Лучевая тяга

1

История любви Руслана и Алёны

И зачем я только согласилась пойти на эту закрытую вечеринку. Хотя ясно зачем – сбежать из этого мрачного дома и насолить ЕМУ.

Здесь уместен другой вопрос – зачем я поехала именно с Марианной и её подружками. Могла бы зависнуть у Волка с икс боксом в обнимку, а не как сейчас - тушить своё смущение алкоголем, да и ещё в подобном месте.

Хотя и здесь ответ очевиден – чтобы посильнее насолить ЕМУ.

Столько алкоголя и полуголых дев я никогда в своей жизни не видела. А когда началась эротическая программа с участием стриптизеров, я просто со стыда сгорела. Даже обычное любопытство куда-то испарилось. Поэтому опустив глаза в пол, я стала опустошать один стакан с коктейлем за другим.

К пятому бокалу, я поняла, что конкретно поплыла и теперь окружающий мир превратился в сплошные размытые пятна, отчего меня стало жутко мутить.

- Мне нужно в туалет, - прокричала я Марианне, сквозь громкую музыку, но она словно чумная продолжала пялиться на сцену и громко визжать.

Остальные девчонки тоже как полоумные что-то кричали обитателям сцены, поэтому решила сама отправиться на поиски уборной.

Прилично шатаясь, я протискивалась через заставленный столами зал и никак не могла сориентироваться, где же находиться выход. Помниться именно там были туалеты.

Наконец выйдя в фойе, я поняла, что идти дальше просто не смогу. Согнувшись пополам, я встала у выхода не в силах сделать и шага.

- Нужно на улицу, - сама себе крикнула я и вдруг услышала своё имя.

- Алена, - окликнули меня и я слегка обернулась.
В паре шагов от меня стояла девушка. Лицо знакомое… Это же ЕГО подруга.

- Катя?

Девушка стояла рядом с женщиной из охраны, но услышав мой ответ, тут же подошла и спросила.

- Что с тобой?

- Ты откуда здесь? – вопросом на вопрос спросила я у Кати, но тут же простонала от очередного приступа головокружения, - блин, я выпила… так плохо мне сейчас… мутит. Дурно мне.

- Пошли, - твёрдо сказала Катерина и приобняв меня за плечи, повела на улицу.

Холодный воздух тут же ударил в лицо и на какое-то время мне стало немного получше. Но уже через пару секунд, я буквально дрожала от холода и ветра.

- У тебя сумка и куртка где? – донесся голос девушки.

- У меня только телефон. Он тут в кармане, - еле слышно прошептала Кате.

- Ладно, пойдем в машину.

И тут меня словно током ударило.

- А в машине кто? – уже громче спросила я у Кати.

- Пойдем быстрее, а то ты вся дрожишь, - постаралась уйти от ответа она.

- Там Руслан, да?.. Там точно он… Так. Стоп. Я туда не пойду.

Согнувшись пополам я тихо застонала. Значит это ОН подослал сюда Катю.

- Я не дам тебя в обиду, обещаю. Только пойдем.

Дорогие мои и любимые читатели, представляю вашему вниманию небольшой кусочек моей новой книги. Очень переживаю и рассчитываю на вашу поддержку. Для меня каждый ваш отзыв и комментарий очень ценен и важен. Вы моё вдохновение и стимул. Спасибо всем огромное! Ваша Лена;))))

2

Как только мы вышли из ворот, я сразу увидела знакомый темный внедорожник. А когда в воздухе мелькнул огонек от сигареты, я смогла разглядеть и самого Руслана, который практически сразу кинулся нам навстречу.

- Что случилось? – рявкнул Рус и словно тряпичную куклу, выдернул меня из рук Кати, - Бл…ть, да она в дрова… Ах, ты дрянь…

Хотела послать его к черту, но сильный порыв ветра выбил весь воздух из лёгких и я обессилено повалилась к нему на грудь.

Бррр… ненавижу!

- Рус, прекрати, пожалуйста, - словно издалека донёсся до моего сознания, обеспокоенный голос Кати, - неси ее в машину и куртку ей свою отдай. Она сильно продрогла на морозе.

В ответ он стал поливать меня новой порцией брани, отчего я стала приходить в себя и наконец приготовила для него достойный ответ. Но тут меня сверху накрыло теплом и я порывисто вдохнула нагретый воздух пуховика. Зря. Ведь запах Руслана я не перепутаю ни с чьим на свете.
Бррр…

И вот уже он подхватил меня на руки, а я стала усиленно продумывать план побега.

- Завтра я ей всю задницу ремнем разукрашу. Чертова приживалка. Навязалась на нас…

- Я не приживалка… - не слишком уверенно пискнула я, путаясь в объемном пуховике.

- А-а, так ты значит живая, тогда пизд…й сама до машины, - рыкнул Руслан и тут же сбросил меня в снег.

Если бы не подоспевшая Катя, точно долбанулась бы попой о замерзшую землю.

После этого ОН ушел к машине и хлопнув дверью, сел за руль. Придурок!

Надо срочно бежать!

- Кать, я с ним не поеду, - шепнула я девушке, - вызови мне такси, а?

- Прости, но нет. Надо сесть в машину - нетерпеливо прошептала она, - ты так легко одета. Заболеешь!

- Ты не понимаешь, он меня опять накажет, - охрипшим голосом, прогнусавила я, - он меня не пощадит… ты его совсем не знаешь, Катя. Он настоящий…

Звук открывающейся двери заставил меня замолчать, а злобный оклик Руслана стал стимулом к активным действиям.

Беги, дорогая, беги! – почему-то в голове тут же заиграл мотив известной песни.

- Усаживайтесь в машину!

- Сам лезь в свою машину, – шикнула себе под нос я и резко побежала в сторону леса.

Пока бежала сделала сразу два неутешительных вывода.

Первый: бежать зимой на каблуках - это чистое безумие. Но здесь всё верно – ума у меня и в хорошие времена не доставало. А второй вывод: бежать на незнакомой местности и в темноте – это двойное безумие, граничащее с откровенной тупостью. Был ещё один вывод, но я его уже давно сделала, так сказать, не раз апробировала этот вывод на собственной шкуре – ОН бегал в тысячу раз лучше меня.

От бешеного адреналина, пары алкоголя рассеялись, поэтому бежала я почти на ясную голову. Огромная куртка как флаг развевалась на ветру и именно она способствовала моему очередному фиаско.

Руслан ухватился за полы проклятого пуховика и резко потянул меня на себя.

- Ну что! Поймалась маленькая сучка.

- Ты сам сучка… вернее чёртов сук, - выплюнула в ответ и дернулась вперёд.

Лучевский тут же развернул меня к себе и бешено проорал.

- Я тебе сегодня язык с мылом помою, а лучше отрежу.

- Себе вначале помой и отрежь, можно даже не язык, - прошипела в ответ и попыталась избавиться от его рук, сжимающих все мои конечности.

И тут Руслан тряханул меня так сильно, что мои застывшие ноги тут же потеряли опору и я уже готова была растянуться на снегу.

- Если. Ты. Сейчас. Не успокоишься, – чеканит каждое слово Руслан, - я снова отвезу тебя в твою халупу, где ты уже, в полной мере оценишь гостеприимство местной гопоты. Поняла?

Мерзкий холод воспоминаний проник мне под кожу и я стала судорожно выдыхать воздух из легких.

ОН знает мои слабые места. Знает. Но ничего. Я ЕМУ за всё отомщу. За всё-всё-всё. Как же я тебя ненавижу Лучевский!

3

Как только машина Руслана остановилась у дома Лучевских, я на всех скоростях двинулась к входной двери. Только бы добежать до своей комнаты и запереться изнутри. ОН не станет ломать дверь, а я избегу наказания. При воспоминании о наказании, я добавила ещё ходу, но у самых дверей, Руслан опять меня догнал.

- Нее-т, тебе от меня не сбежать. Сегодня ты будешь наказана, бестолковая приживалка.

После этих слов, мужчина подцепил меня за капюшон своего объёмного пуховика и потащил в дом.

- А если ещё раз напьёшься, я тебя не выпущу оттуда неделю. Поняла.

Изловчившись, я показала ему средний палец и гневно прошипела.

- Я поняла….., что ты ничтожный слабак, только на меня и рыпаться можешь… на слабую девушку… тьфу…

Я плюнула в его сторону, но он вовремя увернулся и мой плевок пролетел мимо.

У НЕГО были разные степени бешенства. Все они были хорошо мне знакомы и проверены лично. И вот сейчас степень его бешенства была самой наивысшей. Мужчина весь покраснел, челюсти сжаты, только что из ушей пар не идет.

Вот так тебе… Ты мне – я тебе… И желательно посильнее и пожестче…

С бешеной скоростью, Руслан привалил меня к стене и больно припечатал мои руки своими. Распял значит меня, но ноги то свободны!

Я попыталась пнуть его в колено, но и тут ОН оказался ловчее. Зажав мои ноги между своих коленей, он прижался ко мне вплотную.

- Успокойся! – рявкнул мужчина, на что я стала ещё активнее сопротивляться.

Главным двигателем всех моих поступков всегда были страх и боль. Вот и сейчас они толкали меня в бездну. Заставляли не обороняться, а атаковать.

- И что ты мне сделаешь? Хуже уже не будет. Или твоё садистское воображение ещё что-то подкинет? А?... Я тебя ненавижу… Ты хуже всех. Даже хуже своего предателя отца… Ты погряз в своем…

- Замолчи!!! – судорожно выдохнул Руслан и мне стало реально страшно от злобной маски, вмиг исказившей его лицо.

Вот ещё одна стадия бешенства, о которой я не подозревала – она то оказывается и является наивысшей.

Внутри всё сжималось от страха и дичайшего адреналина, и я уже не могла остановиться.

- Ударь меня. Ну же! Заткни мне рот! Перестань быть для всех хорошим, примерным и правильным… пусть все вокруг узнают какой ты на самом деле. Пусть поймут, что ты сумасшедший маньяк, питающейся моей болью и страданием. Все четыре года отыгрываешься на мне... за ошибки своего отца… Ударь, ну! Я не заплачу…

И тут Руслан меня отпустил. ОН как чумной отошёл на два шага назад и хрипло сказал.

- Заткнись ты наконец, несчастная страдалица. Да если бы не мягкосердечность моей матери, ты бы уже давно сбухалась или снаркоманилась в своем захолустье. А может пошла бы по стопам своей распутной матери и наподобие пиявки цеплялась бы к богатым мужикам, чтобы стать очередной безмозглой содержанкой.

- Лучше в содержанки, чем жить в этом доме. С тобой, - гневно выделила я последнюю фразу.

- Ах, вот какие у тебя цели. Для этого ты сегодня вырядилась как последняя шлюха, авось кто клюнет?

- Пусть клюнет. Хочу этого безумно. Чтобы отсюда съехать. Чтоб тебя не видеть и не слышать, - прокричала я и слезы подступили к глазам.

Развернувшись, я порывисто бросилась из комнаты, но Руслан почти сразу меня настиг.
Развернув меня к себе, он грозно прохрипел.

- Если я узнаю, что ты шалавишься с кем-то, все мои прежние наказания покажутся тебе раем, Алена, прекрасным времяпровождением. Поняла? И я не утрирую.

Выдрав из его кулака, своё запястье, я бросилась из комнаты.

Только захлопнув дверь своей спальни, я дала волю слезам. Размазывая косметику по горящему лицу, я позволила себе, хоть ненадолго побыть слабой. Девочкой, которую никто и никогда не любил, а она так нуждалась хоть в сотой доли такого незнакомого для неё чувства.

Прорыдав почти до утра, я вновь запрятала в себе эту слабую маленькую девочку и стала выворачивать из себя сильную и несокрушимую Алёну. Вместе с этим я обдумывала план мести…

4

Кабинет Руслана – запретная зона для всех в доме. По распоряжению мужчины даже уборщица здесь убиралась крайне редко, так как для него это место являлось святее святых. Не терпящее чужих рук или присутствия.

Если бы Руслан узнал, что я частенько посещаю это «святилище», точно бы впал в бешенство или умом тронулся.

Обычно это были настоящие вылазки в стан врага и в основном они проходили по ночам или ранним утром. Я как партизан покидала свою комнату-убежище и крадучись проходила в ЕГО кабинет, где всё осматривала и копалась в личных вещах и документах Руслана. Делала я это очень осторожно и аккуратно, ведь мужчина не должен был узнать об этой моей привычке.

Даже когда я сильно злилась на Лучевского, я не делала мелких пакостей в его кабинете, так как мне очень хотелось как можно дольше совершать эти набеги. О врагах нужно знать всё, а эта комната давала мне довольно много информации и помогала в осуществлении более глобальных злодеяний. Таких, как я планировала сделать сейчас. Для этого я даже пожертвую своими вылазками, так как после моего проступка Руслан если не прибьёт меня, то уж точно обезопасит свой кабинет от осквернения. Осквернения самым ненавистным существом в его жизни – мной.

Сжав ручку массивной дубовой двери, я осторожно приоткрыла дверь и крадучись вошла в кабинет.

Внутри кабинет напоминал настоящий склеп - здесь всегда было довольно холодно и темно. Холод обеспечивал кондиционер, висящий над дверью, а темноту – объемные темные портьеры на одном-единственном, для огромной комнаты, окне.

- Каков хозяин – таков и кабинет, - прошипела я и прошла к огромному столу из чёрного дерева.
На столе была идеальная чистота, впрочем как и во всем кабинете. Руслан любил порядок. Во всем!

- Мерзкий праведник снаружи, а внутри сущий дьявол, - себе под нос прошипела я.

Взглянув на объемные напольные часы, также как и стол, инкрустированные черным деревом, я поняла, что следует поторопиться. На часах было шесть утра, а Руслан всегда просыпается в семь тридцать - не раньше и не позже.

Даже от одной мысли о его раннем подъёме, меня потряхивало, так как в первые три года в этом доме, я тоже просыпалась в семь тридцать утра. Лучевский приучил. Если просплю его подъем, значит буду насильно стянута с кровати и подставлена под струи холодного душа. Я ему каждый раз все руки в кровь раздирала и визжала в самые уши. А он беспристрастно купал меня и на прощание просил не расслабляться в ЕГО доме.

Бррр. Ненавижу.

Только в последний год Руслан оставил эту леденящую моё тело и разум привычку, а о причинах он мне конечно же не сообщил.

Подойдя к огромному шкафу, я уставилась на сегодняшнюю цель своего визита.

На двух самых высоких полках стояла его самая дорогая и любимая коллекция. Дорогая не по цене, а по памяти, по чувствам.

Вот сейчас я пройдусь огненной лавиной по его нутру. Ты мне – я тебе…

Взгромоздившись на стул, я по очереди снимала с полок его дражайшие модели и аккуратно перекладывала их в заранее приготовленную пластиковую коробку.

Здесь были модели самолетов, танков, военной техники и машин… И всё это, Руслан собирал с покойным отцом. Марат Лучевский в прошлом был военным лётчиком и почти каждый вечер с маленьким сыном, он собирал эти самые модели из картона и бумаги. В память о былой профессии.

Будучи подростком Руслан начал собирать уже более сложные модели – из металла и дерева, но их здесь не было. В те годы Марат ударился в бизнес и времени на сына оставалось мало. Поэтому для Руслана были ценны только эти, сделанные вместе с отцом модели. Даже после предательства отца он их не выбросил.

Дорожил… Помнил… Ценил…

Скоро узнаем насколько!

5

5
Кристально-чистый стол Руслана был тут же застелен старыми газетами и журналами, а на них я решила поставить обычный мусорный бак с заднего двора дома.

Полюбовавшись воцарившемся хаосом, я злобно усмехнулась и стала быстро драть куски картона в бак. Когда он был заполнен до краев, я достала зажигалку и подожгла картон.

Горело конечно чудесно! Пылающий костер мести меня жутко завораживал и воплощал в голове картины… ммм… одна краше другой.

Вот Руслан заходит в кабинет и тут же видит, что стало с его любимыми моделями…

Вот он хватается за голову и начинает рвать на себе волосы…

А вот он уже словно бешеный бык бегает по дому и разыскивает поджигателя…

- Ха, сегодня ты меня не найдешь… Я в это время буду бежать в гараж к Волку, чтобы спрятать там твои драгоценные экспонаты.

Язвительно усмехнувшись, я ещё какое-то время понаблюдала за костром, а после потушила его и удалилась из кабинета.

Я уже практически отошла от двери, но тут меня внезапно осенило. Улыбнувшись собственным мыслям, я достала один из самолётов и положила его прямо напротив входа в кабинет.

- Прелюдия перед главным сюрпризом, - торжественно прошипела я и пританцовывая, отправилась к входной двери.

Сложив коробку с моделями в свой самый объёмный рюкзак, я накинула пуховик и вышла на улицу.

Вдохнув морозный воздух, я взглянула на часы и злобно пропела.

- Через двадцать минут всё уже случится, придурок. ТЫ оценишь. Я знаю.

Подергав ручку от уличных ворот, я не сразу поняла, что они закрыты.

Странно.

Уже менее радостно, я посеменила к домику охраны, но не успела я сделать и пары шагов, как мне навстречу вышел старший охранник Михаил.

- Здрасти. А почему закрыто? – не дожидаясь его приближения, прокричала я.

- И тебе не хворать, Алёнка. Это Руслан приказал тебя пару недель не выпускать из дома. Так что можешь чесать назад.

- Чего? – подавившись собственными слюнями, прохрипела я.

- Того! Топай-топай домой.

- Так мне в колледж надо, - взмолилась я.

- Сегодня воскресенье, - спокойно ответил Михаил.

- Так мне в магазин… надо. Срочно.

- Скажешь Таисии. Она всё купит.

Аааааа – мысленно проорала я и обреченно обернулась в сторону дома.

Руслан меня прибьёт. И отступать мне теперь некуда.

- Иди давай. В следующий раз вести себя будешь нормально.

Хотела послать его, но в последний момент передумала. Только дядя Миша, если что, сможет успокоить бешеного Руслана. А то, что он будет крайне неспокоен – это точно.

А может я ещё успею всё вернуть на место?

Сорвавшись с места, я бросилась бежать.

Стараюсь на ходу залезть в джинсы за телефоном, но тут же падаю на колено.

- Чёрт… Вот чёрт.

Наконец взглянув на время, я понимаю, что опоздала. Руслан через пять минут уже встанет.
Обречённо оглянувшись, я как побитая собака, потопала к заднему входу.

- Надо хоть коробку припрятать, раз наказание неизбежно.

Надёжно спрятав коробку в кладовке, я на цыпочках крадусь в гостиную. Кругом тишина.

Может Руслан решил сразу не спускаться вниз? Хотя, на него это не похоже. Обычно он уже в семь сорок спускается в своё святилище и сидит там около получаса, а потом только завтракает.

Хотела свериться со временем, но тут же услышала шаги на лестнице.

- А вот и ОН, - прошипела я себе под нос и стремительно скрылась за углом, чтобы не попасться этому дьяволу на глаза.

Сейчас что-то будет…

6

Гостиная, в доме Лучевских, была самой большой проходной комнатой. Из нее можно было попасть на лестницу второго этажа, в столовую, ещё в прихожую и в кабинет Руслана.

Стоя за углом, я оцепенело наблюдала как мужчина спускается по лестнице, а потом направляется к своему святилищу.

Выражение лица у Лучевского было довольно спокойное, даже холодное. Он всегда так смотрел, когда меня рядом не было. Иногда втихаря наблюдая за ним, я чаще всего отмечала холодность мужчины и беспристрастность. Со многими людьми он был именно такой – спокойный, рассудительный, не эмоциональный, закрытый. Со многими, но не со мной. Стоило ему увидеть меня, его взгляд и поведение тут же менялись.

Спокойные и не громкие шаги вдруг резко прекратились и я поняла, что он как раз остановился перед моим «первым сюрпризом».
Осторожно высунув нос из угла, я взглянула на Лучевского и застыла от удивления. Руслан стоял на коленях и перебирал в руках самолётик. Дверь в кабинет была распахнута настежь и взгляд мужчины был устремлён вовнутрь. Затем он медленно поднялся и заторможенным, нетвёрдым шагом, направился к столу.
Поддавшись порыву, я вышла из-за угла и теперь уже в открытую наблюдала за мужчиной.
Лучевский стоял у стола и накрыв голову одной рукой, осматривал содержимое урны. Вернее пепел в урне.

Руслан стоял и стоял. Не двигаясь, даже его дыхания не было заметно.

И вот сейчас, наблюдая за его реакцией, я почему-то удовольствия не испытывала. Грудную клетку словно сжало тисками, дыхание сбилось, а щеки запылали.

Да, что с тобой, Алёна? Он же твой враг! - мысленно обругала я себя, но лучше не становилось.

И тут… Руслан будто почувствовал мой взгляд и резко повернулся.

Во взгляде – лавины злости и …боли!.., а руки сжаты в кулаки.

- Любуешься, мстительная сука! – прохрипел Лучевский и двинулся в мою сторону.

Поскользнувшись на месте, я тут же побежала. Кинувшись к лестнице, я на всех скоростях поднялась на второй этаж. Надо бежать на цокольный этаж, там замОк крепкий. Но моё желание опять не совпало с моими возможностями – Руслан догонял.

- Я точно тебя прибью.., - послышалось сзади и почти сразу мужские руки ухватили мою лодыжку, и резко дёрнули на себя.

Заваливаясь назад, я старалась ухватиться за перилла и одновременно ударить Руслана локтем в грудь. Ни то, ни другое у меня не вышло и я повалилась на Лучевского. Одно радует – вес у меня был не такой как у его худющих баб, поэтому я прилично так припечатала Руслана к полу. Ещё и локтями упёрлась ему в грудь. Попыталась сразу же подскочить, но руки мужчины вцепились в меня словно клешнями.

Вдохнув полной грудью, я поняла, что сопротивляться буду точно. Зачем упрощать ему задачу!

Приподнявшись на локтях, тем самым ещё сильнее впечатывая их в мужскую грудь, я стала дергать ногами, пытаясь угодить в болевые точки. И ведь угодила. Пару раз - в колено и один - между ног.

Бешеный рёв разорвал тишину дома и я услышала из уст Лучевского отборные маты. Ругаясь последними словами, он обхватил мои ноги своими, а руки сжал с такой силой, что у меня слёзы на глазах появились.

Осталось последнее оружие – голова. Что я зря что-ли с Волком все старые американские боевики пересматривала сотни раз. Сейчас, я как какой-нибудь Шварценеггер или Сталлоне, долбану ему и он сразу же отключится.

Приготовившись к удару, я немного отклонила голову назад и…и… И уткнулась взглядом в его лицо.

Сейчас оно было так близко, что я могла рассмотреть небольшие морщинки у глаз, а на скуле скопление маленьких родинок – одна, две, три, четыре… Я всегда думала, что их всего две… Даже короткая щетина вблизи казалась другой – более темной что-ли. А вот и его губы… они такие же как и издалека. Нижняя губа чуть больше и чувственее верхней.

Вот бы хоть разок… эти губы…

И я ведь так и сделала, дура. Я, словно захмелев, потянулась к ЕГО губам.

Пять сантиметров… четыре… три…, - мысленно отсчитывала я и судорожно выдыхала дрожащий воздух из лёгких.., - два..., - и совсем дышать перестала, - один… Прикрыла веки и… легонько коснулась пересохшими губами его губ…

Секунда…две…

Боль в руках резко усилилась и в одно мгновение Руслан оттолкнул меня от себя. Продолжая удерживать мои руки, он быстро поднялся и в один рывок поднял меня следом.

После этого, он со значительной силой тряханул меня, словно я неживая и яростно прохрипел.

- Ты мне омерзительна, проклятая приживалка. Не знаю, что ты там ещё задумала, но чтобы ко мне больше свои губёшки не тянула… А теперь тебя дожидается твой любимый подвал. Сидеть там будешь неделю и в еде тебя тоже ждут ограничения. Веса в тебе до хера, так что с голоду не помрёшь.

Ещё не переварив свою слабость, я лишь растерянно осмотрелась и на нетвёрдых ногах, последовала за Русланом, который уже тащил меня в мой персональный ад.

7

Чем ближе подвал, тем сильнее моё тело сковывает страх. А моё сознание тут же перебрасывает меня в прошлое, туда где темноты подвала так много, что меня начинает подташнивать.

Руслан меня тащит по коридорам своего роскошного дома, а перед глазами у меня совсем не он. Не его руки… не этот дом…

Вместо дорогих обоев из Европы и лепнины на потолке – обшарпанные стены старого барака.

Вместо напольного паркета – старые сгнившие доски, по которым даже днём было страшно ходить.

А руки...

Руки вечно занятой и орущей матери, к которой должен прийти очередной кавалер и чтобы я им не мешала, она меня тянет в старый, укутанный жуткой паутиной подвал. Подвал, где крыс и мышей столько, что в темноте ни на секунду не утихает их шорох. Где грязные и вонючие полы кишат тараканами, и они всё время норовят заползти на мои холодные, разутые ноги. Отчего я даже нормально стоять не могу, а бесконечно прыгаю или переступаю с ноги на ногу.

И ведь все, абсолютно все, в этом проклятом бараке, знали, что меня бывало и на несколько суток закрывала там мать, но никто! Никто и никогда не помог мне. Не открыл, да даже куска хлеба не бросил. Всем было плевать!

Когда уехала оттуда, мне каждую ночь этот жуткий подвал снился. Утешалась только одной мыслью, что больше это не повторится. Как я ошибалась тогда, идиотка!

В один грёбаный день, Руслан узнал о моём страхе, о моей кошмарной фобии и все вернулось на круги своя.

Последние пару лет он меня только так и наказывал. Наверное думал, что таким образом сломает меня, растопчет окончательно.

Неет. Это лишь вытаскивало из недр моей, уже по сути сломанной в детстве душонки, всё самое гадкое и мерзкое. Заставляющее сопротивляться ещё сильнее и свирепее, и мстить. Мстить Руслану за каждую свою боль в двойном размере. В превосходящей степени. Ты мне – я тебе…

Зашвырнув меня в подвал, мужчина с грохотом захлопнул дверь и закрыл её на два оборота ключа.

Вот и всё. Начинается самое интересное. Сейчас моё больное воображение вырубит остатки здравого смысла и я вновь испытаю то, что проживала в барачном подвале. Темнота… холод… паутина… грызуны… пауки…

Приходят они все одновременно и я начинаю орать, пока не охрипну. Но как и там – здесь на меня тоже всем насрать.

Захлёбываясь в собственном беспомощном крике, я вновь и вновь проклинаю свою жизнь, которую не понять зачем, дала мне мать. Вот зачем?

Просыпаюсь от скрипа двери. Тут же подскочив, я понимаю, что уснула прямо на лестнице.

Луч яркого света, от открывающейся двери, становится всё шире и шире, пока не ослепляет меня.

На пороге стоит Таисия с подносом в руках.

- Ужин, - шипит она и тут я замечаю, что за её спиной стоит охранник.

Даже в такой ситуации не смогла не позлорадствовать.

- Боитесь, что я опять собью ваше высочество с ног и убегу.

Я называю старшею по содержанию дома Лучевских именно так, за её вечно задранный до небес нос и излишнее высокомерие. Хотя она и позволяет себя так вести только со мной. С остальными она всегда очень любезна и мила, а вот меня могла и мокрым полотенцем отхлестать, когда я по ночам таскала сладкое. Ведь днём мне его категорически запрещалось брать и именно по приказу Таисии.

- Ты смеешь ещё и рот свой открывать, тогда вовсе без ужина останешься. Думаю, Руслан Маратович, будет со мной солидарен.

- Да идите вы в жопу вместе со своим Русланом Маратовичем и можете засунуть туда же и свой ужин, - ощетинилась я на Таисию.

- Я ему всё расскажу! И прямо сейчас!

Я показала ей средний палец и она вспыхнув, что-то зашипела себе под нос.

Дверь захлопнулась и я вновь погрузилась в темноту, а вместе с ней и в кошмарные воспоминания.

8

Руслан
Стоя на летней террасе, западного крыла дома, я вглядывался в темнеющее вечернее небо и крутил в руках уцелевшую модель самолёта.

Она всегда попадала в цель. Даже будучи сопливым подростком, Алёна знала куда нужно ударить. И как!

В первый раз её увидел сразу после похорон отца. Девчонку привел в наш дом его секретарь. Маленькая, худющая, с грязными патлами вместо волос. Одежда в пыли, колени на старых брюках вышарканы. А главное она была абсолютной копией своей шлюхи-мамаши.

Я глядел на эту девчонка, а сам эту проклятую Марину видел и от этого внутри тут же расползались канаты ненависти и злости. Вначале её мать разрушила нашу семью, а теперь и эта малолетка пришла её добивать. Впрочем так всё и произошло.

Маму, её постоянное присутствие в доме, добивало с каждым днём всё больше и больше. Она не ругалась с Алёной, не гнобила, но каждый день я ловил материнские взгляды на приживалке и её глаза наполнялись слезами и горем.

А потом. Потом мама просто перестала жить. Нет, физически она существовала, но это была лишь оболочка, а внутри всё вымерло.

Как же я ненавижу этих чертовых баб – мать и дочь. Они убили маму. Убили её жизнерадостность, искренность, любовь, веру…

Поначалу я старался сдерживать свою ярость и злость на эту мерзкую приживалку, но Алёна просто не может жить в мире…

Через неделю, своего пребывания в доме, она облила все наши семейные фотографии черной краской. Меня это задело не так сильно, так как я уже не верил в то семейное счастье, что было запечатлено на этих фотографиях. А вот мама – мама рыдала навзрыд, ползала как маленькая вокруг этих карточек и отмывала от них, как могла, частички нашей прошлой жизни.

Тогда я закрыл Алену в комнате, а уже на следующее утро - посреди гостиной - нас ожидал новый сюрприз.

Выбравшись из своей комнаты через разбитое стекло, Алёна срезала все цветы в мамином розарии и уставила вазами с ними весь центр гостиной.

Привезённые из каждой отцовской командировки розы, мама проращивала и высаживала в свой огромный розарий и они все в одно утро были похерены. Ведь многие розы были срезаны почти под корень.

Вот тогда я думал, что точно её прикончу, но девчонка спряталась так, что мы целый день её искали с охраной - по всему дому и территории. Пришла к вечеру – руки и лицо исколоты иглами испорченных роз, коленки новых джинсов изодраны. Наказывать не стали, мать даже за доктором послала.

Но это было только начало её злоключений в нашем доме…

- Руслан, - окликнула меня мама, выходя на террасу.

Я ей кивнул и продолжил смотреть в темную глубину ночи.

- Выпусти её, - совсем тихо попросила она.

- Нет.

- Она опять кричит. Ей плохо…

- Ну и что. Она прекрасная актриса, мама. Из другого места она сразу сбежит, да ещё и напакостит.

- Значит надо её отпустить совсем… Из нашего дома, - прошептала мама.

- Нет. Пусть колледж вначале закончит.

- Но человек не может так кричать. Я пойду к ней…

- Зачем? – резко перебил я родительницу и развернулся, - этот подвал лучше некоторых квартир будет, там чисто, тепло, светло, диван есть, даже ноут с образовательными программа я туда поставил. Но ей проще там орать, как бешеной и требовать свободы. Свободы, которая эту приживалку только портит. Она ничего и никого не боится. Все окна и двери у себя в комнате переломала. В подвале хоть немного посидит в покое, может думать начнёт.

- Руслан, я её выпущу и…

Неожиданно на терассу влетела Таисия и стала быстро тараторить.

- Простите, просто эта девчонка… она послала меня и ещё средний палец показала и… Вас тоже послала и ещё…

- Хватит, - перебил я Таисию и спокойно сказал, - я к ней схожу. Идите.

9

Таисия сразу вышла с терассы и я отправился следом.

- Руслан, прошу.., - начала мама, - будь терпимее. Откуда в тебе это… мы не таким тебя воспитывали…

- Терпение и Алена – два взаимоисключающих вещи, мама.

- Ты слишком остро всё воспринимаешь и…

- Она сожгла все мои детские модели. Остался только этот самолёт. Сделала из моделей костёр в мусорном ведре в кабинете и сожгла их подчистую.

Что-то промелькнуло в блеклых глазах мамы, но тут же померкло и она отвернулась.

- Причина? – хрипло спросила она.

- Какая, на хрен, причина, мам! – прорычал я, - эта приживалка их пожгла. Ты слышишь меня?... Чёрт. Прости меня, мам. Прости. Эта девчонка… она с ума меня сводит.

- Я вижу.., - обреченно ответила женщина, глядя мне прямо в глаза.

- Пойду, - нервно ответил маме и тут же вышел с террасы.

- Бл…ть, что с тобой происходит, Рус! – прошипел я себе под нос и стремительно двинулся к подвалу.

Таисия уже торчала у входа в подвал и нервно переминалась с ноги на ногу.

- Я же попросил вас уйти, - тихо сказал ей, на что она вновь стала тараторить.

- Простите. Просто она лгунья и интриганка и может наплести про меня разные глупости и…

Подняв к верху ладонь, я приказал ей замолчать и тут же открыл дверь в подвал.

В подвале было довольно темно. Не многочисленные подвальные окна, света уже не приносили, а лампу девчонка почему-то не зажгла.

Щёлкнув выключателем у входа, я прошёл к лестнице и тут же оцепенел от открывшейся картины - на нескольких ступеньках лестницы распластались светлые волосы девчонки.

Ринувшись вниз, я опустился на колени перед Аленой, которая неподвижно лежала на лестнице и не подавала никаких признаков жизни.

Похолодев от ужаса, я стал бить ее по щекам и кричать.

- Ты опять играешь со мной, проклятая приживалка! Ну, очнись же…. Ну…

Приложив голову к её груди и расслышав дыхание, я подхватил девчонку на руки и вынес из подвала.

- Таисия, быстро вызывай скорую и нашему доктору позвони. Но вначале звони в скорую.

Вбежав в гостиную, я осторожно положил Алену на ковёр и стал искать глазами графин с водой.

Кинувшись к графину, я налил полный стакан воды и вначале облил водой своё лицо, а потом налил второй и бросился к девчонке.

Бросился и замер. Её на ковре не было. Услышав шаги на лестнице, я поднял голову и увидел Алену, которая была уже на втором этаже. Показав мне кулак, она бросилась наверх, переступая сразу через несколько ступенек.

- Я тебя прибью когда-нибудь, - сбиваясь с дыхания, крикнул я и с облегчением повалился на диван.

Таисия стрелой влетела в гостиную и пропищала.

- Всех вызвала.

- Отменяй! – откупоривая бутылку с виски, проговорил женщине.

- Как…

- Так. Ей полегчало.

- Аааа...

- Иди, - наливая в стакан янтарную жидкость, приказал Таисии.

Она и пошла, но тут опять остановилась и проговорила.

- Я хотела сказать вам, ещё утром… Алена, сегодня с утра, всю кладовку перерыла. Что искала не знаю. Но я там коробку перемотанную скотчем нашла. Этой коробки там раньше не было.

- Неси, - проговорил женщине и откинулся на спинку дивана.

Прикрыв веки, я попытался успокоиться, но почти сразу до меня долетели слова Таисии.

- Её охрана открыла уже. Там… там ваши модели. Все.

Резко поднявшись с дивана, я устремил взгляд на коробку, куда действительно были аккуратно сложены все мои экспонаты.

Вот хитрая ведьма!

10

Почти две недели прошло с моего очередного заточения в подвале и всё это время я старалась не высовываться. Затаилась на время, так сказать.

Руслана все эти дни я тоже не видела, так как днем я была в колледже, а после учёбы ехала к Волку в гараж, чтобы поиграть в приставку и сделать домашку. А уже после, часам к восьми, возвращалась в дом Лучевских.

Ужином меня конечно никто уже не кормил, да мне и всё равно было. Днем мы с Волком ели его фастфуд, а по ночам, я таскала мармелад из кладовки.

Каждый раз, бывая в кладовке, я любовалась спрятанной коробкой с моделями Руслана и язвительно усмехалась – хоть не зря в подвале сидела.

И вот сейчас у меня была намечена очередная такая вылазка. На часах было полпервого ночи, а это значит, что никто не должен меня спалить.
Сегодня я собиралась сделать набег на холодильник, а не на кладовую. У Волка был голяк в холодильнике, поэтому сегодня я осталась без обеда, о чем меня уже в сотый раз предупреждал мой пустой желудок.

Я уже почти вошла в столовую, как вдруг услышала хлопок входной двери. Замерев на месте, я настороженно оглянулась. Кто-то идёт.

Двое. Мужчина и женщина. Мужчина – Руслан, а женщина кто и зачем?

Хотя и так ясно зачем он всё время притаскивает домой этих баб. Потому что он кобель несчастный.

Спрятавшись за угол, я стала во все глаза смотреть на парочку. А уши я навострила так сильно, что даже голова заболела от усердия.

- Ру-ус, я сегодня пью только шампанское… - пропела дама.

"В голове одни пузырьки, вместо мозгов" – откомментировала я про себя.

- Ир, у нас его точно нет. Могу лишь вина тебе налить, - без энтузиазма процедил Лучевский.

- Мммм, милый, я пью только особые сорта вин…- чирикнула дева.

"Нет, не одни пузырьки, ещё и гонора килограммы" – вновь подумала я.

- Тогда езжай домой. Я очень устал сегодня, а теперь по твоему должен особые вина в погребе полночи искать. Так что-ли?

Хе-хе-хе – мысленно обсмеяла я эту бестолочь.

- Нет-нет-нет. Прости, милый. Я ведь сама напросилась к тебе, потому что дико соскучилась и…

Я не смогла расслышать, что «и», потому что «милая» засосала Руслана не хило так.

Вот драная кошка. Напросилась она. Теперь ещё и налижется вдоволь.

Настроение было испорчено. Наверняка это из-за того, что я была очень голодная, а теперь и поесть мне не дадут эти чертовы герои-любовники.

Ненавижу!

В гостиной стали слышаться тихие стоны и шёпоток и я поспешила протиснуться в двери столовой. Там я села на ближайший стул и стала размышлять об увиденном в гостиной.

И почему ему нравятся эти курвы! Ума с куриный помет, а он их таскает сюда одну за одной. И все как на подбор – одинаковые, силиконовые и бездушные.

– Наверное на их фоне чувствует себя суперумный и красивым, - грустно прошептала я и тут опять мой желудок напомнил о себе.

- Ну и хрен с ними. Я есть хочу, - решительно пробормотала я и отправилась на кухню.

Не включая свет, я распахнула холодильник и стала осматривать запасы еды, которыми заведовала ультра вредная кухарка Дарья Васильевна. Хуже неё была только Таисия, хотя возможно они были одинаково гадливые.

- Старые ведьмы! – присвистнув, пробурчала я в тишину кухни и достала из недр холодильника пачку масла и половинку головки сыра.

Можно было взять масленку и уже порезанный сыр, но эти ведьмы могут меня спалить. Вдруг у них всё по счету и граммам разложено. А так, я отрежу на пару бутербродов и они не заметят.

Не закрывая холодильник, чтобы освещал мой ночной ужин, я взяла с сушки самый большой нож и стала готовить бутерброды, весело приговаривая.

- Вместо масла режу эту курву недоделанную и размазываю ее отреставрированное личико по хлебушку. А вместо сыра пусть будет этот тупенький индюк. Сейчас как отрежу ему одно место, чтобы пользоваться не смог, тогда посмотрим каким он девкам нравиться будет… вот тогда поглядим…

Я так увлеклась процессом расправы над Русланом и его бабой, что даже не заметила как на кухню кто-то вошел. И судя по их лицам – очень давно.

Лучевский и его дева собственной персоной.

- А не подавишься от такого бутерброда? – ехидно уточнил Рус и перевел взгляд на тесак в моих руках.