Надежда на счастье

1

Беспокойство съедало мою душу. Время — 2:00 ночи. Он ещё не вернулся.

Пытаюсь снова позвонить.

— Вызываемый абонент вне зоны…

— ЧЁРТ! — не дослушав, бросаю телефон на диван.

Он должен был выйти с работы в 8 вечера. Несколько часов прошло, а он ещё не вернулся. Он всегда предупреждает, если задерживается. Мысли, что лезут в голову, не улучшают состояния. Сначала были гудки, а теперь телефон выключен.

В последнее время участились ссоры, мы совсем перестали понимать друг друга. Прошёл почти год с нашей свадьбы. Обаятельный, красивый, весёлый — этим он меня зацепил, заставляя влюбляться. После трёх лет отношений он сделал мне предложение — счастливее меня тогда никого не было.

Но он изменился. Парень, с которым я встречалась, и тот, с кем живу, — как будто два разных человека. Первые пару месяцев после свадьбы всё было как в сказке: свадебные путешествия, счастливые воспоминания — всё-всё было прекрасно! А потом всё начало рушиться. Я старалась не доставать его и перестала пытаться узнать, что происходит в наших отношениях. Ужин после работы, старания его отвлечь, попытки поднять настроение — он ничего не замечал.

— «Он устаёт после работы».
— «Он не обязан уделять всё своё время мне».
— «Наверное, плохой день».
— «Он не хочет меня беспокоить».
— «Он ведь заботится обо мне».
— «Он…»

Я пыталась убедить себя, что всё в порядке.

Звуки с коридора прервали мои размышления. Я даже не услышала, как он зашёл. Быстро выбежав в коридор, я остановилась.

— С тобой всё в порядке? — взволнованно спросила я, пытаясь осмотреть его глазами.

— Да. А что? — сказал он, посмотрев на меня.

«А что?.. А ЧТО?!» Я потеряла дар речи, растерянно смотря в его глаза. Я начала злиться.

«Успокоиться, нужно успокоиться».

— Ты заставил меня волноваться, не предупредил, что будешь поздно.

— Боже, прекрати! — раздражённо прервал он меня и направился в нашу комнату.

Я осталась стоять, успокаивая себя мыслью о том, что мы завтра обязательно поговорим. Потому что это больше не может продолжаться.

«Мы завтра поговорим», — с этими мыслями я пошла спать, не надеясь на нормальный сон.

---

— До свидания! — сегодня я освободилась с работы на два часа раньше. Надо было собраться с мыслями для разговора. Пока он не вернулся с работы, у меня будет достаточно времени, чтобы сформулировать свои мысли.

Дойдя до дома, я хотела открыть дверь ключом. Только дверь оказалась не заперта. Испугавшись, я тихо приоткрыла её. И первое, что бросилось мне в глаза, — это женские туфли. Дыхание участилось, когда из нашей комнаты послышались соответствующие звуки. Подойдя к спальной комнате, я стояла с каменным лицом, смотря на происходящее. На моём лице невозможно было увидеть хоть какие-то эмоции. Но меня разрывало на части. Вера в счастливую жизнь умерла. Надежда, что была словно маленький огонёк во тьме, угасала. Я развернулась и…

2

Я развернулась и побежала прочь из дома. По щекам текли слёзы. От комичности ситуации хотелось засмеяться. Но больнее не от того, что он привёл её в дом, и всё происходило в нашей комнате, в комнате, где он спал со своей женой, в комнате, где у нас с ним были общие воспоминания.

Больнее всего от того, что я подозревала, но закрывала на это глаза, обманывая себя лживыми надеждами и воображением идеальной и счастливой семьи.

Я ускорила шаг, не разбирая дороги, как будто пытаясь сбежать от этой ситуации. Слёзы застилали глаза. Я, не останавливаясь, закрыла глаза, успокаивая себя. Резкий вскрик и пронзительный визг тормозов заставили меня открыть глаза, чтобы уставиться на свет от фар машины, которая ехала прямо на меня. Секундная боль, пронизывающая всё тело — и меня накрыла спасительная темнота.

---

— Мм, — солнечные лучи заставили меня пошевелиться.

«Ну, я же закрыла…» — проскочила мысль в голове.

Нос что-то щекотало. Попыталась рукой убрать этот раздражитель. Только рука скользнула по чему-то волнистому.

«Что?»

Я резко села, от чего у меня потемнело в глазах. Закрыла их, держась рукой за голову. А когда медленно открыла глаза, то испытала шок.

— Где это я? — задала вопрос сама себе.

Ибо то, что я видела, — это не то, что я ожидала увидеть. Я вовсе не была в своей квартире. И я лежала вовсе не в кровати, а на траве (она была мягкая и волнистая). Вокруг были деревья, очень много деревьев. Это лес!

«Как я здесь оказалась?» — столько вопросов, на которых нет ответа.

Мои воспоминания начали возвращаться.

«Ссора… Дом… Он… Он мне изменил».

От этих воспоминаний мне стало больно. Но я заставила себя не думать об этом — не время. Я стала копаться в своём мозгу, желая вспомнить.

«Так, я побежала из дома… Свет!.. Меня сбила машина!» — этот факт привёл меня в ещё больший шок. Я прощупала своё тело, пытаясь осмотреть и понять, почему мне не больно. Поскольку в голове проскользнула мысль о том, что меня сбили и отнесли в лес. Со мной всё было в порядке, и я была в той же одежде, что и тогда: голубой брючный костюм, белая классическая майка и белые кроссовки.

Либо у меня галлюцинации, либо я сейчас в коме. О том, что во время комы душа покидает тело, я слышала. В случае других вариантов у меня нет объяснений. Нет, в подростковом возрасте я читала подобные книги, но никогда не думала, что окажусь в подобной ситуации. Об этом думать не хотелось.

Я снова огляделась, будто веря, что что-то изменится. Но ничего не изменилось, всё тот же лес. Я встала, решив осмотреться и пройтись. Может, мне кто да встретится…

---

Здравствуйте, уважаемые читатели! Это моя первая книга, поэтому прошу не судить строго :) И спасибо большое, что ставите сердечки и ожидаете продолжения. Мне очень приятно.

Главы выходят не так часто, но я постараюсь это исправить. Приятного вам чтения!

3

Ступая по мягкой траве, я была благодарна себе за то, что надела кроссовки, а не каблуки. Иначе одними синяками не отделалась бы.

Примерно двадцать минут спустя после моего пробуждения я нашла речку. Обрадовавшись своей находке, я побежала и склонилась над водой. И, увидев себя в отражении воды, была очень удивлена. Нет, там была я, но какая-то помолодевшая.

В связи с проблемами, которые у меня появились, я забросила себя. И видеть вечно уставший взгляд и синяки от бессонницы было как-то привычно, хоть и неприятно. А тут — прям свежая, как будто не было проблем и горя — мужа.

Мои серо-зелёные глаза, в которые будто добавили больше красок и яркости, так и светились, хоть в них и отражалось непонимание вперемешку с удивлением. А ресницы стали густыми и длинными. Красивый овал лица и пухлые губы цвета цветка розы дополняли образ. А волосы пшеничного цвета стали как жемчужное золото. Они у меня были длинными и густыми, так что в этом плане ничего не изменилось. В принципе, на себя я не жаловалась, у меня было красивое лицо. Только без ухода даже цветы завянут.

Налюбовавшись на себя, я попила воды. Оглядевшись ещё раз, я решила идти вдоль реки, нежели углубиться в лес. Там могут быть опасные хищники. А как говорится: «Там, где вода, там и народу полно». Рано или поздно я должна выйти из этого леса. Лучше рано.

И вот я уже примерно часа два иду, а ничего не изменилось. Те же бесконечные деревья, та же нескончаемая река. Я, решив отдохнуть, рухнула на землю, раскинув руки и закрыв глаза. Мне уже хотелось есть. Углубиться в лес я ещё боялась, но организм требовал своего. Пролежав так ещё немного, я решила не сильно углубляться, а поискать, что поесть. Те же грибы должны были быть. На охоту даже на мелкого кролика я не думала. У меня не было ни опыта, ни даже ножа.

Немного с опаской, но внимательно я разглядывала каждый куст. Когда я уже решила, что сегодня уж останусь голодной, чем ещё дальше углубляться, я услышала щебетание птиц и шум куста. Повернув голову, я увидела, как несколько ярких маленьких птиц собрались вокруг небольшого куста и что-то там клюют. Я решила подойти. Птицы, услышав шум, разлетелись, и я, приблизившись, увидела ягоды. Они были красненькими и маленькими. Взяв одну и с мыслью, что если птички едят, то уж точно яда нет, положила в рот. Каково же было моё удивление, когда они оказались вкусными и мясистыми. Именно вкусными: не слишком сладкими и не слишком кислыми.

Радуясь тому, что такой голодной уж не останусь, я собрала как можно больше ягод, некоторых положив в карман. И, решительно развернувшись, вернулась. Кое-как промыв несколько штук, я села поесть. Несмотря на мои опасения, ягоды оказались очень сытными, даже половина осталась. Ещё раз попив воды и умыв лицо, я продолжила свой путь.

Уже скоро стемнеет, а я всё ещё тут. На ужин, съев остатки ягод, я продолжила свой путь. Спустя полчаса начало резко темнеть, и я решила найти место для ночлега, пока окончательно не стемнело.

Деревья были довольно толстыми, и я могла там поместиться, только я боялась упасть. Немного пройдя, я нашла дерево, полукругом окружённое кустами. Осмотрев своё примерное место ночлега, я осталась довольна.

А на небе тем временем появились первые звёзды. Щебетание птиц, шелест деревьев и звуки природы — такие успокаивающие. Смотря на темнеющее небо, в мою голову начали лезть разные мысли. Целый день я старалась не думать об этом, о том, как я здесь оказалась. Ведь если меня сбила машина, должны были быть хоть какие-то раны или же боли. В то, что я блуждающая душа, или в то, что это сон, я начала сомневаться. Уж слишком яркими были события. Я ощущала усталость, вкус, и слишком долго я сплю что-то.

В свои 23 года я добилась многого. Мать умерла, когда мне было 17. Опекунство взяла её сестра, моя тётя. Я не жалуюсь, она хорошо заботилась обо мне, но она очень напоминала мне мою маму. Своего отца я не знала и не видела. Он ушёл ещё в детстве, так что мама сама меня воспитывала, работая на нескольких работах, лишь бы нас обеспечить. Её мягкая улыбка, добрые глаза и ласковое «Милана» или «Лана» заставляли меня улыбаться шире.

Этот период жизни для меня был тяжёлым, ведь любое напоминание о ней делало мне больно. Поэтому, как только мне исполнилось 18, я пошла жить в общежитии при университете. Параллельно работая и учась, бывало, приходила без сил. Но, проучившись 3 года в сфере маркетинга, я получила красный диплом. Мне улыбнулась удача, и я почти сразу стала работать по профессии в одной из хороших компаний. Трудясь дни и ночи, я стала медленно, но верно подниматься по карьерной лестнице. Тогда я уже встречалась с Сашей. Выходя замуж в свои 23, я не хотела сразу иметь детей. Я люблю детей, они радость жизни. Только я хотела прожить жизнь для себя. И думается мне, это было самым верным решением. Я многого добилась сама. Со стороны тёти была поддержка, но я быстро всё остановила. У них многодетная семья, и каждый цент им был нужен. Поэтому, когда стала стабильно зарабатывать, помогала им. Они всегда готовы были поддерживать, за что я им сильно благодарна. А Саша... подбадривал меня и тоже был моральной поддержкой. Квартира, в которой мы жили, была заработана мной. Двухкомнатная — я копила для этого упорно. А вскоре после неё смогла позволить себе и машину.

Может, из-за этого он женился? Или у него была ветреная любовь, и, женившись, он пожалел?

«Тьфу, меня опять не туда несёт». В любом случае прощать его я не собираюсь.

Смотря на звёздное небо, я искала наши звёзды, но не находила, как ни смотрела.

«Надеюсь, ночь будет не сильно холодной», — с этими мыслями я заснула...

4

— Уф, — сорвалось с моих губ, как только я вытянула ноги, расслабляясь.

Ночь не была холодной, несмотря на мои подозрения. Проснувшись с первыми лучами солнца, я решила найти перекус для сил. Найдя тех же ягод, углубившись в лес, я быстренько поев, потопала дальше.

И вот, идя без остановки несколько часов, устала настолько, что теперь вставать не хотелось. С мыслями, что осталось чуть-чуть, я продолжила идти. Я уже думала, что нужно идти в обратную сторону. Но я заметила изменения. Деревьев не так много, как вчера или утром, их стало меньше. Если не присматриваться, это незаметно. Вглубь леса не кажется таким тёмным и устрашающим, а более светлым что ли? Надеюсь, это на самом деле так, а не нежданные галлюцинации. На обед, поев тех же неизменных ягод и благодаря тому, что они встречаются на каждом третьем шагу, я решила идти дальше.

Найти такую же удобную, как вчерашней ночью, дерево не удалось. Поэтому, падая у более-менее подходящего, я уснула, даже не поев.

Солнце уже встало, когда я проснулась. Умывшись и поев (я даже не заметила, как всё съела, думаю, я проголодалась, поскольку вчера уснула, ничего не съев), я встала. У меня была уверенность, что я скоро выйду из этого леса. Я начала замечать затоптанные травы, и они углублялись в лес. Они не были похожими на следы хищников. Мне уже хочется искупаться и снять с себя эту одежду. Перекусив, я прислонилась к дереву и не заметила, как уснула.

Я проснулась резко. Подскочив, я огляделась, чтобы увидеть причину моего пробуждения. Но я ничего и никого не заметила. Только мне послышался какой-то шум. Шум шёл спереди. Первой моей мыслью было побежать в сторону шума с криками: «Я здесь!» Потом остановила себя мыслями, что не каждый второй будет бродить по лесу. Я решила сперва посмотреть на причину шума. Стараясь не издавать никакого звука, чтобы меня не услышали и, не дай боги, не увидели, я аккуратно приблизилась.

Караван... Караван — первое, что бросилось мне в глаза. Я стояла где-то в пяти метрах от него. Это точно был караван. Вокруг стояли несколько парней. Я посчитала пятерых. Два брюнета — очень похожи друг на друга, рыжий — на вид самый молодой из них, и ещё два блондина. Один выглядел как самый старший — думается, он лидер этой группы, второй тоже молодой, но выглядел старше рыжика. Они были одеты как в Средневековье: штаны, туника и рубашки, длинные кожаные ботинки и пояс с ножами. А у некоторых был плащ. У рыжика длиной в пол, а у брюнетов короткие. Пока я разглядывала, рыжик, что-то сказав, пошёл в сторону речки, прихватив что-то в руки, брюнеты углубились в лес, а те двое остались у каравана. Первой мыслью было, что тут снимают фильм, потом я поняла, что тут, кроме нас, никого нет — ни режиссёров, ни аппаратов.

Я решительно пошла следом за рыжиком, не думая, что с остальными я справлюсь. Я знаю, что нельзя судить по обложке, но надеюсь, если что, курсы самообороны, которые я проходила ещё подростком, мне помогут. Я не решилась к ним подходить, что-то подсказывало, что показываться им пока не стоит. Своему чутью я всегда доверяла.

Рыжик, оказывается, решил искупаться, а я тем временем взглядом искала его вещи. Нет-нет, это не воровство. Я просто решила одолжить его вещи с условием никогда не вернуть. Не думаю, что ему навредит, если я заберу парочку его одежд и плащ. Когда он в очередной раз нырнул в воду, я быстренько прихватила его сумку (оказывается, вот что у него было в руке) и плащ, побежала, скрываясь в тени деревьев. Слава Богу, караван был далеко от речки.

Я прислонилась к дереву, дабы отдышаться. Я бежала без остановки минут сорок, не меньше. Я отбежала достаточно далеко, поэтому могла себе позволить немного отдохнуть. Я обернулась, чтобы ещё раз посмотреть, нету ли погони, но не думаю, что они меня заметили. Хотя пропажу они уже должны были заметить (да простит меня рыжик). Попив воды, чтобы утолить жажду, я приступила к осмотру сумки.

Я развязала шнурок и освободила содержимое сумки. Две пары штанов тёмных цветов (тёмно-синие и бордовые), две рубашки и маленький мешочек. Этот мешочек, кажется, оказался кошельком. Внутри были монеты: золотые, серебряные и медные. Я посчитала пять золотых, двадцать серебряных и ещё около сорока медных монет. Я всё больше запуталась в догадках, где я нахожусь.

Я решила продолжить путь, они могут пойти на поиски. Уже ближе к ночи, поев и удобно устроившись, я решила переодеться. Очень хотелось помыться или искупаться, но я боялась, да и ночь уже. Поэтому, переодевшись в тёмно-синие штаны и рубашку и сверху накинув плащ, я улеглась спать. Кроссовки, конечно, выглядели смешно с этой одеждой, но не мне жаловаться. Не знаю, везение это или другое, но я рада за приобретённые (хоть и украденные) вещи.

Я не верила своим глазам, но при этом очень радовалась. Впереди был посёлок! Взявшимися из ниоткуда силами я буквально побежала. Посёлок находился за каменными воротами, а перед воротами стояли стражи, что пропускали людей. Чуть замедлив шаг, я приблизилась с наименьшим энтузиазмом. Я накинула капюшон, потянув почти до носа. Рыжик был выше меня ростом, поэтому плащ полностью закрывал кроссовки и скрывал мою фигуру. Посёлок казался маленьким, поэтому чужаков могут невзлюбить.

Моя очередь приближалась, кажется, стражи брали плату за вход.

— Два медных, — сказал один из стражей. Их было трое. Двое стояли по обе стороны от входа.

Я протянула нужную монету, немного попав в ступор, слава богу, не спросила, каких медных.

И меня пропустили.

Шум голосов влился в мои уши, как только я оказалась внутри. Из тихого леса в шумный посёлок сначала кажется непривычным и раздражительным. Люди проходили мимо, каждый по своим делам, не обращая на меня никакого внимания. Но я всё равно не скинула капюшон.

Меня что-то беспокоило, но я никак не могла зацепиться за эту мысль. Все они были одеты как в Средневековье: кто-то побогаче, а кто-то поскромнее. Хотя воротами посёлок казался маленьким, внутри оказался не таким.

5

Это был змей, нет, точнее человек, ещё точнее — змеечеловек. Туловище как у человека, а нижняя часть была змеиным хвостом. Его длинный хвост извивался, он подполз к слуге, обсуждая что-то. Видимо, почувствовав мой взгляд, он обернулся, смотря прямо на меня. Я резко опустила голову. На голове был капюшон, он скрывал половину моего лица. Когда вновь подняла взгляд, он поднимался на второй этаж.

— Есть ли таверна в столице? — голос вывел меня из раздумий. Двое мужчин крупного телосложения спрашивали слугу.

— Не знаю, арэки, у нас, кажется, не было, — ответил паренёк, что раздавал еду.

Они синхронно кивнули, немного нахмурившись, а паренёк ушёл дальше работать.

Когда те двое, немного недовольные этим фактом, направились на выход, их окликнул мужчина, что сидел передо мной:

— Вам в столицу Тариро?

— Да.

— В таверне Хиллы, что находится в центре, остановилась группа, что идут туда же.

— Хорошо, спасибо, — с этим они вышли.

А я задумалась. Столица Тариро? Думаю, мне нужно собрать больше информации об этом мире. Да, я уже поняла, что это не наша земля и не наш мир. Я уже подозревала об этом. Не давая себе ещё больше углубляться в мысли, я приступила к еде.

---

Я направлялась на рынок по направлению, что указал мне тот же паренёк, и оглядывалась по сторонам. Дома были построены как у нас в деревне. Жилые дома одноэтажные, кирпичные, бело-серого цвета. И чем ближе к центру, тем краше становились. У некоторых — и несколькими деревьями. Ну, одним словом, как в деревне: ни высоких построек, ни стеклянных домов. Только тут была чистота. Несмотря на средневековый стиль, на улицах было чисто. Я свернула на другую улицу, и через некоторое время послышался шум, что так соответствует рынку.

Я потратила грёбаный час на поиски книжной лавки. Тут он был один, а другой уже находился в центре. Здраво рассудив, что там тогда и дороже, я решила поискать эту. Когда один говорил повернуть сперва направо, а потом другой указывал в другом направлении, а третий не знал. Я запуталась, не понимая, куда мне идти. А дело было в том, что один указал на лавку в центре, другой — на эту лавку.

Внутри было немного пыльно и тихо, а полки украшали книги. Взяв первую попавшуюся, я открыла, даже не посмотрев на название. Мне нужно было кое-что проверить. А именно умение чтения. Поначалу я не обращала внимание, но тут были абсолютно незнакомые мне буквы, алфавит. Но я при этом могла его читать. Это меня воодушевило, быть совсем слепым котёнком мне не хотелось.

— Что вы искали? — прозвучал голос, пока я опять погружалась в свои мысли. Рядом стоял мужчина преклонного возраста. С какой-то доброй, что ли, улыбкой, смотря на меня.

— Добрый вечер! Да, я искал книгу о мире. Если возможно, с детальными подробностями. — Я говорила в мужском роде. Всё-таки я ещё не встретила ни одного женского пола. Он на меня как-то странно посмотрел. То ли удивлённо, то ли с подозрением.

— Да, сейчас, — он отошёл на другую полку и достал оттуда две книги. — Думаю, эти подойдут лучше.

«Тесафи» — гласило название первой книги. «Всё о природе» было название второй книги, он был тоньше первой. Я открыла книгу в середине и пролистала. Да, он был с рисунками.

— Да, спасибо. Сколько стоит? — Я размышляла о том, купить ли книгу о природе, но всё-таки решила, что да, стоит.

— Два серебряных.

Оплатив свою покупку, я вышла и пошла дальше осматривать рынок. Мне многое нужно купить.

---

Я вернулась в комнату уже ночью. В голове каша.

После книг я приобрела несколько пар одежды. На глаз примеряя. И ещё один плащ, более тёплый и с удобными скрытыми кармашками. И, замечая недоумённые взгляды, быстро купила ботинки. Тоже с сюрпризом — с ремешком по внутренним бокам. Я оценила и приобрела ещё и штаны, точно с такими же ремешками. Тканевую маску, скрывавшую лицо. Она была лёгкой, как перышко, поэтому особо жарко быть не должно. Дорожный удобный рюкзак, который обошёлся мне аж в золотую монету. А всё потому, что он пространственный: что ни клади — всё поместится. А вес почти не чувствуется, ну, почти всё. Мне объяснили, что чем больше мест, тем дороже. Ну, одним словом, магия. Посуду кое-какую. Крупу мелкую. Да так, по мелочи — травяное мыло.

А ещё я зашла в мастерскую. Учитывая мою раннюю покупку с ремешками, мне нужно оружие. Мелкие ножи, метатели, кинжалы, мечи, лук, кнуты, однолезвийное и многое другое. Всегда чувствовала интерес к оружию. Но не так сильно, чтобы обрести себе что-то. А тут как будто мой интерес возрос. Я с манящим азартом в глазах осматривала полки.

— Арэки, вам помочь?

«Опять этот арэки. Да что же это означает?» — ко мне подошёл парень, на вид лет так 16–17.

— Мм, лёгкое, удобное и что-то, что подойдёт даже для неумелого, — озвучила я свою мысль и посмотрела на него.

Он призадумался и подошёл к одной из стоек.

— Как насчёт этих кинжалов? Кинжал является лёгким, поскольку не требует много железа. И подойдут вашим требованиям, ведь кинжалам почти не нужно искусство.

Было достаточно много видов. И с камушком, и без. Но мне в глаза попался один. Он был чёрным, ножны были украшены серебристым узором. Я взяла его в руки, извлекая из ножен. Небольшой, с прямым клинком, лёгкий. Для настоящего боя он, конечно, не особо подойдёт, но для меня — в самый раз.

— Вижу, вам понравилось. Хотите приобрести что-то ещё?

— Да, давайте.

Я вышла довольная и в раздумьях. Приобрела я ещё несколько оружий. Ещё один кинжал, который отличался длиной и резко сужался к острию. На всякий случай два набора метательных ножей, по три штуки. Один под руку, а другой на всякий случай — в рюкзак.

А в раздумьях была потому, что потратила на это один золотой и один серебряный. Видно, рыжий был достаточно состоятельным или это были его последние деньги? Ну, не суть. Но деньги тратились, и нужно думать, как заработать.

И так, в своих мыслях я не сразу обратила внимание на шум. Впереди меня собралась группа нескольких людей. Как бы мне ни хотелось, но я должна пройти сквозь толпу. Обойти не получится, собралось достаточно зевак. Решив идти по другой улице, я развернулась. И всё бы ничего, если бы не голос, который я услышала. Это был женский голос. И кричала она громче всех. Я быстро пробралась в толпу, толкаясь и думая достать кинжал в случае чего. Но чем ближе я пробиралась, тем яснее становилось, что она кричит не из-за помощи, а зловеще, истерично. А когда я увидела представленную сцену, то замерла, чувствуя злость.

6

Весь следующий день я читала. Информации нужно было больше. Двух книг, конечно, мало, но они дадут хоть какое-то представление об этом мире. Итак, что я выяснила?

Этот мир называется Тесафи. Здесь живут не только люди, но и разнообразные расы: наги, драконы, эльфы, оборотни и, конечно, люди. У каждой расы есть своя страна, территория. У оборотней — Беортулф. Оборотни внутренне делятся ещё на несколько кланов, в зависимости от зверя, в которого обращаются: волки, медведи, коты и многие другие. Столица — Беорнот.

Эльфы — прекрасные, хрупкие создания с острыми ушами; они живут в Леорвине. Они дружат с природой, поэтому их территория ближе к лесу. Соседи Беортулфа — оборотни. Столица — Леова.

Драконы — величественные, властные и мудрые существа. Живут в основном в горных местностях; их территория — Хилдеберхт. Столица — Хидда. Внутренне тоже делятся, в зависимости от цвета огня: красные и синие.

Страна нагов — Шийихеим. Полулюди-полузмеи. Предпочитают жить во влажных местностях, поэтому их территории находятся рядом с водными ресурсами. Столица — Шхере. Различаются цветом хвоста и тоже делятся на кланы: изумрудные, огненные (красные) и янтарные.

— У него хвост был ярко-зеленого оттенка. Он получается изумрудный? — подумала я.

Люди живут в Эдилхеарде. Соседями являются наги и оборотни. Столица — Эдулф.

Есть ещё Тариро. Это объединяющее место всех территорий. По идее это отдельная страна, только тут его описывают как столицу. Если каждая раса живёт в своих территориях, то Тариро — место для всех, общая территория.

Магия. Есть четыре главных вида магии: огонь, вода, земля и природа. От этих главных образуются ещё несколько видов: лёд, молния, воздух и бытовая магия. Оборотни владеют магией земли, эльфы — магией природы, драконы — магией огня, а наги — магией воды. Люди по магии являются универсалами — могут владеть всеми видами магии, но в отличие от рас, связанных с природой, у них ограниченный доступ. Их магия считается слабее. Магия в целом — не до конца изучена.

У каждой расы есть своя вера, у каждой — свои хранители и богини. Но многих объединяет одна — богиня надежды и любви, Тесафи. Считается, что Тесафи собрала всех богов вместе, и так началось создание мира. В честь неё назвали сам мир — Тесафи. Мир, где мужчины должны стать опорой и гордостью, а женщины — домашним уютом и началом любви.

Только люди забыли это. Поняв всю хрупкость женщин, они начали их уничтожать. За несколько лет женщины стали игрушками и рабынями. И так продолжалось несколько тысячелетий, пока Тесафи не разозлилась и не прокляла своих детей. Тогда несколько миллионов женщин исчезли в одну ночь. Никто не знал, как и что произошло, можно было только строить догадки. Одни говорили, что богиня забрала их в мир иной для успокоения душ; другие — что она дала им другую, лучшую жизнь. С тех пор женщины перестали рождаться вообще. Правящим стало страшно. Они искали, проводили эксперименты, но ничего не помогало, а только ухудшало положение.

Война и вражда стали другим, потому что у них появилось нечто похуже: исчезновение всего сущего. С тех пор прошло уже больше века. На одну женщину приходится более ста мужчин. Из-за этого появился закон о том, что женщина должна иметь не менее пяти мужей — разрешён мужской гарем.

Я захлопнула книгу. То, что прекрасный женский пол изменился из-за понимания мужского превосходства, было понятно. Особенно если они видели обратное отношение от мужчин.

За окном потемнело. Как быстро проходит время, когда чем-то занимаешься. Нужно поужинать. Как только я подумала о еде, живот дал о себе знать.

Спустившись, я села за стол и заказала ужин. Чувствуя на себе взгляд, посмотрела в сторону. Это был тот змеечеловек — а точнее наг. Он смотрел в мою сторону. Всё время, пока я ела, я чувствовала его взгляд. Это нервировало. А когда он встал и пополз в мою сторону, я быстро встала и почти побежала в комнату. Не хотела привлекать внимание.

С утра, решив в этом месте не задерживаться, я направилась к тому каравану, который вёл в столицу. Не знала, как будет дальше, но в маленьком городке я быстро привлечу внимание. Зайдя в таверну, отличавшуюся богатым убранством, я спросила про караван и подошла к старшему каравана.

— Здравствуйте, вы же отсюда, в столицу? — спросила я.

Мужчина лет сорока поднял глаза и прищурился, посмотрев на меня. Думаю, я вызывала подозрения: капюшон закрывал глаза, а до глаз — маска. Выглядело так, будто мне видно, а меня нет.

— Да, — ответил он. — А вам место нужно?

— Да. Сколько будет стоить?

— Пять серебряных.

«Дорого», — подумала я. Даже не зная здешней валюты, можно было понять, что сумма приличная. Но врать он вряд ли станет.

— А за сколько дней мы будем в столице?

— Первый раз что ли? Неделю где-то, — сказал он. Я поджала губы.

— Когда отправляетесь?

— Завтра, до восхода солнца. Кормить и готовить ты будешь сам за себя, и отвечать будешь только за себя.

Кивнув, я заплатила и вернулась в комнату. Хоть ничего и не делала, устала морально. Ах, думать не хочется…

Весь следующий день я потратила на чтение. Во многом здешняя природа и живность почти не отличались от наших. Почти — потому что есть растения, имеющие магические свойства, так же как и магические животные. Последние ценятся намного больше и являются помощниками и магам, и воинам. В первой книге дальше описывались традиции каждого народа и их особенности — упоминались вскользь. Хоть и говорили, что это подробная книга, мне не думается, что про их слабости будут писать в книге, которую можно легко достать.

Утром следующего дня, задолго до восхода солнца, я отдала ключи и направилась к каравану. Хотя ещё было темно, вокруг каравана уже собралась приличная толпа. Старший в стороне разговаривал с теми двоими из таверны.

— Кажется, все собрались, — проговорил старший, окидывая взглядом толпу. «Надо было бы узнать имя», — подумала я. — Займите свои места, и выдвигаемся!

7

После обеда мы начали собираться, как мимо пролетела стрела, встяв в дерево.

- Разбойники! - закричал парень, что был в одном со мной фургоне. В следующую секунду он уже падал от другой стрелы, которая в этот раз попала в него.

Я видела всё немного издалека. Предпочитая есть отдельно, я большинством отходила от лагеря. Вот и сейчас я резко села и притихла. Я была окружена кустами. Чтобы дать лицу немного отдохнуть от маски, я решила спрятаться. Не думала, что меня это возможно спасёт. Тем временем на поле уже была битва — по-другому не назовёшь. Разбойников было вдвое больше, и наши не справлялись.

"И откуда их столько? Они меня не видят и вряд ли увидят, если я буду прятаться и не высовываться. Мне нужно сидеть тихо, как мыши". Глаза зацепили за зелёный хвост. Он крушил всех. Его движения были отточенными, он умело пользовался своим хвостом, не давая врагу и шанса. И если бы не эта ситуация, я бы любовалась им ещё долго.

"Нет, они мне никто. В этом мире я сама за себя", - убеждала я себя, а рука уже тянулась к кинжалу.

"Я там погибну, да и оружием пользоваться не умею. От меня не будет толку". На глаза попал парень, что крикнул про разбойников. Он был молодым, и, наверное, вся жизнь была впереди. Но его стеклянные теперь глаза смотрели в никуда.

Крепко стиснула кинжал в обеих руках и зажмурилась. "Я настоящая дура", — прошептала и кинулась в поле.

В любом случае я бы не смогла сидеть, просто закрыв глаза. Умру, но заберу с собой хоть одного разбойника, — билось в дурацкой башке.

На меня кинулся один из разбойников. Крупный, с манящей улыбкой. Умение пользоваться оружием — базовое, но адреналин в крови не давал замешкаться. После трёх ударов я лишилась одного из кинжалов, при этом порезав руку. Не прошло и минуты, а мне казалось, что мы бьёмся полвека. Руки дрожат. Я скорее защищалась, отбивая удары, чем билась. Вот он занёс руку, ухмыляясь. А во мне будто что-то перещёлкнуло. Медленно подумала. Время пошло тягуче медленно — в прямом смысле этого слова. Я видела, как его занесённая рука приближается, и была уверена, где он ударит. Быстро вонзила кинжал слева прямо в сердце. А он не успел меня даже ударить. Нож выпал из его рук, и, посмотрев в грудь, из которой торчал кинжал, он упал. Насмерть. Повела взглядом по сторонам — разбойников стало крайне мало.

- Уходим! - крикнули из глубины леса, и все разбежались.

На земле лежали трупы и лужи крови. Немного придя в себя, многие начали прибираться. Хоронить тела. Всё делала на автомате. Мёртвым не прикасалась. Начала приводить в порядок фургоны и вещи в нём. Пару часов спустя тронулись в путь. Из пяти полных фургонов существ осталось только три. Многие молча переживали потери. Почувствовав взгляд, обернулась. "Он жив". От этого стало как-то легче.

---

Сон никак не шёл. Многие уже спят, а я не могу и глаза закрыть. Боль в руках не замечала, обернув их маской. Как закрою — перед глазами эти мёртвые тела и лужи крови. В голове пусто, а внутри кошки скребутся.

Что же будет дальше? Я тут больше недели, а событий происходит больше, чем за всю мою жизнь. Встала и пошла к реке. Осмотрелась, никого — вроде все спят. Хотя даже если кто-то будет, мне уже как-то всё равно. Разделась до белья и вошла в реку. Холодно. Но почему тогда я не просыпаюсь? Я ведь всё чувствую: голод, холод и боль. Почему я всё ещё тут? Неужели кома бывает так правдоподобна? Я ведь сплю?

Как же я хочу проснуться и чтобы всё происходящее оказалось кошмаром. Я даже с Сашей ругаться не буду. Спокойно отпущу. Только, пожалуйста, кто-нибудь, разбудите меня! Ком в горле не даёт дышать.

"Да ну, не плачь, Милана. Это всё пройдёт, ничего страшного не произошло же. Успокойся". Твердила я шёпотом, а перед глазами кровь и мёртвые тела. Опять ложь, опять обман самого себя. По щекам текут слёзы. Задержав дыхание, опять нырнула. Страшно! Но под водой не видно и не чувствуется слёз. И эта темнота как-то успокаивает. Вынырнула — дыши, дыши!

Не знаю, сколько я так стояла, но пришла в себя от того, что сильно замёрзла. Вышла и переоделась. Накинула плащ и маску, волосы были влажными, поэтому другой одеждой обернула голову и закрыла глаза. Думала, что опять не смогу уснуть, но видно я истратила все свои силы.

---

Тепло, спокойно, умиротворённо. Мне было как-то легко. Не беспокоили последние события. Мне казалось, что я со всем справлюсь. Я медленно открыла глаза.

Это ещё за странности? Вокруг ничего не было. Окружение было светлым. Как будто я в пространстве лежу. Но страшно мне не было.

- Здравствуй, Милана, - передо мной стояла девушка. Одетая в светлое платье голубого цвета, что было как струящаяся вода на ней. Тёмные волосы, голубые глаза, пухлые губы. Молодая, красивая, как богиня. Но по глазам вижу, что не простая.

Я молчала. Страха перед ней не было. Я как будто была рядом с мамой. Рядом со всем миром.

- Думаю, мне нужно представиться. Я — Тесафи.

Приплыли.

- Здравствуйте! - подала я голос. В то, что она говорит правду, сомнений не было. Ну или же я сошла с ума — как вариант.

- Ты права, я не вру. А ты не сошла с ума. Думаю, у тебя много вопросов.

"Она ещё и мысли читает".

- Где я? - спросила вслух.

— В межпространстве. Я призвала тебя.

— Ты же богиня? Тогда можешь вернуть меня домой? Как мне попасть домой? — она взглянула на меня с печалью в глазах.

— Увы, это невозможно. Давай начну сначала. Присядь. — Она присела на стол, который взялся из ниоткуда, и предложила мне. — Однажды я предложила богам помощь в создании мира. Мира любви и счастья, где ссоры решаются светом. Мира, полного надежд. И у меня получилось поначалу, — она грустно улыбнулась. — Но, как ты уже знаешь, всё изменилось. Дети мои совершили преступления. От чего начала угасать надежда и умирать сам мир. И причиной этого стали мужчины. Они своими руками убивали любовь и надежду.

— А почему ты не вмешалась? Не остановила этот беспорядок раньше? — перебила я её. Когда поздно — жалеть нечего. Я не могла понять, почему она вмешалась только тогда, когда спасать было почти нечего.

8

Я не мог оторвать от него глаз и не понимал свои чувства и тревоги. Когда началась атака, я испугался не за себя, а за него. Что его поранят и, не дай того Тесафи, убьют. А посему, увидев его живым, испытал облегчение, окунувшее меня. Мои чувства меня пугали и завораживали. Он мужчина, парень, наверно, и не догадывался о том урагане мыслей в моей голове. Жалел, что решил остановиться в той таверне, и испытывал радость от этого.

Я так запутался в своих чувствах, что винил и его. В том урагане чувств я смотрел на него с ненавистью, а потом начинал любоваться и угадывать очертания его лица. Обвинял, что он проклял меня, и потом опять начинал испытывать трепет. Все мои инстинкты кричали защищать его, окружить в тисках своего хвоста, спрятать так, чтобы сама Тесафи не увидела, защищать от тех, от кого видно он прячется, увести его улыбку. Они взбунтовались так, будто я встретил свою пару. И всё чаще я уверялся в том, что сошёл с ума. И оттого я быстрее хотел вернуться в город.

Посещая родной дом, я знал, что на меня не обратит внимание мать, и пытался отказаться от посещения. Но отец, с которым разговаривал по магическому видению, всё твердил, что это день рождения моей матери и посещать его я обязан.

— Я понимаю, что ты чувствуешь, сын, но это день рождения твоей матери.

— Которая забыла родного сына и не беспокоится обо мне, — перебил я. Отец смотрел на меня с грустью и затаённой болью.

Мать была его истинной парой. Это считается редкостью и даром для мужчин. Но по мне — это проклятие. Знать, что это твоя пара, но не чувствовать отдачи — больно. Да, богиня забрала не только женщин из этого мира. Сейчас ни одна женщина не чувствует притяжение пары, в отличие от мужчин. А ведь раньше, говорят, было ещё хуже: предки не уважали даже свою пару.

— Ты же знаешь, мы не в состоянии это изменить, — мы замолчали.

— Хорошо, я буду в день рождения, — прервал я тишину. Он улыбнулся, и я отключил связь, попрощавшись.

Моё нежелание посещать родной дом было обосновано. Мать никоим образом не показывала, что я её родной ребёнок. Как и всем моим братьям. Для неё мы были просто необходимостью. За каждого рождённого ребёнка правящими выдавалось определённое количество золотых. Хоть наша семья не отказывала себе ни в чём, жадность была одним из худших качеств матери.

Но даже так были ещё арэки, которые завидовали нам. И это было оправдано. Есть некоторые аренэ, которые продавали и дарили своих сыновей подругам ради удовольствия. И никто ничего сделать не может. Женщины неприкосновенны. Но не мне жаловаться на плохую жизнь.

Отцы нас любили одинаково, обучая всему, что знали. Отец был одним из приближённых короля, и мы росли ни в чём себе не отказывая. После совершеннолетия и завершения обучения в местной академии каждый из братьев покинул дом. Так поступил и я. Тариро был самым подходящим для меня тогда решением. Добрался я тогда без проблем. Магия воды проснулась в детстве, как и у многих нагов. А во время обучения проснулась магия льда, и поскольку во мне её оказалось в достатке, меня срочно перевели на факультет боевой магии. Я мог пойти на служение рядом с отцом, но это было не для меня. Мне хотелось открыть свою таверну и жить в тишине.

Это оказалось не так легко, как тогда мне подумалось. Но сейчас моя таверна является одной из самых популярных. Присматривать за ней я оставляю своего лучшего друга Софрана. Несколько лет назад по дороге в город меня ранили во время нападения. Тогда он, с виду тощий бедный парень, помог мне выкарабкаться.

Он человек и сбежал из дома. Хотя это громко сказано. Их семья была той самой, от которых по телу пробегает дрожь. Мать родила и бросила, он жил в доме со слугами. Отца не знал, но слышал, как его мать подарила своей подруге. Он был рад тому, что мать, которая славилась нехорошим отношением к мужьям, его забыла. С тех пор он является моим самым верным другом, на которого я могу положиться. И вот он связался со мной неделю назад во время празднования.

— Как дела, Шинтаро? Как проходит празднование?

— Как всегда богато и мерзко, — я поморщился, дёрнув хвостом. — Как там дела?

— Всё в порядке, — я заметил, что Софран немного мнётся и нервничает.
— Софран, — позвал я, когда он замолчал.

— Ничего страшного, — он помолчал, — но думаю, тебе нужно вернуться чуть быстрее.

— Что случилось?

— Одна аренэ из центра вчера решила посетить нашу таверну, — теперь поморщился он. — Шшад разозлил её, и она захотела его наказать. Не случилось, не волнуйся, мы его спрятали, — добавил он, когда я резко выпрямился. Я вдохнул. — Но теперь она требует за это выплату.

— Сколько?

— 50 золотых.

— Что?! — это было много, но от этого мы не обеднеем. — Ладно, но я зачем?

— Ну так это ж твои деньги, — он смутился. — Я могу заплатить из своих сбережений, но не хватит, — начал он.

— Софран, — перебил я, улыбнувшись. Мы доверяли друг другу, но в таких моментах он всегда боялся переходить черту. — Ты же знаешь, что я тебе доверяю, — повторил я уже выученную им фразу. — Заплати требуемую сумму. Ты знаешь, где находятся. Она может доставить нам бед, — я вздохнул. — А что вообще натворил Шшад? — Шшад работал на меня более пяти лет. Он тихий и молчаливый, вряд ли что-то серьёзное.

— Поднял на неё глаза, когда она заходила, а она разозлилась, что такая грязь вообще смеет на неё смотреть, — он махнул рукой, как само собой разумеющееся. Ну да, чего и ожидалось.

Хоть дело нашло решение, я решил быстрее вернуться. Поэтому сразу после окончания вечеринки, попрощавшись с отцом, тронулся в путь, на территорию людей, из которой вместе с караваном дойду до города. Выдвигаться в путь в одиночку на такое долгое расстояние опасно (что я понял после той самой атаки).

Быстро дойдя до назначенного места, я остановился у таверны на окраине. В таверне Хиллы, которую я посещал, не осталось свободного места. Сразу же после того как зашёл, я начал беспокоиться, еле взял под контроль хвост, что всё хотел извиваться, выдавая волнение хозяина. Стараясь не подавать виду своему недоумению, подошёл близко к слуге, заказывая комнату.