Машина времени на проспекте Ленина

1 глава

«История жизни домов не менее интересна,

чем исторические судьбы людей.

Мне очень хочется написать книгу

в которой бы прослеживалась от рождения

по настоящее время многообразная жизнь домов и их обитателей.

Интересно, счастливы ли люди, живущие в красивых домах»

Валентин Пикуль

«Время — это замочная скважина.

Иногда мы нагибаемся и заглядываем в эту скважину.

И ветер, который мы чувствуем у себя на лице

ветер, дующий сквозь замочную скважину,

это дыхание живой истории»

Стивен Кинг

ПРОЛОГ

Машина времени существует. Я это точно знаю.

«Эка удивил» скажут мне «Все знают, что машины времени существуют. Те, которые переносят в прошлое, зовутся Воспоминания, которые в будущее – Мечты»

Но нет, я имею в виду не воспоминания и мечты, а самую настоящую машину времени. Правда переносит она людей только в один единственный временной отрезок: конец XIX – начало ХХ века, зато работает безукоризненно и бесплатно. Каждый из нас может ей воспользоваться в любой момент. Ваш покорный слуга проделал это уже несколько раз, благо находится она недалеко. В Томске. И называется «Проспект Ленина»

Это такая длинная восьмикилометровая улица, архитектура которой вообще не изменилась с дореволюционных времён. Доходные дома и купеческие особняки, магазины и склады, общественные и образовательные здания, городская дума и университет, почтамт и гостиница все на своих местах как стояли век с лишним назад, так и стоят, только реклама на стенах другая.

Уникальная улица. Вряд ли во всей России есть вторая такая, за исключением может быть Питера, но тот вообще город-музей.

Не ищите тут следов единого плана застройки. Его нет и быть не может, так как раньше это были три разные улицы, воткнутые одна в другую, как составные части бамбукового удилища.

Поэтому улица то сужается чуть ли не до средневековой ширины, то, абсолютно внезапно, раскидывается широкой площадью, на которой можно, как мы все любим, собрать вполне представительный митинг в поддержку чего-либо.

И уж конечно не увидим мы здесь какого либо единого архитектурного стиля. Всё вперемежку: строгий, массивный, давящий на окружающих Классицизм рядом с деревянными домишками в один-два этажа. И тут же пышное Сибирское барокко соседствует с эстетским Модерном. А по вдоль всей улицы, через значительные промежутки, как часовые стоят краснокирпичные здания с узорной кладкой «а-ля рус», похожие на тюрьму, почему-то построенную с большой любовью.

Неожиданно попадаются на глаза три-четыре «хрущёвочки». Родные вы мои, да зачем же вас сюда воткнули? Вам тут бедненьким плохо. Среди этой каменной буржуазии пропадает куда-то ваше суровое пролетарское достоинство, и выглядите вы как затюканные домработницы, затесавшиеся в расфуфыренную толпу купцов и аристократов.

Удивительная улица. Волшебная улица.

Она разом очаровывает, пьянит, давит, пугает. Очаровывает и пьянит дурманом древности, что невидимыми струями, как газ в шахте, сочится и сочится из старинных стен. И только расслабься на чуть-чуть, только дай немного воли воображению и вот ты уже в XIX веке. Ты только не оборачивайся, не смотри на проезжую часть и ничто, ни одна чёрточка, ни одна примета не скажет тебе про век XXI. Но чем очаровывает, тем и пугает эта томская «машина времени». Жутковато становится, как представишь, сколько эти стены видели таких же суетящихся человечков, как ты и вот эти прохожие! И где те люди? От большинства не только костей - могил уже не осталось. А стены, вот они, стоят. И от меня и от вас, читатель, ни останется когда нибудь ни костей ни могил, ни памяти, а стены эти всё будут здесь стоять и по прежнему взирать с лёгкой чуть презрительной насмешкой на очередную толпу, вынырнувших из Небытия, Очень Важных Людей спешащих куда-то по Очень Важным Делам. Стены знают, что очень скоро все эти люди, как и те, что ходили здесь до них, один за другим канут в ту же Великую пустоту, в то же Небытие из которого по случайной прихоти игры клеток и генов появились здесь. И появятся новые, и через мгновение, тоже улетят в ту же воронку Небытия, отчаянно вопя и пытаясь уцепиться за её стенки , чтобы хоть немного, хоть ещё чуть-чуть побыть здесь. Но тщетно.

А вот эти самые стены всё ещё будут стоять и смотреть. Им надо всё запомнить, чтоб рассказать про это людям. Если, конечно, те захотят слушать. Но это происходит редко. Большинство просто не умеет их слушать. А те, кто умеет, чаще всего не хотят. Им неприятно слышать про то, что эти стены, видели. А ведь порой услышать их так легко.

Особенно поздним зимним вечером. Когда все меньше и меньше становится на улице примет нашего века. А в наступающей тишине, в свете фонарей, плывущем сквозь хлопья мягко падающего снега, медленно начинает работать живущая здесь «машина времени». И вот в этот момент можно расслышать шёпот старых стен. А иногда не только услышать, но и в пугающих секундных вспышках, даже увидеть то, что когда- то видели они.

Попробуем?

Но сначала небольшое уведомление, которое Сервантес поспешил сообщить читателям своего «Дон Кихота» и, которое, я счёл весьма уместным и для моего случая: