Любшанская крепость и моя Любша

Любшанская крепость и моя Любша

Любшанская крепость и моя Любша

В конце марта 2017 года я и мой муж повезли мою младшую дочь в Санкт-Петербург, чтобы отправить в детский лагерь на весенние каникулы. На тот момент я писала сказку «Ладина обитель», и мне хотелось посетить юго-восточный берег Ладоги, где по преданиям был храм богини Лады.

Храм Лады славился своим богатым убранством, хранилищами зерна, которое в засушливые или малоурожайные годы, служительницы храма развозили по городам и весям, чтобы избежать голодомора.

Кроме того, по преданиям, ювелирных дел мастера, золотошвейки и оружейники, трудившиеся при Храме, также были славны по всему миру не только результатами своих рук мастерства, но и чарами, вплетенными в их творения. Эти предметы становились не лишь украшениями, оружием и одеждой, выше всяких похвал, а оберегами и дивьими предметами, уберегающими своих владельцев от зла и помогающими им прийти к тем благам, которых добивались владельцы предметов.

Мы прибыли в Новую Ладогу и сразу направились на рыболовецкую базу, чтобы найти там резиновую подушку, на которой можно выйти на уже хрупкий лед озера. Ребята, завидев нас на дорогом автомобиле, все не могли определиться, сколько же денег взять за свои труды.

– Это дорого. Сказал один.
– Очень дорого. Вторил мужчине его товарищ.
– У дорого есть сумма. Сказала я. – И она имеет под собой цифры. Вы называете эти цифры, а я либо соглашаюсь, либо каждый остается при своем.

Рыбаки все мялись, прокручивая в голове, сколько бы им заломить. А я вдруг поняла, что не нужно мне уже на берег Ладоги. Все, что следует увидеть, и что мне откроет Мироздание, придет само. Мы вернулись в машину и направились в Старую Ладогу осматривать крепость, построенную выходцами из Готланда, а также могилу Вещего Олега.

После осмотра достопримечательности, которая по внутренним ощущениям меня не особенно впечатлила, мой муж предложил поискать гостиницу, где нам следует остановиться на ночлег, пока он сам ведет автомобиль. Я полистала впечатляющие количеством и разнообразием списки мест для ночевки в Старой Ладоге и в окрестностях города, выданные поисковиков в моем телефоне. Взгляд зацепился за название «Староладожская дача». Сердце заколотилось, подавая мне знак, что в этом есть что-то важное. Важное, для меня.

Я открыла сайт гостиничного комплекса, нашла на территории несколько отдельных домиков с подходящими для нас условиями и ценой, позвонила на ресепшен.

Администратор сообщила, что все домики на выходные заняты гостями из Питера. Я положила трубку. Отсутствие мест в этой гостинице, настолько расстроило меня, что эти чувства сложно было бы передать словами.

– Таня, ну ты же сама сказала, что тут тьма тьмущая гостиниц, позвони еще куда-нибудь. Ну, не могут же все они быть заняты. Сказал мне муж.
– Ты не понимаешь! Я чуть не плакала от отчаяния, хоты умом понимала всю абсурдность моего состояния и поведения. – Мне не нужны все! Мне нужна только эта.
– Зачем? Он мельком взглянул на меня, стараясь не отвлекаться от дороги.
– Пока не знаю, Я пожала плечами. – Но, обязательно должна узнать.
– Мам, ну позвони им снова. Вдруг, помимо домиков у них и номера найдутся.

Моя дочь оторвалась от телефона, предложив с заднего сидения умнейшую и благословенную для меня идею. Я снова набрала номер гостиницы.

Выяснилось, что у них не только есть номера, а пустует весь корпус со множеством номеров. В несколько слов номер был зарезервирован, а моему ликованию не было предела. Внутри возникло чувство, что я сорвала джекпот.

Не прошло и получаса, как мы оказались в дивном месте на высоком берегу Волхова, что лишь на днях скинул со своей водной глади лед, остатки которого проплывали по стремительным водам реки.

Старинное название Волхова, до прихода в эти места Словена, было река Мутная. Это уже потом он стал Волховом, когда тысячи лет назад на его берегах поселились потомки древнего царя Скифа. Словен, Рус и их сестра Илмера, что пришли с Крымского полуострова на родину своих первопредков.

Мелкие кусочки льда, вспениваясь в водах и перекручиваясь бежали по течению, чтобы оказаться в озере Ильмень, названому по имени той самой сестры Словена Илмеры. Именно Словеном был основан древний Словенск, а потом когда Словенка не стало, по обоим берегам Волхова, в шести километрах от озера Ильмень в Приильменской низменности встал во всем своем величии и красе Великий Новгород. Город, что и до сей поры остается живым воплощением отваги, смелости, и силы человеческого духа.

Глядя на воды, что предстали моему взору, я чувствовала небывалый приток сил и воодушевления. Долго я любовалась рекой и красотами другого берега, но с наступлением темноты мне пришлось оторваться от созерцания и собственных мыслей.

Мой муж, к тому времени давно уже пожарил шашлык, нарезал ломтиками овощи и терпеливо ждал меня за столиком в беседке рядом с гостиничным корпусом. Мы поужинали в тишине чудесного вечера на берегу великой русской реки и отправились пить чай из самовара, стоявшего в вестибюле нашего временного жилища. Укладываясь спать, я и предположить не могла, что все самое интересное и чудесное ждало меня завтра.

Проснувшись утром, невероятно бодрой и счастливой я позавтракала с мужем, пока дочь еще наслаждалась утренним сном и мы спустились по ступенькам вниз. Муж прихватил рыболовные снасти. Он всегда их возил с собой, в надежде словить рыбешку другую, а я бродила по берегу, представляя образы стародавних времен, когда жизнь в этих местах кипела, когда берега по обе стороны Волхова населяли наши предки, трудясь на благо свое и на благо отечества.

Метрах в двухстах от лестницы, по которой мы спустились к воде, я увидела толстый пень срезанного дерева и разложила на нем свои пожертвы, как делаю это всегда, попадая в новые для себя места. Несколько кусочков вчерашнего мяса, яблоко, пара долек апельсина, хлебушек, и что-то еще, о чем уже и не вспомню, были щедро посыпаны перловой кашей, что муж всегда брал в качестве приманки для рыбы.