Машенька и медведь

Глава 1.

Мне изменил муж, с моей сестрой. Это был удар ниже пояса. Мир, который я строила годами, рухнул в одночасье. Треснули стены доверия, и осколки воткнулись в самое сердце. Невозможно было поверить, что два самых близких человека, которым я доверяла безоговорочно, могли предать меня таким образом.

Сначала был шок. Оцепенение, не позволяющее ни плакать, ни кричать. Просто пустота внутри, заполненная гулким эхом от услышанного. Затем пришло отрицание. Я пыталась убедить себя, что это какая-то чудовищная ошибка, недоразумение, злая шутка. Но факты были неоспоримы, как холодная сталь ножа, вонзенного в спину.

Потом нахлынула ярость. Жгучая, всепоглощающая ненависть к обоим. Как они могли? Как могли так хладнокровно растоптать мою любовь, мою веру, мою жизнь? Хотелось кричать, ломать вещи, причинять им такую же боль, какую они причинили мне.

Но гнев постепенно сменился горечью. Глубокой, всепроникающей печалью. Я оплакивала не только потерянные отношения, но и потерянное доверие, потерянную веру в людей, потерянное ощущение безопасности в этом мире.

Собираю вещи, скидываю все в чемодан.

- Машенька, ну что ты там будешь делать?

- То есть вместо поддержки своей дочери, ты меня убеждаешь, что у них любовь, а я, мама?! А как же я!

- Ну хватит уже ирронизировать.

- Ты сейчас серьезно? - Я даже застыла, не верующе смотря на свою родную мать. Которая поддерживает не меня, а свою младшую дочь.

- Вы пять лет были в браке, и ничего. Я тебе сразу говорила, нужен ребеночек! А ты что?

- Они спали за моею спиной! Моя родная на минуточку сестра и мой муж. Почему ты такая? Почему не меня ты поддерживашь? Я здесь пострадавшая сторона! Я!

Истерически кричу.

Она тяжело вздыхает. Хочется покричать от души.

- Я сейчас собираю все свои вещи из этой проклятой квартиры и пусть уже сношаются официально, а то бедненькие по гостиницам бегают.

- Пять лет я строила семью, а они… они просто взяли и сломали! И ты, мама, стоишь тут и оправдываешь их? За что? За то, что они счастливы в своей грязи?"

Она вздохнула снова, глубже, и села на край дивана, потирая виски. "

- Я не оправдываю, дочка. Просто… семья — это не только ты. Твоя сестра — моя кровь, как и ты. Я люблю вас обеих. А теперь ещё и внук на подходе, говорят. Неужели ты хочешь, чтобы всё развалилось окончательно?" Её голос дрогнул, но в нём не было раскаяния, только усталость.

Ребенок, у них будет ребенок....

Остервенело скидываю вещи. Через пятнадцать минут окончательно собрала свои вещи. Собрала возле входа, теперь осталось загрузить в машину.

- Внук? Отлично, поздравляю! Пусть растит его в своей 'семье'. А я ухожу. Навсегда. И не звони мне, пока не поймёшь, кто здесь жертва.

- Давай ты просто поживешь у нас с папой? Зачем тебе ехать в деревню? Бабули уже как четыре года нету, там и ремонта нету.

- Ну, уж дудки. Лучше уже там, чем с вами.

Быстро гружу вещи в свою машину. Осталось закупиться в магазине и можно выезжать.