина из старой академии.

Прикосновения Лина были приятными, но совершенно неуместными. К тому же я понимала, что это всего лишь жалость и обычная реакция мужчины на женские слезы.

Я мечтала о той легкости и непринужденности, с какой Акшер болтал на мосту с Ингрид. А жалкой мне быть не хотелось.

Глава 6

Пить кофе расхотелось, и я направилась к себе в комнату. По дороге к общежитию я встретила профессора Трейди.

Женщина куда-то спешила, но, увидев меня, остановилась и знаком приказала подойти. Я повиновалась.

– Алисия, я хотела с тобой поговорить, но не нашла в комнате, – сказала она строго.

– Простите, профессор, я ходила прогуляться, – ответила я.

Женщина задумчиво смотрела на стаканчик в моих руках. Внезапно мне стало неловко, что я хожу развлекаться, тогда как на факультете такое происшествие.

– Твоя сестра в лечебнице, – начала профессор, – возможно, ты захочешь ее посетить. Ваша матушка…

Я посмотрела на Милессу Трейди с недоумением. Мне в жизни бы не пришло в голову навещать сестрицу, так же как и ей — меня. Ну разве что на похоронах моих она бы станцевала. А уж мачеха меня могла бы привлечь разве что к мытью полов в палате любимой дочери.

Но для окружающих, наверное, это казалось странным.

– Если бы Тиша хотела меня видеть, то вчера наверняка бы заметила, что меня нет на ее вечеринке, – уклончиво ответила я, – к сожалению, кроме общей фамилии, нас едва ли что-то связывает.

Женщина поджала губы.

– И Тиша не делилась с тобой секретами о своих поклонниках? – осторожно уточнила профессор Трейди.

Я задумалась. Тиша никогда не упускала возможности продемонстрировать мне свое превосходство. И если бы у нее действительно появился богатый поклонник, то она не преминула бы ткнуть меня этим фактом.

– Зная характер сестры, я уверена, что там ничего серьезного. А, возможно, поклонник и вовсе был выдуман, – ответила я, – если бы у нее действительно был на примете кто-то перспективный, об этом бы знала вся академия. И уж на вечеринке, где собрался весь курс, она бы обязательно козырнула близким знакомством с кем-то важным.

Милесса Трейди кивнула. Возможно, я подтвердила какие-то ее догадки.

– Профессор, а могу я поинтересоваться, что за артефакт пропал, и как так получилось, что такой важный предмет оказался среди коробок, которые предназначались студентам? – спросила я. – Почему его не доставили декану лично в руки или не передали ректору на хранение? Могло ли так оказаться, что он пропал еще до того, как попал в стены академии?

Судя по тому, как по мере моих слов профессор Трейди все плотнее сжимала губы, такие мысли наверняка ее посещали.

– Какое-то время назад артефакт безграничной левитации принадлежал лерду Бринсу, вашему деду. Поэтому вашему с Тишей участию в этом деле придается особое значение.

Я вспыхнула от возмущения. Щеки горели, а сердце испуганно трепетало в груди.

– Я не видела деда в сознательном возрасте, профессор Трейди, – отчеканила я, – после того, как мой отец бросил мать и женился на другой, они с дедом разругались, и тот лишил сына львиной доли состояния. Моя мать не пережила позора и скоропостижно скончалась. А меня привели в дом к отцу как раз в тот день, когда родилась Тиша.

Милесса Трейди смутилась. Кажется, она не знала таких подробностей из жизни нашей семьи.

– Так что будьте уверены, как бы мы с Тишей ни относились друг к другу, но мы не общались с дедом, не бывали в его доме и уже тем более не имели понятия о его имуществе, – я говорила с ледяным спокойствием, а внутри все клокотало. Детские обиды, которые я так успешно прятала в глубине души, вновь были извлечены на свет.

На следующий день занятия проходили в сокращенном составе и по урезанному графику.

Профессор Трейди отменила свои уроки на ближайшие три дня, а самого декана Халди в академии и вовсе не было.

Новой теории нам не объясняли, зато было много практики, чтобы хоть как-то занять нашу маленькую группу.

Кроме меня и Малаара Трея в себя пришли еще двое парней, которых на вечеринке больше интересовала халявная выпивка, а не морепродукты, да тихоня Рита, которая держалась ото всех особняком, была вежливой, но в друзья ни к кому не набивалась.

Впятером мы сначала посетили урок по ботанике, где учились определять состав почвы на вкус, а потом направились на практику к магистру Акшеру, которая сегодня была назначена на улице недалеко от моста.

Это была наша первая встреча с Лином после той ночи, если не считать случайных столкновений в коридоре, когда мы даже поздороваться не успевали.

– Добрый день, – приветствовал нас магистр, – подходите поближе, раз сегодня вас так мало, проведем занятие в более близком контакте.

От его слов у меня загорелись кончики ушей. Конечно же, Лин Акшер не имел в виду ничего такого, но я постоянно искала в его словах скрытые смыслы и подтексты. И непременно их там находила.

– Сегодня я не буду давать вам новой темы, но хочу показать кое-что интересное, – таинственным голосом начал магистр.

Я же смотрела на него и размышляла, мог ли он подослать отраву студентам и украсть артефакт, а потом совершенно спокойно вести занятия и шутить с теми, кто едва не умер по его вине?

Либо он невиновен в исчезновении артефакта, либо Акшер был бездушным циником. Но как тогда объяснить его странный вид на следующий день после инцидента?

– Алисия, ты витаешь в облаках, – заметил магистр укоризненно.

Я вздрогнула. Обычно на общих занятиях он обращался к студентам по фамилии, а по имени он меня называл только наедине. И было в этом обращении что-то личное, что мне не хотелось бы демонстрировать окружающим.

Я постаралась отбросить неуместные мысли и сосредоточиться на занятии.

– Сегодня мы будем учиться смотреть на ветер, – загадочным тоном произнес Акшер. – Обычно это преподают в рамках расширенного курса по управлению воздушной стихией и изучают на более старших курсах.

Малаар оживился и вытянулся в струну. Сразу видно — отличник. Остальные тоже были заинтересованы, в том числе и тем, что можно прогуляться во время урока.

– Чтобы управлять потоком воздуха, надо понимать, откуда вы движетесь и куда хотите попасть. А для этого вам нужно научится видеть воздух, – воодушевленно начал магистр.

Глава 7

На следующий день я первым делом сдала злосчастный учебник в библиотеку. К счастью, подмены не обнаружили, и я в прекрасном настроении направилась на завтрак.

На этом хорошие новости закончились.

Секретарь выдернула меня прямо из кабинета по теории магии.

– Декан Халди хочет видеть тебя, – Инди, как всегда, торопилась, будто хотела успеть сразу в несколько мест.

Я закинула вещи в сумку и поспешила следом. Если бы я знала, что мне не придется сегодня посещать этот урок, то и не стала бы вчера учебник выпрашивать. Но тогда бы и не узнала, что у Лина Акшера с Тишей точно ничего нет. И пусть мне такой мужчина даже в мечтах не светит, но отчего-то очень не хотелось, чтобы он достался сестре.

В кабинете декана было пусто, если не считать его странной птицы. Та с очень умным видом ковыряла раму картины, на который было изображено равновесие всех четырех стихий. На полотне не очень умелый художник изобразил невесомую богиню, что парила над землей. В одной руке она держала огненное солнце, а в другой зажала тучу, из которой лилась вода.

Одну стену целиком занимал стеллаж со всевозможными артефактами, они тянулись от пола до самого потолка, и достать те, что расположились наверху, без лестницы было бы невозможно.

За разглядыванием необычных приборов я не заметила, как дверь открылась, и вошел Вирон Халди.

– Доброе утро, Алисия, – приветствовал меня декан, – благодарю, что согласилась прийти.

Я обернулась и пробормотала слова приветствия. Уточнять, что выбора у меня не было, я не стала.

– В последние дни произошло столько событий, что я совершенно позабыл, что у меня на факультете новая ученица, которой, возможно, нужна моя поддержка, – декан улыбнулся.

Его внимание казалось довольно странным и немного неуместным. В старой академии я была постоянно в контакте с деканом Фриной. Она вела у нас уроки и помогала с организационными и бытовыми вопросами.

В академии Аркоириса же было слишком много учеников, чтобы декан, не ведущий занятий, успевал хотя бы по имени всех запомнить. Поэтому проявленное внимание было довольно неожиданным.

– Благодарю вас, декан Халди, – скромно улыбнулась я. – У меня все хорошо, я отлично устроилась, вливаюсь в коллектив и осваиваю учебную программу. Поначалу было немного сложно, но, мне кажется, я справляюсь.

Декан прошел к столу, занял свое место и предложил мне присесть в кресло напротив. Я осторожно устроилась на краешке огромного сидения и подсунула пальцы под бедра. Устроиться с комфортом мне мешало какое-то ощущение неправильности происходящего, ведь я впервые осталась с ректором наедине.

– Алисия, а что ты скажешь про магистра Акшера? – спросил декан. – Он преподает в академии первый год, и мне было бы интересно узнать о нем мнение человека, который успел поучиться в нескольких заведениях и может сравнить.

Я пожала плечами.

– Простите, декан Халди, не думаю, что у меня есть достаточный опыт и компетенции, чтобы давать оценку работе магистра Акшера, – ответила я, немного теряясь, – процесс обучения в нашей группе проходит интересно, у нас много практики.

– А что можешь сказать по поводу ваших индивидуальных занятий? – декан внимательно сощурился.

Мои щеки и кончики ушей невольно вспыхнули. Мне показалось, что все вокруг уже в курсе, что мы не всегда ведем себя, как учитель и ученица, а иногда позволяем более неформальное общение.

– На наших уроках магистр помогает раскрыть мои способности с необычной стороны. Он наглядно продемонстрировал особенности и преимущества моего таланта не только во время занятий, но и показал, как это можно применить практически.

– Это очень интересно, – декан задумчиво покручивал ус, размышляя о моих словах. – Можешь рассказать, как именно?

Я поведала историю о невидимом поле и о том, как мы с Лином Акшером украшали зал. Декан оживился, когда я рассказывала о том, как по приказу магистра залезла на лестницу, а вся гирлянда поднялась следом.

– Редкая теория, обычно в нашей академии ее изучают на старших курсах, да и то факультативно, – задумчиво сказал Вирон Халди. – Похвально, что магистр разглядел эту твою особенность и решил развивать именно ее. Он значительно продвинулся в изучении вопросов левитации. Думаю, он не зря решил сменить титул лорда на науку. Главное, чтобы стремление к новым знаниям и обладанию силой не толкнуло молодого амбициозного юношу на преступления.

У меня внутри все похолодело.

Оказывается, декан подозревал Лина в пропаже артефакта и вызвал меня именно для того, чтобы под благовидным предлогом провести допрос.

– Поверьте, декан Халди, – с жаром выпалила я, – магистр — очень самоотверженный учитель и очень честный человек!

Вирон Халди вскинул брови от удивления.

– Да я и не думал обвинять магистра в чем-то, чтобы ему требовалась такая ярая защитница. Но я буду иметь в виду ваше мнение, – сказал он задумчиво.

А я поняла, что я так активно оправдывала Лина, что дала декану повод усомниться и в его, и в моей честности.

Дверь позади меня отворилась.

– Декан Халди, к вам прибыл лорд Акшер! – услышала я взволнованный голос секретарши.

Мужчина нахмурился и покрутил ус.

– Хорошо, Инди, пусть войдет. И пригласи ко мне Лина…магистра…

– Я поняла, – поспешно ответила секретарша.

Декан посмотрел на меня, но я уже и сама догадалась, что мое нахождение в кабинете неуместно. К тому же Вирон Халди уже выведал у меня все, что его могло интересовать.

Я сползла с кресла и вдоль стеночки шмыгнула к выходу. Вот только уйти я не успела.

В кабинет ворвался ураган. Высокий мужчина с породистым профилем и светлыми, как у Лина волосами, забранными в гладкий низкий хвост. Одет он был в костюм, идеально подогнанный по безупречной фигуре, а на ногах красовались высокие сапоги из тонкой кожи. В руках изящная трость, а на плечи небрежно накинут плащ.

Весь его вид не просто говорил, он кричал о том, что этот мужчина неприлично богат. Одна пуговица на лацкане пиджака стоила, как все мое месячное содержание.