Лунный Король|да здравствует мрак

Глава 1

Глава 1

Емельян вылетел из дома без вещей, без сумки, в кармане был только телефон. Куда мог помчаться зимой в одной толстовке — знает только он.

— Что, чёрт побери, это было?! — вспылил Кайл, обернувшись на Джонсона. Руки сжались в кулаки, а желание скандалить впервые вскипело в грудной клетке.

— Кайл, подбирай слова, тем более что к тебе у меня тоже есть вопросы! Это что? — Джонсон вскинул руку с дневником Авриила, и Кайл выхватил его.

— Какая разница? Почему ты лазил в моих вещах?! Я прятал его, чтоб найти — надо было постараться!

— Мэри беспокоилась о тебе, всё это время места себе не находила, гадая, где ты пропадаешь, а ответ оказался хуже предполагаемого! Что вы делали? Что всё это значит? Это правда всё, что там написано?!

Кайл сжал книжку, жалея, что вообще начал вести записи. Дневник был нужен для структурирования мыслей и его рассуждений. Он слишком доверял своей семье, когда начинал его вести, и злость за такого рода предательство толкала на глупые поступки. Кай сорвался с места, убегая на кухню, включил конфорку и поджёг дневник, бросая в раковину. Когда Джонсон подошёл, первые страницы уже хорошо горели. В панике он открыл окно, пока Кайл смотрел на страницы.

— Нет, не правда... — через паузу рявкнув, начал он, понимая, что не может позволить правде всплыть наружу. У Яна будут очередные проблемы, у него... будут проблемы. — Я... просто пытался пробовать себя в разных сферах творчества... начал с криминального чтива, решил попробовать себя в писательстве...

Это звучало ужасно неправдоподобно, но Кайл пытался хотя бы врать с уверенным выражением лица, и это... плохо сработало. Джонсон знал сына с детства, знал, что Кайл был честным мальчишкой до мозга костей и не мог идти наперекор совести, но эта ситуация подкосила какое-то доверие между ними.

— Ага, хорошо. А что насчёт твоего отсутствия дома в дни, когда в дневнике ты писал, что куда только ночью не ходил? И случай с подписью соглашения! И похищение Стефана! — Джонсон не поверил, и вопросы к легенде оставались. Он скрестил руки, упрямо смотря на сына. — Ты мне врать вздумал?! Хоть понимаешь, что ты вообще творишь?!

Кайл его будто уже не слушал. Он открыл воду в раковине, потушил огонь и выбросил дневник в мусорку. Прошёл мимо отца и сразу стал собираться на улицу.

— Куда намылился? Дальше скитаться среди нелегалов? Ты никуда не пойдёшь на ночь! Мы не закончили, Кайл!

— Я иду искать своего брата, а ты можешь на ночь никуда и не уходить! Что ты наделал? Твой сын сбежал в мороз без вещей, неужели ничего не ёкает?! — Кайл взял верхнюю одежду младшего с его сумкой и вышел.

Входная дверь хлопнула. Кайл ушёл на поиски, названивая Емельяну. В ход потом пошли звонки каждому из кромешников, пока Виктор не ответил, сказав: «Он у меня». В тот момент с души будто упал груз. Он рванул к его дому, хотел увидеть Яна, поговорить, поддержать, ну и заодно обсудить поведение Джонсона. Преодолев полгорода, Кайл начал стучаться в дверь. Виктор открыл немного с заспанным видом и с сигаретой в зубах.

— Он на кухне... — лениво зевая, мужчина куда-то утопал на второй этаж, пока из кухни не выглянул Ян.

— Кай? Ты что тут делаешь? Ты должен быть дома! — Он нахмурился, стоя в больших для себя шортах и футболке, принадлежавшей явно Виктору.

— Я сам решу, где я должен быть! Я пришёл к тебе... переживал. Ты ведь умчал без всего... а вот, держи.

Ян скептично взглянул на протянутые вещи, и напряжённые плечи опустились. Он оглядел Кайла и выдохнул, кивая на кухню. Виктор ходил по дому, медленно собираясь и надевая знакомую форму, в которой он работал в баре.

— Вы что, вдвоём из дома теперь сбежали? — Виктор скрестил руки, появляясь в дверном проёме, когда парни неловко расположились за столом друг напротив друга. Он давно привык к выходкам Емельяна и даже отдал ему одну из комнат — лишь бы он не ночевал где-то на улице, а приходил к нему. На деле Ян практически и жил у Виктора: он имел свою связку ключей от дома, и когда хотел сбежать от всего мира, то уходил именно туда или в мастерскую.

— Что? Н-нет, что ты! Я тут ненадолго, — Кай в неловкой панике замахал руками. Виктор же тяжело вздохнул и сделал шаг ближе, кивая Яну на холодильник. — Ладно уж, не разгромите всё только. Чёртов сухпоёк мне мой отдай, места на кухне и так крайне мало.

Ян кивнул и без лишних слов, качнувшись на стуле вбок, открыл холодильник, достал небольшой пакетик и протянул Виктору.

— Булочки? — Голос Яна внезапно стал более оживлённым и удивлённым, когда на нижней полке он увидел выпечку. Оглянулся на Виктора, будто кот, который услышал, что в миску насыпают корм.

— А да... решил сделать вчера. С повидлом те, что справа. Только жевать не забывай.

Виктор ушёл, и его комментарий показался странным Кайлу, пока он не увидел, что Ян налетел на выпечку, забыв даже закрыть холодильник. Он достал все булочки с повидлом и, подобрав ноги, жадно все понадкусывал, словно пометил. Почувствовав в одной из них начинку яблока, скривился так, словно выпил что-то кислое, и молча протянул булочку Каю, вежливо предлагая.

Такая сцена и удивила, и позабавила. Кайл тихо посмеялся, забирая предложенную надкусанную булочку. Рассматривая младшего, он лишь сейчас заметил на его нижней губе рану.

— Что у тебя с губой? Упал?

Емельян прервался, поднимая голову, медленно прожевал то, что было во рту, и шумно вздохнул:

— Если ты не замечал, то отец весьма любит носить объёмные кольца... Содрал просто одним ударом. Наверное, шрам останется, да и плевать... Заживёт — и проколю губу на этом месте.

— Мне... так жаль, — единственное, что смог ответить Кай, чувствуя огромную вину за такой случай. — Тебе часто так доставалось? Ян, я правда не думал, что он найдёт дневник. Я писал только для себя, не больше.

Ян отпил чай и махнул безразлично рукой:

— Проехали. Я даже рад, что так случилось. Давно планировал свалить, да повода будто не было. Но ты тот ещё придурок, конечно.

Глава 2

Глава 2

Кайл вздохнул — не нравилась ему вся эта ситуация. Когда Виктор крикнул, что уходит, и закрыл дверь, Кай поднял глаза на Яна.

— И всё равно я не понимаю, как он может позволять себе нечто такое... Почему я никогда не знал, что он так может? Что ещё он позволял себе?

Емельян устало закатил глаза, жевал булочку активнее, пока не решился всё-таки что-то ответить:

— Тебя это не касается...

— В смысле не касается?! Я люблю эту семью! Я хочу знать, что в ней происходит! — Кай схватил руку Яна, убирая еду у него ото рта. — Поэтому ты сбегаешь из дома, да? Поэтому относился к нам как к врагам?

Ян нахмурился и вздрогнул, когда его руку схватили. Он бегал глазами от руки к Каю, пытаясь её вырвать:

— Изверг, булочку отдай! Не поэтому я избегал вас!

Он выдернул запястье и пошатнулся на стуле, чуть не упав.

— Просто минимизировал опасность для вас... За мной могут следить, и лучше они не будут знать, где я живу, с кем общаюсь и подобное. Джонсон — мудила, я знаю, что он терпеть меня не может, но вряд ли Мэрилей возьмёт надо мной опеку, если с ним что-то случится.

Кай опустил плечи и взгляд, путаясь в своих мыслях:

— Неужели... он всегда был таким? Он всегда над тобой так издевался?

— Нет, это началось после смерти мамы... Он тогда ходил просто непросыхая... Без понятия, как с работы не уволили... — Ян откинулся на спинку стула и отложил булочку, скрещивая руки.

— Что... произошло в тот день? — Кайл решил спросить напрямую, не скрывая интереса.

Лицо Яна, смотрящее в стол, на мгновение застыло, став отрешённым. Губы дрогнули, а пальцы сжали одежду на предплечьях.

— Я не помню, — выдавил он с запинкой, чем взбудоражил Кая.

— Ты врёшь! У тебя на лице всё написано! Ян, я же вижу, что ты помнишь! Ну расскажи, пожалуйста, я ведь хочу узнать тебя лучше. Сегодня оказалось, что я не знал собственного отца. Дай мне хотя бы себя понять!

Ян резко встал из-за стола, стул качнулся:

— Не надо меня понимать! Я сказал — не помню! Значит, не помню!

Младший предпринял попытку побега, но Кай вовремя подскочил, хватая его за руку уже в гостиной.

— Вот всегда ты так! Чуть что касается именно тебя — сразу убегаешь от темы! Ян, я собираю информацию о тебе по крупицам! Я хочу быть ближе, хочу помогать тебе!

Емельян же, ощутив к себе касание, вздрогнул и, обернувшись, толкнул от себя Кая, выкрикнув будто на автомате:

— Знай своё место!

Ян сделал пару шагов назад. Руки подрагивали, дыхание сбито, а чёрные волосы прядями лезли на лицо, пока глаза таранили силуэт Кая. Сам же Кайл увидел лишь то, что младший напуган и снова обороняется агрессией.

— С чего ты вообще решил, что можешь пытаться лезть ко мне в душу?! То, что я подпустил тебя ближе, чем было, — ничего не значит! — Ян говорил с испугом и настороженностью, сжал руки в кулаки, не давая Каю и шага сделать в свою сторону.

— Да почему?! Неужели ты настолько боишься довериться кому-то?! — Кай остался стоять на месте. Сейчас он чутко подмечал малейшие детали и решил не драконить ещё больше младшего.

— Да боюсь! — выпалил Ян тут же.На мгновение воцарилась немая пауза. Кай бегал глазами по младшему, пытаясь понять хоть что-нибудь.

— Боюсь доверять... тебе. Ты и так у нашей семейки любимчик. Что бы я ни делал — всегда оставался позади. Что в тебе такого, раз Джонсон предпочёл пасынка родному сыну? Ты не представляешь, сколько раз я задавался вопросом: «Что со мной не так?» Сколько задавался вопросом: «Как у тебя получилось?» Вот так взять и отобрать у меня единственного, кто у меня остался...

— Ты... так говоришь, будто это правда я виноват, что Джонсон так стал поступать.
что я мог сделать?я был таким же ребёнком как и ты! К тому же по началу проявлял попытки с тобой подружиться- Кай резко ощути несправедливую обиду,почему во всём обвиняют его?он ведь ничего не сделал..Хотя может в этом и была проблема...

- Ты прав... не виноват. Но я до сих пор ненавижу тебя за то, как всё обернулось. Головой я прекрасно понимаю, что за чужие действия ты не в ответе... Но ты виноват, что попросту игнорировал происходящее. Не ври, что ты ничего не замечал... Ты же у нас эмпатичный..внимательный, не так ли?

Кайл открыл рот, чтобы сказать хоть что-то в своё оправдание, и тут же закрыл его. Емельян был прав. Он так уверовал в идеальность своей семьи, что намеренно игнорировал явные проблемы... Игнорировал своего же младшего, лишь бы не рушить картинку собственного совершенства. Но это ведь было раньше. Что ещё Каю надо сделать, чтобы заслужить доверие?

— Зачем ты пришёл? — вновь нарушил тишину Ян.
— Вновь показаться хорошим старшим, потому что так «правильно»?

— Нет... — наконец голос вернулся, но Кайл не мог поднять голову. Ощущение собственного провала было будто груз на его затылке и плечах.
— Потому что я правда волновался... И... потому что подумал, что ты бы не хотел быть один после такого.

Емельян остыл, тон голоса сошёл на спокойный, и тот вздохнул:

— Не смей сейчас извиняться... Иначе я задушу тебя подушкой.

Немного разрядил обстановку Ян, и Кай кратко хмыкнул.

— Нам... нужно придумать для тебя легенду. Останешься сегодня тут на ночь. — Емельян вновь переключился с чувств и этой ситуации на нынешние проблемы. Он нередко просто игнорировал конфликты или внутренние ощущения, и Кайл начинал это видеть.

Тактика давления на Яне не сработала как на Мике. Да, он рассказал кое-что, но скорее со злости. Чтобы поговорить с ним откровенно, надо было явно больше времени.

Атмосфера диалога сошла на нет. Сделав чай, парни уселись в гостиной, обсуждая, как выкручиваться перед Джонсоном. Они поговорили больше о ситуации с дневником. Ян смог убедить Кайла, что правда не злится за эту сцену, и просто посоветовал ему вести записи в телефоне.

Осадок всё же у Кая остался неприятный. Слова, что его тихо терпеть не могут, всё же задели. Собрать мысли в кучу, дабы снова завести разговор с младшим, не удавалось вплоть до момента, пока те не стали расходиться спать.

Глава 3

Глава 3

И снова у Кайла возникло это чувство, как тогда у стены академии, когда Ян не скрывал возмущения насчёт ненужного вмешательства старшего. Чужие пряди отдавали влажностью и запахом мужского шампуня — видимо, Ян буквально недавно вышел из душа. Снова этот пустоватый взгляд, буквально смотрящий в душу. И снова... Ян что-то говорил, а Кайл слышал это где-то там... на фоне. Всё его внимание было сконцентрировано на чужих глазах и лице.

-Бледный... почти как снег... и резкий... Снова ощущаю что-то «неправильное». Приятно неправильное.

Но из неправильного там было лишь неприлично близкое расстояние. Смущение... вот что не мог понять Кайл. Он и правда смущается... но от чего именно? От упрямства? Слов? Или всё же наглости, из-за которой младший раз за разом нарушает личное пространство кого бы то ни было?

Внезапно Кайла выдернула из мыслей тишина. Кажется, младший замолчал и ждал каких-то комментариев от него. Сам же Авриил не нашёл никаких правильных слов. Да и разве слова в их отношениях имели когда то вес? Кай притянул Яна за плечи и обнял, заставив того сжаться, словно вот-вот это окажется ловушкой. Прерывисто выдохнув в плечо Емельяна, Кайл улыбнулся и кивнул.

— Спасибо, — прошептал еле слышно.

Отчего-то на душе стало так тепло, и лишь один Ян теперь был сбит с толку.

— Ты такой странный... Сначала накричал, а теперь шансы раздаёшь... Может, ты не такой уж и ужасный, каким хочешь показаться. Не такой уж ты и чертёнок...

Ян помолчал, смакуя фразу Кая, и ответил более тихим тоном, более глухим — ибо говорил в плечо Кая:

— Даже монстры иногда могут делать что-то хорошее... Но в следующий раз я тебе врежу.

— Ногой? — хихикнул Кайл, чем заставил Яна извиваться в своих руках подобно червю . Но захват ногами ждать себя не заставил, и младший совсем оказался оккупирован.

— Придурок! Пусти! Задушишь! — Ян поднял голову, дуясь и пытаясь выбраться, чтобы сдержать лицо, но Кай продолжал его обнимать, перекатывая с боку на бок и хихикая, пока не выдохся.

Когда те улеглись на диване, лицами друг к другу, Кайл поджал губы и на краткую паузу отвёл взгляд.

— Прости... Наверное, я надавил на тебя... Обещаю больше не лезть в прошлое, которое ты сам рассказывать не захочешь... Но не буду обещать, что не попытаюсь узнать у других. Мне важно... узнать тебя хотя бы... немного. Для меня ты как незнакомый человек, и я искренне хочу это исправить. В конце концов... мы ведь напарники?

Кай заулыбался, так тепло и солнечно,а на щеках проявились ямочки. Емельян как-то потупился на него, а взгляд медленно перешёл в удивлённый. Когда Кайл это заметил, ему тут же в лицо уткнулась чужая ладонь, отворачивающая голову куда-то в сторону.

— Да делай как хочешь, — ответил на выдохе и мигом выпрыгнул из объятий старшего, поправляя одежду. После, скрестив руки, обернулся к дивану. Он явно хотел что-то сказать, но передумал и двинулся к лестнице на второй этаж.

— Доброй ночи... напарник.

Емельян скрылся в темноте, оставляя Кая наедине с тишиной. Сам же Авриил лишь больше заулыбался и, найдя какую-то подушку с одеялом в шкафу, улёгся на диване. Перед сном написал матери, что остался у друга на ночь, но решил о Яне ничего не говорить — младший сам разберётся, ставить ли кого-то в известность.

Так или иначе, крепкий сон скоротал ночь, и уже с рассветом братья Авриил медленно, но верно собирались на учёбу. Емельян ненавидел куда-то вставать с самого утра, но тем не менее выглядел куда бодрее, чем Кайл, который считал себя жаворонком.

Мороз улицы их взбодрил, а гул академии ввёл в ритм учебного дня. Кайл быстро устремился по коридору, встречая попутно Стеффана в приподнятом настроении.

-Снова он начал общаться с Лаурой. Эта особа более ветреная, чем биполярный Стеф.

Третьей к ним подбежала Линнея, улыбчиво выспрашивая у Авриила планы на выходные. Кайл, остановившись у кабинета, смотрел на девушку немного в недоумении: казалось, словно в ней что-то поменялось, но что именно — он заметить мог не сразу. Пялился, вгоняя девушку в краску, пока Стеффан не выпалил:

— Ты покрасилась? А чего в коричневый?

Спортсмен скрестил руки, встав рядом с Кайлом, осознавшим, «что было не так». Девушка смотрела на парней, поправив чёлку:

— Решила... немного сменить имидж... Кай, тебе нравится?

Она подняла взгляд, а Авриил пожал плечами:

— Да... смотрится неплохо, смелая идея!

И, не обратив более ни на что внимание, он зашёл в шумное помещение. Стеф махнул Линнее рукой и двинулся следом, оставляя смущённую девушку одну. Когда взгляды с неё ушли, та радостно слегка подпрыгнула, убегая к своему кабинету.

Учебная неделя пролетела быстро.Последний день выдался весьма лёгким, и с чистой совестью Кайл двинулся сразу после звонка к Ариану на плановый урок гитары, попутно списываясь с ним:

-«Привет, всё в силе? Я выдвинулся к тебе».

Ответил Свон, как обычно, оперативно:

-«Само собой. Только я в магазин вышел за краской. Если хочешь, можешь пересечься там. У моего дома, помнишь?»

Кай отправил палец вверх и, пожав плечами, двинулся навстречу. Столько хотелось Ариану рассказать! Столько впечатлений за неделю. Но, как обычно, сказанное надо было хорошенько отфильтровывать, и несмотря на это, он радовался каждый раз, когда наступали изнурительные уроки гитары.

Подойдя к магазину, он зашёл внутрь, быстро находя знакомую макушку.

— Решил сменить цвет? Странно, ты уже второй человек за эту неделю, от кого я слышу про краску.

Ариан, привычно улыбчивый, оглянулся на Кайла, держа в руках баночку с осветлителем:

— Даа? А может, это знак? Пора менять имидж. Может, и тебя побыстрому покрасим? — Ехидная улыбка немного озадачила.

— Меня? Да я как-то... не думал об этом. Наверное, можно. Может, в чёрный? Или пару прядей? — Кайл уставился на витрину с краской, бегая глазами по самым разным цветам, невольно вспоминая и «За» с его синим окрашиванием.

Глава 4

Глава 4

Прошла рабочая неделя, и отец семейства возвращался домой с командировки. Эта мысль не давала Каю покоя на протяжении всех прошедших дней с их последнего разговора. Отвлекаться получалось, но каждый раз, возвращаясь домой и смотря на знакомую дверь, его не оставляло ощущение надвигающейся бури.

И она действительно настигла Кая. Всё было до невозможности предсказуемо... В день возвращения Джонсона домой, за семейным ужином, хоть одно место и пустовало. Впрочем, это было неудивительно — бежать было уже некуда.

Смотря на новый «стиль» своего старшего сына, Джонсон искренне держал при себе все комментарии, которые мог бы выдать. Мэрилей же удивилась, осматривая волосы сына. Она заулыбалась и в восторге наговорила комплиментов, заставляя Кайла хихикать от последующих поцелуев в щёку. С горем пополам ужин подошёл к концу, и в голове невольно считались минуты до конца.

Мужчина спокойно рассказывал о рабочей поездке жене. Мэрилей со всей внимательностью слушала, задавала вопросы, а Кай прожигал взглядом еду в своей тарелке. В горле словно стоял ком, и есть не хотелось вовсе. Внимание было каким-то рассеянным, и он уже давно не слушал, о чём говорят родители. В голове крутилась лишь мысль о том, что вот-вот — и Каю снова предстоит врать отцу. И на этот раз нельзя облажаться. Малейшая деталь может вырвать у него почву из-под ног, а следом подставить и Яна, и остальных.

— Милый, всё в порядке? Ты почти ничего не съел... — обеспокоенно заметила Мэрилей, которая уже убирала пустые тарелки и обратилась к Каю, тем самым вытолкнув его из потока мыслей.

— А, да... Прости, мам, задумался. Я что-то совсем не голоден. Лучше пойду в комнату — устал за эту неделю.

— Кай. — Подростка остановил твёрдый голос Джонсона. Он прозвучал достаточно тепло, чтобы не испортить семейный ужин, но и достаточно пронзительно, чтобы Кай понял: отпускать его не намерены. — Не торопись. Я тебя долго не видел, не знаю даже, как ты вообще. — Джонсон перевёл взгляд на жену, поднимаясь из-за стола. — Дорогая, мы пойдём с Каем в мой кабинет. Хочу узнать, как у сына дела в академии, и показать ему пару новых проектов.

В ответ женщина лишь кивнула с улыбкой и отпустила их, заканчивая с уборкой на кухне и после направляясь отдохнуть в спальню. Кай же последовал за отцом. Каждый шаг отдавался стуком сердца, в голове снова проворачивались все лживые аргументы, которые они с Яном успели придумать. Так он и не заметил, как дверь отцовского кабинета уже закрылась за его спиной.

Джонсон прошёл за рабочий стол и сел в кресло, взяв в руки пару бумаг и словно ожидая, что Кай сейчас сам сдастся с повинной. Впрочем, у подростка, который стоял в тишине будто в ожидании, когда прозвучит команда «Огонь!» и его приговор будет подписан кровавым отпечатком на стене позади, не оставалось другого выбора, кроме как действительно заговорить первым.

— Ты ведь позвал меня не для разговора об успеваемости и работе, так?

— А что, разве не ясно? Впрочем, сейчас не об этом. Что у тебя за внешний вид? Ты видел себя, чёрт побери? Руки бы оторвать.Кто тебя надоумил. Ян? А что дальше — начнёшь дырки себе в лице делать?? — мужчина начал закипать, смотря пристально на сына, после чего выдержал паузу и наконец отложил листы с осточертевшей работой. — Возвращаясь к теме. Кай, если ты думаешь, что в этом доме ты можешь делать такие вещи, а потом сбегать посреди разговора, то это заставляет меня усомниться в своих методах воспитания.

— И что, лучше бы воспитывал меня так же, как и Яна? — процедил Кай сквозь зубы, ибо от этих слов отца становилось жутко.

Тишина снова повисла в комнате. Кай избегал взгляда отца до этого, но сейчас встретился с ним один на один и, кажется, сам приготовился к бою. Слова про цвет волос он пропустил мимо ушей: почему-то недовольство именно от Джонсона он и ожидал.

— Кай, ты вообще понимаешь, с кем и как ты разговариваешь? Моё отношение к Яну — не твоё дело, сам разве не замечаешь, что происходит? Какое ещё писательство в криминалистике, Кай? Я, по-твоему, вообще идиот, чтобы верить в эти сказки? Может, и пропадать из дома ты начал, чтобы найти вдохновение? Только вот знаешь, что будет, если это вдохновение доведёт тебя до решётки?

— Я уже сказал, что это были просто фантазии! Пропажа Стефана заставила меня углубиться в тему подобных исчезновений, и я просто хотел попробовать описать такую историю самостоятельно. Мне удобно было использовать имена людей, которых я уже знаю, и на их образах создавать и описывать ситуации, представляя, как бы они себя повели... И ещё хотел попробовать описать и себя там.

— И что будет дальше? Что дальше ты собирался описать в своей истории? Может, ты ещё и человека там убьёшь, чтобы представить, как бы себя повёл!? Кай, такие интересы не доводят ни до чего хорошего. Сначала ты придумываешь такие вещи, потом записываешь их, а потом планируешь и воссоздаёшь! Знаешь, сколько таких «творческих ребят» сейчас можно найти по тюрьмам? Они ведь тоже просто из интереса это всё начинали. — Голос Джонсона стал явно громче. Он всё ещё сдерживался, чтобы Мэрилей их не услышала, но его гнев уже ощущался Каем насквозь.

— Я больше не буду ничего писать... И придумывать тоже. Я понял тебя, отец. Это просто практика писательства для журналистского кружка. Таких историй больше не будет, даже просто для себя. — В целом Кай не соврал. Он действительно не собирался больше записывать такое. А придумывать ему ничего и не надо — ведь всё происходит на самом деле.

Джонсон откинулся на спинку кресла и потёр переносицу, тяжело и громко вздыхая от накопленного напряжения.

— Кай, ты очень сильно меня разочаровал и расстроил. Я не думал, что у нас когда-нибудь будет даже малейший шанс на подобный разговор. Видимо, я ошибался. И я не могу оставить это без внимания... Ты можешь идти, но знай: часть моего доверия ты потерял. И ради всего святого!... Смой этот срам со своей головы. Выглядишь таким же беспризорником, как Ян.