Муж-дракон по договору

Глава 1. Он выбрал не меня

Он снова выбрал не меня!

Я сидела на мягком красном бархатном диване и ревела, как девчонка.

Я устала. Я так устала! Столько лет мне казалось, что я заслуживаю счастья с мужчиной, который стал так дорог… Семь лет в этом чужом, пропахшем магией и огнём мире я строила свою жизнь по кирпичику. Я добывала себе право на уважение, я училась быть стойкой, я стала идеальной партией для лучшего из мужчин.

И ради чего? Чтобы он снова выбрал не меня.

Что. Я. Делаю. Вечно. Не так?!

Служитель храма Истинного Пламени молчал. Он был терпелив, как сама смерть. Всё это время я выплескивала ему свою исповедь: историю о том, как полюбила человека, который был так же одинок в своей золотой клетке, как и я. Мужчину, которого не понимала ни семья, ни даже собственная жена.

Генерал Сайрен эн Фирд. Единственный мужчина в этом королевстве, чей взгляд не был затуманен похотью или жаждой моих денег. Настоящий черный дракон с серебристыми волосами и прямым, горящим взглядом.

Я видела, как он сдерживает свое пламя, как носит вечные кожаные перчатки, чтобы не испепелить всё вокруг — это его броня и проклятие. Мы могли бы стать идеальным союзом: два воина, два стратега.

Я влюбилась в него вскоре после того, как попала в чужой мир.

И всего несколько месяцев назад, когда он был на грани развода, я надеялась на долгожданное заслуженное счастье и взаимную любовь.

— …Но можно ли назвать это любовью, если вы… как я правильно поняли, кхм, подписали с ним договор о заключении брака или попытке завести детей? — В словах служителя прозвучало искреннее недоумение.

Повисла неловкая тишина, и я смяла ткань платья на коленках.

— Ваше святейшество, послушайте. Я рисковала своей жизнью, когда провела герцога Сайрена эн Фирда в тыл врага. Такими путями, которые может знать только тот, кто сотрудничает с вражеской страной. — Я сделала медленный выдох. — И я пошла на этого, потому что хотела помочь Сайрену выбраться из опалы, заслужить прощение короля за измену его семьи и попытку переворота, которой он сам, Сайрен не был причастен. Это попросту несправедливо! Разве я не заслуживаю хотя бы немного взамен после всего этого?

Я вспомнила холод пещер. Помнила, как месила грязь вместе с ним, как вопреки репутации аристократки лично поехала на фронт, рвала ногти о камни и сдирала колени в кровь, пока мы ползли под носом у патрулей Хальфы.

Служитель покачал головой.

— Нет, графиня! Послушайте. Вы заслуживаете любви просто по праву рождения, моя дорогая! Вы здесь, и вы прекрасны. И вовсе незачем никому и ничего доказывать, поверьте старому опытному человеку, повидавшему и послушавшему множествой историй.

Слёзы обожгли щеки, и я больше не пыталась их сдержать. Мне… мне никто никогда такого не говорил. Всю жизнь я видела только обратное: любят других, не меня.

В этот миг мне отчаянно, до боли в груди захотелось поверить ему. Принять его слова как истину, как долгожданное разрешение просто быть.

Но упрямое, впитавшееся в саму кровь чувство подсказывало иное. Составлять безупречные договоры, быть незаменимой, демонстрировать свою полезность и силу — это всё, что я умею. Это мой единственный способ выжить. В той, прошлой жизни, в Петербурге, я была блестящим адвокатом. Железная хватка, холодный ум — именно так я заслужила и чеки с огромными суммами, и уважение коллег, и власть.

Я привыкла, что всё в этом мире имеет цену. Я научилась покупать всё: комфорт, безопасность, влияние.

Всё — кроме любви.

— Я… Я не знаю, может, я и правда такой плохой человек? — пробормотала я, вздрагивая. — Служитель, я думала, там, на войне, он посмотрит на меня иначе. Увидит, на что я готова. Что у нас с ним одинаковые ценности и взгляды на мир! Это было, я знаю, я чувствую. Но он лишь использовал меня, чтобы потом бросить в самый опасный момент. — Я откинула на диван мокрый кружевной платок — жалкая тряпка, такая же бесполезная сейчас, как и мои манеры. — Ненавижу его! И ничего не могу с этим сделать. Хочу, чтобы теперь и ему, и его проклятой жене, с которой он снова вместе, было так же больно.

— Думаете, он такой плохой, что заслуживает лишь ненависти?

— Вы смеётесь? Всё это время он знал, что я в него влюблена! Но я… Я для него словно не живой человек. Он использовал меня — и запросто бросил. Это унизительно. Куда бы я ни пошла, все смеются надо мной, я стала предметом гнусных сплетен. А потом я знаю, что его жена никогда его не любила. Они были несчастны вместе. Я сделала всё, чтобы они развелись и он остался свободен. И мог бы выбирать с чистым сердцем.

Это была почти полностью правда. За исключением того, что я помогла настоящей супруге Сайрена навсегда исчезнуть из этого мира, а её место заняла совсем другая. Совсем другая... и именно это сводило меня с ума.

Сзади раздался какой-то шорох, но я не обратила внимание.

— Правильно ли я понимаю, что вы как-то способствовали его разводу? — уточнил служитель с самым спокойным и понимающим тоном, без малейшей попытки обвинить. — Но что именно вы сделали? Возможно, Истинное Пламя и не сочтет это грехом, если вы только ждали…

— Только ждала! — бросила я и подалась вперед. — Знаете, да. Сначала, в год знакомства, я ждала. Но он выбрал её, она была моей лучшей подругой. А ведь я сама их познакомила! И с этой болью мне справиться было сложнее всего… И когда я узнала, что они несчастливы, я захотела… помочь.

Глава 1.2

В моей прошлой жизни за подобные ошибки расплачивались карьерой. Не стоило позволять местному священнику заглядывать слишком глубоко в мои карты.

Никто в этом мире не должен был узнать правду о том, кто я и откуда на самом деле. Если они поймут, что я «иномирянка», меня либо сожгут как ведьму, либо запрут в лаборатории.

— Вы не поймете, служитель. Это так просто не объяснить. Но теперь я снова… снова проиграла. Я преподнесла ему победу на блюдечке, а он… Он всё равно побежал к своей ненаглядной женушке.

Почему кто-то ничего не делает и имеет всё? Внутри всё клокотало от жгучей обиды. А кто-то пашет, планирует, жертвует собой — и остается на пепелище?

— Но любовь, моя дорогая, невозможно заслужить, — мягко возразил служитель.

— Скажите, разве такой страшный грех — любить? — выдохнула я в сердцах, проигнорировав его слова, и отвернулась. — Я просто… я устала! И мне одиноко. Думаю, если бы у меня был от него ребёнок, я нашла бы в этом наконец покой. Понимаете? Я ведь не так много прошу после всего, на что пошла ради Сайрена. Если отец узнает, что я поставила на кон благополучие всего нашего рода, что король может убить и его, и меня за государственную измену…

Служитель кашлянул.

— Вы можете быть спокойны, всё, что сказано в зале для исповеди, будет сокрыто от чужих ушей. Даже если вы признаетесь в убийстве человека, я не вправе раскрывать эту информацию никому и никогда. Всё, что я могу — отпустить вам ваши грехи и помочь успокоить душу, чтобы вы снова могли открыть своё сердце Истинному Пламени, что очищает и освобождает от всех болей.

Я кивнула, но внутри только сильнее сжалось.

Я и сама уже не понимала, зачем пришла сюда. Что хотела услышать? Что я — «хорошая девочка», а мир просто несправедлив? Но реальность, в отличие от сказок, была грязной и липкой: я одна, я глубоко несчастна и раздавлена общественным порицанием, в то время как Сайрен наслаждается идиллией со своей поддельной женой. И никакое Истинное Пламя и правильные слова не выжгут эту горечь.

Если я не буду ничего делать, разве может счастье свалиться на меня само?

Скрипнула дверь, и я вздрогнула.

Раздались спокойные, уверенные шаги человека, который с порога знал, что ему здесь позволено больше, чем остальным. Я обернулась. Ну конечно! Кто бы сомневался.

Златан эн Керр. Высокий, статный, с гибкой, хищной грацией, которую не в силах скрыть даже самый элегантный камзол. Его рыжие волосы, собранные небрежно, поймали отблеск алтарного огня. Он вошёл в зал для таинства исповеди так, словно это его собственная гостиная.

— Герцог эн Керр?! — возмутился служитель.

— Златан! Какого чёрта?! — совсем грубо и не благородно бросила я.

Впрочем, чему я удивляюсь? Любимчик короля, тень монарха, человек, которому прощали любые безумства просто за то, что он — это он.

Взгляд Златана скользнул по служителю и тут же вернулся ко мне. На губах мелькнула тень усмешки,. Златан был красив — именно так, как бывают красивы мужчины, которые это знают и никогда не оправдываются за своё знание.

Его внешность, насколько я знала, всегда была ещё одним инструментом, таким же привычным, как острый ум или быстрый язык. Торговец, изобретатель и просто красавец — так он сам подхватил слухи о себе и с самодовольством их повторял.

— Служитель, вы говорили, на исповедь не может проникнуть никто лишний, — процедила я ледяным тоном, взяв себя в руки.

— Обычно так, обычно так, — забормотал он, вглядываясь в Златана так пристально, словно мог рассмотреть насквозь. — Чем обязаны, ваша светлость?

— Позвольте разделить исповедь с вами. Мне тоже есть, что сказать.

Златан нагло уселся на диван, пружины скрипнули, я невольно сползла ко нему ближе и тут же попыталась отодвинуться обратно.

— Идите вон, герцог, — проговорила я сквозь зубы, старательно пряча заплаканное лицо. — Не до вас сейчас!

— Так уж вышло, служитель, — заговорил Златан как ни в чём не бывало, — что я слишком тесно связан со всеми этими делами.

Я бросила на него уничтожающий взгляд. Он пришёл смеяться надо мной?!

— Герцог эн Керр, боюсь, я вас не понимаю и должен попросить покинуть…

Не обращая внимание на возражение служителя, Златан достал из-за пазухи хорошо знакомый мне договор и медленно его развернул.

А потом взял у служителя со стола ритуальный нож, пронёс лезвие над огнём Истинного Пламени в ритуальной свече и разрезал кожу на ладони. В неверном свете комнаты почудилось на миг, что по пергаменту с договором пробежал огонь и погас.

— Что ты сделал? — помертвевшими губами прошептала я, глядя то на договор, развёрнутый на его колене, то на служителя.