Моря-океаны

Проснулась ближе к вечеру снова, давление, наверное, разбушевалось, поэтому я лежала, влипшая в диван, а сил встать не было. Единственное, в чем я сейчас нуждалась, это вода. Кошмарным усилием, почти через час я все же уговорила тело встать и сходить в магазин - срочно нужно было на воздух, да и есть было нечего.

Сумрачно затянутый тучками район встретил меня изморосью и непреодолимым ощущением моря. Я обошла дом и замерла. Непривычный для июля туман, пушисто поднимающийся над мокрым асфальтом, мог вполне сойти за декорации к Сайлент Хиллу. Смешанный с брызгами ленивого дождика, он пожирал прохожих, а через секунду он добрался и до меня. Воздух был настолько влажный, что сложно было вдохнуть, я закашлялась, продолжая путь вдоль липок, которые нежно именовала “липовой рощей”. Еще пара шагов, и волны мнимого моря уже, казалось, бьются о ноги. Откуда-то пахло выпечкой, сигаретным дымом, шумные люди сидели на верандах открытых кафешек, и зазывалы на ломаном русском/английском/греческом уговаривали посетить именно их. На кухнях жарилась рыба, загорелые женщины смеялись, закидывая в красные губы оливки. Вот винное пятно на скатерти, огромный мужик, с такой же огромной собакой, неясно откуда взявшиеся австралийцы. Набережная переполнялась запахами, каждый из которых, рассказывал что-то свое, урывки фраз на “не нашем”, все смешалось. Море оплетало водорослями и тянуло к себе. Я попыталась сконцентрировать зрение на мысках кед, но поняв всю бессмысленность данного мероприятия просто пошла дальше, позволяя ногам нести меня по привычному маршруту. Я могла бы пройти этот путь и с закрытыми глазами, если бы не переход, на котором меня постоянно норовили сбить, а звук щеток проезжающей “поливалки” пронзительно напоминал шум океана.

Волны бились о волнорез, я сидела с очаровательным бородачем на теплых камнях и тянула через трубочку манговый коктейль. Огоньки кораблей на горизонте сливались в одну длинную полоску, иногда игриво подмигивая. Время остановилось и даже крабы убегали слишком лениво, когда я шевелила вытянутыми к воде ногами.

Когда выходила из магазина, наступила в лужу, и жадно хлебнув кедом аж через верх ощутила наступление океана на меня по полной. Он фактически не давал мне шансов, и я сдалась. Просто перестала предпринимать любые попытки отбросить странное чувство. Солоноватая вода коснулась губ, и, черт возьми, я начала ощущать себя настоящим алкоголиком, жадно вливающим в себя Ессентуки у магазина. Вода текла за шиворот, но на улице было так жарко, что я поняла это лишь по темной полосе на майке, это все было совершенно не важно. Где-то ближе к дому, шум моря, вместе с проезжающими машинами стал тише, “праздно шатающиеся” стали встречаться реже и даже запах риса в воке слегка ослаб. Пар, поднимавшийся над асфальтом сдавался, на этот раз поднимаясь выше в небо и теряясь в неубедительных облаках. Хватка водорослей, что держали меня за ноги, тоже слабла.

И в какой-то момент, ситуация потеряла очарование.

Я шла по лужам домой, уже без разбора, кеды все равно были мокрыми.

Последний глубокий вдох.

Le vent souffle dan le dos, верхушки деревьев тревожно кренятся и я прячусь от следующего припадка грозы дома. Смотрю из окна, как дождь наполняет улицу, поднимаясь выше, вот уже скрылись крыши машин, кусты остались там, под водой, еще-еще, не останавливайся, и снова соленые брызги в лицо, вода поднимается до верхушек липовой рощи скрывая их, и, беспечным потоком вламывается в мое окно на четвертом этаже. Ее становится бесконечно много.

Я закрываю глаза и резко вдыхаю последний раз.

Звон в ушах становится невыносимо громким. Эта огромная финская подушка больше не защищает меня от внешнего мира и приходится открыть глаза.

Когда пришли соседи снизу в квартире уже можно было заводить рыб. Сочувственно посмотрели на кошку, сидящую на холодильнике, перекрыли воду, вызвали мне сантехника и миролюбиво ретировались.

Редкие моменты, в которые я спала особенно крепко, постоянно оборачивались приключениями. Труба лопнула просто потому что могла. И под утро, отдраив квартиру я упала на влажный пол только с одной мыслью: “Нужно меньше спать”.

И тут же заснула.