Миры Двуликого

Глава 1 Лавка "Масок и Кошмаров"

Золотая монета со звонким стуком упала на прилавок и, хищно поблескивая, покатилась на ребре к краю, но упасть на пол не успела. Я прихлопнул её ладонью, остановив движение. Взглянул исподлобья на заказчика, жутковатого детину здоровенного роста. Его спутанные тёмные космы торчали из-под капюшона в разные стороны: взгляд звериный, жестокий, накидка драная, в нескольких местах сшитая неровными швами грубой нитью. Запястья скрывали широкие наручи из сыромятной кожи на шнуровке. На поясе из ножен торчало навершие меча с тонкой гравировкой. Меня передёрнуло; хорошо, что освещение в лавке было приглушённым, остальных деталей его внешности я не рассмотрел. Детина же зачарованно, с затаённой алчностью, буравил взглядом шкатулку в моих руках. Увидел я его в своей лавке впервые три дня назад, когда принимал заказ; он был залётным гостем в нашем городке, а возможно, и мире. Хм, впрочем, заказ у него был довольно стандартный: антропоморфная тень. Понятно, ведь когда ты оборотень — именно она выдаёт твоё истинное обличие, не меняясь на обычную человеческую даже после полнолуния. Я осмотрел его тень, чёрной кляксой протянувшуюся к порогу, лохматую, с клыками. Долго же оборотень просуществовал без маскировки; интересно, где и как? Придумывая мысленно варианты, чтобы отвлечься, я протянул ему шкатулку с заказом. Оборотень резко выхватил её, ощупывая когтистыми пальцами, и поднёс к носу, с сиплым рыком втянув воздух. Мрачно кивнул, сунул шкатулку за пазуху и молча покинул помещение. Я перевёл дыхание и плюхнулся на табурет, промокая лоб рукавом.

— Осталось дождаться остальных заказчиков, — я осмотрел две шкатулки, стоявшие на прилавке, — скорее бы за красной пришли, нервирует она меня.

— Ты же сам этот облик создал! — буркнул филин, дремлющий на искривлённой ветке старого засохшего дерева, вросшего в стену лавки.

— Угу, вот именно, что я, — глухо откликнулся, не скрывая гордости, проскользнувшей в голосе. — Пока создавал, чуть не чокнулся. Впервые принял такой заказ, и в будущем повторять нечто похожее не намерен.

Филин приоткрыл один янтарный глаз, изучая мою физиономию.

— Стоило и в этот раз отказать! — ворчливо попенял он, переступив с лапы на лапу.

— Сам прекрасно это понимаю, но только начал работу, открыл лавку — ты-то прекрасно это знаешь — меньше года назад, и иногда теряюсь, не понимаю, как правильно отказать! До сих пор! И азарт внезапно проснулся, такой облик — вызов моей магии, но я справился, есть чем гордиться. Вот уж не думал, что это чувство вытеснит желание поскорее избавиться от собственного лучшего творения, — пожав плечами, пригорюнился я.

Красная кожаная шкатулка немного сдвинулась, зацепив краем вторую — деревянную, чёрную, лакированную. Филин щёлкнул клювом и, недовольно нахохлившись, вспорхнул на верх старинных напольных часов. У меня пот холодный прошиб, сглотнув, я покосился на входную дверь, но заказчик не спешил ввалиться в лавку и избавить нас с филином от проклятой шкатулки.

Ох, открыв лавку кошмаров на окраине городка Шарант, не думал, что в основном придётся создавать товары не по своей специальности. Тени, живые маски и реалистичные сменные облики будут составлять демонову долю заказов. Устал от них нечеловечески, такая магия отнимала прорву сил, не чета кошмарным снам, да и желаемого удовольствия от работы не приносила. Деньги — да, но на душе с каждым заказом становилось всё поганее. Впрочем, кошмары — это было немного неточное название, сны, наполненные жутковатыми сюжетами, но позволяющие полностью погрузиться в историю, прожить её за ночь, не забыв утром ни единой детали. Почему-то подобные сны менее драматичного содержания наполнять объёмом и яркими переживаниями не получалось. И нет, не только у меня! Создавал я кошмары либо по подробному, детальному описанию заказчика, либо полагаясь на собственную фантазию. По словам моего деда, ему хоть и нечасто предлагали взять в работу совсем иные заказы, на ужасающие по своей сути сны, способные довести сновидца до сумасшествия, но он категорически отказывался. И мне не велел, строго-настрого! Ах да, у кошмаров была еще одна особенность, обнаруженная случайно, не так уж давно по меркам лекарской магии: с их помощью можно избавить людей от некоторых несложных, наложенных в тихую проклятий и сонных духов, мелких пакостных вредителей (никак иначе их заметить у неспящего человека не удавалось, они же тянули из своей жертвы силы и магию, понемногу, но с течением времени человек начинал походить на живого мертвеца). Нижняя полка как раз и предназначалась для шкатулок с особым образом зачарованными сновидениями, их покупали местные сонные лекари.

Устало потёр глаза, облокотился о прилавок, рассматривая в свете свечи красную шкатулку, тычком поправил её, вздохнул, старательно перебирая в памяти детали работы над тем, что было в неё упаковано. Пытаясь понять, не допустил ли я ошибки. Слез с табурета, вышел из-за прилавка и, подойдя к двери, выглянул в небольшое смотровое оконце. Темнота разливала по улицам мрак и уныние, щедро приправляя варево ночи густыми тенями и редкими пятнами фонарного света. Я едва не рухнул на спину, когда темная фигура загородила окно, громко стукнув в дверь. Откуда он только взялся! Улица была пустынна! Прижав руку к сердцу, которое зашлось в груди бешеным стуком, нащупал ручку, крутанул её, распахнув дверь и оказавшись нос к носу с очередным заказчиком. Он явился за чёрной шкатулкой, эх!

Второй посетитель удалился спустя минут десять, его я так и не смог как следует рассмотреть, хотя зажёг еще парочку свечей у прилавка. Он словно специально отводил мне глаза, напустив лёгкий морок. Невзрачная тёмная одежда, низкий хриплый голос — он был очень похож на стихию, существо неопределенное и изменчивое по своей природе, но мой посетитель расстарался, действительно применив магию. Лестно, столько хлопот ради затрапезного мастера кошмаров. Ох, похоже, не просто так он заказал маску самого обычного мужского лица, скрупулёзно надиктовывая все нюансы, черты, детали и даже выражения. Внимательно изучил готовую маску, поднеся её к свече, но придраться было не к чему. Несмотря на небольшой стаж работы, делал я заказы на совесть. Вскоре в моем кармане осела новая монета, холодная как лёд, но пришлось её споро переложить в потайной ящик прилавка, неприятно было к ней прикасаться. Стоило въедливому посетителю покинуть лавку, внутрь ввалился глава гильдии оружейников из соседнего городка. Худой, носатый, нескладный, он фигурой больше походил на упыря в зимней мантии Зейнор Рокн.