Когда лучи заката окрасили чистое голубое небо летнего дня, в витрине магазина модной женской дорогой одежды с большими стеклами, появилась девушка. Выше среднего роста, худенькая для своего возраста, с длинными светлыми волосами, она, приобретя опору под ногами на узком пространстве, начала разглядывать манекены, примеряясь, как лучше их оформить. На ее плечи были накинуты ткани двух расцветок, на шее платок, ленты, на голове красивая легкая шляпка с крупной лентой на тулье и покатыми полями.
В это время за ее спиной раздался шум шин, резко остановившейся машины. Она оглянулась. Но вид огромной черной машины заставил развернуться полностью и уставиться на развернувшуюся эпичную картину.
Передняя дверь пассажирского сиденья открылась и оттуда вылетела стройная молодая девушка, примерно ее возраста, впечатляющей красоты, с развивающимся подолом темной юбки, и с размаху швырнула под витрину магазина черную шляпку. Подбежала к ней и стала прыгать на ней, уминая белыми стильными кроссовками, выкрикивая, разделяя слова:
- Больше…никогда…никогда… никогда…
Она кричала столь громко, что даже стекло витрины не приглушало ее голоса.
Есения заворожённая красотой, пусть даже бесновавшейся девушки, ее одеждой очень дорогой, забыла о работе. Театр одного актера для масштаба их маленького городка впечатлял. Но тут открылась водительская дверь, и ее взору предстал молодой мужчина лет тридцати, брюнет, одетый во все черное. Рубашка с длинными рукавами, расстёгнутая сверху на две пуговицы обтягивала его торс, и брюки классического покроя сидели на нем, будто на модели.
Есения тут, вообще, перестала дышать, наблюдая за парочкой. Мужчина медленно подошел к девушке, отодвинул ее, поднял шляпку, которая имела уже удручающий вид. Оглянувшись вокруг, двинулся к урне, стоящей возле входа в магазин.
Девушка, тем временем, замолчала и подняла глаза на витрину. Зацепилась взглядом на Есении, и резко подпрыгнув, побежала следом за брюнетом. Есения вздохнула, что, своего рода, антреприза завершилась и повернулась лицом к манекенам.
Буквально, через мгновение перед ней, предстала незнакомка в черном.
- Вы живая? – В удивлении приподняв брови, спросила приятным голосом. Но в ответе она не особо нуждалась, потому что тут же задала следующий вопрос, - шляпка продается?
В примерке очередного головного убора она была столь же стремительна, как уничтожала предыдущий. Ее спутник, вошедший следом, увидев девушку возле зеркала, подошел к стойке оплаты и лениво облокотился.
Есения прошла за кассу, и ощутила тонкий запах мужского парфюма. В голове всплыли вычурные слова из сериала - «запах богатства». Мужчина неспешно повернул голову в ее сторону, замер.
Максим устал. Можно было добавить, безумно. За сегодняшний день пришлось немало пережить стрессовых ситуаций, а тут еще и Анна, сбежавшая с похорон отца, чтобы жить со своим парнем в хрущевках. Мезальянс. Такого, в ни коем случае, невозможно позволить в его семье. Но в момент, когда он увидел яркие зеленые большие глаза продавщицы, забыл обо всех злоключениях прошедшего дня.
Где-то на заднем фоне он услышал голос сестры, которая шлепнула шляпкой по поверхности стойки, с восклицанием:
- О, здесь и платья есть! Мне нужно срочно сменить свой несуразный гардероб.
Возражать он не стал. Пока Анна занята, он отдыхает.
Похороны Сергея Владимировича Волошина были очень пышные. Все как положено по статусу владельца фармацевтической компании и сети аптек.
Огромный мраморный зал крематория, вмещающий до 300 человек. Долгая очередь из прощающихся.
Максим и Анна одетые во все черное, единственные наследники фармсостояния, принимали и принимали соболезнования с двенадцати утра уже второй час неподалеку от гроба, сидя на стульях, схожих на трон.
Анну пришлось держать за руку. Тонкая творческая натура выносила с трудом данное лицедейство. Воспитанная одиноким отцом, старше пятидесяти лет, и няньками, без ограничений ее прихотей, она не могла усидеть на одном месте более пятнадцати минут. Так, что пришлось взять ее за руку и постоянно одёргивать, при попытке встать и уйти. В 5 лет ей поставили диагноз синдром дефицита внимания и гиперактивности - СДВГ. Психологи сменялись, один за другим, но толку никакого не было. Впоследствии неспособность управлять своими чувствами довели ее до депрессии и постановки на учет к невропатологу. Но назначение им антидепрессантов, лишали больше здоровья, чем прибавляли адекватности.
Так и прошли похороны, под ручку с Анной. И вот, когда все закончилось, и общество уже не лицезрело их, на кладбище он отпустил руку сестры. А спустя минуту осознал, что она просто исчезла.
Спустя час один из охранников сказал, что на телефоне покойного отца было установлено приложение слежения за Анной. Максим теперь отнесся к этому без осуждения и с пониманием. Пока нашли айтишника, устанавливавшего приложение, потому как телефон отца был запаролен, прошел еще час. По GPS-трекеру обнаружили сигнал более в пятидесяти километрах от Питера.
За сестрой поехал один, не желая раздражать ее тонкую натуру.
Настиг в Отрадном Ленинградской области. В хрущевке.
Позвонив в квартиру, в которой слышался звонкий голос Анны, и, увидев на пороге невысокую миловидную женщину, лет сорока пяти, с потерянным выражением лица, он выдохнул. Сестре здесь ничто не угрожало.