Министерство Счастья

Предисловие

Матвея разбудила мелкая дробь дождевых капель по стеклу. За окном стояло раннее весеннее утро. Он посмотрел на соседние пустые нары и вздрогнул. Неужели Чжоу сбежал? Но тут же заметил в сумерках темную фигурку на полу и сразу успокоился. Чжоу сидел в позе лотоса и как всегда медитировал. Наконец, китаец привстал, свернул в рулон циновку и тихо произнес:

– Доброе утро, сосед. Не спится?

– Дождь разбудил.

– А я думал ты в блаженном предвкушении праздника. Уже завтра будешь дома.

– Это зависит от собеседования ВЭК.

Чжоу усмехнулся:

– Собеседование для тебя – плевое дело. Ты вообще мог ограничиться извинением и выплатой моральной компенсации, и вовсе не сидеть в тюрьме эти четырнадцать месяцев.

– Но тогда бы я не встретил тебя,– улыбнулся Матвей.– Наша встреча это настоящий подарок судьбы.

Чжоу хмуро посмотрел в окно.

– Матвей, мир меняется, но только не к лучшему. У людей почти не осталось твердых принципов и устоев. То, что в древности мудрецы называли «Стержень Жизни». Сильные государства падут, слабые совсем исчезнут, потому что правители утратили мудрость и волю, а народ погряз в пучине похоти и корыстолюбия. Я обучил тебя терпению и стойкости духа, но современное общество испортит тебя как чужеродная плесень. Лучше отравляйся после освобождения к Мастеру Ли на Тибет. Зачем тебе возвращаться туда, где тебя уже никто не ждет? В этот город Содома и Гоморры?

Матвей вздохнул:

– Чжоу, ты забыл, что у меня еще остался неоплаченный должок? И потом, почему никто не ждет? В Москве меня ждет мать.

– Ты все же решил отомстить? Огонь в твоем сердце еще совсем не погас?

– Ты сам учил, месть это блюдо, которое всегда нужно подавать холодным. Но для начала мне нужно их найти…

– Теперь тебе даже не разрешат стать частным сыщиком и будут контролировать все контакты с бывшими коллегами.

Матвей вздохнул:

– Знаю. Придется что-нибудь придумать…

Чжоу ничего не ответил. Он сел за столом и продолжил собирать фигурку дракона из маленьких палочек.

Матвей закрыл глаза и вспомнил самую первую встречу с Настей.

Он как раз возвращался с ночного дежурства и на Тверской заскочил в «Бургершоп», выпить бодрящую чашечку кофе. Тогда стоял крепкий февральский мороз. Заспанная заснеженная Москва еще только просыпалась после зимней ночи. За столиком у окна сидела симпатичная девушка с распущенными темно-русыми волосами. Она пила кофе и бегло просматривала планшет. «Студентка!» – сразу догадался Матвей.

Девушка мило улыбнулась и тут же отвела взгляд.

– Знаете, самое главное – не волноваться перед экзаменами и взять себя в руки! – твердо произнес Матвей.– Уверенность в себе – гарантия успеха.

– Спасибо за дельный совет,– пробормотала девушка.– Это действительно очень важный экзамен.

– А хотите, пока вы будете на экзамене – я буду ругать вас.

– Ругать?

– Когда я учился – это всегда помогало.

Девушка рассмеялась. Матвей подхватил чашечку кофе и приблизился к ее столику:

– Не возражаете?

Девушка кивнула и показала на свободный стул.

– Меня, кстати, Матвей зовут.– он присел, осматривая симпатичную студентку.

– А я Настя.

– Вы куда-то поступаете?

– Я учусь в Художественной Академии. После первого курса сложный тестовый экзамен, каждый четвертый проваливается и сразу отчисляют. Через полчаса мне идти на этот эшафот.

– Значит договорились, Настя? Я сижу здесь и дожидаюсь окончания вашего экзамена. При этом ругаю вас последними словами. Но если вы успешно сдаете – вечером мы вместе идем в кино. Договорились?

– Договорились…– улыбнулась Настя.

Матвей прождал в «Бургершопе» два с половиной часа. За это время съел пол дюжины пирожных и выпил еще две чашечки кофе. Худенькая девушка-разносчица со смешным хвостиком, улыбнулась и тихо произнесла, когда подавала третью чашечку кофе: «Думаю ждать бесполезно. Она уже наверняка не придет», но через несколько минут в стеклянную дверь впорхнула счастливая Настя в расстегнутой куртке, показывая Матвею розовую растопыренную ладошку: «пять»…

Матвей приоткрыл глаза. За четырнадцать месяцев воспоминания стали нечеткими, начали обретать неясные детали. Казалось, он даже начал забывать лицо Насти, если бы не осталась эта старая фотография, которую все же разрешили оставить в личных вещах. Однако Матвей точно знал, что наверняка поможет ему снова обрести остроту воспоминаний, как только он окажется на свободе…

Через час Матвея вели по длинному глухому коридору. В тюремном корпусе стояли тишина и покой, только изредка жужжали консоли с видеокамерами и моргали светодиоды на турелях с пулеметами.

ВЭК состоял из трех инспекторов из Министерства Справедливости. Добродушный рыжий толстячок с погонами полковника тихо спросил: