Муж и его брат. Я (не)сдамся в вашу власть

Глава 1

Телефон зазвонил в самый неподходящий момент. Кристина пыталась нащупать в глубине кухонного шкафа пакет с мукой, а ее руки были испачканы в тесте для пирогов с вишней. Она вытерла пальцы о фартук, который едва сходился на ее пышных формах, и посмотрела на экран. «Виктор муж». Она вздохнула и ответила.

— Привет, солнышко. Ты где?

— На работе, Крис, а где же еще. Слушай, у меня новости. Неожиданные.

В его голосе слышалась привычная усталость, но еще и какая-то нервозность. Кристина нахмурилась, прислонившись к холодильнику.

— Какие еще новости? Ты же не должен был сегодня задерживаться.

— Дело в том, что… приехал брат. Даня.

У Кристины на мгновение перехватило дыхание. Даня. Имя, которое она слышала редко, но всегда с каким-то странным придыханием. Старший брат Виктора, тот самый, черная овца семьи, о котором говорили вполголоса. Тот, кто пять лет назад уехал «делать карьеру» в другой город и с тех пор общался с Виктором отрывочными звонками раз в несколько месяцев. Он был полной противоположности ее спокойного, добропорядочного Виктора — легендой, о которой Кристина знала немного: армия, какие-то темные дельца, репутация человека, которого лучше не злить.

— Даня? — переспросила она, пытаясь скрыть удивление. — И что, он будет у нас жить?

— Пока что. Ему нужно… переждать. Крис, он не такой, как все. Он немного… резковат. Но он мой брат. Постарайся, ладно? Мы через час будем дома.

Линия оборвалась. Кристина медленно положила трубку. Она посмотрела на себя в отражении полированной двери холодильника. Круглое, добродушное лицо с пухлыми губами, румяные щеки, волосы, собранные в небрежный пучок. Она была уютной, домашней, мягкой. Как раз такой, как Виктор любил. И сейчас ей было почему-то страшно. Словно в их идеально вылизанный аквариум собирались запустить хищную, дикую пиранью.

Она закончила пироги, поставила их в духовку и успела принять быстрый душ, как в двери раздался ключ. Виктор вошел первым, уставший, с вечными мешками под глазами. А следом, словно втекая в помещение, вошел он.

Даня.

Кристина замерла на пороге гостиной, обернувшись в полотенце. И в этот момент весь мир сузилась до его фигуры и взгляда. Он был высоким, гораздо выше Виктора, с широкими плечами, на которых сидела черная футболка, подчеркивающая рельеф мышц. Черные, коротко стриженные волосы. Шрам, уходящий от виска к линии челюсти, делал его лицо до смешного опасным и притягательным. Но главное — это были глаза. Темные, почти черные, они смотрели на нее не как на жену брата. Они смотрели на нее как на добычу. Прямо, нагло, с оценкой с головы до ног, задержавшись на ее полных ногах, на изгибе бедер, заметном даже под полотенцем, и на приподнявшейся на вздохе груди.

Он медленно, почти неуловимо, облизал губы. И это был жест такой откровенно мужской, хищный, что у Кристины по спине пробежал холодок, а пупок потянуло вниз странной, давно забытой дрожью.

— Кристина, познакомься, это Даниил. Даня, это моя жена, Кристина, — Виктор сказал это как-то слишком по-деловому, пытаясь разрядить обстановку.

Даня сделал шаг вперед. Он не улыбнулся. Он просто протянул руку.

— Рад познакомиться, Кристина, — произнес он. Голос у него был низкий, с хрипотцой, обволакивающий. Он произнес ее имя так, будто пробовал его на вкус, раскатывая каждый слог. Крис-сти-на.

Кристина, чувствуя, как краснеют щеки, протянула ему свою маленькую, влажную ладонь. Его кисть была огромной, грубой, с мозолями. Пальцы сомкнулись вокруг ее руки крепко, чуть дольше, чем это было принято, и его большой палец лег ей на запястье, проведя по коже легким, почти машинальным движением. Касание было похоже на удар током.

— Очень приятно, — прошептала она, выдергивая руку.

Виктор уже шел в его комнату с чемоданом, а Даня все стоял и смотрел на нее. Его взгляд был тяжелым, как бархатная портьера. Он смотрел так, будто видел ее насквозь — через простое полотенце, через роль доброй жены, через уютный дом. Он видел ту женщину, которая была спрятана глубоко внутри, ту, о которой сама Кристина почти забыла.

— Ты пахнешь ванилью и вишней, — сказал он вдруг, тихо, чтобы Виктор не услышал. — Как будто съедобная.

И он наконец улыбнулся. Уголок его губ медленно пополз вверх, но улыбка не была доброй. Она была хищной, знающей и полной обещаний. Обещаний, которых она никогда не просила, но которые ее тело почему-то уже начало жаждать.

Кристина инстинктивно прижала полотенце к груди. Она поняла две вещи в этот вечер. Первая: ее тихая, размеренная жизнь только что закончилась. И вторая: брат ее мужа был самым сексуальным и опасным мужчиной, которого она когда-либо встречала. И он только что выбрал ее своей целью.