Мия

Chapter 1. Provocation

Мия. Первая книга бесплатно здесь: https://litnet.com/shrt/3PIt

Я спускаюсь в лифте вместе с немым азиатским цербером в подземный паркинг и наблюдаю через затемненное стекло за вечерним мегаполисом в ярких огнях.

Вновь возникает ощущение банджи-джампинга. Будто меня стянули петлей каната — и сейчас я стремительно несусь вниз с этой чертовой черно-золотой башни в сотню этажей.

Прошло меньше суток с момента, как я попала к Тенету-Браю в экспериментальную лабораторию. И что сказать. Веселье началось уже с утра…

****

— Доброе утро, мисс Бесова, — в зале стоит женщина средних лет в строгом платье-футляре и больше напоминает менеджера ресторана в Берлине, где я работала. Такая же вытянутая осанка и безупречная дикция. Мы все ее ласково называли Диктаторша.

«Насчет доброго спорно, конечно…» Но любезно улыбаюсь, пряча напряжение.

Прибыла она не одна. С командой. Группа парней и девушек в униформе рассредоточились по пенту и приступили к уборке.

— Меня зовут Регина Аваланж. Я хаусхолд менеджер личной недвижимости мистера Коула. — На безупречном британском.

Интересно, я вхожу в разряд «личной недвижимости мистера Коула» или в разряд «личных экспериментов мистера Коула»? Внимательно рассматриваю Аваланж. Скорее всего, микс того и другого.

— Мистер Коул распорядился выделить в ваше распоряжение горничную. Неподалеку стоит девушка с решимостью приступить к обязанностям.

— Гардероб будет доставлен к 16:00.

— Принести один чемодан с ресепшена займет столько времени? — не без иронии.

— Новый гардероб. — Поправляет.

А у меня внутри все поднимается от злости. То есть у меня даже не поинтересовались, что мне понравится. Из чего следует простой вывод — одежда подобрана байером по вкусу Коула.

— Я сама разберусь. Что мне носить и что покупать. — чеканю каждое слово.

— На этот счет у меня распоряжений нет, — спокойным тоном отвечает она и добивает: — В 17:00 у вас СПА-процедуры и бьюти-салон.

Кривлю губы, не скрывая недовольства. Решили перед употреблением отмыть и напудрить.

«Я настроена пробить блоки…» — аффирмацией.

— Если у вас возникнут вопросы, звоните. Мой номер сохранен. — Подходит к столу и кладет новый телефон.

Рассматриваю черный iPhone. Дежа вю какое-то…

Смотрю на Регину, но она уже исчезает в лифте, не попрощавшись. Определнно, я ее раздражаю.

Ровно в четыре мою гардеробную набивают одеждой, а через час приходит сообщение с неизвестного номера.

«В восемь будь готова. Поедем ужинать. Оденься соответствующе».

Недовольно кривлю губы. Видела, как в гардеробную заносили в том числе спортивные брендовые вещи. Вот спортивный костюм и надену. Хорошо бы еще на штанах было нарисовано какое-нибудь китчевое «juicy» для полного счастья. Пусть любуется.

Но ближе к восьми, вернувшись из бьюти-салона, обнаруживаю горничную Юмин, раскладывающую на кровати элегантный шелковый комбинезон от Ralph Lauren.

— Мистеру Коулу нравятся женщины на каблуках, — улыбается и опускает на кровать босоножки на шпильках от Jimmy Choo.

— Не надо было. Я надену спортивный костюм, — не без злорадства улыбаюсь я, но девушка реагирует странно.

В ее глазах загорается страх. Ненаигранный. Живой. На секунду зависаю и внезапно понимаю. Если я не оденусь соответствующе, последствия будут у нее, а не у меня.

— Тебя уволят? — уточняю я.

— Смерть не увольняет, — внезапно отвечает она.

— В смысле? Какая смерть? — удивленно спрашиваю я, но она быстро выходит из спальни, будто сказала больше, чем следовало.

Смотрю ей вслед. И мне становится не по себе. Вспоминаю неживые глаза Тенета и ощущение, что передо мной не человек, а некая сущность.

****

Бросаю взгляд на свое отражение в стеклянной поверхности. После SPA кожа светится и выглядит отполированной. Волосы тяжелым гладким шелком струятся вниз. Чтобы не досталось Юмин, надела комбинезон, но все же внесла и свой штрих. Вместо элегантных шпилек натянула спортивные сникеры от Gucci, совершенно не в тему общему аутфиту.

В знак протеста.

Если что, скажу, что девушка не виновата в том, что мои ноги болят от каблуков.

Выходим на нижнем этаже, где нас встречает охрана, и я на секунду замираю. Я была уверена, что мы направляемся в паркинг. Собственно, это и есть паркинг машин на 50, но, судя по тому, что он весь забит лакшери авто, это личный автопарк Тенета. От лимо и массивных внедорожников до суперкаров и гоночных байков. И это только в Гонконге. В одном из мест его проживания.

Идем к одному из гиперкаров в секции Bugatti. Вокруг кроме секьюрити никого. Я была уверена, что меня просто транспортируют к месту назначения. Но нет. Стоим. Чего-то ждем. Пять минут. Десять… Наконец, через четверть часа, со стороны лифта появляется и сам Тенет. Идет в нашу сторону. Мажет по мне взглядом.

Мне показалось, или он тоже отметил мои изменения после того, как моя тату изменилась.

Скользит по моей фигуре. Видимо проверяет, насколько соответствующе я оделась. На секунду задерживает взгляд на моих сникерсах. Слегка растягивает губы.

— Люблю провокации, — внезапно говорит он, и становится понятно. Кажется эксперимент начнется раньше, чем я предполагала.

___________

Уважаемые читатели, рады вас видеть в продолжении Мира Мии.

Будем рады вашему интересу, комментариям и лайкам. Не забываете положить книгу в библиотеку.

Chapter 2. Jesko

Тенет смотрит на немого азиата-цербера. Тот коротко кивает и уходит в сторону охранного поста. Зависаю от этого странного ритуала. Он что, отослал охрану, чтобы меня изнасиловать? Стараюсь не паниковать и утихомирить шум в ушах. Умом понимаю, что не должен. Ну как-то это совсем пошло и кринжово. Но Ктулху его знает, что у этого Тенета на уме.

Правда, мои размышления подтверждает и сам Коул. Садится в один из Bugatti. Но в другой. Не в тот, в котором встречал меня.

Причем с таким видом, что поедет сейчас сам — готовит гиперкар ко взлету.

Даже как-то отпускает. Потому что садиться рядом не предлагает.

Плюсом его смарт оживает, и он переключается на разговор по-китайски.

Стою напротив у мраморной колонны, стараюсь не смотреть в его сторону и, чтобы отвлечься обвожу взглядом паркинг. Впечатление, что попала в лакшери автосалон. Собственно, так и есть. Весь приватный люксовый автопарк блестит среди мраморных колонн на отполированном до зеркального блеска керамогранитном полу. Под натяжными потолками со строгим узором и светолиниями.

Вдыхаю запах паркинга. Но здесь он отличается. От него веет дорогими шинами, натуральной кожей, карбоном и полировкой.

Слышу рык мотора и перевожу взгляд на Тенета. Тот уже закончил разговор и выезжает с парковочного слота.

Стою. Не сажусь. Меня не приглашали и где-то на подкорке теплится надежда, что уедет ужинать без меня.

Рядом со мной уже стоит молчаливый азиат. Он подошел со спины так тихо, что я не услышала. Тенет останавливает гиперкар передо мной.

— Доедешь сама. — Внезапно.

— На общественном транспорте? — первая мысль, пришедшая на ум.

— Слишком легко. — Смотрит на азиата и тот выходит на передний план. Протягивает мне плоский черный пульт, больше похожий на миниатюрный щит.

— Что это?

— Пульт от Jesko. — Кивает в сторону суперкара.

Пульт вижу. Машину вижу. Слова «доедешь сама» помню. Но не могу сложить все составляющие в одну логичную картину.

— В смысле, доеду сама? — переспрашиваю.

— У тебя пятнадцать минут.

— На что?

— Не тормози, Турандот.

Включаюсь в проблему, и до меня начинает доходить. Он хочет, чтобы я сама добралась до ресторана.

В неизвестном переполненном мегаполисе.

С левосторонним движением.

На супердорогой машине.

Вновь смотрю на Jesko. Приблизительно такую я видела в Банусе. Коул "примерял" Bugatti и Koenigsegg. Понятно, что там есть и навигатор, и разные автоприблуды. Но хребтом чувствую, что здесь есть какая-то ловушка. И первая из них ограниченный тайминг.

— Я на метро. — Уверенно.

— Нет, — отрезает он, и я чувствую, как у меня начинает выламывать хребет и шуметь в голове.

Настолько сильно, что я прижимаю ладони к ушам и опираюсь о колонну.

— Не угробь Jesko. Отдавать будешь долго. — Его боковое окно поднимается, и прежде, чем я успела зло ответить, он стартует с места.

Сжимая пульт управления, смотрю ему вслед, и хотелось бы его обматерить, но мне даже не до злости. Звон в ушах отдает в виски. Пытаюсь преодолеть воздействие Коула. Как когда-то в Пуэрто-Банусе. Тогда мне это удалось. Но не сейчас. Чувствую ватную пустоту в голове и конечностях. Такое я уже испытывала ранее. После первой встречи с Тенетом.

Я заблокирована.

Но страшно другое. Только на первый взгляд кажется, что начало эксперимента веселое. С ветерком прокатиться на гиперкаре до рестика. Вспоминаю свой сон, когда я не могла управлять спорткаром и врезалась в зеркальную стену. А также аварию, после которой я попала в больницу.

Тру затылок. Кривлю губы. Иду к Кёнигсеггу, как на голгофу. Чувствую ловушку.

Не нужно быть разблокированной, чтобы понимать — это чистой воды самоуничтожение.

Chapter 3. Chill

Рассматриваю суперкар. Не знаю, как открывается дверь. Стандартных ручек здесь не наблюдается. Гашу желание выматериться.

Так, Бесова, не психуй. Время ограничено.

Изучаю пульт. Слава Ктулху, там виднеется ряд иконок, среди которых нахожу нужную. Портал в ад открывается, разворачивая двери вверх, и я заглядываю внутрь. Руль справа, и это добавляет внутреннего напряга. Водительские права я получила еще в Германии. Сначала «A» — на вождение байка, затем сдала экзамен и на «Бэшку». И даже уверенно сидела за рулем, когда брала уроки вождения. Но, во-первых, это было давно. Машины у меня не было — только скутер. Во-вторых, руль был с нормальной левой стороны. А все движение — правосторонним.

Кривлюсь и погружаюсь в низкий салон справа.

Кнопок и тачпадов даже на руле столько, что чувствую себя рекрутом на космолете.

Обвожу взглядом "золотой гараж". Но азиата и след простыл. Лезу в телефон. Но сеть также заблокирована, как и я. Есть еще секьюрити. Но думаю, мне ясно дали понять, что я должна разобраться сама.

Сжимая пульт от Jesko, зависаю, не зная, как завести этот чертов летучий корабль. Даже в Bugatti приборная панель была понятнее. И теперь ясно, почему Тенет выбрал для моей экзекуции именно этот гиперкар. Чтобы разбиралась дольше во всей этой футуристической механике.

Вижу у руля углубление в виде щита и тянусь к нему рукой. Интуитивно прикладываю к нему пульт и тот прилипает к панели.

Ну, хоть с этим разобрались. Правда машина так и не завелась.

И хорошо бы кресло и зеркала отрегулировать под свой рост. Учитывая, что машина нашпигована электроникой, сеттинг, по-видимому, происходит автоматом.

А как здесь все активировать?

Опускаю глаза на кнопки. Радуюсь, как ребенок, обнаружив на видном месте рядом с рычагом кнопку “старт”.

Коротко нажимаю и машина оживает. Включаются дисплеи, подстветки, разные приблуды.

Тянусь рукой к сенсорному экрану. Нахожу иконку «кресло», быстро начинаю его регулировать — благо, все интуитивно понятно. Как и сеттинг зеркал.

Но непонятно другое. Как этот нашпигованный космолет заводится?

Изучаю слегка приплюснутый руль с дисплеями вверху и внизу. За ним небольшие рычаги в форме лепестков. Не похоже на старт.

— Бесова, не тормози. У тебя в запасе осталось не больше 10 минут… — ограничение тайминга давит на подкорку не меньше блока.

Психую и вновь бросаю взгляд на кнопку “старт”. Интуитивно жму на нее второй раз со всей дури, и двигатель начинает рычать, отдавая эхом на паркинге.

Вновь радуюсь, как ребенок. Но недолго.

Аккуратно щелкаю рычагом скоростей вперед. Жму на газ, гиперкар взрывается мощным ревом двигателя, светит автоматически включившимися фарами, но не едет.

Ручник! Но его здесь нет. Физически.

Чертов Ктулху. Как снять этот гребанный космолет с тормоза?!
Нервно блуждаю взглядом по боковой панели. И вновь помогает интуиция. Жму на кнопку рядом с рычагом переключения передач, и машина резко поддается вперед. Успеваю нажать на тормоз под резкий скрип шин.

Очередная преграда пройдена.

Несмотря на количество разных дисплеев и тачпадов, для себя определяю минимум — руль, две педали, рычаг переключения скоростей.

Всё! Бесова, больше ничего в этой машине не трогать! А то еще активирую какую-нибудь гиперскорость и меня унесет. Хорошо если в море, а не на встречку, устроив ДТП.

Пристегнувшись и вцепившись ледяными от волнения пальцами в руль, аккуратно выезжаю с парковочного слота. Радуюсь очередной победе.

Но опять недолго.

А куда ехать-то?! Чертов Ктулху, так нервничала, что забыла об этом пункте. А этот гад не сказал адреса.

Направляю внимание на секьюрити. Может быть, один из них знает, где находится ресторан?

Еще три минуты уходит на то, чтобы найти автоподъемник окон, подозвать охранника в униформе и узнать адрес, где мистер Коул, возможно, ужинает.

И ключевое здесь «возможно».

Ввожу адрес, GPS прокладывает путь и становится понятно, что котенку пришел писец. Время поездки 25 минут с учетом пробок. И неизвестно, в правильный ли пункт назначения я прибуду.

Плюс я провозилась не менее 10 минут, разбираясь с космолетом.

— Ну не убьет же Коул меня… — стараюсь успокоиться, но тут же приходит следующая мысль: — Если вообще доеду.

Пытаясь не паниковать, продвигаюсь вдоль стройных рядов лакшери машин. Пару раз торможу со скрипом. Руль и педали настолько чувствительные, что реагируют на малейшую вибрацию моих конечностей. Снимаю сникерсы на толстой подошве — босиком лучше чувствую этот гребаный космолет.

Наконец заворачиваю за мраморную панель, где ранее скрылся Bugatti Коула и вновь бью по тормозам. Выхода здесь нет. Глухая стена. Правда, позолоченная.

— И что дальше?!

Но, к счастью, металлическая панель отъезжает в сторону, и я удивленно приподнимаю брови, рассматривая огромную кабину.

— Да это же лифт для автомобилей, — догадываюсь я и аккуратно заезжаю в зеркальную коробку.

Медленно поднимаюсь вместе с космолетом, смотрю на свое напряженное отражение в мегакаре и ловлю странный вайб. Микс страха, напряга и интереса.

Кабина плавно останавливается. Передо мной раздвигаются металлические ворота, и я оказываюсь практически в паре метров от дороги, по которой несутся автомобили.

С неправильной стороны.

На скорости.

Сжимаю руль ледяными пальцами. Тело пробивает дрожь. Адреналин зашкаливает. Страшно и за себя, и за окружающих, в кого я могу врезаться.

— Ну ни пуха ни пера, Бесова… К черту… — тихо шепчу я и под набатный стук собственного сердца и рев двигателя, резко выруливаю с паркинга.

Но, не привыкнув к машине, желая влиться в быстрый поток, не вписываюсь в поворот и срезаю угол.

Наезжаю на столб, царапая бок, сбиваю боковое зеркало и резко бью по тормозам.

Машины сзади и проносясь мимо зло сигналят, показывая мне, что они думают по поводу моей езды, но мне не до этого.

Chapter 4. Malamente

Лавирую среди машин. Поток плотный, но идем быстро. Нигде не стоим. Учитывая «перевернутую» дорогу и отсутствие опыта, без бокового зеркала чувствую себя одноглазой.

Мешают также сумерки. При дневном свете ориентироваться легче. К тому же, я училась на механике с тремя педалями, а здесь только две и как-то странно расположены. Не так, как у стандартной машины, на которой я тренировалась.

Но даже это не главное. Ловлю странный вайб. Тяжелый. Дискомфортный. Накатывает жесткой волной. Накрывает с головой. Можно было бы предположить, что причиной тому блокировка. Но не только.

Во-первых, опасность. От Тенета. Я отчетливо осознаю, что со вчерашнего дня мозг давал импульс «бояться», но я его отчасти игнорировала. Защитная реакция психики. Бравировала с мыслью где-то на подкорке, что все это не по-настоящему. Что все обойдется. Что все будет, как в кино или в книге — с хэппи эндом. Что Тенет все контролирует и не даст мне разбиться. Но это не так. Слишком холодный. Слишком отстраненный. И все это пугающая до дрожи реальность.

А во-вторых… Есть что-то еще. Не могу уловить суть. И это не только мешает сосредоточиться. У меня начался приступ головной боли.

Продолжаю движение. Передо мной массивный автобус полностью закрыл обзор. Бесит. Как и высвечивающееся время на экране. Давит ограничением.

Музыка в азиатском моуде тоже не вставляет. Пусть и динамичная, но нагнетает. Напоминает не только то, что я в чужой стране. Напоминает, что поведение Тенета в Монако — всего лишь умело разыгранный спектакль. И он гораздо опасней, чем я себе представляю.

И вновь накатывает этот странный вайб, который я не могу уловить. В миксе со звоном и головной болью.

Тянусь к клатчу. Достаю смарт. Захожу в музыкальное приложение и, чтобы отвлечься, листаю плейлист. Выбираю Розалию.

[музыкальная тема в буке]

Включаю на полную «Malamente» [плохая примета] в ремиксе, ставлю на репит и единственное, что огорчает, динамики гиперкара не подключены к моему смарту. С первых слов начинаю подпевать, преодолевая звон в ушах. Несмотря на автоматически включившийся климат-контроль, открыла окна. Так я лучше чувствую обстановку.

Наконец автобус уходит в сторону и я, напевая «malamente», продолжаю движение под рык двигателя.

На светофоре движение замирает, и я встаю перед огромным перекрестком. Продолжаю петь, не обращая внимания на внешний мир и мигрень.

Справа подъезжает спортивный BMW. Окно опускается, и из салона выглядывают два европейца под громкий рэп. На лицах любопытство. Рассматривают культю от сбитого зеркала и поцарапанный бок.

Их мысли вычислить несложно, несмотря на блок. «Или папа или папик» — читается в их глазах. Но не пошлят. Видимо, опасаются моего «папы или папика».

— Hottie, где зеркало потеряла? — судя по акценту бриты.

Не обращаю внимания. Продолжаю подпевать Розалии.

— Не вписалась в поворот? — не оставляют попытки со мной заговорить.

А в глазах читается «прежде чем садиться за руль такой тачки, научись водить».

Да кто спорит.

— Ну же. Не снобись, — продолжают.

Вздыхаю. Тру висок. Ведь не отстанут.

— Настроение с утра плохое. Всё бесит, — мрачным тоном. — Столб под горячую руку попал.

Усмехаются. Оценили шутку.

— Скоро эстакада. И машин там немного. Может, устроим стрит-рейсинг? Бэхе до Кёнига далеко. Но мы можем установить лимит…

Не реагирую. Проскальзывает странная мысль. Может быть, их Тенет подослал? Провокация, чтобы я ударилась в гонку по трассе? В другой раз ответ пришел бы быстро. Моя интуиция на связи с космосом всегда мне помогала. Но сейчас чувствую лишь звенящую пустоту в миксе с мигренью.

Наконец зажигается зеленый, и я аккуратно стартую. В надежде, что они уйдут вперед и тем самым отстанут. Но нет. Следуют за мной.

На светофоре вновь становятся рядом. Заводят разговор.

— Ты вообще знаешь, что это уже не гиперкар, а мегакар.

Да мне безразличен статус машины. Хоть мега, хоть гипер.

— У Кёнига 9-ступенчатая коробка передач. — Продолжают.

На рычаге никаких цифр. Только на экране на руле, который и спидометром назвать язык не поворачивается. Скорее тачпад космолета. Спасибо, что до четвертой переключаюсь. Мне бы добраться до пункта назначения без приключений.

— А трансмиссия LST, — продолжают рекламу.

— LSD? — Переспрашиваю. Сравнение с галлюциногеном странное. Но это не главное. Пытаюсь прощупать ситуацию.

— Да нет. — Радуются, что я отреагировала. — LST. Light Speed Transmission [Трансмиссия скорости света]. Уникальная. Только у Кёнига такая. Видишь подрулевые лепестки? Позолоченые такие? Ты можешь переключать ими скорость и разгоняться до девятки.

«Ок. врежусь в очередной столбик или слечу с эстакады вниз на скорости света. Космолет же…» — Не без черной иронии.

Бросаю взгляд на светофор. Но он будто застыл на красном.

— Я такого Jesko не видел. Будто на заказ. Вряд ли под тебя делали, если ты не знаешь, что такое LST…

«Вряд ли провокация от Коула. Слишком очевидные вопросы», — вычисляю логически.

Вновь молчу. Но мысль продолжает работать.

Гиперкар напоминает тот, что я видела в автосалоне в Банусе. Явно Тенету его пригнали в Испанию. Но он ли это? Понятия не имею. Они для меня на одно лицо. Если ему делали на заказ, например, для Лондона с правым рулем, а он отогнал суперкар в Гонконг, так как не комильфо ездить на битом суперкаре. То вполне может быть.

— Так погоняем на трассе?

— Ребят. Поезжайте, куда ехали. Не до вас.

Голова раскалывается все сильнее. Наконец загорается зеленый и GPS сигналит влево —вверх на эстакаду. Резко стартую с места, отрываясь от BMW. Вливаюсь в скоростной поток и, под недовольные клаксоны, подпеваю «muy mal muy mal muy mal» [очень плохо]

Становится легче — испанская речь, как напоминание о простых радостях прошлой жизни. И хорошо, что сняла сникеры. Толстая подошва мешала чувствовать педаль.

Chapter 5. Wish

Удар в бок. Выброс адреналина. Подушки безопасности не сработывают. Боль в шее. Но цепкие пальцы все еще на руле, а нога на тормозе.

Экраны и электроника отключились. Мгновенной вспышкой авария в Банусе.

— Ктулху! Пробей блок аварией! — кричу во все горло.

Блок.

Пустота.

Кровь из носа.

Не сработало.

Удар сзади. Грудную клетку жестко толкает вперед. Но я все еще жму на педаль тормоза.

— Бесова, ищи другой выход!!! — рык из груди.

Удар спереди. Меня вжимает назад. Из легких выбивает воздух.

Бездна.

— Мия…

Зовет знакомый голос. Поворачиваю голову в сторону оклика.

Жмурюсь от света. Пытаюсь рассмотреть. Но он настолько яркий, что, кажется, проникает в сознание. Вокруг странный шум. Вода? Под босыми ступнями что-то перекатывается. Твердое, но гладкое, мокрое и теплое. Все кажется знакомым, но из-за яркого света не могу рассмотреть. Сжимаю в ладони что-то круглое.

— Мия. Солнышко. Нам пора. А то сгоришь на солнце.

Наконец, смутно прорисовывается визуал. Вижу женщину в темных очках. На фоне моря и галечного пляжа.

— Я нафла камефек. — Выходит из моего горла детским голосом.

Закрываю один глаз и подношу близко к лицу отшлифованный черный камень, в котором виднеется отверстие. Смотрю через узкий просвет на женщину в ярких летних лучах. Светлые длинные волосы собраны сзади в пучок. Порозовевшее на солнце лицо. Чуть вздернутый аккуратный нос. Мягкая улыбка. Почему-то становится и тепло и грустно одновременно.

Женщина поднимает меня на руки, и я вспоминаю это ощущение. Мягкое. Уютное. Защищенное. Мама.

— Ты нашла куриного бога. — Улыбается и, поправляя на моей голове панамку, уносит все дальше от воды. — Или ведьмин камень.

— Ведьмин камень… — повторяю за мамой непонятные слова, обнимая ее за шею. Вижу в отражении ее солнцезащитных очков девочку лет двух.

— Это к большо-о-й удаче.

— Как это?

— Посмотри через дырочку в камне и загадай желание.

— Фелание как Деду Молозу?

Улыбается.

— Да. Загадай желание, как на новый год. Но какое-нибудь другое. А чтобы оно сбылось, мы проденем веревочку через отверстие и повесим тебе на шею.

Подношу к лицу черный камень. Сощурив один глаз, смотрю через отверстие на яркое лазурное небо.

— Хочу быть зывой. — Загадываю желание.

Мы резко останавливаемся, и мама с тревогой смотрит на меня.

— Почему ты загадала такое желание? Тебя кто-то обидел?

— Я видела сон, — пожимаю плечами.

Хмурюсь. Не понимаю, почему мама перестала улыбаться.

— Какой сон?

— Хочу быть живой! — кричу я и, чувствуя боль в грудной клетке, резко открываю глаза.

Часто дышу, вдыхаю воздух, откашливаюсь, будто провела под водой без воздуха полчаса.

Я лежу на бетонной дороге. Надо мной нависают незнакомые люди. А в ушах все еще звенит мой крик.

______________________

Продолжение завтра

Chapter 6. Tolerably

Рефлекторно дергаюсь, хочу встать, но какой-то мужчина останавливает движением руки.

— Лежите. Может быть, у вас поврежден позвоночник. Мы уже вызвали Ambulance. — звуки проникают будто сквозь толщу воды.

Замираю. Я просила быть живой. Но уж лучше умереть, чем стать парализованной. От этой мысли в голове начинает шуметь, Ловлю панику. Вновь часто дышу, чтобы успокоиться.

— Мисс, вы меня слышите?

— Да. Все слышу. — Хрипом. Это и понятно. Я так кричала, что надорвала голос.

Но то, что я все слышу и отвечаю по-английски, уже хорошая новость.

— Как вы себя чувствуете? — на лицах беспокойство и тревога.

Прислушиваюсь к себе. Оцениваю состояние. Шевелю пальцами ног и рук. Чувствительность есть. Несмотря на боль в грудной клетке и шее, адских мучений не испытываю. Но, может быть, это шок и все еще впереди. Сколько таких случаев было.

Хочу сказать «живой», но отвечаю по существу:

— Tolerably... [терпимо]

— Вы помните, как вас зовут?

В голове шумит, в мыслях хаос. Но память при мне и звуки все яснее и отчетливее.

— Помню. — Называю свое имя и сегодняшнюю дату.

— Очень хорошо, — облегченно улыбается мужчина, а моя мысль, несморя на шум, начинает работать.

— Кто-нибудь еще пострадал?

— Две машины задело. Но без жертв и явных травм.

Аккуратно выдыхаю. Еще одна хорошая новость.

Стараясь не шевелиться, внимательно рассматриваю людей, собравшихся вокруг меня. Коула среди них нет. Это и понятно.

— Вы помните, что случилось? — еще один вопрос от мужчины, сидящего на коленях справа от меня.

Хороший вопрос. Помнить помню, но объяснить…

— Тормоза не сработали…

Невысокий европеец, поправляющий какой-то мягкий валик у меня под коленями, качает головой.

— Странно, что машина не отреагировала. У таких суперкаров и безопасность соответствующая. Трекшн контроль, система стабилизации, ABS, передовые системы помощи водителю и прочее и прочее…

— Электрооборудование отказало… — эхом дежа вю. Словами одного из безопасников, разговор которых я подслушала. Похожая ситуация случилась в Банусе. Но по другой причине.

На секунду закрываю глаза. Собираюсь с силами и формулирую очередной вопрос. И это требует ресурса. Меня все еще бьет дрожь после адреналинового скачка и страх остаться калекой на всю жизнь.

— Как я оказалась здесь? Меня выбросило из машины?

— Нет. Мы вас вытащили, — одна из женщин.

— Это чудо, что вы остались живой. Вас спасли подушки безопасности.

— Подушки безопасности… — эхом.

Я точно помню, что пока была в сознании, они не сработали. Как и тормоза.

Видимо, при последнем ударе, который остановил машину, электроника все-таки сработала.

Причина? Однозначно, Коул не стал бы меня щадить. Он действует по схеме «спасение утопающих — дело рук самих утопающих». Значит… я сама… Пробила блок?

Несмотря на боль в висках и затылке, сосредотачиваюсь. Прощупываю свою связь с космосом. Нет. По-прежнему гулкая пустота.

Сработало мое детское желание «хочу быть живой». Я же кричала «ищи другой выход» и мое подсознание в экстренной ситуации его нашло.

Хмурюсь. От увиденного визуала, который вскрылся в моем сознании, становится грустно. Мама ушла, когда мне было два с половиной года. Я совсем ее не помнила. Только по фото и домашнему видео, что старалась не смотреть.

Вновь гоню печальные мысли.

А что за сон мне тогда маленькой приснился, отчего я загадала такое странное желание, что спасло мне жизнь сегодня?

Но слишком болит голова и затылок, чтобы напрягаться еще сильнее и вспомнить сон.

Всё потом… — устало.

— Уже скоро приедут парамедики, — подбадривающе улыбается женщина, сидящая на коленях по правую сторону от меня. — Мы просто застряли посередине туннеля и образовалась пробка на въезде.

Улыбаюсь ей в ответ. Понимаю, что полиция тоже вызвана и едет. Но меня не беспокоят этой инфой.

— Спасибо. — И чтобы отвлечь от темы аварии и своего здоровья, продолжаю: — Все так хорошо говорят по-английски…

И это правда. Не знаю, как бы я ориентировалась, если бы вокруг слышала только китайскую речь.

— Гонконг особый дистрикт и не принадлежит материковому Китаю. — Отвечает мужчина. Но тоже только чтобы увести разговор в позитивное русло.

— Вы держитесь молодцом.

Хочу сказать, что не в первый раз, но внезапно слышу завывание сирены в гулком каменном мешке. Однако не это главное. Со стороны выезда из туннеля тоже отдает эхом гул двигателя. Здесь одностороннее движение. Но, так как я перекрыла поток, автомобилю ничего не мешает проехать с другой стороны.

Рычащий гул все ближе. Где-то рядом останавливается машина. Тихие шаги. Я их слышу даже несмотря на шум в ушах и вой “скорой”.

И чем ближе они, тем больше убеждаюсь, что это Тенет.

Глубоко дышу. Сердце выбивает неровный стук. Хмурюсь.

Несколько человек рядом со мной тоже смотрят вперед. Немного удивленно. Реагируют на приближение человека с другой стороны. Останавливается передо мной.

Поднимаю глаза вверх и встречаюсь со спокойным взглядом неживых черных глаз.

Я не ошиблась. Тенет.

Chapter 7. Numb

Коул так близко от меня, что я вижу каждую складку на его черных джинсах. Встает рядом с моей головой. Смотрит на мужчину, сидящего рядом, и тот молча отодвигается. Сам. Без вопросов. Сверх того, начинает по-китайски что-то объяснять Тенну, хотя тот ничего не спрашивал.

Хмурюсь. Зачем он здесь?

Присаживается на корточки передо мной, а я смотрю на него в упор и не отвожу взгляда. Я уже дошла до той точки, когда мне уже терять нечего. Даже собственную жизнь.

— Если у меня сломан позвоночник и я калека, добей. — Тихо, но уверено.

Молчит. На лице все та же безучастность, говорящая «так и сделаю».

Сканирует меня странным взглядом.

— Серьезных травм нет. Ты в норме. — Внезапно.

Хмурюсь. Откуда такая уверенность? Но где-то на подкорке верю его словам. Аккуратно выдыхаю. Все-таки прорвалась.

Хочу спросить о травмах, но не успеваю. Коул протягивает руку к моей голове, и я рефлекторно дергаюсь. Правда тут же цепенею. Осязая на темени его холодную ладонь, не могу пошевелиться или как-то отреагировать. Одно хорошо — не чувствую боль.

Коул отнимает руку и, поднявшись на ноги, уходит в том же направлении, что и пришел. Зато появляется мой азиатский цербер. Присаживается и внезапно подхватывает меня на руки под недовольный гул помогавших мне людей.

«Вероятно своим ходом быстрее добраться до больницы…» — Все еще не в состоянии пошевелиться, безвольно упираюсь головой в его плечо, пока безопасник несет меня вслед за хозяином.

Проходим мимо помятого гиперкара.

— Меня и правда спасли подушки безопасности и мое детское желание… — тихо шепчу я, но цербер молчит, а меня отвлекают три внедорожника, появившиеся рядом с Бугатти Тенета.

Слышатся звуки хлопающих дверей, из авто выходят солидного вида мужчины и направляются к месту аварии. Провожу их взглядом. Служба безопасности — приходит догадка. И она верна. Люди Коула уже подходят к полиции и подъехавшим медикам, чтобы решить проблему.

— Ну хоть с этим разбираться не придется… — пытаюсь найти позитив в произошедшем, а меня тем временем укладывают в горизонтально установленное кресло высокого внедорожника.

Цербер отходит и вновь появляется Тенет.

Хочу спросить о травмах, но опять не успеваю.

Коул придавливает мою грудь тяжелой холодной ладонью.

В секунду все внутри леденеет. В прямом смысле. Следом то же ощущение разрастается и в конечностях. Онемение холодом пускает корни в позвоночнике. Проникает в затылок и виски. Становится тяжело дышать. В голове звенящая пустота.

Неужели врал о моем состоянии, чтобы лишить меня жизни без свидетелей… — проносится в сознании, а Коул будто в подтверждение мыслей еще сильнее придавливает ладонью.

Сжимает сердце так, что перехватывает дыхание. Не могу вдохнуть. От ужаса близкой смерти, хочу вцепиться в его руку, но не в силах пошевелиться.

Смотрю на бетонный свод сквозь люк машины. Жаль, не увижу неба. Перевожу взгляд на Тенета. Тот в той же позе. Безучастно смотрит на меня.

Закрываю глаза. Уже не цепляюсь за жизнь.

Секунда. Вторая. Третья… И внезапно рука, лежавшая на грудной клетке, отстраняется. Рефлекторно делаю глубокий вдох. А вместе с ним уходит холод.

По телу проходит волна судорог. Дергаясь, открываю глаза. Часто дышу. Ощущаю, как возвращается чувствительность в груди и конечностях.

Тенет, чуть склонив голову, безучастно наблюдает за моим состоянием.

Ожидаю агонии, но нет. Уходит боль в затылке и в груди, что появились после аварии. Сознание ясное. Голова легкая. В ушах не звенит. Несмторя на пробивающую до костей дрожь, в мышцы идет тонус. Мне становится лучше.

— Джай отвезет тебя в пент.

— Разве мне не нужно в больницу? КТ? МРТ? Реанимация и восстановление?

— Сэкономил время. — Коротко. Отойдя от внедорожника, садится в Бугатти и, разворачиваясь, улетает из туннеля раньше, чем я успеваю понять, что произошло.

_________________________________

Продолжение завтра

Chapter 8. Night hunting

В пенте меня встречает горничная Юмин. Уже наготове. Видимо, предупредил Джай. Слышала, как он с кем-то говорил по телефону, пока мы ехали к Башне. Судя по выражению лица, не удивлена. Ни моему окровавленному грязному комбинезону, ни красным разводам на моем лице, ни моим босым ступням — обувь осталась в битом гиперкаре.

Пока поднимаюсь наверх, чувствую, как после адреналинового скачка на меня наваливается усталость. Настолько сильная, что я не в состоянии лишний раз улыбнуться персоналу. Накрывает отходняк после стресса.

Юмин, придерживая меня за локоть, заводит в мою комнату.

— Я приготовила вам ванну с травами и солями.

— А мне можно? После травм?

— Мистер Коул вас полечил. Значит можно. — Уверенно. И я с ней не спорю.

Правда теперь понятно его «сэкономил время». Я бы восстановилась через месяц без последствий, но я нужна ему здоровой для продолжения эксперимента. Правда, если бы я не прошла тест и не успела в последнюю секунду вытащить себя, Коул бы не стал меня восстанавливать.

А Юмин тем временем расстегивает и начинает снимать с меня комбинезон и белье. В другой раз я возмутилась бы. Но не сейчас. Хочеться сэкономить силы, чтобы помыться и упасть в кровать.

Так устала, что даже не стесняюсь своей наготы. Лишь отмечаю, что ушибы и синяки практически спали, а горничная, как обычно не задает вопросов.

Интересно, до меня были аналогичные эксперименты или персонал здесь вышколен, лишних вопросов не задает и ничему не удивляется.

Иду вместе с Юмин в ванную. Та заполнена до краев ароматной пеной.

Держась за ладонь Юмин, опускаюсь в мягкую воду. Тут же погружаюсь в негу релакса.

— Гидромассаж не включала из-за пены. Но…

— Не нужно… Спасибо, Юмин, — улыбаюсь, пока она присаживаясь на колени подкладывает под мой затылок мягкое полотенце.

— Зовите меня Юми.

— Юми. Красиво. А меня зовите Мия.

Молчит. Качает головой. Не хочет нарушать субординацию.

— Я вас помою, — вместо ответа берет мягкую мочалку из морской губки.

— Я сама…

Не спорит. Кладет на край ванной устройство, похожее на AirTag.

— Если вам что-то понадобится, вызывайте. Я рядом.

Встает с колен и направляется к входу из просторной черной ванной.

Смотрю ей вслед. Вспоминаются ее слова.

— Смерть не увольняет… — в догонку.

Она оборачивается. Внимательно рассматривает меня.

— Смерть ликвидирует. Правда? — добавляю.

Молчит.

— Расскажите мне о своем хозяине. — Подталкиваю на откровенность.

— Я ничего не знаю… — Быстро. Быстрее, чем следовало бы.

И так же стремительно выходит.

Откидываясь в удобной гидрованне с подсветкой, устало выдыхаю. В принципе, я ее понимаю. Опасается сболтнуть что-то лишнее.

Однако, едва я укладываюсь в чистую постель и закрываю глаза, такой долгожданный сон не идет. Возможно, от нового места, которое принадлежит моему экспериментатору. А возможно, от блока. Понимаю, что сон не принесет долгожданной информации. А будет все та же звенящая пустота.

Вновь вспоминаю аварию. Вернее, визуал из детства. И все-таки, что мне маленькой снилось? Почему я загадала такое странное желание? Да. Сейчас оно меня спасло. Но в чем причина? Я помню мамин испуганный голос. Что-то я ведь ей ответила…

Тру лоб. Думай, Бесова. Вспоминай. Не знаю почему, но мне это кажется важным. Не только потому, что сегодня оно стало моим спасательным кругом.

Вспоминаю ведьмин камень, через который я смотрела сначала на маму. Затем на небо. Но подсознание молчит.

Проворочавшиь до трех часов ночи, решаю спуститься вниз и выпить какого-нибудь мятного чая.

Однако, уже на лестнице отмечаю свет в кухне, откуда доносится тихий голос.

— Я чуть не проболталась… — голос Юми. Причем по-английски.

Можно было бы уйти, но становится понятно, что речь идет обо мне, и я замираю.

— Как о чем… О неудавшихся поджогах пять лет назад в новых застройках на Коулуне…. — вновь пауза, а я понимаю, что Юми говорит с кем-то по телефону. — Ты же помнишь, весь Гонконг тогда гудел. И что потом случилось с горе-поджигателями… — Пауза. — Вот именно. Причем все умерли собственной смертью.

Не удивлена.

«Нужно быть полным идиотом, чтобы посягнуть на собственность Коулов…» — не без иронии.

— Да. Тоже так считаю. Многие недооценили молодого мистера Коула, на которого свалилось управление гонконгскими кланами и остальным «хозяйством». Ведь старший мистер Коул передал сыну все дела, как только тому исполнилось 18. Тот еще учебу в Англии не закончил. — Продолжает Юми, и я делаю очередной вывод. Видимо, Коул-старший, отдав управление Гонконгом Тенету, давно здесь не появлялся, Тен учится, а конкуренты решили — папа далеко, мальчик-мажор. Прожигатель жизни. Такого подмять — раз плюнуть.

Да уж. И я попалась на бейт «легкомысленности».

— Какая она?... Очень красивая. Волосы белые-белые, как шелковый водопад, и кожа, как фарфор.

Это она обо мне?

— Ой. И татуировка на спине такая интересная. Знаки на ней какие-то странные.

Точно обо мне.

— Неет. Красивее, чем Керри Вонг… — тихо смеется. — Ну и что… — фыркает. — Она хоть и наследница влиятельного пекинского клана, но хозяин ни с кем серьезных отношений не заводит.

Так. Кажется началось обсуждение личной жизни Тенета. Не двигаюсь с места. Чем больше информации я узнаю, тем легче мне будет ориентироваться в следующих экспериментах.

— А помнишь ту титулованную британку… Кто она там была? Дочь маркиза? Прилетала в Гонконг и в Австралию к хозяину, пока он здесь жил постоянно, как на работу каждый день, — смеется. — Ой, лучше о Вайноне Уильямс не вспоминай. — Недовольно. — Все понятно. Голливудская звезда, талант, заоблачный райдер, но она вынесла мозг всему Гонконгу. — Пауза. — Ну да. А с мистером Коулом была шелковой.

Вздыхаю. Поставил галочку и на королевском семействе, и на китайском влиятельном клане, и на Голливуде.

Chapter 9. Knowledge

Влетаю в спальню. Сердце стучит, как у бешеной белки. Преодолевая тремор в руках, закрываюсь на замок. Но мне это кажется недостаточным. Несусь в гардеробную. Отыскиваю на стеллаже с обувью острые Jimmy Choo и, сжимая босоножку возвращаюсь к двери. Проверяю, хорошо ли я ее закрыла. Хорошо. Становится немного спокойнее. Аккуратно выдыхаю. Но пульс продолжает выдавать неровный ритм.

Снизу доносится разговор. Поэтому в постель не иду. Прислушиваюсь.

Видимо, Юми докладывает обстановку. К ее голосу присоединяется еще один. Скорее всего, старшей горничной. Интересно, откуда она появилась? Не апартаменты, а какой-то лабиринт.

Все стихает, и я босиком бегу в постель, чувствуя пятками прохладный мрамор. Сжимая босоножку с острым каблуком, укладываюсь под одеяло. Бросаю взгляд на свою шелковую кружевную ночнушку дорого бренда, которую на меня натянула Юми. Отказать не решилась. Опасаясь, что это сработает как и со сникерами.

Несмотря на то, что дверь заперта, все равно не оставляет ощущение незащищенности. Здесь все двери принадлежат хозяину, как и замки. Если захочет, откроет на изи.

Одна надежда — я только после аварии. Еще не до конца восстановилась. Чувствуется усталость после стресса. Просматриваются синяки на груди, ребрах, конечностях. Ну не должен Коул сейчас тянуть меня в постель. Хотя успокоение, конечно, слабое. Натягиваю на себя легкое одеяло. Затаила дыхание. Прислушиваюсь. Внутреннего лифта или шагов не слышно. Пентхаус погружен в ватную тишину. Лишь стук сердца и шум в ушах.

Замираю, плотнее подтягивая одеяло до подбородка. Очень надеюсь, что Коул пройдет мимо, в свою спальню. И будто понимаю, что рано или поздно это случится. Мне не избежать секса. Его слова «я буду тебя трахать много и разнообразно» врезались в память навсегда. Но все же надеюсь пробить блоки раньше, чем это случиться.

Проходит минута или полчаса — непонятно. Когда внезапно замок щелкает, дверь открывается, и у меня внутри все переворачивается.

Все-таки мимо не прошел…

Не шевелюсь. Очень надеюсь, что Коул увидит, что я сплю и уйдет в свою спальню. Сжимаю острый каблук, как единственное оружие. Хотя понимаю, что шансы малы. Мне свернут шею в один щелчок.

— Я знаю, что ты не спишь, — доносится его спокойный голос, и внезапно в спальне загорается свет. От волнения перехватывает горло, но стараюсь не паниковать.

Открываю глаза — смысла притворяться нет. Наблюдаю, как он подходит к моей кровати, и пытаюсь пробить блок. Разозлиться, рассердиться, сделать хоть что-нибудь, чтобы достучаться до своего космоса. Но в ответ лишь усиливаются шум в ушах и звенящая пустота. Учащенно дышу. Сжимаю босоножку. Руку не вытаскиваю. Если начнет приставать, воткну острый каблук ему в глаз. Мне терять нечего.

Останавливается совсем близко от меня, протягивает ладонь к одеялу, и я нападаю.

Но… Рука, что крепко держит острое оружие, внезапно немеет. Не шевелится. Вскидываю вторую руку, но Коул ее перехватывает и, больно сжимая, опускает.

Вытаскивает босоножку из моих оцепеневших пальцев и отшвыривает на пол.

— Успокойся, Турандот. Я не планировал тебя сегодня трахать, — ровным тоном.

Но я по-прежнему напряжена до предела.

— Тогда что ты делаешь в моей спальне?

Но он не собирается отвечать. Молча откидывает одеяло, и я на автомате вновь вскидываю свободную руку.

Недовольно кривится, будто я ему мешаю, хватает за запястье, сдавливает темя, и моя вторая рука безвольно падает на простынь. Немеет. Как, собственно, и все тело. Ощущения того же странного оцепенения, как когда Коул меня обездвижил после аварии.

Мажет безразличным взглядом по шелковой ночной рубашке, и я вновь начинаю часто и неровно дышать. От страха и невозможности что-либо сделать. Противодействовать. Как никогда, чувствую себя бабочкой, пришпиленной булавкой. Не просто голой, а без кожи. Кажется, еще секунда, и моя голова взорвется, как бомба замедленного действия.

Закрываю глаза. Сосредотачиваюсь. Пытаюсь пробить блок. Но внезапно чувствую, как носом вновь начинает идти кровь. Тонкой струйкой скатывается по щеке вниз.

Судя по выражению лица, Коул не удивлен. Молча вытирает мои губы и щеку краем шелковой простыни и внезапно откидывает вверх кружевное белье. Оголяет грудь. Вздрагиваю, но пошевелиться не могу. Пытаюсь погасить панику.

— Не трогай меня… — сквозь зубы.

Но он не реагирует. Проходится ладонью по грудной клетке и животу, и я дергаюсь от его холодных прикосновений. Соски сжимаются. По телу волной идет дрожь. Если он таким образом хочет меня возбудить, то фиг ему.

— Это следующий эксперимент? — чувствуя его ладони на бедрах, в районе синяков.

— Мне не интересно экспериментировать со сломанной человеческой единицей. — Равнодушно.

Верю. Немного отпускает — он реально не планирует сейчас сексуальных игр. Тогда что он делает?

Тем временем он переворачивает меня на живот и жестко ведет по затылку, лопаткам, пояснице.

Его прохладные тонкие пальцы, словно кисть Смерти, исследуют позвоночник.

Чувствуя, как горит отпечаток его ладони на спине, хмурюсь.

Чертов мануальщик.

Пытаюсь пробить блок. Зажмуриваюсь. Сосредотачиваюсь. Но ничего не получается. Лишь звенящая пустота и новое кровотечение из носа.

— К завтрашнему дню регенерируешь полностью, — возвращая меня на спину. — И продолжим.

Протягивает руку к шее, больно сдавливает жесткими пальцами затылок, и онемение начинает спадать.

Выдыхаю, чувствуя прилив сил. Конечности опять подвижны. Натягиваю одеяло. Вытираю кровь с губ и щек. Теперь понимаю, почему он здесь. До конца меня восстановить. Чтобы продолжить эксперимент.

Встает и направляется к выходу.

— Я все равно пробью все твои блоки, — бросаю ему в спину. — Подушки безопасности я все-таки активировала.

Сейчас, когда мое оцепенение прошло и у меня ничего не болит, чувствую некое удовлетворение после того, как вырвала свою жизнь из капкана смерти.

Chapter 10. Changes / Изменения

Весь следующий день я пребываю в прострации. Не только из-за последних событий и блоков. Не только из-за страха очередного смертельного эксперимента. Чувство, что я зависла над пропастью, все сильнее.

Чтобы хоть как-то продвинуться на пути к свободе, исследую пентхаус. Но и ресерч не приносит облегчения. Ощущение, будто блуждаю по лабиринту и натыкаюсь на сплошные стены и тупики.

В хозяйскую спальню не иду сама. Кабинет — закрыт. Бильярдная, GYM с бассейном, домашний кинотеатр и винная комната никакой новой информации не принесли.

Единственная отдушина — крыша под куполом. Там просторная лаундж-зона, где дышится легче. Но и здесь не без иронии. Сегодня с утра смог. Покрыл мегаполис туманом. Что не добавляет радостных мыслей.

Поднимаю голову вверх. Смотрю на затянутое серой дымкой небо. Устало тру лоб. Чувство, что нахожусь под стеклянным колпаком, который удерживает рука человека по имени Смерть, усиливается с каждым часом. Но самое угнетающее — я не могу пробить этот сверхпрочный купол.

И затишье. Очередное. Перед следующим поворотом лабиринта. Хожу из стороны в сторону. Подхожу к прозрачному ограждению. Рассматриваю подернутый смогом Гонконг. А мысль бешеным ротором кружит только вокруг одной проблемы.

Как мне пробить блоки. Не дожидаясь очередного смертельного сальто.

Но в ответ — лишь звенящая пустота вместо связи с космосом. От нее физически хреново — давит на виски и сводит желудок.

От досады, что я тыкаюсь в глухую стену, от невозможности ее пробить, от ощущений, что я зашла в тупик в лабиринте, выстроенном Смертью, бью ладонью по стеклу. Да так сильно, что злость отдает болевой вибрацией в кисти.

Массирую ладонь, успокаиваю покалывания. Бесова, рефлексия здесь не поможет. Думай.

И я вновь даю круг по лаундж-зоне. И вместе с движением прихрдит логичная мысль. Если я зашла в тупик, значит я делаю что-то не так. Но что?

Хмурюсь. Не приходит ничего в голову. И это тоже бесит. Как и невозможность вспомнить свое прошлое. Мне показали лишь часть воспоминаний, можно сказать, последствие. Но не причину.

Хожу маятником под прозрачным куполом от одного стеклянного края до другого.

Хорошо. Мои способности всегда включались под воздействием сильного эмоционального всплеска. Как ты активировала подушки безопасности, которые и спасли тебе жизнь? Страхом смерти… Тоже эмоциональный всплеск. Но не только. Мои последние слова были «Бесова, ищи другой путь»… После чего меня выбросило в детские воспоминания.

Давай попробуем действовать по аналогии. Так. Хорошо. А каким именно путем я могу пойти?

Делаю круг по лаунж-зоне и дымка снаружи, укутывая купол, напоминает туман моих мыслей.

Вижу только один путь. Нужно изменить отношение к ситуации.

Каким образом?

Сейчас я противодействую Смерти. Защищаюсь. Выстраиваю блоки. А если перестать противодействовать? Или, как говорили на уроках вождения: если машину начало заносить, поверни руль в сторону заноса.

Хмурюсь. Легко сказать «перестать противодействовать». Если бы речь шла о человеке, то проблем не было бы. Человек сам по себе уязвим. Эмоционален. Нелогичен. Нестабилен. Всегда можно найти у него слабость. Трещину, и тем самым выстроить свою защиту. А здесь речь идет о нечеловеческой сущности. Лабиринт построен Смертью, и ошибиться, значит лишиться жизни. Страх смерти заложен в нас природой. На уровне инстинктов.

Но, тем не менее, чтобы продвинутся дальше, нужно попробовать другой путь — повернуть руль в сторону заноса.

От мыслей меня отвлекают тихие шаги. Резко оборачиваюсь. У прозрачных автоматических дверей стоит Юми. Вовремя. Нужно как можно больше у нее узнать. Правда, она пугливая. Боится и уважает Коулов. Искренне им предана. Но хотя бы часть инфы я из нее добыть должна.

— Обед из ресторана доставили. Вам накрыть здесь или внизу?

— Давай на кухне. Там уютно. — Это место для нее комфортно. Значит, там легче ее разговорить.

Молча кивает.

— Юми, ты давно работаешь здесь? — пока спускаемся вниз.

— Моя старшая сестра работала на мистера Коула. А тетя — старшая горничная.

— Почему работала?

— Она вышла замуж и уехала с мужем на материк.

— Поздравляю.

Улыбается. Чувствую, искренне рада за сестру.

Заходим на кухню, где слышится аромат морепродуктов со специями. Сажусь за высокий стол. И Юми проворно приступает к сервировке. Я выбрала правильное место для откровений. Здесь она чувствует себя раскованного.

— А работать здесь нравится?

— Да. — Уверенно.

— Хорошо платят?

— Не только… — ставит бокалы для воды и сока.

— А что еще?

— Мне здесь нравится, — общей фразой. Но понимаю. Недоговаривает.

Уходит вновь в режим «тишины», и я обещаю себе вернуться к этому вопросу позже с другой стороны.

— Я вчера ночью разговаривала с мистером Коулом, и он сказал, что едет в Central?

Я загуглила инфу и выяснила, что это ядро делового центра Гонконга. Но мне нужно подружиться с Юми и внушить ей мысль, что она мой проводник в этом мире. Все люди хотят быть нужными. А там и до откровенности недалеко.

— Это такой район? — дружелюбно улыбаюсь девушке и попадаю в цель.

— Да. Central — это район. Наш район Вань Чай рядом. В минутах десяти.

— Чем он знаменит? — делаю еще шаг навстречу.

— Штаб-квартиры корпораций и крупнейшие банки, отели, офисные и торговые центры. — С гордостью в голосе.

— Мистер Коул работает и по ночам, — улыбаюсь.

— Да. Он много работает. И по ночам тоже. — Серьезным тоном. — В Централе у него компания.

Так. Значит Алекс — подчиненный или его партнер по бизнесу?

— И там еще один пентхаус мистера Коула. — Добавляет мой гид. — Он часто там остается ночевать.

Мысленно хмурюсь. Значит не все так просто. Ладно. Продолжим.

— А Клифф — это еще один район?

Сколько я не гуглила, но ничего вразумительного в Гонконге не нашла с этим названием.