Маша и два медведя.

1 Глава.

Мария шла по лесу, не разбирая дороги. Ветви хлестали по лицу, оставляя болезненные царапины, но она не замечала. Единственное, что она чувствовала — это пульсирующую обиду и бессильную ярость.

“Ты что, совсем глупая? У тебя есть всё, а ты всё порвала!” — голос матери звучал в воспоминаниях.

“Мария, подумай о своей репутации!” — отец.

“Ты переоцениваешь себя, девочка” — Алексей, её бывший, с этой холодной усмешкой, когда она застала их в своей собственной постели.

С своей лучшей подругой. В её квартире. В её постели.

Мария остановилась, тяжело дыша. Вокруг были деревья — высокие, старые, с искривлёнными стволами. Дедушка предупреждал её не ходить в этот лес. “Там водятся звери, Машенька. И не только обычные.” Но ей было всё равно.

Пусть. Пусть звери её съедят. Это будет лучше, чем вернуться в эту дыру, называемую её жизнью, и притворяться, что всё в порядке.

Она пошла дальше. Вокруг становилось всё темнее. Солнце уже клонилось к закату, а лес густел, превращаясь в непроглядную чащу. Где она? Как она сюда попала?

Последние три дня были сплошным кошмаром. Она приехала к дедушке в деревню, надеясь найти покой. Вместо этого она получила только лекции о том, как она всё испортила. О том, как она ушла с хорошей работы. О том, как она потеряла “перспективного мужчину”.

Алексей был перспективным. До тех пор, пока она не узнала, что он “перспективал” ещё с пятью женщинами.

Мария шагнула вперёд и —

— А-а-а!

Острая боль пронзила её ногу. Она упала, охнув, и посмотрела вниз.

Капкан.

Старый, ржавый, но всё ещё достаточно острый, чтобы впиться ей в лодыжку. Металлические зубцы сжались, разрывая джинсы и впиваясь в плоть. Кровь мгновенно пролилась на пожухлую траву.

— Нет, нет, нет… — Мария дернула ногу, и капкан сжался ещё сильнее.

Она закричала от боли. Слёзы, которые она сдерживала всё это время, хлынули наружу.

— Помогите! — крикнула она, но её голос потонул в лесной тиши. — Помогите!

Кто-нибудь её услышит? Дедушка говорил, что в лесу живут охотники. Но это был их лес. Запретный. Тот самый, куда не ходили даже самые отважные.

Мария попыталась расстегнуть капкан, но её пальцы дрожали. Кровь текла по ноге, окрашивая джинсы в тёмно-красный. Голова закружилась.

— Чёрт… — прошептала она. — Что я наделала?

Она потеряла счет времени. Может быть, прошла минута. Может, час. Боль становилась всё тупее, но не слабела. Холод проступал под кожей.

И тут она услышала это.

Тяжёлые шаги.

Мария задёрнула голову. Огромная тень отделилась от деревьев и шагнула на поляну.

Медведь.

Но не обычный. Он был слишком большим. Три метра в высоту, не меньше. Шерсть тёмно-коричневая, почти чёрная, блестела на закатном солнце. Глаза…

Мария замерла.

У медведя были человеческие глаза.

Тёмно-карие, с золотистыми отблесками, и в них читался не животный разум, а холодный, расчётливый интеллект. Шрам над левой бровью только добавлял устрашения.

Зверь приближался. Не спеша. Словно знал, что она никуда не денется.

Мария прижалась к земле, надеясь провалиться сквозь неё. Это был кошмар. Это не могло быть реальностью.

Медведь остановился в паре метров от неё и поднялся на задние лапы. Он стал ещё больше. Огромный, мускулистый, с мощной грудью и когтями, которые могли бы разорать её пополам одним ударом.

Он опустился на все fours и понюхал воздух.

Затем посмотрел прямо на неё.

— Что ты здесь делаешь? — голос был низким, хриплым… и человеческим.

Мария моргнула. Она ослабела от потери крови, и теперь у неё наверняка галлюцинации.

— Ты… ты говоришь? — выдохнула она.

Медведь — он, а не оно — усмехнулся. Это была ужасающая улыбка, открывающая острые клыки.

— А ты ожидала, что я буду рычать? — он сделал ещё один шаг. — Ты в моём лесу, маленькая. И ты попалась в мой капкан.

— Твой капкан? — гнев вспыхнул сквозь страх. — Ты… ты специально его оставил?

— Я не оставляю капканы. — он наклонился к её ноге. — Охотники иногда заходят слишком далеко. Но обычно я их нахожу раньше.

Он понюхал её ногу, где капкан впился в плоть.

— Должно болеть.

— Это мягко сказано, — прохрипела Мария. — Отпусти меня.

— Отпусти? — он поднял на неё те самые тёмно-карие глаза. — Зачем? Ты пришла в мой лес. Ты попала в капкан. Ты моя добыча.

Мария затряслась. От боли. От страха. От того, как он это сказал. “Ты моя добыча” — не как о животном, а как о женщине.

— Я не добыча, — выпалила она. — Я человек.

— Ты в моём лесу, — он повторил. — Здесь мои правила.

Он развернулся, и Мария подумала, что он уйдёт. Оставит её умирать. Но он вернулся с чем-то в зубах — палкой? нет, не палкой — и вернулся к ней.

— Держись, — приказал он, и прежде чем она поняла, что происходит, он разорвал капкан голыми руками.

Мария закричала. Боль стала невыносимой. Капкан отпустил её ногу, но кровь хлынула сильнее.

— Глупая, — прорычал медведь, и вдруг…

Она не поверила своим глазам.

Тело зверя начало меняться. Шерсть исчезала, лапы превращались в человеческие руки и ноги, морда удлинялась, принимая человеческие черты. Через секунду перед ней стоял не медведь, а человек.

Огромный, почти два метра ростом, с широкими плечами, мощной грудью и сильными руками. Короткие чёрные волосы, то же лицо с тем же шрамом над бровью, те же тёмно-карие глаза с золотистыми отблесками.

И он был абсолютно голым.

Мария отшатнулась, но сил не было. Она только смогла отвернуть взгляд.

— Ты… ты…

— Человек, — закончил он за неё. — Да. Я оборотень, если ты хочешь точный термин.

Он не смущался своей наготы. Напротив — он стоял уверенно, демонстрируя своё тело. И Мария, несмотря на боль и страх, не могла не заметить, насколько он… впечатляющий.

Мускулы играли под кожей, когда он наклонился к её ноге. Шрамы пересекали его грудь и руки, но не портили его, а добавляли опасной привлекательности. Это был мужчина, который видел много драк и вышел из них победителем.

2 Глава.

Шли они долго. Мария потеряла счёт времени, но солнце уже село, когда они вышли к небольшой поляне. В центре стоял дом — не берлога в буквальном смысле, а полноценный сруб, больше похожий на охотничий домик. Окна светились изнутри.

— Это где ты живёшь? — спросила она, удивляясь тому, насколько цивилизовано это выглядит.

— Мы не дикие, — ответил Дмитрий, не оборачиваясь. — Просто предпочитаем тишину.

Мы?

Он нёс её так легко, словно она весила не больше пера. Несмотря на свою наготу, он, похоже, совсем не замерз. Мария же, наоборот, дрожала — и от потери крови, и от того, что ночь становилась всё холоднее.

Дмитрий толкнул дверь плечом и зашёл внутрь.

Мария ожидала чего-то примитивного. Вместо этого она увидела… уют.

Большая комната с камином, в котором полыхал огонь. Кожаный диван, деревянный стол, полки с книгами. На стенах — шкуры животных, но они смотрелись не жестоко, а как часть декора. В дальнем углу — большая кровать, накрытая шкурами и меховыми одеялами.

— Тёпло, — выдохнула она, пока Дмитрий опускал её на диван.

— Очнись, — он нахмурился, видя её бледность. — Ты потеряла много крови.

Он начал ходить по комнате, собирая что-то из шкафов. Мария наблюдала за ним, замечая, как его мышцы играют под кожей при каждом движении. Его нагота уже не казалась такой шокирующей — наоборот, она начинала ощущаться… естественной.

Его тело было совершенством — широкие плечи, узкие бёдра, рельефный пресс, шрамы, которые только добавляли характера. И то, что было между его ног…

Мария поспешно отводила взгляд. Она не должна была это замечать. Она не должна была чувствовать это тепло между ног.

— Держи, — Дмитрий вернулся с миской воды и аптечкой.

Он сел рядом с ней на диван, и диван прогнулся под его весом. Мария почувствовала запах его тела — лес, хвоя, мускус, что-то первобытное и мужское.

Дмитрий развязал временную повязку с её ноги и осмотрел рану.

— Не слишком глубоко, — буркнул он. — Заживёт.

Он начал обрабатывать рану антисептиком. Мария зашипела от боли.

— Больно, — она вцепилась ему в плечо.

— Терпи, — он не остановился. — Боль — это хорошо. Боль значит, что ты жива.

Когда он наложил новую повязку, Мария выдохнула. Голова кружилась ещё сильнее.

— Поешь, — Дмитрий протянул ей кусок вяленого мяса.

Она заколебалась, но голод брал своё. Мария откусила — мясо было жестким, но вкусным.

— Спасибо, — сказала она, когда доела.

Дмитрий сидел рядом, смотрел на неё, и в его глазах читалось что-то невыразимое. Он не был голым — он накинул на себя кожаную куртку, которую нашёл где-то в доме. Но это почти ничего не скрывало.

— Теперь поговорим, — сказал он тихо. — Ты в моём доме. По моим правилам.

Мария напряглась.

— Какие правила?

— Первое: ты никуда не уйдёшь, — он поднял на неё глаза. — Твоя нога не заживёт меньше чем за неделю. А даже если заживёт — ты не сможешь найти дорогу. Этот лес бесконечен для тех, кто его не знает.

— Второе, — Дмитрий продолжил, — ты будешь делать то, что я говорю. Я тебя спас. Я тебя накормлю. Я тебя вылечу. И взамен ты мне принадлежишь.

— Принадлежу? — Мария попыталась сесть прямее, игнорируя слабость. — Я не рабыня.

— Не рабыня, — он усмехнулся. — Но ты женщина, которая попала в мой лес. И по нашим законам…

— Ваши законы не существуют для меня, — перебила она. — Я цивилизованный человек. Я имею права.

Дмитрий рассмеялся — тёмный, низкий звук, от которого у Марии мурашки побежали по коже.

— Цивилизованный человек? — он склонился к ней. — Ты, которая бежала от своей цивилизованной жизни в лес? Ты, которая попала в капкан по собственной глупости?

Мария хотела возразить, но слова застряли в горле.

— Я знаю, кто ты, Мария, — прошептал он, и её имя в его губах звучало как обещание. — Я чувствую твою боль. Твою обиду. Твоё одиночество.

— Откуда ты…

— Я чувствую запах, — он коснулся её шеи, и Мария вздрогнула. — Ты пахнешь слезами, гневом… и возбуждением.

Он не спрашивал. Он констатировал факт.

Мария покраснела, пытаясь отстраниться, но он поймал её за подбородок и заставил посмотреть на себя.

— Не отрицай, — приказал он. — Я чувствовал это, когда нёс тебя. Твоё сердце билось так быстро. Твоё тело напряглось.

— Это страх, — выдохнула она.

— Нет, — Дмитрий усмехнулся. — Это желание. Ты хочешь того, чего боишься.

Его губы были так близко. Мария знала, что должна оттолкнуть его. Закричать. Бежать.

Но вместо этого она спросила дрожащим голосом:

— И что ты будешь делать с моим желанием?

Его глаза потемнели.

— Я буду играть с ним, — прошептал он. — Пока ты не признаешь, что хочешь этого.

Дмитрий наклонился и поцеловал её.

Это был не нежный поцелуй. Это был захват. Его губы были жёсткими, требовательными, его язык вторгся в её рот, исследуя, подчиняя. Мария попыталась сопротивляться, но её тело предало её — она ответила, открываясь ему ещё больше.

Её руки обвили его шею, пальцы впились в короткие волосы. Дмитрий прорычал в поцелуй и потянул её ближе.

Мария оказалась у него на коленях. Его руки — большие, горячие, грубые — скользили по её телу, срывая одежду. Рубашка разлетелась по пуговицам, и его ладонь коснулась её груди.

— Дмитрий… — выдохнула она, не зная, просит она или умоляет.

— Тихо, — он прикусил её губу. — Ты моя теперь.

Он отстранился, чтобы раздеть её полностью. Джинсы — уже порванные от капкана — легко сползли вниз. Бельё последовало за ними. Мария попыталась прикрыться, но он не позволил.

— Не прячься, — приказал он. — Ты красивая.

Мария никогда не считала себя особенной. Средняя высота, полноватая, с грудью, которая всегда казалась ей слишком большой, и бёдрами, которые она стеснялась. Но Дмитрий смотрел на неё так, словно она была богиня.

— Совершенна, — прошептал он, пальцы скользили по её изгибам. — Совершенна для меня.

3 Глава.

Мария проснулась от того, что кто-то её гладил.

Тёплая, большая ладонь скользила по её боку, медленно, лениво. Она приоткрыла глаза и увидела Дмитрия — он лежал рядом, наблюдая за ней с тем же тёмным, собственническим взглядом.

— Доброе утро, — сказал он тихо.

Его голос был хриплым от сна, и вибрация звука прошла через Марию, заставляя её сжаться между ног.

— Доброе… — она потянулась, забыв на секунду, где находится. — О.

Воспоминания прошлой ночи навалились. Капкан. Лес. Дмитрий. То, что они сделали.

Мария покраснела, пытаясь прикрыться одеялом, но он не дал.

— Не прячься, — он поймал её за руку. — Я уже видел всё.

— Это было… — она не знала, как это назвать. — Ошибка.

— Не ошибка, — Дмитрий усмехнулся. — Это было начало.

Он наклонился ближе и поцеловал её — на этот раз нежнее, но не менее властно. Мария попыталась сопротивляться, но её тело предало её снова. Она ответила, открываясь ему, чувствуя, как жар распространяется по её венам.

— Ты ещё болишь? — спросил он, отстраняясь достаточно, чтобы посмотреть на её ногу.

— Чуть-чуть, — признала она. — Но терпимо.

— Хорошо, — он сел. — Сегодня ты останешься здесь. Я должен пойти на охоту.

— Охотиться? — Мария моргнула. — На что?

— На еду, — он сказал, как будто это было очевидно. — Мы не едим человеческую пищу в этом лесу.

Он начал одеваться — натягивая штаны из кожи, кожаную куртку, сапоги. Мария наблюдала, восхищаясь его телом. Даже одетым он был впечатляющим — мощным, опасным, несомненно мужественным.

— А я? — спросила она, когда он был готов. — Что я буду делать?

— Отдыхай, — он наклонился вниз и поцеловал её — быстро, жёстко. — И не пытайся сбежать. Ты не найдёшь путь. И мне не понравится, если ты попробуешь.

— Ты не можешь меня удерживать здесь, — Мария попыталась звучать смело, но её голос дрожал.

— Могу, — он сказал просто. — И буду.

Дмитрий вышел, закрывая дверь за собой. Мария осталась одна.

Она лежала там, уставившись в потолок, осмысляя всё, что случилось. Её тело ныло — но в хорошем смысле. Между ног была ноющая боль, которая напоминала о прошлой ночи.

И хуже всего… она хотела больше.

Мария села, оглядываясь. Дом был тихим. Слишком тихим.

Она решила осмотреться.

В доме было две комнаты — та, где она спала, и ещё одна, которая оказалась кухней. Запасённая вяленым мясом, ягодами, водой. Больше ничего. Не было холодильника, не было плиты — только камин и базовая посуда.

На столе лежала записка. Мария подобрала её.

“Ешь. Отдыхай. Я вернусь к закату. — Д.”

Коротко. Командирский тон. Типично для Дмитрия.

Мария вздохнула и начала искать еду. Она нашла вяленое мясо и ягоды — то же самое, которое она ела прошлой ночью. Это было не деликатесом, но сытно.

Она поела, потом вернулась в главную комнату и легла на диван, думая.

Что она делала? Бежала от своей жизни в Москве, попала в капкан в лесу, и теперь… теперь она была сексуальной пленницей оборотня.

И вместо того, чтобы пугаться, она была возбуждена.

Мария закрыла глаза, пытаясь прояснить свои мысли. Но каждый раз, когда она отключалась, она видела Дмитрия — его тёмные глаза, его мускулистое тело, его губы на ней.

Время прошло. Солнце двигалось по небу. Мария, должно быть, задремала, потому что следующим, что она узнала — был звук.

Дверь открылась.

Мария села, ожидая Дмитрия.

Но это был не он.

В дверном проёме стоял другой мужчина.

Высокий — хотя не такой мускулистый как Дмитрий — с русыми волосами и серо-голубыми глазами, которые наблюдали за ней с amusement и интересом.

— Ну, ну, — он сказал, вступая внутрь и закрывая дверь за собой. — Что мы здесь имеем?

Мария отстранилась. Кто этот человек? Где был Дмитрий?

— Кто… кто ты? — её голос был едва слышным шёпотом.

— Артём, — он улыбнулся — очаровательная, лёгкая улыбка. — И ты должна быть новой игрушкой моего брата.

— Брата? — Мария моргнула. — Ты брат Дмитрия?

— Младший брат, — он кивнул, приближаясь. — А ты…?

— Мария, — она сказала автоматически.

— Красивое имя, — Артём сел напротив неё на диван. — Итак, Мария. Как ты оказалась здесь?

Мария заколебалась, но что-то в его голосе заставило её доверять ему. Он был менее пугающим, чем Дмитрий — тёплее, более доступным.

Она рассказала ему. О том, как бежала от своих проблем. Заблудилась в лесу. Попала в капкан. Дмитрий нашёл её.

— И он заявил тебя, — Артём закончил, когда она закончила. — Типично. Всегда думал, что он слишком собственнический.

— Он сказал, что я его добыча, — Мария обхватила себя руками. — Что я принадлежу ему.

— И ты принадлежишь? — Артём наклонил голову, изучая её. — Ты принадлежишь ему?

— Я не принадлежу никому! — Мария выпалила. — Я свободный человек.

— Ты уверена? — он наклонился ближе. — Ты здесь, в нашем доме, не способна уйти. Твоё тело несёт его метки. И твои глаза… — он остановился. — Твои глаза говорят, что тебе понравилась прошлой ночь.

Мария покраснела, отводя взгляд. Он видел её насквозь.

— Это не имеет значения, — она сказала жёстко. — Я уйду, как только моя нога заживёт.

— Ты не найдёшь путь, — Артём сказал мягко. — Этот лес бесконечен для тех, кто не знает его секретов.

— То есть я в ловушке?

— В ловушке, — он кивнул. — Но не обязательно в плохом смысле.

Артём протянул руку и коснулся её лица — нежно, в отличие от Дмитрия. Его пальцы были мягче, его прикосновение легче. Мария вздрогнула, но не отстранилась.

— Ты красивая, — он прошептал. — У Дмитрия всегда был хороший вкус.

— Он не удерживает меня, — Мария сказала, хотя её голосу не хватало убедительности.

— Не так ли? — Артём усмехнулся. — Тогда зачем он тебя пометил?

— Пометил?

— На твоей шее, — он указал. — Посмотри в зеркало.

Мария коснулась своей шеи и почувствовала нежное место. Она встала — слегка прихрамывая — и пошла к небольшому зеркалу на стене. Там, на её шее, был след поцелуя. Тёмный, видимый, заявляющий знак.

4 Глава.

Мария замерла. Дмитрий стоял в дверном проёме, и его лицо было непроницаемым. Но его глаза — тёмно-карие с золотистыми отблесками — горели яростью.

— Я… — она начала, но слова застряли в горле.

Дмитрий бросил зайца на стол и подошёл ближе. С каждым шагом его присутствие становилось всё более давящим. Мария вжалась в спинку дивана, пытаясь прикрыться одеялом, но он не дал.

— Ты моя, — сказал он тихо, слишком тихо. — И ты позволила ему коснуться тебя.

— Это было взаимно, — Артём сел на диван, совершенно не смущаясь. — И, если честно, она наслаждалась этим.

Дмитрий повернулся к брату, и Мария увидела, как его мускулы напряглись.

— Ты мой брат, — прорычал он. — Моя кровь. И ты предал меня.

— Предал? — Артём рассмеялся. — Я не знал, что ты монополизировал её. Кроме того, — он кивнул на Марию, — она не возражала.

Дмитрий замер. Он посмотрел на неё — действительно посмотрел, как будто видел впервые за всю ночь.

— Это правда? — спросил он Марию. — Ты позволила ему?

Мария сглотнула. Лгать было бесполезно.

— Да, — прошептала она. — Но…

— Но что? — Дмитрий сделал ещё один шаг.

— Но я не знала, что я не должна, — выпалила она. — Ты сказал, что я твоя добыча. Что я принадлежу тебе. Ты не сказал, что это означает, что я не могу быть с другими!

— Ты думаешь, что это даёт тебе право переспать с моим братом? — голос Дмитрия стал опасно спокойным.

— Я не думаю! — Мария встала, несмотря на боль в ноге. — Я вообще ничего не думаю! Я заперта в лесу с двумя оборотнями, которые заявляют, что я их собственность! Ты что, ожидаешь, что я буду вести себя рационально?

— Ты права, — Артём поддержал её. — Она не знает наших законов, Дмитрий. Ты не объяснил ей.

— Законы, — Дмитрий фыркнул. — Какие законы? Единственный закон здесь — мой.

Он повернулся к Марии и поймал её за руку.

— Ты моя, — повторил он. — И я не делюсь.

— Не делишься? — Мария попыталась вырваться, но он держал крепко. — Ты не можешь просто заявить, что я твоя, и ожидать, что я буду подчиняться!

— Я уже показал тебе, что происходит, когда ты не подчиняешься, — Дмитрий усмехнулся, и в этой усмешке было что-то тёмное. — Или ты забыла прошлую ночь?

Мария покраснела. Она не забыла. Её тело не забыло.

— Это не значит, что… — она начала, но он перебил её.

— Это значит всё, — он потянул её к себе. — Ты моя. И если брат коснётся тебя снова…

— Что ты сделаешь? — Артём встал. — Убьёшь меня?

Дмитрий посмотрел на него, и в его глазах читалась серьёзная угроза.

— Не толкай меня, Артём.

— Ой, я так боюсь, — Артём фыркнул, но Мария заметила, что он стал напряжённее. — Слушай, брат. Мы можем поделиться. Или мы можем сражаться. Но я не собираюсь отступать только потому, что ты так сказал.

— Поделиться? — Дмитрий посмотрел на него как будто он сошёл с ума. — Ты предлагаешь мне поделиться женщиной?

— Почему бы и нет? — Артём подошёл ближе. — Она красивая. Она страстная. И…

— И? — Дмитрий ждал.

— И я думаю, что она нравится нам обоим, — Артём повернулся к Марии. — Правда?

Все глаза были на ней. Мария чувствовала себя как зверь в клетке.

— Я… — она начала, но не знала что сказать.

— Скажи правду, — Артём подошёл ещё ближе. — Ты чувствовала это с нами обоими. Связь. Желание.

Мария посмотрела на Дмитрия — тёмный, собственнический, опасный. Потом на Артёма — более светлый, но не менее интенсивный. Оба были привлекательными. Оба сделали ей вещи, которые она никогда не испытывала раньше.

— Я не знаю, что я чувствую, — призналась она наконец. — Всё это произошло слишком быстро.

— Но ты чувствовала это, — Артём настаивал. — С нами обоими.

Мария кивнула, не в силах лгать.

— Видишь? — Артём повернулся к Дмитрию. — Она хочет нас обоих.

— Нет, — Дмитрий сказал твёрдо. — Она хочет меня. Ты просто воспользовался тем, что я отсутствовал.

— Я не использовал её! — Артём рассмеялся. — Она была очень добровольным участником.

— Тихо! — Дмитрий рявкнул, и оба замолчали.

Он посмотрел на них обоих, обдумывая. Мария видела, как его мозг работает — взвешивая варианты, рассматривая возможности.

— Хорошо, — сказал он наконец. — Давайте заключим сделку.

— Сделку? — Мария и Артём сказали одновременно.

— Ты остаёшься, — Дмитрий указал на Марию. — Ты заживёшь. И если ты выберешь нас обоих…

— Если? — Артём поднял бровь.

— Если ты выберешь нас обоих, — Дмитрий продолжил, — то мы поделим. Но на моих условиях.

— Каких? — Артём не был удовлетворён.

— Я альфа, — сказал Дмитрий просто. — Я устанавливаю правила. Ты следуешь им или ты уходишь.

— Это тоже мой дом, — Артём напомнил ему.

— Больше нет, — Дмитрий сказал холодно. — Не если ты не примешь моё руководство.

Напряжение в комнате было настолько густым, что его можно было резать ножом. Мария видела, как Артём обдумывал — гнев, гордость, но ещё и желание. Желание её. Желание остаться.

— Хорошо, — Артём сказал наконец. — Я принимаю. Пока ты не злоупотребляешь этим.

— Злоупотребляешь? — Дмитрий усмехнулся. — Я никогда не злоупотребляю. Я только беру то, что мне положено по праву.

Он повернулся к Марии.

— А теперь ты. Выбирай.

— Выбирай? — Мария моргнула. — Выбрать что?

— Нас, — Дмитрий сказал. — Обоих. Или только меня. Или ты можешь уйти завтра.

— Уйти? — она повторила. — Ты отпускаешь меня?

— Я отпускаю тебя, — он кивнул. — Но ты не найдёшь путь. Ты умрёшь в лесу. И я не приду за тобой.

Это был ультиматум. Выбрать между двумя братьями или умереть одной.

Мария посмотрела на них. Дмитрий — тёмный, требовательный, собственнический. Артём — более светлый, но не менее опасный. Оба хотели её. Оба пробудили в ней желания, о которых она не знала, что они существуют.

— Я… — она начала. — Я не могу решить сейчас.

— У тебя есть до завтра, — сказал Дмитрий. — До рассвета. Прими решение.