Между ледяных драконов

Ты сведешь меня с ума

Я ощущаю шелк простыней под кожей. Чувствую тёрпкий аромат благовоний и вижу синий балдахин над кроватью.

Не моей кроватью.

Хочется резко дернуться и оглянуться. Понять, где я оказалась, в конце концов!

Но мои ноги встают. Мои руки, против моей же воли, открывают дверь и кивают слуге.

- Позови её, - не моё тело говорит мужским, низким, мягким голосом.

Мягким но с нотками строгости и властности.

Я понимаю, что ощущаю волоски на своих кистях. Одно лишь взгляда хватает, чтобы понять, что это не мои руки.

Не моё тело. Не моя комната.

Это сон? Но почему такой странный?

Ответа нет, зато появляется ещё один вопрос. Позади слышно как открывается и закрывается дверь. Вот только запирается на замок.

Не моё тело разворачивается. Вжимает другое тело в стену, спиной к себе. Проводит по плавным изгибам талии и опускает руку на бедро, с силой сжав бархатную кожу, вдыхает вишневый аромат шёлковых тёмных волос.

Не я закрываю глаза, и не из моего горла доносится довольный приглушенный стон мужчины. Рука касается крепких ягодиц.

Он произносит моё имя.

- Эвелин.

Я резко просыпаюсь.

Взмахнув кистью, зажигаю свечи вокруг меня, пытаясь огнем убрать наваждение. Но ночная тишина не дает мне забыть.

Голос.

Такой знакомый голос этого мужчины, когда он обращался к слугам или когда говорил моё имя. В голове звенит понимание, мысль, которую я не могу толком осознать.

Знакомый, но…

Я резко сбрасываю с себя одеяло. Тело покрылось липким потом и я захожу в уборную, чтобы умыться и смыть наваждение.

Где же я слышала этот голос?

И почему он говорил моё имя? Говорил моё, но явно был с кем-то другим.

Подхожу к настенным часам и приглядываюсь.

Уже почти полночь, я ведь обещала встретиться с Аароном!

Я привожу себя в порядок.

Переодеваюсь, наношу несколько капель масла на шею перед зеркалом. Возможно, дело в странном, приятном сне, но все же, мне хочется нанести каплю масла на ложбинку меж грудей.

От мысли о том, что Аарон может сегодня коснутся этого места и вдохнуть масло, вызывает сладкую истому.

Улыбаюсь своему отражению в нетерпении. Мы договорились о свидании с Аароном, что только недавно вернулся после многомесячного похода.

И, судя по намекам, это свидание должно быть особенным. Очень важным.

Вскоре я, дочь огненной ведьмы, сбегу вместе с ледяным драконом Аароном прочь из нашего старого города.

И там, вдали мы заживем как муж и жена. Там, где у дракона не может быть навязанной ему истинной, а у меня, принцессы, не может быть навязанного жениха, которого выберет мне король.

И эта ночь - доказательство скрепления нашего союза. Нашей любви.

Как бы то ни было, я следую за сердцем, за любовью. Я ведь сама хочу этого.

А это самое главное.

Я тушу свечи, снова взмахнув рукой. Тетушка меня бы отругала за такое безрассудное использование магии направо и налево. Но, её сейчас здесь нет.

Я выбегаю из дворца, придерживая полы своего платья. По каменной кладке сада бегу в назначенное место. Полная луна освещает мой путь.

Интересно, она была свидетельницей скольких безрассудных поступков глупых влюбленных дурочек. Как часто эти истории заканчивались плохо?

Ладно, все спят.

Откуда им знать?

Стучу условным стуком в дверь небольшого домика.

Дверь открывается сразу же. Я вижу за ней Аарона. Полурасстегнутый кафтан чуть приоткрывает сильное тело. Крупные плечи, ровная осанка и мягкий взгляд синих глаз, в которых я готова утонуть.

Аарон протягивает огроную руку, я кладу свою ладонь в его и он тянет меня внутрь маленького домика. Закрывает за мной дверь.

Оглядывается. От него пахнет всегда какой-то сдобой, немного сладкой. Он обожает сладости.

- Я хочу спросить, ты… точно уверена?

- Я сюда пришла, - напоминаю.

И все-таки, во сне был не его голос. Хотя мне так показалось, на мгновение, или я так захотела. Да и не может у него быть кровати с синим балдахином. Гвардейцы спят в казармах.

У них не может быть столь роскошных покоев.

Ладно, о чем я? Прогони этот чертов сон!

Не думай о нем. Думай о том, кто перед тобой.

Я делаю аккуратный шаг ближе к нему.

- Когда-нибудь ты сведешь меня с ума, Эвелин, - говорит мужчина. Он касается моих ладоней. - У тебя есть последний шанс меня остановить.

Чуть проводит подушечками пальцев выше, от локтей до плеч. Смотрит в глаза, ловя мои эмоции.

Снова это дурацкое воспоминание из сна. Как мужчина разворачивает женщину, как вдыхает аромат её волос. Как не терпит сомнений и не задает вопросов, явно с удовольствием сжимая запретные части тела своей женщины.

Просто делает. Просто берет. И ты просто подчинена его воле, его желанию. И в твоем подчинении больше удовольствия, чем от самого касания.

Боги! Нельзя думать о другом, когда тебя целует твой возлюбленный. Это неправильно. Тем более, тот, о ком я подумала. Он там, во сне. Ненастоящий. Настоящий это Аарон. Моя любовь, нежность и поддержка, лучший друг, лучший мужчина на свете. Лучшее - всё!

Тот, с кем я, возможно сбегу. Сбегу от отчима, от сводного брата, от титулов и ненужных церемоний и от отчаянного страха замужества за нелюбимым.

Аарон прижимает к себе. Я чувствую, как трясутся его руки. Как порывисты его движения. Он едва сдерживается, чтобы не действовать грубее.

В благодарность за эту нежность, я снова обнимаю его.

Слегка киваю. Аарон отпускает поводья. Его движения становятся резче, руки блуждают по моему телу. По талии и движутся выше, к груди. Я испускаю легкий вздох в губы дракона.

Он накрывает мои губы своими. Углубляет поцелуй, и я ощущаю вкус его языка. Голова кружится от приятного водоворота чувств.

Взрыв.

Грохот, который я не могу понять.

Дверь слетает с петель. Аарон на каком-то внутреннем порыве сначала прячет меня за спину, затем молниеносно достает меч, готовясь обороняться.

Всё, что я хочу?

- Ты не можешь так поступить! - я кричу на Максимилиана, едва мы оказываемся в его кабинете. Сердце стучит где-то в горле. Руки трясутся от паники.

Я должна спасти Аарона. Должна!

- Я защищаю честь своей названной сестрицы, - равнодушно проговаривает Максимилиан. - Коль она с этим не справляется.

Он садится в мягкое кресло перед письменным столом, оглядывает меня снизу верх.

В полутьме, что окружает нас, его каштановые волосы кажутся совсем черными. А глаза цвета тёмного мёда слегка блестят. Он красив тёмной привлекательностью и ей же очень пугает. Он всегда меня пугал, ещё с детства. Что-то в нём было... как будто скрытая тьма. Скрытое зло.

- Ты же понимаешь… - мягко говорю я.

- Что? Что ты сама решила себя опорочить, вступив в связь до замужества? И выбрала для этой цели не лучшего кандидата.

- Максимилиан, дай объясниться, прошу!

Он с легкой усмешкой машет кистью.

- Ты стала взрослой, Эвелин. Взрослой, красивой девушкой. Я могу понять, твои желания. Многие девушки так делали. Выбирали себе мужчину, чтобы начать познавать искусство блаженства. И быть потом лучшими любовницами своим мужьям. Я наслышан о таком, тем более в стенах дворца.

Я обнимаю себя за плечи. Нет, всё не так.

Я знаю, о чем говорит Максимилиан. Да, в тайне многие женщины заводили себе любовников а мужчины - любовниц. Но… это не мой случай.

- Я, - выдыхаю с трудом. - Я его люблю, Максимилиан! Люблю. И хочу уехать с ним. Твой отец не даст нам жениться и…

- Ты обезумела? - вместо сочувствия Макс только больше злиться.

Что ж такое? Чтобы я не делала, он только сердится больше на меня.

- Я думал, что ты просто решила использовать его, чтоб начать практиковаться в искусстве любви. Но ты говоришь, что любишь его и собралась замуж. Это правда? - его голос становится ниже.

Я взмахиваю рукой и зажигаю этим все свечи. При свете говорить удобнее. Максим же продолжает смотреть на меня, неотрывно и с каким-то странным огнем.

Гнева и чего-то ещё.

- Я не гулящая девица, Максимилан. Я люблю его, да. Он мне нужен. Поэтому… - я стараюсь говорить мягче.

Но каждое моё слово только бесит Максимилиана ещё сильнее. Лицо меняется, глаза сверкают.

Он резко встает. Бьет по столу так, что дрожат кружки на нем.

Нужно как-то перевести тему. Аккуратно.

- Как ты узнал, где мы уединились? - мягко спрашиваю.

Он не отвечает. Смотрит куда-то в сторону. Потом снова на меня. Хочется потушить свечи, чтобы не видеть этого взгляда. Я под ним тушуюсь, чувствую себя пойманной добычей.

Максимилиан подходит к окну. Приподнимает занавес, глядя на ночной сад.

- Ты видел нас? Меня, как я шла к нему? - опять спрашиваю я.

- В это время я спал, Эвелин, - произносит он.

- Тогда, как? - я спрашиваю так тихо, но он все равно слышит.

Оборачивается ко мне.

- Утром, на рассвете я его казню.

Я, кажется, на миг теряю рассудок.

- Нет-нет, пожалуйста!

Я подбегаю к Максимилиану. Падаю на колени.

- Прошу тебя, не делай этого. Я понесу наказание. Я…

- Встань, - он резко отворачивается от меня. Я не могу ослушаться и встаю, умоляюще глядя на него. Пытаясь прочесть эмоции на его лице.

- Я могу пощадить его. Но только при одном условий.

- Конечно! - я резко киваю. - Всё, что хочешь!

Он снова смотрит на меня. На губах появляется странная ухмылка. Недобрая. Мне она не нравится. Мысль о том, что я попала в какую-то странную ловушку, всё сильнее стучит в висках.

- Ты уверена, что дашь мне всё, что я хочу?

За тобой долг, моя принцесса

Меня пугает его голос. Его взгляд. Я понимаю, что не уверена, в том, что сама сказала.

Так, боги, что за бред?!

Он мой сводный брат. Мы не виделись с ним уже столько времени. Да, он теперь иначе выглядит. Возмужал, уже не ребенок. Но я уж точно его не волную. Точно.

Но ответить ему, я не решаюсь. Воздух куда-то пропал из легких. Разум твердит одно, а сердце сжимается от какого-то предчувствия.

Я стараюсь дышать медленно и спокойно, не выдавая моё дикое волнение.

Максимилиан проводит взглядом по мне. Снова. В нем столько эмоции. Злость, разочарование и что-то ещё.

- Хорошо, любимая сестричка, - он улыбается, но улыбка эта выглядит щитом. Вот только не понимаю, кого он защищает.

Меня от его настоящих эмоций, или себя от того, чтобы их выдать?

- Ты помилуешь его?

- Подумаю. Казнить не буду. Пока. А ты… исполнишь моё желание.

Камень падает с плеч. Но тут же становится тяжелее от другой мысли.

- Какое? - в горле становится сухо.

- Любое. Когда я скажу.

- Ты просишь от меня… желание? - уточняю я. - Как при пари?

Он кивает.

- Любое желание, да. Когда и как я потребую. Ты согласна?

Звучит, странно. Но у меня нет выхода. Жизнь Аарона на волоске.

- Хорошо, за мной долг, - повторяю я.

- Долг, - он повторяет как эхо. Поворачивает голову вбок. - Объясни, что ты в нем нашла? Позволять к себе прикасаться такому… Он же просто солдат. Вояка. А ты достойна большего. Разве не понимаешь?

Хочется ответить колкостью. Но в его руках жизнь Аарона, так что я молча принимаю его слова.

Киваю.

- Я могу идти?

Не дожидаясь его ответа, я разворачиваюсь, подхожу к двери. Но она открывается сама и в комнату вальяжно входит девушка.

Длинные тёмные волосы, усталый взгляд зеленых глаз. Она одета в короткое платье, больше напоминающее мою сорочку. Платье шелковое, а это очень дорогая ткань. Не каждая леди, может позволить себе подобное.

- Эвелин, - произносит Максимилиан.

Этот голос за спиной снова заставляет меня вспомнить сон.

Я оглядываюсь и Максимилиан неловко улыбается.

- Прости, мою служанку зовут так же. Эвелин, проводи госпожу до её спальни. Желательно так, чтобы никто из слуг не прознал. Хорошо?

Моя тёзка кивает, и от резкого движения головой я ощущаю запах. Такой же, как был во сне. Вишня.

Это…

Это была она. Сомнений быть не может. Это не моё имя а её. И её волосы, её касания.

Наверное, надо выдохнуть, поняв, что Максимилиан обращался не ко мне. Все же, я его сводная сестра, было бы странно, если б у него были ко мне какие-то чувства.

С другой стороны, почему я вообще видела во сне, то, как он проводит свои дни и ночи. Меня это не волнует! Не должно волновать.

И он сказал, что спал, когда я шла к Аарону. Что значит, спал? Он мог видеть меня, так же, как я видела его?

Ладно, об этом надо подумать утром.

На свежую голову.

Эвелин смеряет меня каким-то странным взглядом. Она натягивает улыбку, кланяется, как того требует этикет. Но взгляд у неё будто уязвленный.

- Пройдемте, Ваше Высочество.

Я киваю на прощание Максимилиану, он стоит погруженный в свои мысли.

- За тобой долг, моя принцесса, - произносит на прощание.

Губы искривляются в хитрой улыбке.

- Я поняла, брат мой, - отвечаю я.

Мы ступаем по коридорам вместе со второй Эвелин. Странно, никогда ещё не встречала тезок. Моё имя достаточно редкое и благородное. Простолюдинок, обычно, так не называют.

- Ты из дворянского рода? - спрашиваю я у служанки.

Та, качает головой.

- Из деревни. Просто, мне очень повезло.

- Ты говоришь об этом, как-то… грустно, - замечаю я.

- Боюсь, что везению может наступить конец, - отвечает она.

Странно она говорит, загадками, будто клещами вытаскиваю из неё слова. Может боится, что её слишком выдает шелковое платье? Мне нужно её успокоить.

- Я так понимаю, ты приехала вместе с моим братом? Очень рада, что у нас будут столь прекрасные юные девушки. И рада, что мой брат хорошо с тобой обращается. Дарит подарки. Если что не так, ты всегда можешь ко мне обратиться. Хорошо? У тебя всегда здесь будет защита, - я говорю мягко с улыбкой. Но девушку это будто ещё больше злит или пугает.

- Я хотела вас увидеть, узнать, как вы выглядите, - произносит она.

- Почему?

- Много слышала о вас. Ваши покои? - она кивает на дверь.

- Да, спасибо.

Она кивает, разворачивается и уходит. Только сейчас, я осознаю, что в таком виде она выглядит совершенно не так, как полагается честной девушке. Понятно, что она проводит ночи с моим братом, но то, что он отправил её по дворцу в таком виде… неправильно. Это подставляет её.

Ладно, не так это и важно. Просто… странно. Всё странно. Будто что-то уплывает от меня, ускользает. Будто я чего-то не осознаю, или не хочу осознавать.

Когда Максимилиан отпустит Аарона из темницы? А как насчет стражников, что вели его? Что он им скажет?

В спальне я наконец-то сбрасываю с себя одежду, юркаю в кровать и, крепко зажмурившись, надеюсь проспать как можно дольше.

Сон снова беспокойный. Разрозненные видения.

Кинжал. Белый порошок на краю золотой ложки, руки в перчатках. Ведь яд настолько силен, что даже кожу прожжет.

Валет должен умереть. Валет должен умереть, пока не стал королём. Пока не стал тузом.

Я поднимаю глаза и резко встаю на кровати.

Я понимаю, что значит это видение. Это послание. Предупреждение. Валет, что не стал королём. Я осознаю кто это. Я даже во сне почувствовала его. Поняла.

Валет это принц. Не король, но кто-то моложе. Максимилиан. Кто-то хочет ему навредить? Отравить?!

Но кто? Зачем?

Если бы не вчерашнее видение с черноволосой тёзкой Эвелин, я бы не обратила внимания, на этот сон. Но теперь, я начинаю думать, что он может быть предупреждением.

А ты бы хотела на её место?

- Простите, я не думала.

- Всё уже, можешь смотреть, - бурчит Макс.

Я послушно убираю руку.

Макс и Эвелин уже встали, девушка завернулась в красную простынь, как в длинное полотенце и нервно путается в длинном подоле. Отходит за Максимилиана, который обернулся полотенцем.

Мой взгляд проходит по крепкому и сильному телу покрытому тонким слоем пота.

Мне неловко, стыдно. Надо же было постучаться, почему я не подумала, что он с ней?!

Вчера же всё было понятно. Боги, ну почему я такая дура?!

- Эвелин, выйди, - слышу голос Максимилиана. Послушно киваю, наверное, им нужно нормально одеться и только потом мы поговорим.

Но вдруг, я осознаю, что это другая Эвелин смотрит на Максимилиана каким-то затравленным взглядом. Зыркает на меня ревниво, хватает в охапку шелковое платье, в котором я видела её ночью и вылетает, оставив после себя шлейф запахов пота и ароматических масел. Вишня.

- Прости ещё раз, я не думала…

- Не думала, что у меня может быть гостья?! Мне кажется, ты что-то увиливаешь.

- Вопрос не требовал отлагательств, и я…

Я жмусь к стене, понимая, что Максимилиан приближается ко мне, быстро обойдя беспорядочную кровать.

- Что «ты»? - уточняет он.

- Я… - он подходит совсем близко. Сложно оторвать взгляд от гладкого рельефа мышц. Я нервно убираю волосы и оглядываюсь, будто бы кто-то может подсмотреть за мной.

Подсмотреть, подслушать, понять по моему дыханию или сердцебиению, что я волнуюсь от вида тела сводного брата.

- Я думаю, тебе стоит одеться, - бросаю я, подняв взгляд на глаза Максимилиана.

Он же ведет себя странно, усмехается как-то хитро, победно. Будто он что-то понял. Опирается рукой на дверь позади меня, не давая мне возможности уйти.

Становится неловко и слишком жарко.

- Я не думаю, что ты имеешь права говорить, что мне делать в своей спальне с моим телом, - говорит он.

Я только сейчас понимаю, что полотенце на нем держится только тем, как он его повязал, нет ни пояса, ничего.

Боги, а если оно упадет?

- О чем думаешь? - спрашивает он.

Будто знает.

- О том, что я пришла сообщить тебе. Это может звучать глупо, но… я видела сон. И я думаю, это предупреждение.

- Ммм, - он делает вид, что задумался.

- Ты мне не веришь?

- Верю, что ты подыскала интереснейший повод, чтобы прийти сюда.

- Твои обвинения возмутительны! - загораюсь я.

Он только смеется.

- А что, скажешь «нет»? Я помешал тебе вчера насладится телом этого дурачка, ты томилась в ожидании и решила под благовидным предлогом прийти ко мне, чтобы я утолил твой голод. Разве не так?

Я, как идиотка, побежала сюда, думая, что его убили. А он?!

От злости замахиваюсь, чтобы влепить пощечину но он перехватывает моё запястье.

- Ты хочешь, чтобы я поверил, что дело во сне? - лениво спрашивает.

- А как ты вчера понял, что я шла к Аарону?! Ты видел это во сне! - кричу я. - Также как я и видела, твою Эвелин ещё вчера вечером. Тоже во сне.

- Чем докажешь?

- Что?

- Что видела во сне меня с Эвелин, вчера. Что там было? - поворачивает голову вбок.

Он издевается?

- Там был… кровать с балдахином. Кстати, не эта, - вдруг осознаю я. - Это не та комната, но ведь эта выделена тебе как покои.

- Что ещё? - спрашивает он. Я замечаю, что голос меняется, становится серьезнее.

- Ты вышел за дверь, только она двустворчатая была. Двойная. Ты позвал привести Эвелин, не называя имени. Потом она пришла к тебе, на ней было темное платье, бутылочного цвета.

- Всё, прекрати, - с выдохом он убирает руку , отходит на два шага и я ощущаю, как снова учусь дышать.

Максимилиан нервно поднимает на меня взгляд.

- Ты видела прошлое, это был мой предыдущий дом и позавчерашний вечер.

- А… - тогда понятно.

- Я заснул в карете вчера днем, и видел, как ты бежишь к этому идиоту и позволяешь себя касаться. Получается, я видел твоё будущее. Ты - моё прошлое.

Я резко киваю.

- Это странно, да? - задаю я глупеший вопрос.

- Думаю, да. Что ты видела сейчас?

- Кинжал и яд. И понимание, что над тобой висит опасность. Что кто-то хочет устранить тебя, пока ты не стал королём.

- Кто-то хочет меня заколоть, а потом отравить? - Максимилиан улыбается.

- Я думаю, тебе надо бояться недругов. Возможно, заговорщики надеялись, что ты никогда не приедешь сюда после обучения? И теперь, хотят от тебя избавиться, как единственного наследника короны. Это совершенно не смешно, брат. Тебе нужно беречь себя.

- Спасибо, сестрёнка.

Я нервно кладу руки на плечи.

- Аарона ты отпустишь сегодня?

- Да. Но если я пойму, что ты снова к нему бегаешь… - он снова приближается, теперь угрожающе.

- То что?! - вырывается у меня. - Что?! Это моя жизнь и моя любовь. Ты не можешь…

- Пока ты под моей защитой, и никто не имеет права тебя касаться, - резко говорит он.

- И когда я уйду из под твоей защиты? - спрашиваю я.

- Если выйдешь замуж. Тогда я передам права на тебя другому мужчине. Но сейчас, никто.

Если? Если выйду замуж?

- Так уж и никто? - я поворачиваю голову вбок. - Максимилиан, ты пытаешься лишить меня любви. Хорошо, ты считаешь, что я тебя позорю - тогда выдай замуж за Аарона. Хотя ты и сам знаешь, что никто не выходит у нас замуж невинными. Но хорошо, как принцесса я подам пример благочестия. Но мне не нужен кто-то другой. Я готова стать его женой хоть завтра, хоть сейчас.

Он опять только хмыкает. На сей раз недовольно.

- Нет, я ни за что и никогда не выдам тебя замуж за него. Но не переживай, вне твоей воли замуж ты тоже не пойдешь. Я не продам тебя какому-то соседскому королю. И отец со мной абсолютно солидарен.

Я совсем не понимаю, что и чувствовать.

- То есть, я должна ожидать твоего разрешения на то, чтобы отдаться тому, кому ты прикажешь?! Но ты даже и этого не прикажешь. Ты просто решил, что останусь без любви, без тепла до конца дней! Пока ты будешь безнаказанно развлекаться с…

Либо я, либо никто

- Ты сошел с ума?! - я говорю раньше чем думаю, но Максимилиан вместо того, чтобы стушеваться или разозлиться, грустно опускает взгляд.

- Вполне возможно.

Он снова поднимает глаза на меня. В них такой огонь! Раньше он сдерживался, но теперь они светятся истинным безумием, жаром.

- Ты сумасшедший, - опять произношу я.

Он кивает.

- Только это не ответ.

- Ты понимаешь, что… этого не будет.

- Либо я, либо никто. Так что… я думаю, будет, - он нежно касается пряди моих волос. - Просто, возможно, не сейчас. Но я это по себе знаю, этот яд он жалит медленно. Сначала незаметно, а потом становится частью твоей личности. Становится тем, чем ты живешь. И как бы ты не сопротивлялась, ты сама знаешь, что уже хочешь меня.

Его прикосновение щекочет мне кожу, я не могу успокоить бешеное дыхание из-за чего грудь вздымается сильнее обычного.

Благо на мне лишь сорочка а не плотное платье в корсете, как обычно. А то задыхалась бы.

Хотя, теперь не уверенна, что сорочка лучше. Не уверена, из-за его взгляда на мою грудь, на шею. Он смотрит будто хищник на добычу.

Близость Максимилиана слишком пьянящая. Слишком опасная. Так же нельзя.

Нельзя!

Я вытягиваюсь как струнка и быстрым движением выскальзываю в свободное пространство между руками Максимилиана.

Вдыхаю воздух свободы и оглядываюсь на него. Он лишь мягко усмехается. Крепкая грудь вздымается от дыхания. Нельзя смотреть на неё иначе появляется желание докоснуться.

Ощутить его тепло, твердость, силу, бархат кожи.

Нет-нет. Что я несу?

Аарон. Милый, добрый, с лучезарной улыбкой. Пахнет сдобой, ведь так любит пирожные. Синие красивые глаза как чистое озеро.

У Максимилиана иные. Тёмные. Но взгляд часто мягкий, наблюдательный. Накрывает тебя как тёмно-серый туман.

Не думать о нем! Не думать о его взгляде, не думать, о его теле. Нет.

- Доброго дня, мой брат, - говорю я, кивнув на прощание. - Обратите внимание на мои слова. У вас есть враги.

- И одного я сейчас выпущу из тюрьмы по твоей просьбе? - уточняет он.

Я отмалчиваюсь. Могла бы уйти, но он стоит у двери. Понимает мой взгляд и отходит. Совсем немного.

Ладно, это уже безумие, не будет он меня ловить по пути на выход?

Не знаю. Ладно, нужно просто это сделать.

Сдерживаюсь, чтобы не побежать но подозрительно быстро оказываюсь у двери. Распахиваю её, пока Максимилиан вальяжно стоит рядом.

Он всем видом показывает мне, что если бы он хотел, он б поймал меня в два счета.

Я выхожу в коридор, бегом оказываюсь в своих покоях, закрываю дверь изнутри и оседаю на пол.

Он… Я ему нравлюсь? Максимилиану.

Это было сейчас более чем очевидно, но осознать это. Чувствовать в том, как он смотрит на меня, как дышит. Как жар овладел его телом…

Это странно. Я встаю.

Так или иначе, мне нужно увидеть Аарона. Мне нужно решить, что делать дальше и мне нужно…

Не знаю, что-то нужно.

Для начала, прекратить думать о Максимилиане.

Весь день я стараюсь не попадаться на глаза принцу. После обеда, когда Аарона официально освобождают из темницы, я уже стою у порога, приветствуя его.

Он улыбается мне, едва задивев. Подбегает и хватает в охапку, чуть приподняв над землей.

- Что случилось? Неужели, ты уговорила его поженить нас? - спрашивает он, заглядывает мне в глаза так внимательно и нежно в надежде на хорошую новость.

Я криво усмехаюсь.

- Нет, я просто уговорила тебя отпустить.

- Почему?

- В обмен на желание, - отвечаю я, стараясь, чтобы это звучало как можно более безобидно.

- И что он может загадать? - Аарон задумчиво уводит взгляд.

Мне становится жутко от мысли о том, что я пообещала желание Максимилиану и теперь, я понимаю, какие у него желания.

Его желание - это я.

Боги! Хотя… наверное, если бы он хотел так со мной поступить, он бы уже сделал.

Он принц. А я всего-лишь дочь той, кого полюбил король и принял в свою семью. Я - никто.

И если принц захочет овладеть мной, он сделает это. Единственная причина, почему он не делает этого. Он хочет, чтобы я сама к нему пришла.

- О чем думаешь? - спрашивает Аарон, вырывая меня из мыслей.

- Ни о чем, - я снова улыбаюсь. Но стараюсь держать дистанцию между мной и Аароном. Его голова висит на волоске. Я ощущаю это.

Как и понимаю, откуда-то точно знаю, что Максимилиан следит за нами. Знаю, что он ревнует. Знаю, что он сердится.

Но он позволяет мне провести эти минуты с Аароном. Как подарок, как купить ребенку глупую книгу или некрасивую игрушку - наиграется.

Хотя, откуда Максимилиан может нас видеть? Я оглядываюсь. Я же в темнице. Здесь нет никого кроме меня и Аарона.

- Идем, тебе дурно от этой духоты, - говорит Аарон. Без спроса он хватает меня за руку и ведет на улицу.

Вместе с солнечным светом я замечаю темное пятно, в виде моего сводного брата, опирающегося на стену.

Зачем он пришел?

Меня охватывает жар и холод сразу. Становится стыдно перед Аароном за то, что было между мной и Максимиалном утром. Мужчины же смотрят друг на друга.

Аарон почтительно кланяется. Максимилиан кивает.

- Вы ведь понимаете, что вас ждет? - спрашивает он.

- Нет, - Аарон качает головой, снова становится впереди меня, будто может защитить.

- Чтобы защитить честь моей дорогой родственницы, я не могу позволить вам находится рядом с ней. Вы порочите её репутацию.

Аарон переглядывается со мной. У меня сердце падает в пятки.

- Отсылаете меня? - спрашивает Аарон.

Ты хочешь этого?

Максимилиан смеряет нас каким-то странным взглядом.

- Отослать вас это то, чего я больше всего хочу. Но я этого не сделаю. Знаете почему?

Аарон вопросительно кивает.

- Вы должны охранять мою сестру. Как ни странно, вам я могу доверить её жизнь.

Мне не нравится жесткость и какая-то грусть в его голосе.

- Максимилан, что случилось?

- То, что на кухне обнаружены яды. В вине, в мясе, даже в моих лекарствах. Дегустаторы у лекарей, они пригубили то, что предназначалось мне, и они едва живы, - теперь он не скрывает своего гнева. - Ты была права, сестрица. Как мне самому казалось, глупый обычай пробовать мою еду, спас мне жизнь. Точнее, ты спасла меня.

Я киваю.

- Кто-то покушается на вас? - спрашивает Аарон. - А на Эвелин?

- Понятия не имею, - зло бросает Максимилиан. - Но вы, к моему несчастью, единственный кому я могу доверить её жизнь, хотя не доверяю её честь. Мне напомнить вам, что с вами может случится, если я пойму, что вы снова...

- Не стоит, - Аарон едва заметно рычит. Они оба похожи на зверей, готовящихся к атаке. Только Макс на хищную птицу а Аарон скорее на верного пса.

- Так, - я встаю между ними. - Максимилиан ты знаешь о... о том, что я говорила про Аарона. Ты выпустил его потому, что я тебя попросила, а значит, ты не можешь ему более угрожать и требовать что-то от него.

- Да, сестренка, ты мне должна, помнишь? - он немного поднимает голову, глаза сразу становятся темнее и я замечаю, как взгляд задерживается на моих губах.

Не знаю, понял ли или ощутил что-то Аарон но я послушно принимаю этот взгляд.

Киваю.

- Да, я понимаю, я помню. И ты помни, что...

- Скучно, - он перебивает меня и снова скашивает взгляд на Аарона. - Когда я не с ней, ты за неё в ответе. Но не приближайся, иначе я это узнаю. Я займусь расследованием. Никаких прогулок или отъездов. Тот, кто пытался убить меня должен быть наказан в кратчайшие сроки.

Он кивает нам на прощание и быстрым шагом уходит вглубь дворца.

Я прощаюсь с Аароном, позволяю себе отдышаться после трудной встречи. И решаю, что мне нужно принять ванну, чтобы смыть с себя все заботы.

Служанки быстро приносят мне несколько кувшинов с молоком, наполняя большую белоснежную ванну. Я погружаюсь горячую белую воду по шею.

Кожа быстро распаривается и размягчается. Я прикрываю глаза от удовольствия и расслабления. Может быть, я могла бы и уснуть, но ощущаю чью-то ладонь сдавившую мне плечо.

Я нервно дергаюсь, и смотрю на мужчину, что навис надо мной. Аарон.

Из одежды на нем только хлопковое белье и нежная, с долей хитрости, усмешка.

Я завороженно смотрю на его идеальное тело, на крепкий торс. В голову лезут совсем непристойные мысли. Коснуться подушечками пальцев, прижаться щекой, провести языком и смотреть на его лицо.

Спустить руку ниже, дразнить его касаясь ноги, поднимаясь выше и следить за тем, как он сходит с ума от желания. Становится слишком жарко.

- Что ты тут делаешь? - выдыхаю я.

- Я твой телохранитель, так сказал принц. Пока король отсутствует, то его слово это слово короля.

- Да, а ещё он угрожал что...

- Здесь никого нет кроме нас, Эвелин, и... когда тогда все было, я понял, что хочу тебя не меньше чем ты меня, - его глаза накрывает пелена тумана. Он касается моей щеки, переходит к скуле и нежно проводит пальцем по кости.

Я нервно облизываю губы, когда он касается моего подбородка, приподнимает, так чтобы я смотрела ему в глаза.

Боги, мне так жарко и влажно. И не уверена, что это от ванны.

- Могут прийти служанки, - шепчу я.

- Я закрыл дверь. Нас никто не увидит, принцесса моя.

Он наклоняется, целует осторожно, мягко. Я поддаюсь ему навстречу. Крупная рука оказывается под водой, что защищает меня от его взгляда. Ложится на талию, на поясницу, и чуть надавливает. Я выгибаюсь и его рука идет ниже, мягко погладив мои ягодицы.

- Я хочу увидеть тебя, - шепчет он.

- Нет, - качаю я головой и чуть больше ныряю под воду, так, что остается только моя голова. Всё тело закрыто белой водой.

Он понимает, что я играюсь.

- И чего же ты хочешь, принцесса? - спрашивает он.

- Иди ко мне, - я обезумела. Совсем. Если Максимилиан узнает...

Но я не могу думать. Моё тело способно на разные функции, но сейчас всё оно превратилось в одно большое желание. Желание ласки, прикосновения, удовольствия.

Я смотрю на его белье, на то, как там увеличивается внушительная твердость. Но мне не хватает смелости исполнить и одну десятую своих фантазий.

Тем более, если Максимилиан может видеть моими глазами, что если я буду видеть просто стены в ванной?

- Залезай, - шепчу я. - Я отвернусь.

Я отворачиваюсь, держу руками грудь и чуть приподнимаюсь, давая место для Аарона.

Слышу плеск воды, ощущаю тепло своей спиной.

- По твоей спине бегут капли молока, - говорит Аарон шепотом.

- Н-да? - спрашиваю я и охаю, ощущая шершавый язык на своей ключице. Он проводит теплую дорожку до моей шеи.

Аарон берет меня за плечи, опускает и я послушно ложусь, ощущая спиной его грудь.

Его губы сразу же находят мою шею а руки обхватывают мою небольшую грудь.

- Ты такая красивая, - шепчет он.

- Ты этого не видишь, - отвечаю я, погружаясь в мягкую, сладкую негу.

- Я чувствую. Мне не нужно рассматривать всё твоё тело, хватает только твоего прелестного личика. Я так хотел узнать, как на нем отражается удовольствие.

С этими словами он направляет руку ниже, мягко гладит меня по животу, переходит к бедрам и чуть сжимает их.

- Аарон, - томление становится слишком сильным. Вода, что успела остыть, прохладой ласкает мне кожу, но мне так жарко, что этот контраст только добавляет остроты чувств.

Я понимаю, что он улыбается. Я чувствую, как он гладит мое колено и аккуратно поднимается выше.

Меня больше заводит даже не то, что он делает а то, что я понимаю, что он сделает дальше.

Спрашивать ничего не нужно

- Раздвинь ножки.

Я послушна. Как ещё быть в этой ситуации. Едва я развожу колени, как большая теплая рука ложится на мою промежность. Мягко сдавливает, пальцы умело и мягко касаются складок чувственной кожи.

Хватаюсь за край ванной, сдавливая пальцы. Тело прошибает сладкой волной и второй рукой я закрываю себе рот, что не потревожить никого своим стоном.

Аарон нежен, он без устали целует мне плечи, шею, касается изгиба скул и щек. В это же время мягко раздвигает складки кожи, касается в таком чувственном месте, что я выгибаюсь в крике едва не ударив его головой.

- Тише-тише, милая, - шепчет он. - Не надо, чтобы нас услышали.

Двумя пальцами он мягко услаждает меня. Поворачивает мою голову и целует так, будто поглощает меня. Наверное, это выглядит ужасно пошло, наши языки сплетаются, его напряженная рука под белой водой. Но мне плевать на то, как выглядит.

Важнее это неистовое, дикое, всепоглощающе ощущение внизу живота. Как будто внутри меня зарождается вулкан, который готов к извержению. Так остро, так сладко. Его пальцы совсем немного проникают в меня, больше касаясь чувственной точки над входом.

- Когда тебе будет одиноко, ты можешь делать это сама, - шепчет он.

- Мне нужен ты, - говорю я. - Ещё, пожалуйста.

Он кивает. Ещё несколько движений и вулкан внутри меня разливается по всему телу. Будто фейерверк, только во мне. Кажется, теперь Аарону пришлось закрыть мне рот, чтоб я не была слишком громкой.

Пытаюсь отдышаться. Сознание возвращается медленно и лениво. Тело в приятной истоме.

- Это... - пытаюсь сказать я.

- Не нужно ничего говорить, принцесса. Люблю тебя, - отвечает Аарон и снова целует. Уже в висок, нежно, успокаивающе.

Я понимаю, что он не получил своего удовольствия и ощущаю твердость низом спины.

- А ты? - спрашиваю я.

- А я, потом. Мы не можем так рисковать, тем более из-за твоего брата.

Боги!

Максимилиан, я совсем забыла о нем. Надеюсь, он не видел. Я уже не была так осмотрительна когда Аарон начал делать со мной... это.

Резко отворачиваю лицо от Аарона.

- Если ты боишься, что нас застанут, лучше уже уходить, - проговариваю я, гораздо более холодным тоном, чем сама того хочу.

- Что-то не так?

Сразу же чувствую укол вины. Мой милый Аарон, как же легко он чувствует моё настроение.

Меняю настроение и игриво глядясь о его плечо, заглядываю в глаза.

- Я просто стараюсь быть острожной.

- Ну ладно, - он снова улыбается и медленно выползает из ванной. Я оглядываю то, как по его великолепному, мускулистому телу текут капли молока. Они очерчивают линий его тела, спадают от груди до живота, и по красивым линиям по бокам бедер спускаются ещё ниже.

Задумчиво прикусываю губу, наблюдая за самым сокровенным местом мужского тела. Ещё и во всей своей наполненности.

- Не смотри на меня так, - слышу пыхтение Аарона.

- Как? - я невинно поднимаю глаза на любимого.

- Так. Как. Ты. Смотришь.

Внизу живота снова приятно тянет и мне хочется сжать ноги, чтобы хоть как-то прикоснуться к этому месту.

Улыбаюсь Аарону и он качает головой.

- Ты искусительница, - говорит. - Но я буду благоразумнее нас обоих, так что я... пойду.

- Ты сам виноват, - отвечаю я. - Разбудил во мне это, теперь не погасишь.

Он не выдерживает. Наклоняется и быстро целует меня в губы.

- Я буду гасить этот огонь всю жизнь, как только мы уедем отсюда. Я обещаю тебе.

Уедем.

Теперь, когда между мной и Максимилианом есть эта связь? Я не знаю, как и куда мы можем уехать.

Моя улыбка становится натянутой и грустной и Аарон понимает это. Я отталкиюсь от края ванной и бесцельно смотрю в стену, пока Аарон одевается. Нежно поглаживает мои плечи на прощание.

Собираюсь. Встаю из ванной будто бы немного другим человеком. Человеком, что раскрыл в себе что-то новое. Что познал грани удовольствия и наслаждения, которое даже представить не могла ранее.

Прихорашиваюсь у зеркала. Теперь абсолютно безопасное время, Максимилиан может подглядывать за мной столько, сколько захочет.

Надо не думать о нем. Не. Думать.

А если Аарон узнает, что причина поведения Максилиана это его желание... желание меня? Что он сделает?

Не. Думать. Всё.

Остаток дня проходит пресно. Я подбираю наряды для будущих балов, натираю кожу пахучим маслом. Слушаю сплетни фрейлин. Но в мыслях ещё там, в ванной в нежных и умелых руках Аарона.

Только под вечер я встречаю Максимилиана.

Принц стоит на балконе, оперевшись ладонями о высокие перила. Его голова свешена вниз, будто от тяжести мыслей.

Наверное, правильнее было бы молча уйти к себе. Но что-то не позволяет мне это сделать. Если он одинок, если нужна моя помощь, я должна помочь.

Поругав себя за слабость, подхожу к принцу.

- Ваше Высочество? - окликаю я его специально так официально, что он дергается от моего голоса.

- Моя любимая сестра, - тихо говорит он, оборачиваясь.

- Всё хорошо? - спрашиваю.

Он качает головой.

- Нет. Камериднеры, помощники, военные опрашивали всех, кто мог хоть что-то знать о том, кто пытался меня отравить. Ответа нет. Но, есть хорошая новость. Всё, что было отравлено было предназначено только для меня. Не для всей королевской семьи, так что, возможно, вы в большей безопастности, чем я боялся.

- Вы сможете его поймать, я уверена в этом.

- Ну, если тебе присниться ещё какой-нибудь сон, - задумчиво говорит принц. - Надеюсь, скоро ты расскажешь о своих снах.

- Мы не всегда их запоминаем, Ваше Высочество.

Он кивает. Делает шаг ко мне и я силюсь, чтобы не отстраняться. Одно хорошо, он был так занят, что точно не спал пока я и Аарон были вместе. Но это не мешает ему увидеть прошлое во сне сегодня. И это пугает. Очень пугает.

- Ты вкусно пахнешь, - говорит он.

- Спасибо, это новые масла на руки.

- Нет, не маслом. Молоком. Такой нежный запах.

Я сумасшедший. Но это твоя вина

Максимилиан

- Что?! - Эвелин отпрянывает. Вижу в глазах блеск ужаса.

Боится. Это хорошо. Это правильно. Может ещё чувствовать вину. И главное - стыд. Пусть сама себя сжирает за то, что сделала это, за то, что натворила!

Хотя, я так и не понимаю, что именно она сделала? Насколько далеко они зашли?

Запах её, молочный. И ванна, что я видел, была в молоке.

- Там были зеркала, - говорю я ей. - В ванной есть зеркала. Ты не замечала, видимо, пока он… Почему ты опять выбираешь его, Эвелин?! Какого черта?!

Гнев, который сначала охватил меня, едва я увидел это, чуть спадает.

Это было так логично, чего я мог ещё ожидать? Едва он вышел, он сразу полез к ней. А она и готова отдаться.

Ему, а не мне.

Солдафону. Это даже не предательство с её стороны, это так… глупость. Непонятная с её стороны глупость. Выбрать вместо короля, солдафона, которому повезло родится драконом и мой отец разрешил ему служить в гвардии, а не отправил, как других драконов в монастырь.

А может, просто его мамаша отдалась тайком от мужа, какому-то дракону. Кто знает, может его везение лишь результат чужой похоти?

Эвелин замирает и смотрит на меня. Хочется спросить у неё - зачем. Но больше хочется спросить, какого черта? И что он мог дать ей больше чем я?

Что?!

- Ты знаешь, я его люблю, - мягко говорит она.

Мне хочется врезать в стену. Врезать по этому мужику, что касался моей девочки.

Врезать по ней, я бы не смог, даже если бы знал, что от этого зависит спасение мира и моя жизнь.

Несмотря на то, какую боль она причиняет мне все те годы, что я думал о ней. Несмотря на то, как рвется сердце из груди и каким я становлюсь из-за неё, наверное, жалким.

Никогда не бываю жалким, тем более перед женщиной. Но не перед ней. Я никогда не смогу причинить ей вред.

Она достойна другого. Удовольствия, любви, обожания, поклонения. И я готов ей дать это всё, ей нужно только позволить мне.

Как глупо. Невыносимо глупо. Я умоляю её, унижаюсь, ради того, чтобы она позволила мне сделать её счастливой.

Сколько женщин готовы молиться на то, чтобы я обратил на них внимание, хотя бы одарил взглядом. Провел ночь, осыпал подарками, которые для меня не будут стоить ничего.

Но они мне не нужны. Мне нужна только она. Непокорная дура. Идиотка, что отдается в ванной тайком солдатику, пока её в опочивальне на лучших матрасах и простынях ждет будущий король.

Я бью по стене позади неё, слышу треск кладки и вижу, как резко дергается Эвелин от страха.

Нет, дурочка, я не причиню тебе боли. Только если попросишь, для особого вида наслаждения.

Черти, опять думаю не о том. Должен злиться но… кажется, меня возбудило даже видеть то, как её ласкает другой.

Наверное, я совсем чокнулся.

Она меня сгубит.

- Он лишил тебя невинности? - спрашиваю.

Сжимает губы обиженно.

- Я не буду тебе этого говорить, и вообще. Ты забылся, братик. Я не твоя. Сколько раз ещё повторять.

Судя по обиженной моське - её оскорбил такой вопрос. А значит, она ещё невинна. Надеюсь.

- Нет, это ты забываешься, сестричка. Ты - моя. Просто по моей великой милости, ты можешь что-то рассказывать и считать себя самостоятельной. По моей милости, твой Аарон жив, и что я получаю в благодарность?!

- Ты не должен был видеть! - кричит она.

В гневе она тоже хороша. Забавная, такая грозная, как котенок, шипит, коготки выпустила. Правда оцарапать не сможет, только пощекотать и это будет даже приятно.

- Сумасшедший, - говорит она.

Это правда. Я даже едва киваю.

- Он не лишил тебя невинности, я думаю, он не так глуп. Так что, он просто пытался познакомить тебя с миром телесных удовольствий?

Краснеет, открывает и закрывает рот, будто хочет что-то сказать. Да, кажется я прав.

Абсолютно прав.

- И как? Понравилось? - продолжаю я, наслаждаясь тем, как ещё больше краснеет её лицо.

- Я не буду тебе отвечать, - бросает она.

Да и не нужно. Всё видно по тебе. По покрасневшему лицу.

Я прохожу мимо неё, снова опираюсь на перила. Смотрю на темнеющий в ночи сад под дворцом. Красивое место.

- Что ты сделаешь? - слышу её голосок.

- Ничего, - отвечаю.

- Разве?

Смелая. Не хочет ждать, пока я решу, какую казнь придумать для её любовника. Ведь его можно уже так называть. Сжимаю кулаки, правая рука немного болит выше запястья.

- Главное наказание, для тебя и для него, понимание, что вы не сможете ничего скрыть от меня. Я всё увижу. Прознаю. Почувствую. Ты не сможешь спрятаться от меня. И это, самое главное. Мне неприятно, что ты якшаешься с ним, и если попробуешь в ваших играх дойти до чего-то серьезного. Я убью его. Узнаю, и убью. И не скажу тебе о том, что я это узнал, пока не подам тебе его голову.

Чуть оглядываюсь и вижу, как она вжимает голову в плечи. Правильная реакция.

- А сейчас, ты нас прощаешь?

- Нет. Я просто понимаю, твоё желание. Твое рвение, и это мило. Мне нравится наблюдать за тем, как невинный цветочек пытается стать женщиной. Я дождусь, пока ты достаточно решишься на то, чтобы наконец-то сделать правильный выбор. Ожидание удовольствия, знаешь ли, тоже приятно.

- Сумасшедший, - опять говорит она.

- Ну да. Я и не скрываю. Вот только этот сумасшедший может узнать о тебе всё, все твои маленькие, - подхожу к ней. - милые и пошлые секретики. А ещё, я обладаю безграничной властью над тобой и им. И я ей воспользуюсь, если снова ослушаешься. Поняла?

Она поворачивает голову вбок, смотрит мне прямо в глаза. Ещё одно качество, которое мне так в ней нравится. Смелость. Бойкость. Может из-за того, что она принцесса но она чувствует себя достаточно защищенной, чтобы сметь смотреть мне в глаза.

Мои наложницы, даже если я хочу, этого не делают. Даже если я имею их снизу, сверху они сидят сгорбленные так, будто готовы сделать реверанс.

Понравилось, Эвелин?

Клирик Амбер придирчиво осматривает мою руку. Зажимает мне запястье холодными пальцами и слегка проводит плотным желтым ногтем.

Я морщусь от омерзения, и поднимаю недовольный взгляд на него. Но ему будто плевать, он продолжает осматривать меня. Одет как всегда в огромный, тёмный балахон скрывающий лицо.

- Это… то, что я думаю? - я решаю первой поднять этот вопрос.

- Похоже. Но есть некоторые особенности. У вашего истинного, если это действительно дракон, должна быть такая же метка. Такого же цвета, а также рисунка. Они должны совпасть полностью, если вы прикоснетесь руками. И после этого появится сияние, оно ознаменует то, что вы истины. И вашему браку не сможет помешать никто и ничто.

Я слушаю его внимательно, давным-давно мне рассказывали об этом, но я и представить не могла, что это может касаться меня. Что я буду Истинной дракона.

А что если? Что если Аарона?

В голове проносятся фантазии о том, как мы женимся, и нам никто не может помешать. И где-то там, стоит печальный Максимилиан.

Как всегда с его въедливым взглядом. С видом хищника, что вот-вот кинется на добычу. Красивый, одинокий.

Улыбка сползает с моего лица. Я, наверное, плохой человек. Только плохая женщина может мечтать об одном мужчине, и потом тут же о другом.

- Меня смущает цвет метки. Обычно он выглядит точно как один из четырех цветов основных стихий. Зеленый, земляной, синий и алый. Ваша же метка… сиреневая?

- Это фиолетовый, - поправляю я.

Он опять морщится.

Переворачивает мою руку. Метка возникла на запястье и такая же с тыльной стороны ладони.

- Фиолетовый, - повторяет он. - Странная она. Ещё и… будто бы повторяется. Или двойная. Я не понимаю. Не понимаю, как вы можете провести ритуал совмещения, если меток у вас две. Я таких не видел, и не слышал о таких.

- И что? - спрашиваю я. Он говорит так, будто на что-то намекает.

- Позвольте мне аккуратный вопрос, юная леди, - спрашивает он выровнявшись в полный рост. Бледное сморщенное лицо с острыми скулами в теплых тонах моей комнаты, кажется ещё более жутким. - Миледи, я никому не расскажу, если вы.. сознаетесь.

- В чем? - спрашиваю я.

- В том, что сами нанесли себе метку. Какой-то мелкой запрещенной магией. Возможно решили, что будет отличный способ женить на себе единственного принца. Вас вряд ли поженят, учитывая вас статус и названное родство, но кровосмешения на самом деле нет, а значит, если бы вы были бы истинной, вам бы никто не помешал выйти замуж за вашего сводного брата.

- Вы с ума сошли?! - я повышаю тон и в этот же момент, мою дверь едва не выламывает Максимилиан.

Никогда не была так рада его видеть!

- Я просто должен уточнить, если вы по незнанию, по юности могли бы воспользоваться услугами магов…

- Нет! Я никогда не пользовалась услугами тёмных магов, я без вас знаю их статус! - грубо говорю я. - А моё колдовство защищено законом!

- Вам не стоит отрицать очевидное, Ваше Высочество. - он сжимает мою руку сильнее, сдавливая до боли.

- Да я же сказала, нет! - кричу я.

В этот же миг, лицо клирика исчезает и я вижу вместо него спину Максимилиана.

Он так быстро встает между нами, что я даже не осознаю, что происходит.

Выглядываю из-за его плеча и удивленно обнаруживаю меч, в его руке.

- Макс! - пищу я.

- Что происходит? - он кивает вопросительно клирику.

Тот только округляет глаза.

- Я не пытался обидеть вашу…

- Не заметил. Что. Происходит? Эвелин? - он обращается ко мне, не спуская глаз с клирика.

Совсем обезумел! Церковники обладают большой властью и… так нельзя.

Я сжимаю плечи Максимилиана.

- Всё хорошо, пожалуйста, - шепчу я. - Отец Амбер просто уточнял у меня кое-что. А я говорю, что это невозможно и он ошибся. Всё. Всё нормально.

Макс только хмыкает.

- Вам одного раза не хватило? Её Высочеству необходимо тратить своё драгоценное время, чтобы повторять вам? Может быть, вам стоит меньше молиться и чаще чистить уши? - спрашивает Макс у Амбера.

Тот лишь слегка кивает и молча отходит на несколько шагов. Макс кладет меч в ножны, но не застегивает их. Поворачивается ко мне.

- Что происходит?

Мне не хочется показывать ему метку, но я понимаю, что нет выхода. Я только протягиваю руку.

Он критически осматривает её и улыбается.

Показывает мне своё запястье.

Даже когда я вижу его улыбку, вижу блеск в глазах, я понимаю, что увижу там. Метку.

Да, рисунок такой же. Дракон будто бы играет с огромной лентой. Вот только рисунок Максимилиана другого цвета.

- Позволите, Ваше Высочество? - спрашивает Амбер и делает осторожный шаг.

- Я думаю, тут нечего и озвучивать, - говорит Максимилиан, глядя прямо на меня.

Что же? Всё решено. Так?

- Боюсь, вы не правы. Это не та метка, - произносит Амбер.

- Что за бред?! - Максимилиан недовольно поворачивается, будто бы клирик его отвлекает от меня.

- Как я объяснял, принцессе Эвелин, метка дракона обладает стихией. По ней видна та стихия, что ближе к дракону. Ваша метка - алая, Ваше Высочество. Метка же на руке Эвелин, плохо поддающегося цвета. Это скорее смесь тонов.

- Глупость говоришь, - выдыхает Максимилиан. - Мы связаны, и заметили это давно. Просто… не знали почему, а теперь. Теперь есть метка.

Макс говорит это так горячо, что мне становится неловко. Он берет мою руку и прижимается своей меткой ко мне.

Но… ничего не происходит.

- Не понимаю, - рычит Макс. - Рисунок одинаковый…

- Как я и говорил, - комментирует Амбер. - Она необычная. Я думаю, что это последствие магии. А тёмная магия, как вы помните, под чистейшим запретом в нашей стране. Не потому мы сотрудничали с вашими предками последние сотни лет, чтобы так легко упустить очевидную магическую подделку прямо во дворце. Я надеюсь, вы хорошо учили историю и знаете, почему магия запрещена.

Амбер с каждым словом повышает тон, и его голос звучит эхом по всему зданию. Макс снова поворачивается.

Лучше говори прямо

Интересно, могу ли я ему что-то ответить?

Тело так размякло от сладкой судороги, что я лишь лениво мягко шепчу:

- Можешь ли ты слышать меня?

Он усмехается. Смотрит снова в зеркало.

- Да, я могу тебя слышать, Эвелин.

- Я здесь, - откликается другая Эвелин.

Мне неловко перед ней. Наверное, это неправильно. И я не должна заботится о ней, но внутри сердце неприятно сжимается от мысли, что её использует Макс.

Использует из-за наших одинаковых имен. А теперь, в этот момент её тело вообще было игрушкой в руках Макса.

Да и может быть, оно всегда было просто игрушкой.

Я не виновата в этом, но мне неловко. Макс же бросает на девушку быстрый и равнодушный взгляд.

- Уходи к себе.

Она быстро кивает пару раз и исчезает за дверью, громко ею хлопнув. Она даже не оделась, а лишь прикрыла тело скомканным платьем.

- Всё нормально, Эвелин? - спрашивает Макс в зеркало.

- А что? - шепчу я.

Со стороны, наверное, безумно то, что я общаюсь сама с собой.

- Ты как-то… взгрустнула? Ты ревнуешь? - он спрашивает прямо.

- Я отвергаю тебя, и говорю о том, что люблю другого. Я не имею права тебя ревновать, - я говорю так, будто отчитываю маленького ребёнка, сказавшего глупость.

Беда в том, что я не могу пояснить собственных мыслей и чувств. Макс делает это за меня.

- Я не говорю о праве, Эвелин. Я говорю о чувствах. Ты ревнуешь меня к другой Эвелин? Ты бы хотела быть на её месте? Ты бы хотела ворваться сюда и выволочь шлюху за волосы? Ударить меня за то, что я хочу кого-то кроме тебя?

Я отмалчиваюсь. Но не могу заставить себя открыть, наконец-то, глаза и прервать нашу связь и странный разговор.

- Правда в том, что я прав. Что ты ревнуешь. Но, поверь мне, девочка моя, когда ты станешь моей мне не нужна будет ни одна другая женщина в этом мире.

- Ты говоришь «когда», а не «если», - замечаю я.

- Неужели сегодняшние события тебя ничему не научили? - Макс улыбается. Наконец-то встает в полный рост и я снова не сдерживаюсь, чтобы осмотреть его тело. - Чтобы ты не думала, ты моя. Теперь я не думаю это, я не надеюсь на это и не мечтаю. Я уверен. Осталось тебе наконец-то с этим смириться.

- Спокойной ночи, брат, - шепчу я.

- Спокойной ночи, любимая моя девочка. Надеюсь, встретимся в твоем сладком сне.

- Сумасшедший, - говорю я и распахиваю глаза.

Я чувствую, будто выключаю связь между нами, закрыв дверь в своей голове. Закрываю глаза.

Да, теперь темно. Как и должно быть. Судорожно вздыхаю и засыпаю. Сон накрывает меня быстро и нежно.

*****

Максимилиан

Просыпаюсь не ранним утром, как обычно, а днем, когда солнце уже в зените.

Подтягиваюсь на шелковых простынях, думая о вчерашней ночи. Черти! Я лишь видел в зеркале слабый образ, очертания Эвелин.

Как будто бы полупрозрачного призрака, но уже этого хватило мне, чтоб потерять голову.

Да, замена Эвелин, наложница обхватывала мой член своим нутром уже второй раз. Повезло ей, что она может кончать, когда её имеют так бесцеремонно. А может быть, она кончала так именно со мной?

В любом случае. Для меня это был механический, бесполезный секс. Я отчаянно пытался сбросить оттягивающий брюки стояк, рвался к оргазму, но на задворках сознания понимал, что мне не светит, и из-за этого только злился.

Всё изменилось в тот миг, когда я осознал, что Эвелин в зеркале мне не мерещится.

Я ощутил сладкую волну от члена к низу живота, что стала расползаться по телу. Только видеть её лицо, пусть и полупрозрачным духом. И голос.

Не сразу, но я стал слышать её прерывистое дыхание, легкий, такой тихий и сладкий стон, что она пыталась скрыть. А ведь даже не догадывалась, что я мог её слышать.

Моя девочка научилась ласкать себя. И да, делала она это, глядя на меня.

Теперь пришлось сдерживать себя, чтобы не кончить тут же, вслушиваться в тихий, такой отдаленный голос Эвелин, чтобы понять, когда кончит она.

И только после этого, когда услышал сдавленный крик, представил, как она сжимает губы, пытаясь из-за всех сил не закричать, я позволил себе, излиться в наложницу.

Это был самый яркий взрыв в моей жизни. Даже когда я испытал это впервые, когда был смущенным но очень жаждущим мальчиком, даже не позволяющим себе скабрезности в отношении Эвелин. Ещё не понимая, как сильно я в неё влюблен.

Даже тогда, это было не так охрененно, чем когда я просто знал, что Эвелин смотрит сейчас. Что она хочет сейчас.

Что она далеко, в своей мягкой и теплой постельке, наверное, ещё стесняясь и под одеялом, работает тонкими пальчиками, теребя нежные складки.

Её девичье тело знакомиться с тем, что значит, быть женщиной. И подсаживается на это быстрее и сильнее чем на все веселящие травки.

Я бы так хотел быть там. Попробовать её на вкус, выпить её стон, заставить кончать не от вида, а от чувства, вкуса, наполненности.

Ну всё. Теперь нормально не встану. Пришлось звать наложницу, чтоб она высосала из меня дурь.

Она управляется быстро, улыбается довольно, демонстративно высунув язык и показав что проглотила сперму. Хорошая, услужливая девочка.

Но не та, что мне нужна.

Только теперь, смогу хоть немного поработать а не думать о мягкой, сладенькой плоти моей милой Эвелин.

Хотя ещё одна приятная обязанность у меня есть.

Разговор с Аароном.

Пора положить конец, ему наглости, по отношению к Эвелин.

Одеваюсь, прихожу в тронный зал. Приказываю секретарям работу начать позже, а вызвать для аудиенции Аарона и пойти прочь.

Но мой секретарь Ганс, как-то странно сжимает губы, глядя на меня.

Любит он показывать своим лицом, что что-то не так.

- Что? - киваю я вопросительно. - Лучше говори прямо.

- Аарон вчера вечером был сам не свой. У него кое-что случилось. Майор отпустил его на сегодня. Я спрошу, может он в замке, но может и не здесь. И вообще, по традиции он должен проставиться. Хотя ведет себя так, будто мешком по голове ударили.

Её звали Эвелин

Максимилиан

Метка-метка-метка. У Аарона возникла метка истинности. Ещё одно доказательство, что он дракон. А так и не скажешь.

Всё это очень вовремя, надо просто найти его истинную и быстро их поженить.

На задворках разума мелькает мысль о том, что его метка может быть меткой Эвелин и тогда…

Нет-нет. Не могут со мной так поступить высшие силы?!

А если могут? А если это мне наказание за порочную страсть к той, которую мне назвали сестрой а не невестой?

Что если, я вор и пытаюсь украсть любовь у неё и у Аарона?

Сжимаю зубы до скрипа.

Пошло оно всё. За то, чтобы быть с Эвелин я вызову на дуэль и её истинного и самого сильного бога. Я сокрушу кого угодно ради неё.

Ради её тела, белого, нежного, хрупкого. Невозможно от него отказаться.

Невозможно его упустить.

Слышу шаги Аарона за спиной, оглядываюсь и вижу этого паренька, что стоит на том конца тронного зала. Даже издали вижу гордое и напряженное лицо.

- Я наслышан о важнейшей новости в твоей жизни. Явление метки. Это так? - я делаю шаг к нему.

Надо понять, знает ли он о метке Эвелин. Может быть, это какая-то хитрая игра? Надо понять.

Он кивает.

- Да.

Нехотя протягивает мне руку и я застываю на полпути к нему.

Она. Такая же. Как. У меня.

Мне нужно испуганно смотреть на свою руку, за прошедшие вечер, ночь и утро я успел изучить каждую линию на своей метке.

Они одинаковы. Кроме цвета.

Его метка темно-синяя. Глубокого цвета ночного озера.

Слишком сложно не начать крушить всё вокруг. Слишком сложно сохранять спокойное лицо. Меня может выдать только то, как я быстро и нервно лизнул губы.

Ему НЕЛЬЗЯ видеть её метку. Нельзя.

Но она и не такая как у неё. Бьюсь об заклад, если он коснется своей меткой её - ничего не произойдет. Как и у меня. Другой цвет.

Это какая-то магия, или чертова игра или…

- Ваше Величество? - осторожно спрашивает Аарон и убирает руку. Наверное, затекла, пока я пялился.

Черти!

- Оставь в покое Эвелин, - вдруг говорю я.

Сам удивляюсь собственному тону и голосу. Но деваться уже некуда. Поднимаю взгляд на Аарона и вижу, как двигаются желваки на его скулах.

- Я ещё не встретил Истинную. И даже явление метки, - голос срывается. Ему больно говорить. Да, он не догадывается, что у Эвелин она есть. Повезло. Надо проверить как там с распространением слухов.

- Ты ей не ровня. Ты ведь это понимаешь?

Хочется добавить что-то про куриный мозг но… ладно, Аарон не показывал себя глупцом. Кроме того, что пытался переспать с принцессой.

Хотя, мне ли его винить?

- Я понимаю, что люблю её. И… даже если я не могу быть ей мужем или ещё кем-то. Я всегда буду защищать её, - он смело поднимает взгляд на меня. Смотрит в глаза. - От всех, даже от вас, если понадобится. Её безопасность и счастье важнее всего на этом свете.

- Защищать от меня? - мягко повторяю я.

- Если Эвелин не увидела, из-за своей чистоты, невинности и вере вам, то это не значит, что этого не вижу я, - он говорит порывисто, глаза чуть сужается. Появляются морщины, которых раньше не было. - Вы её взглядом пожираете, раздеваете. Это так видно. Вы помешаны на ней, больны, одержимы ею.

- Это не твоё дело, - бросаю я. Ощущение, будто он ворвался куда-то в глубину моей души и стал рыться в моих вещах грязными руками.

- Моё, пока касается её безопастности, - отвечает он.

- Думаешь, я мог бы причинить ей боль?! Ты понимаешь, о чем говоришь?! Я...

- Я не уверен, что вы сами понимаете, на что способны. Особенно, если она вам откажет.

Если? Почему «если»? Разве он не уверен, что она влюблена в него? Или что-то знает? Или что-то…

Черти!

Что если у него есть какая-то связь с ней? Как у меня? Вот только она ещё не проявилась. Или проявилась, только она мне не сказала.

- Ты слишком мелкая сошка, чтобы говорить мне о том, кого я имею права желать, а кого нет! Также и по отношению к ней. Ты недостоин того, чтобы даже интересоваться тем, что и к кому она чувствует. Твоя задача - защищать её, но как ты можешь её защищать, если хочешь оставить зарубку на своей кровати, и хвастаться друзьям о том, что отымел принцессу? О какой защите может идти речь?!

- Не сравнивайте меня с собой, я её люблю и никогда бы… - он повышает голос. Меня это бесит. - Это не так.

- Ладно, надоело, - фыркаю я. - Что хочешь?

Киваю ему вопросительно.

- Могу сделать генералом, могу освободить от службы, сколько тебе там надо золота, чтоб жил до конца дней? Может имение? Титул? Чего хочешь, чтоб отстал от моей сестры?

Аарон смотрит на меня шокировано. Да, я не привык торговаться. Просто скажи чего хочешь и исчезни из жизни Эвелин.

Но он качает головой.

- Нет, вы меня не прогоните.

- Я тебя могу посадить в темницу и казнить в любой момент, - напоминаю я.

- Можете, но не сделаете. Эвелин вас не простит.

- Смогу что-то придумать, - шепчу я, не веря сам себе.

- Придумайте. Но я никуда не денусь. Вам придется заставить меня силой.

Он хмыкает.

- Вас или армии. Я не отступлюсь, пока не буду знать, что она в безопастности. В том числе и от вас.

- А если она любит меня? Об этом ты не подумал?

Эти слова его задевают. Он опускает взгляд.

- Тогда пусть она об этом скажет. Не под принуждением. И прогонит меня.

- Тогда уйдешь?

- Тогда я буду защищать её так, чтобы саму её не беспокоить.

- Да ты… - из меня хочет вырваться слово «сумасшедший» но я осекаюсь. Это то, как меня называет Эвелин.

Из-за моих чувств к ней.

Черти. Неужели он действительно… он её любит? Не так сложно влюбиться в Эвелин, но все же… это странно.

Я отворачиваюсь.

- С тобой сложно говорить, - замечаю я.

Он не отвечает. Вздыхает.

Вдруг, позади него возникает фигура. Темная, она толкает Аарона и тот успевает мгновенно сгруппироваться, толкнуть фигуру и выставить меч.

Пробудь эту ночь со мной

Эвелин

Стук в дверь отвлекает меня, когда я мягко наношу кисточкой тени под глаза.

Не успеваю я подумать о том, что мне померещилось, как стук повторяется. Громче, требовательнее.

- Кто?! - спрашиваю я беспокойно.

- Я, - голос Максимилиана.

Это странно. Что ему может быть от меня надо? Точно ли мне его впускать, особенно после вчерашнего?

- И я, - мягкий голос Аарона.

Это ещё более странно, но я подлетаю к двери и распахиваю её.

Двое мужчин с мрачными лицами. На руках и одежде что-то красное. Они оба входят в комнату, пройдя мимо меня. Молча.

Я удивленно оглядываюсь. Каждый раз, когда я видела их вдвоем, это была какая-то ссора между ними, но сейчас они не выглядят как те, кто готов друг на друга кинуться.

Наоборот, их движения в чем-то даже синхронны, если даже они сами этого не замечают. Они явно обуреваемы очень похожими эмоциями.

- Вы подружились? - говорю я, и сама удивляюсь тому, насколько странным, пищащим голосом я это сказала.

Они оба поднимают на меня взгляд.

- Эвелин мертва. Моя наложница, - говорит Макс.

Я в ужасе закрываю рот рукой, чтоб не вскрикнуть.

- Как?

- Убили. В замке небезопасно, совершенно. Нам нужно быть осторожными, пока мы не поймем, кто это… пока вы в опасности, оба, - продолжает Аарон.

Я силюсь, чтобы не осесть у двери как маленькая, испуганная девочка. Держу себя в руках.

Сложно что-то говорить. Я солгу, если скажу, что хорошо знала её, или любила мою тезку. Но… она не сделала никому ничего плохого, молодая девушка…

- Мне жаль, Макс. Я понимаю, что вы были близки и…

Он не отвечает.

Опускает взгляд, снова думая о чем-то своем. Я не понимаю, его эмоций и чувств.

- Нам нужно усилить безопасность замка, каждой королевской особи в нем. Это вы и Эвелин, - продолжает Аарон, глядя в лицо Максу. Тот кивает. Смотрит так, будто находится где-то в другом месте.

- Да-да, охрана, днем и ночью.

- Вам нужно собрать клириков, людей по особым делам, исследователей и…

- Ты ещё не понял? - Макс говорит неожиданно резко и смотрит на Аарона.

- Не понял чего?

- Нам некому доверять. Я доверяю только Эвелин, тем более, что она меня и предупредила и тебе, потому что ты… - он снова посылает странный взгляд Аарону, тот выдерживает его.

- Потому что для меня высшая ценность это безопасность принцессы, - продолжает он за принца.

- Да, и потому, что пока убивали наложницу ты был далеко. И когда меня травили ты был в темнице, - добавляет Макс.

- Это честно.

- И что? - вклиниваюсь я в разговор.

- Милая, - Макс будто просыпается, выходит из своих мрачных мыслей и подходит ко мне, взяв меня за руки. - Ты видела во сне кинжал? Ты же его видела, да?

Киваю.

- Ну… да.

- Отлично. Тебе нужно будет его узнать. Так и найдем… убийцу, - говорит Макс.

- В каком сне? - теперь очередь Аарона удивлено оглядываться.

Я стыдливо опускаю голову.

- Между нами с сестрой есть связь, о которой клирикам лучше не знать. Обвинят в использований темной магии, понял?

Аарон живо кивает.

- Да, конечно. Эви, ты мне не сказала…

Я неловко пожимаю плечами.

"Эви", он так называл меня когда мы ещё были детьми. Совсем недавно.

- Не отходи от неё, - бросает Макс Аарону. - Закрываем врата замка, каждый пусть покажет свое оружие. Эви, как ты говоришь, узнает его. Верно?

Я киваю.

Мужчины тоже кивают мне в ответ, почти синхронно. Это выглядит необычно, но я осознаю, что мне это нравится. Мне нравится видеть их в союзе.

***

Следующие часы проходят нервно и однообразно, под различными предлогами Макс приводит ко мне мужчин, и заставляет показать своё оружие. Мечи, даже кухонные ножи. Он делает это так, чтобы клирики не поняли и не увидели, что происходит.

Однако, подозреваемых осталось совсем немного. И Макс уже заявил, что это могут быть и клирики, и тогда… Тогда нам не сдобровать, потому что мы не сможем провести нашу проверку, это будет слишком рискованно.

А уж учитывая, что меня уже подозревали в темной магии...

Последним подозреваемым Макс приводит темноволосого нервного молодого мужчину.

- Он и застал тело, - шепчет мне Аарон. - Он немного не в себе.

Он почти не говорил со мной, все это время. Просто исполняя роль моего защитника. Я благодарно смотрю на него, слегка киваю и Аарон дарит мне мягкую улыбку.

Его пухлые красивые губы. Не вовремя сейчас думать о том, как они ласкали моё тело.

Максимилиан подводит ко мне юношу, едва не за шкирку. Я вздыхаю, готовясь к очередному лицезрению мечей, ножей и других колких предметов.

- Я не понимаю, Ваше Величество, - мямлит парень.

- У тебя есть же твой меч пажа, просто покажи его.

- У меня нет нет меча, - пищит парень.

- Да он почти ребёнок, - проговаривает Аарон.

- Я не ребёнок, - бросает паж в ответ. Смотрит на меня и мне становится внезапно жутко от взгляда.

Он не горячий, не страстный, не мягкий, теплый. Он грязный, темный.

У меня кружится голова и я отступаю на шаг.

- Эви?! - Аарон беспокойно касается моего локтя.

- У тебя есть какое-то родовое оружие? Неужто ты ходишь без даже небольшого кинжала? - спрашиваю.

- Я… да, - мнется парень и едва заметно сжимает кулаки.

Аарону не нужно говорить дважды, он понимает всё по моему напряженному взгляду. Одним движением слегка отталкивает Макса. Тянет руки к пажу и два раза хлопает его по телу.

- Здесь, - говорит он. - Оружие. Доставай.

Глаза у пажа округляются, он быстро переводит взгляд с меня на мужчин.

- Делай. Что. Велено, - говорит Макс.

Паж трясущейся рукой раскрывает верхнюю часть своей одежды, лезет рукой куда-то себе же под ребра и я вижу тот самый нож из сна.

Испуганно вскрикиваю.

Никому ничего не нужно объяснять. Особенно тогда, когда паж, видимо, решив, что это его последний шанс, пытается накинуться на Максимилиана.

Не надо так делать, принцесса

- Да ты уже в край! - Аарон от бешенства выхватывает меч из ножен и направляет на Максимилиана.

Черти! Лезвие так близко к горлу будущего короля, но тот не двигается. Только чуть отодвигает голову, лениво рассматривая оружие.

Я так радовалась тому, что они были сегодня союзниками. Но нет, они снова враги. И снова из-за меня.

- Нет-нет-нет! - я с визгом подскакиваю, встаю между ними и смотрю в глаза Аарона.

- Всё нормально. Я… я должна Максиму и… всё нормально, - я не знаю, что сказать.

- Что тут нормального?! Ты болен, - бросает Аарон глядя в глаза Максимилиану.

- Ты тоже, - отвечает Макс. - Мы оба знаем, что больны одним и тем же. Одной и той же. Ты не лучше меня, просто менее смелый, и более везучий. Разве нет?

Я краснею, глупо и стыдно. Я понимаю, что они говорят обо мне. Снова.

- Эви, ты не обязана… - начинает Аарон.

- Всё нормально, - повторяю я и мягко касаюсь его рук. - Я просто проведу с ним ночь. Мой брат, человек высоких моральных качеств и не сделает ничего… бесчестного.

Я оглядываюсь на Максимилиана и по его чуть выдернутой брови, понимаю, насколько же он не согласен с моими словами.

Зато Аарон хоть немного успокаивается.

Боги. Это же просто два диких зверя, которых приходится держать в узде.

Тяжело мне с ними.

- Обидишь её и я… - Аарон предупредительно поднимает меч ещё чуть выше, касаясь лезвием подбородка принца. Но Максимилиан не злится, только усмехается.

- Всё-таки, это хорошее качество. Ты верен ей, услужлив и лаешь на всех, кого считаешь её врагом. Не думал, что Эви так хотела собачку, но она её получила. Хороший мальчик, - издевательски тянет Макс.

Аарон кривит лицо и делает небольшой, скорее угрожающий выпад, который останавливаю я, буквально повиснув на его сильных руках и тем самым, заставив его всё же опустить меч.

- Пожалуйста, не надо. Он просто издевается. Пожалуйста, Аарон!

- А ты говоришь о его чести?! Где она у него?!

- Я твой будущий король, не забывайся.

- Да какая разница!

- Хватит! - я поднимаю руки, так что обе ладони перед лицами драконов. - Хватит. Оба! Вы сами говорили о том, что мы должны доверять друг другу. Только мы есть друг у друга. Только мы.

Молчат. Сверлят друг друга взглядом. Потом, будто синхронно становятся мягче. Смотрят на меня и едва кивают, показывая согласие.

- Жду тебя в своих покоях, сестренка, - говорит Макс.

Я нехотя краснею и посылаю ему самый недовольный взгляд из всех возможных. Он лишь улыбается. Не хитро, не злобно. Даже мягко, как действительно может улыбаться старший брат.

Он уходит, а Аарон злой и бродит по кругу как дикий зверь. Он раздражает меня этим.

- Я просто переночую с ним. Здесь ничего такого нет, Аарон.

- Ты сама в это веришь?

Нет, конечно!

- Да, - ещё никогда не приходилось так нагло врать глядя в глаза. Тем более Аарону. - Сегодня сложный день, я не думаю, что Макс сейчас может думать, о чем-то кроме своей потери.

- Ладно. Но я буду за дверью, и если хоть что-то не так - пикни. Я его убью. На месте.

Милый мой мальчик. Наивный и смелый. Добрый и бесконечно сильный. Я не могу пересилить волну нежности к нему. Приподнимаюсь на цыпочки и глажу его лицо.

- Убивать принца, Аарон. Это самоубийство, - мягко говорю я.

- Я знаю. Я сам не жилец после такого. Меня казнят наутро. Но ради твоего спасения, я сделаю это. Ты будешь свободна и… одна, - он шепчет это так спокойно и уверенно, что я понимаю. Он верит в то, что говорит. Он может это сделать.

Я сжимаю губы, нервно облизываю их и Аарон наблюдает за этим.

- Не надо так делать, принцесса.

- Как? - не понимаю я.

- Одно твоё невинное движение вызывает столько... чувств, мыслей, желаний. Совсем не невинных, - он глубоко вздыхает. Как-то судорожно, мнет свою руку. - Он прав... мы оба больны тобой.

Оба. Вот только моя метка...

Нужно сказать ему!

- Я должна тебе сказать, кое-что… недавно, случилось нечто странное… - мягко подвожу я, касаясь рукой своей метки.

В пылу ссоры её даже никто не заметил. Странно.

- Давай отложим сложные разговоры на хорошее время, Эви, - перебивает Аарон. - Мне тоже есть, что тебе сказать, но… сейчас у нас другие проблемы. Я должен знать, что ты в безопасности от своего брата и его врагов. И потом мы разберемся со всем остальным. Хорошо?

Я киваю чувствую облегчение в теле.

- Ты, наверное, прав.

*****

Этим вечером я собираюсь в покои Макса. Надеваю большие круглые золотые серьги, и потом нервно их бросаю на комод.

Я не должна наряжаться. Это не свидание. Это повинность, которая не должна кончиться ничем «особым».

Ничем.

Но наношу на себя ароматное масло сандала.

Дура. И предательница.

И предаю, похоже, обоих.

Потому что тянет меня, к обоим. К Аарону, к его свету, его силе, честности, какой-то дикой доброте вместе с воинской честью. И Максимилиану. Если бы дьявол пришел на землю, он бы поклонился ему в уважений. Его тьме, хитрости, силе и... страсти.

Невыносимо.

Разве можно любить двоих? Желание это всегда про любовь, а любить можно только одного мужчину за всю жизнь. Я так чётко это уяснила.

Так что же это? Банальная жадность? Не знаю.

В любом случае, я должна сделать это. Надеваю тёмное, шелковое платье с кружевным декольте и сгребаю своё одеяло. Не под одним же одеялом спать с Максимилианом?

Вот так, в ночнушке и с одеялом в руке я стучу в дверь покоев сводного брата.

Он открывает быстро. В расстегнутой белой рубашке, черных брюках, с небрежными темными волосами и слегка мутным взглядом, будто только проснулся или выпил.

Он оглядывает мою ношу.

- Будешь ставить палатку? - спрашивает.

Я молча моргаю в ответ.

- Мне зайти? Я могу и к себе вернуться.

Он молча отступает, проведя меня с улыбкой.

Ты наказываешь меня?

- Тебя не приглашали! Кровать для троих не предназначена,- говорит Максим, смеющийся со своих же шуток.

- Я буду за дверью. Если Эви подаст знак, я… буду защищать её, - отвечает Аарон.

- От меня? - лениво уточняет Макс.

Аарон молча кивает.

- Похвально. Приятной ночи. Место! - Максим будто дает команду, указывая на ковер под дверью.

- Смотри, как бы сам не начал искать… место, - отвечает мрачно Аарон.

Мужчины.

Я только закатываю глаза.

Судорожно вздыхаю и, чуть подвинув Максима, прохожу внутрь комнаты. Максимилиан закрывает дверь за мной и мой взгляд сразу упирается в разожженный камин.

Перед ним стоит невысокая тумбочка, кресло. А на тумбе большая и толстая бутылка виски и бокал.

- Ты пил? - спрашиваю я. Хотя всё и так ясно по запаху и инструментам для открытия бутылок на полу.

- Да, - отвечает Макс.

Теперь понятно, чего он такой веселый. Защищается от собственной боли.

Мне становится не по себе.

- Ты горюешь?

- Нет, - он качает головой и взгляд становится грустнее.

Зачем он врет мне?!

- Может быть, ты врешь сам себе? Это нормально. После того, как ты потерял… девушку, с которой ты был близок, горевать нормально.

- Эвелин, я не тоскую по ней. И… мне стыдно за это. Вернее, нет. Мне не стыдно! И должно быть стыдно, но... Я должен хоть что-то чувствовать. Обязан, - объясняет он. - Но я пустой. Я так же хочу тебя, смеюсь с Аарона, я ненавижу своих врагов. Это всё, что я чувствую. А ведь я был близок с ней. С другой Эвелин. И она мертва. А мне плевать, просто плевать. Мне должно быть стыдно, но я только рад, что смог вытащить тебя сюда.

Он проходит мимо меня и приглашает жестом на кресло напротив своего. Я бросаю одеяло на кровать и послушно сажусь.

После его небольшой исповеди, мне сложно что-то говорить.

Максим подходит к ящику, отпирает ключом, проверяет какие-то только ему понятные вещи на двери.

Вытаскивает оттуда серебрянный поднос с фруктами и сладостями. Ставит рядом со мной.

- Лично проверены и спрятаны под замок. Ещё и с системой, чтоб я мог видеть, открывал ли кто.

- Спасибо, - улыбаюсь я.

- Не за что, принцесса моя, - тянет он.

Мы молчим. Пламя из камина отплясывает на его лице разными бликами. Я любуюсь этим.

- Ты ведь ледяной дракон, - говорю я. - Но кажется, что огонь более твоя стихия, чем лед или вода.

- Возможно. Даже моя метка говорит о том… - он хмыкает. - Моя метка. Ты помнишь, что мы истинные друг друга, Эвелин?

- Мы не знаем этого точно.

- А я знаю. Я чувствовал это всегда. Мне ведь не нужно говорить тебе о том, что погибшая… что я её выбрал, в том числе, за имя?

- Ещё одно слово и я уйду.

- Не уйдешь, ты должна провести эту ночь рядом. А она только началась. Волшебная ночь, - он улыбается только глазами, пьяными глазами в которых играют черти.

- Что ты будешь делать дальше? - спрашиваю.

- Узнаю, кто дал яд пажу. А потом, разберусь с врагами. Потом разберусь с некоторыми неприятностями. Потом, надеюсь, всё будет хорошо. И ты станешь королевой.

Я закатываю глаза.

- Я не давала согласия на брак.

- Это вопрос времени.

- Через сколько я отвечу согласием?

Мне кажется, лучше было бы молчать.

Да, надо было просто молчать. Потому что теперь, Макс поднимается с кресла. Обходит меня и кладет большую руку мне на плечо.

Опускает её беззастенчиво к моей талии пройдясь непозволительно близко к груди. Мне надо было бы вырваться, пискнуть или возмутиться, но это совершенно наглое касание с одной стороны злит а с другой… дурманит.

Искуситель чертов.

Он нагло берет то, что хочет. А хочет он меня.

Теплая рука по хозяйки оказывается на моем животе и двигается в ритм моего неровного дыхания.

- Знаешь, - я слышу его шепот на ухо. - иногда женщины могут говорить только одно слово «да». Вот именно в этом состоянии я и попрошу твоей руки.

- Дурак, - отвечаю я.

Какая-то часть морали, воспитания и разума требует, чтоб я вырвалась из его хватки. Возмутилась. Крикнула, позвала на помощь Аарона.

Но другая, глубинная, возможно животная и уж точно порочная, закусывает губу. Я ощущаю горячую руку, что через платье поднимается выше и ласкает мягкие полушария груди.

- Аарон за дверью, - говорю я.

- Помню.

- Я могу кричать.

- Об этом я и мечтал, милая.

Макс резко разворачивает моё кресло к себе лицом. Впивается губами в мои и я, наконец-то, позволяю ему себя поцеловать по-настоящему.

Он вторгается в мой рот языком, не дает и вздохнуть. Руками исследует моё тело, сжимая до лёгкой боли. Будто не поцелуй возлюбленных а метка хищника, которую он оставляет на моем теле. Клеймит меня, доставляя этим, какое-то извращенное, большое удовольствие.

«Она - моя».

У меня кружится голова. Макс одним резким движением хватает меня за талию, чуть пересаживает на край кресла.

Теперь я с пошло расставленными ногами, между которых стоит мой сводный брат. Платье сильно растягивается и слегка приподнимается, но даже так я ощущаю тепло и твердость в паху у Макса. Хочется коснуться, потереться, ощутить какой он в весе, какой он.

Движения Макса выдают силу и ловкость его мышц, ему нетрудно стоять в неудобной позе, держать меня, прижимая к своему телу. Он опускается до шеи, чуть прикусывает но тут же ласкает языком. Боль и страсть. Вот что он дарит мне.

Разум совсем теряется. Внизу живота будто натягивается приятная горячая струна. Мне хочется выгнутся, мне хочется вдохнуть воздуха но я могу только слабо постанывать, ощущая руки Макса на коже.

Но он неожиданно замедляет поцелуй и отстраняется от меня. Смотрит на меня сверху вниз, опираясь руками о моё кресло.

Лицо Макса красное, глаза потемнели от страсти а губы дрожат, но он встает и отдаляется.

- Ты можешь идти к себе, Эвелин, - говорит он мягким тоном.

Так работает наша связь

Голова кружится. Вокруг так темно и холодно.

И мне неудобно стоять. А ещё неудобны цепи на руках.

Цепи!

Я распахиваю глаза и безуспешно дергаю руками. Нет, я прикована.

Оглядываюсь. Не видела ни разу этого места. Что это такое вообще? Подземелье?

По влажному, спертому воздуху кажется что именно так. Но стены гладкие и все в узорах. Религиозных.

Я опять дергаю руками. Кажется, начинаю вспоминать. То, как Макс оставил меня под охраной Аарона.

То, как Аарон был в коридоре и к нему подошли шесть человек в балахонах. Клирики. Они поздоровались с моим защитником, и я заметила, как Аарон освободил меч из ножен.

Тогда меня это удивило, но теперь я понимаю, насколько он был прав.

Мой милый Аарон.

Он не знал, чем пользовались клирики. Не догадывался. Они бросили ему в лицо какую-то мерзость, которая ослабила его.

Боже, лишь бы не убила!

Я снова дергаю руками, и цепи на моих руках звенят.

Сволочи!

На шум приходит один из клириков, тот самый, Амбер, что оглядывал мою метку.

- Ваше Высочество, хорошо себя чувствуете? - спрашивает он с притворным беспокойством.

- Вы смеетесь?! - бросаю я. - Освободите меня немедленно! Вы ранили, надеюсь, что только ранили, нашего воина. Защитника, спасителя принца и посмели похитить принцессу?!

- Наша власть больше вашей, человеческой и… драконьей, - Амбер бросает это слово с откровенным презрением. - Мы освободим вас и даже не обидим, если скажете, к кому вы обратились за тем, чтобы создать метку, связывающую вас и вашего сводного брата?

Я закатываю глаза. Невыносимо.

- Я сказала. Ни к кому. Я ни к кому не обращалась!

- Это неправильный ответ. Нам нужно только имя, и вы спокойно отправитесь домой.

- Никакого имени нет! - взмаливаюсь я. - Я ни к кому не обращалась, ну поймите, я сама не хотела этой метки, этого… я не хотела!

- А пользоваться магической силой во дворце, хотели? - спрашивает кто-то резко. Он находится за спиной Амбера и я его не вижу, только замечаю край такого же темно-синего балахона.

- Я прошу вас, поверьте мне! - говорю я. - Я не пользовалась никакой силой и…

Вдруг, я осознаю.

- Но ведь это вы! Вы пользовались магией, чтобы напасть на Аарона. Ведь так?

Клирики переглядываются.

- Нам это позволено, потому что мы всё делаем со словом божьим. Но для остальных, даже для людей королевской крови, магия под запретом.

- Я не пользовалась магией! Метка возникла сама!

- Что если она говорит правду? - снова голос позади Амбера. Я тянусь на носочках, чтобы попытаться увидеть это лицо.

Нет, невозможно.

- И как вы можете это пояснить? - спрашивает Амбер у своего союзника.

- Как исполнение пророчества. Но если это правда… то она, - голос замолкает.

- Дело даже не в том, что «она», - проговаривает Амбер. - Ты понимаешь, кем тогда может являться принц? И в таком случае, рядом должно быть ещё одно существо...

- Тогда нам нужно будет с этим разобраться. Разобраться со всеми тремя. Но я не верю. Он слишком слаб для того, о ком говорится в пророчестве.

- Он слишком юный, - Амбер снова смотрит на меня. - Я бы очень хотел, чтобы всё это было просто мелкими ведьмиными играми. Обрадуй же меня, Эвелин. Скажи, что это просто мелкие забавы хитрых девушек и мы отпустим тебя.

Я молчу. Мне не нравится его наглый тон, злая усмешка, цепкий взгляд.

- Что делать? - спрашивает Амбер.

- Узнай правду, любым способом, - отвечает голос и движется вон.

Что значит «любым способом»?!

Амбер молча отвечает мне на этот вопрос, он оборачивается и я замечаю открытый сундук с металическими инструментами.

Сглатываю судорожно.

- Вы с ума сошли?! Вы собираетесь пытать принцессу?! Мой отец, мой брат!.. - кричу я.

- Ничего не смогут сделать против власти нашей церкви. Наше право и законы выше ваших. А непослушание приведет к войне, к которой не готово ваше маленькое царство. Так что лучше сказать правду сейчас, милая девушка.

Может что-то соврать?! Может заставить их поверить в их же идею?

Не успеваю я отчаянно подумать о том, как спастись, как слышу шум где-то за дверью.

Амбер оглядывается также.

Его губы подрагивают.

- Быть этого не может, - говорит он тихо. Оглядывается на меня. - Скажи правду, девка. ПРАВДУ!

- Я говорю правду! Я не связана ни с какими чертовыми ведьмами, я никогда не нарушала законов церкви!

- Ты делила ложе с братом и не мужем, - хмыкает Амбер. - Ты серъезно говоришь о том, что безгрешна?

Я опешиваю. Откуда они могут знать?

Они следят за всеми?

- Я… не делила с ними ложе. Я была близка но, не настолько, - выдыхаю. - И не вам судить меня, а только высшим силам. Вы всего-лишь люди, которым слишком понравилась власть.

Наверное, нельзя быть такой смелой, когда ты прикована к потолку в пыточной инквизиторов. Но что-то дает мне спокойствие и понимание, что Амбер мне не навредит.

Дверь позади него срывается с петель. На молниеносной скорости влетает Макс.

Он одним движением меча рубит цепи и те падают. Я обессилено падаю за ними, но он подхватывает меня.

Пока принц срывает оковы с моих рук, я поражаюсь его силе, тому, как он буквально гнет металл.

Поднимаю глаза и вижу, как Аарон уже держит лезвие меча у горла Амбера.

- Вы… Вы пришли! - говорю я.

- Всё это очень плохо, Ваше Высочество, - проговаривает Амбер тихо. - Очень плохо.

- Что именно?! - Макс, убедившись в том, что со мной всё в порядке, бережно выпускает меня из хватки и встает, также обнажив окровавленный меч. - Что именно? Ваше предательство? Похищение королевской особы? Что из этого плохо?

- То, что вы мешаете работе святой церкви. Вы же знаете, что наши законы выше ваших. Ваше вероломное нападение на нашу обитель…

- Я будущий король, так что немного предскажу вам будущее - этого не будет. Молитесь вашему богу, чтобы я не начал гонения на вас после сегодняшнего!

Ты - наша, Эвелин

Мы в моих покоях. Я нервно меряю шагами комнату, Аарон и Макс молча сидят в креслах, лениво наблюдая за мною.

Прошел целый день с моего похищения, мы проспали день, причем заснули все трое одетые в моей постели. Аарон отказался уходить, чтобы не оставлять мену одну, а Макс заявил, что слишком устал.

Я проснулась находясь между ними и испытала от этого ворох неясных чувств. Я быстро встала и после неловкого завтрака почти за полночь, мы наконец-то решили поговорить о том, что происходит.

Только наше решение поговорить привело к тому, что мы всё отмалчиваемся.

- Что мы знаем? - спрашивает Аарон.

- Попроси слуг принести краски и кисть, - отвечает Макс.

Я и Аарон смотрим на него как на безумца. Но Аарон все же встает, уходит.

- За кого я должна выйти замуж? - мой вопрос звучит резко, наверное, глупо. Но я совсем запуталась.

Макс усмехается. Как-то странно.

- Дождись красок, сестренка. Что сказал клирик?

- Я говорила! - я нервно плюхаюсь в кресло. Вслушиваюсь в то, как огонь в камине пожирает дерево. Этот звук чуть успокаивает. - Он говорил, что это похоже на то, что в пророчестве... но что за пророчество не сказал. Сказал, что ты слишком слабый для того, о ком там говорилось. И ещё, что должно быть ещё одно существо.

- Они более нам не помогут, значит, нам нужно забрать их знания и понять, о каком пророчестве речь. Такой связи между истинными не бывает, Эвелин.

- Разве?

- Да. Истинная, по сути, просто та, кто подходит. С ней отлично проводить время в постели, она родит прекрасных детей. И это всё. Наша связь глубже и она необычна. И она...

Аарон открывает дверь и молча подносит Максу краски, стакан воды в котором лежат две небольшие кисточки.

Макс также молча раскладывает бумагу на столе.

- Итак. Красный, - он обмакивает одну кисточку в воду и ведет по красной краске. Оставляет небольшой след на бумаге. Берет вторую кисть. - Синий.

Проделывает тоже самое.

- А теперь фокус, которому учат детей, - Макс улыбается и обмакивает красную кисть в синюю краску и наоборот. Водит достаточно времени, чтобы обе изменили свой цвет.

- Что это значит? - я не понимаю.

Аарон протягивает свою руку.

- Моя метка синяя, Максимилиана красная а твоя...

Я протягиваю свою руку.

- Фиолетовый. Одинаковый рисунок а подсказка цветом как для детей, - бурчит Макс.

- Мы связаны втроем, - уверенно говорит Аарон.

- Да, и наша связь идет через неё, через Эвелин. Она нас связывает.

- Она Истинная, - он отворачивается к стене, будто бы не может проговорить. - Она Истинная нам обоим. А мы оба Истинные ей. Такое вообще возможно?

- Возможно, если это происходит. Всё было предрешено... - Макс встает смотрит на меня. - Мы оба любим тебя. Ты любишь нас обоих, как бы не пыталась сама себя убедить в чем-то ином. Всё решено. Но о том, что это за связь и бывало ли когда-то такое, мы не узнаем от клириков. Отныне, их церковь стала нашим врагом. Увы.

- Что нам делать?

- Для начала активировать метку, тогда сила и связь будет полноценными. Это поможет в борьбе с врагами. Затем, нам нужно связаться с отцом, рассказать нашу версию случившегося и найти всё что известно о метках, о пророчестве... - он начинает перечислять и пожимает плечами, понимая, что дальше ему нечего сказать. - У нас много дел.

- Как активировать метку? - я пожимаю плечами вслед за Максом. Не разбираюсь я в драконьих мифах, я никогда не догадывалась что мой лучший друг, мой названный брат, мой возлюбленный. Или тем более возлюбленные или истинные будут драконами.

Лица мужчин меняются. Аарон как-то опасливо смотрит на Макса, а тот едва сдерживает усмешку.

- Метка активируется в первую брачную ночь. Сначала дракон касается истинной метками, они светятся и после этого... они женаты. Но полностью метка активируется при консумации брака.

Я перевожу взгляд с одного дракона на другого. Могу сказать только одно слово.

- Что?

- Мы не обязаны делать это сейчас, - успокаивающе говорит Аарон, Макс на его слова глубоко вздыхает закатив глаза. - Это должен быть наш выбор.

- Мы хотим тебя и ты знаешь это. Ты хочешь нас и мы знаем это. Ты была с каждым из нас, не полноценно, но все же... - Макс мягко усмехается. - Эвелин. Мы твои истинные, а ты наша. Больше у нас никого нет и не будет. Мы можем бесконечно ждать чего-то,

- Ты хочешь сделать меня своей... вашей женой?

- Это то, чего хотят силы, которые выше нас. Это то чего хочешь ты, хочу я и хочет он.

Он подходит ко мне, осторожно мягко, хотя я понимаю по его глазам, как он хочет вцепится в меня, прижать к себе.

Силюсь чтобы не отстраниться.

Он протягивает мне руку, я доверчиво кладу ладонь. К нам подходит Аарон и становится с другого бока от меня.

- У тебя две метки, по сути. - Макс мягко вертит мою ладонь, смотря на идентичные метки с двух сторон. - Я пытался взять тебя в жены, прямо там, помнишь? Но не получилось.

Макс смотрит на Аарона с вопросом в глазах. Аарон мягко касается моего плеча и кивает Максиму.

- Если мы сделаем это сейчас, ты станешь нашей женой, Эвелин.

Сделаем, в смысле "коснемся метки?". Или он говорит о чем-то другом? О том, что будет потом.

Сердце куда-то бросается в пропасть. Я смотрю на обоих мужчин, что выжидающе смотрят на меня.

Разум, какаие-то прежние установки, всё умирает.

Я могу сказать только одно слово, вытягивая руку.

- Да.

Драконы синхронно касаются моей метки своими. Я ощущаю касание мягкой светлой кожи Аарона и более смуглой с жесткими волосками руки Максимилиана.

Как только наши метки соприкасаются вокруг наших рук появляется странное сияние. Оно греет мне кожу и выглядит, будто сплетение белых линий в белом же дыму.

Магия длится всего несколько секунд. Мы втроем, будто завороженные смотрим на это чудо.

Едва всё кончается, как мы снова смотрим на свои метки. Теперь они у всех одного цвета светло-голубого будто бы ледяного.