Любовь всей его жизни

Осень ещё не застелила землю тонким слоем мелкого снега, но уже сковала изморозью. Рановато в этом году настал такой холод! Максим шёл медленно, изредка останавливаясь и любуясь голыми деревьями, клубами дыма из печных труб в соседней деревне за рекой. Сегодня была суббота - банный день. Баня уже протоплена. Охотник из Макса был так себе. Он толком и не знал зачем захватил отцовское ружьё. Хотелось побыть одному. Уйти!

Семья осталась в городе. А так бы и жена, и девчонки напросились бы с ним погулять. Викуся бы громко смеялась, а Ларчик всё время бы что-то спрашивала. Максим улыбнулся. Он скучал по дочкам. Больше полугода назад его выгнала жена из дома, когда его уволили. Сейчас вроде отходит - на развод уже не подает. Но чудил он, конечно, с размахом.

- Ну, красота же! - улыбался Максим.

Максим дошёл до конца деревни вдоль речки и свернул на тропинку в лес. На горочку было подниматься тяжеловато, да еще с ружьём! Скоро он уже дошел до лесного озера, который уже покрыла ледяная корка, тоненькая как стеклышко. Местами черная, как деревенские зеркала, в которых всё еще живут души матерей и даже бабушек сегодняшних старушек. Да и старушек уже не осталось, не то что стариков! Остались только пыльные зеркала и желтые фотографии тех, кого уже не знают внуки. Иногда эти зеркала пускают солнечные зайчики из умирающих, разваливающихся домов с ажурными салфеточками в покосившихся буфетах, открывших в бессилие свои дверцы и вазочками, украшенных ракушками с истлевшими цветами на верандах.

Местные, словно, муравьи набегают и бережно забирают старые бревна, которые распиливают, колют и по-хозяйски складывают в свои дровяники. Дом исчезает и на его месте вырастает густая трава, затягивая в себя то, что ещё осталось. Местные всегда обходят такое место стороной, будто там всё еще стоит маленький домик бабы Нюры, улыбающейся из окна. Будто стоит ещё покрашенный забор с вымытыми банками. Словно на лавочке всё еще сидит тот сивый, энергичный и проказный мальчишка, чего-то царапающий на лавочке гвоздиком - твой друг детства. Друг, который когда-то спалил стог сена и который замерзнет и умрет пьяный так и никогда не поцеловавшись с девушкой. Конечно обходят. Там может быть гвоздь или гадюка. Но если сказать честно - ребятишки всегда скрещивали пальцы и прикусывали языки, проходя мимо того дома. Глаз у бабы Нюры был нехороший! Так говорили деревенские.

Макс взял камень и пустил его по льду. Лед был гладкий и камешек докатился почти до середины. Лесное озеро было маленьким. Холодным даже летом. Прозрачным как девичьи слезы.
‎Максим увидел у озера человека. Молодая девушка причесывала длинные волосы, сидя на камне. Она была в легком платье, но, казалось не чувствовала холода.

- Доброго дня! - сказал Максим. - Слушайте, а вам не холодно?

Девушка повернулась и Максим даже отшатнулся. Она была очень красива, как ангел. Но его испугал её взгляд. Черные глаза, в которых можно утонуть. Слегка закружилась голова и задрожали колени.

- Я ждала тебя! - улыбнулась девушка, проводя гребнем по черным как смоль волосам. - Долго ждала! Где ты был?

- Я... - Максим не знал, что сказать. - Я был занят.

- Интересно чем? - улыбалась девушка.

- Женился, дети родились, работа. - пожал плечами он.

- И где они? Твоя работа сделала тебя богаче или счастливее? - по-детски и вместе с тем мудро спросила она.

Максим не знал, что сказать. Он был совсем один.

- Ты истопил баню? Сегодня суббота! - девушка отвела взгляд и посмотрела вдаль.

- Да! Баня готова! - пожал он плечами.

- Тогда пойдем! - улыбнулась она.

Девушка встала и медленно подошла к Максиму. На ее ресницах был иней, а кожа казалось ледяной. Ему стало жутковато. Но вместе с тем он не мог отвести от нее взгляда.

Они дошли до дома и Максим повесил свою одежду. Девушка с интересом рассматривала его жилище. Она скинула с себя платье и медленно подошла к нему. Когда он целовал её в его мозгу возникали яркие вспышки. Свадьба, друзья. Калейдоскоп поездок в разные города. Лица женщин, с которыми он когда-то был. Он чувствовал, что куда-то летит. В стратосферу, где не хватает воздуха. Потом они пошли в баню. С него ручьями лил пот. Девушка обнимала его, и он ощущал холод и жар одновременно. На мгновение ему стало плохо, и он лег на пол.

На него вылили ведро холодной воды. Девушки негде не было. Бешено колотилось сердце. Максим закрыл глаза. Ему не хотелось возвращаться в город и в свою жизнь. Ему хотелось целовать ту девушку, ощущая приятный искристый холод в венах. Его везли на мотоблоке до перевоза соседи. На той стороне реки уже стояла машина скорой помощи. Максим говорил, что с ним всё в порядке.

- Да куда? Елки палки! Э-э-э! Не, ребята, я тут с девушкой! У меня любовь! - еле ворочал он языком, обливаясь холодным потом.

Вдруг он вспомнил за что его выгнала жена. Почему вдруг не стало работы. Как он шарил по кустам по ночам у соседнего дома. Что он искал? Вспомнил, как взял ружье, чтобы остановить это всё. Но в тот раз ему захотелось увидеть её еще раз. В последний раз. Еще летом он припрятал ей подарок под тем камнем, где она сидела. Как долго он искал его дрожащими руками!

И все-таки баба Нюра сглазила его тогда. Это всё её проделки! Максим улыбнулся и закрыл глаза. Сердце стало биться всё медленнее. Его снова целовала она. Та, что холодит его вены. Любовь всей его жизни.