Моя поневоле. Сделка с тьмой

Пролог

Свет клубных софитов слепит глаза. Я стою на сцене, и все взгляды из зала направлены на меня. На лице — чёрная маска, скрывающая меня и мою личность. Под ней — я настоящая. Та, которую никто не знает, да и знать им не обязательно. Это часть костюма, которую я всегда использую для своего выступления. Потому что не хочу, чтобы эти богатые мажоры знали, кто я.

Для них я сирена, которая умеет достать голосом до самого сердца и разбить его.

Так о себе заявляю я, когда подаю объявления для выступления.

Так обо мне говорят, когда эти выступления заканчиваются. Потому что я не собираюсь соглашаться на их эксклюзивные предложения продлить вечер за отдельную плату.

Не для этих гнилых людишек я всю свою жизнь пытаюсь выбраться с бедности. Своими силами. Своим голосом. Своей целеустремлённостью. Не телом, которое они хотят купить.

Я пою мировой хит и наслаждаюсь каждой секундой выступления. Голос льётся легко, будто это не работа, не чужие люди, не ночь, которая может всё изменить. Будто это просто вечер, в котором я занимаюсь любимым делом. Потому что музыка — моя стихия.

Я занималась вокалом с детства. Тогда, когда мои родители были живы. Папа возил меня в город на занятия, терпеливо ждал под дверью, пока я распевалась. Учитель говорил, что у меня большое будущее, если я не брошу.

И я бы не бросила, но, увы, для этого нужны были деньги.

Когда мне было тринадцать, родителей не стало. Это случилось летом. Я была в детском лагере, Антон — с друзьями тусовался по клубам. Родители остались дома. Они спали в своей постели, когда замкнула проводка. Говорят, они даже ничего не поняли.

Я очень надеюсь, что это правда и им не было больно.

После этого был детский дом. Благо, недолго, но и этого хватило. Характер мой стал жёстче. Цели выше. А самооценка... Что ж, там не раз её пытались сломить. И поверьте, не только дети.

Когда Антону исполнилось девятнадцать, он оформил опеку надо мной. Это были тяжёлые времена. Для нас обоих. Антон работал без выходных. Я плакала почти каждый вечер.

Тринадцать лет — сложный возраст. Тело меняется, месячные, прыщи, страхи. Когда нужен совет, а у тебя только брат, который сам ещё толком не понимает, как жить.

Но мы справились.

Сейчас мне девятнадцать. Я учусь в университете и пою в кафе. До этого я работала в месте с плохой репутацией. Но когда появился шанс уйти — я ушла, не оглядываясь. Между клубом и кафе я брала ещё подработки. И тогда на сцену выходила «Сирена». Как, в принципе, и сейчас.

Сегодня особенный вечер. Вечеринка каких-то богатых мажоров. Разовое выступление, за которое платят щедро. Меня нашли по объявлению, которое я размещала на каком-то из сайтов. Деньги лишними не бывают, особенно когда ты взяла в долг, чтобы оплатить месяц учебы. Да и если любишь этим заниматься, разве это плохо?!

А пока я пою, даже не подозревая, что именно сегодня кто-то в этом зале уже сделал на меня ставку. И эта ставка изменит мою жизнь навсегда.

Последний аккорд тонет в аплодисментах. Я делаю шаг назад, кланяюсь и ухожу со сцены. Сердце всё ещё бьётся в такт музыке, а в ушах звенит от света и шума.

Почти сразу после меня на сцену выходит знаменитый диджей. Толпа взрывается. Молодёжь визжит, поднимает руки, музыка становится громче, тяжелее. Меня будто стирают из воспоминаний — и это даже приятно.

Обычно я стараюсь уйти побыстрее. Гонорар забираю — и ноги в руки. Сегодня почему-то не выходит.

— Сирена, — окликает администратор.

Он протягивает мне плотный конверт. Я машинально проверяю — внутри деньги. Знаю, что там всё правильно, но это автоматически происходит. Потому что бывают такие места, в которых не хотят платить. Более того, ещё и заставляют кое-что другое делать. Благо, я всегда уношу ноги. Наверное, везение на моей стороне.

— Хозяин клуба просит зайти к нему в кабинет.

Я замираю на секунду.

Зачем? — моментально хочется спросить. Но, вспоминая, что это заведение является довольно-таки популярным, а в отзывах, которые я читала, не нашла ничего плохого, я решила смолчать.

— Хорошо, — киваю, стараясь не показать волнения.

По дороге к кабинету я пытаюсь успокоить себя. Может, ему понравилось выступление. Может, предложит постоянную работу или ещё пару выходов на таких же вечеринках. Такое бывает. Деньги ведь хорошие, а гостям клуба явно понравился мой голос.

Я останавливаюсь у двери, глубоко вдыхаю и захожу после того, как постучала.

Хозяин сидит в кресле спиной ко мне. Кабинет полутёмный, пахнет алкоголем и дорогими сигарами.

— Вы хотели меня видеть? — говорю спокойно.

Кресло медленно разворачивается, и на меня вовсю смотрит молодой парень. Его глаза пробегаются по мне от макушки до ног.

И я замираю. Сердце падает где-то в пятки. Этот его взгляд. Знаю его. Ловила уже на себе. Будто он оценивает, присматривает, пробует — пусть и глазами.

Никита Ляхов.

Парень из нашего универа. Сынок мафиози. Тот, про кого шепчутся в коридорах и стараются не смотреть лишний раз в глаза. Я-то думала, хозяин — это взрослый мужчина, а не этот...