Любимая проблема вредного дракона

Глава 1

— Лекс. Лекс! Ты оглохла?! — раздавался сзади чей-то надменный голос. — А ну, стой, тварь!

В плечо безжалостно впились сильные пальцы, и Таисия Марковна поняла, что обращались к ней. Стиснув зубы, она обернулась.

Ее сверлил яростным взглядом высокий молодчик лет двадцати. Блондин, серые глаза, прямой нос со вздернутым кончиком. Его большие губы, выделявшиеся ярким пятном на бледном лице, искривила яростная гримаса. Он усилил хватку и больно ткнул Таисию Марковну в лоб указательным пальцем.

— Ты… — прошипел он и торжествующе ухмыльнулся. — Решила глухой прикинуться?

Таисия Марковна молча хлопала ресницами и считала до десяти. Для полноценной беседы у нее было недостаточно исходных данных.

— Де́рек, кажется, в прошлый раз ты перестарался с наказанием, — томно сказала подошедшая к ним золотоволосая девица с голубыми глазами и капризными губами в форме бантика. Она по-хозяйски взяла блондина под руку, оглядела Таисию Марковну с ног до головы и добавила: — Или напротив… Был слишком мягок…

Попаданка на лекцию в магической академии оглянулась через плечо. Студенты, с которыми она слушала забавного дедулю в длинной мантии, удалялись вдаль по коридору и сворачивали направо. Запомнив направление, она потупила взор, скрывая злость. Так вот откуда взялись синяки и ушибы на теле, в котором она очнулась!

— Какая же ты уродина, — презрительно процедила блондинка. — Ты себя давно в зеркале видела?

— Недавно, — решилась открыть рот Таисия Марковна. — Да. Не красавица…

Хватка на руке на секунду ослабла. Блондин удивленно фыркнул, потом резко прижал ее к холодной стене в проеме между высокими окнами и прошипел:

— До завтра перепишешь мне все свои конспекты, поняла?

Таисия Марковна кивнула. Кажется, ее покорность удивила местного Драко Малфоя. С некоторой неуверенностью он сказал:

— Мне и Иде́лле по общим предметам.

Таисия Марковна подняла глаза. Парень явно ждал сопротивления, но она боялась привлекать к себе лишнее внимание, поэтому молча взяла свободной рукой протянутые тетради и зажала их под мышкой.

Де́рек и Иде́лла смотрели на нее, хищно раздувая ноздри.

— Так я пойду? — спросила она. — Раньше начну, раньше закончу.

На лицах мажоров — судя по обуви и сумкам, с деньгами у деток все было хорошо — отразилось удовлетворение. Дерек отпустил ее плечо, Иделла задрала свой хорошенький курносый носик вверх.

Таисия Марковна с облегчением выдохнула, бочком отошла от блондинистой парочки и уже хотела бежать догонять сокурсников, как Дерек преградил ей дорогу.

— Не так быстро, — медленно произнес он. — Сначала встань передо мной на колени и попроси прощения за то, что не остановилась сразу.

Таисия Марковна была приличной женщиной, но успела пожить, так что запас неприличных слов у нее имелся. Словечки и заковыристые обороты русского могучего языка стремительно проносились у нее в мозгу. Но… Опаздывать на следующую лекцию ей очень не хотелось. Потому что из первой она четко поняла: признаваться в том, что она попала в чужое тело, не стоило, поскольку это могло обернуться смертным приговором.

— Ну? Долго мне ждать? — Взгляд Дерека стал настороженно-торжествующим. Парень явно ждал непослушания, чтобы ударить.

— Не могу, — сказала Таисия Марковна. — Если опущусь на колени, подумают, что вы самоутверждаетесь за счет слабых!

Пока мажоры переваривали сказанное, Таисия Марковна резво обогнула их слева и бросилась бегом туда, где скрылись однокурсники. Перед тем как завернуть за угол, она отвлеклась на тетради, запихивая их в сумку, и с разбега врезалась в двух мужчин, идущих навстречу. Пожилой чуть не упал, но тот, что помоложе, к слову тоже блондин, только платиновый, успел схватить его за руку.

— Ой, простите! — Таисии Марковне стало неловко перед сверстником, которого она чуть не сбила с ног. Она заглянула ему в лицо. — Вы не ушиблись?

— Вижу, меня не зря прислали, — прозвучал над ней ледяной голос. — Вашей академии явно не хватает порядка, ректор Брейн.

Насчет нехватки порядка Таисия Марковна была полностью согласна. Дедовщина цвела буйным цветом, поэтому ей не терпелось узнать, как вернуться обратно. Туда, где ее ждала пенсия и подаренная детьми путевка в Турцию. Убедившись, что ректор не пострадал, она молча — так как не знала, какие обращения здесь в ходу — поклонилась ему и побежала дальше. То есть намеревалась побежать, но ее снова схватили за плечо.

На этот раз больно не было. Широкая ладонь удерживала сильно, но мягко, не впиваясь пальцами в мышцы, как это делал наглый мажор. Таисия Марковна подняла голову. Рука у спутника ректора была теплая, но лицо! Ей тут же вспомнились строчки из популярной песни Аллы Пугачевой, и она мысленно пропела: “Ледяной горою айсберг из тумана выплывает…”

Серые глаза, черные прямые брови вразлет, прямой нос, решительный подбородок, гладковыбритая кожа. Айсбергу было не больше тридцати, но смотрел он так, будто не в меру резвые студенты и чересчур мягкие ректоры ему надоели еще лет сто назад. А то и все двести.

— Куда спешим? — холодно спросил он.

Если бы Таисия Марковна знала! Коридоры опустели слишком быстро, теперь придется заглядывать во все двери подряд, разыскивая свой курс!

— Туда. — Она кивнула в пустынную даль. — Учиться. Можно я пойду? Еще раз простите, впредь такого не повторится.

— Надо же, какая любовь к занятиям, — задумчиво протянул Айсберг и оглядел ее с ног до головы пронизывающим взглядом.

“Неужели телепат?” — подумала она и попыталась освободить плечо, но не тут-то было! Таисия Марковна разозлилась.

— Простите, но что вас удивляет? — сказала она. — Да, я люблю учиться, поэтому нахожусь в академии и бегу, чтобы не опоздать на лекцию. — Ледяной сканер молчал, и она выложила следующий аргумент: — Ученье — свет, а неученье — чуть свет, и на работу.

Серые глаза едва заметно расширились, левая бровь дрогнула. Ходячий ледник слегка наклонил голову, как будто прислушивался.

Глава 2

Арвин Никс смотрел на восхищенные лица учеников и испытывал непреодолимое желание отправить совет попечителей академии в Лес снежити на съедение.

Пропало трое студентов, прежде чем ректор Брейн смог уговорить их обратиться за помощью к королю! Мало того что скрыли, так еще и отбрыкивались, как третий принц от полетов, когда узнали, что Арвину нужно выделить должность наставника. Как будто бы он сам горел желанием снова влезать в шкуру преподавателя! Но другого выхода не было.

— Надеюсь, Хранители сумеют доказать, что достойны оказанной им чести, — продолжал ректор, когда аплодисменты стихли. — А теперь…

Поняв, что господин Брейн собирается предоставить ему приветственное слово, Арвин громко сказал:

— А теперь все идут на следующую лекцию. — Он выразительно посмотрел на студентку, которая налетела на них. На единственную девушку, на чьем шевроне был изображен дракон. Она сидела с прямой спиной, крепко прижав к себе серую холщовую сумку, и смотрела преданным взглядом. Только в отличие от всех остальных студентов, не на него самого, а на ректора Брейна. Бровь Арвина дернулась второй раз за сегодняшний день, и он повысил голос: — Идут, не спеша, никого не сбивая с ног.

Нахалка не отвела от ректора глаз и даже не покраснела! Встала, как только он договорил, и первой покинула аудиторию. Не бегом, но все равно раздражающе быстро.

— Простолюдинка из Гарна, — шепнул ему ректор. — Маленькое графство в глуши, на задворках королевства. Наверное, ни одной приличной картины с вами не видела, вот и не признала.

Арвин мрачно смотрел на проходящих мимо студентов и жалел о том, что его лицо слишком известно. Преступников надо поймать, а не спугнуть. Именно он настоял на том, чтобы поехать не только в качестве ревизора, но и наставника. Первое позволит ему досконально изучить каждый уголок академии, второе — обеспечит его присутствие в ней на столько времени, сколько потребуется, чтобы понять, куда пропали студенты.

Двое исчезли весной. Харуда и интар. Третьего, заклинателя, недосчитались осенью, вскоре после начала занятий. Совет попечителей решил, что деньги важнее безопасности учеников, и заставил ректора скрыть происшествия. Ведь это могло бросить на академию тень и лишить ее и студентов, и меценатов, и поддержки казны.

К Арвину подошла преподаватель истории магии.

— Безмерно счастлива познакомиться… Небесные владыки, поверить не могу… Я говорю с легендой… Ах-ха-ха… — Она нервно засмеялась и помахала на себя ладошкой. — Такая честь…

— Называйте меня куратор Никс, — сказал Арвин. — После окончания занятий жду вас в кабинете ректора.

— Ах… О, да… Конечно, куратор Никс, — залепетала она растерянно.

Арвин поклонился ей и поторопил ректора:

— Идемте, хочу посмотреть на второй и третий курсы Хранителей.

Стремительно покинув аудиторию истории магии, Таисия Марковна огляделась в поисках укрытия и спряталась за выступом полуколонны, чтобы дождаться подругу Таис Лекс и не попасться на глаза докучливым мажорам. Ей повезло: Рыжуля вышла первой.

— Мне нехорошо, нужно в туалет. Сходишь со мной? — шепнула она девушке и повисла на ее руке, изображая слабость.

Та охнула и повела Таисию Марковну в конец коридора.

Уборная оказалась очень даже приличной. Отдельные кабинки, умывальники, чистота. После достигнутого облегчения попаданку охватил оптимизм.

“Прорвемся, не сорок первый. Повезло, что я в академию попала, а не в крестьянскую семью в глухой деревне. Если где и можно найти способ вернуться, то это здесь. Эх, еще поесть бы…”

— Ну как ты? — спросила рыжая.

— Немного лучше. Теперь есть хочу, — призналась Таисия Марковна.

— Вовремя, — хихикнула девушка, прикрыв рот ладонью. — Идем в столовую.

“Вот это удача. Три тьфу, чтоб не сглазить!” — обрадовалась несостоявшаяся пенсионерка.

По пути она старалась запоминать расположение коридоров и лестниц, стараясь не слишком сильно вертеть головой.

В академии было красиво. Высокие окна в верхней части были украшены витражами, и лучи солнца раскрашивали темный камень стен цветными пятнами. Вместе со сводчатыми потолками они создавали ощущение простора, несмотря на большое количество спешивших на обед студентов и преподавателей.

Возле одной из аудиторий рыжеволосую девушку остановила пожилая женщина в темно-зеленом платье и маленькой черной шляпке на седых волосах. В руках она держала приличную стопку то ли книг, то ли учетных журналов.

— Ми́лла Э́ри, будьте добры, помогите. Надо отнести это в кабинет ректора, — сказала она.

Таисия Марковна ликовала! Теперь она знала, как зовут Рыжулю! Она посмотрела на подругу Таис, потом на стопку и протянула руки.

— Давайте мне.

— Оу, действительно… Вы можете сходить вдвоем, а я займусь делами, — обрадовалась Шляпка, отдала им ношу и исчезла в аудитории.

Кабинет ректора находился на втором этаже, неподалеку от широкой, величественной лестницы, спускающейся просторному холлу и высоким двустворчатым дверям. Вероятно, это был главный вход в академию.

Чопорный секретарь в сером сюртуке и не подумал взять у девушек книги. Открыл дверь просторную, светлую комнату, где стоял длинный стол с двумя рядами стульев, и дал знак оставить книги на нем.

Войдя в нее, Таисия Марковна прикипела взглядом к большому шкафу со множеством выдвижных ящиков, на которых были выгравированы буквы. Если это не каталог с личными делами студентов, то что? Она бросила быстрый взгляд на секретаря. Тот стоял в дверях и наблюдал за ними. Перехватив взгляд Таисии Марковны, он надменно приподнял бровь и поджал губы, давая понять, что здесь очень не любят медлительных студенток. Пришлось положить книги и, опустив глаза, выйти оттуда, где в двух шагах от нее находилась разгадка личности Таис Лекс.

“Ничего. Все равно, для начала неплохо. Теперь бы подкрепиться”, — подумала Таисия Марковна.

— Таис, ты как? — обеспокоенно спросила у нее Милла.

Глава 3

“Дура! На что рассчитывала!” — молнией пронеслось в голове Таисии Марковны, и ее в первый раз за этот длинный, странный день охватила паника.

Руки затряслись, сердце сжалось от страха и стыда. Сквозь шум крови в ушах она едва слышала, что говорили в коридоре.

— … такой строгий. Что теперь с нами будет… Может, не стоило просить помощи? — устало рассуждал женский голос.

— Вы в своем уме?! — вскричал мужской. Шаги замерли, затем снова пошли. Голос мужчины обрел спокойствие и уверенность. — Стоило сделать это еще весной, а не идти на поводу у попечителей.

До Таисии Марковны стало доходить, что появление людей в коридоре не было связано с ее визитом! Она рванула к двери в приемную, но опоздала: в замке входной уже поворачивался ключ. Первым порывом было залезть под стол, но там почти не было места из-за плотно придвинутых стульев. Тогда Таисия Марковна подобрала юбку, взлетела на широкий подоконник и плотно задвинула за собой тяжелые шторы. Те самые, зеленые с большими красными цветами. Сейчас они не казались ей аляповатыми или кричащими. В данным момент она любила их всей душой и восхищалась тяжелой тканью, которая не позволила себе колыхаться и выдать ее убежище.

Ректор Брейн и, судя по голосу, та самая Черная шляпка, которой Таисия Марковна и Милла помогли с амбарными книгами, вошли в кабинет и продолжили разговор.

— Нам надо приложить все усилия, чтобы больше никто из студентов не пропал, — твердо произнес ректор.

— Но как?! Если мы открыто заявим о том, что случилось, академию закроют… - чуть не плача, сказала Шляпка. Затем ее голос стал озадаченным: — Здесь не все журналы.

— Берите эти, остальные завтра. Куратор Никс еще не все просмотрел.

— Так что насчет усилий? Каким образом мы защитим студентов? — продолжала беспокоиться дама.

— АХ! Если бы я знал! — снова вышел из себя ректор. — Давайте подумаем об этом завтра. После встречи с попечителями меня словно черный дух высосал… Позвольте, я вам помогу…

Когда шаги в коридоре стихли, Таисия Марковна обессиленно опустилась на подоконник и задышала так, как будто пробежала марафон. Мысли метались в голове, как стайки гуппи по аквариуму. Ректор оказался порядочным и разумным мужчиной, но он был зависим от вышестоящего начальства. От попечителей, от куратора. Ему она могла довериться, остальным — нет. Кроме того, у ректора и без Таисии Марковны забот хватало.

“Надо же, студенты пропадают, а я тут одна, без охраны шастаю. Но мне простительно, я не знала. Зато местному начальнику стражи должно быть стыдно за открытые, где попало окна! Особенно те, которые ведут прямиком в обитель юных студенток!” — рассуждала она, перекидывая ноги через подоконник приемной и ложась на него животом, чтобы нащупать опору.

Спустившись по каменным выступам, Таисия Марковна подобрала веревку с палкой, выпрямилась и повернулась спиной к зданию, а лицом к дорожке, по которой пришла…

— Как вы кстати, куратор Никс, — сказала она широкоплечему силуэту. Белеющие в темноте волосы не оставляли сомнений, на кого именно она снова чуть не налетела. — Не соблаговолите ли вы передать ректору Брейну, что его секретарь оставил окно в приемной открытым? Уверена, вы с ним встретитесь раньше, чем я. Представляете, я проверила, там ни малейшей защиты. Заходи, бери что хочешь…

— Что. Вы. Тут. Делаете, — отчеканил Айсберг грозным, ледяным голосом.

— Не могла заснуть, поэтому вышла прогуляться. Зачем терять время, ворочаясь с боку на бок, если можно провести его с пользой. Так я могу на вас рассчитывать? — спокойно уточнила Таисия Марковна.

— Что?! — ледяное спокойствие дало трещину.

Таисия Марковна повысила голос.

— Говорю, мне самой ректору доложить об открытом окне, или вы ему передадите?

— Вы что о себе возомнили, студентка Лекс? — прошипел куратор. — Считаете, что я поверю в безобидную прогулку перед сном?

— Ну… Не совсем безобидную. Пришлось обойти привратника. Поэтому я была бы очень признательна, если бы вы сами убедили ректора поставить на окна защиту. Скажите, что это вы заметили открытое окно. А то не хочется подводить хорошего человека, то есть привратника. Он исправно служит, на посту не спит, а еще котиков любит…

Айсберг молниеносным движением ухватил Таисию Марковну за запястье и поднял ее руку, в которой были зажаты палка и веревка.

— Это что?

— Вы же не думаете, что я полезла в окно, не проверив его предварительно на защитные заклинания? — искренне удивилась Таисия Марковна. — Как-никак учусь на боевом факультете. Веревку привязала к руке, палку к веревке, залезла, ткнула в проем, убедилась, что опасности нет, залезла, отвязала веревку, сбросила вниз, убедилась, что ректора Брейна внутри нет, возмутилась легкомыслием начальника охраны, слезла, а тут вы.

“И главное — все чистая правда”, — гордилась собой Таисия Марковна.

Айсберг замотал головой и с шумом втянул воздух. Потом сказал, презрительно цедя слова:

— На прогулку. С палкой. И веревкой?!

— Ах, это… — Таисия Марковна по одному отогнула чужие пальцы на своем запястье, освободила руку, отвязала палку, бросила ее под куст. — Палку нашла с трудом. Веревку да, взяла с собой. Потому что это не веревка, а скакалка.

Воцарилась тишина, за время которой Таисия Марковна окончательно успокоилась.

“Таис, да ты тут не пропадешь. Вроде маги, но такие дремучие!”

Она прошла мимо замершего в ступоре куратора к дорожке. Подоткнула края юбки за пояс, намотала излишки веревки на кулаки и начала прыгать через импровизированную скакалку.

— Пре-крас-но-е у-праж-не-ни-е для под-дер-жа-ни-я фи-зи-чес-кой фор-мы, — объяснила она. Остановилась и протянула веревку куратору. — Хотите попробовать?

Куратор молчал.

Таисия Марковна одернула юбку, повесила веревку на шею и зевнула, прикрывая рот ладонью.

— А-а-у. Так я пойду? Прогулялась, попрыгала, теперь можно и поспать.

Собеседник молчал, и она приняла это за знак согласия. Успела сделать несколько шагов, прежде чем за спиной раздалось ледяное:

Глава 4

Перед сном Таисия Марковна долго хвалила себя за находчивость. Вот что значит молодой мозг, помноженный на пятьдесят девять лет жизни! Ни разу не пришлось за словом в карман лезть!

“Штрилиц бы мной гордился”, — подумала она и провалилась в сон с надеждой проснуться в своем теле.

Увы. Утро встретило ее не скованностью в мышцах и ломотой в суставах, а зверским аппетитом молодого организма, который полночи шлялся по академии, лазил по стенам и деревьям и прыгал на скакалке. Таисия Марковна недовольно цыкнула и пошла умываться. Теплая вода и человеческий туалет ненадолго примирили ее с новым миром, но необходимость таскать на себе длинную юбку и отсутствие кроссовок укрепили желание поскорее его покинуть.

— Ох, как не хочется идти на занятия, — посетовала Рыжуля.

— Почему? — удивилась Таисия Марковна. По ее мнению, простолюдинам в обществе с явным классовым расслоением следовало радоваться, что их допустили к учебе в академии.

— Ты еще спрашиваешь? Снова смотреть, как ты терпишь издевательства этих… этих…

— Сволочей.

— Да! — Милла стиснула кулачки, ее брови встали жалобным домиком. — Лучше бы ты за меня тогда не заступалась…

— Что ни случается — все к лучшему, — успокоила ее Таисия Марковна. — Даром я, что ли, на факультете хранителей учусь.

Она хотела сложить в сумку тетради, достала с полки свиток с расписанием. Вверху таблицы стояли номера аудиторий с обозначением корпуса. У первокурсников все занятия проходили в Первом, то есть в центральной перекладине Е. В колонке слева шли цифры от единицы до семерки. В седьмой строке было пусто, в остальных — названия предметов. Таисия Марковна поняла, что понятия не имеет, какой сегодня в этом мире день недели, но ей повезло.

— Хорошо, что завтра выходной. Сходим в Торн? — сказала Милла.

“Ага, значит, сегодня суббота. Шестой день недели. Интересно, почему в расписании нет названий дней, а только цифры?”

— Обязательно, — ответила Таисия Марковна и улыбнулась.

То, что Милла вела себя с ней как ни в чем не бывало, успокаивало. Возможно, на подсознательном уровне у нее получалось копировать поведение, тон и лексику настоящей хозяйки этого тела.

В столовой Таисия Марковна сама подошла к столу, за которым сидел блондинистый Гад. Она молча протянула тетради через стол, резко развернулась и ушла, прежде чем он успел что-нибудь сказать. Как она и предполагала, ему было неудобно выйти из-за стола и бежать за ней на глазах у всех.

Быстро подкрепившись, Таисия Марковна первой покинула столовую, разыскала нужную аудиторию и спряталась за углом в боковом коридоре. Она злорадно ухмыльнулась, глядя, как разозленный Гад вытягивает шею, высматривая ее, потом забегает в аудиторию и, не находя ее там, снова выходит. Наконец, появился преподаватель. Таисия Марковна вслед за ним проскользнула в лекционный зал и села с краю на втором ряду. Сзади послышались сдавленные ругательства Гаденыша, и она довольно хихикнула.

Находчивая попаданка поступила как китайские производители товаров, которые никогда не отказывают заказчику. Можно ли дешевле? Конечно. Еще дешевле и красного цвета? Без проблем. В итоге жадный клиент получал товар красного цвета нужной формы, но вот качество… Качество полностью соответствовало цене.

Переписать лекции за двоих? Запросто. Только потом не стоит жаловаться на почерк.

Последние годы перед пенсией Таисия Марковна работала в регистратуре 2-й поликлиники города Зеленграда. Насмотрелась таких записей от врачей, задолбанных бумажной работой, что теперь могла разобрать глубокие мысли в любой загогулине, оставленной внуками на обоях ее однокомнатной квартирки.

Переписывая лекции для блондинистой парочки, она ни в чем себе не отказывала. Ни в размашистых штрихах окулиста, ни в округлой, замысловатой вязи ЛОРа, ни в слегка волнистой сплошной линии невропатолога. Она полностью скопировала подробные записи, сделанные аккуратным почерком Таис Лекс за позавчера, а так же свои беглые заметки, которые она оставила накануне. То, что она сама записывала, больше касалось общего мироустройства, чем магических знаний, ведь она была полна решимости покинуть это место, так что блондинистым мажорам и тут не повезло.

После лекции Таисия Марковна не стала убегать, решив, что как-нибудь переживет перемену в неприятной компании Гада. Это лучше, чем выяснять отношения на обеденном перерыве.

— Тварь! — прорычал Дерек Гадрел приблизившись. Он хотел ударить ее по лицу, но тело Таис Лекс, на радость Таисии Марковне, резко присело, поднырнуло под руку блондинчика и заступило ему за спину.

— А что такое, что случилось? По какому поводу негодуем? — удивленно спросила она, боковым зрением замечая, как в их сторону несется мерзкая златовласка Иделла.

— Ты испортила тетради, ты ответишь за это, тупая тварь… — прошипел Дерек.

— Господин Гад! — громко сказала Таисия Марковна. Она не отказала себе в мелком удовольствии привлечь внимание сокурсников к фамилии Дерека. — Рел. Вы просили переписать за вас лекции, я переписала.

— Безмозглая курица! — взвизгнула подошедшая Иделла.

— Господа, давайте расставим точки над Ё. Вы сами попросили тупую тварь и безмозглую курицу написать за вас конспекты. Она написала? Написала. Не устраивает качество? Найдите другого исполнителя. Более острого и мозговитого.

Вокруг послышались сдавленные смешки.

— А что там, Дерек? Покажи нам, — высокий, темноволосый студент подошел к побагровевшему Гаду.

Иделла рванула с плеча сумку, достала одну из своих тетрадей, раскрыла и постучала по странице тонким пальчиком.

— Вот! Бессмысленный набор букв!

Таисия Марковна закатила глаза и цокнула языком, глядя, как темноволосый беззвучно шевелит губами, пытаясь разобрать написанное

— Подумаешь, слегка сократила! — сказала она. — Зачем писать слово полностью, если из контекста понятно, что имеется в виду. Например, магия. Достаточно буквы М. Наз-ся — это называется. Нах-ся — находится. Ну и так далее.

Глава 5

Разглядывая карту Ангейла, Таисия Марковна с тоской думала о Средиземноморском побережье Турции.

“Как вернуться в свой мир, не привлекая внимания санитаров и инквизиции? Вот в чем вопрос… Может, попробовать аффирмации? Говорят, мысли материальны. Хочу окунуться в Средиземное море… Нет! Уточняю: в Средиземное море на пляже пятизвездочного отеля Кемерского района Турции. На планете Земля Солнечной системы… В две тысячи двадцать первом году от Рождества Христова!”

Сосредоточиться на составлении правильного запроса к Вселенной мешал бубнеж студентов. Будущие маги яростно спорили, целовал Дерек Гадрел Таис Лекс или нет. А поскольку на лекции по географии присутствовали все четыре факультета, гул стоял такой, что собственных мыслей было не расслышать. Преподаватель, сухонький старичок в зеленой мантии, неоднократно пытался призвать студентов к порядку, но безуспешно.

На перемене к Таисии Марковне подбежала Милла.

— Таис, о чем все говорят? Это правда? — зашептала она.

— Дома расскажу, — также шепотом ответила Таисия Марковна и подмигнула, успокаивая подругу.

Вслед за Миллой ее обступили однокурсники.

— Лекс, вы правда целовались? — спросил голубоглазый шатен. — Дерек клянется, что ты врешь.

Таисия Марковна обернулась, посмотрела на белобрысого Гада, затем на шатена и медленно провела пальцем по нижней губе.

— Ну, если он клянется… Тогда выходит, что я вру, — сказала она таким тоном, что любой бы понял, что да, врет. Именно сейчас она говорит неправду.

Шатен посмотрел на ее растрепавшиеся волосы, на губы, потом на Гадрела, на сокурсников. Стоявший рядом с ним темноволосый, тот самый, который заглядывал в конспекты, довольно произнес:

— Я же говорил! Сам вспомни, ни дня не проходило, чтобы Дерек ее не задирал.

— Ты совсем сбрендил? Посмотри на нее. Кто такую захочет целовать? — возразил шатен, ничуть не стесняясь говорить в присутствии самой Таисии Марковны. Он показал рукой на Миллу. — Он из-за этой рыжей ей проходу не давал. Вспомни, что случилось во второй учебный день.

Таисия Марковна в который раз порадовалась, что ей стукнуло пятьдесят девять, а не какие-нибудь восемнадцать или даже двадцать пять. Подобные слова могли заставить рыдать ее в юности, но сейчас вызывали лишь усмешку и легкий азарт. Вчера вечером она хорошо рассмотрела себя в зеркале. Каштановые волосы ниже лопаток, зеленые глаза в обрамлении темных ресниц, прямые брови, чуть вздернутый нос, тонкие губы с выразительной аркой Купидона. Если изменить прическу и напряженное выражение лица, получится вполне миловидная девушка. Но пока и так сойдет. Не стоит привлекать к себе лишнее внимание. Лучше задать спорщикам волнующий ее вопрос.

— Увы, да. Моя внешность красотой не блещет. Может, вы поможете мне сменить тело?

Удивление однокурсников сменилось раздражением.

— Может, ты просто исчезнешь с нашего факультета? Одни проблемы от тебя, — сказал шатен.

— То есть, вы не можете дать мне другое тело? — уточнила Таисия Марковна. — А господин Гад… рел? Может, это в его власти?

Недоумевающие лица были ей ответом.

“Но тогда как? Как я сюда попала?” — подумала Таисия Марковна и тяжело вздохнула. Вздох относился к необходимости выживать в незнакомом мире.

— Итак, господа студенты. Если никто не может выдать мне более красивое тело, значит, никто не вправе попрекать меня тем, которое мне досталось. И если вам так спокойнее, то считайте, что с господином Гадрелом мы не целовались, — не преминула она вернуть разговор в изначальное русло.

— Вы на самом не целовались! — взорвался шатен.

Таисия Марковна потупила глаза, загадочно приподняла бровь и жеманно пожала плечами.

Тут с перемены вернулся преподаватель, и ее, наконец, оставили в покое. Правда, и Милле пришлось вернуться к своему факультету, но ничего, еще одна лекция, и они смогут в подробностях обсудить и отметить маленькую победу Таисии Марковны.

На обеденном перерыве Милла засыпала ее вопросами, главным из которых был: когда Таис успела научиться так ловко ставить хамов на место словами.

— “Жить захочешь, не так раскорячишься”, — процитировала Таисия Марковна известную кинокомедию. — Устала тумаки получать, вот голова и заработала.

Милла посмотрела на стол, где сидели аристократы, и прошептала ей на ухо:

— Ох, Таис. Не думаю, что на этом наш господин Гад и его Гаде́лла успокоятся.

Рыжуля была права: таких людей не изменить, будут и дальше гадить.

— Ничего, — усмехнулась Таисия Марковна. — Обидеть Таис может каждый. Не каждый сможет убежать. Все, что нас не убивает, делает сильнее.

Конечно, сказать легче, чем сделать, но отступать было некуда. Если душа Таис Лекс исчезла из тела в академии, то именно здесь крылась разгадка перемещения.

“Что, если студентов не похитили? Возможно, они тоже поменялись с кем-нибудь телами, а новые владельцы, в отличие от меня, не остались сидеть на лекциях, а сбежали в город?” — думала она, пока Милла хихикала над ее словами. Но как это проверить, и что с этой информацией делать, пока было непонятно.

— Таис, ты не только храбрая, ты очень находчивая, — сказала Милла. — Я так рада, что мы с тобой подружились.

“Находчивая?” — Слово зацепило Таисию Марковну, потянуло за ниточку и распутало весь клубочек. Не только Рыжуля, она сама удивлялась своей наглости и сообразительности. А ларчик открывался просто: в молодости, с первого по пятый курс института, Таисия Марковна играла в КВН. “Разминка”, “биатлон” — эти конкурсы Клуба веселых и находчивых прекрасно развивали скорость мышления. Выступления на сцене в шуточных жанрах учили уверенности, артистизму и стойкости к насмешкам.

Студенческие воспоминания всколыхнулись в груди приятным теплом, и Таисия Марковна встретила появление в столовой ректора Брейна мечтательной улыбкой, часть которой невольно перепала куратору, который его сопровождал.

— Уважаемые студенты! — с волнением произнес ректор. Он дождался, пока не установится полная тишина, сцепил руки за спиной и сказал: — Такого в нашей академии еще не было…

Глава 6

Хрупкая и робкая подруга Таис Лекс неожиданно без колебаний согласилась прикрыть отсутствие Таисии Марковны в общежитии, а еще нарисовала подробную схему дороги в хранилище знаний.

После третьей пары Таис короткими перебежками добралась до библиотеки. Осторожно приоткрыв дверь, она увидела длинную стойку, а за ней двух почтенных дам, которые перекладывали книги и делали какие-то заметки. Им помогал молодой мужчина. Он приносил и уносил тяжелые стопки. За стойкой виднелись стеллажи, уставленные ровными рядами томов в массивных обложках.

В ожидании окончания рабочего дня Таисия Марковна предусмотрительно укрылась в ближайшем туалете. Унитазов с крышками там не было, зато двери просторных кабинок доходили до самого пола, без промежутков, обеспечивая полное уединение. Пока никого не было, она обследовала помещение, нашла подсобку и позаимствовала там ведро. Перевернутое вверх дном, оно заменило ей табуретку.

Сидеть в туалете было познавательно. Во-первых, Таисия Марковна штудировала конспекты Таис Лекс, во-вторых, подслушивала разговоры преподавательниц и библиотекарш.

Куратор Никс был драконом, приближённым к королевской семье, а потому невероятно богатым драконом. Студентки сходят с ума, потому что он до сих пор не женат. Некоторые преподавательницы тоже потеряли голову, хотя прекрасно понимают, что они ему не пара. Ректор Брейн молодец, потому что снял бремя ответственности за студентов с преподавателей и переложил его на короля и куратора Никса. Но куратору Никсу нужно вести себя более осмотрительно, ведь академия привыкла жить на широкую ногу, а без денег попечителей, всем придется ужаться. Безусловно, Иделла Крон — заносчивая стерва, но каково им будет без денег ее семьи?

“В смысле дракон? Крыльев нет, хвоста тоже… Иделла да, отборная змеища… Ректор Брейн — молодец! Наш человек!” — мысленно комментировала разговоры Таисия Марковна.

За окнами начало темнеть. Таисия Марковна вернула ведро в кладовку и поспешила к дверям библиотеки, пока их не закрыли. Улучив момент, когда за стойкой никого не было, она проникла внутрь и укрылась за портьерой.

Стоять спиной к окну было холодно, и она поняла, что плотные шторы не только регулировали освещенность, но и защищали жилище от холода в те времена, когда не было ни батарей, ни стеклопакетов.

Но замерзнуть окончательно она не успела — библиотекари погасили свет и покинули свое рабочее место. Замок дважды клацнул, и наступила полная тишина.

Таисия Марковна вышла из укрытия и сделала несколько махов руками, чтобы разогнать кровь и согреться. Потом достала из кармана осветительный камень, который сняла с настенного светильника в коридоре, и направила свет в черный тоннель между стеллажами.

— Ну что ж. Окей, гугл... — прошептала она и пошла вперед.

Спустя десять шагов до нее дошло, какую нереальную задачу она поставила перед собой. В ее двадцать первом веке любую информацию можно найти за считанные секунды. Здесь же перед ней стояли тысячи книг, которые предстояло открыть. И хорошо, если в них есть оглавление! А если нет?

Таисия Марковна вернулась к стойке. В любой приличной библиотеке есть каталог, надо только его найти и разобраться в обозначениях. Но сначала — успокоиться. Потому что ее начала бить дрожь. Все происходящее вдруг перестало казаться сном или безобидной игрой. В новом теле и мире она чувствовала боль, холод, страх, растерянность. И усталость. Накатило так, что она опустилась на стул.

— Марковна, ты ли это? Ты девяностые прошла, что тут тех книг? Лиха беда начало. Глаза боятся, руки делают. Поднимай свой кардашьян и вперед к победе коммунизма… — сказала она и нервно хихикнула. Потому что подтянутые ягодицы Таис Лекс на кардашьян ну никак не тянули.

Усилием воли Таисия Марковна заставила себя встать и подняла светящийся камень над головой. Шкафы со множеством ящичков у левой стены милостиво подмигнули ей бликами света на отполированных металлических ручках. Ледяной ком в груди начал таять.

— Истинно сказано: просите, и дано вам будет, ищите и обрящете, стучитесь, и вам откроют.

Таисия Марковна поужинала булочками и принялась за работу.

Поиск информации в бумажных книгах отличался от запросов в поисковых системах Яндекса и Гугла, как путешествие на ослике от полета на сверхзвуковом самолете. Устав бегать со стопками литературы к столу и обратно, студентка поневоле сняла со стены светильник. Светящиеся камни не грелись, поэтому она зажимала его между книг, стоящих на нижних полках, садилась рядом на пол и читала. Исследования магических возможностей в области телепортации сознания осложнялись тем, что она представления не имела, где искать, а главное — что?

С громким вздохом Таисия Марковна захлопнула очередной фолиант.

— Нельзя объять необъятное и впихнуть невпихуемое, — сказала она едва слышно. — Но сдаваться — это не наш метод. Составлю списки интересующей меня литературы. В первую очередь по истории магии. Древней истории! И про этих, как их… крылатых, которые вернули в мир магию.

Вернувшись к каталогу, она так и сделала. Напоследок выписала все, что могло касаться факультета Хранителей, чтобы замаскировать свой интерес к посторонним изданиям. Устала так, что глаза стали слипаться, и в попытках разогнать сон устроила себе экскурсию.

Библиотека была огромной. В дальних залах она обнаружила несколько запертых дверей, а возвращаясь, — уютную комнатку с диванчиком, низким столиком, шкафчиком, где стояли три чашки и печенье, парой стульев и висящей на стене связкой ключей. Затаив дыхание, она взяла их в руки.

Помня о похищениях студентов, Таисия Марковна не рискнула любопытствовать, что же скрывают закрытые помещения, а вернулась к входной двери. Стараясь, чтобы ключи не звенели, она стала проверять их. Немного поборовшись с совестью, она сняла с кольца тот, который подошел к замку.

“Обстоятельства вынуждают. В конце концов, я тут не по своей воле, и я не желаю никому зла, я просто хочу вернуться”, — уговорила она себя.

Глава 7

Небо за окном становилось все светлее, а Таисия Марковна все злее. Список подозреваемых в покушении на ее цвет лица расширился до Дерека Гадрела и таинственных похитителей студентов.

Далее список подозреваемых превратился в список злейших врагов, и в него добавилась Таис Лекс. Это из-за нее вместо того, чтобы укладывать в чемодан удобные шлепки, купальники, льняные платья и любимую соломенную шляпу, Таисии Марковне приходилось думать, как выбраться из ловушки чужого тела и жизни! Но на Таис она злилась недолго. Синяки на руках еще побаливали, и ей снова стало жаль сироту, над которой издевались местные аристократишки.

Потом из списка врагов был вычеркнут Гадрел. На дурака обижаться — себя не уважать.

Похитители отправились в отдельный раздел. Туда, где им был вынесен однозначный обвинительный приговор. Таисия Марковна даже поймала себя на мыслях о составлении плана розыскных мероприятий. Не зря же она обожала детективы Александры Марининой!

Итак, небо светлело, и в списке виновных в ее несчастьях остался только куратор Никс. Потому что ректор Брейн Таисии Марковне нравился, а остальных студентов и преподавателей она пока не запомнила. Разве что представительную историчку по магии и черную шляпку с амбарными книгами, но они точно были ни при чем.

Таисия Марковна взяла еще одно печенье и задумалась над тем, кому могли быть выгодны похищения студентов. Доев лакомство, она спохватилась. Надо было спрятаться у столовой, а благодаря найденному ключу, она могла сделать это, не дожидаясь появления библиотекарей. Но что делать с лицом?!

— Ладно, сначала спрячусь, потом придумаю, — решила она и повернула ключ.

За дверью было светло, тихо, пусто и на этот раз безопасно.

Назло куратору Таисия Марковна проделала весь путь до столовой бегом и спряталась в умывальнике, где в три ряда стояли каменные перегородки с раковинами для мытья рук. Когда туда зайдут студенты, она смешается с толпой… И окажется в центре внимания, из-за своего неординарного цвета лица!

Таисия Марковна стиснула зубы, поминая недобрыми словами чертов порошок, и того, кто высыпал его ей на голову. Но постепенно злость сменилась недоумением. Часов у нее не было, но, судя по солнцу, в столовой уже должны были шуметь не только повара, но и голодные студенты. Она вышла из умывальника и прислушалась. Вокруг стояла полная тишина.

— Этого еще не хватало… Почему никого нет? Новое расписание обещали только с первого дня недели… — И тут она вспомнила! Вспомнила, что седьмая строчка в ее свитке с расписанием пустовала, и как раз сегодня они с Миллой собирались сходить в город. — Ёшкин кот… Выходной!

Это было и хорошо, и плохо. Хорошо, потому что еще целые сутки можно изучать книги, и плохо, потому что столовая была закрыта. Таисия Марковна без особой надежды подергала дверь, но та даже не шелохнулась.

— Прекрасно. Тогда иду грызть гранит науки, — сказала она и, не таясь, пошла обратно в библиотеку.

Ей хотелось спать, есть и домой. Туда, где ее ждали родные и пенсия. Хотелось так, что попадись ей сейчас кое-кто, ему пришлось бы очень сильно пожалеть, что он знает рецепт стойкой зеленой краски. Она даже мечтала попасть в руки злодеев, чтобы с чистой совестью сорвать на них свое отвратительной настроение, но увы, до библиотеки она дошла без приключений.

Несмотря на то, что желаний у нее было много, исполнить Таисия Марковна могла лишь одно. Поэтому, тщательно заперев за собой дверь, она добралась до дивана и рухнула спать.

Сон пошел на пользу, голова снова мыслила ясно, хотя, судя по небу за окном, спала она не очень долго. Все-таки в молодом теле были свои жирные плюсы.

Первым делом Таисия Марковна обследовала запертые двери. Ей не верилось, что в библиотеке нет собственных удобств, и она оказалась права. Просто от стойки выдачи книг они находились гораздо дальше, чем удобства, расположенные вне библиотеки, справа по коридору, где она пряталась накануне.

Таисия Марковна вышла из туалета, осмотрелась и заметила неподалеку большую дверь с надписью на незнакомом Таис Лекс языке.

— Интересно… — сказала она, достала тетрадь и тщательно срисовала буквы. Провела рукой по массивной, темно-коричневой створке, посмотрела на связку ключей и отрицательно покачала головой. — Нет, Таис. На сегодня приключений достаточно. Но это место мы запомним.

Вернувшись в комнатку с диваном, Таисия Марковна разделила печенье на четыре кучки и съела одну вместо завтрака, прежде чем вернуться к своим поискам. Но не успела она сосредоточиться, как в окно читального зала что-то стукнуло.

В тишине безлюдного зала стук прозвучал как гром среди ясного неба. Таисия Марковна шустрой мышкой метнулась в проход между полками. Стук повторился. Потом еще раз и еще.

— Таис! — приглушенно прозвучало снаружи.

— Милла! — догадалась Таисия Марковна и подлетела к окну, за которым виднелась рыжая макушка.

Но, увидев ее, Рыжуля в ужасе отшатнулась и чуть не упала. В одной руке она держала корзинку, в другой — туфлю. Вероятно, именно ее она кидала в окно, а теперь размахивала ею, чтобы удержать равновесие.

— Милла, это я! Не бойся! — крикнула Таисия Марковна.

Пока она бегала за стулом, чтобы дотянуться до задвижек на створке, ее подруга и пришла в себя.

— Таис, что с тобой случилось? — спросила она.

— Если бы я знала. В коридоре на меня просыпалась какая-то пыльца, и теперь эта гадость ничем не стирается, — сказала Таисия Марковна.

— Пыльца? О! Похоже на тыквы-недотрогу… В моих краях их полно, но откуда они здесь взялись? — растерянно произнесла Милла. Она протянула Таисии Марковне корзинку, но та не пролазила между прутьями решетки.

— Что это? Еда?! — обрадовалась Тая. — Милла, ты мое солнышко!

— Таис, если это была пыльца тыквы-недотроги, то тебе придется неделю так ходить.

— Неделю?! Убью гада… — Таисия Марковна шустро доставала из корзинки припасы и укладывала их на подоконник.

Глава 8

От взгляда куратора Таисии Марковне стало не по себе, но удивленные возгласы, доносившиеся со столов до чутких, молодых ушей тела Таис Лекс компенсировали эту неприятность. Вышло даже лучше, чем она рассчитывала: их не узнали! Ну, за исключением проницательного Снежного сугроба, конечно, так она на это и не надеялась.

— Кто это? Откуда новенькие? — спрашивали друг у друга студенты.

Таисия Марковна наклонилась к уху подруги и прошептала:

— Иди за стол, я догоню.

Она свернула туда, где сидели аристократы. Один стол был полностью занят ее однокурсниками-Хранителями и присоседившейся к Гадрелу Иделлой. Похоже, за выходной они успели помириться.

Увидев ее, Иделла вцепилась в руку Гада.

“Бальзам на душу. Значит, макияж удался”, — подумала Таисия Марковна. Подойдя поближе, она обратилась к сидящим студентам.

— Сагрита́й! — сказала она и многозначительно подняла вверх указательный палец. — Издавна мы надеваем на этот праздник устрашающие маски, чтобы сбить с толку и отпугнуть нечисть. Если по условиям турнира на академию нападают существа с Изнанки, первое, что мы можем сделать — спрятать наши человеческие лица. Способ старый, испытанный, дешевый, не вижу причин им пренебрегать.

Вчера, перед тем как Милла спасла ее от голодной смерти, Таисия Марковна читала историю о трех драконах, на которых напали темные твари. Ее заинтересовала иллюстрация, на которой были нарисованы три драконьи головы: коричневая, светло-серая и черная. Они напомнили ей плакат, висевший в школе, с изображением Карла Маркса, Фридриха Энгельса и Владимира Ильича Ленина. Ностальгия по счастливому советскому детству заставила ее зацепиться глазами за строчки, легкий слог автора увлек, и она сама не заметила, как стала читать. Как раз успела дойти до места, где местный житель посоветовал драконам за неимением специальных масок раскрасить лица черной краской, чтобы отпугнуть нечисть. Деликатность, с которой автор назвал шипастые морды лицами, умилила Таисию Марковну. А обычай, принятый в Срединном королевстве для празднования Сагрита́я — зимнего солнцестояния — напомнил Хэллоуин и натолкнул на идею, как не стать всеобщим зеленым посмешищем.

— Таис Лекс? — Ее наконец узнали.

— Ага. — ответила Таисия Марковна. — Можем использовать против условного противника маски или вот такую раскраску, чтобы обойти другие факультеты. Харуды навряд ли послушают Миллу, так что мы будем единственными, и куратор Никс обязательно оценит наши старания.

Она посмотрела на Злобную Сосульку, их взгляды скрестились.

“Точно он! Иначе не стоял бы с кислым лицом, а радовался моей находчивости, что поддерживаю его дурацкую затею с турниром… Хотя стоп. Это же моя идея! Ёшкин кот, вот что значит две ночи не спать”, — подумала Таисия Марковна и зевнула, прикрыв рот пальцами лишь в самый последний момент.

Оказывается, правило, по которому один зевающий заражал зевотой других, действовало и на кураторов магических академий. Глаза Айсберга стали закрываться, грудь приподнялась от глубокого вдоха… Он попытался сдержаться усилием воли, но не вышло. Ему пришлось отвернуться и закрыть рот ладонью.

Глядя на него, Таисия Марковна зевнула второй раз.

— Ладно, пойду поем, — сказала она однокурсникам. — Сами решайте, собираемся мы выигрывать или нет.

Сев рядом с Миллой, Таисия Марковна сжала ее дрожащую руку и прошептала:

— Видишь, это не так страшно, как казалось. Ты умница. Спасибо, что поддержала меня.

Рыжуля хотела ответить, но едва она размыкала губы, как те начинали предательски трястись.

— Милла, все позади. Про нас забыли, все любуются куратором. И чего в нем такого…

Рука Рыжули перестала дрожать, глаза удивленно уставились на Таисию Марковну.

— Таис… Он же… Дракон! — с придыханием сказала Милла.

— Ах да… Чего это я… Наверное, от голода в голове помутилось.

Таисия Марковна склонилась над тарелкой с бесподобным куриным супом. Теперь понятно, почему автор истории про Сагритай называл морды лицами. Даже захотелось узнать, что было дальше, потому что дочитать она не успела. Пообедала едой, которую принесла Милла и решила прошерстить все книги, касающиеся талисманов и заклинаний. Затем все, что могло относиться к магии Хранителей. Маловероятно, чтобы в руки простолюдинки мог попасть артефакт, меняющий тела, так что книги, касающиеся умельцев-Интаров, она не трогала, а вот в целительские заглянула. Кто бы не захотел продлить жизнь, получив молодое, здоровое тело? Правда, сама Таисия Марковна была не в восторге от таких перемен, но это потому, что очутилось в непонятном мире с социальным неравенством, и знала, что занимает чужое тело.

— Таис, они на тебя смотрят, — вдруг шепнула Милла.

Таисия Марковна оторвалась от еды.

Первый курс Хранителей о чем-то спорил, поглядывая в ее сторону. Точнее, Гадрел пытался выступать против остальных, но они не очень-то его слушали, и зеленолицая амазонка поздравила себя с очередной победой. Существенной! Она подорвала авторитет главгада! О предмете спора Таисия Марковна узнала по пути на лекцию: сокурсники решили последовать ее примеру.

— Лекс, чем ты покрасила лицо и руки? — спросил кареглазый брюнет. Тот самый, которому понравились ее сокращенные записи в конспектах.

— Пыльца тыквы-недотроги. Но это не для слабонервных…

— Чего?

— Это для крепких духом, говорю. Ничем не смыть, неделю зеленым ходить придется. Уверена, вам хватит сока черницы.

— Ты поможешь? — спросил брюнет, понизив голос.

Таисия Марковна пожала плечами.

— Зачем? Чем страшнее получится, тем лучше.

— Таис! — не унимался парень.

— Сами справитесь. — Таисия Марковна ускорила шаг.

— А черницу мы где возьмем? — однокурсник попытался взять ее под руку, но она увернулась.

— Включите голову и проявите смекалку в конце концов!

— Чего голову? Ты можешь по-человечески говорить…

— Голову, говорю, используйте.

Глава 9

Таисия Марковна опустила сумку на ближайший подоконник и невидящим взглядом уставилась в окно. Ветер срывал золото листьев с качающихся под серым небом деревьев, обнажая черные, неприглядные ветви. Еще немного и осень перевалит за половину, готовя место морозной зиме. От этой картины сердце тревожно сжалось.

Итак, ей придется как-то выживать в этом мире, куда ее забросила неведомая сила. Если сам куратор Никс, на которого тут смотрели, как на снизошедшего к смертным небожителя, утверждал, что перемещение невозможно, значит… Значит, какая-то третья сила исполнила желание Таис Лекс никогда больше не видеть и не слышать Гада и Гадре́ллу. Значит, Таис отправили в другое место, а ее тело почему-то отдали Таисии Марковне. Почему?

“Да какая разница! Кто знает, может, меня во сне инфаркт шарахнул, и случилось то самое переселение душ. Толку гадать, надо приспосабливаться к этому миру, иначе тут я надолго не задержусь. Вышвырнут из академии и помру с голоду”, — подумала она и тут же усмехнулась. Когда у тебя за плечами без почти шестьдесят лет и молодое тело, с голоду помереть сложно. Особенно если ты родилась в Советском союзе, училась на зоофаке и взрослела в бурные девяностые.

На третьем курсе Таисия Марковна вышла замуж, а по окончанию института они с мужем уехали по распределению в его родной колхоз. Не успели на ноги встать, развалился Союз, началась приватизация и прочие прелести. И вот тут ей пришлось в жизни всякого повидать. И ночей не спать, и с вилами у дырки в заборе стоять, чтобы последние корма не растащили, и с табуреткой на пьяных скотников кидаться, чтобы работу работали. Одно хорошо было в колхозе — голодными никогда не сидели. Муж в те годы пахал за троих, здоровье сильно подорвал, так что умер рано, четыре года назад. Дочка и сын стали помогать ей с домом и хозяйством, но Таисия Марковна решила, что это не дело, им забот в своих семьях хватает. Переехала в город, в Зеленград, поближе к своей Ирине-Эрис-Николаевне, устроилась в поликлинику в регистратуру, научилась жить одна, без своего Ванечки.

Таисия Марковна сглотнула слезы, подступившие от воспоминаний, и улыбнулась хмурому небу за окном. Вот сколько ни пилила ее матушка, что с ее-то серебряной медалью в сельхоз ВУЗ пошла, а она ни разу не пожалела! Основными предметами были кормление и разведение, но помимо этого будущих зооинженеров чему только не учили. И анатомия, и физиология, и основы ветеринарии и акушерства. Химия, биохимия, гистология, проектирование ферм, механизация, свино- овце- и прочие -водства, экономика, философия… Всего и не упомнишь, но многое в жизни пригодилось. Права водительские в обязательном порядке получила, в конно-спортивной секции верховую езду освоила. Тренер был дядька старой закалки, гонял, как сидоровых коз и зачем-то орал так, что кони на задние ноги приседали, но Таисия Марковна ходила, не сдавалась. Зато потом в колхозе всех местных “джигитов” за пояс заткнула. Верховых коней не хватало, так она сама три головы под седло заездила. Ну а как иначе, когда ее любимая Таис Афинская не уступала лучшим кавалеристам армии Александра Македонского!

Жаль, танцевального кружка в институте не было. Лишь переехав в Зеленград, в свои пятьдесят шесть, Таисия Марковна впервые записалась на уроки в танцевальном центре. Выбор пал на восточные танцы. Солнечная улыбка и движения пышнотелой преподавательницы сразили Таисию Марковну наповал. Со словами “я тоже так хочу” она купила абонемент и с тех пор не пропускала ни одного занятия, где ей никто не мешал воображать себя знаменитой афинской гетерой, славной своей образованностью и танцами.

В голове зазвучал арабский оркестр, и, подхватив сумку под мышку, Таисия Марковна прошлась кругом по пустынному коридору под воображаемый ритм мальфуф, которым обычно начиналось межансе — первый выход профессиональной танцовщицы.

Повеселев, Таисия Марковна снова припарковалась у подоконника. Теперь она с другой стороны смотрела на неутешительный ответ Ледышки. Да, она не может вернуться. Зато с полным правом может считать тело Таис Лекс своим и распоряжаться новой жизнью по своему усмотрению. Например, купить маленький домик с участком, посадить цветы, разбить огород, завести курочек, чтобы несли вкусные, полезные яйца…

“В конце концов, я всегда мечтала стать такой, как Таис Афинская, и теперь меня зовут Таис… Таис Лекс”, — подумала она, и в предвкушении новой жизни ее сердце застучало быстрее.

— Таис. Я Таис Лекс. Настоящая Таис.

Пробуя имя на вкус, она посмотрела на свои руки. Молодые, с длинными пальцами и широкими ладонями. В них не было утонченного аристократизма, зато была сила. Ну а что надо сделать, чтобы кисть выглядела узкой и изящной, благодаря восточным танцам, Таис теперь знала.

— Вот она! — Чей-то противный голос прервал ее размышления. Она подняла голову.

Быстрым шагом к ней направлялся русоволосый сокурсник. Его догоняли Гадрел и еще один хранитель.

“Эх, придется все имена выучить”, — мысленно вздохнула Таис.

— Что? Решили взять у меня урок макияжа? — спросила она спокойно, потому что бояться или бежать было поздно — троица окружила ее.

Гадрел нагло ухмылялся, чувствуя свою безнаказанность. В коридоре было пусто, шли занятия, так что вступиться за Таис было некому.

— Я решил взять свое. Ты соврала, что мы целовались, — Гадрела перекосило на этих словах, как будто одна мысль о поцелуях с простолюдинкой была противна до тошноты. — Я сделаю это правдой. И не только это. Мы сделаем.

На лице Таис не дрогнул ни единый мускул. Двуногие козлы во всех мирах одинаковы. Им больше нечем показать свое превосходство над женщиной. Только принуждением к близости.

— Гадрел. Я тебе сейчас правильно понимаю, ты угрожаешь мне сексом? — спросила она, потом показала пальцем на каждого. — То есть, вы угрожаете.

При слове “секс” на лицах студентов отразилось непонимание, поэтому пришлось уточнить:

— Вы угрожаете мне поцелуями и занятиями любовью. Или нет?