Мой препод псих

Пролог

Пролог

“Как я докатилась до такой жизни?”

Все предельно просто.

Это все из-за глупости, несдержанности, импульсивности…

Этот день был самым обычным. В моей голове вообще представлялся, как супер веселый и замечательный день. Ведь — Первый День в универе. Группа — дружная, ребята — превосходные, сплоченные. Это уже было проверено на практике в августе месяце. Поэтому сегодня я была уверена, что мой день ничто не испортит.

Солнце ласково пригревало, обещая чудесный день. Я шла по знакомой улице, предвкушая встречу с новыми одногруппниками. В голове уже рисовались картины веселых бесед и совместных приключений. Казалось, ничто не могло омрачить мое настроение.

По пути я решила заглянуть в небольшой магазинчик у университета. Хотелось захватить бутылочку воды и что-нибудь вкусненькое для перекуса. Я уже почти добралась до кассы, когда, отвлекшись на витрину с выпечкой, неловко врезалась в кого-то.

— Осторожнее надо быть! — раздался резкий голос. Я подняла глаза и увидела перед собой парня, который смотрел на меня с явным раздражением. Его тон был настолько неприятным, надменным, словно он царь или бог. А по факту он старше меня максимум лет на пять.

Меня это разозлило. За одну секунду я вспыхнула, как спичка.

И я невольно ответила ему тем же:

— А вы, видимо, не видите, куда идете? Я всего лишь развернулась, а налетели вы на меня, — выпалила я, стараясь придать голосу как можно больше уверенности, хотя внутри все дрожало.

Я почувствовала, как краснеют мои щеки, но остановиться уже не могла. В тот момент я совершенно забыла о своем прекрасном настроении и о том, что впереди меня ждет первый день в университете.

— Такую сложно не заметить, а если продолжишь булки трескать, то за километр придется обходить, — его голос был таким высокомерным, что я едва сдержалась, чтобы не закатить глаза.

Ну еще бы. Даже сквозь слегка бесформенную футболку было видно, что он следит за собой. Подтянут. Скорее всего, даже кубики на животе прорисовывались и косые мышцы…

— А вы, видимо, слишком много времени проводите в спортзале, раз совсем забыли о вежливости, — парировала я, чувствуя, как злость придает мне сил. — Или это просто ваша природная черта — хамить незнакомым людям?

Он усмехнулся, и эта усмешка только подлила масла в огонь.

— Моя природная черта — говорить правду, — ответил он, скрестив руки на груди. — А ваша, судя по всему, — создавать проблемы на ровном месте.

— Если вы считаете, что это повод для таких комментариев, то у вас явно проблемы с восприятием реальности.

— А у вас, похоже, проблемы с восприятием собственного веса, — не унимался он, и я почувствовала, как мои кулаки сжимаются.

— Да как вы смеете?! — прошипела я, делая шаг вперед. — Вы вообще кто такой, чтобы мне такое говорить?

— Тот, кто не боится называть вещи своими именами, — ответил он, ничуть не смутившись. — И, судя по вашей реакции, я попал в точку.

Я почувствовала, как слезы подступают к глазам, но тут же отогнала их. Не дам ему такого удовольствия. Совсем уже обнаглел! И во мне нет лишнего веса. А моим аппетитным формам, нужно сказать спасибо матушке природе и моим родителям.

— Знаете что? — сказала я, стараясь говорить как можно спокойнее, хотя голос все равно дрожал. — Идите вы куда подальше. И надеюсь, что больше никогда вас не увижу.

Я развернулась и пошла прочь, чувствуя его взгляд на своей спине. Мое прекрасное настроение было окончательно испорчено, а первый день в университете теперь казался не таким уж и радужным.

Расплатилась и выбежала на улицу. Уже в университете, встретив своих одногрупников слегка расслабилась.

— Ребят, нам пары переставили. Сейчас будет физкультура, — сказала Мила, выбегая к нам из деканата.

— И нафига я тогда укладку делала? — сказала Аллочка и надула губки.

— Ненавижу физкультура, — пробурчала под нос.

— Ладно, всего лишь полтора часа побегать по залу. Может он вообще душка и махнет рукой, — говорит Мила и по ее лицу видно, что она сама надеется на свои слова, но ни капельки не верит в них.

— Пошлите, красавицы, — приобнял нас Мишка и стал подталкивать к спортзалу.

И мы поплелись. Выхода все равно нет. Портить первое впечатление никто не стал бы. Поэтомы мы дружно забрались в раздевалку. Я быстро переоделась и взяла булочку, чтобы перекусить. Желудок кричал, чтобы я съела ее быстрее, ведь с утра даже крошки хлеба не было у меня во рту.

Поэтому раздевалка пустела, а я торопливо ела. Пока к нам в раздевалку не вошел тот самый парень, который не следил за своим языком в магазине.

— А вы почему еще здесь? Быстро в зал. Это не школа, тут звонков нет, все строго по времени, — надменно сказала парень, а у меня внутренний протест начал прожигать до костей.

А какого он тут командовал?

— О, булка. Тебя это тоже касается, бегом в зал, растрясывать пора, — насмехался надо мной.

— Да пошел ты. Ты никто, чтобы я тебя слушалась, — медлю и демонстративно кусаю булочку.

Он приподнял брови и смотрел на меня, словно на умалишенную.

— Что ж, пусть будет так, — он развернулся и вышел из раздевалки.

Я вслед показала ему средний палец, но доела булочку, запила водой и пошла в зал.

Меня не было всего минуту. Но все уже стояли в середине зала и разминались. Никакого препода не было. Я подошла к Алле и встала рядом.

— Блин, препод такой молодой, такой красивый, но такой злой. У него сейчас было выражение лица, будто он убить кого хотел, — шептала Алка.

— Да ладно, не преувеличивай, — отмахнулась от нее, но в эту секунду вижу, как тот парень выходит из кабинета, над которой написано “тренерская”. В его руках журнал.

А у меня сердечный приступ.

Ведь это тот самый парень, который испортил мое утро. Легкий перекус. И видимо теперь испортит весь год.

— Группа, закончить разминку. Встать в линейку, — его голос эхом отражался от стен. — Будем с вами знакомиться. Меня зовут Гордеев Денис Алексеевич. На мои пары приходить всегда, даже если имеется справка на освобождение. Прогулы, приравниваются к двойке. Поэтому десять раз подумайте, что для вас важнее, отчисление из ВУЗа и мимолетные развлечения, которые ничего хорошего не принесут. Или же спорт, здоровый дух и внутренняя сила, — он останавливается взглядом на мне и ухмыляется. — Хотя некоторые явно выбрали бы булки трескать, — не угомонился Гордеев. Теперь понятно откуда в нем столько гордости. Слишком говорящая о нем фамилия. — Я буду называть ваши фамилии, вы шаг вперед и громко говорите “Я”. — И он начал. Мои одногруппники все как солдатики выходили. — Вознесенская, — и как только мое имя было названо, я видела, как он медленно обвел взглядом выискивая ту самую.