Мотокросс моей судьбы

Мотокросс моей судьбы.

Мотокросс моей судьбы.

Глава первая.

Кажется, это был дворец с огромными витражными окнами. Во всяком случае Ника, кружась в танце, краем глаза замечала разноцветные отблески стекла, переплетения золотых и серебряных кружев, один раз даже промелькнул краешек трона. Казалось, все кружилось вместе с ней, в такт упоительной мелодии. Качалось на ее невесомых волнах, отплясывало в едином ритме и взмывало высоко вверх, туда, где музыка рассыпалась сотнями ярких огоньков. Они падали вокруг, но не обжигали, а грели мягкими и пушистыми искрами.  

 Ника отчаянно пыталась разглядеть лицо того, кто танцевал с ней. Но взгляд все время соскальзывал в сторону, и удалось лишь увидеть цвет глаз партнера по танцу: синие, как небо над волшебной страной.

Девушка очень хотела узнать его имя. Даже рот открывала несколько раз, но слова не хотели произноситься. Мелодичная и чуть диковатая мелодия срывала их с губ и превращала в искры. Но, в конце концов, Нике удалось задать вопрос:

- Ты кто? Что то за место?

Ей показалось, что она смогла заметить улыбку на лице ее таинственного партнера. А потом тот произнес, точнее, проорал что-то, совершенно неподходящее к лиричной воздушной атмосфере:

- Это Спарта-а-а-а!

Музыка как-то совсем не волшебно хрюкнула и исчезла. Как и дворец. А Ника обнаружила себя в кровати, в обнимку с одеялом. Рядом продолжал надрываться будильник, орущим мужским басом:

- Это Спарта-а-а-а!

- О-о-о-о-о. – Ника выключила вопли и потянулась. Потом вспомнила и подпрыгнула: сегодня ожидался Важный День. Экзамен по сопромату. Девушка прислушалась к себе: нет ли вчерашнего волнения. Сонный организм подумал и сообщил, что пока не волнуется, но вскоре начнет. После чашки кофе точно станет паниковать.

- Блин. – девушка сползла с кровати, зевая во весь рот. – Бли-и-ин, спокойствие, только спокойствие.

В доме стояла тишина: к счастью, будильник никого не успел разбудить. Семь утра, начало июня. Солнце, еще нежаркое, ласково заглядывало в окна и обещало теплый день. Свежий воздух нес в себе запахи сонного города, умытого ночным дождем.

Ника на цыпочках прокралась в душ, где сначала приняла прохладный душ, от которого остатки сна помахали рукой и исчезли, уступив место бодрости. Проснувшаяся девушка протирала лицо лосьоном и пыталась напеть одну из модных песенок. Получалось так себе, если честно. Природа обделила ее и голосом, и слухом.

- К бою готов? – она сморщила чуть вздернутый нос, потом призналась сама себе. – Нифига не готов!

Отражение с готовностью поморщилось в ответ и покачало головой с копной светло-каштановых кудрявых волос до пояса. Едва не расплющив нос о зеркало, девушка придирчиво разглядывала себя. За ночь ничего не изменилось: все то же слегка загорелое лицо с несколькими веснушками и серебристой капелькой пирсинга в правой брови. Густая масса волос слегка оттягивала голову назад, но Ника не хотела стричься, хотя порой, летом, от них бывало жарковато.

Выйдя из ванной уже подкрашенной и одетой, Ника услышала шум закипающего чайника и поспешила на кухню.

- С днем рождения! – приветствовала ее мама, Мария Максимовна. – Садись, завтрак на столе. Чего так рано встала? У вас вроде бы экзамен в одиннадцать?

- Мозг не спит. – Ника с шумом отодвинула стул и села напротив папы. Дмитрий Николаевич взмахнул журналом, на котором красовался яркий спортивный мотоцикл:

- С днем рождения, Ники. Желаю тебе сегодня сдать экзамен и забыть про универ до осени. А с меня и мамы подарок и тортик.

- С орехами. – облизнулась девушка, вспомнив какие торты делает ее мама. Мария Максимовна работала в одной из кондитерских города.

Но радужные мечты о подарке и торте померкли, едва Ника вспомнила, что ждет ее в ближайшем будущем. Сопромат – ее личный кошмар в этом учебном году, из-за которого она едва не вылетела из университета. До сих пор Ника с содроганием вспоминала момент, когда она зимой рыдала в деканате, потому что ее не допускали к сессии из-за несданного зачета по этому проклятому предмету. Лишь на пятой пересдаче все получилось.

А теперь ее ожидает экзамен. И по спине уже ползет липкий страх, а в голове опасная звенящая пустота. Все выученные билеты словно затянуло гигантским мыслесосом.

- Главное не паникуй, все ты знаешь.

- Спасибо, ты меня та-а-ак успокоил!

- Прекрати ныть. – папа подвинул ей сахарницу. – Держи, сладкое помогает думать.

- Тогда ты у нас гений. - не без ехидства парировала дочь, глядя как он кладет себе в кофе три ложки сахара. Папа у нее прикольный. Триста шестьдесят три дня в году он являлся образцом родительской заботы, не доходящей, впрочем, до абсурда. И прилежно трудился начальником отдела снабжения в иностранной фирме с труднопроизносимым названием. Но два дня забирал в свое полное распоряжение. Тогда он выкатывал из гаража блестящий хромированный чоппер, надевал высокие ботинки и косуху, завязывал на голове черную бандану с белыми иероглифами и уезжал на слет байкеров. Мама в эти дни становилась несколько задумчивой, хотя Ника точно знала, она папе доверяет. Но все равно волнуется.

- А возьми меня с собой. – попросила Ника как-то отца. Тот собирался в очередной раз на встречу байкеров, и с мурлыканием возился возле своего обожаемого мотоцикла. Ника, которой на тот момент исполнилось двенадцать лет, сидела рядом на корточках и разглядывала многочисленные блестящие детали чоппера.

- Нечего там детям делать.

- Я не деть. Я девушка.

- Девушкам тем более. – необдуманно брякнул родитель. Ника тут же ухватилась за фразу и заныла:

- Ага-а-а-а, а вон в прошлый раз я видела, как вы уезжали. У Романа Андреевича девушка сзади ехала.

Глава вторая

Глава вторая.

Она сдала! Нет, правда, у нее получилось сдать сопромат на четверку! А ведь входя в аудиторию и прижимая сумку к подрагивающим коленкам, Ника надеялась хотя бы на тройку.

- Блин, как-то не верится. – Ника, вытянув ноги, разглядывала собственные туфли и асфальт. Настя рядом сидела и обмахивалась какой-то папкой. Она тоже не верила, что все позади. Сопромат ей давался также нелегко. Плюс мысли постоянно пытались соскочить с учебы на Ратмира, а это не способствовало хорошему усвоению знаний.

- Я тут подумала…

- Ммм? – Ника чувствовала, как по телу расползается приятная радость от предвкушения того, что будет дальше. А дальше, товарищи, впереди целое свободное лето и мотоциклы.

Слова подруги слегка пошатнули радужное настроение Ники.

- Вдруг все-таки до Ратмира дойдет, что я его люблю? Может, сказать ему на тусе в честь закрытия сессии?

- Я тебе руки отгрызу. – мрачно пообещала подруга. – И ноги, и голову. Хватит уже страдать по ушлепку, который забыл давным-давно про ваши отношения. Все! Баста! Впереди все новое. И наверняка встретишь этого, мужчину своей мечты.

Настя покачала головой: пока что в этого мифического мужчину верилось с огромным трудом. Зато все внимание тянулось к окаянному Ратмиру, который стоял неподалеку и что-то обсуждал с одногруппниками. Скорее всего, предстоящую вечеринку, которую планировали провести в одном из ночных клубов.

Ника тоже посмотрела в сторону Ратмира, но далеко не дружелюбным взглядом. Потом кое-что вспомнила и потянулась за мобильником.

- Мам, привет, поздравь свою дочь с четверкой по сопромату. Ага! Сейчас папе позвоню, обрадую. А, он рядом. Чего говорит? – тут Ника вскочила со скамейки, уронив на асфальт сумку. – Серьезно???

С кустов сорвались испуганные воробьи, Настя вздрогнула, как и стоявшие поблизости студенты. Но девушка ничего не заметила.

- Дай его! Папа! Ты серьезно? Охренеть! А-а-а-а-а! Я сейчас же еду домой!

- Чего?

Ника перевела взгляд на Настю, в глазах сверкали огоньки изумления и восторга:

- Предки обещали мне сюрприз, но я даже представить не могла. Папа сказал, что даст мне денег на новый мотик! Это…это мегакруто! Настя, я домой, созвонимся!

- Удачи. – только и успела сказать подруга. Ника убежала, едва не теряя на ходу туфли и размахивая сумочкой. В голове билось: «новый мотик, новый мотик, новый мотик!» Ника и не смела надеяться на подобное. Да, ее Suzuki Djebel был нежно любим девушкой, но она не могла не признать: он уже порядком поизносился. Брала то не новый, а за три года еще сильнее «убила» его. Не зря папа периодически осматривал его и качал головой. Но какой сюрприз, а? Ника аж зажмурилась от удовольствия, едва не пропустила свой автобус и запрыгнула в него в последний момент. Там устроилась у окна и начала мечтать.

Во-первых, следовало подумать какую же модель стоит выбрать. В голове кружился хоровод из десятков мотоциклов, и каждый, казалось, шептал: «Меня, меня выбирай».

- Придется поговорить с папой, а то я лопну от желания завести ангар новых мотиков. – прошептала тихо девушка. Автобус, по ее мнению, ехал сегодня возмутительно медленно. И машины на дороге специально устраивали пробки. Вся в мечтах о покупке, Ника вертелась, как на иголках. То и дело лазила в телефон и смотрела фотографии различных мотоциклов. Хотелось всего и сразу, но одновременно девушка понимала, что нереально крутую модель ей не купят, а значит стоит закатать губу и выбирать что-нибудь попроще.

На своей остановке Ника пулей вылетела из автобуса, едва не упала, но машинально успела схватиться за какого-то небритого брюнета, стоявшего поблизости. Тот покачнулся, но устоял, и даже придержал неловкую девушку за локоть.

- Извините. Спасибо. – Ника порадовалась, что шпильки не сломались.

- Пожалуйста. – брюнет отпустил Нику и снова завис в своих наушниках. Выглядел он несколько помято, но вполне добродушно. Впрочем, девушка через пару секунд уже забыла о нем. Макс (а это был именно он) тоже не стал заострять внимание на падающих девушках. Голова у него почти прошла, и парень вновь почти полюбил окружающий мир.

Ника же ворвалась в квартиру, едва не сбив маму, которая только что вернулась из деревни, куда отвезла близнецов.

- Папа!

Дмитрий Николаевич выглянул из кухни и поднял вверх руку:

- У меня крутая дочь, одолела таки сопромат.

- Ника, - мама погрозила возбужденной дочери пальцем, – пообедай и поедете. Поздравляю с закрытием сессии! Но учти, папе пришлось долго уговаривать меня на такую покупку.

- Ма-а-ам, я же крайне осторожная. – Ника приплясывала на месте. – Не хочу обедать! Папа, поехали!

- Тихо! – мама обернулась к дочери. – Переоденься, а то за тобой словно стая собак гналась. Хотя бы чай попей, папа все равно обедает.

Поняв, что исполнение мечты временно откладывается и не решаясь спорить с мамой, Ника поплелась в свою комнату. Там глянула на себя в зеркало и мысленно с мамой согласилась: следовало привести себя в порядок. Да и строгий вид уже порядком успел надоесть. В конце концов, лето на дворе, а сессия позади. Поддавшись вдохновению, Ника выдернула из шкафа длинный нежно-зеленый сарафан из тонкой ткани, так подходивший к ее глазам. Потом расчесала волосы, перехватила их резинкой и тщательно смыла макияж. На такой жаре любая косметика начинала медленно, но верно стекать по лицу.

- Я готова! – придерживая край сарафана, Ника заглянула на кухню. – Пап, я не хочу есть, я мороженое слопала. Поехали, а?

Потом не выдержала и с визгом повисла у отца на шее:

- Как вы догадались, что я хочу новый мот?!

- Я догадался. – Дмитрий Николаевич понял, что кофе он не допьет. – Ладно, поехали. Просто твой байк свое отработал, пора пересаживаться на что-то посерьезнее. А тут один знакомый как раз позвонил, сказал у них в салон новые мотоциклы завезли. Так что посмотрим, вдруг чего найдем.

Глава третья

Глава третья

Максим ошибался: Ника и Родион никогда не встречались. Их отношения были той самой дружбой между мужчиной и женщиной. Настоящей, крепкой, без малейшего фривольного оттенка.

Знакомство их началось в один прекрасный весенний день, когда Мария Мироновна – мать Ники – гуляла в парке и познакомилась с Еленой Витальевной – мамой двухлетнего Родиона. Женщины как-то очень быстро нашли общий язык и стали частенько перезваниваться.

Потом родилась Ника, голосистая и пухленькая, с кудрявыми волосами и огромными серо-зелеными глазищами.

- Куколка! Маленькая принцесса! – умилилась Елена Витальевна, когда встретилась с подругой в парке. Ника, в розовом тонком комбинезончике, спала в розовой же коляске, украшенной стразами и веселыми аппликациями в виде зверюшек.

- А вот и принц для принцессы. – рассмеялась мама девочки, когда Родион подбежал и стал заглядывать в коляску.

- Это кто? – Родька, зеленоглазый, со светлыми волосами, похожий на мальчика из сказки, внимательно смотрел то на посапывающую Нику, то на маму.

- Это Ника. Будешь с ней дружить?

Мальчик еще раз заглянул в коляску, встав на цыпочки, коротко кивнул и убежал играть дальше.

Они и правда подружились. А их мамы порой мечтали о том, что Ника с Родионом вырастут, влюбятся друг в друга и поженятся. Они ведь так мило проводили время вместе. Вместе играли на детской площадке, ходили в один садик, пусть и в разные группы. А когда Нике исполнилось семь лет, Родька с утра потащил родителей к подружке, чтобы вместе с ней пойти в школу. Прозвище Принц к мальчишке пристало еще в первом классе. Родька выделялся изысканной внешностью, при этом не выглядел смазливым. Сколько слез в школьном женском туалете было пролито по нему, сколько девочек мечтали, чтобы он просто посмотрел в их сторону, сколько их не выдержало и откровенно бегало за Принцем. Которому подобное внимание сначала льстило, а затем начало откровенно раздражать. Родька не стал бабником, хотя почва для этого была более, чем благодатная. В старших классах он встречался с девушками, но, как правило, все заканчивалось довольно быстро: парню становилось скучно рядом с очередной избранницей, которая смотрела на него влюбленным взглядом и постоянно лезла целоваться. К тому же свободолюбивого Родьку бесила привычка его подруг закатывать ему сцены ревности.

Ника для поклонниц Родьки была как кость в горле. Никто не верил, что эти двое просто друзья. Девушка же в ответ пожимала плечами: как можно влюбиться в человека, которого она с младенчества воспринимала как родственника? Наверное, можно, но у нее не получалось. В Родьке она видела классного надежного брата и только. Он в ней – сестренку, которую надо опекать и над которой можно пошутить.

- Вот интересно, - проговорила как-то Ника в разгар подготовки к вступительным экзаменам в университет. – Эй, Родька, оторвись от учебника.

- Чего? – парень, помогавший ей с подготовкой, оторвался от учебника. Оба сидели на подоконнике, дома у Родьки, который заявил, что Ника обязательно поступит, или он съест свои любимые кроссовки.

- Вчера подходила ко мне Лариса из одиннадцатого Б и говорит, типа, вы всех пытаетесь убедить, что не пара, а тем не менее Родиончик тебя при всех своей принцессой называет. Вот какого она ответа ждала?

- У всех принцев сестрички автоматически становятся принцессами. А Лариса дура, я ей уже это сообщал и не раз. – парня раздражали поклонницы. Со стороны он и впрямь выглядел как принц эльфов из фантастического романа: стройный и высокий, с густыми светлыми волосами до плеч, правильными чертами немного узкого лица и темно-зелеными глазами. К тому же увлекался плаванием, что шло на пользу фигуре.

И с его подачи Ника заинтересовалась эндуро. Точнее – моментально влюбилась в этот вид спорта, едва Родька похвастался перед ней первым своим мотоциклом. С тех пор, а прошло уже три года, они постоянно выбирали себе маршруты для катания, могли уехать на несколько дней, вернуться поцарапанные и дико счастливые. Пусть знакомых эндуристов у обоих было довольно много, Ника с Родькой предпочитали кататься вдвоем, изредка приглашая парочку приятелей. Хотя в последнее время парень стал пропадать с какой-то компанией, которую Ника не знала.

- Не лопни от счастья. – посоветовал Родька, когда они вернулись к Нике домой. Мотоцикл, несмотря на мамины возражения, оттащили девушке в комнату. И теперь Ника сидела рядом с ним и с упоением гладила колесо.

- Кстати, - парень тоже дотянулся до мотоцикла и хлопнул его по сидению. – Теперь ты обязана проставиться, а то на необмытую технику гарантия не распространяется.

- Алкоголь – зло.

- Мы зла не боимся. – пошутил Родька, разваливаясь на небольшом диванчике у окна. – Эй, не смотри на меня, как монашка на демона. Зачем нам алкоголь, если можно проставиться шашлыком?

- Ладно, ладно.

- А теперь слушай, что я тебе скажу. В следующую поездку тебе надо будет набрать тридцать моточасов для обкатки. Особо не газуй. Потом смысла «раздушивать» байк не вижу, тебе по уши хватит и такой мощности.                                                                                             

- Мы поедем в сторону Белого Камня? Родька, ты ж обещал, что рванем туда сразу после закрытия моей сессии и сдачи твоего диплома. Ммм? А ты свой диплом позавчера защитил!

Глава четвертая

Глава четвертая.

Макс в начале прогулки чувствовал себя героем. Ему казалось, что он совершает немыслимо отважный поступок, прогуливаясь с ребенком в парке. Вначале парень держался напряженно, но через час уже немного расслабился и даже начал замечать, что многие девушки кокетливо поглядывают ему вслед. Яна особых проблем не доставала, бегала вокруг «дяди Макса» или везла сама свою коляску. Парень дал ей выпить весь сок, скормил пару печенек и решил, что может баллотироваться в «крутого дядю, который умеет обращаться с детьми».

А потом началось.

- Хочу. – Яна ткнула в сторону лотка с мороженым. Насчет этого Максу разрешения не давали, и он спокойно сообщил, что ничего не купит. Наивный!

Следующие двадцать минут Яна продемонстрировала нехилые звуковые данные. Вопль обманутого в ожиданиях ребенка несся над парком и затихать не собирался. Макс, уже растеряв уверенность, сначала прыгал вокруг девочки, потом пытался отвлечь шариком и игрушками, затем попытался ее перекричать – бесполезно. Яна стояла рядом со скамейкой и орала на одной ноте, периодически добавляя горькие всхлипы. За это время к ним успели подойти куча женщин, которые доходчиво объяснили парню, что ребенку надо потакать. Вконец озверевший Макс не выдержал, схватил Яну в охапку, и удрал подальше от этой чересчур людной аллеи. Добежал до небольшой полянки, где сидели несколько человек, там поставил продолжавшего завывать ребенка на землю и сел напротив.

- Прекрати, я на твой рев не поддамся.

Девочка продолжала орать, изрядно нервируя тех, кто отдыхал на полянке. Макс, у которого уже дергался глаз, удержал себя от нецензурных выражений. Вместо этого приподнял Яну за локти и, глядя ей в лицо, четко произнес:

- Будешь так реветь, станешь страшной и опухшей, ни один мальчик в твою сторону не посмотрит. Вместо принцессы станут называть лягушкой!

Рев смолк так же резко, как и начался. По инерции еще пару раз всхлипнув, Яна вытерла нос рукой:

- Я не принцесса?

- Продолжишь реветь и точно ею не станешь. И вообще, мороженое для фигуры вредно.

Неизвестно, поняла ли его девочка, но больше она не ревела. Макс расстелил плед, улегся на него и лениво стал наблюдать как Яна возиться с цветами и куклой. Мир снова вошел в гармоничную колею.

Небо над головой притягивало бездонной летней голубизной. Несколько легких облачков порой набегали на солнце, и тогда кожа ощущала приятную прохладу. Макс краем глаза проверил, чтобы его подопечная не сняла панамку. Сам он с самого утра щеголял в белой бандане, так как моментально перегревался в солнечный день.

За спиной находились подстриженные кусты, за которыми тянулась аллея. Пребывая в полудреме, парень вдруг услышал топот и пыхтение, затем рядом что-то затрещало. Заинтересовавшись, Макс повернул голову и увидел в кустах двух запыхавшихся девушек.

- Фух, все, думаю можно передохнуть.

- Думаешь, за нами бы гнались? – весьма привлекательная блондинка в балахонистом платье сидела на траве и пыталась отдышаться. Волосы, стянутые в хвост, растрепались и поблескивали на солнце как золото. Красивая девушка. Макс аж залюбовался, пока не перевел взгляд на ее спутницу, показавшуюся парню смутно знакомой.

- Вряд ли, но перестраховаться стоило. – где-то он уже слышал этот звонкий голос. Парень присмотрелся к загорелому личику с зеленоватыми глазами и чуть вздернутым носом. Точно! Эта милашка перекупила у него мотоцикл! Максим заинтересовался происходящим еще сильнее. Откуда эти двое сбежали?

- Слышь, Настя,- Ника сидела и вертела снятые туфли, – а помолвку мы Ратмиру все же немного попортили. Хорошо успели вовремя смыться. Эй, Насть…ты чего?

Макс увидел как красавица блондинка закрыла лицо руками и заревела. Ее подруга явно испугалась и засуетилась вокруг, пытаясь как-то утешить. За короткое время Макс узнал много нового о своем поле, и о таинственном Ратмире в частности. Доводы выглядели убедительными, но Настю почему-то утешить не могли. Она всхлипывала, икала и продолжала лить слезы. Наконец, Ника сдалась и полезла за телефоном:

- Родька, ты где? Сможешь нас забрать из Зеленого парка? Меня и Настьку, у нее тут походу истерика из-за помолвки Ратмира. Да говорила уже, она невменяемая сейчас. Все, зашибись, мы тогда через десять минут у центрального входа будем. Не, алкоголь не нужен, тут и без него офигеть как весело. Тонну пустырника тащи и дружеские поджопники. – она убрала мобильник и повернулась в ревущей подруге. – Вставай, поедем ко мне, приводить тебя в порядок.

Они выбрались из кустов, причем Ника скользнула по Максу равнодушным взглядом и тут же все внимание переключила на подругу. Они пересекли поляну и скрылись на аллее, ведущей к главному входу.

- Как скучно я живу. – пробормотал парень – Яна, никогда не реви из-за мужиков, мы это все равно не оценим.

Девочка непонимающе посмотрела на дядю и продолжила играть.

***

Родька, взявший сегодня машину у отца, встретил девушек и отвез домой. Там они на пару с Никой рьяно взялись прочищать Насте мозги. Парень особо не стеснялся в выражениях:

- Дура ты. Припереться в кафе, чтобы полюбоваться на счастливую соперницу. Это ж надо придумать.

- Я должна была ее увидеть. – Настя уже не плакала, но временами глубоко и протяжно то ли вздыхала, то ли всхлипывала.

Они втроем устроились в комнате Ники. Настю усадили в компьютерное кресло и сунули в руки чай пополам с валерьянкой. Родион уселся напротив нее, на стол, а Ника взад-вперед ходила по комнате, то и дело поддавая ногой упавшую пластиковую флягу, с которой ездила кататься.

- И как? – голос у парня просто сочился ехидством – Увидела? Легче стало?

Ника вздохнула и в десятый раз наподдала ни в чем не повинную флягу. Она надеялась, что у ее друга получится встряхнуть Настю. Обычно у него получалось. С ней, к примеру.

Глава пятая

Глава пятая

Как ни нравилось Нике спать с Максом в одной комнате, но мама была против. И через два дня поставила ультиматум: или мотоцикл переезжает в гараж или Ника отправляется жить туда же. Папа в этот раз взял сторону мамы. И они с дочерью отогнали мотоцикл в подземный гараж, находившийся в пяти остановках от дома девушки.

Настя все же сходила к гадалке, в чем призналась подруге спустя несколько дней. Сказала так, мимоходом, после того, как сообщила, что студенческий клуб, где она занималась с первого курса, занялся благотворительной деятельностью. Их руководитель собрал тех студентов, которые не уехали из города, и два – три раза в неделю ездил с ними по детским домам, устраивал концерты. Настя вдруг поняла, что во время таких выездов, ее тоска по Ратмиру становится чуть меньше. И, чтобы загрузить себя по уши, записалась еще и в волонтеры в приют бездомных животных.

- Настя, мы уезжаем через четыре дня, - девушка не торопясь шла по оживленному проспекту. – Давай, блин, уже встретимся, а? Иначе я заподозрю, что тебя подменили пришельцем.

Подруга, которая находилась в каком-то очень шумном месте, прокричала, что постарается и сбросила вызов.

Ника закинула мобильник в сумку и прибавила шаг. Сегодня она договорилась с Родькой встретиться в гараже и, наконец-то, убраться. Заодно познакомиться с теми, кто потеснил их мотоциклы. Девушка поправила узкий оранжевый ремень на белых бриджах. Она специально выбрала одежду в таких тонах, чтобы красиво смотреться рядом со своим мотоциклом. Бело-оранжевая полосатая майка и такая же повязка на распущенных волосах довершали образ. Ника подумала, что было бы классно сделать фотосессию с ее «Максом». Они будут шикарно смотреться вместе.

Зеленый и шумный проспект с его многочисленными бутиками и торговыми центрами остался позади. Ника свернула на тихую улочку, застроенную старыми пятиэтажками. Улица шла немного в гору, а затем резко поворачивала направо, где и находился гаражный подземный комплекс. А еще неподалеку отсюда проживал Глеб – когда-то любимый парень Ники, который вполне мог бы стать ее мужем. Но не срослось, о чем девушка ни разу не пожалела. Более того, именно она в свое время стала инициатором разрыва отношений.

Чуть задумавшись о предстоящей поездке, Ника машинально глядела под ноги, на выщербленный асфальт. И не обращала особого внимания на проходившую рядом дорогу. Машины здесь ездили редко, на тротуар точно никто заезжать не собирался. Поэтому, когда неподалеку от нее притормозил автомобиль, девушка даже не повернула к нему голову. Окрик тоже не услышала, так как в ушах гремела музыка. Вздрогнула и подняла голову только когда с легким взвизгом тормозов машина выехала на тротуар и преградила ей путь

«Что за фигня?» - мелькнуло в голове, пока девушка с нехорошим предчувствием пятилась назад. Расклад ей совсем не нравился, тем более из народа вокруг были лишь мелькающие вдалеке две пенсионерки.

- Привет. – при виде того, кто вылез из машины, нехорошее предчувствие превратилось в унылую уверенность в скорых неприятностях. Спортивного вида симпатичный шатен лет двадцати трех, с серыми глазами, в летнем льняном костюме и модной стрижкой. Ее бывший парень, не к ночи будь помянут.

Ника не убежала пока что по одной причине: на ногах красовались белые босоножки на тонких шпильках, а кроссовки для гаража находились в модном кожаном рюкзачке, болтавшемся на плече. Быстро скинуть обувь не получилось бы из-за мудреной застежки, а вот подвернуть ногу при беге - запросто. Нащупав мобильник в кармане бридж, девушка нажала быстрый вызов Родьке, надеясь, что он в гараже.

- Ты прямо неуловимая леди. - Глеб понял, что ответного приветствия не дождется. – Телефон не берешь, встречаться не желаешь, дома тебя не поймать. Я уж думал все, не увидимся больше. А тут еду и глазам не верю: идет Никуля, вся такая красивая.

- Вот и дальше пойду. – девушке совершенно не хотелось продолжать беседу. К тому же обращение «Никуля» ее бесило до звездочек в глазах.

- Поедешь – Глеб не спрашивал – ставил перед фактом.

- Эй, парни, вылезайте, мне надо с девушкой прокатиться.

Двери тонированной серой машины открылись, явив миру еще двоих молодых людей: блондина и типа непонятной масти. Оба с любопытством разглядывали Нику.

- Никуда я с тобой не поеду.

- Поедешь. Нам надо поговорить.

- Мы уже поговорили. – Ника тоскливо оглядывала вымершую улицу. Ведь всего в двух шагах проспект, где куча народа. Чего сюда никто не сворачивает?

- Я не буду встречаться с человеком, который может ударить женщину. И не только… - горло перехватило от застарелого страха.

Глеб поморщился:

- Я же извинился. И потом, ошибиться может каждый.

- Да мне пофигу на твои извинения, я никуда не поеду.

- Глеб, может, тебе помочь? – поинтересовался блондин. А его друг рассмеялся и подхватил.

- Можем все вместе прокатиться.

- Не пугайте мою девушку. Ника, садись в машину по-хорошему.

Вместо ответа девушка попятилась в сторону. В глазах парней зажегся нехороший азартный огонек, и Ника в милионный раз обругала свои шпильки и отсутствие гранатомета или хотя бы газового баллончика. От Глеба она ничего хорошего не ждала. После событий годовой давности она очень долгое время ничего хорошего от мужчин не ждала. Еле смогла преодолеть свои страхи.

Ее бывший парень сделал шаг вперед, вместе с друзьями. А потом вдруг остановился, на симпатичном лице появилось выражение злобы и откровенной досады.

- Трое на одну. – донесся из-за спины Ники знакомый голос, отчего девушка чуть не зарыдала от радости и облегчения. – Только насилие, только хардкор?

К ним из-за угла приближался Родька и какой-то незнакомый Нике парень. Девушка, у которой резко задрожали коленки, без сил прислонилась к ближайшему тополю.

Глава шестая

Глава шестая

Родион не слишком горел желанием появляться на выпускном, который его группа и еще две параллельных собирались отмечать в небольшом ресторане на свежем воздухе. Нет, одногруппники у него отличные, они наверняка будут встречаться и после университета. Просто Родька не видел смысла в таких вот сборищах. Ну соберутся они, наверняка напьются и что? Те, кто не дружил все эти пять лет так и не подружатся, те, кто в хороших отношениях, и так никуда друг от друга не денутся. Он лучше бы вещи собрал, а то послезавтра выезжать, а еще надо заехать на будущее место работы, отвезти документы, помочь родителям на даче и свозить бабушку с дедушкой на ежегодный осмотр в поликлинику. Родька всегда их сопровождал, так как ослепительной улыбкой открывал путь даже в самые неприступные кабинеты.

«Ладно, - парень стянул волосы в тугой низкий хвост, открывая уши, – Схожу на часик, а потом смоюсь незаметно».

Хорошо еще, что решили не устраивать торжественный дресс-код. Родион терпеть не мог костюмы и галстуки, хотя родители неизменно умилялись, если им удавалось запихнуть его в подобное облачение. Они считали, что сын выглядит так элегантно, так утонченно, просто истинный джентльмен А «джентельмен» в душе матерился и мечтал о джинсах с футболкой.

На выпускной парень убрал джинсы в сторону, решив надеть светлые льняные брюки и травяного цвета рубашку, рукава которой закатал до локтей. Ни цепочек, ни колец парень не признавал, только на правом запястье болтались массивные часы – подарок отца на восемнадцатилетие.

А еще сегодня никакого алкоголя. Отец оставил ему на два дня машину, так что Родька взял ключи, лежавшие на полке, и выскочил из дома. Ему до сих пор не верилось, что пять лет университета позади. Самая беззаботная и веселая пора закончилась, а что ждало впереди пока что скрывал туман будущего. Впрочем, Родиона больше интересовало настоящее.

Ресторан их староста выбрал действительно хороший. Открытые веранды с прозрачными шторами, хорошая музыка и много зелени вокруг. Три группы с комфортом разместились на самой большой веранде, рядом с искусственным прудиком, над которым изогнул спину резной мост. Нет, правда, очень красиво и стильно.

Но толком Родиону расслабиться не удалось. Так приятно начавшийся вечер в какой-то момент покатился под откос. Когда две девушки из параллельной группы решили признаться зеленоглазому Принцу в любви. Как назло, обе подошли одновременно. И, будучи сильно навеселе, попытались выяснить отношения друг с другом, вплоть до драки. Хорошо парни вовремя растащили истеричек в разные стороны, а другие девчонки принялись их успокаивать. Оказавшийся в центре внимания Родион тихо дымился от злости и мечтал о шапке-невидимке. Нет, конечно, потом все более-менее наладилось и вроде как забылось, только вот настрой оказался испорчен. Поэтому, покрутившись еще полчаса, парень засобирался домой. Отметил, называется.

К счастью, злобное состояние никак не отразилось на езде. А водил машину парень крайне аккуратно. Включил расслабляющую музыку, открыл окна и ехал, стараясь успокоиться. В принципе, а чего он удивляется? Влюбленных дур вокруг него всегда хватало. Если вначале Родиону подобное льстило, то сейчас – раздражало. Будучи по своей натуре охотником, он становился равнодушным, когда «жертва» сдавалась сразу же без боя и норовила прыгать вокруг него на задних лапках. Где гордость то женская, в конце концов? Родька еще вначале пытался вежливо объяснять бывшим девушкам, что, мол, извини, ты хорошая и все такое, но вместе нам не быть, потом стал более черствым. Потому что понял - бесполезно что-то объяснить истеричке, которая звонит и угрожает вскрыть себе вены, если Принц к ней не вернется. Парень тогда, помнится, разозлился и посоветовал резать вдоль вен, а не поперек. Мол, так надежней будет. Удивительно, но после этого девчонка резко успокоилась, назвала Родьку козлом и перестала его преследовать. А парень взял показное хамство на вооружение.

Не так уж много он хотел от своей подруги: доверие и взаимопонимание.

Проехав через широкий мост, Родька пересек проспект и решил срезать путь до дома по старой части города. Машин здесь обычно было мало, главное не затеряться в лабиринте улочек. Но он их выучил наизусть, пока катался на мотоцикле. Так что парень свернул на нужном участке и сразу словно попал в другой город. Чванливые офисы и гордые бутики остались позади вместе с многоэтажными зданиями, здесь главную роль играли частные строения и старые, еще дореволюционные дома.

Пятнадцать минут, и он дома. Попетляв по улочкам, Родька вывернул на недавно отремонтируемую дорогу и чуть прибавил скорости.

Хорошо еще не успел разогнаться.

Мотоциклист выскочил откуда-то из кустов, на перекрестке. Рявкнув что-то нецензурное, Родион ударил по тормозам. Жалобно скрипнув от такого обращения, машина остановилась, так что парня качнуло вперед. Мотоциклист же, увидев машину, явно запаниковал. Резко затормозил, вильнул в сторону и попал передним колесом в кучу песка, лежавшую на обочине. Мотоцикл завихлял и опрокинулся вместе с наездником. Человек юзом проехался по дороге и остановился рядом с колесами машины.

- … ты….мудачный…! Совсем….и…какого! Вконец уже…! – заорал Родион, выскакивая из машины. Сердце в груди стучало так, словно парень пробежал стометровку и установил рекорд. От испуга его слегка потряхивало. А вдруг этот придурок покалечился?

«Придурок» не пострадал. Родька понял это, когда мотоциклист встал и раздраженно выругался. С плеч парня свалился целый Эльбрус. Затем Родиона залило волной возмущения.

- Совсем что ли слепой?! – орал мотоциклист женским голосом. Снятый шлем подтвердил: перед Родькой оказалась девушка. Очень злая темноглазая загорелая девушка.

- Овца тупая, блин! Ты куда перла? – Родион от злости и страха слегка озверел и теперь старался донести до незнакомки кто она такая и в чем ее вина.

Глава седьмая

Глава седьмая.

Ника из последних сил цеплялась за ускользающий сон, где она опять кружилась в красивом танце. Увы, реальность оказалась сильнее и вытащила ее с помощью телефонного звонка. Мобильник, лежавший на подушке орал так, что в первый момент Ника испугалась, тем более откуда-то сбоку послышался страдальческий стон. Оглядев сонным и слегка диким взглядом комнату, девушка поняла, что она дома, а стон принадлежит Насте, которая спала ближе к стене.

Мобильник продолжал подпрыгивать и трезвонить. Тряхнув головой, девушка тупо посмотрела на незнакомый номер и, после колебаний, решила ответить. В конце концов, Джебель еще стоял непроданным.

- Алло. – посмотрела на время и слегка разозлилась: стрелки только приближались к восьми утра.

- Хорошо отжигаешь, Никуля. – сообщил ей Глеб. – Смотрю, без меня ты совсем от рук отбилась.

- Пока. – сообщила ему девушка, не в состоянии сейчас вести конструктивный диалог.

- Напиваешься так, что тебя мужики на руках домой тащат. – продолжал парень тоном, в котором слышалась едва сдерживаемая ярость. – А чего их ночевать то у себя не оставила?

- Следил что ли? Сталкер недоделанный.

- Что поделать, за тобой глаз да глаз нужен. Тебе же хреново без меня, правда?

- Господи, твоя самоуверенность уже переходит в тупость. – рявкнула Ника и поморщилась от головной боли. – Отвали уже и сделай себе тату на лбу «Ты мне не нужен». Может, тогда запомнишь.

Сбросила вызов, потом подумала и вообще отключила звук. Посидела, обхватив руками голову, слегка ноющую после ночи. Больше, к счастью, последствий не ощущалось. Разве что нежелание вылезать из кровати и двигаться.

- Доктор едет, едет, сквозь снежную равнину! - фальшиво донеслось из глубины. – Порошок целебный людям он везет.

- Уууу, - провыла Настя, пряча голову под подушку. – Выключите зву-у-ук!

Ника хихикнула, а голос приближался, отчаянно фальшивя буквально на каждом звуке.

- Человек и кошка порошок тот примут. - дверь открылась, и Дмитрий Николаевич подмигнул дочери. – И печаль отступит и тоска-а-а пройдет!

- И тебе доброе утро. – девушка увидела в руках у отца две большие кружки. – Это что?

- Не могу же я дочери предложить водку. Это чай. Крепкий. С лимоном. – мужчина поставил чашки на столик возле кровати. – Ну вы вчера отличились. Явились домой в три ночи, на руках у незнакомых, по крайней мере нам с мамой, парней. Это как называется?

- Они Родькины знакомые. И теперь мои. – рассеянно отозвалась Ника. – Спасибо, пап. Мама сильно ругалась?

- Просила передать, что вечером все тебе выскажет. – Дмитрий Николаевич глянул на часы. – Ладно, я побежал, а вы давайте, приходите в себя. Настасья, доброе утро!

- Здравствуйте. – донеслось из-под подушки. Мужчина еще раз оглядел дочь с подругой, покачал головой и вышел из комнаты.

- Вставай, любительница абсента. – Ника хлопнула рукой по одеялу, под которым находилась пятая точка Насти. – Все равно проснулась.

- Отстань, я сейчас сдохну.

- Сама виновата. Хлестать абсент стаканами. Ты хоть помнишь, что вчера было.

Настя высунула голову из-под подушки и села с громким стоном ухватив себя за волосы, которые за ночь превратились в нечто лохматое. Совершенно несчастными глазами, под которыми живописно размазалась тушь, уставилась на Нику. Та выглядела куда лучше, хотя косметику тоже не смыла. Общее впечатление: две помятые панды смотрят друг на друга.

- Помню начало вечера. – Настя приняла кружку с чаем, сделала глоток. – Танцевали, веселились, потом я пошла к барной стойке и попросила сделать убойный коктейль. А потом…слушай, что-то лицо Ратмира мелькает. Я вроде с ним разговаривала?

- Ну ты налакалась!

- Ой, ой, ой. – девушка сжала виски, покачиваясь из стороны в сторону. – Башка сейчас лопнет. В жизни больше к алкоголю не притронусь. Говорила мне мамочка, что в нашей семье плохо спиртное переносят, а я, дура, не верила.

- Пей чай, несчастная. Ты загнала Ратмира в угол и пыталась признаться ему в любви.

Серые глаза Насти расширились в немом ужасе. Сделав большой глоток, девушка едва не обварила язык, так что брызнули слезы. Ника же не собиралась ее щадить:

- Еле я тебя оттащила, придумала какую-то чушь про тупой наш спор. Потом ты страдала в холле и все порывалась найти своего придурка. Ну а потом я вытащила тебя на воздух, где ты благополучно уснула на лавочке. Хорошо еще встретились знакомые, которые довезли нас до дома. Кстати, одного из них ты феечкой обозвала. Реально что ли не помнишь?

- Вообще пусто. Всю ночь гадость снилась редкостная. Эльфы какие-то жуткие, погоня, лысые маньяки, бр-р-р. Все, больше ни капли алкоголя, клянусь!

- Слушай. – Ника отставила полупустую чашку. – Слу-у-ушай. А я не помню как мы домой попали.

- В смысле?

- В прямом. Помню, как тебя в машину загружали, как от клуба отъехали. А дальше - ноль.

- Твой папа сказал же, что нас на руках притащили. – Настю гораздо сильнее занимал вопрос, что думает Ратмир про ее вчерашнее состояние. Девушка то бледнела, то краснела, а то пыталась стать зеленоватого оттенка. Последний, впрочем, появлялся из-за страданий организма от похмельного синдрома.

Ника схватила мобильник, потом задумалась и посмотрела на часы. Нет, скорее всего, Родька еще спал. Да и вряд ли Макс и Крис успели ему рассказать про ночь. А телефонов парней у нее не было.

- Мне надо домой. – Настя выпуталась из одеяла и теперь печально разглядывала некогда роскошный шелковый комбинезон. Она и Ника спали в одежде.

- Дам тебе что-нибудь. Давай пока в душ, и поесть надо.