Между языками

Глава 1. Утро, которое пахло кофе

Тбилиси просыпался медленно.
Старый трамвай гремел по мостовой, и утренний воздух пах дождём, кофе и чем-то сладким — может быть, абрикосовыми пирожками из соседней пекарни.

Ани сидела у окна маленького кафе на улице Бараташвили. Перед ней — ноутбук, чашка с корицей и листок со словами, которые она повторяла вслух:
— Я справлюсь. Я справлюсь...

Голос звучал неуверенно.
Русские слова словно цеплялись друг за друга, а акцент выдавал в ней иностранку, как слишком яркий шарф среди серых пальто.

Через пятнадцать минут начинался утренний стендап. Команда — в основном русскоязычная. На прошлой неделе, когда она запнулась на слове выполнено, в чате кто-то пошутил — не зло, просто неловко. Но смех остался у неё в памяти, будто крошка под кожей.

Она сделала глоток кофе и открыла документ с заметками. Сердце билось так громко, что, казалось, его можно услышать через экран.

Снаружи моросил дождь. Люди проходили мимо в спешке, кто-то прикрывался газетой, кто-то зонтом, кто-то — просто рукой. Мир жил своим обычным утром, а у Ани оно было решающим.

На столе под ладонью лежала жёлтая стикерка с кривыми буквами: я справлюсь.
Она переписала это трижды, будто хотела убедить не других, а саму себя.

Когда дверь кафе тихо звякнула, Ани даже не подняла головы. Ей казалось, что в мире нет ничего, кроме текста, экрана и страха снова ошибиться.

Но кто-то прошёл мимо, оставив за собой лёгкий запах дождя и бумаги. И именно в этот момент стикер сорвался с края стола, упал и исчез где-то под соседним стулом.

Глава 2. Разговор под дождём

— Извините, — голос прозвучал спокойно, с лёгкой хрипотцой, как будто человек редко говорил громко. — Кажется, это ваше.

Ани подняла глаза. Перед ней стоял мужчина — высокий, с чуть влажными от дождя волосами и внимательными серыми глазами. В его руке был тот самый стикер, жёлтый, немного смятый на краю.

— Спасибо, — сказала она, забирая бумажку.
— Хорошие слова, — он кивнул на надпись. — Я справлюсь... Это как заклинание.
Она улыбнулась неловко.
— Иногда только им и держусь.

Он улыбнулся в ответ, но без тени насмешки.
— Я понимаю. Я сам так учил грузинский. Каждый день говорил себе: ერთ დღეს გამოვა — «Однажды получится».

Её взгляд смягчился.
— И получилось?
— Почти, — ответил он, чуть приподняв брови. — Хотя официанты всё ещё приносят не то, что я заказываю.

Они оба засмеялись. Смех вышел тихим, но лёгким — как первый шаг на незнакомой улице.

Мужчина посмотрел на её ноутбук.
— Вы работаете?
— Да. У нас утренний стендап через десять минут.
— Стендап?
— Ну, не тот, где смеются, — пояснила она. — Тот, где все быстро рассказывают, что сделали. На английском или русском. Иногда на смеси обоих.
— Понятно, — он кивнул. — И вы репетируете.

Она вздохнула.
— Пытаюсь.
— Если хотите, я могу послушать. Не проверять, просто... послушать.

Ани удивилась — не столько предложению, сколько тому, как естественно оно прозвучало. Словно он говорил не «могу помочь», а «могу быть рядом».

— Спасибо, — произнесла она тихо. — Но это будет скучно.
— Я переводчик, — усмехнулся он. — Я умею слушать скучное красиво.

И в этот момент, среди шороха дождя и запаха кофе, в ней что-то дрогнуло.
Как будто страх сделал маленький шаг назад.

Она открыла ноутбук.
— Тогда слушайте, — сказала Ани.

Глава 3. Голос в наушниках

Пять минут до начала.
Экран ноутбука светился холодным светом, отражаясь в чашке кофе. За стеклом дождь становился плотнее, а в наушниках тикали секунды ожидания.

Ник всё ещё сидел за соседним столиком. Он не смотрел на неё, не пытался подбадривать — просто был.
Его спокойствие, будто тёплое одеяло, растекалось по воздуху и заставляло сердце биться ровнее.

Ани проверила микрофон, проглотила сухость и открыла Zoom.
На экране появились знакомые лица — коллеги, рассеянные по разным городам. Кто-то шутил, кто-то зевал, кто-то уже писал отчёт.

— Доброе утро, команда, — сказал Левон. — Начнём коротко, как обычно. Ани, ты первая.

Сердце дернулось. Пальцы автоматически потянулись к стикеру: я справлюсь.
Она включила микрофон.
— Доброе... утро. — Голос прозвучал хрипло. — Я... закончила часть интерфейса для новой формы регистрации.
Пауза.
— В процессе... оптимизации фильтрации по датам.
Она ждала — тишины, шутки, чего угодно.

Но в ответ услышала лишь короткое «Отлично» и шелест клавиатуры.

Ани выдохнула. Первый раз за всё время — без ошибок, без стыда. Просто сказала то, что хотела.

Она выключила микрофон и почувствовала, как мышцы на шее отпускают.

Ник смотрел на неё — не с восторгом, не с жалостью, просто с лёгкой, почти незаметной улыбкой, как будто видел, как человек впервые идёт по ровной дороге после долгой тряски.

Когда собрание закончилось, он поднялся, поднёс ей чашку и сказал:
— Видите? Работает ваше заклинание.

Ани смеялась впервые за неделю — легко, без усилий.
— Кажется, да.

Он кивнул и достал из сумки ручку. На чистой стикерке написал по-грузински:
ერთ დღეს გამოვა — и под этим русскими буквами — однажды получится.

— Для следующего раза, — сказал он.
И ушёл, оставив на столе маленький жёлтый листок, пахнущий чернилами и дождём.