Любовь сводящая с ума

Пролог

Посреди поляны стояла девочка и с интересом смотрела на большого чёрного волка, стоящего примерно в десяти метрах от неё и недовольно скалящего пасть.

— Привет! Тебе больно? Из-за этого ты злишься на меня?

Начала говорить девочка с волком, прижимая к груди только что подаренную деревянную лошадку.

— А меня Лисёнком зовут. А тебя как?

Волк недовольно фыркнул, его шерсть на загривке приподнялась, уши плотно прижались к голове. Он сделал пару осторожных шагов в сторону девочки, напрягая мышцы, словно готовясь к прыжку.

Девочка испуганно замерла, заметив злобу в светящихся жёлтых глазах волка. На мгновение всё вокруг словно остановилось. Но вот волк с яростным рычанием бросился вперёд, совершая мощные прыжки.

Малышка широко раскрыла глаза, не в силах пошевелиться от охватившего её ужаса.

Когда до девочки оставался всего лишь метр, неожиданно ветка дерева со свистом хлестнула волка по морде. Удар был настолько сильным, что хищника отбросило на несколько метров назад. Волк ударился о землю, издав злобный скулёж, который эхом разнесся по поляне.

Крупный мужчина внезапно появляется из-за деревьев и стремительно подхватывает девочку на руки.

Не отворачиваясь, он пристально смотрит на зверя, который уже поднялся на лапы и вновь зло скалится, готовясь к новой атаке.

— Ты перешёл границу леса и напал на ребёнка, уходи отсюда по-хорошему, — прогремел голос мужчины, в котором звучали стальные нотки. Даже девочка инстинктивно втянула шею, ощущая напряжение в воздухе.

Волк, казалось, собирался уйти, но в последний момент неожиданно кидается на них.

И снова он получает еловой веткой по морде, и еще раз, и еще…

В конечном счёте ему приходится убегать, скуля и порыкивая, при этом получая вдогонку ветками по хребту.

— Лисёнок, ты где была? — обращается мужчина к малышке, с любовью смотрящий на неё. Девочка, услышав его голос, чувствует, как весь страх уходит, а её губы расползаются в довольной улыбке.

— Я к Бьянке ходила, смотри, что мне дядя водяной подарил, — гордо показывает девочка свою лошадку с голубой гривой и хвостом. Мужчина берёт игрушку, перебирает пальцами её гриву и ухмыляется своим мыслям.

— Доиграешься, заберёт тебя водяной к себе и не отпустит, — предупреждает мужчина, и они направляются в сторону дома.

— Нееет, дядя водяной, он хороший и отпустит меня к вам, — с уверенностью отвечает девочка, продолжая улыбаться.

— Ох, Лисёнок…

— Пап?

— Ммм…

— А почему волчок на меня напал?

— Это был злой волчок, и ты больше не будешь ходить на озеро. Ладно?

— А как же Бьянка, она же расстроится. Ей одной очень грустно…

— Ну почему одной? У неё есть папа…

— И нет мамы.

— А давай мы найдем ей маму?

— Не всё так просто, и не нам искать ей маму, а её папе.

И мужчина щелкает девочку по носу.

Через минут десять они выходят к краю леса. Внизу, у самого берега речки, расположено с десяток деревянных домов. У воды женщины стирают и развешивают одежду, а вокруг, шумя, бегает детвора.

Улыбающийся мужчина проходит через деревушку и заходит в самый крайний домик.

— Милена, я Лисёнка принес, — говорит он.

Мужчина отпускает девочку на пол, и она сразу бежит в спальню, где её ждет очень неожиданный сюрприз. Она забегает и сразу же застывает, увидев чужих женщин, которые прибирают в комнате, и свою измученную маму, лежащую в постели.

— Иди сюда, малышка, смотри… — Женщина, улыбаясь, подзывает девочку, и та сразу подходит к постели.

Отец осторожно закидывает её на постель с другой стороны от матери. Малышка подползает ближе и видит в руках у мамы маленький сверток, из которого выглядывает крохотное личико с курносым носиком.

— А это кто? — удивленно спрашивает девочка.

Аккуратно трогая тепленький носик малыша.

— А кто это, Боромир?

Женщина поднимает глаза на застывшего мужчину, который разглядывал ребенка, и хитро спрашивает у него.

Девочка тоже с любопытством смотрит на них.

— А что я сразу?! Давайте вместе!

Мужчина выпрямляется и прячет обе руки за спину, смутившись.

— Как ты хочешь назвать братика, Лисёнок? — оба взрослых переводят взгляд на малышку.

— Братика? — восхищённо спрашивает девочка.

— Ага…

— А я не знаю как. — девочка снова опускает взгляд на малыша и отвечает им.

— И я не знаю, — с какой-то неуверенностью отвечает мужчина.

Женщина опускает глаза на малыша и, любуясь, смотрит на него какое-то время.

— Ну тогда он будет Мирославом.

— Имя как-то с лесом не связано, — тихо бурчит в ответ мужчина.

— Ну тогда давай, думай сам, только никаких Пенькославов и Бревнодёров.

— Бревно что? — удивляется мужчина.

И оба начинают смеяться.

— Ладно, пусть будет Мирославом, дай-ка его мне, родная, — говорит мужчина, протягивая руки.

Женщина аккуратно передает сверток, который в больших руках мужчины становится крошечным.

Руки мужчины начинают излучать мягкий светлый свет, и медленно начинают распускаться веточки с листьями, переплетаясь друг с другом, создавая плетеную корзинку.

Из нее поднимаются светлячки и садятся на личико малыша, а затем все медленно взмывают вверх, кружа над ним и создавая светящуюся воронку, которая окутывает его мягким сиянием.

Мужчина протягивает руку прямо в эту светящуюся воронку и вытягивает оттуда маленький блестящий листочек, похожий на дубовый.

Листочек сверкает, и мягко ложится в его ладонь.

Светлячки, словно поняв свой момент, медленно расползаются по комнате, освещая каждый уголок, а затем, вылетают в открытое окошко, унося с собой частицу магического света.

– Маа, а что папа делает? – шепчет девочка, чтобы не потревожить светлячков, ведь она точно знает, что при них шуметь нельзя, иначе они погаснут.

– Знакомит Мирослава с лесом, – отвечает мама, улыбаясь.

Девочка задумчиво смотрит на маму и с неуверенностью спрашивает: – А ты меня теперь любить будешь?

1 глава

- Зззз… зззз…зззз…
Шарю по кровати в надежде найти чертов телефон, глаза совсем неохота открывать.
Есть…
Открываю один глаз и отключаю будильник. Ооо... наконец тишина, сознание опять хочет провалиться в неизвестность.
Как вдруг срабатывает будильник который я вчера поставила подальше от кровати. Издаю страдальческий стон и всё-таки встаю, плетусь к окну и отключаю будильник. Погода хмурая и я хмурая, зашибись уже сравниваю себя с погодой.
Отправляюсь в ванную и привожу себя в порядок. Быстро одеваю светлые шорты и черную майку и покончив со всеми утренними делами спускаюсь вниз и слышу как мама напевает какую-то веселую песенку пока колдует над чем-то у плиты.
- Привет, мам…
- О ты уже проснулась, доброе утро.
Она разворачивается ко мне, ставит тарелку с несколькими блинами и начинает хмуриться.
Уже знаю какой разговор меня ждет и внутри все напрягается
- Мам все нормально…
- Милиса на тебе лица нет, может всё-таки еще сходишь к психологу. Просто это не нормально, понимаешь?
- Мам я хожу туда с тринадцати лет и больше не вижу смысла это делать. Раз никто ничего не смог с этим сделать за семь лет то никто и не сможет.
Откусываю блин
- Что на этот раз хоть.
- Шабашь
- Мне кажется я скоро сама с ума сойду.
Мама отворачивается и наливает нам по кружке чая, ставит передо мной и сама садится напротив.
- Да нет, сегодня было весело. Помню огромный костёр, такого бородатого золотоволосого мужчину, играющего на каком-то непонятном инструменте и девушек в танце вокруг костра.
- Ни голых хоть.
- Да нет, в простых белых ночнушках в пол.
- Милис может…
- Мам нет я сказала, со мной все нормально.
- Ладно, ладно не злись. Когда выступление?
- Через два дня, мы сегодня с друзьями хотим съездить на озеро с ночёвкой, не теряй меня ладно. Вернемся завтра утром.
- Папа будет против.
Подхожу, обнимаю ее и кладу подбородок на плечо.
- Скажи ему что со мной будет Макс.
- Хорошо, только он ещё сильнее будет против. А как же погода, хмурится же сильно?
- Все будет хорошо. Обещали же хорошую погоду.
Отвечаю улыбаясь.
- Только будь очень осторожна, ногу не подверни и не упади случайно. Выступление же…
- Это намёк на то что у меня ноги сильно длинные и могут либо запутаться, либо разъехаться, да? Ааа!… нет, это я типа кривоногая у тебя, да?
- Милис, какой у тебя вредный язык!
- Вредный язык? Это что-то новенькое.
- С тобой вечно что-то новенькое.
Целую маму в щечку и крепче обнимаю.
- Ну я тогда побежала.
- Ну беги тогда, беги.
Опять ухожу в комнату, беру телефон и пишу смс, что я готова и уже жду. В ответ прилетает целующий смайлик.
Быстро закидываю кое-какие вещи в сумку и купальник. Выхожу и опять иду на кухню теперь уже прощаться.
- Мам я пошла, люблю тебя…
- Аккуратней там.
- Хорошо.
Выбегаю на улицу и через пару минут подъезжает Янкина машина и я быстро сажусь.
- Привет.
- Привет, привет как дела? Оу… что-то ты сегодня помятая.
- Плохо спала.
- Ммм… я сегодня тоже не спала.
- Ян это две разные вещи.
- Ни скажи, причины разные, а все остальное то же самое.
Улыбаясь отвечает мне курносая блондинка с серыми глазами, которые сейчас прячутся за солнцезащитными очками
- Ты не исправима.
- я любвеобильна.
- Ну-ну.
- Милиска ты такая противная когда не высыпаешься.
- Как ты что ли?
- Ага.
- Где парни?
- Я сказала что мы будим ждать их на заправке на выезде из города.
- Ясно, и сколько до этого вашего озера.
- Пара часов.
- Ты там была раньше.
- Нет видела только фотки, но там классно.
- Ясно…
Отворачиваюсь к окну и смотрю на пролетающие мимо дома, машины, людей.
Я рада, что получилось вырваться отдохнуть перед самым выступлением в котором мне отведена главная роль. И которое поможет мне вырваться вперед, на совсем другой уровень балета. А если меня кто-то заметит из спонсоров то …, то все будет просто офигенно.
Погружаюсь в свои мысли и не замечаю как мы доезжаем до места на котором нас уже ждут парни.
- Смотри какие быстрые, я думала нам их ждать пройдётся.
Я только закатываю глаза, ведь знаю насколько Макс пунктуальный.
Янка паркуется, и мы выходим забирая наши сумки из машины. Бодрой походкой и с хорошим настроением подходим к парням и здороваемся. Макс сразу же обнимает меня приподнимая над землей.
- Как дела?
- Хорошо… ты как?
Расплываюсь в довольной улыбке смотря на моего парня. С которым мы встречаемся уже больше года и в которого я безумно влюблена.
Макс он красавчик, высокий спортсмен с темными глазами и угольно-черными волосами. Как и всегда при приближении к нему кровь вскипает и ускоряет свой бег, что щеки становятся пунцовыми. Как и желание, которое отключает голову и все остальное что к ней прилагается.
В общем это любовь в чистом виде, причем взаимная и необратимая. Он мне уже предлагал съехаться и не раз. Только вот мой папа военный старой закалки абсолютно против этого, до того как я закончу учиться.
Так и встречаемся иногда выезжаем с ночёвкой то в горы, то на озеро, то еще куда-нибудь.
Дикая природа мне нравится, как и я ей, вечно то с зайцем познакомлюсь, то с белкой которые меня абсолютно не боятся.
А вот ходить в зоопарк, а тем более в тактильный это для меня сравни пытки. Мне кажется что животным там плохо и они страдают. Но поменять я ничего не могу из-за этого с самого детства наотрез отказываюсь посещать такие места, где животные живут в неволе.
- Просто классно.
- Ну что поехали тогда раз все встретились и обмиловались.
Подает свой противный голос друг Макса и парень Янки, Сашка.
Терпеть его не могу, такой весь скользкий и изворотливый, что аж тошно от его вечных отмазок по отношению К Янке.
Мне вот кажется что он всегда где-нибудь и с кем-нибудь Янке рога ставит. Но мастерски уворачивается от любых допросов и выходит сухой из воды. Ну да ладно, не пойман как говорится не вор, сами разберутся, взрослые уже.
Все быстро садимся в машину и в дорогу. Через минут двадцать меня начинает клонить в сон и я решаю наверстать упущенное ночью, тупо заваливаюсь спать.
***
Темный лес, иду босыми ногами по прохладной и сырой земле. В ноги впиваются еловые сухие иголки, но мне не больно. Ступнями ощущаю каждый камушек и бугорок. Вокруг стоит абсолютная тишина, ни птички, ни ветерка. Такое ощущение, что я здесь абсолютно одна, и лес этот мертв. На глаза попадается пустой и разрушенный муравейник и от этого грустно, что такая большая семья решила бросить свой дом который строила явно не один год.
В голову врывается чей-то отчаянный шепот.
- ТЫ НУЖНА НАМ…
Резко разворачиваюсь…
И просыпаюсь…
Вздрагиваю всем телом и распахиваю испуганно глаза.
Выпрямляюсь и смотрю в окно за которым проскакивают огромные кедры перемешанные с соснами. Поворачиваюсь и смотрю на парней молча сидящих на передних сидениях. Потом на Янку которая тоже спит.
В салоне играет негромко музыка и все хорошо, только внутри нет больше радостного настроения, а только тревога непонятно из-за чего.
Я была абсолютно нормальным ребенком до двенадцати лет, игривая улыбчивая и вся погружённая в мечты стать хорошей балериной.
Мама рассказывала что однажды увидя балет, я начала сама танцевать и пытаться прыгать как балерины.
А когда меня действительно привили в студию балета, то я была потеряна для всех и всего. Не о чем, не могла думать, да и не хотела.
Я знала свою цель к которой до сих пор упорно иду и буду идти дальше. Что может быть прекраснее балета? Я не знаю что, для меня балет это все! Это сама я!
Через месяц после двенадцатилетия, мне начали сниться сны, где я гуляю по темному лесу, где вдалеке горит лес и я бегу не от огня, а к огню любой ценной готова потушить этот огон. Где ночью за мной гонятся волки или медведи или еще кто-то хищный и они пытаются загрызть меня и сердце готово выпрыгнуть из груди от страха.
Но есть и хорошие сны в которых я отдыхаю и наслаждаюсь происходящим там. Как сегодняшний сон, в котором я видела со стороны как восемь девушек танцевали у огня в длинных широких белоснежных ночнушках.
Через них из-за огня едва просвечивались стройные тела, но это было не извращенно, это было нежно, волшебно. Все движения были плавными и красивыми.
Другие мужчины, женщины и дети сидели вокруг и смотрели на этот медленный гипнотический танец.
И был особенный мужчина со светлыми волосами в которых сияло золото, и к которым я хотела прикоснуться, что и ощущалась боль в пальцах. Его волосы отливали теплом солнца, светом золота и безумно меня завораживали, он играл на каком-то инструменте похожем на дудочку из которой лилась сперва медленная и чарующая мелодия, а потом ритм поменялся, как и движения девушек, они начали веселиться и задорно плясать, а потом потянули сидящих мужчин и женщин тоже танцевать.
Все улыбались и веселились, а я почему-то была сидячим зрителем и даже что-то усердно ела, только вот что, непонятно.
И было так хорошо, так спокойно, сколько не было уже семь лет.
Минусом этих всех снов было то, что я по ощущениям вообще ночами не спала. Глаза на утро были красные и опухшие. А состояние такое что после недели таких ежедневных снов я упала в обморок и не приходила в себя около пяти часов.
Второй раз я упала в обморок через месяц. Мама бегала по врачам, сделали полное обследование, но все анализы были чисты, из разных клиник врачи утверждали что я абсолютно здорова. А мама уже не выдерживая ругалась с ними и постоянно говорила что они ничего не знают и не понимают.
И я её очень понимаю как реагировать на то что твой ребенок почти постоянно ночью кричит и плачет.
От того что не может спасти во сне оленя с огромными красивыми рогами. Или рыжую лисицу, недавно быстро бегающую, а сейчас лежащую сломанной куклой со стеклянными глазами.
Когда была маленькой было очень страшно и больно за них, да и сейчас наверное больно, только я уже привыкла и эта боль засела глубоко в душе и иногда вырывается, только с каждым годом все реже и реже.
Это моя самая большая тайна от все, не хочу чтобы меня считали сумасшедшей. Даже Макс не в курсе всех моих проблем с головой. Вообще-то это не честно по отношению к нему, но я просто не могу пока сказать. Да наверное как последняя трусиха трушу что он меня бросит во и всё.
Разные психологи уже раздражают, своими умными фразами, но в моем случае бессмысленными.
Помню были даже колдуньи к которым меня водила мама. Которая уже не знала куда меня только водить и где искать помощи здоровому ребенку.
А эти колдуньи говорили разное от чего волосы вставали дыбом и что это проклятье, и порча, и рядом энергетический вампир высасывающий жизнь из меня, а одна вообще назвала меня лесным демоном. И мама переругалась с ней.
На прощанье та бабка сказала что лес всё равно заберет меня. И это действительно происходит необъяснимо, но я готова променять прогулку по лесу на все что угодно кроме балета.

- Девчонки мы подъезжаем!
Тормошу Янку и она тоже просыпается, впереди дорога уходит в сторону и проходит под самым обрывом, а внизу огромное голубое озеро в котором видны плывущие по небу облака.
Вокруг все заросло огромными еловыми деревьями вперемешку с березами, но в основном всё-таки растут ели.
Дорога медленно спускается вниз к самому озеру. Когда приезжаем на место и выходим из машины все рамки восприятия для меня стираются.

2 глава

Закрываю глаза и застываю даже не знаю насколько, наслаждаясь этим тихим местом. Подходит Макс и кладет свою руку мне через плечо.
Это волшебное для меня мгновение исчезает и все встаёт на свои места.
- Что нравится?
- Очень.
Тянусь и целую его в губы, но он сразу отстраняется, засовывает руки в брюки и начинает улыбаться.
- Эй вы, пошлите разгружаться, потом отдохнете, еще палатки нужно установить.
Макс обреченно разводит руками и уходит помогать Сашке. Постояв еще с минуту иду тоже помогать.
Пока наши мужчины устанавливают палатки, мы накрываем на стол и весело подкалываем друг друга.
Из машины на всю округу играет музыка и те ощущения которые накатывают в тишину меня больше не беспокоят.
Быстро перекусив сразу же идем на озеро и долго до изнеможения купаемся и бесимся в воде.
Погода, как и обещали солнечная только иногда проплывают пушистые белые облака. Прям как в сказке.

Лежу на животе с закрытыми глазами и наслаждаюсь солнечным теплом которое проникает до самых косточек.

- Ты нужна нам…
Резко вскакиваю и испугано озираюсь по сторонам. Что за...
Вокруг тишина рядом лежит Янка, видимо уснула. В ста метрах от нас ребята сидят и рыбачат.
Хватаюсь за голову и сильно зажмуриваю глаза.
- Ты нужнаа…
- Да зачем? Для чего нужна?
Не замечаю как обхватываю колени и меня начинает бить крупная дрожь, непонятно толи от холода, толи от паники.
На плечи ложатся теплые руки. Вздрагиваю всем телом и испуганно поднимаю взгляд на встревоженную Янку.
- Милис, все нормально?
Отрицательно качаю головой и она опускается рядом со мной, обнимая за плечи.
- Что случилось?
Нельзя говорить, нельзя! Я нормальная! Я нормальная, абсолютно обыкновенный человек. Без всякой фигни которая творится в моей больной голове. Это все неправда…
Прокручиваю раз за разом эти фразы в голове и постепенно успокаиваюсь.
- Страшный сон… приснился...
- Ясно. Пойдем к нашим тогда, тоже порыбачим.
- Что-то мне не хочется, иди сама, мне отлучится надо.
- Ладно, только аккуратней.
- Ок.
Она встает и быстрой уходит, пару секунд смотрю ей в след и срываюсь с места несясь в лес на всей скорости, какую только получается развить.
Бегу долго, дыхание сбилось, сердце громыхает в горле. Останавливаюсь задыхаясь, прислоняюсь к дереву, закрываю глаза и поднимаю голову к небу. Медленно открываю глаза и смотрю на розовеющие облака, плывущие по небу.
Где-то рядом хрустнула ветка и прозвучал непонятный какой-то звук.

Быстро опускаю взгляд и смотрю на маленького оленёнка смотрящего в упор на меня. И реально впадаю в ступор, когда к нему подбегает на полном скаку, рассерженная, взрослая олениха и останавливается смотря хмуро на меня.

Вот как я поняла что она смотрит хмуро, черт его знает.
Но отчетливо чувствую её недовольство, из-за этого даже дышу через раз, дабы случайно не спровоцировать ее. Ведь мать как-никак и может начать защищать свое чадо.
А тем временем, мелкий оленёнок видимо не почувствовав опасности от меня, бодро подбегает и начинает обнюхивать мои голые ноги.

А потом как чихнет, заляпав их слюнями.
Сглатываю и не могу оторвать взгляда от этого красивого и гордого животного которое издает этот непонятный и даже какой-то злой и угрожающий звук.

Оленёнок быстро прижимает ушки и возвращается к материи, которая его подпихивает мордой, подгоняя и они оба уходят в лес.
Оставляя меня одну, в смятении и со словами той колдуньи, которая назвала меня лесным демоном.
А может она права и стоит к ней сходить только маме нельзя ничего говорить. Вот как пройдет выступление, надо съездить туда.
Медленно возвращаюсь назад при каждой возможности прикасаясь к листочкам и деревьям.
Есть что-то в лесе волшебное, таинственное и манящая меня больше всего на свете.
Иду долго, но походу в другую сторону.

Выхожу на небольшую полянку с зарослями ежевики усыпанной спелыми темными ягодами. Как говорится не зря холодила.
Сажусь и сразу же закидываю штук десять в рот, наслаждаясь кисло-сладким вкусом ягод.

С боку опять хрустит ветка и я разворачиваюсь натыкаясь опять на оленёнка.
- Ты опять убежал от мамы, разбойник?
Олененок в пару прыжков подбегает ко мне и даже трется об мой бок своей мягкой шкуркой.
Срываю горсть ягод и подношу оленёнку, надеюсь ему можно.

Он сперва их недоверчиво нюхает, а потом съедает помогая себе как оказалось достаточно длинным языком и вызывая мой смех.

Опять звучит непонятный строгий звук издаваемый оленихой и олененок резко выпрямляется и крутит своими махровыми ушками в разные стороны. Строгий звук снова повторяется, оленёнок срывается и убегает в известную только ему сторону.
- Пока…
Встаю и возвращаюсь к нашей стоянке. Вижу что все по-прежнему сидят и рыбачат и о чём-то увлеченно разговаривают.

Нехотя направляюсь в их сторону и сажусь подпирая голову рукой. У всех периодически клюет, только много срывается опять в воду.

Скучно, хочу опять в лес и встретить своих новых знакомых, а еще погладить и потрогать махровые ушки оленёнка.

А может быть и прикоснутся к его маме, которая выглядит очень гордо, красиво и строго. Остаток дня я провалялась под солнышком наслаждаясь теплом и спокойствием природы и больше не подходя к нашей компании, которой точно не было скучно.
Вместе с сумерками пришли и темные тучи которые мгновенно подняли сильный ветер из-за чего пришлось собирать все наши припасы и прятать в машину, да и самим прятаться в машину.
Пока мы убирали все самое необходимое, у палатки вырвало колышки и оторвалась веревка привязанная к дереву и её понесло с такой скоростью, что догнать ее парни просто бы не смогли.
Вот и погодка так погодка пришла Как так-то, вроде же было все хорошо час назад, а сейчас настоящая буря.
Как оказалась, палатка улетела наша и плавала где-то посередине озера, выдавая себя ярко-оранжевым цветом.
Хорошо было то, что в нее мы еще ничего не засунули, а то улетела бы не только палатка.
Погода все портилась и портилась, ветер сносил с ног и видимо был намерен утащить и вторую палатку, так как ее швыряло из стороны в сторону.
Быстро Посовещавшись. Было решено возвращается домой пока не пошел дождь. Парни быстро начали упаковывать все что осталось и с горем пополам уложили чертову палатку которая всё-таки чуть не улетела.
Продрогшие и злые, все в пыли и еловых иголках вернулись в машину и двинулись домой.

Поднимаясь в машине на бугор увидела в окно оленёнка с мамой которые стояли и смотрели в нашу сторону. Абсолютно не боясь такой бурной погоды.
Аккуратно чтобы никто не увидел, помахала им. Оленёнок весело запрыгал на месте, а его мама наклонила голову к земле не отрывая сверкнувших глаз от меня.
Сердце в груди с испугу ускорило свой бег, отворачиваюсь и зажмуриваю глаза, молясь что бы мне это показалось.
Так, мне срочно нужно увидеть ту женщину и пообщается с ней, иначе... я сойду с ума.
Хорошо что мозгов хватает не говорить маме, что мне снятся не только странные и высасывающие все силы сны. Но и мерещится непонятно что и животные дикие следом ходят за мной, как за родной.
Когда почти поднялись на бугор хлынул такой дождь, что дворники которые включили на всю не справлялись. И дорогу почти не было видно.
Где-то далеко в небесах начали раздаваться удары грома, и через несколько секунд все небо озарила вспышка молнии.
Макс вёл машину не сильно быстро, но быстровато, на что ему Сашка постоянно говорил вести помедленнее, но макс только отмахивается от него и продолжает ехать дальше.
Вся сжимаюсь и хватаюсь за дверку в надежде удержатся на месте потому что машину швыряет из стороны в сторону и заносит то там, то тут.
Как оказалась дорога, размокла и именно из-за этого Макс и гнал, чтобы успеть выехать на трасу а не увязнуть здесь.
Ну это он нам потом объяснил когда уже выехали.
Видимо они раньше уже застревали.

Так и вернулись домой, ну, то есть высадили Сашку и Янку на заправке, а меня повез домой Макс.
- Слушай может, поедим к тебе, м?
- Милис у меня сейчас дома друг и это не вариант.
-И что он не может погулять пару часиков?
- Зайка ты видишь какая погода на улице, да в такую погоду даже собак с дома не выгоняют, а здесь человек как-никак.
- Ладно тогда…
Отворачиваюсь к окну и поджимаю огорчено губы. Больше не знаю о чем говорить. Все время на озере общение было поверхностным и далеким.
Как будто мы не пара, а так, старые знакомые, которые случайно встретились через много лет.
Сколько раз я пыталась обнять его и поцеловать, но он уворачивался и только улыбаясь отшучивался.
Подъезжаем к дому, и Макс сразу же начинает прощаться, даже не обняв на прощание.
Продолжаю сидеть и смотреть на него, такого всего улыбчивого и довольного. И не знаю как спросить даже.
- Макс у нас все хорошо или…
Запинаюсь не зная как продолжить, ведь сама мысль о том что у нас что-то не так уже причиняет боль.
- Малыш конечно у нас все хорошо, почему такие вопросы?
Он всё-таки наклоняется и целует меня, приглаживая волосы ладонями и заглядывает своими темными глазами в мой.
- У нас все просто замечательно. Ясно?
В ответ киваю и начинаю улыбаться.
- Ну тогда давай, пока.
Опять эта его спешка нагоняет непонятно что, от чего улыбка пропадает и в ответ могу только кивнуть и выбраться из машины, которая тут же срывается с места и уезжает.
Внутри такое чувство что он прям ждал момента чтобы избавится от меня.
Стою и пялюсь в асфальт как последняя дура и не замечаю дождя который постепенно начинает падать на плечи.
- Буу…
Сзади кто-то очень неожиданно и резко меня пугает и небольно, но достаточно резко хватает за ребра. От чего с громким визгом отпрыгиваю в сторону. Быстро разворачиваюсь, натыкаясь на улыбчивого папу стоящего в метре от меня.
- Пап, так не честно….
И топаю ногой наиграно сердясь.
- А кто сказал что я буду честным, а?
И начинает наступать на меня с шевелящимися пальцами, вид которых приводит меня в смеющуюся истерику.

Из-за чего бросаю сумку и срываюсь с места, обегая родителя по большой дуге и в последний момент заскакиваю во двор громко хохоча что меня не догнали.
Залетаю в дом и закрываю дверь подпирая ее спиной.
Стою с минуту и чего-то жду, но на улице тишина, медленно приоткрываю дверь и выглядываю на улицу. Смотрю вокруг, но там пусто только идет дождь. Подозрительно прищуриваю глаза и меня с громким «попалась!» Со спины начинают щекотать.
Отбиваюсь всеми возможными способами и в конечном счете кричу что сдаюсь. Меня отпускают и тут же опять на долю секунды щекочут и убегают в кухню.
Стою и пытаюсь отдышаться, вот ведь…
Этот прием был применен ко мне первый раз и надо учесть на будущее чтоб больше не проигрывать.

Я единственный ребенок в семье и отец никак не хочет понять, что я уже взрослая. И мы продолжаем дурачится, как и в детстве. Не обращая внимания на косые взгляды соседей.
Прищуриваю глаза и направляюсь в кухню, где папа сидит и уже кушает, а мама быстро накрывает и для меня.
- Поздравляю, ты ведешь.
- конечно, это же я!
Очень пафосно и горделиво отвечает мне отец и раздувает грудь шире, от чего вся футболка натягивается.
Мама фыркает и выдает то что сбивает чуть-чуть спесь с отца.
- Пф..., ровно на целый, один бал!
- И что, что на один?! Зато как неожиданно это было, да?
И переводит смеющийся взгляд на меня. Стою и с хитрой улыбкой вытираю руки
- На долго ли?
Прищуриваю хитро глаза и отец весь серьезнеет.
- Не сметь?! Рядовой Милиска угрожать старшему по званию, иначе это будет значить войну.
- Ок, раз вы настаиваете на этом.
- Ты это слышала?
Ошарашено спрашивает отец у мамы.
- Ах ты ж блин, ешьте, давайте вояки. Володя успокойся, дай ребенку покушать, она только с дороги и устала очень.
- А вот нечего со всякими засранцами дружить, и уставать не придётся, да и шататься по непонятным местам тоже.
- Ой, все пап.
Опускаю взгляд в тарелку и с испугом вскакиваю отлетая от стола. Смотрю на тарелку в которой лежит мертвая птичка.
Сердце резко начинает бить в ушах, и опять этот жалобный шепот и сознание опять теряется.

3 глава

С наслаждением тянусь, что хрустят все косточки и распахиваю глаза.
Как же хорошо, не знаю когда я последний раз так спала, без всяких снов и прочей ерунды.

Сажусь на постели и смотрю в абсолютно темное окно. Постепенно начинаю понимать что вчера случилось.

Перевожу взгляд на кресло и вижу спящую маму. Опять я её напугала и от этого по-настоящему стыдно.

Который раз уже все это повторяется и ничего меня не может привести в себя, пока я сама не очнусь.
Видимо организм настолько устает что просто отрубается, выключая все что есть во мне.
Ведь привести меня в себя не смогли даже в больнице.
Всего лишь очень крепкий сон, вот что говорят врачи.

Встаю и иду к креслу, опускаюсь на колени и аккуратно обнимаю мамины ноги, целуя колени.
- Милис, ты уже проснулась.
На голову опускаются теплые, мягкие ладошки и аккуратно гладят.
- Прости меня мам.
- Глупенькая, за что?
- За все проблемы которые я тебе создаю.
Она наклоняется и целует меня в макушку
- Пошли я тебя покормлю, горе моё луковое.
- Пошли только давай просто чаёк попьем.
- С пирогом?!
- Угу, с ним.
Встаю и тяну маму которая мне достает примерно по нос. Вот такая вот я большая, вся в папу и бедовая непонятно в кого.
А папа, он у нас тоже высокий широкоплечий и с добрыми серыми глазами.
Мама всегда переживала как я буду себе парня искать, когда у меня рост как у большинства мужчин, метр восемьдесят с хвостиком.
Да что там говорить, даже Макс всего на чуть-чуть выше меня.

Но огромным плюсом было то что я была стройная и гибкая, с хорошей растяжкой и пластикой.

Наш мастер говорит что от меня глаз невозможно оторвать, когда я танцую.
Это похоже на волшебство, которое заставляет замереть все вокруг и даже дышать через раз присутствующих.
Ну это конечно со слов мастера. На которые я старалась не обращать внимания. Но которые приводили меня в неописуемый восторг.

И подстегивали идти дальше, тренироваться и дышать балетом.
Мечтая путешествовать по миру и танцевать для всех. Чтобы все ощущали то, что ощущаю я, когда погружаюсь в этот мир музыки и движения.

Спускаемся и тихо проходим на кухню, вместе накрываем на стол и ставим чайник.
- Милис?
- Что мам?
Отвечаю ей доставая чашки.
- Расскажи мне еще что-нибудь из своих снов.
Поворачиваюсь и грустно улыбаясь сажусь рядом и обнимаю её за плечи.

- Однажды мне снилось, как я гуляла по лесу, такому темному и пустому. С мрачными и погибшими деревьями и там где я шла на глазах, поднималась под ногами трава и цветы, на деревьях распускались почки, а за ними цветы. Как вдруг на меня напал кто-то. Толкнул на землю и навалился сверху с диким шипением.

Когда мне удалось повернуться, увидела очень необычную женщину. Всю грязную и в паутине, с грязно-серой кожей, покрытой растениями похожими на мох и с абсолютно черными затянутыми глазами.
- О господи…
- Ну мам!
- Молчу, молчу…
- В ее глазах горела лютая ненависть и я чувствовала её боль и отчаянье. Как вдруг она меня начала душить. Я начала вырываться и пытаться ее оттолкнуть и случайно прикоснулась к ее груди и что-то произошло. Не знаю что, но она отскочила от меня. Я Быстро встала и отбежала на пару шагов назад пытаясь отдышатся. А она упала на колени перед до мной и умоляла прийти и помочь им всем. Хваталась за ноги, за платье и без остановки умоляла помочь…
И в этот момент я проснулась вся в поту и со слезами на глазах, чувствуя себя предательницей. Которая ее бросила и не помогла. А после пробуждения, я отчетливо чувствовала ее холодные руки у себя на шее и в тех местах где она меня хватала за ноги.
- Когда это тебе снилось?
Чуть дрогнувшим голосом спрашивает мама и тут я начинаю понимать что сказали лишнее. И только сильнее прижимаю ее к себе, обнимая
- Да вот недавно, мам ты не переживай. Ты же знаешь что это просто сны, и я это знаю, когда нахожусь там. Я знаю что все это не правда и такого сильного страха там нет.

Засвистел чайник и я быстро встала наливать чай. У нас с мамой были дружеские и очень хорошие отношения. Табу было только одно моя интимная жизнь, о которой знала пока только мама. А если бы узнал отец, то одному смельчаку оторвали бы его очень важный орган.
Когда я сказала ей что начала встречается с Максом мне провели очень важную лекцию, об этом всём, со всеми вытекающими последствиями.
Сидела красная как помидор и пыталась несколько раз прервать наш разговор, но мама строго заставляла слушать.

И сейчас я осознаю как это было правильно и действительно нужно.

Попив чай обняла маму и пошла отдыхать, ведь со стола мне убрать никто не дали, а вытолкнули отдыхать ведь после завтра самый важный день в моей жизни, который может изменить всё. Да и мама была хозяйкой на кухне и не очень любила когда кто-то хозяйничает на ее территории.
Легла в постель и просто смотрела в потолок, боясь опять попасть непонятно куда и не знать чего ожидать.
Не замечаю как закрываются глаза и я всё-таки засыпаю.

***
Чертовски холодно, опять этот темный и погибший лес. Делаю шаг, и ощущаю как ноги проваливаются по щиколотку в ледяной снег. Обжигая холодом и разгоняя мурашки по голым плечам и спине.
Оглядываюсь назад и не видя ничего примечательного, иду вперед, на просвет в котором видно поднимающуюся, огромную луну.
Не знаю сколько иду и выхожу к небольшому обрыву. Внизу которого раскинулась речка не затянутая льдом и от которой поднимался густой пар.
Как вдруг, вижу силуэт бегущего человека с развивающимися, темными волосами. С далека тяжело рассмотреть бегущую женщину. Как вдруг замечаю что за ней несутся еще несколько светлых силуэтов и это явно животные, довольно крупные животные…
В какой-то момент один из зверей догоняет этого бегущего и прыгает на спину от чего на всю округу разносится испуганный женский крик.

Срываюсь с места и несусь вперед, с обрыва, через речку, не ощущая холода от ледяной воды, а слыша только как кричит женщина на которую набросилось три зверя.
Не знаю чем я думала, или что происходило во мне, но я точно знала что должна помочь.

Вот только чем? И как ?

Об этом я подумала слишком поздно, только после того как закричала.
- Не смейте, пошли вон!
На всю округу разносится мой злой голос.
И три огромные зверюги, а если быть точнее три огромные пятнистые кошки, очень похожие на снежных барсов, замирают и резко поднимают свои окровавленные морды на меня. По инерции делаю пару шагов заворожённая красными светящимися глазами и замираю не зная что дальше...

Барсы тем временем зло оскаливаются, сразу же бросаясь в мою сторону. Мгновенно разворачиваюсь, начиная убегать от этих тварей, добычей которых стану теперь я. Делаю около десятка шагов и на мою спину наваливаются точно также как до этого на бедную женщину, которую они видимо все-таки загрызли.

На плече смыкается стольная челюсть, простреливая все тело адской болью...

***


Вскакиваю как ужаленная и сваливаюсь с кровати. Хватаюсь за плечо и забиваюсь в угол между стеной и тумбочкой.
Сердце стучит в ушах, а плечо продолжает адски болеть. Оттягиваю футболку и смотрю на своё абсолютно здоровое плечо.
Против воли вырывается всхлип, слезы накатываю волнами, пока полностью не перекрывают взор.
Постепенно боль отпускает, как и страх, сердце возвращается на место и успокаивается. Сознание начинает осознавать что это был сон, а вот сердце болит и твердит что это все было реально.
Встаю, вытираю слезы и быстро проскакиваю в ванную. Привожу себя в порядок, быстро крашусь уже не обращая внимания на синяки под глазами, которые мастерски замазываю и спускаюсь на кухню.
Там пусто, смотрю на время, ещё рано, ставлю чайник и готовлю кашу. Быстро поев возвращаюсь в комнату за сумкой. Выскакиваю на улицу и сажусь в такси, которое уже подъехало.
Всё, день начался. Теперь последняя репетиция и выступление вздыхаю закрывая глаза и перевожу взгляд в окно.
День пролетает незаметно, как и ночь, пару раз еще шарахаюсь от шепота в голове, а в остальном все хорошо.
Ночью что-то снится, но такое далекое и непонятное что на утро не могу вспомнить что именно. Но организм отдохнул и набрался сил, а я так переживала что опять не высплюсь и что-нибудь натворю, но пронесло.


И вот день Х…
Утром звоню Максу и напоминаю что мне будет очень приятно если он приедет на выступление и он сразу же соглашается.

От чего расплываюсь в довольной улыбке и быстро иду на кухню. На кухне мама, Папа на работе, он очень рано уезжает.
- Привет, мам…
- Доброе утро. Как ты?
- Все хорошо, я тебя сегодня буду ждать.
- Может мне прийти пораньше и помочь накраситься?
Делаю последний глоток чая и встаю обнимая и целуя маму в щеку.
- Не надо, я справлюсь.
- Я знаю что справишься моя хорошая.
- Все, я побежала.
Выхожу и сразу же натыкаюсь на Янку, которая стоит на пороге и заносит руку, что бы постучать.
- Ой привет.
Из кухни выглядывает Мама и тоже здоровается.
- Привет.
- Ну что поехали?
- Поехали.
- До свидания!!!
Громко кричит маме.
- Удачи девочки.
- Спасибо, она нам не помешает.
До театра добираемся быстро и без происшествий. Еще одна легкая репетиция с растяжкой и разминкой и теперь основательные сборы. Достаю свое беленькое платье и подготавливаю пуанты, Янка тоже рядом, тоже готовится и тоже переживает.
Пару раз звоню Максу, но он не отвечает. Что меня ставит в тупик. За последнее время он отдалился и это меня беспокоит, и очень огорчает.
- Милиска, может перекусим?
Янка выходит из-за ширмы в одном халате и с белоснежным уже загримированным лицом.
- Ты же знаешь что это плохая идея!

Отвечаю ей подкрашивая свой глаз.
- Милисочка ну, пожалуйста!
- И что ты собралась есть? У нас ничего нет...
- Тут рядом супермаркет, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста...
Все таки докрашиваю глаз и зло смотрю на нее.
- И ты пойдёшь в таком виде?
Приподнимаю бровь и откидываюсь на спинку стула.
- Нет… пойдешь ты!
- Неа!
- Пожалуйста, ты ведь еще одета и не похожа на зомби, му пожжааалуйстааа…

Для чего нужны подруги? Задаю себе этот вопрос и тяжело вздыхаю, выходя из гримёрки с целым списком разнокалиберных продуктов.

- Тебе плохо не станет?

Бросаю на пороге обречено и получаю очень довольный и счастливый ответ.
- Нет, мне станет чертовски хорошо!
Закатываю глаза и в припрыжку бегу до магазина.
Проболтавшись там минут пятнадцать и купив что надо, ну и себе прикупив кое-что возвращаюсь в гримерку.

Сразу же открываю дверь, натыкаясь на отражение зеркала, в котором частично видно медленно целующихся и воркующих Янку и Макса.
Застываю растерявшись от увиденной картины и сердце останавливается медленно начиная умирать.

Макс стоит улыбается, что-то шепотом говорит и наклоняясь целует ее. Она в ответ тоже отвечает что-то и наглаживает ему поясницу под футболкой.

Первый порыв заскочить туда и закатить скандал и поколотить их обоих, а потом резко наступает какой-то ступор и осознание…
Медленно и тихо закрываю дверь и отхожу на пару шагов назад натыкаясь на кого-то проходящего мимо. Быстро извиняюсь и иду на выход.
Когда до конца приходит осознание, что я увидела слезы застилают глаза и накатывает самая настоящая истерика.

Руки дрожат, сердце сжимается и не получается даже вздохнуть.

Он врал мне. Они оба врали мне, когда я им верила. За что они так со мной?

Быстро иду вперед не разбирая дороги постепенно ускоряясь до бега. Пакет где-то выкинула даже не помню когда и где.
Как же больно, почему так больно? Больнее того укуса за плечо.
Все горит и умирает внутри меня, от понимания того, что мой любимый человек предал меня. Еще тогда, когда пару дней назад говорил мне что все хорошо. Что у нас с ним все хорошо. Зачем? Зачем врать? Для чего?

Выбегая на улицу не видела ничего вокруг, слезы застилали глаза. Видела перед глазами только измену и предательство которое убивало внутри все живое. Где-то со стороны отдаленно слышу визг тормозов, и сознание теряется.

Подкидывая далекие воспоминания прошлого, ночь темный лес, об что-то спотыкаюсь и падаю. Поднимаю голову и вижу как незнакомая женщина тянет мне руку, но происходит сильный удар от которого отлетаю в сторону и смотрю в лес затянутый туманом...

4 глава

Первое, что чувствую прийдя в себя, страх и адскую боль. Открываю глаза и вижу свои ноги, покрытые толстым слоем гипса.
Сердце падает в пятки подвешенные на какие-то непонятные штуки.
ЧТО Я ЗНАЮ О ПАНИКЕ?
Ни хрена я не знаю о панике как оказалось, дергаюсь и хрипло взвываю от прострелившей боли, которая разливается по всему телу.
- Милиса не двигайся, пожалуйста.
Рядом возникает мама с опухшими, красными глазами, смотря на меня.
Меня трясёт, глаза бегают по родному лицу, в панике открываю и закрываю рот, пытаясь что-то сказать, но вылетает только болезненный хрип и всхлипы.
Мама аккуратно подносит бутылку с трубочкой к моим губам. Но я не могу сделать даже глоток.
Слезы заливают глаза, что все плывет.

Ноги? Что с моими ногами?
Паника. Что случилось? Что случилось?
И как гром среди ясного неба, воспоминания, как я видела целующихся Янку и Макса.
- Маа…
Хрипло, через боль, толком не видя ее.
Она хватается за руку и целует пальцы.
Чувствую ее холодные и мокрые щеки. И у неё и у меня трясутся руки и мы оба плачем.
- Маа…
Она отрывается от руки и приглаживает волосы задевая щеку, от чего я шиплю от боли и понимаю что у меня разбитое и опухшее лицо.
- Милисочка только не волнуйся моя хорошая. Все заживет, все будет хорошо, не плачь моя маленькая.
Отстраняется и опять подает бутылку, в этот раз получается сделать очень болезненный глоток. От чего горло начинает драть от сильного кашля и опять приходит оглушающая боль.

Что делать?
Мне нельзя останавливаться, у меня же тренировки и выступление и… и… меня предали просто нагло врали, причем двое близких мне людей.

Все опять падает и начинается новый поток бесшумных рыданий.
Мама вскакивает тоже плача и быстро уходит из палаты.
Через пару минут возвращается с медсестрой которая что-то вводит в капельницу и постепенно все отключается и замирает навсегда...



5 дней спустя…
- Милис, пожалуйста, покушай хоть что-нибудь, пожалей себя, тебе силы нужны…
Продолжаю смотреть в потолок и ждать того момента когда уже сдохну. От того унижения когда за тобой убирают,
от той боли которая разрывает все внутри при малейшем движении. От того предательства которое убило во мне все живое.
- Если себя не жалко, пожалей нас, съешь хоть что-нибудь.
Мне стало ничего не интересно, после того как пришёл врач и сказал. Что ходить может я и смогу, хоть процент и не велик, но буду хромая.
Когда мама спросила про балет врач только и смог что отрицательно покачать головой и быстро уйти, сославшись на важные дела.
Все это конец…
- Прости мам я очень устала, я спать хочу…

Закрываю глаза и нагло притворяюсь спящей, слышу как мама пару раз всхлипывает и уходит из палаты.
Вечером приходит отец, долго и усердно сперва упрашивает, потом приказывает и под конец начинает угрожать всеми возможными способами. После того как я поправлюсь.

А я не хочу, дышать не хочу, ничего не хочу.
Все застыло и больше ни на что, не реагирует.
Почему ? Просто почему?
Десятки раз прокручиваю в голове случившиеся и понимаю что в моей жизни не было ничего в чем бы я была хороша кроме балета…




Седьмой день…
Не успев проснутся, чувствую что мне что-то колят в руку. Дергаюсь и вырываю руку, от чего из нее брызгает кровь и по руке разносится адская боль.
- Тише, это витамины, ваш врач назначил витамины.
- Не прикасайся ко мне, уйди… уйдии…
Медсестра быстро уходит, а потом возвращается с врачом. Который долго и усердно мне рассказывает какая бесценная штука жизнь и что мне чертовски повезло что я выжила.

А я взрываюсь, кричу в лицо чужому человеку который ни в чём не виноват. Что мне она такая не нужна, что я себе такая не нужна.

Врач опять что-то говорит и в итоге смотрит на медсестру кивая ей, та приближается к капельнице и начинает что-то с чем-то смешивать и подходить ко мне. Быстро вырываю иглу из руки и швыряю в сторону с криком…
- Пошли вон…
- Хорошо, только успокойся и мы уйдем.
Прищуриваю глаза и опять утыкаясь не моргая в потолок.
Они действительно ушли, а я опять начинаю из внутри себя добивать думая и думая обо всём этом.
Перевожу взгляд на тумбочку на которой стоит небольшой букетик ромашек и от их вида внутри горько как от горькой полыни.
Намеренно закрываю глаза, молясь, проснутся и очутится в том темном лесу и опять ходить, чувствовать свои здоровые ноги.

Но того леса нет, вот уже который день ничего нет, только темнота и безысходность.
Вечером приходит мама со словами, что ко мне гости.
За ней заходит Макс и как то робко улыбается. Смотрю на этого человека и не понимаю из-за чего он мне так нравился, или я его даже любила.
В нем нет ничего интересного или это во мне больше нет ничего.
И главный вопрос, какого хрена он приперся сюда?
- Мам, оставишь нас?
Мама сразу раз улыбалась и закивала уходя, прикрывая за собой дверь.
- Привет.
Поджимаю губы и не отвечаю. Мерзко видеть его, мерзко даже слышать его голос.
- Как ты?
- Можно тебя кое о чем попросить?
Стараюсь говорить спокойно, но против воли вырываются рычащие нотки.
- Конечно зайчонок, всё что захочешь…
- Выйди из этой палаты и больше никогда сюда не возвращаясь.
- В смысле?
- В прямом.
- Что случилось?
- Пошёл вон! Я вас обоих ненавижу! Тебя и эту тварь которую считала подругой. Это ваша вина, что я стала инвалидом. Ваша! Пошёл вон от сюда! Пошёл вон!
- Милис… я…
Хватаю вазу с ромашками и швыряю в его сторону, она не точно попадает в цель, а разбивается в десяти сантиметрах сбоку от его головы.

Начинаю кричать в голос от гнева и боли и за ней летят все предметы до которых получается дотянуться.

Когда он выскакивает за дверь, падаю на кровать и взвываю во всю глотку от той боли которая сковала все тело пока я дергалась. И от ненависти которая не находит выхода и продолжает расти.
Колочу руками по кровати в истерике и кричу, не замечаю когда меня зажимают и ставят укол в ногу.
Все резко плывет и наступает опять апатия.

Откидывая все проблемы на задний план и погружая организм в сон в котором больше нет ничего, толь пугающая темнота и одиночество.



Месяц спустя…
- Привет, Милис.
В палату заходит мама и сразу подходит ко мне, целует в щеку и приглаживает волосы, которые расчесывает и заплетает последний месяц только она.


Молчу…
Я не знаю что сказать и сделать чтобы не развести новый скандал.
Врач сказал, мне здесь лежать еще месяц минимум. Всё зависит от того насколько правильно я себя буду вести и насколько быстро будут срастаться кости.


Боль притупилась, но не прошла до конца, постепенно к ней привыкаешь.

Кушать я всё-таки стала, только через силу и через не хочу.

Кусок в горло не лез. Я не видела смысла питаться если я ничего не делаю, а лежу целый день смотря в потолок.
А ночью я молюсь желая опять увидеть те сны, пусть даже меня там будут рвать на части, пусть там я буду гореть заживо.
Но, я буду там живой,
буду что-то чувствовать, буду знать что я кому-то там нужна.
Но этих снов больше нет и это приводит меня постоянно к новым истерикам и срывам.

Док уже сказал маме, что меня надо полечить в психушке. Что я не в себе, что видимо меня сильно ударила машина и отбила мозги.

Каждую ночь истерика с криком с дерганьем и адской болью от осознания своей никчёмности.

Правда это только ночью, днем я себя веду хорошо и пытаюсь питаться, правда все говорят что очень мало.
Смущение уже почти прошло, от того что за мной убирают как за маленькой, какой я не являюсь.

А вот ненависть к себе и ко всему мужскому полу растет с каждым днем все больше и больше.
Пару дней назад закатила скандал и мне сменили врача который за мной наблюдал на женщину.

Просто не могла больше смотреть ему в глаза, которые переполняла жалость ко мне.

Да я стала жалкой, жалкой противоположностью той себя которой больше никогда не буду.

Ногу уже опустили и она просто лежала на койке и мне даже удавалось пару раз пошевелить, а если быть точнее непроизвольно дернуть большим пальцем.

И это не принесло мне никакой радости, а только прострелило все тело новой волной боли.

Мне даже кажется что я смирилась со своей участью. Только боль все не хочет отпускать и знание того кем я была.
А так уже даже начала читать книги, которые мне быстро надоедали и копаться в телефоне.

Ничего не приносило покой, только мечты опять попасть в свои сны. Которые первый раз с двенадцати лет оставили меня в покое.


Четыре месяца спустя…
Сегодня первый день когда мне позволили подняться и сесть в инвалидное кресло.

Кости не хотят срастаться и идет сильное воспаление, врачи не понимают с чем это связано, да и разговаривают только с мамой, со мной никто больше не общается без необходимости.


Предлагали ампутацию, но мама закатила скандал, и они отстали и закрыли эту тему.


Ну и поднималась естественно не я, а меня подняли и пересадили в чёртово кресло

А потом прогулка на улицу, этот день действительно стал для меня глотком свежей воды в моём болоте отчаянья, в которое я сама себя и посадила.

Мама уже со мной не разговаривает, так как знает что я не отвечаю, а отец уже и не приходит около месяца.

Он в обиде, а если папа обиделся заслужить его прощения будет очень не просто.

Мама медленно везет меня по тропинке среди деревьев и молчит.

Какая же я поганая дочь, постепенно начинаю осознавать это, то и дело поднимая голову и смотря в постаревшее и очень уставшее лицо мама.

Да Милиса ты ничтожество, но ведь никто в этом не виноват кроме самой меня.

Тем более мама, которая всё это время была рядом и всегда поддерживала.

А ты раза за разом истерила и вела себя как последняя эгоистка. Которая только и думала что о своей проблеме.

И не обращала внимание, какого самому родному человеку видеть как ее дочь заживо себя убивает.

- Мам?
- Что Милис?
Мама сразу же засуетилась и обошла коляску заглядывая мне в глаза, которые опять заволокло слезами.


- Что-то болит? Что случилось?
- Я…люблю тебя…
Уже захлебываясь слезами говорю ей и меня крепко прижимают к самому родному, к самому дорогому, для меня человеку во всей вселенной.

- Маленькая моя, я тоже тебя люблю.
- П... прости меня… я… я такая плохая дочь...
Она отстраняется и обхватывает лицо ладонями, стирая мои слезы с щек. И тоже плача говорит то, что мне сейчас действительно нужно больше чем воздух.

- Ты самая лучшая, самая любимая и самая долгожданная дочь. У всех бывают проблемы в жизни и всем нужно время чтобы их преодолеть. Помни, пожалуйста, что для меня, ты самая лучшая в мире была, есть и будешь. А ноги они заживут я точно уверена.
Раскрываю руки и крепко обнимаю плачущую маму.
Да, я буду танцевать всем назло в этом мире, а если и не буду, то найду чем себя занять.

И постараюсь больше никогда не огорчать родителей.
Уже успокоившись и сидя возле лавочки, смотрела как мама раз за разом скармливает мне свои пирожки и улыбается самой счастливой улыбкой в мире.

И от этого мне на душе стало так хорошо. Первый раз, за эти месяцы я кушала и действительно наслаждалась этим процессом.
- Мам, папа сильно обиделся?
- Не переживай, мы его быстро избавим от всех обид. Ты только больше не замыкайся в себе, мы рядом и вместе мы со всем справимся, ладно?

Киваю ей и виновато улыбаюсь.

Как же я люблю их и я про это совсем забыла, замыкаясь на своих ногах и своей беде.

5 глава

Шесть месяцев после аварии...
Сегодня я еду домой, мама и папа с утра пораньше приехали и донимали врача чтобы меня забрать. Как ни странно после того как я помирилась с мамой и вроде пришла в себя все начало налаживаться в плоть до костей которые начали быстро восстанавливаться.
Единственной проблемой осталось то что я больше не могла много кушать и очень сильно худела, витамины всякие фрукты и овощи все это просто не лезло.
Не зря говорят что беда приходит не одна. И вот когда одна болячка стала заживать вторая просто не хотела отпустить меня, а продолжала, тянула на дно.
- Милиска собирайся мы едим домой.
В палату залетает веселая мама и быстро выгребает что надо из тумбочки закидывая все в сумку. Последняя остаюсь я, сижу на койке и жду когда мне помогут одеться.
Мама достает мое любимое платье в горошек и по мастерски одевает его на меня и тут приходит понимание, что я превратилась в анорексичка, грудь фактически исчезла и платье висело бесформенным мешком ноги превратились в кости обтянутые кожей и все в шрамах и швах.
На глаза опять наворачиваются слезы от обиды и ненависти на когда-то близких мне людей…
- Мам может найти какого-нибудь врача, я есть не могу и… и вес… он…
- Милис конечно найдем, не все сразу ты поправишься. Только не расстраивайся ладно?
Киваю и стираю слезы. Мама с мед сестрой мне помогли пересесть в кресло и повезли на выход где меня ждало инвотакси слез сдержать не получается и я всё-таки разревелась.
Мама успокаивает, и крепко обнимает говоря что это временно и все наладится и я верю ей, хочу верить.
Когда едим по городу не могу оторвать глаз от улицы людей спешащих по своим делам и домов. Как же я соскучилась по движению по бегу, по балету.
Тяжело вздыхаю и ставлю перед собой цель во что бы то ни стало встать на ноги и опять танцевать.


Год спустя…
Врач не соврал я действительно встала на ноги только через боль и хромая день изо дня тренировки с человеком который помогал и делал массаж когда ноги сводило судоргами от нагрузки.
Кости фактически раздробило. Только мне могло так повезти попасть под камаз и это действительно чудо, что я тогда выжила.
И сейчас я низачто не расстанусь со своей жизнью.

Все проходит и проблемы тоже да танцевать я больше не могу, не могу даже вытянуть носок, но я жива и это главное. Главное то, что мама улыбается, и здорова,главное, что отец простил и устраивает заезды на инвалидной коляске со мной на скорости и веселится. Хотя коляской я уже давно не пользуюсь, она осталась как воспоминание того что со мной случилось и через что я прошла.

А потом нас обоих ругает мама за эту коляску и за то что я могу упасть с нее и опять поранится.

Да я потеряла многое, но еще у меня очень многое осталось. И я буду стремиться что бы встать и ходить.

Балет остался там в прошлом остался хорошим воспоминанием, остались фото и видео где я создавала сказку в движениях. И эти воспоминания навсегда останутся со мной.



Два года спустя…


- Милис если ты не поторопишься то, пойдешь до остановки сама, я спешу…
- Иду, иду.
Хватаю со стола блин с творогом и обнимаю маму.
- Удачи
- Спасибо
Выходим с папой на улицу и он быстро завозит меня в универ сам опаздывает и постоянно ворчит. Улыбаюсь и выхожу.

Сегодня последний экзамен и вот я наконец закончу и стану квалифицированным ветеринаром.

Да я тупо перевелась с театрального и поступила на ветеринара просто ничего другого в голову не лезло, а животные меня любят, как и я их. Вот и встало все на свои места.

Первое время было тяжело ведь я перепрыгнула сразу на третий курс и зарылась в учебники, чтобы догнать общую программу.

Хорошо когда у папы много разных весомых знакомых которые первый год помогали все сдать и тупо не завалить. Но я справилась, да и как оказалось это была очень интересная профессия.

А потом все пошло хорошо. Со мной особо никто не общался, наверное и я бы не общалась с замкнутым человеком который ходит с тростью и вечно погружен в книги.

И которого не интересуют живые люди да и само общение в целом. Я сама не горела желанием с кем-то общаться. И все разговоры сводились к скупым фразам и люди от меня отставали.

А трость с ней легче, без нее тоже получается только меня сильно смущает хромота и нога устает сильнее.

Ура, ураа. Все теперь только забрать диплом и учеба позади как же всё-таки классно.

Выхожу с универа и медленно иду в сторону парка который тут не далеко, хочу мороженку которую и покупаю.

Бреду по тропинке к большому пруду. Как вдруг из-за поворота выходит молодой человек и сердце останавливается наполняясь ненавистью к нему.


Макс весь такой при параде, красивый и молодой идет пружинистой походкой пока не замечает меня и не останавливается.

Опять делаю шаг вперед и больше на него не смотря вся хромая и худющая прохожу мимо и больше не хочу его видеть.

Моя первая любовь, мой первый мужчина растоплял мою любовь и выкинул под колеса того камаза.

Иду дальше, да я иду дальше не только перешагнув любовь, но и по жизни иду дальше и больше не сдамся как тогда.


А ненависть ко всем и неприязнь к мужчинам кроме отца она пройдет, так говорит мой психолог, что все со временем пройдет.

Дом встретил тишиной позвала маму, но мне никто не ответил. Почему-то накатили воспоминания и я решила посмотреть фотографии.

Порывшись в ящиках и не найдя альбом полезла дальше в верхние ящики, и альбом нашелся. Достаю его и вижу маленькую коробочку в самом углу шкафа.

Маленькая плоская под цвет шкафа и на которую я никогда не обращала внимания, а сейчас взыграло такое любопытство, что просто не смогла сдержать себя и достала ее вслед за альбомом.
Аккуратно спускаюсь и сажусь на диван. Медленно открываю ее и смотрю на непонятный блестящий листочек на кожаном шнурке.

Руки ох аж зачесались от желания прикоснутся к нему. Сперва пальцами обвожу почему-то теплый метал и подеваю за шнурок.

Листок разворачивается другой стороной и на нем написано, размашисто очень красиво с завитушками «Милиса»
Начинаю хмурится и откладываю теплый и как будто родной листочек в сторону. Дальше лежат пара снимков с маленькой девочкой со слегка вьющимися волосами и в ней я узнаю себя. Только с разбитым и слегка опухшим виском.

Прикасаюсь к своему виску и нахожу небольшой рубец на который до этого никогда не обращала внимания да и видно его почти не было.

Откладываю их в сторону, последний листок сложен пополам разворачиваю и застываю прочитав первые строчки…
« Заключение об усыновлении(удочерении) ребенка»
Внутри все холодеет, продолжаю читать имена родителей, незнакомая фамилия и мое имя, дата рождения и адрес организации откуда этот ребенок был передан.

Руки сами собой опадают, а я по-прежнему смотрю в ту точку, где он был…
Что это такое?
Опять поднимаю листок и перечитываю раз за разом. Все тело дрожит и меня походу лихорадит. Откладываю его в сторону дрожащими руками и беру следующий об установлении отцовства и смене фамилии.

И вот здесь уже вижу своё полное имя какое я знаю с детства.

Кто я такая? Откуда? Почему у меня нет никаких воспоминаний из детства?
Хватаю снимок и смотрю на девочку лет трех четырех. Упитанная такая с пухленькими щечками и напуганными темно-зелеными глазами…
Почему я ничего не помню?

Так вот почему мама всегда говорила что у них не была фотоаппарата чтобы запечатлить меня совсем маленькой.
Продолжаю сидеть и смотреть на фото ребенка которого забрали из детского дома.

И многие отмазки становятся понятными, почему у меня нет брата или сестры, видимо кто-то из родителей не может иметь детей.


Входная дверь хлопает, и я хватаю бумагу и вылетаю в прихожую с ней.
- Что это? Что это такое? Кто я? Где мои родители?
Мама выхватывает бумагу из рук и застывает медленно поднимая испуганные глаза на меня.
- Это правда? Да?
- Милис успокойся, пожалуйста. Это ничего не значит ты наша дочь, только наша!
- Откуда я? Это тот адрес, там детский дом да?
- Милис, пожалуйста.
- Так вот почему я такая ненормальная, видимо родные предки постарались, видимо были наркоманы или вообще душевно больные иначе из-за чего мне снились эти сны и виделись всякие трупы. А шёпот в голове, я же тоже такая же больная, да мне же нельзя теперь заводить детей, они тоже могут родиться больными.
- Хватит Милиса.
- Отойди от меня.
- Хватит!
- я больная, боже я реально больная...
Меня дергают за руку останавливая и первый раз за всю жизнь дают оглушающую пощечину. Сразу же хватают за плечи и рычат зло в лицо.
- Ты! Моя! Дочь! Ясно!
Оглушённая ударом стою и только киваю в подтверждения.
- Ты выжила после аварии, я точно не знаю что как было, но ты выжила.
- Какой аварии? Кто еще там был?
- Только не истери, там была женщина и ребенок, совсем маленький ребёнок. Мне сказали что был сильный туман и она с вами выскочила на дорогу, водитель не успел среагировать ее снесло, а тебя только задело.
- Что с ними?
- Они погибли…
Отстраняюсь от нее и несусь в свою комнату, оглушённая и шокированная.

Закрываюсь и сажусь у двери, смотря в одну точку. То видение когда мне тянула руку женщина, это была она, моя настоящая мама. Что же случилось и ребенок это был мой брат что ли? О Боже…
А Мама с папой… что же делать?
В дверь раздается стук и я сразу же встаю открывать. Внутри все продолжает дрожать от осознания того что у меня была другая семья. Что люди которые меня вырастили и безмерно любили мне не родные.

Что женщина которая столько вытерпела с двенадцати моих лет этот человек мне не родной.

Открываю и смотрю через щель на маму которая топчется и не знает что сказать.
Распахиваю настежь и захожу садясь на кровать.
Она заходит следом и садится рядом.
- Почему вы меня удочерили?
- У меня бесплодие, по глупости и по молодости все совершают ошибки, и я совершила.
- Аборт?
- Угу…
- Почему?
- Посчитала что еще успею, хотя врач предупреждал.
- А потом?
- А потом я встретила Володю и со временем захотела ребенка, но у меня так и не получилось.
- И вы удочерили меня?
- Не сразу, сперва мы хотели взять мальчика двух трех лет, объехали несколько мест, но сердце так и не дрогнуло.

Точнее, оно обливалось кровью видя маленьких и одиноких детей, но вот чувства, что ребенок именно мой не возникало.

И в последнем месте заходя на территорию мы увидели как тебя на руках заносят прямо перед нами в этот детский дом. Увидя тебя я просто больше не смогла с тобой расстаться. Такая маленькая с пухленькими щечками и длинными двумя косичками, которые растрепались и волосики торчали в разные стороны. Ты была похожа на одуванчик такой же нежный и светлый, к которому только стоит прикоснуться и он рассыпится.
Не знаю как это описать, но я точно знала что ты моя. Моя девочка, мой подарок, который я отвергла по глупости и который мне подарили опять.
Милис ты моя, понимаешь, да тебе подарила жизнь другая женщина, которая не смогла тебя вырастить, но я ей так благодарна. За тебя, за то что она дала мне второй шанс почувствовать себя матерью.

Сижу и плачу, не знаю из-за чего, но внутри ком из боли и любви, который распирает и не дает вдохнуть воздух.
- Мам я хочу узнать кто были мои родители.
Она тяжело вздыхает и обнимает меня за плечи.
- Мы узнаем.
Протягивает мне тепленький листочек и кладёт в ладонь.
- Он был у тебя на шее. Это все что осталось от твоей той жизни. Прости меня что не рассказала тебе. Я просто не могла, хотела, но не смогла.


Смотрю на тепленький листок и плачу, обвожу пальцами его край и крепко сжимаю в кулаке.
- Я хочу сама туда съездить.
- Почему сама, давай я тоже поеду?
- Мам я поеду одна, мне нужно время.
- Папа нас убьёт.
- Угу…
- А можно я тебя по-прежнему буду звать мамой?
- Глупенькая моя…
Меня сильнее прижимают к себе и крепко обнимают.
- Маленькая моя, конечно можно, нет, даже нужно.
- А ты меня правда любишь?
Прозвучало совсем по-детски, но мне нужно это знать, как тогда в парке, нужно знать что меня любят.
- Больше всего на свете родная.

6 глава

Вечер того дня…
- Бабы да вы охренели…
- Ну пап.
- Милиса, да ты по сторонам не смотришь. Тебя ? Одну? Хрен знает куда? Да ты только пришла в себя!
- Я хочу знать.
- Ну вот и поезжай с мамой!

Подхожу и обнимаю за шею очень сердитого отца, который еще и пыхтит как паровоз.
- Пап мне нужно время, побыть одной, я вернусь. Да и вообще буду вам каждый вечер звонить, будим общаться. Да я вам еще надоем своими звонками.
- Так ты что ли еще и не на один день?
- Пап я уже большая и справлюсь. День займет только чтобы туда добраться, потом общаться, узнавать у местных и про эту аварию узнать. Я не знаю сколько уйдет времени на все эти движения. Из-за этого я и поеду одна, а мама останется с тобой и будит за тобой ухаживать.

- Я что по твоему, инвалид что ли? Сам за собой не смогу ухаживать.
- Пааап…
- Да что пап, да пап?
- Я честно люблю вас. Из-за этого я буду себя беречь, чтобы вас не волновать.
- Если ты хоть один раз не позвонишь, я тебя там достану и прибью, ясно?
- Так точно!
- Когда едешь хоть?
- Завтра…
- ЗАВТРА?!
- Утром выезжаю…
- Галя?!
- А я что? Все претензии к ней…
Смотрю на маму которая мастерки отвела бурю от себя и перекинула её на меня. Стоит улыбаться. Вот же…
- Пап все будет хорошо…
- Я тебя отвезу на вокзал.
- Мы отвезем.
Вставляет свои две копейки мама и папа хмуро переводит на нее взгляд.
- Спокойной ночи тогда.
- Какой там спокойной, пошли есть давай. А то свалишь неизвестно на сколько, а я, может я скучать буду.
- Пошли.
Поужинав и слушая ворчания отца, всё-таки все разбрелись по своим комнатам и легли спать.


Перед тем как закрыть глаза опять прокручиваю в голове ставшую привычной просьбу
« Пусти меня туда, где воздух пахнет хвоей. Пусти, прошу тебя, в те сны в сосновом боре»
Закрываю глаза и проваливаюсь в темноту…


-Зззз… зззз…
Открываю глаза и смотрю в потолок. Достаю телефон, и отключаю будильник.

Мою просьбу никто не услышал или же просто на нее никто не обратил внимания. Последним моим сном было то нападения кошаков на женщину и в частности на меня.

И как оказалось я к ним настолько привыкла, к этим снам, что без них мне очень одиноко.

Встаю и начинаю медленно собираться закидываю нужные на мой взгляд вещи в рюкзак и спускаюсь, натыкаясь на маму которая вовсю уже что-то стряпает.
- Привет…
- Так Милис, вот я тебе кое-какую еду в дорогу собрала.
- Ма
- Тихо, так. Вот деньги.
- У меня есть деньги!
- лишними не будут.
-…
Без толку спорить. Сажусь и пью чай.
В кухню заходит папа и садится с самым серьёзным видом напротив меня.
- Что, не передумала?
Отрицательно качаю головой и делаю глоток.
- Ладно…
Обречено говорит отец и приступает к завтраку.
Выезжаем из дому примерно через пол часа и быстро добираемся до вокзала.

Мама с папой долго и усердно рассказывают и просят быть осторожней, как маленькой ей-богу.

Папа даже показывает несколько приёмов с моим костылем на всякий случай.

Мимо прохожие обходят стороной и косятся на чересчур быстрого вояку в военной форме, который мастерски размахивает костылем.

Мама с горем пополам забрала его у отца и вручила мне со словами, чтобы я берегла себя и они всё-таки отпускают меня сесть в автобус.

Заскакиваю и сажусь на свободное место.

За время поездки чертовски устаю сидеть да и нога начинает ныть. Так что когда добрались до города и я смогла выйти это стало настоящим спасением.

Правда уже было поздно и как я и говорила только завтра получится попасть в дет дом.
Вызываю такси и добираюсь до ближайшей гостиницы. Заселяюсь, моюсь и, как и обещала, звоню родителям отчитываясь что цела и невредима.

Все СПАТЬ… На что-то большее, сил просто нет.


Утро встречает озорным солнышком которое бьет мне прямо в глаз причем очень настойчиво бьет.
Вскакиваю и быстро привожу себя в порядок и вприпрыжку несусь туда где может быть найду ниточку о своей другой семье, которую я потеряла.
Может быть мама и погибла, но ведь есть еще и отец, а может быть братья или сестры Которые старше меня…
Добираюсь до места назначения перекусив по дороге и застываю в нерешительности возле высоких ворот. Топчусь с минуту и всё-таки звоню в звонок.
Через пол минуты выходит мужчина в возрасте и быстро направляется к воротам.
- Здравствуйте.
- Здрасте…
- Мне нужен кто-нибудь из главных?
- По какому вопросу?
- Меня удочерили от сюда, я хотела бы поговорить с кем-нибудь кто в курсе всех детей и их… прошлого.
- Подожди, я сейчас узнаю и вернусь…
В ответ киваю и отхожу от забора на шаг назад. Мужчина возвращается в здания, а я оглядываюсь по сторонам.
Детский дом находится чуть в стороне от города вокруг раскинулась небольшая ухоженная роща, все зелено и красиво.
За спиной звенят ключи, и я быстро разворачиваюсь видя как мужчина открывает ворота. Распахивает их и ждет когда я зайду и опять закрывает.
- А можно спросить?
- Давай.
- А зачем высокий забор и закрываете его на замок.
- Так есть у нас тут такие, которые сбегают постоянно.
- Почему?
- Да кто их знает, кто за сигаретами, кто погулять.
- Ясно…
Заходим в здание с уже стареньким ремонтом и потрескавшейся напольной плиткой. Да, ремонт старый, но все аккуратно и чисто, видно, что за этим помещением следят и постоянно убирают. На окнах с прозрачными зелеными тюлями полно разных комнатных цветов от чего помещение кажется уютней. Вокруг тишина.
- А где все дети?
- Так уроки же идут, вот и тихо пока.
Проходим по коридорам в котором этом отдается звук моего костыля и мне открываю дверь пропуская внутрь.

Еще раз благодарю и быстро захожу, закидывая подальше свою робость и даже какойто страх. В упор смотрю на крупную женщину с накрученными волосами, хищными бровями и ярко накрашенными глазами которые цепко и строго смотрят на меня.
- Здравствуйте, я по поводу…
- Мне Александр Сергеевич сказал.

Сразу без приветствия выдает в лоб, от чего теряюсь на несколько секунд.
Подхожу ближе и вижу как взгляд женщины опускается и внимательно смотрит на мою трость.

Кладу на стол листок с именем той девочки которую удочерили. Она берет пару секунд смотрит и быстро что-то набирает на компьютере.


А я замираю даже не дыша и надеясь узнать хоть что-то…
- Да поступала к нам ты… Так… тебя привезли органы опеки после того как не смогли найти родственников. После аварии в которой погибла твоя мать и новорождённый ребенок, видимо твой брат.
Поднимает глаза на меня и внимательно смотрит, не найдя ничего опять опускает его в компьютер.
- Ты не удивлена, приёмные родители рассказали?
- Да рассказали и я хочу найти родственников.
- Зачем тебе это? Раз тебя не искали видимо их нет, ну или ты им не нужна.
- Не говорите так.
- О тебе никакой информации нет кроме имени. Фамилию тебе дали уже здесь, чтобы сделать документы, как и дату рождения.
При матери никаких документов не было, так что я не знаю чем помочь. У нас ты пробыла всего два с половиной месяца и тебя сразу забрали, хотели раньше, приезжали постоянно, но формальности и все такое…

- А где случилась авария известно?
- Да, сейчас напишу. Только там никаких поселений поблизости, по-моему, нет. Это где-то посреди трасы. И что и6тересно ваша мать там делала?


Видимо сама у себя спрашивает эта грубоватая женщина, которая уже написала и протянула мне листок с названием трасы и километрами.

Смотрю на бумашку в руках и не знаю что делать и как поступить.
Тихо благодарю и ухожу погруженная в свои мысли.
Дядька опять провожает за ворота и закрывается сразу же как только я выхожу за них.
Наваливается усталость, что охота упасть посреди этой рощи и уснуть. Отхожу от дет дома на шагов двадцать и сворачиваю в рощу, сажусь у первого попавшегося дерева и закрываю глаза погружаясь в темноту и тихий шелест листвы.


Какой кошмар я даже не знаю дня своего
рождения, только имя и больше ничего, как такое может быть?

Резво в лицо дует холодный и очень неожиданный ветер от чего распахиваю глаза и вижу как темнеет небо затягиваясь тучами.

Быстро возвращаюсь на дорогу, а потом и до номера в котором реально засыпаю как только голова касается подушки.

***
Вскакиваю и ощущаю под ладонями мягкий мох на котором лежала. Сердце наполняется такой радостью, что встаю и начинаю скакать на месте от счастья.
Подхожу к темному дереву и от счастья крепко обнимаюего, отстраняясь и вижу как от того места где я прикасалась к нему голой кожей расползаются светлячки за которыми тянутся светящиеся дорожки.


Темная кара дерева светлеет пока не становится обычного бурого цвета. Опять кладу руку на ствол дерева и опять ползут светлячки от моей руки. Что это?
Пытаюсь поймать одного из них, но не получается, такое ощущение что рука проходит сквозь него.
Быстро подхожу в другому дереву и кладу ладонь и на него и приближаю лицо чтобы лучше рассмотреть.
И оказывается что это никакие не светлячки, а маленькие огоньки желтенького цвета которые постепенно втягиваются в дерево.
Ствол дерева опять светлеет и принимает обычный цвет, а не темно серый.

Эти действия приводят меня в восторг, и я начинаю бегать среди деревьев и прикасается к ним всем, пока они не принимают здоровый цвет коры.
В какой-то момент замираю видя огромное скрюченное дерево покрытое изумрудным мхом.
Застываю и не знаю какие чувства оно вызывает. Толи это тоска, толи боль. Толи одиночество. До одури хочу туда, в этот лес, к этому дереву, дышать этим воздухом пахнущим смолой. По-настоящему хочу, а не во снах. Медленно подхожу и кладу ладони на него, чтобы вылечить, но меня сильно обжигает как только мой ладони прикасаются к коре. И опять слышится шепот.

-Ты совсем рядом...

Отскакиваю испуганно и…
***

Прижимаю руки которые до сих пор жжёт. И понимаю что я сижу на постели в номере который сняла. И улыбаюсь как последняя дурочка которая уже столько лет мечтала увидеть свои сны и вот у меня получилось

7 глава*

Иду по улице наблюдая за людьми спешащими кто куда и на душе спокойно и даже как то весело. И не важно что я вся помятая и не выспавшаяся из-за сна, зато счастливая.

Вижу кучку мужчин стоящих возле машин и галдящих зазывая клиентов и быстро подхожу к ним.

- Здравствуйте, извините я бы хотела спросить, где это место и есть ли там рядом какие-нибудь деревни.

Отдаю мужчине листок, он смотрит с пол минуты, а потом подходит к другому мужчине и они опять все вместе начинают галдеть, очень шумно обсуждая это место и даже вспоминают когда-то случившуюся аварию.

- Авария? Вы сказали авария? А что за авария?

Мгновенно вклиниваюсь в разговор чтобы не упустить возможность.
- Так, деваха молодая с двумя детьми под колеса кинулась. Еще и погода такая поганая была, туман стоял такой, что на метр ничего не видно. Так вот, водитель и не успел, ни увернутся, ни затормозить. Жалко их и сама погибла и детей погубила.
Как вдруг другой мужчина толкает этого в плечо и шипит недовольно.
- Ты что тут мелешь? Девочку же спасли!
- И слава богу…
Оправдываясь отвечает говоривший.
- А вы знаете, где это место?
- А тебе это зачем?
И прищуривается подозрительно оглядывая с ног до головы.

- Я родственница той девушки, хотела вот цветочки отвезти. Хотя бы туда, ведь не знаю даже где их могила.
- Эх ты… родственница! Где вы все были когда девченку в детский дом отдавали. П-тю... на вас… родственнички.

Смолчала, хотя так хотелось ляпнуть что-нибудь.
- Ну так что, отвезёт кто-нибудь?
- Да, давай, поехали.
Вперед выходит мужчина лет тридцати с рыжеватыми усами и хитрым лисьим лицом.

- Ну пошли съездим на то место .
- А вы точно знаете где оно?
- Ага знаю, все знают, пошли.
В груди поселилось странное чувство перемешанное с волнением и какой-то далекой угрозой.
На мгновение прикрываю глаза и плетусь вслед за худощавым мужчиной.
Хочу сесть на заднее сидение, но мне говорят что двери не рабочие, из-за чего приходится сесть не переднее.

Первый раз в жизни чувствую себя очень не комфортно под взглядом хитрых серо-зеленых глаз.
Машина трогается с места и выезжает за город…

***
Стою и смотрю на траву у ног в которую я воткнула букетик цветов и не знаю что испытываю. С этой ли стороны моя мать шла с нами, или с другой.

А может быть это вообще другое место и самое интересное, от куда она шла и куда.

Поднимаю взгляд и вглядываюсь в зелень леса, желая, увидеть то место, а может быть человека, который являлся частью меня.

Почему я ничего не помню? Рука поднимается и ложится на шрам на который я никогда не обращала внимания, и который лишил меня детских воспоминаний о моих настоящих родителях.

- Долго еще здесь будим торчать?
Слышу недовольный голос водителя и перевожу взгляд на него.

Недовольный мужик стоит и курит оперевшись на машину и продолжает что-то бухтеть.
- Я доплачу…
Опять смотрю в лес, пытаясь не обращать внимание на злое пыхтение.

Так хочется сорваться и бежать туда, туда, где тишина, где запах хвои заполняет легкие. Туда куда зовут меня…
- Эй красавица я тебя не собираюсь искать по лесу потом…

Останавливаюсь истуканом и вижу что я уже ушла на добрых пару десятков шагов от дороги. Испугано быстро возвращаюсь на дорогу и молча сажусь в машину смотря ей-богу как дурочка в одну точку.

Через минуту садится и водитель в упор смотря на меня.
- Здесь есть рядом какие-нибудь деревни, ну или поселки?
- Ближайший примерно в десяти километрах.
- Едим туда.
- Ладно…
Едим молча, но то и дело чувствую на себе внимательный мужской взгляд, от которого по телу бегут мерзкие, липкие мурашки.
- Может познакомимся?
- Зачем?

Спрашиваю безразличным тоном.
- Ну, ты мне нравишься. Пообщаемся. Познакомимся поближе.
- Извините мне не интересны мужчины.
- Не интересны? Это как?
- Просто не интересны.
- Вообще что ли? А что интересно тогда?
Недовольно закатываю глаза смотря в окно и поворачиваюсь к скалящему мужчине.
- Я предпочитаю женщин.

Выдаю наигранно серьёзно наблюдая за реакцией мужчины.
Оскал у мужика пропадает и он быстро несколько раз моргает и расширенными глазами продолжает смотреть на меня.

Секунду думаю и решаю добить и поставить точку на этом неприятном для меня и в принципе бессмысленном разговоре.

Наклоняюсь чуть ближе к напуганному мужику и с улыбкой начинаю мою игру.
- Понимаете нынче от мужчин толку мало, а вот от женщины гораздо больше, и работать может, и приготовить, и убрать, и постирать, и приласкать. Так что выбор очевиден.
- Ты что больная?
- А что, не видно?
С удивлением спрашиваю у него и пытаюсь не заржать, видя хмурого и задумчивого мужика, косо смотрящего на меня как на чокнутую.

Опять отворачиваюсь и смотрю в окно, впереди вижу темный силуэт человека бредущего по краю дороги.

Чем ближе мы приближаемся тем лучше становится понятно что это идет пожилая женщина с плетеной корзиной в руках.

- Остановитесь возле неё…
- Зачем это?
- Подвезем её.
- Нет, она не сядет в мою машину.
- Простите что?
Удивленно смотрю на него и не могу понять открытой такой грубости.
- Я сказал что эта ведьма не сядет в мою машину!
- Вы серьезно? Это же простая старушка!
- Нет, это чертова ведьма которая колдует.
Смотрю опять в окно и вижу что мы как раз проезжаем мимо нее.

- Остановитесь я сказала, я доплачу!
- Да на хрен мне не нужны твои я доплачу, я доплачу. Я не стану ее везти, а если не успокоишься я и тебя здесь оставлю, ненормальная. Ясно?!
- Останови я сказала …
Также грубо отвечаю ему.
- Ну и, пожалуйста!
Достаю деньги и отдаю мужику он их берет и не смотря суёт в карман, при этом глядя на меня.

Выхожу из машины и слышу недовольное в свой адрес «коза» наклоняюсь и точно таким же тоном отвечаю в ответ.
- Сыкло…
- ЧЕГО?!
Чуть ли не заорал обидчивый мужик, а я уже выпрямилась и закинув рюкзак на плечо пошла навстречу старушке, медленно идущей на меня.