Ломая лед

Глава 1

Январь 2024. Москва

Ника

«И что я здесь забыла?» — в очередной раз подумала я, подходя к ледовому комплексу «Иней». Но, к сожалению, выбор у бывшей звезды фигурного катания небольшой: если хочешь на что-то жить, приходится бегать и по кастингам в рекламы и клипы. Если бы кто-то сказал мне два года назад, что жизнь так жестоко пошутит со мной, выкинув из ледового мира, я бы подумала, что он сумасшедший.

После того как в разгар Олимпиады я узнала об отстранении из-за неизвестно откуда взявшегося допинга, я поняла, что моя жизнь больше не будет прежней. То, что происходило дальше, стало настоящим кошмаром, разделившим мою жизнь на «до Олимпиады» и «после»: холодность мамы, которую я разочаровала своим провалом, сомнения и страхи о будущем моей карьеры, окончание школы и в конце концов приговор — двухлетнее отстранение без возможности тренироваться и кататься в шоу. А после всего — исключение из сборной и разрыв связей со всеми, кто хоть как-то со мной общался.

Теперь вся моя жизнь строится вокруг поисков работы, чтобы хоть как-то обеспечить себя, и размышлений о том, что же делать дальше. Если поначалу меня звали на интервью, ютуб- и стендап-шоу в качестве приглашенного гостя, то где-то через полгода все стало сходить на нет, а теперь Алина, мой менеджер, может месяцами искать хоть какую-то возможность, чтобы обо мне вспомнила общественность. Надо отдать ей должное — Алина стала одним из немногих людей, которые не бросили меня, когда карьера начала лететь в тартарары, и даже приютила меня в своей квартире, когда у меня закончились деньги на съем.

Кастинг в клип восходящего таланта поп-сцены Алекса Воронова она нашла совершенно случайно и не одну неделю убеждала меня хотя бы попробовать пройти отбор. Сошлось всё: частный каток, участие в клипе популярного исполнителя — шанс напомнить о себе — и приличная сумма в мой бюджет (если, конечно, я выиграю). Вот только Алина не учла того, что у меня нет желания еще когда-нибудь выходить на лед.

— Почему ты не хочешь попытаться? — участливо спросила она меня в один из вечеров за чаем на кухне.

— Я два года безо льда и тренировок. Ты думаешь, что я выйду на каток и смогу показать хоть что-то? Да я просто опозорюсь, — горько усмехнулась я.

— А если нет? В конце концов, всего пять минут позора. А если выгорит, ты хотя бы заработаешь, — продолжала настаивать она.

В итоге я решилась попробовать только из уважения к Алине и ее труду, но, стоя в холле катка, начинала сомневаться, что это была хорошая идея.

Из мыслей меня вырвал голос менеджера.

— Девушка, вы на кастинг? — доброжелательно улыбнулась женщина.

— Да, меня зовут… — я приготовилась к тому, что при озвучивании своего имени снова получу взгляд, полный жалости.

— У нас совершенно нет времени, проходите и поторопитесь, — спасительно перебила меня она, указывая на коридор за ее спиной. — Пройдете до конца коридора и выйдете на арену, раздевалка будет справа. Мы вызовем вас, когда подойдет очередь.

Я с облегчением кивнула и направилась в сторону выхода к катку, но нерешительно остановилась возле двери. Открыв ее, я попаду в мир, который жестоко отверг меня. Хватит ли сил снова вспоминать то, что произошло?

— Ты так и будешь здесь стоять? — раздраженно спросила девушка, спешившая следом за мной.

Обернувшись, я поняла, что это Полина Трефова — новая звезда группы, где я тренировалась раньше.

Молча я отошла в сторону, пропуская ее вперед. Да, с такими конкурентками мне точно ничего не светит.

Я постаралась как можно быстрее пройти путь до раздевалки, но всё-таки не удержалась и бросила взгляд на девушку, исполняющую финальное вращение программы. Ею оказалась Катя Березина — одиночница, взявшая в прошлом сезоне серебро чемпионата мира. В этом сезоне она решила поставить карьеру на паузу и ушла кататься в шоу. Что ж, если медийная популярность растёт, а в спину дышат молодые таланты — это вполне оправданное решение.

Настроение стремительно ползло к нулевой отметки из-за размышлений о тех, кого я успела встретить за несколько минут. Каждая из девушек в раздевалке была на порядок в лучшей форме, чем я. Каждая из них делала вид, что никогда не знала меня и не пересекалась на соревнованиях. Даже Юлия Яковлева —которой пророчили поездку на ту Олимпиаду, где участвовала я.

Лучше бы ее не случалось никогда. Пытаясь снять тревожность, я в третий раз перевязала старые коньки, стараясь посильнее зафиксировать ноги. Соревновательный опыт уходит очень быстро, и сейчас я нервничала так, будто была не на дурацком кастинге, а на этапе Гран-при.

— Ника Властовская, — назвала моё имя женщина из холла, заглянувшая в раздевалку.

Выдохнув, я пошла за ней. Сердце билось где-то в горле, руки дрожали, и снять чехлы с коньков удалось только с третьей попытки.

Звук режущих лёд лезвий, ощущение скорости и свободы... Давно забытые ощущения, по которым я, оказывается, соскучилась. Я выехала в центр катка и посмотрела в сторону борта, где молодой стильно подстриженный брюнет в черном свитере что-то оживлённо обсуждал с мужчиной средних лет в строгом деловом костюме. Молодая женщина, сидевшая рядом с ними, быстро печатала что-то в своём телефоне.

Алекс Воронов. Певец, который за два года успел сделать головокружительную карьеру и теперь занимает лидирующие строчки во всех российских музыкальных чартах. Его последний хит «Пустыня во мне» гремел на всю страну и не обошёл стороной даже меня. Порой я слушала этот трек и думала о том, что слова этой песни очень перекликаются с моей нынешней жизнью. А мужчина и женщина — очевидно, члены его команды.

— Привет! Я Ника Властовская — чемпионка мира среди юниоров, победительница двух этапов Гран-при, — начала я.

«А ещё я чемпионка России без титула, олимпийская чемпионка в команде без медали и несостоявшаяся чемпионка в личном зачёте. Короче, полная неудачница», — мысленно продолжала то, что причиняло боль и заставляло чувствовать растерянность.

От автора

Здравствуй, дорогой читатель!

Рада приветствовать тебя на страницах моей книги «Ломая лёд». Это моя первая история, выросшая из большой любви к фигурному катанию и жанру спортивного романа. За год работы над сюжетом я несколько раз отступалась от написания книги, сомневалась, возвращалась, узнавала о себе что-то новое, разочаровывалась и радовалась.

Перед тобой — история о падениях и взлётах, о льде, который обжигает и бывает жесток, и о спасительной силе музыки. А ещё это книга о том, как два человека — фигуристка, закованная в броню амбиций, и композитор, потерявший свой творческий голос в чужих понятиях об успехе, — нашли друг друга вопреки всему.

Здесь не будет лёгких побед. Ника Властовская и Алекс Воронов — живые, колючие, совершающие ошибки и платящие за них двойную цену. Они ссорятся, предают самих себя, бегут от боли — но именно это делает их настоящими.

Когда я пыталась понять, для кого же написала эту историю, то осознала, что она откликнется тем, кто знает, как порой страшно доверять (и всё равно рискует довериться, несмотря на страх). А ещё эта книга для тех, кто шёл к своей цели, порой забывая, ради чего всё это делал, и для тех, кто верит, что даже сломленные люди заслуживают второй шанс.

Если ты когда-нибудь стоял на грани — между «должен» и «хочу», между успехом и счастьем, — эта история про тебя.

Приятного чтения!

Твой проводник в мир фигурного катания, Майя

Плейлист:

Louis Tomlinson — Lucky Again

Imagine Dragons — Believer

Ashe — Save Myself

Niall Horan — Still

Harry Styles — Falling

Finneas — Shelter

Ashe — I’m fine

One direction — I Want to Write You a Song

James Bay — Scars

Niall Horan — Mirrors

Louis Tomlinson — Angels Fly

Escala — Requiem For A Tower

James Bay — Give Me A Reason

Ashe feat. Finneas — Till Forever Falls Apart

Harry Styles — Fine Line

Глава 2

Алекс

— Привет! Я Ника Властовская, — неуверенно представилась девушка. Та самая девушка, которая сделала меня поклонником фигурного катания. Та самая девушка, чей спортивный путь мотивировал меня не сдаваться, как бы сложно ни было. Та самая девушка, чья спортивная драма вдохновила меня на сингл «Пустыня во мне».

Увидеть её здесь — большая неожиданность. В последние полтора года о ней не пишут в спортивных новостях, в развлекательных шоу она тоже не появляется, а узнать что-то о её закрытой жизни можно лишь по редким фотографиям в соцсетях. Всё время её отстранения меня не отпускал вопрос: что же случилось тогда на самом деле?

— Здравствуй, Ника, и удачи, — пожелал я ей.

С последнего её появления на льду она сильно выросла и похорошела. Даже не растеряла былых навыков и с легкостью прокатала начало старого показательного номера. Единственной разительной переменой в ней был взгляд. Если на соревнованиях и фото часто можно было увидеть решительный, сосредоточенный взгляд, то сейчас её глаза были потухшими и растерянными.

К середине программа стала разваливаться: череда падений на дорожках, сорванное вращение и поникшая к финалу Ника... Смотреть на это было больно, но спортсмены ненавидят жалость. Я продолжал вспоминать её яркие программы, фирменные вращения, ту радость от катания, что мелькнула в её глазах в первые секунды на льду, и понял: если не рискну сейчас, буду жалеть всю жизнь. В голове начал созревать план — как дать Нике шанс вновь поверить в себя, раз уж судьба так удачно свела нас на этом кастинге.

— Спасибо! Никуда не уходите, мы объявим победительницу после того, как просмотрим остальных, — сказала мой менеджер Татьяна.

Ника даже не посмотрела в её сторону, быстро скользя в сторону выхода со льда. Практически бегом она прошла в раздевалку, а меня из размышлений вырвал продюсер.

— Чего загляделся? Понравилась, что ли? — попытался подколоть Олег Сергеевич.

— Понравилась, не понравилась — а нам она не подходит, — холодно заметила Татьяна.

Я лишь отмахнулся и стал наблюдать за программой последней участницы — новоиспечённой чемпионки России Полины Трефовой. Сложнейшие прыжки, эффектные вращения — в общем, умение работать в группе у Натальи Игнатьевой не отнять. Именно с ней начались победы Ники Властовской, но как же легко и быстро на смену ей пришли новые чемпионки.

— Спасибо! — улыбнулась Татьяна после окончания программы Полины.

— Ну что ж, давайте решать и закругляться, чтобы нам не выписали счет за ещё один час аренды катка, — сказал Олег Сергеевич, посмотрев на часы.

— Давайте остановимся на последней девочке. Самое то для эффектных вставок в клип, — предложила Татьяна.

— А мне понравилась Березина, — продолжил Олег Сергеевич. — Алекс, что ты думаешь?

— Ника Властовская, — откидываясь на спинку стула, я приготовился к долгим спорам.

— Алекс, ты в своём уме! — возмутилась Татьяна. — Мы все видели, как она катается.

— Я согласен с Татьяной. Да и кто она вообще такая? Остальные девушки хотя бы действующие фигуристки, и от их участия эффекта будет больше, — как всегда думая только о выгоде, поддержал Олег Сергеевич.

— Считайте это моим капризом, но либо с ней, либо не снимаем вообще, — поставил я вопрос ребром.

— Значит, всё-таки понравилась? А ты понимаешь, какие расходы нас ждут, прежде чем она сможет сносно кататься в клипе? — Олег Сергеевич гнул своё.

— Беру расходы на себя, если вы согласитесь и перестанете отговаривать.

— Что ж, делай как знаешь, если не хочешь слушать нас, — махнул рукой Олег Сергеевич. — Объявите победительницу без меня? Уже опаздываю.

— Езжайте, дальше мы сами, — сверяясь с расписанием, ответила Татьяна.

Мы встали со своих мест и направились к раздевалке, где на скамейке уже ожидали девушки. Ники среди них не оказалось.

— Девушки, большое спасибо вам за участие. Как фанату вашего вида спорта мне было приятно увидеть столько зрелищных номеров и познакомиться с такими талантами, как вы. Конечно, вам не терпится узнать, кто же снимется со мной в клипе на песню «Осколки льда», так что не буду томить вас. Это Ника Властовская, — объявил я. — Кстати, где она?

Послышались возмущённые возгласы, кто-то из девушек сразу же начал собирать вещи.

— Ника? Я видела, как она убежала на улицу минут пять назад, — сказала Катя Березина, застёгивая сумку.

Я выскочил в холл ледового комплекса и увидел её, сидящую на ступеньках у выхода. Распахнув дверь, я вышел на улицу и подошёл к Нике. По дрожащим плечам было понятно, что она плачет. Стараясь не напугать её, я осторожно коснулся её плеча.

— Ника, у тебя что-то случилось?

Глава 3

Ника

Выйдя на морозный воздух, я дала волю чувствам и, присев на ступеньки, расплакалась. Ни при каких обстоятельствах я не позволяла себе слабину, но сегодняшний день разбередил старые раны и заставил посмотреть в лицо тому, что продолжало причинять боль, напоминая о том, что моя карьера закончена без малейших шансов на продолжение.

— Ника, — кто-то осторожно дотронулся до моего плеча, заставляя обернуться. — У тебя что-то случилось?

Человеком, вырвавшим меня из жалости к себе, оказался Алекс Воронов.

— Нет, всё в порядке, — стараясь подавить рвущиеся рыдания, соврала я.

— Обычно, когда у людей всё в порядке, они не плачут, — подметил он.

— Я не хочу об этом говорить, — резко оборвала я его. — Почему ты здесь, а не на просмотре остальных?

— Мы уже закончили. Встречный вопрос: почему ты ушла, а не осталась узнать результаты? — Алекс присел рядом, не обращая внимания на спешащих внутрь родителей с детьми.

— Зачем? Я всё прекрасно понимаю и не питаю ложных надежд, — вытирая замерзающими руками щёки, сказала я, наблюдая, как в машине на парковке мама уговаривает надувшуюся девочку пойти на тренировку. Обещания кошечек и собак, новой игрушки или гаджета... Если бы только эти родители знали, что всё это работает лишь до определённого момента. Если бы они понимали, что не нужно насиловать своих детей.

— Мы выбрали тебя.

— Тебе захотелось пошутить? Если так, то поищи кого-нибудь другого, — рывком встала я, перекинула сумку через плечо и зашагала в сторону ближайшей станции метро.

— Ника, — он в пару шагов нагнал меня. — Я серьёзно. Прости, если вышло так неудачно, но ты сама так быстро убежала, что получилось не очень-то официально.

Я остановилась и резко развернулась к нему. Со стороны мы выглядели нелепо: он — молодой высокий парень с внешностью модели, и я — невысокая зареванная девушка в черной толстовке, джинсах и накинутой наспех незастёгнутой куртке.

— Ты же видел, как я катаюсь. Лучше выбрать кого-то другого, я только всё испорчу, — глядя на него через новую пелену слёз, честно сказала я.

Подул сильный ветер, который заставил трястись не только от рыданий, но и от холода.

— Слушай, ты расстроена, а я уже порядком замёрз. Давай поговорим в машине?

Сил спорить не оставалось, но я не собиралась соглашаться на предложение, сделанное из жалости.

— Ладно.

— Подождёшь меня здесь, пока я схожу за вещами? — Алекс внимательно посмотрел на меня.

— Да, — тихо отозвалась я.

— Только, пожалуйста, не убегай на этот раз, — бросил он, прежде чем зайти в здание.

Как только фигура певца скрылась в дверях ледового комплекса, мой телефон ожил от входящего звонка. Звонила Алина.

— Да?

— Ну, как всё прошло? — осторожно поинтересовалась она.

— Первая половина программы шла нормально, а дальше подвели коньки.

— Понятно. Когда ждать тебя домой?

В этот момент ко мне подошёл Алекс.

— Одну секунду, это менеджер, — сказала я ему.

— Ника? Где ты пропала?

Как же теперь объяснить ей то, что я сама ещё не понимала? Что сказать?

— Дай на секунду, — попросил Алекс, видя моё замешательство.

— Её зовут Алина, — сообщила я, передавая ему трубку.

— Алина? Здравствуйте, это Алекс Воронов. У меня есть предложение для Ники. Вы можете подъехать в кафе «Флип и латте»? Отлично, я буду ждать вас там вместе с Никой.

Глава 4

Ника

До тематического кафе мы ехали в полном молчании. Алекс следил за дорогой, а я пыталась продумать варианты отказа от его широкого жеста. Мне не нужны подачки из жалости. А ещё стало дико стыдно за то, что он увидел меня в момент слабости. Ненавижу, когда кто-то видит, как я плачу. За один день я собрала все возможные неприятные ситуации, и виной всему — кастинг в клип.

В попытке отвлечься я достала телефон и зашла в TikTok, где часто смотрела забавные видео с животными или уроки рисования. Но, кажется, сегодня даже алгоритмы соцсети решили надо мной посмеяться, подсунув первым видео нарезку кадров моего последнего выхода на лёд под драматичную музыку. В бешенстве я смахнула видео, но следом попался ролик с Алексом на концерте, а звук телефона, как назло, был выкручен на полную.

— А я не знал, что ты моя фанатка, — прокомментировал он, сворачивая к кафе.

— А не слишком ли ты высокого о себе мнения, мистер суперзвезда? — я решила осадить его, чтобы он поскорее понял, что я неподходящая кандидатка на роль в его клипе. Чем скорее он это осознает, тем лучше.

Алекс молча вышел из машины и собирался открыть мне дверь, но я опередила его.

— Я прекрасно справлюсь сама, — выскочив наружу, сказала я. Если уж показывать себя холодной стервой, так до конца.

— На вас всех так холод на льду влияет? — спросил Алекс недоумённо, идя рядом со мной.

— За других не скажу, но у тебя всё ещё большой выбор. Можешь узнать у какой-нибудь другой девушки, как на её характер влияет холод, — парировала я, толкая дверь кафе.

Алину я заметила не сразу. Она выбрала дальний столик у окна и в нетерпении постукивала пальцами по столу. Увидев нас, она расплылась в улыбке и замахала рукой.

— Привет! — бросила я, садясь рядом с ней.

— По твоему звонку я поняла, что всё прошло не так хорошо, как хотелось бы. Как ты объяснишь это? — кивнула она в сторону приближающегося Алекса, который пропустил выходящую толпу посетителей в дверях.

— Лучше спроси у него. Я не знаю, что творится в головах звёзд, — пробормотала я. — Всё прошло просто ужасно, я была хуже всех и уже уходила, когда он выбежал за мной и сказал, что выбрал меня. Думаю, это всё из жалости.

— Из жалости что? — присаживаясь напротив, спросил он.

Я только открыла рот, чтобы в очередной раз нагрубить, как Алина пнула меня ногой под столом.

— Из жалости приютили котёнка дома, — улыбнулась она Алексу. — Приятно познакомиться.

— И мне, Алина. — Он отвлёкся на официантку, делая заказ, и продолжил: — У меня не так много времени, поэтому давайте сразу к делу. Я хочу, чтобы Ника участвовала в моём новом клипе на песню «Осколки льда». Предвосхищая ваши вопросы: мы с командой знакомы с её ситуацией и готовы арендовать лёд для тренировок на неделю. Ника, ты справишься за это время? — Внимательный взгляд его синих глаз обратился ко мне.

— Я не уверена, что это хорошая идея, — начала я.

— Она справится, — твёрдо отрезала Алина. — Нас больше интересует финансовая сторона вопроса, — без обиняков перешла она к главному.

— У вас есть ручка? — в этот момент принесли его кофе.

Алина порылась в сумке и достала ручку. Алекс быстро написал на салфетке цифры и передал её нам. Сумма была более чем внушительной.

— Алекс, давай начистоту: зачем всё это? — я решила пойти ва-банк.

— Ты пришла на кастинг и прошла отбор. Странно задавать такой вопрос, — он снова ушёл от ответа, а я удостоилась ещё одного пинка по ноге от Алины.

— Не обращайте внимания, у неё выдалась сложная неделя, а достаётся всем. Мы согласны, приступать сможем прямо завтра? — Алина разрушила все пути к отступлению.

— Пока неясно, давайте обменяемся номерами, и мой менеджер позвонит, когда договорится о катке, — сказал Алекс и разблокировал телефон.

Алина продиктовала наши номера, я допила остывший капучино, заказанный ею до нашего прихода, под непрекращающееся обсуждение деталей, и мы стали собираться домой.

— Может, вас подвезти? — спросил Алекс, когда мы выходили из кафе.

— Кажется, у тебя было мало времени, — я многозначительно посмотрела на него.

— Было бы чудесно, до дома нам добираться больше полутора часов, — одновременно со мной сказала Алина.

Конечно, моё мнение никто не учёл, и через несколько минут мы уже садились в машину Алекса. Чтобы избежать лишних вопросов, я заткнула уши наушниками, включила плейлист погромче и демонстративно уставилась в окно. Если ему нечего делать и таким образом он пытается подкатить — ничего не выйдет. Пусть везёт нас домой, но я не растаю от этого поступка. Не на что надеяться.

Минут через двадцать на меня навалилась усталость, и я стала клевать носом. Неудивительно — больше двух лет без тренировок дали о себе знать, и организм решил отключиться. Улицы слились в туманное марево, и я заснула.

Глава 5

Алекс

— Алекс, простите её. Ника ненавидит, когда я распространяюсь о её трудностях, но последнее время ей тяжело. Сессия, бесконечные поиски работы... — Алина попыталась выгородить свою подопечную, пока та спала.

— Не нужно, я уже всё понял. За пару часов общения увидел, как яростно она готова отшивать любого, кто хотя бы на секунду допустит мысль её пожалеть, — ответил я, бросая взгляд на свернувшуюся на соседнем сиденье девушку.

— В этом вся Ника, — задумчиво подтвердила Алина. — Раньше она была совсем другой: улыбчивой, дружелюбной, обожала фигурное катание так, как мало кто его любит. Её со льда было не утащить — все расходились, а она могла ещё час кататься. Но эта история с допингом перечеркнула всё. Теперь на лёд её не заманишь ничем.

— Как же вам тогда удалось уговорить её прийти на кастинг? — мне становилось всё интереснее.

— Она мне не чужая. Вижу, как страдает безо льда, хоть и не признаёт этого. Да и вы понимаете — ей нужно на что-то жить, думать о будущем, — Алина вздохнула. — Алекс, а вы, как я вижу, в курсе всех новостей фигурного катания? Откуда такая любовь к этому спорту?

— Всё просто. Именно её история заставила меня заинтересоваться фигурным катанием. С тех пор в свободное время слежу за соревнованиями, иногда хожу на шоу, — пояснил я, поворачивая направо. — Её отстранение заканчивается скоро, но, судя по всему, возвращаться в спорт она не хочет?

— Сложный вопрос. Порой я совсем её не понимаю и серьёзно беспокоюсь — у неё нет никаких планов на будущее, — разоткровенничалась Алина.

— Алина, извините за личный вопрос, но почему именно вы занимаетесь делами Ники? Обычно о будущем думают родители.

— У неё есть только мама. После Олимпиады она вышла замуж и уехала в Сосногорск. Лучше не будем об этом — чужая семья потемки. Ника сама вам расскажет, если сочтёт нужным.

Остаток пути мы ехали молча. Да, всё оказалось ещё хуже, чем казалось. Я заехал в район и спросил:

— Где ваш дом?

— Вот здесь направо. Спасибо, что довезли.

— Алина, вы уверены, что участие в клипе не сделает Нике ещё хуже? — теперь я уже сомневался в правильности этой затеи.

— Ей пора посмотреть своим страхам в глаза. Возможно, эти съёмки помогут ей что-то изменить в себе, — уверенно сказала она, когда я заглушил двигатель. — Не волнуйтесь, она не из тех, кто подведёт. Раз договорились — значит, сделает.

— В этом я уверен, — потряс Нику за плечо. — Просыпайся.

Глава 6

Ника

Проснулась я от того, что кто-то осторожно тряс меня за плечо.

Кастинг, лёд, сорванная программа, слёзы, разговор с Алексом Вороновым... Так это всё не сон! Боже, как я опозорилась! — от переизбытка стыда я подпрыгнула и ударилась головой о потолок машины.

— Осторожнее, — мягко сказал он. — Сильно ударилась?

— Нет, — односложно ответила я, быстро открывая дверь и выходя наружу. Алина тут же бросила на меня предупреждающий взгляд. — Спасибо, Алекс! — едко добавила я, обернувшись к нему.

На прощание он махнул нам рукой, и через пару секунд его машина скрылась за поворотом.

— Ника, я понимаю, что тебе тяжело. Я закрываю глаза на то, что ты срываешься на мне, как могу поддерживаю тебя, но то, как ты сегодня хамила Алексу, уже ни в какие рамки не лезет! — начала она отчитывать меня, едва мы остались одни.

— Я пошла на этот кастинг только из уважения к тебе. Алина, я же говорила, что не хочу больше видеть лёд, а теперь мне придётся переступать через себя, чтобы не подвести людей! — в очередной раз я сорвалась на неё, понимая, что потом пожалею об этом, но не в силах остановиться.

— Вот и хорошо. Пора немного подумать о других, а не только о себе, — сказала она, доставая ключи от квартиры. — Наверное, я была не права, когда позволяла тебе делать всё, что захочется.

Я фыркнула, заходя в квартиру.

— Отлично! Я сделаю это. Только как мне кататься в коньках, которые разваливаются прямо на ноге? Ты об этом подумала? — денег на новые коньки не было ни у меня, ни у неё.

— Что-нибудь придумаем, — бросила она, направляясь на кухню. — Будешь ужинать?

И тут я задумалась. После того как тренировки исчезли из моей жизни, пропала и необходимость контролировать вес. Я набросилась на еду — стала есть всё, что хотелось, в неограниченных количествах и в любое время. Конечно, это не прошло даром: я стала бояться смотреть на себя в зеркало, а про взвешивание и говорить нечего — через месяц после отстранения я забросила весы в дальний угол шкафа. Алина ничего не говорила, но годы в группе, где ругали за любую прибавку в сто граммов, сделали меня тревожной. Только сейчас я поняла, что всё это время заедала проблемы, а не питалась правильно. Если так продолжится, ничего хорошего меня не ждёт.

— У нас есть что-нибудь диетическое? — спросила я, заходя в кухню.

— Решила взяться за правильное питание? — без шуток поинтересовалась Алина. — Есть курица.

— Я поняла, что в таком весе не смогу нормально кататься, — коротко ответила я.

— Только давай без фанатизма. Мы обе помним, чем всё закончилось в прошлый раз, — с тревогой в голосе сказала она. — К тому же это просто клип, где не нужна идеальная спортивная форма.

Я кивнула и окунулась в воспоминания.

Две недели до чемпионата России. Время, когда каждая фигуристка тренируется в три раза больше обычного, а ест в три раза меньше. В тот период у меня уже шёл активный рост, прыжки рассыпались на глазах, а весы показывали 49-50 кг при моей норме в 45. Не получалось ровным счётом ничего.

В группе Натальи Игнатьевой не принято было нянчиться, и мне ясно дали понять: если за неделю не похудею, меня заменят на Викторию Самойлову, только что оправившуюся от травмы. Наша группа не знала недостатка в талантливых фигуристках, и это обещание было вполне реальным.

Как можно отнять честно заработанную путёвку на чемпионат? Очень просто. Влияние Натальи росло с каждым выигранным стартом, поэтому ей ничего не стоило объявить меня травмированной и заставить молчать об истинных причинах отстранения.

Конечно, я не хотела такого исхода и начала активно худеть: сначала отказалась от завтрака, потом перестала обедать, старалась пить меньше воды. Задерживалась после тренировок, ещё час бегала на дорожке, обмотавшись плёнкой — так же, как делали старшие девушки.

Экстремальный метод дал результат: к следующему понедельнику весы показали заветные 45 кг. Но бесследно это не прошло. Я стала бояться поправиться, взвешивалась по три-пять раз в день. Чаще отказывалась от еды, а ночами плакала в подушку от голода.

Тот чемпионат России я выиграла и заработала путёвку на Олимпиаду. А после... После объявления результатов и награждения я упала в голодный обморок.

Но на этом страдания с весом не закончились. Я понимала, что нужно потерпеть - ведь на кону главный старт в жизни любого спортсмена, - но новогодние застолья соблазнили меня вкусно поесть, что сразу отразилось на весе. Я то срывалась на запрещённых продуктах, то, чувствуя вину, изводила себя диетами, голоданием и нагрузками.

На календаре было 20 января: до Олимпиады оставалось чуть больше двух недель, когда нашу сборную увезли тренироваться в Новогорск. Тренировка прошла ужасно: от недоедания кружилась голова, я сорвала все прыжки, даже третий перекат программы не получился.

— Просто невозможно! Ты так собираешься выигрывать главный старт? Не трать моё время, иди на соседний лёд, катайся с детьми, — холодно отрезала Игнатьева, когда я подъехала к ней.

Спорить было бесполезно. Я боялась тренера. Вздохнув, надела чехлы и пошла в соседний корпус.

«Не уйду, пока не откатаю короткую программу чисто», — пообещала я себе и задержалась до девяти вечера.

В очередной раз упав с четверного риттбергера, я ударила рукой по льду и поползла к выходу - уже открыли калитки для ледовой машины.

Ненавижу уходить, когда что-то не получается. Такие моменты случались редко, но каждый раз доводили до истерики. Что не так? Почему не могу сделать элементы, которые катаю ежедневно?

Кое-как развязав коньки, я посмотрела на стопы, растёртые до мозолей. Перед чемпионатом пришлось срочно раскатывать новую пару, и до сих пор кататься было больно, но ради Олимпиады можно было потерпеть. Собрав вещи, я отправилась в номер.

И там сорвалась: рыдала так, что, наверное, слышал весь этаж, но мне было всё равно. Знала - нужно потерпеть ещё немного, но позволила себе слабину. Не знаю, сколько плакала, но в какой-то момент меня обнаружила Алина, приехавшая улаживать вопросы с рекламой, в которой я должна была участвовать.

Глава 7

Алекс

До дома по пробкам я добирался больше двух часов, и все мои планы по записи гитарной партии в домашней студии пришлось перенести на завтра. Но я не жалел, так как узнал о Нике больше и смог лучше понять, почему она стала такой закрытой.

Ника, Ника, Ника… За один день ее в моей жизни стало так много, что заметил я это, когда залип на ее странице в TikTok, смотря видео, где пятнадцатилетняя она и трое парней-одиночников синхронно прыгают четверной тулуп. Эффектное видео набрало несколько миллионов просмотров, а комментарии продолжали прибавляться, несмотря на то, что опубликовано видео было больше четырех лет назад. Последнее видео с нарезкой кадров из программ олимпийского сезона было опубликовано в день вынесения приговора по делу о допинге — и с тех пор больше ничего.

Почему она забросила соцсети? Ведь могла бы хотя бы монетизировать свою популярность. В её биографии столько загадок, которые хотелось разгадать…

«Понравилась?» — вспомнилась мне фраза Олега Сергеевича. Мне не составляло труда признаться себе в интересе к Нике: её загадочность притягивала, а колкие фразы, которыми она пыталась оттолкнуть, лишь разжигали любопытство. Хотелось узнать её ближе и, возможно, помочь вернуться в спорт. Что из этого выйдет — покажет время.

Я собрался переключить телефон в режим “не беспокоить”, чтобы посмотреть серию триллера, когда позвонила ее менеджер.

— Алекс, простите что так поздно. Вы сказали, что вас можно беспокоить если возникнут проблемы, — начала она.

— Дайте угадаю: проблемы с коньками? Я видел, как Нику подвели те коньки, в которых она была сегодня.

— Да, все верно. Мы пытались найти варианты в прокате, но... Мне неудобно говорить, но у нас сейчас нет средств, чтобы купить ей новую пару.

— Скажите, размер и марку коньков.

— Edea Piano, 37. Они требуют профессиональной подгонки, но... Предлагаю, чтобы ваша команда вычла сумму коньков из гонорара Ники, — деловой этики у Алины не отнять.

— Не беспокойтесь о деньгах. Это мои инвестиции в проект, — я уточнил адрес для доставки курьером и пошел делать заказ в интернет-магазине. К завтрашней тренировке Ника будет максимально готова.

Глава 8

Ника

Следующим утром мне пришлось вспомнить, каково это вставать в шесть утра и почти два часа добираться до катка. Но до этого меня разбудил звонок в домофон курьера, который в пять часов утра доставил мне срочную посылку. Открыв коробку с логотипом Edea, перевязанную ленточкой моего любимого фиолетового оттенка, я обнаружила сияющие от новизны коньки. Я машинально проверила размер — 37-й, мой. В первый момент я обрадовалась и вспомнила прежние приятные ощущения от покупки новых коньков, а затем встревожилась и начала думать о том, кто же мог быть отправителем подарка.

Внутри коробки я обнаружила короткую записку.

«Поверь в себя».

Кажется, я знаю, кто бы это мог быть. Не очень заботясь, что на часах всего 5:15, я пролистала список контактов и набрала номер Алекса, который добавила вчера.

— Да? — сонно пробормотал он спустя несколько гудков.

— Это переходит всякие границы, — огрызнулась я.

— И тебе доброго утра, Ника. Так подарок уже доставили?

— Да, но я не просила об этом, — я продолжала злиться и не понимать, с чего он взял, что может все решать за меня.

— И не надо. Считай это вложением в съемки клипа. Лучше не трать время на разговоры со мной, а езжай на тренировку, — спокойно ответил он.

— Слушаю и повинуюсь, босс. Может, ты еще и за тренировками следить будешь? — выплескивала я на него весь негатив.

— Ну, если ты решишь подвести не только меня, но и всю команду, занятую на съемках, мне придется это делать, — задумчиво ответил он. — Но ты же не собираешься так поступить?

— Нет, — коротко процедила я.

— Вот и отлично. Хорошего дня, — быстро ответил он и сбросил звонок.

Времени злиться оставалось не так много и я решила разобраться с причинами навязчивого внимания Алекса после съемок клипа. Сейчас в моих силах привести себя в относительно сносную форму, чтобы прокатать элементы и прыжки для видео.

В восемь утра я была в раздевалке «Инея». Вчера поздно вечером от Алины я узнала, что команде Алекса удалось договориться на четырехчасовую аренду катка пять дней подряд. Четыре часа! Каждый день для меня одной! Как бы я не пыталась найти в этом что-то негативное, у меня просто не получилось. Любому спортсмену не так часто выпадает возможность покататься на льду одному, так что перспектива натереть ноги новыми коньками казалась мне совсем небольшой жертвой за возможность потренироваться и посмотреть, на что еще я способна, спустя такой долгий промежуток без тренировок.

Начала я с простых беговых шагов, потом перешла к кросс-роллам, попутно пытаясь вспомнить дорожки из старых программ. Получалось не всё, но впервые за долгое время я просто радовалась возможности кататься, не переживая из-за неидеально выполненных элементов.

Спустя час я рискнула перейти к прыжкам и начала с двойных. Конечно, до прежней лёгкости было далеко, но как оказалось, мышечная память не миф, и я еще помнила технику прыжков, хоть и несколько раз больно падала. В конце попробовала вращения — с ними было хуже: без регулярных тренировок в зале я потеряла нужные ощущения, и от непривычки начала кружиться голова.

Не успела опомниться, как четыре часа пролетели. По дороге домой, несмотря на ноющие мышцы и натёртые мозоли, я впервые за долгое время чувствовала себя счастливой.

Следующие четыре дня прошли как одно мгновение. Постепенно восстановила несколько прыжков, даже добилась устойчивой спирали — всегда эффектного элемента. выходные готовилась к сессии (экзамены в университете никто не отменял), а вечером воскресенья у нас с Алиной завязался неожиданный разговор:— Давай возродим твой TikTok? — предложила она.

— Не думаю, что это хорошая идея, — настороженно ответила я.

— Ты же не веришь, что он всё ещё следит за тобой? — скептически прищурилась Алина.

— Всё возможно... Но если тебе хочется — давай попробуем, — сдалась я. Уже слишком часто срывалась на Алине — пусть делает, что считает нужным.

Теперь, собираясь снова вести соцсети, я вспомнила не самый приятный эпизод спортивной жизни...

Я была еще юниоркой, когда мама наткнулась на агентство, занимающееся сопровождением спортсменов. Тот год складывался удачно: я выигрывала старт за стартом и конечно же агентство ухватилось за возможность работать со мной. Так в моей жизни появилась Алина, взявшая на себя PR и рекламные контракты. Она сразу запустила активную кампанию: новые ролики с тренировок, монтаж программ, сотрудничество с фанатскими страницами. Стратегия работала — подписчики и просмотры росли, бренды предлагали контракты, финансовые проблемы исчезли. Но появилась и тёмная сторона: анонимный сталкер, присылавший пошлые видео и омерзительные сообщения. Стесняясь рассказать об этом, я просто сократила активность в соцсетях, публикуя контент лишь по необходимости. Как выяснилось позже, это было только начало…

Наши столкновения с ним случались несколько раз. В тот ноябрьский вечер, возвращаясь с тренировки, я поняла — он снова преследует меня. Забежав в магазин, я попыталась спрятаться, но он схватил меня за руку. Когда работники прибежали на шум, они поверили его версии — будто я что-то украла.

Мама, как всегда, не поверила мне по телефону. Пришлось звонить Алине — только она смогла разобраться с полицией и забрать меня.

— Спасибо, — тихо сказала я, выходя из магазина.

— Ты звонила маме?

— Она не верит. Никогда не верила, — ответила я, чувствуя знакомую горечь.

История просочилась в сеть, обрастая фейковыми заголовками. После этого я полностью передала соцсети Алине. Теперь, когда она предложила возродить TikTok, я снова почувствовала страх. Но, возможно, теперь всё будет иначе?

Глава 9

Ника

Вот и настал день, ради которого меня заставили вернуться на лёд — съёмки клипа на новую песню Алекса Воронова.

С утра мы с Алиной суетились, проверяя вещи, но к восьми утра благополучно прибыли в «Иней».

Следующие два часа, пока визажист и стилист работали над моим образом, прошли под подкаст «Книжная дискуссия». Я любила их за возможность узнавать новое, когда нет времени читать.

Когда макияж и причёска были готовы, я наконец увидела своё платье. Во времена карьеры я обожала процесс создания образов — волшебное преображение моих смутных идей в готовые костюмы. Жаль, такая возможность выпадала только для показательных номеров: тренеры считали, что лучше знают, что и как катать. В соцсетях часто писали, что мои показательные программы сильнее соревновательных, но все предложения тренерский штаб отвергал, ссылаясь на консервативность федерации.

Платье оказалось глубокого изумрудного оттенка с градиентом и стразами, с таким же цветком для причёски. Этот цвет неожиданно напомнил мне другое платье... Больное воспоминание. Я резко перевела мысли, чтобы не погружаться в пугающие эмоции.

Переодевшись, я посмотрела в зеркало и не узнала себя: брюнетка с зелёными глазами, стильной причёской и макияжем в красивом платье. На миг представилось, как было бы здорово выйти в таком образе на соревнования, но я отогнала эту мысль. Это всего лишь сказочный образ для клипа. После съёмок я вернусь к обычной жизни, где нет места льду и конькам. В душе стало горько.

В дверь постучали.

— Входите! — откликнулась я, ставя подкаст на паузу.

В проёме появился Алекс, уже побывавший у стилиста. На нём была белая рубашка, поверх которой он накинул куртку, и рваные чёрные джинсы. В таком виде он точно замёрзнет за день на льду.

— Привет, Ника! Ты выглядишь... — он оценивающе окинул меня взглядом.

— И как? — не удержалась я от вопроса

— Как фигуристка, готовая завоевать новую медаль, — слегка хрипло ответил он.

— До медалей мне теперь далеко, но спасибо, — мне показалось, он хотел сказать что-то другое. — Ты что-то хотел?

— Просто пожелать удачи. Дай помогу — ты испортишь причёску, — заметил он мои неудачные попытки закрепить цветок.

Хотелось отказаться, но его предложение прозвучало так искренне, что я протянула украшение. Наши пальцы соприкоснулись, и это прикосновение заставило сердце учащённо биться. Алекс аккуратно закрепил цветок, а когда я развернулась, чтобы поблагодарить, все слова вдруг вылетели из головы. Я смотрела на него, будто видела впервые — не как на популярного певца, а как на просто очень красивого парня. Он молча смотрел в ответ. Наша немая сцена могла бы длиться вечность, если бы не громкий стук в дверь, от которого мы оба вздрогнули.

— Алекс, ты нужен режиссёру, — в проёме показалась девушка из его команды.

— Уже иду, — повернулся он к ней.

— Спасибо за помощь! Я зашнурую коньки и выйду, — торопливо схватив ботинки, выпалила я, сгорая от смущения.

— Хорошо, — он бросил на меня странный взгляд и вышел.

Господи, что со мной? Зашнуровывая коньки, я пыталась успокоить бешено колотящееся сердце. Наверное, это просто волнение перед выходом на лёд после долгого перерыва! Сделав несколько глубоких вдохов, я накинула куртку и направилась к катку.

Там развернули целую съёмочную площадку: три камеры на разных ракурсах, оператор для съёмки на льду, пять софитов, освещающих почти весь каток, и два осветителя. Вдобавок — координаторы, ассистенты, менеджеры. От такого количества людей у меня закружилась голова.

— Ника! — помахала мне Алина.

Я направилась к ней, и вскоре к нам присоединились режиссёр и Алекс, объясняя концепцию клипа. По сюжету я — спортсменка на пике карьеры, а Алекс — поклонник, которого я не замечаю. Он пишет песни, вдохновляясь моими победами и неразделёнными чувствами, а я, достигнув всего, осознаю своё одиночество. Когда моя слава угасает, а он добивается успеха, мы встречаемся на шоу — финальная сцена с цветами и поцелуем.

Этот сценарий до боли напоминал мою реальность. Но главная проблема заключалась в другом — мне предстоял первый в жизни поцелуй, да ещё и на камеру.

— Алина, — отвела я ее в сторону, пока режиссер продолжил снимать сцены с Алексом. — И что мне делать? Никто ведь не говорил про поцелуй!

— Ника, я понимаю, что тебя это смущает, но раз они не хотят убирать эту сцену, представь себя актрисой. Они целуются потому что это их работа. Сейчас это часть твоей работы, — попыталась уговорить меня она.

Никакие доводы не могли победить нарастающую панику. Я готова была сбежать, но режиссёр уже звал меня на съёмку.

Работали придирчиво и долго. Многократно переснимали элементы, подстраиваясь под камеры, отрабатывали эффектные гидроспирали по примерам из TikTok. Всё это время я чувствовала на взгляд Алекса, хоть и не видела его в толпе съемочной группы.

После полутора часов съёмок объявили перерыв. Выходя с катка, я отряхивала платье от следов падений. Алекс направлялся на лёд — нужно было переснять несколько сцен при другом освещении.

— Устала? — спросил он, когда я надела чехлы.

— Ну так, немного. Кстати, скользишь ты отвратительно.

— Может, дашь мастер-класс после съёмок? — пошутил он.

— Сомневаюсь, что из тебя выйдет толк. Да и тренировать мне тоже нельзя, — очередное напоминание о том, почему все происходящее сегодня должно остаться только в рамках клипа.

— Ника, Алекс, стойте! — крикнула Алина, подбегая к нам. — Давайте сделаем совместное фото для соцсетей.

— Тогда и на мой телефон тоже, — попросил Алекс. — Кто-нибудь, принесите мой телефон из гримёрки.

— Встаньте рядом, — скомандовала Алина, щёлкая камерой. — Вы слишком скованные, обнимитесь хоть!

Я нерешительно развернулась к Алексу, но он сам спас ситуацию — осторожно обнял за талию, положив голову мне на плечо. Сердце предательски заколотилось.

Глава 10

Алекс

Съёмки закончились, а моё влечение к Нике после поцелуев только усилилось. Я понимал — стоит замешкаться, и она сбежит, поэтому срочно организовал вечеринку у себя дома.

Пока мы ехали в дачный поселок Ника молчала и заметно нервничала, десятки раз прокручивая ленту соцсетей. Хотелось пошутить и разрядить обстановку, но я решил не нарываться на очередную колкость. В том, что она решит снова выпустить свои колючки я и не сомневался.

Когда мы приехали домой, вечеринка была уже в самом разгаре. Я заранее отдал ключи пиарщице Катерине, чтобы она подготовила всё к нашему приезду. Шустрые ребята, закончившие дела на катке раньше всех, уже начали отмечать успешное окончание съемок: музыку было слышно уже в гараже, а когда мы с Никой зашли в дом, стало понятно, что большая часть команды уже «на веселе».

Идея привести ее на вечеринку уже не казалась такой хорошей. Сразу стало понятно, что ей неуютно: Ника зажалась, стала высматривать в толпе своего менеджера.

Ты не видел Алину? — тревожно спросила она.

— Наверное она с моим продюсером, — махнул я в сторону гостиной. — Пойдем вместе?

— Нет, не нужно, — осторожно ответила она и растворилась в толпе.

Черт. Все пошло совсем не так, как мне хотелось. Я думал, что в более домашней обстановке она расслабиться и мы сможем узнать друг друга лучше, а она ищет любой способ сбежать.

— Алекс, присоединяйся! — хлопнул меня по плечу оператор Марк, протягивая энергетик.

— Позже. Сначала надо поговорить с Олегом Сергеевичем.

В гостиной его и Алины не оказалось, и пока я искал их, то успел потерять из виду Нику.

Олег Сергеевич обнаружился на кухне вместе с Алиной. Они активно что-то обсуждали, сверялись с таблицами в рабочих ноутбуках.

— Садись, — предложил Олег Сергеевич.

— Сегодня хватит работы. Если только что-то срочное.

— Ладно. У тебя скоро промо нового сингла и клипа. Почему бы не привлечь Нику к рекламной поддержке? Посветитесь вместе на мероприятиях, сходите на ТВ, пару раз вас «случайно» поймают папарацци, — начал Сергеевич свою любимую песню.

— А её мнение вас интересует? — резко оборвал я. — Вряд ли ей это понравится.

— Я сообщу ей позже, иначе она откажется, — сказала Алина. — Прости Алекс, но для нее это возможность, от которой глупо отказываться, а она сделает это если я дам выбор.

Я отлично понимал всю правильность и неправильность этой ситуации по отношению к Нике. Зная ее совсем немного, я также понимал, что если ей дадут возможность, то она сбежит, но мне не хотелось, чтобы ее впутывали в изнанку шоу-бизнеса. Держась рядом со мной она еще может быть в безопасности, но как все повернется, если это будет кто-то другой?

— Да и ты к ней неравнодушен, — подмигнул продюсер. — Вам обоим это на пользу.

— Делайте что хотите, — махнул я рукой и отправился искать Нику.

Обойдя весь первый этаж, я начал волноваться. Нашёл её на лестничном пролёте между этажами — она сидела у окна.

— Всё в порядке? — спросил я.

— Да, все нормально, — перевела она грустный взгляд с окна на меня.

— Можно присоединиться?

— Это твой дом, не нужно меня спрашивать, — ответила она, подвинувшись.

— Почему ты спряталась? — поинтересовался я.

— Если честно, я не люблю вечеринки. От музыки болит голова, я устала, — сказала она, обхватив колени руками.

— И прятки никак не связаны со мной?

— Нет. Ты слишком высокого о себе мнения, мистер музыкант, — снова поддела она меня.

— Ника, я еще раз хотел бы извиниться за поцелуй, — начал я.

— Слушай, не нужно. Ты уже извинился, проехали, — еще больше напрягшись ответила она.

— Ладно. Можно вопрос?

— Смотря какой, — внимательно глядя на меня ответила она.

— Почему ты такая грустная?

— Просто голодная.

— Посидишь здесь, пока я посмотрю, что есть на кухне? — мне показалось, что она хотела сказать что-то другое, но я не стал давить.

Она лишь кивнула.

Я вернулся на кухню, где шли бурные обсуждения дальнейших действий для промо клипа, от которых я устранился. Приготовив на скорую руку несколько сэндвичей и какао я поспешил вернуться в укрытие Ники.

— Уже думал, ты снова сбежала, — искренне удивился я, увидев её на месте. — Держи, — я передал ей чашку с какао и сэндвич.

— М-м-м, какао! — её улыбка заставила моё сердце биться чаще. — Алекс, прости меня. Я бываю слишком резкой... Сейчас мне очень стыдно.

— Подожди. Думаю, новости тебя не обрадуют, — осторожно начал я.

— Что случилось? — съёжилась она.

— Мой продюсер и твоя Алина решили, что мы вдвоем должны продвигать мой клип, — как можно тщательнее подбирая слова сказал я. — Это означает твое появление со мной в шоу, на презентации клипа…

— И поддерживать слухи о наших отношениях, — перебила она.

— В общем, да, — в смущении я провёл рукой по волосам.

— Типично для Алины. Решить за меня, — грустно заметила Ника. — Хотя выбора у меня всё равно нет.

— Ты можешь отказаться, — сказал я, тайно надеясь, что она не станет.

— Да нет, какой смысл. Чтобы ты понимал, Алина единственный человек, которого невозможно переспорить, — снова отворачиваясь к окну произнесла она.

— Ника, я хочу чтобы ты меня сейчас услышала. Шоу-бизнес — не самое приятное место. Изнанка всего этого чаще всего отвратительна и пугающа. Я не хочу, чтобы ты оказалась в эпицентре этого. Пока ты рядом со мной, я могу гарантировать, что с тобой не случиться ничего плохого, но пожалуйста, но если Алина предложит сотрудничество с кем-то ещё — не соглашайся.

— Знаешь, мир фигурного катания тоже не единороги и радуга, — усмехнулась она. — Но спасибо за заботу.

— И ты не злишься и не будешь во всем винить меня? — я уже не брался предсказывать реакцию этой девушки на любое событие.

— Ну, как я понимаю, ты тоже не во всем можешь контролировать свою рабочую жизнь. Ты в этом не виноват, — развернувшись лицом ко мне сказала Ника. — Я злюсь не на тебя, а на ситуацию в целом. Сначала я иду на кастинг, в котором не хочу участвовать, потом оказываюсь на льду и в клипе, а теперь буду изображать твою девушку. Как-то все очень быстро.

Глава 11

Февраль 2024

Ника

— Ты уже подъехал? Сейчас выхожу.

Я сбросила звонок и положила телефон в сумку.

После того как Алина оживила мой TikTok, а Алекс стал выкладывать посты со съёмок, у меня не было ни одного спокойного дня: съёмки для рекламы и учёба забирали всё свободное время. Лишь иногда по вечерам я выкраивала час, чтобы поболтать с Алексом по видеосвязи. За это время мы успели сдружиться. Не могу сказать, что полностью ему доверяю, но мне приятно осознавать, что появился человек, которому интересна моя жизнь.

Сегодня предстояло первое большое событие после съёмок клипа — закрытая презентация, и я жутко из-за этого нервничала. Море незнакомых людей, громкая музыка, вечеринка — всё это заставляло чувствовать себя неуверенно.

Я ещё раз окинула себя взглядом в зеркале, застегнула пальто и выбежала из квартиры.

— Привет! — улыбнулась я, подойдя к машине Алекса.

— Привет, Ника! Готова покорить всех на вечеринке? — Он улыбнулся, заводя двигатель.

— Честно? Нет, — ответила я без притворства. — Но отступать уже поздно.

— А давай не пойдём? Гости прекрасно проведут время и без нас, — подал «гениальную» идею он.

— Очень смешно. Уже вижу заголовки: «Ника Властовская губит карьеру знаменитого певца».

— Знаешь, Ника, мы с тобой так часто делаем то, что не хотим, что иногда хочется пойти наперекор правилам, — сказал он.

— Намекаешь на наши «отношения»? Не терпится поскорее избавиться от меня? — спросила я, и внутри что-то неприятно кольнуло.

— Я не хотел тебя обидеть. Если хочешь, мы можем просто прогулять презентацию, вот и всё, — спокойно ответил он.

— Не в этот раз, — только и сказала я.

За разговором я не заметила, как мы подъехали к пафосному клубу Sunset. Взглянув на Алекса, я увидела, что он побледнел.

— С тобой всё в порядке? — тревожно спросила я.

— Не совсем, — ответил он, учащённо дыша. — Дай мне пару минут.

— У тебя что-то болит? — снова спросила я начиная нервничать сильнее.

— Нет, — с трудом выдавил он, делая глубокие вдохи.

— Поговори со мной. Как я могу помочь?

— У меня паническая атака, — через силу ответил Алекс. — Такое бывает. Ничего серьёзного.

— Посмотри на меня, — тихо попросила я, боясь усугубить его состояние.

Он поднял глаза, и в его взгляде плескалась такая боль, что мне стало не по себе. Что его так надломило? Почему сейчас, когда он должен сиять и радоваться?

— Всё хорошо, ты со мной, ты в безопасности, — бережно обняв его и погладив по спине, прошептала я. — Просто дыши.

Я уткнулась носом в его шею, вдохнула свежий цитрусовый аромат одеколона и приложила ладонь к его груди. Мы молча сидели так, пока его сердце не перестало бешено колотиться. Наконец он заговорил:

— Наверное, мы опоздали. Прости, что ты видела меня таким…

— Алекс, тебе не за что извиняться. Каждый несет в себе какую-то свою боль и в этом нет ничего постыдного. Сейчас тебе легче?

— Да, спасибо, — он глубоко вздохнул и открыл дверь. — Пошли.

Я с сомнением посмотрела на него, но решила не выдавать своего беспокойства.

— Где вас носит?! — возмутилась менеджер Алекса Татьяна, едва мы вошли в клуб. — Все только вас и ждут!

Алекс помог мне снять пальто, и я осталась в красном шёлковом платье миди с небольшим бантом — его я купила на прошлой неделе специально для презентации.

— Ты выглядишь потрясающе, — сказал он, оглядев меня с ног до головы.

— Спасибо, ты тоже, — смущённо ответила я, оценив его небрежный образ «плохого парня»: рваные чёрные джинсы и наполовину расстёгнутую белую рубашку. От одного взгляда сердце пропускало удар.

Алекс протянул мне руку, и я вцепилась в нее, как в спасательный круг.

— Готова всех обмануть? — он ободряюще улыбнулся.

«Боюсь, что это уже совсем не обман» — пронеслось в моих мыслях, но вместо этого я ответила:

— Да. Давай сделаем это, — и мы отправились в толпу приглашенных.

Глава 12.1

Алекс

Я тонул и задыхался. Старые страхи, давно ушедшие в прошлое, снова возродились и пробрались в голову.

«Не сейчас. Только не сейчас...»

Но тело не слушалось. Ладони вспотели, а сердце забилось так, что казалось, оно вот-вот вырвется из груди.

«Сегодня точно случится что-то плохое» — тут же мелькнула новая мысль, запустившая волну панической атаки.

Внезапно перед глазами всплыл тот день. Мне было восемь, и я впервые исполнял этюд на большой сцене. Из-за кулис я высматривал в зрительном зале два знакомых силуэта — маму и папу, которые всегда садились в пятом ряду. Но их места пустовали.

«Наверное, застряли в пробке», — наивно подумал я тогда, вытирая потные ладони о брюки перед выходом.

После концерта, когда я уже злился на их опоздание, ко мне подошла тётя Лиза, мамина подруга. Её заплаканные глаза, дрожащие губы... До сих пор помню, как мир вдруг перевернулся, когда она сказала: «Случилось страшное. Их больше нет.»

Автомобиль. Лёд. Фура. Три коротких слова, навсегда изменивших мою жизнь.

Пустота. Оцепенение. Неверие. Я ждал, что проснусь, что это всего лишь кошмар. Но пробуждение так и не наступило. Вместо дома — детский дом с облупленными стенами. Вместо маминых объятий — равнодушные взгляды воспитателей. Вместо защиты отца — кулаки старших ребят, которые быстро смекнули, что новенький — лёгкая добыча.

«Этого больше нет. Ты не тот мальчик. Ты не там», — пытался убедить себя я, но паника уже накрывала с головой.

Перед глазами мелькали обрывки воспоминаний: мои первые дрожащие ноты на гитаре в пустом зале детдома, насмешки ребят: «Сиротка! Кому ты нужен со своими песенками?», первый концерт, после которого я рыдал в гримёрке, потому что некому было сказать «мы тобой гордимся»

И сегодня меня снова ждет сцена. Снова этот проклятый страх, что после важного момента я узнаю о трагедии»

Словно сквозь вату я слышал нежный голос Ники и буквально зацепился за него, чтобы окончательно не сорваться в обрыв страха. Я что-то ответил ей, попытался показать что со мной все в порядке, но на деле со мной ничего не было в порядке.

Неожиданно я почувствовал как ее теплые руки мягко обняли меня и прижали ближе к себе.

— Все хорошо, ты со мной, ты в безопасности. Просто дыши, — послышался ее тихий голос, а через секунду Ника положила свою руку на мою грудь в районе, где билось сердце.

Пульс зашкаливал, я продолжал пытаться восстановить дыхание и не расплакаться. Не сегодня. Не сейчас. Нельзя.

Ника гладила меня по спине, шептала успокаивающие слова, и постепенно стало легче. А потом накатил стыд — за слабость, за то, что напугал её. Боялся, что спросит о причинах, решит, что я ненормальный, и отвернётся.

— Каждый несет в себе какую-то боль и в этом нет ничего постыдного, — безо всякого осуждения ласково сказала она, сама того не подозревая, сломав еще одну преграду между нами.

Стыд из-за панической атаки сменился виной за то, что наши менеджеры решились на идею фейковых отношений. Публичность явно не про Нику, ей настолько некомфортно, что приходится делать невероятные усилия над собой. Мне не хотелось отпускать ее, но и каждый раз заставлять ее чувствовать себя не в своей тарелке тоже.

Собравшись с силами, я вышел из машины, и мы вместе зашли в пафосный клуб, где мне, честно говоря, совсем не хотелось быть.

Помог ей снять пальто — и замер. В красном платье Ника была ослепительна. Не просто красива — потрясающа. Сегодня не отойду от неё ни на шаг, а то кто-нибудь уведёт.

Она сводила с ума, как ритм любимой песни и совсем не понимала, что делает со мной, когда улыбается, смущённо отводит взгляд или рассказывает о чём-то во время наших видеозвонков. Эти разговоры стали для меня глотком свежего воздуха. Ника не видела во мне успешного певца, не расспрашивала о работе, не пыталась понравиться — она просто была собой.

— Давайте поприветствуем главных героев нашего события: Алекса Воронова и Нику Властовскую! — громко объявил ведущий.

Зал взорвался аплодисментами, вспышками камер и мельканием экранов телефонов. Я автоматически улыбался, хотя внутри всё ещё бушевала буря, а Ника крепче сжала мою руку. Я встревоженно взглянул на неё, но в ответ увидел лишь смущённую улыбку — она изо всех сил старалась скрыть волнение.

— Ты иди, а я побуду здесь.

— Нас обоих позвали. Пошли.

Мы поднялись на сцену и оказались в ослепительном свете софитов.

— Спасибо всем, кто пришёл сегодня, — начал я заготовленную речь, одной рукой обнимая Нику за плечи. — «Осколки льда» — особая для меня песня, и я хотел, чтобы клип получился запоминающимся. Но ничего бы не вышло без этой потрясающей девушки, которая катается так, что дух захватывает. Ника, спасибо тебе!

Крепче прижав её к себе, я передал микрофон и шепнул на ухо:

— Не бойся, я с тобой.

— Всем привет! Алекс слегка преувеличивает мои заслуги, но надеюсь, клип вам понравится, — достаточно уверенно сказала она.

Преувеличиваю? Уже не в первый раз замечал, как она обесценивает себя. Чёрт, как же хочется, чтобы она начала себя ценить! Это явно повод для серьёзного разговора.

Спустившись со сцены, мы оказались в темноте — начался показ клипа. Я встал позади Ники, обнял за талию и прижался губами к её плечу. Меня совершенно не интересовало происходящее на экране — важна была только она.

— О нет, мой заклон просто ужасен, — расстроенно пробормотала она, увидев себя в кадре.

— Ты вечно находишь недостатки и не замечаешь прекрасного, — честно сказал я, уткнувшись лицом в её волосы.

— Это тебе всё кажется идеальным. Я же вижу, как халту... Что ты делаешь? — удивилась она.

— Тсс... На нас смотрят, — соврал я, вдыхая запах её вишнёвых духов, от которого слегка кружилась голова.

Глава 12.2

Наш момент разрушил внезапно вспыхнувший свет. Зал наполнился восторженными возгласами и обсуждениями, а я раздражённо стиснул зубы — нам снова мешали.

— Алекс, журналистка «МузТВ» настаивает на интервью, — подбежала Татьяна.

— Да, только быстро, а не как обычно, — вздохнул я, неохотно отпуская Нику, чтобы взять её за руку.

— Может, сам справишься? — менеджер сомнительно посмотрела на Нику.

— Нет, — резко ответил я. На самом деле мне не хотелось оставлять её одну.

В дальнем углу зала нас ждала девушка, представившаяся Владой.

— У нас не очень много времени, — тут же оборвал я, чтобы не застрять с ней на часы, которые мне хотелось провести с Никой.

— Да, конечно. У меня всего-то пара вопросов. Что вдохновило вас на создание клипа? — девушка включила диктофон.

— Личная история, фантазия и любовь к фигурному катанию, — коротко ответил я. Не признаваться же, что в этой песне — все мои чувства к той недоступной Нике, какой она была до нашего знакомства.

— Я, как и остальные гости, сейчас увидела клип целиком, поэтому не могу не спросить вас обоих: связывает ли вас что-то большее, чем работа? — кивнула она в сторону наших переплетенных рук.

— Мы бы не хотели выносить это на публику, — начал я, но меня прервала Ника.

— Когда я только познакомилась с Алексом, он умудрялся выводить меня из себя каждые пять минут. Но за время съемок... — она сделала театральную паузу, — оказалось, под этой напускной самоуверенностью скрывается вполне сносный человек.

— О! То есть между вами действительно что-то есть? — журналистка оживилась.

— Разве я сказала это? — Ника кокетливо наклонила голову. — Просто иногда он вызывает... необычные чувства. Вроде желания то ли задушить, то ли поцеловать. Вы же понимаете?

Я едва не поперхнулся. Это уже переходило все границы.

— Спасибо за интерес, но подробности оставим для себя, — твёрдо закончил я, одновременно улыбаясь для фото и сжимая Никину талию в предупредительном жесте.

— В общем то все, спасибо. Можно еще фото?

— Конечно, — с готовностью ответил я, приобнимая Нику и улыбаясь.

Несколько щелчков фотоаппарата и мы оказались на свободе.

— Ника, объясни мне, что это было? — я махнул в сторону уходящей журналистки.

— Разве не очевидно? — она выскользнула из объятий. — Им же нужен пиар. Полуправда — самая вкусная приманка.

— "Желание поцеловать"? Это твоя полуправда?

— Ну конечно! Ты же сам говорил — надо играть влюблённых. Что, испугался, что я всерьёз? — её голос звучал насмешливо, но взгляд убегал в сторону.

Вдруг в толпе мелькнула фигура очень знакомой мне девушки, от которой у меня все внутри похолодело

— Ника, могу попросить тебя об одолжении?

— Ты как будто призрака увидел. Что случилось?

— Хуже. Милена Ольховская. Блогерша, которая последние полгода преследует меня ради контента, — я сжал кулаки, стараясь держать себя в руках. — Какого черта её сюда пригласили?

Ника нахмурилась, заметив моё состояние:

— Что нужно сделать?

— Подыграй мне.

— Выручить друга — святое дело, — она мягко улыбнулась, и это слово снова кольнуло.

Друга. Как же больно было осознавать, что такая девушка, как она, никогда не захочет быть с таким парнем как я. Что я могу дать ей дать? Зачем ей быть с детдомовским парнем, которого до основания разрушила семейная трагедия? Хотелось биться головой о стену, но пришлось заставить себя проявить все самообладание и отложить сеанс самобичевания до дома. Чувствую, сегодня меня ждет бессонная ночь за написанием песни. Только это помогало мне выпустить все те чувства, которые я не мог обрушить на Нику.

— Пойдем танцевать, — потянул я ее в толку. Как раз удачно поставили какой-то медленный трек и притушили свет.

— Алекс! Как мило, что ты меня ждал!

Обернувшись, я увидел Милену. Высокая худая блондинка почти не изменилась, только что стиль одежды стал более сдержанным. Она уже навела на нас камеру и стала снимать.

— Милена, ты нарушаешь границы. Убери камеру, — холодно сказал я.

— Ой, а кто это? Твой новый проект? — она навела объектив на Нику. — Как тебя зовут, девочка?

— Тебе лучше уйти, пока я не позвал охрану, — еще немного и скандала будет не избежать потому что я не железный.

— Ника. И мы с Алексом не экспонаты для твоего блога, — спокойно ответила она, но я почувствовал, как её пальцы вцепились в мою руку.

— Милена, либо ты уходишь сейчас, либо я вызываю охрану, — шагнул я вперёд, закрывая Нику собой.

— Как грубо! Я просто хотела сделать репортаж о твоём новом... увлечении, — она ядовито улыбнулась. — Зрители обожают такие истории: "Певец Алекс Воронов и его тайная пассия". Хотя какая же тайна, если вы так мило обнимаетесь?

Тут то мимо проходил Олег Сергеевич, которого я поймал за рукав.

— Я не знаю, кто из вас ее сюда позвал и не хочу сейчас выяснять, но пожалуйста, избавьте меня от нее, — повысив голос бросил я.

— Эй, не кипятись, идите отдыхать, — отмахнулся он и подхватил под локоть эту стерву.

— Ты в порядке? — спросила Ника, заглядывая мне в глаза.

— Да, все нормально. Извини за Милену, кажется она на все готова ради эксклюзива в своем блоге.

— Алекс, зачем ты оправдываешься? Я не твоя девушка, все нормально.

Не моя девушка. Сердце прострелило болью. Чувства хотели выплеснуться через край, но я сделал глубокий вдох и сказал:

— Давай танцевать.

Когда мы вышли на танцпол, я заметил, как её взгляд нервно скользит по залу. Позади нас мелькнула тень с телефоном - ещё один папарацци, жаждущий сенсации.

— Расслабься, — я притянул её ближе, чувствуя, как напряжены её плечи. — Они всё ещё смотрят. Нам нужно…

— Я знаю. Просто... неожиданно тяжело играть эту роль сегодня.

Её дыхание было неровным, губы слегка дрожали. В этот момент я понял - если мы сейчас не убедим всех в "искренности" наших отношений, завтра в сети появятся совсем другие заголовки.