На грани

1 глава.

Ноябрьский вечер выдался холодным и промозглым. Дождь не прекращался и барабанил по крыше и стенам университета. Старое здание с высокими арками и обветшалыми стенами выглядело серым и угрюмым в такую погоду. Студенты выходили из него один за другим, их фигуры отражались в тусклом свете уличных фонарей, создавая образы, похожие на картины Ван Гога.

Аня, укутавшись в шарф потеплее сидела в большом конференц-зале. Сегодня она задержалась допоздна, шлифовала статью о студенческой жизни для университетской газеты. Работа оказалась сложнее, чем она предполагала, и теперь, уставшая и замёрзшая, она мечтала только о горячем чае и тихом вечере под пледом.

Уже стемнело, когда девушка поняла, что больше не может бороться с чувством голода. Тощие руки обняли её живот, и она почувствовала, как он предательски заурчал. Быстро накинув куртку, она вышла в коридор, где царила зловещая тишина.

Студентов почти не осталось, и лишь редкие звуки её шагов разносились по пустым холлам, создавая ощущение, будто она одна в этом огромном здании. В тусклом свете старинных ламп коридоры выглядели ещё более мрачными и запутанными, чем обычно.

«Так… Чтобы статья не была совсем уж скучной, можно упомянуть награды профессора. Хотя кому это интересно? Разве что самому профессору. Что там он ещё рассказывал? Ах, да…» Аня пыталась вспомнить хоть что-то интересное из беседы с Иваном Степановичем. «И я перепрыгнул через забор! Представляешь? Эх… Вот времена были!» Да, пожалуй, история о том, как он в студенческие годы удирал от разъяренной собаки, перемахнув через забор, могла бы добавить статье живости. «Хотя… Подумаю об этом завтра. Главное — не забыть вернуть микрофоны. Чёрт! Микрофоны…»

Девушка резко развернулась в обратную сторону, и побрела в сторону конференц-зала. Тихонько толкнув дверь, она заглянула внутрь и замерла, словно вкопанная.

В полумраке, у стола, стояла незнакомая фигура. Рядом с ней лежала массивная чёрная сумка, совсем не похожая на ту, с которой ходят студенты. Незнакомец, одетый в тёмную куртку с надвинутым на голову капюшоном, что-то лихорадочно искал в стопке бумаг оставленных представителем точных наук, его движения были быстрыми и нервными. Казалось, он не услышал её шагов. Но стоило Ане прошептать:

— Эй! Вы кто?.. – как он резко обернулся.

В свете настольной лампы Аня успела заметить: его лицо закрывала чёрная маска. Сердце бешено заколотилось в груди. Незнакомец, не говоря ни слова, сорвался с места и рванул к выходу.

Инстинкт сработал быстрее разума. Девушка бросилась в погоню. Каблуки её ботинок отбивали громкий ритм по мраморному полу. Тот кого она преследовала вылетел через заднюю дверь, ведущую во внутренний двор.

Аня почти настигла его.

Вот он, совсем рядом. Ааааааа, чёрт-чёрт-чёрт!

На мокрых от дождя ступенях девушка поскользнулась и с грохотом рухнула вниз.

Дверь за спиной с лязгом захлопнулась, отрезая её от цели. Незнакомец исчез, растворившись в ночной темноте, словно его и не было.

Хоть бы я себе ничего не сломала.... или сломала?

Она попыталась пошевелить ногой. Боль пульсировала в лодыжке, отдаваясь неприятной судорогой во всей ноге. Аня попыталась приподняться, но острая боль заставила её вскрикнуть и снова упасть на мокрые ступени. Она чувствовала себя нелепо и беспомощно. К тому же, после пережитого испуга, её била мелкая дрожь.

— Бегать ночью по университету? Смело, — раздался над ней низкий мужской голос.

Аня резко подняла голову. Он стоял над ней, высокий и тёмный, словно вырос из самой ночи. В свете уличного фонаря она видела лишь очертания его фигуры и тень. Лишь когда он наклонился, она смогла разглядеть его лицо. Черты мужественные, с лёгкой щетиной, и взгляд – пронзительный, оценивающий. Этот взгляд заставил её на мгновение забыть о боли.

— А вы… — Аня запнулась, пытаясь собраться с мыслями. — Вы кто?

— Сторож, — просто ответил он, опускаясь на корточки рядом с ней. Он не задавал лишних вопросов, не проявлял излишней навязчивости. В его спокойствии была какая-то магнетическая сила, которая немного успокоила её. — Не двигайся, — сказал он, внимательно осматривая её ногу. — Ты повредила ногу.

Аня почувствовала, как кровь прилила к щекам. Ей было неловко и немного страшно. Ей хотелось казаться сильной и независимой, но сейчас она была просто беспомощной девчонкой, лежащей на мокрых ступеньках запасного выхода университета. Дождь капал ей на лицо, и она, казалось, совсем не чувствовала его до этого момента. Но сейчас осознала, что промокла насквозь.

— Вы это сразу заметили? — прошептала она, стараясь скрыть дрожь в голосе. Ей хотелось звучать уверенно, но боль и страх выдавали её. Она попыталась разрядить обстановку, хотя бы немного сгладить неловкость момента.

Мужчина не ответил сразу. Он продолжал внимательно ощупывать её лодыжку, словно пытаясь определить степень повреждения.

Наконец, он поднял голову и посмотрел ей прямо в глаза.

— Привычка, — ответил он, слегка усмехнувшись.

В его словах прозвучала какая-то недосказанность. Ей стало любопытно. Кто он такой? Она осмотрела мужчину с ног до головы, и он это заметил.

— Спрашивай.

— К-к-к-то вы? — спросила она, чувствуя, как любопытство берёт верх над страхом.

Мужчина на мгновение замер, словно раздумывая, отвечать ли на её вопрос. Затем он вздохнул и склонил голову набок, затем небрежно указал пальцем на нашивку на рукаве униформы с выцветшей надписью «Охрана».

— Тут написано, – констатировал он, опуская её ногу на землю.— сказал он, опуская её ногу. — За кем ты так неслась?

Аня осторожно пошевелила ногой, и, мужчина, стоящий рядом, протянул ей руку. С трудом собравшись с силами, она поднялась, и мир вокруг неё вновь обрел форму.

— За мужчиной, вероятно... Нет, это мог быть и не мужчина... Силуэт. В чёрном капюшоне. Он что-то взял со стола в конференц-зале... Я замёрзла, — призналась девушка, дрожа всем телом. Холодный ноябрьский ветер пронизывал её насквозь. Мокрые волосы облепили лицо, а промокшая одежда прилипала к коже.

2 глава.

Скрежет ключа разбудил её. Она открыла глаза и увидела, что в комнате темно. Ночь накрыла город, и лишь редкие огни пробивались сквозь ночную мглу. Девушка потянулась к столику стоящему возле кровати, нащупала телефон. Цифры – 01:43 – мигали на дисплее. Кому мать его не спится?

Дверь не открылась – она рванулась внутрь с протестующим скрипом петель, впуская в тёплую комнату прохладный воздух и шаткую фигуру на пороге.

— Аня! Господи, что с тобой?! — Полина, до этого свернувшаяся калачиком под одеялом, села.

Аня стояла на пороге – мокрая насквозь, джинсы на одном колене превратились в грязные лохмотья, обнажая ссадину, а на лодыжке виднелась неуклюжая, уже пропитавшаяся грязью, повязка. Какая-то мёртвенная бледность на лице завершали картину ночного кошмара наяву. Она прошла через комнату тяжёлыми, шаркающими шагами, оставляя за собой мокрые следы, и рухнула на свою кровать прямо в одежде, лицом в подушку.

— Поль... это просто пиздец...

Полина мгновенно соскочила с кровати. Щёлкнул выключатель, заливая комнату резким, безжалостным светом. Следом – знакомое урчание включающегося чайника – инстинктивная реакция на любой стресс.

— Так, — её голос стал собранным. Она подошла ближе, оглядывая подругу с ног до головы. — Давай по порядку. Тебя машина сбила? Ограбили? Ты... ты дралась?

— Нет. Я просто... дура, — выдохнула Аня, не поворачивая головы.

Полина недоверчиво изогнула бровь, сев на кровать рядом с подругой.

— Ладно, дура, — мягче сказала она. — Что натворила на этот раз?

Девушка глубоко вздохнула, собираясь с силами.

— Я статью шлифовала. В «Гамме».

— Статью? В самом старом и самом отдалённом от общежития корпусе нашего «храма знаний»? — Полина скептически хмыкнула, но уже без прежнего сарказма. — До половины второго ночи? И что, на тебя потолок обрушился? Или напал призрак основателя университета?

Гул чайника заполнил тишину повисшую межу подругами.

— Ань, серьёзно! Твой вид... Ты выглядишь так, будто убегала от стаи волков.

Аня медленно перевернулась на спину, глядя в потолок уставшими глазами.

— Почти, Поль. Почти...

Каждая клеточка тела ныла от усталости и пережитого шока, но мозг, наоборот, работал на предельных оборотах, прокручивая события последних часов снова и снова. Образ человека в капюшоне, стремительно исчезающего в ночной темноте, и холодный, оценивающий взгляд мужчины, который ей любезно помог, стояли перед ней так отчетливо, словно это происходило прямо сейчас. Она провела рукой по лицу, стирая холодные капли и грязь. Нет, она не станет рассказывать Полине всего. Зачем втягивать её в это? Полина слишком впечатлительна и сразу начнет паниковать, отговаривать, и наворотит дел. Нет, это, что бы это ни было, она должна распутать сама. Или... с тем, кто уже в курсе.

— Просто... неудачно упала, — Аня заставила себя выдавить более-менее спокойную улыбку, хотя получилось, скорее всего, жалко. — Засиделась над статьей, знаешь же, там ступеньки старые, освещение никакое. Вот и растянула ногу. Хорошо, сторож помог. Оказался рядом в нужное время.

Полина замерла с чайником в руке, скепсис на её лице постепенно сменился беспокойством.
— Упала? Аня, ты выглядишь так, будто тебя поезд переехал, а не «просто споткнулась»! И почему ты вся мокрая и в грязи?

— Ну.... так получилось, — Аня постаралась изобразить смущение. — На улице дождь был. Сама не поняла, как все произошло. Главное – ничего не сломала, только нога болит.

Полина поставила чайник на стол и подошла ближе, внимательно изучая подругу. Она знала Аню – та была способна на самые неожиданные поступки. Но сейчас в её голосе звучала такая усталость и боль, что она не стала допытываться дальше.

— Господи, Анька! Ты как всегда, найдешь приключения на свою голову! Надо в травмпункт, посмотреть ногу как следует. И вообще, что ты делала в корпусе так поздно? Ты могла дописать статью тут...

— Материал дособирала. Дедлайны горят. Меня Марина Викторовна сожрёт, если я не сдам статью вовремя. А этот... как его, охранник... он вроде сказал, что ничего страшного.

Она решила пока не упоминать о своих подозрениях. Это наверняка опасно, и Полина не должна быть в это втянута. Если там действительно что-то серьёзное, пусть лучше она одна столкнется с последствиями.

— Так, ладно. Главное — что ты жива и более-менее цела. Сейчас ты быстро в душ, смоешь с себя эту «боевую раскраску». Я поищу в аптечке нормальную мазь и эластичный бинт, перевяжем по-человечески. А потом — спать. И завтра останешься в общежитии, поняла?

Аня слабо улыбнулась.

— Поняла, мам.

Она медленно, сцепив зубы от вновь появившейся боли, поднялась с кровати. Физический дискомфорт был сильным, но в глубине души уже разгорался другой огонь – азарт. Это знакомое чувство, когда натыкаешься на что-то непонятное. Неизвестное. И эта неизвестность манила её. Она не собиралась отсупать. Ведь она видела что-то.

Тонкие пальцы легли на холодный, ребристый металл. С лёгким усилием, преодолевая сопротивление застарелого механизма, она провернула его. Сначала раздалось глухое шипение, затем – низкий, нарастающий гул, и наконец, с силой вырвался поток воды, с шумом ударившись о кафельное дно душевой кабины. Она шагнула в душ. Миллионы капель тут же обрушились на её плечи, спину, волосы...

Может я сошла с ума? Нет. Не сошла. Мне надо действовать – осторожно, продуманно, не выдавая своих намерений раньше времени. А какие мои намерения? И Полина... Милая, заботливая Полина не должна оказаться втянутой в это. А вдруг ситуация опасна? А противник мне неизвестен... Есть ли он вообще? Может я себя накручиваю? Втягивать подругу в эту историю слишком рискованно. Пусть лучше Полина думает, что это лишь результат моей неуклюжести. Так будет безопаснее для неё. Во всяком случае, пока. А до тех пор... то, что я видела... Если мне не почудилось и не показалось. Вот разберусь и расскажу ей. Потом.

Горячие струи били по напряженным мышцам, постепенно расслабляя их. Пар быстро заполнил небольшое пространство кабины, окутывая её фигуру влажной, теплой дымкой, приглушая звуки внешнего мира.

3 глава.

Анна открыла глаза и замерла, прислушиваясь к звукам. За окном шумели машины, а в комнате царила тишина. Она повернула голову и заметила, что подруги нет. Кровать была пуста, постельное белье аккуратно заправлено.

Неужели уже так поздно? Почему она меня не разбудила?

Осторожно приподнявшись, девушка почувствовала, что нога, к её удивлению, почти не болит. Вчерашнее растяжение явно пошло на поправку. Она осторожно опустила ноги на пол и, ухватившись за спинку кровати, медленно поднялась. Нога слушалась, позволяя ей двигаться почти без боли.

Чудо какое-то!

Девушка аккуратно направилась к столу, где стоял её ноутбук. Статья для студенческой газеты требовала срочной доработки и сдачи. Времени оставалось в обрез, а у неё ещё даже не было достойного финала. Углубившись в работу, она напрочь забыла обо всем, пока не увидела на столе диктофон.

«Чёрт! Микрофоны!» — воскликнула она, вспомнив, что так и не вернула университетское оборудование после интервью с профессором Арефьевым.

Она взяла телефон и набрала номер Полины. После нескольких гудков раздался шёпот подруги.

— Алло? Ань, ты чего? Пара же идёт, я еле вышла...

— Полин, прости, но мне срочно нужна твоя помощь. Я вчера, оставила в конференц-зале микрофоны. Ты можешь, пожалуйста, зайти туда и забрать их? Я не уверена, что приду в университет, а Викторовна меня убьёт если я их не верну.

— Микрофоны?

— Да-да. Микрофоны. Они лежат на столе в коробочке чёрной, просто забери их и принеси мне, пожалуйста.

Полина вздохнула.

— Ладно, ладно, уговорила. Только пока не знаю, как попасть в ту часть университета сейчас. Сегодня тут неспокойно.

— Почему? Что-то случилось?

— Ой, ты же не знаешь, — голос Полины внезапно стал ещё тише. — Убили профессора Арефьева.

Аня замерла.

— Что? Как убили?

— Говорят, нашли в его кабинете рано утром. Удар по голове, или что-то такое. В общем, жуть. Сейчас тут все на ушах стоят, следователь ходит. Ищут какую-то девушку, которая, вроде как, что-то видела. Но её никто не может опознать. Изображение, которое они показывают очень размытое, по слухам. Но до нас ещё не дошли....

Аня почувствовала, как её сердце пропустило удар.

Это же я.... Я что-то видела!

— Какую девушку? — спросила Анна дрожащим голосом.

— Да никто толком не знает. Говорят, какая-то студентка, которая была в корпусе поздно вечером. Следователь опрашивает всех подряд, но пока безрезультатно. Знаешь, Ань, мне как-то не по себе...

— Я сейчас приду.

— Зачем? Твоя нога, она же...

— Я в состоянии дойти 300 метров до машины такси, которую я уже вызываю. Не переживай, мам.

— Такая ты, конечно, язва. Я постараюсь забрать микрофоны к твоему приходу. Всё, отключаюсь, а то истеричка Соловьёва будет меня искать.

— Спасибо, я позвоню, как буду рядом.

***

Машина медленно удалялась от ворот старого здания. Девушка буквально влетела в главный вход, не ожидая никого и не обращая внимания на людей вокруг. Слова Полины об убитом профессоре заставили её действовать осторожнее. Она ещё не успела набрать номер подруги, чтобы предупредить о своём прибытии, когда её окликнул мужской голос.

— Эй, стойте!

Она обернулась и увидела полицейского, приближающегося к ней с настороженным взглядом. Мужчина в форме выглядел серьёзным, и девушка замедлила шаг, недоуменно глядя на него.

— Кто вы такая? С какого курса? — спросил он, прищурившись.

Аня, собравшись с мыслями, достала студенческий билет из кармана и протянула его полицейскому.

— Анна, третий курс, факультет журналистики. Я просто проспала и теперь бегу на пары. — В ответ молчание. — Вас учили здороваться?

Полицейский, с непроницаемым лицом, изучал заламинированный прямоугольник. Затем, отрывая взгляд от документа, он посмотрел на лист бумаги, который всё это время держал в руке.

— Проспать до часа дня - это талант… — произнес он, возвращая студенческий, и в этих словах не было ни капли дружелюбия. — Пройдемте со мной, пожалуйста.

Девушка знала, что сопротивляться бесполезно, да и догадывалась, что сейчас произойдёт, поэтому молча последовала за полицейским. Они шли по длинному коридору, который обычно гудел от студенческого смеха и разговоров, но сегодня он был абсолютно пуст. Было слышно, как где-то вдалеке проплывали голоса преподавателей, но здесь, в этом крыле, царила тишина, прерываемая только эхом шагов. Вскоре они подошли к крылу, которое было полностью огорожено полицейской лентой. Яркие жёлтые полосы контрастировали с серыми стенами университета, заявляя о запрете входа. Вспомнив о том, что происходит за этими лентами, Анна поняла что нервничает. Оттуда доносились приглушенные голоса и странные, неясные звуки, которые сложно было идентифицировать: шуршание бумаги, тихие разговоры и порой ритмичное постукивание, возможно, от работы криминалистов.

— Что здесь произошло? — не выдержала девушка, глядя на полицейскую ленту.

После молчаливой паузы Аня обернулась и заметила, как полицейский внимательно смотрит на неё, словно сверяя её реакции с чем-то в своих заметках. Мужчина ничего не ответил, лишь молча указал ей следовать за ним. Они прошли под лентой и вошли в кабинет. В комнате царил беспорядок: бумаги были разбросаны по полу, книги вывалились из шкафов, а на столе виднелось тёмное пятно, накрытое белой простыней. Девушку затошнило, но она изо всех сил держалась, чтобы не выдать этого.

В кабинете находились двое мужчин. Один — в военной форме, очевидно, следователь, а другой, тот, кто помог ей ночью. Его лицо было непроницаемым, но уставшим, как будто он провел бесконечные часы в напряжении.

Полицейский, который привел Анну, взглянул на следователя и тот обратился к Роману:

— Вы знаете эту девушку?

Мужчина на мгновение замер, будто давая себе время осмыслить происходящее. Его взгляд скользнул по Анне. От ночной перепуганной девчонки, промокшей до нитки и перемазанной грязью, не осталось и следа. Чистое платье, аккуратно уложенные волосы… даже повязки на ноге не было видно.

Ну что, доигралась?

Он медленно кивнул, его выражение лица не изменилось.

— Да, это она.

И что мне теперь делать?

Следователь внимательно посмотрел на неё. Его взгляд напоминал взгляд хищника, который решал, когда схватить добычу. Это только усиливало страх.

4 глава.

ШОК! ГЕНИЙ, ВЕЧНЫЙ ДВИГАТЕЛЬ И… ТРУП В КАБИНЕТЕ!

Арефьев Иван Степанович. Имя, которое ещё вчера шептали лишь в узких кругах, сегодня гремит на всю страну! Но, увы, не благодаря его научным достижениям… а из-за жуткой находки в его университетском кабинете. Но обо всём по порядку!

Вечный двигатель – миф или реальность?
Мы встретились с профессором Арефьевым, чтобы разобраться, насколько близки мы к созданию вечного двигателя. Что он рассказал?
Вопрос: Иван Степанович, возможно ли создать двигатель, который будет работать вечно?
Ответ: (Загадочно улыбается) В физике нет ничего невозможного, моя дорогая. Мы просто ещё не нашли нужную формулу… или ингредиент!
Вопрос: Вы близки к разгадке? Ходят слухи, что вы работаете над чем-то революционным!
Ответ: (Подмигивает) Скажем так, я вижу свет в конце тоннеля. Но чтобы до него добраться, нужно пройти через… небольшие трудности.

И это говорил человек, чьи разработки в области альтернативной энергетики могли бы перевернуть мир!

Сенсация! Профессора Арефьева нашли мёртвым!

Шутки в сторону! Вчера утром профессор Арефьев был найден мёртвым в своём кабинете. Полиция хранит молчание, но наши источники сообщают о "травме, не совместимой с жизнью". Что это – несчастный случай, трагическая случайность или… убийство? И главное – связано ли это как-то с его научными разработками и "небольшими трудностями", о которых он обмолвился в нашем интервью? Кто хотел заставить замолчать гения? И что он успел узнать?

Следите за нашими обновлениями! Мы будем держать вас в курсе этого шокирующего расследования! Правду узнает каждый!
Демидова Анна, студентка третьего курса факультета журналистики

Мужчина дочитал статью, нахмурив густые брови.

— Идиотка, я же предупре… — прорычал он, сжимая газету в кулаке, но его гневное бормотание прервал звонок телефона.

Он достал телефон из кармана и, не глядя, принял вызов.

— Слушаю.

В ответ раздался грубый мужской голос.

— Девчонка лезет туда, куда не надо. Ты читал, что она пишет в своей статейке?

— Да, — сухо ответил мужчина.

— С ней надо что-то сделать, — отрезал голос в трубке. — Немедленно. Эта писанина нам совершенно ни к чему.

— Я тут при чём? — огрызнулся Роман.

— Я слышал, у вас с ней… есть точки соприкосновения, — в голосе собеседника проскользнула издевательская нотка. — Не так ли?

— Это не так.

— Мне плевать, так это или не так! — рявкнул голос. — Значит, будут. Сделай так, чтобы были. И чтобы она заткнулась.

Мужчина нахмурился, не понимая, к чему клонит собеседник.

— Не понял.

— Отвлеки её. Придумай что-нибудь. Займи её чем-нибудь другим. Мне всё равно как, но чтобы она забыла об этом деле. Мозги есть? Вот и шевели ими, идиот. Иначе шевелить придётся мне, а тебе это не понравится.

В трубке раздались короткие гудки. Мужчина злобно швырнул телефон на стол и откинул от себя газету, на первой странице которой красовалось броское название: "ШОК! ГЕНИЙ, ВЕЧНЫЙ ДВИГАТЕЛЬ И… ТРУП В КАБИНЕТЕ!".

***

Аня спускалась по старинным ступеням корпуса «Дельта», чувствуя на себе косые взгляды студентов. Её статья в студенческой газете, озаглавленная броско и провокационно, произвела невероятный эффект. Все, от зашуганных первокурсников до седовласых профессоров, обсуждали её шокирующие откровения о профессоре Арефьеве, его неоконченном изобретении и загадочной смерти. Одни восхищались её смелостью и талантом, видя в ней новую звезду расследовательской журналистики. Другие же, напротив, морщились и осуждали за «пляску на костях» и погоню за дешёвой сенсацией.

Декан, пожилой мужчина с умными глазами, поощрял её инициативность, пророча ей большое будущее. Но были и те, кто предостерегал от излишнего рвения, советовал «не будить лихо, пока оно тихо». Но Анна никого не слушала.

Девушка даже получила записку с угрозами после своей статьи. Это был сложенный вчетверо лист обычной, ничем не примечательной бумаги.

Развернув его, она увидела несколько строк, написанных крупным, неровным почерком, словно кто-то очень торопился или старался исказить свое письмо. Чёрные чернила чуть расплылись в некоторых местах.

«Твоя статья была ошибкой. Закрой свой рот. Или пожалеешь».

Не пожалею!

Поворот, ещё поворот и вот девушка уже в библиотеке. В её планах было провести там весь вечер, погрузившись в архивы и материалы, связанные с жизнью и работой профессора. Кроме того, она придумала план: выждать момент, чтобы незаметно пробраться в его опечатанный кабинет и осмотреть место убийства. За сутки, проведённые за написанием статьи, она досконально изучила план корпуса «Дельта», вычислила слепые зоны камер наблюдения и разработала план проникновения. В этот раз она будет предельно осторожной, незаметной и бесшумной, как тень.

В читальном зале, окруженная толстыми томами, она чувствовала себя неуязвимой. Раскрытые книги создавали иллюзию сосредоточенности, отгораживая от любопытных взглядов. Здесь она могла позволить себе перевести дух.

Вдали оставались назойливые вопросы подруги, обеспокоенной её состоянием, и едкие замечания тех, кто по-своему пророчил ей будущее «Корреспондента жёлтой прессы». Слова, которые жалили, но здесь, она могла их игнорировать и сосредоточиться на том, что действительно важно, на том, что не давало ей покоя.

Библиотекарша, пожилая женщина в старомодных очках на цепочке, скользнула по ней сочувствующим, немного усталым взглядом и, собираясь домой, произнесла тихим голосом: