Миссия: Новогодний принц

Глава 1. Пилот

— Я пилота просил, а не бабу! — воскликнул синеглазый красавчик в декоративно-героической накидке и смешном тюрбане на голове. При этом он смерил меня таким откровенно горящим взглядом, будто я опозорила сам институт астронавигации одним своим существованием.

А я что?

Я стояла, подпирала косяк двери и ждала, когда руководство наговорится с Великим-Сыном-Песков и очередь дойдёт до меня. Кстати, за «бабу» было даже немножко обидно. У нас на Танорге воспитанным считалось называть женщин девушками хотя бы до девяноста, а тут — «баба»…

— Уверяю вас, уважаемый Нейр, наша сов… то есть София Метеорова — один из лучших пилотов и обладает лицензиями класса «У», «С» и «Д», — невозмутимо ответил начальник. — Она имеет право как управлять скоростными яхтами, так и заниматься грузовыми перевозками в коммерческих масштабах, и даже перевозками особо хрупких материалов.

— Я пилота проси-и-ил! — возопил клиент с такой обидой, будто ему вместо шаттла с пилотом выдали осла с навигатором. — Это возмутительно!

Мужчина весь пошёл пятнами, брови — дугой, плащ — развевается, будто сейчас вызовет кого-нибудь на дуэль чести. А выражение лица… как у человека, которому в дорогой коктейль подлили тормозную жидкость. Ну и заточенным посохом он при этом не забывал махать. Откуда такой чудак только взялся? Ах да, с Террасоры…

— Простите, что именно вас смущает? — не выдержала я, вежливо, но с оттенком издёвки.

Мужчина стремительно развернулся.

— Всё! — Он ткнул в мою сторону пальцем, будто обвинял во вселенском заговоре. — То, что вы женщина! Ваша фамилия! Прическа! Вид!

Ну, то, что у него зуб на женщин, мы уже поняли. Претензия к фамилии меня поразила до глубины души. Метеорова и Метеорова. Можно подумать, Асфароол Нейр аль-Кархан (имя я старательно прочитала в договоре про себя) звучит прям намного лучше. Извините, я обычная таноржка, а не дочь какого-то там правителя с какой-то там планеты… Причёска? Кометы-ракеты, с ней-то что не так?

Я даже посмотрела на себя в отражение дверцы ближайшего шкафа.

Короткая стрижка, два аккуратных пучка-бублика с несколькими сиреневыми прядями — по последней моде. Всё очень опрятно и гармонирует со светло-голубой рабочей формой. Как говорится, на скорость двигателей причёска пилота не влияет…

— Волосы не лезут в глаза при турбулентности, — сострила я, на что чудик в пафосном плаще буквально задохнулся от возмущения.

Определённо, шутки он не понял.

— Вы надо мной издеваетесь?! Дайте мне пилота-мужчину!!! — краснея от гнева, потребовал неугомонный и ткнул своим доисторическим не то оружием, не то палкой с металлическим наконечником в сторону моего шефа.

— Так вам пилот нужен или мужчина? — поинтересовалась я самым вежливым тоном, каким только можно задать фатальный вопрос.

Воздух в кабинете сгустился, Аркадий Львович медленно поднял бровь. Его классическое: «Ещё одно слово, Метеорова, и вылетишь из кабинета без корабля. Сама».

— Уважаемый санджар Асфароол Нейр аль-Кархан, — скороговоркой произнёс шеф, и я мысленно поставила ему десять баллов. Такое выговорить с первого раза — уже половина сделки. — Повторяю: из всех свободных пилотов, которые имеют право вылетать за пределы Федерации и доставить вашу посылку, у нас сейчас есть только София. Если вы хотите воспользоваться услугами компании СОВА «Полар экспресс», то это всё, что мы можем предложить. В противном случае вам лучше поискать другую курьерскую службу.

Он посмотрел на метель, что врезалась в стекло с энтузиазмом коллектора, и вздохнул:

— Однако хочу обратить ваше внимание, что до Нового года осталось пять дней. Найти свободный шаттл сложнее, чем честного таможенника на Тортуге.

— Что?! — Мужчина резко крутанулся и вновь посмотрел на меня так, будто я виновата во всех его бедах. — Что ж, тогда я согласен, но учтите! Мой отец — эмир прославленного города Джар’хаэль! Если он не получит посылку вовремя, то вы об этом пожалеете!

Закончив речь в лучших традициях галактических драм, клиент эффектно перекинул полу роскошного плаща на плечо и, громко стуча каблуками, удалился, как оскорблённый павлин, в бурю.

Я проводила его взглядом и тихо выдохнула:

— М-да… как же хорошо, что я вожу только грузы, а не таких вот пришибленных.

— Кстати, об этом… София. — Шеф внезапно кашлянул, и мне это очень не понравилось.

Вот прям о-о-очень.

Обычно так кашляют только перед тем, как выдать что-то, после чего тебе захочется сбежать в открытый космос без скафандра. У меня аж нос зачесался от нехорошего предчувствия.

— Слушаю, Аркадий Львович.

Я нехотя отлипла от косяка и подошла ближе. После того как клиент удалился, в кабинете наступила звенящая тишина. Казалось, даже кофемашина боится жужжать. Шеф откинулся в кресле.

Мужик он был представительный: солидное пузико, какое часто вырастает годам к ста тридцати — ста пятидесяти, деловой костюм, напоминающий всем посетителям, кто именно тут «биг босс», и галстук, переживший больше неадекватных клиентов, чем я — гиперпрыжков.

— София, ты же наша лучшая совушка, то есть пилот…

Я внутренне застонала.

Вот это «лучшая» — всегда как сигнал тревоги. Никогда не зовут «лучшую» просто полетать на стандартной доставке — нет, обязательно впихнут что-нибудь подозрительно «особое».

— Аркадий Львович… — перебила я, не удержавшись и всё-таки почесав переносицу. — Говорите уж сразу, что за подлянка в этот раз?

Он виновато улыбнулся, покосился на дверь, куда недавно ушёл крикливый синеглазый красавчик с посохом.

— Почему сразу подлянка, София? Э-э-э… ну это просто маленький нюанс. В этот раз посылку сопровождают.

— В смысле «сопровождают»? — не поняла я. — У меня вообще-то тариф без пассажиров.

Аркадий Львович замялся, как человек, который сейчас скажет что-то, после чего ему захочется телепортироваться.

— Ну, видишь ли… заказчик настоял.

— Настоял? — переспросила я, чувствуя, как где-то в груди начинает набираться буря. — Аркадий Львович, я за последние два года возила всё: контейнер с реакторными кристаллами, бочку с жидким неоном, три километра кабеля для орбитальной станции, двадцать тонн металлолома и даже одиннадцать тысяч утиных фигурок для рекламной акции. Но чтоб посылку сопровождали? Это что, у нас теперь груз с голосом и запросами на подушку у окна? Я перевожу предметы. Я не собираюсь быть ответственной за чужую жизнь!

Глава 2. «Зима»

Он был красив. До обидного красив. Слишком правильный, слишком складный, словно природа решила похвастаться, что умеет собирать мужчин «премиум-комплектации». Вот только мозги в эту комплектацию, увы, не вошли.

По фигуре мужчина был моим ровесником или чуть-чуть старше. Широкие плечи, совсем не свойственные щуплым таноржцам, узкая талия и ноги… длинные, пропорциональные, с тем самым идеальным балансом силы и грации, из-за которого у многих женщин отключается логика и включается интерес к биологии.

Короткие волосы цвета расплавленного шоколада, и укладка такая, будто её создавали не ножницами, а ветром пустыни. Лицо — идеальное до неприличия: бронзовый загар, высокий лоб, чёткие скулы, ровный нос и чуть насмешливые губы, словно он в любой момент готов процитировать свою родословную.

На мужчине была необычная одежда, такая, какая больше подошла бы для тематической вечеринки, но никак не для приёмной межгалактической транспортной компании. Длинный плащ с высоким воротом и узорчатой подкладкой спускался почти до пола, струился при каждом движении, будто ткань помнила, как ею когда-то украшали тронные залы. Под ним — туника из плотного матового материала, похожего на сплав ткани и металла, с широким поясом, расшитым какими-то знаками и застёжками, явно не из нашего Мира.

Штаны — узкие, в обтяжку, но из дорогого материала, с лёгким золотистым отливом. А вот обувь добила окончательно. Высокие сапоги с загнутыми носами — такие у нас на Танорге носят девчонки, когда изображают фей на карнавалах. Но, судя по виду, клиент считал себя в них воплощением божественного величия.

В правой руке он сжимал что-то вроде посоха с металлическим наконечником, а левой прижимал к груди небольшую коробку, аккуратно обёрнутую в бежевую переработанную бумагу. Маленький скромный свёрток на фоне пафосного плаща и боевого копья. Контрастно.

И всё бы ничего, если бы этот тип не зудел уже битых полчаса — про жизнь, Вселенную и своё несчастное благородие. За тридцать минут я успела выслушать целую речь о том, что ему должны были предоставить какой-то паланкин (космос знает, что это такое); каким отвратительным кофе его напоили утром в отеле, и «настоящий напиток должен кипеть в медном котле»; и, конечно же, стенания, что женщины на его родине не всегда справляются с управлением верблюдом, а тут ему придётся подчиниться судьбе и поплыть через звёздное море с девой-пилотом.

— …Какой кошмар, как вы здесь выживаете? Что это? — безостановочно возмущался клиент, пока мы шагали по сугробам к припаркованной с краю площадки «Зиме».

Мой шаттл не занимал много места, и я предпочитала экономить на стоянке. Летом и весной пройтись лишний километр по свежему воздуху не составляло труда, а в холодное время роботы-уборщики, как правило, успевали чистить дорожки. Но перед Новым годом плотный график был, похоже, даже у андроидов.

Левый разрисованный сапог сына эмира застрял в снегу, и он, не ожидая этого, потерял равновесие и чуть не упал. В последний момент мужчина ловко опёрся на свой посох, но всё равно выглядела сценка весьма комично.

— Это называется снег, — сострила я. — Зимой, когда температура низкая и вода падает с неба, получаются снежинки. Если снежинок скапливается много — образуются сугробы.

— Это вода?! — изумился клиент до неприличия, но, к счастью, ненадолго замолчал.

— Представьте себе, — фыркнула я.

— Тогда неудивительно, что девы вынуждены работать, раз вы живёте в таких условиях, — выдал террасорец, но я решила не вступать в полемику.

Каких «таких»? Танорг — самый передовой и развитый Мир во всей Федерации. По статистике, на каждого человека приходится по восемь роботов — пауки-уборщики, квадрокоптеры-доставщики, мультиинтерфейсные шеф-повара, андроиды-домоправители… Да большинство граждан Федерации мечтает жить на нашей планете! И это я не беру в расчёт то, что таноржцам необязательно работать в принципе.

Экономика планеты так устроена, что социальных льгот хватает и на своё тёплое гнёздышко, и на свежий биохлеб, и на абонемент на культурные развлечения. Ленивец бы прослезился от счастья.

Это я такая «особенная, с шилом в попе», как говорит мама, а папа добавляет: «И оно, похоже, реактивное». Вот и мотаюсь по галактике, таскаю посылки, спасаю сроки и нервирую шефа. Мне всё время хочется чего-то новенького то купить, то посмотреть, то попробовать… Сидеть дома? Нет уж, увольте. Для меня это как зависнуть в открытом космосе без связи и кофе — вроде живёшь, но смысла в этом никакого. Вот и получив образование пилота, я и пошла в Службу Оперативной Внепланетной Астродоставки — СОВА, «Полар экспресс». Название звучит серьёзно, форма красивая, работа такая, что скучать некогда, а заработанные деньги всегда найдётся на что потратить.

Разумеется, посвящать клиента в тонкости моей биографии я не собиралась — пусть живёт в счастливом неведении. Вместо этого я занялась делом и разблокировала «Зиму».

Мой кораблик, хоть и скромный, выглядел достойно: обтекаемый корпус цвета утреннего инея, глянцевые панели, на носу — серебристая эмблема совы, гордо раскинувшей крылья. Края крыльев слегка поблёскивали от микрокристаллов антиобледенителя, а на боках виднелись следы старых перелётов — как боевые шрамы, только романтичнее. Он не был красавцем в духе парадных фрегатов Космофлота, но зато был моим — надёжным, упрямым и, кажется, единственным существом во Вселенной, кто понимал меня без слов.

Панель приветливо мигнула, распознав мой отпечаток ладони, и дверь шлюза с шипением открылась, впуская запах облепихи с мёдом — мой личный аромат домашнего уюта. Кто-то любит запах двигателя, кто-то — космоса, а я вот — облепиху. У каждого своя ароматерапия. Я шагнула внутрь, включила питание, и корабль ожил: зажглись индикаторы, где-то в глубине что-то глухо щёлкнуло, загудел рециркулятор воздуха.

— Привет, Зим! — поздоровалась я и… в ту же секунду пожалела.

Потому в следующий момент произошло сразу несколько вещей: бортовой компьютер послушно ответил моим любимым мужским баритоном «с возвращением, София», клиент-невротик от неожиданности подпрыгнул на месте, взмахнул копьём, пропорол потолок острым концом, а тупым ткнул в кнопку светомузыки. В единственном жилом помещении «Зимы», которое являлось и рубкой, и спальней, и кухней, стены мгновенно вспыхнули всеми оттенками апокалипсиса — оранжевыми, красными и малиновыми, — а в уши ударили громкие барабаны с басами.

Глава 3. Зачем нужна женщина

Несмотря на испорченный потолок, нашу перебранку и клиента «не от Мира сего», больше всего я боялась за старт с Танорга. Во-первых, потому что координация с диспетчерами в предновогодний сезон — это как попытка заказать пиццу на спутник в метеоритный дождь: долго, громко и без гарантий результата. А во-вторых… Ну, я просто не была уверена, что сын песков не решит сразиться с двигателем, когда «Зима» начнёт подрагивать в стратосфере.

К счастью, всё обошлось.

Я вообще по жизни человек тихий. «Интроверт» звучит красиво, почти как диагноз, только модный. Если бы я страдала жаждой общения, то пошла бы не в СОВА, а в космотакси: слушала бы истории про обнаглевших бывших, непрошеные советы «как жить» и дыхание пассажиров в затылок. А так — я предпочитала грузы. Они не жалуются, не спрашивают, где туалет, и не требуют плед.

За десять лет у меня в трюме было всё что угодно: контейнеры с термояйцами (которые, кстати, имеют мерзкую привычку взрываться от холода), ящики с микропланктоном, двадцать тонн космического песка (да, песка, нет, не пляжного), реакторные детали, лабораторные роботы и даже чучело редкого зверя, которое однажды решило ожить и доказать мне, что кардиостимулятор — вещь нужная.

Но людей? Ни одного. И, честно говоря, я этим гордилась.

Потому что грузы не спорят, не строят из себя наследников правителей далёких планет и не размахивают алебардами, если им кажется, что корабль «на них шипит».

Мы в полной тишине и спокойствии отдалились от Танорга. Я выдохнула и направила шаттл ко входу в Вайнхард. Прошло пару часов или даже три, я так погрузилась в собственные мысли, что забыла, что лечу не одна. И ровно этот момент Его-Высочество-Принц-Песков выбрал, чтобы неожиданно выдать:

— Владыка создал Мужчину по своему образу и подобию, наделил его силой, скоростью, похотью и горячей кровью, чтобы он мог добывать еду и сражаться с врагом. Но когда Мужчина перестрелял зверей в лесу и одолел противников, его энергия всё ещё бурлила, и тогда Владыка создал Женщину, чтобы она служила ему усладой, остужала кровь и порывы.

— Что это за бред?

Хорошо, что мы вышли на космотрассу и я поставила «Зиму» на автопилот, иначе бы точно «вильнула» от неожиданности.

— Это не бред, это священная книга «Сага Первых Дней»!

«О-о-о, ну если священная, то лучше помолчать, чтобы не обидеть», — подумала я, но, к сожалению, моё молчание было воспринято неправильно. Асфароол Нейр аль-Кархан, словно подбодренный им, продолжил:

— Я всё думаю, как так вышло, что у столь престарелой девы никогда не было мужа, и понимаю, насколько наша книга справедлива.

«Престарелой?! Мужик, тебе совсем жить надоело?!» — ошеломлённо подумала я.

Оскорбил и, главное, ресницами теперь так невинно хлоп-хлоп. Шок был такой, что вместо мыслей я выдала другое:

— Почему ты решил, что у меня никогда не было мужчины?

Нет, отношений у меня в прошлом действительно было не очень много. Опыт скорее скудный, потому что когда ты то на Танорге, то на Ларке, а то и вовсе за пределами Федерации, невозможно построить что-то вменяемое. А где, спрашивается, найти такого же прибабахнутого, который вместо спокойной и сытой жизни на родной планете носился бы по космосу? Это всё равно что искать единорога. Но всё же было чуточку обидно. У меня что, на лбу написано, что мужчин почти не было?

— У вас суровая земля, — начал объяснять Асфароол. — Небесная влага падает с неба не благословением, а наказанием — холодная, твёрдая и остроугольная. Её ещё нужно умудриться добыть. Неудивительно, что девы работают наравне с мужчинами, а ты — пилот. Теперь я понимаю, откуда у тебя такой опыт плавания между звёзд, как утверждал твой господин. Но как любая дева, созданная, чтобы усмирять пламя Мужа и напоминать ему о тени рая, ты отчаянно скучаешь по мужской ласке. Твой корабль называется «Зима», я прочёл на корпусе название, но вопреки всякой логике, ты ему дала мужской голос и имя — Зим.

— Да ты вообще неправ… — офигела я с этого психолога недоделанного, он демонстративно поднял руку, показывая, что не закончил:

— И ещё, дева северных ветров, ты осыпаешь меня знаками, тонкими, как дыхание пустыни на рассвете. Каждый взгляд твой — зов, каждое слово — искра желания. Ты постоянно сама просишь, чтобы я стал твоим мужчиной.

— Что-о-о?

Красавчик откинул прядь волос со лба и важно кивнул.

— Я могу понять и принять, что девы на Танорге не носят маски, но, София, твой взор говорит громче слов. Ты долго и осознанно смотришь мне в глаза — как та, что бросает вызов, а не ищет дозволения. Ты касалась моей груди — пусть под предлогом гнева, но рука девы не знает случайности. Затем ты привязала меня верёвкой, и даже в этом был зов — дерзкий, как ветер пустыни, ласкающий кожу. Да и твоя одежда… — Он бросил взгляд на мой форменный комбинезон, который про себя я называла монашьим, и на его безупречном лице его появилось выражение мученической благородности.

— Твоя одежда… она создана, чтобы искушать. Она обтягивает бёдра, как шёлк вокруг тайны, и дышит вызовом. Что бы ты ни говорила, дева София, ты стремишься разжечь мой огонь. Увы, мне суждено разочаровать тебя. Я обручён с принцессой города Рах’Маар и не могу взять тебя иной женой, пока не исполню слово. Возможно, лет через пять после свадьбы с принцессой эмира Рах’Маара я мог бы сделать тебя младшей женой, но к этому моменту ты станешь совсем старухой. Это будет бессмысленно…

Я офигела.

Не в переносном, а в самом прямом смысле — как будто Вселенная на секунду зависла, выдала ошибку и перезагрузилась без предупреждения. Мозг отказался обрабатывать входящие данные, глаза сами собой распахнулись, а челюсть предательски поползла вниз.

Нет, я, конечно, слышала, что у красивых мужчин самомнение до небес, но чтобы до такой степени? Да он, похоже, искренне уверен, что я тут, между звёзд и системой навигации, сгораю от страсти к его… копью!

Если уж мешковатый комбинезон пилота он умудрился воспринять как вызов вселенской страсти, то страшно представить, что будет, когда я появлюсь в обычной футболке. Наверное, объявит её ритуальным одеянием для соблазнения мужчин и начнёт молиться, глядя на логотип совы.