Наг для мятежной Дюймовочки - читать бесплатно онлайн полную версию книги автора Катерина Цвик (самиздат)

Пролог

«Гены пальцем не зажмёшь», — подумала я, видя, как в сильных пальцах сестры от злости гнется вилка. И вот из неё мама когда-то хотела сделать балерину… М-да. Чтобы эта мечта осуществилась, ей нужно было искать нам другого папу. Но потом родилась я, и вот на мне она оторвалась. А все почему? Потому что гены — такие гены… Я пошла в бабушку, а та никогда не славилась богатырским телосложением. Наоборот, была тонка в кости и миниатюрна как… как я. Соседи до сих пор судачат, что мама меня нагуляла на стороне, но мне от папы-викинга — а иначе его стать я охарактеризовать не могу — достались густые светлые волосы, голубые глаза и характер, поэтому сплетню обсуждают без энтузиазма.

Зато в отцовстве Зои, моей старшей сестры, никто не сомневается. Высокая, статная, широкая в кости. Ей тоже достались папины волосы — ее косой можно было ненароком кого-нибудь прибить. Сейчас, правда, она сделала модную стрижку.

Характером Зоя пошла в маму — красивую фигуристую брюнетку. Сестра мгновенно вспыхивала, раздавала всем причастным и мимопроходящим люлей и считала, что точно знает, как и что нужно в этой жизни делать. Мы с папой только вздыхали. Терпение у меня от него. Вернее, как говорит сестра, адское терпение, неуместная интеллигентность, склонность к ностальгии и желание держать все переживания в себе.

Это я все к чему?

Потерла ноющее колено.

К тому, что прошлое нужно оставлять в прошлом и даже заглядывать туда очень аккуратно. А я… решила в канун нового года навестить в театре коллег. Уже бывших… Травма колена — и все, моей прежней жизни не стало. Я сама стала бывшей… балериной. Полгода собирала себя по кусочкам. Это как внезапно оказаться в другом мире и совершенно не знать, что в нем делать и как жить. Меня тянуло в театр, к станку, к прежней жизни. А курсы бухгалтеров, куда меня пристроила сестра, угнетали. Иногда от безысходности хотелось биться головой о стену, но я держалась, решив раз и навсегда изменить свою жизнь. Если я не могу танцевать, значит рядом с балетом мне делать нечего и нужно держаться подальше от всего, что с ним связано. Хотя бы поначалу…

Но сегодня, в канун нового года, я дала слабину и пришла в театр.

Меня узнали. А как не узнать, если мне прочили место примы? Всего год после училища, и уже такие успехи! Да, у меня было много завистников, но я не думала, что кто-то будет глумиться над той, кто решила одним глазком заглянуть за кулисы той жизни, о которой мечтала и которую потеряла.

Поглумились. Улыбаясь и выражая фальшивое сочувствие, попытались растоптать. Я не зря прошла школу балета — смогла уйти из театра с высоко поднятой головой, но то, что творилось сейчас у меня в душе, сделало мир вокруг черно-белым. Праздник? Новый год? Вы о чем?! Мне хотелось просто лечь и сдохнуть! Где лечь? Да хоть бы и здесь — посреди нашей с сестрой небольшой кухни.

Но даже этого я сделать не могла. Моя сестра-валькирия мне этого не позволит. Вернее, я сама себе этого не позволю по одной простой причине: мне жалко Зою. Она ведь тогда возьмет наш кухонный тесак, больше смахивающий на мачете, пойдет в театр и порубит там всех за сестру в капусту. Она может. В состоянии аффекта ее даже танк не остановит.

— Так, все! — Зоя отбросила погнутую вилку, и та со звоном свалилась на пол. — Они доигрались!

— Зоя, успокойся, — устало произнесла я и потерла ноющие виски. — Это жизнь. Когда кто-то падает с пьедестала, его стремятся запинать еще дальше, чтобы уж точно не поднялся. Я об этом забыла, и это мои проблемы.

Сестра зло поджала губы.

— Твои проблемы?! Ага, счаз! Это теперь их проблемы! — по азартно блеснувшим глазам валькирии я поняла, что она что-то задумала.

— Зоя, — я настойчиво посмотрела ей в глаза. — Не нужно.

— Да ну!

— Тебя посадят.

— Фи, можно подумать, я в каталажке ни разу не была.

Зоя была. Вот как раз за хулиганство и была, и именно мне поутру пришлось ее оттуда вытаскивать.

— Послушай… — устало вздохнув, начала я.

— Нет, это ты послушай! — ткнула она в меня пальцем. — Я не поленюсь, закажу ведро гнилых помидор и тухлых яиц и закидаю ими ваш театр тонким слоем. Чтобы уже на подходе к нему всех воротило. Понятно?! — Картинка мне неожиданно понравилось, и я на секунду даже зависла. Сестра это заметила и победно улыбнулась. — Вот! Наконец-то я вижу адекватную реакцию! А то как не родня. Где твой характер?! Пойдем вместе, поможешь мне яйца нести.

Я застонала и уткнулась лбом в стол. За что мне все это? Ну почему у всех родственники как родственники, а у меня… такая замечательная сестра.

Нет, она у меня правда замечательная, когда не хочет меня осчастливить или за меня отомстить. Но именно сейчас моральных сил бороться с ураганом в ее лице не было совсем.

Я повернула голову набок, укладываясь на стол уже щекой, и задумчиво посмотрела на пол. Может, и правда на него лечь и сдохнуть?

Сестра встала, пересела на стул рядом со мной и обняла.

— Эх, Дюймовочка ты наша. Плюнь на них. Пошли лучше со мной на новогоднюю вечеринку. Там сегодня все, кто не на смене. У нас хороший коллектив. Повеселимся. — От одного только словосочетания «новогодняя вечеринка» и «повеселимся» мне стало дурно, и я, вздохнув, перевернула голову на другую щеку. — Ну не дури. Сегодня нельзя просто отсидеться дома в одиночестве. Новый год же! Как его… — она защелкала пальцами, подбирая слова. — Время исполнения желаний! — У меня было только одно желание: вернуть свою прошлую жизнь. Но это невозможно. Поэтому я продолжила лежать на столе. — А может, домой поедешь? Ты же знаешь, родители тебе всегда рады.

Глава 1. Прикрывая спину

— Снежанка, прикрывай спину! — орала Зоя, размахивая отобранной у проходящей мимо зелененькой дамы чугунной сковородой.

На сковороде все еще что-то шкварчало, и от этого уровень опасности, исходящей от сестры, возрастал в разы. И в первую очередь я старалась сама не попасть под ее в прямом смысле горячую руку. В другой руке она держала туфлю с длинной шпилькой. Вторую она решительно всучила мне, после того как затащила на стол и увидела воинственно выставленную мной палку.

Я не была уверена, что подобное поведение — правильная тактика. Вполне возможно, что стоило забиться под стол и не отсвечивать. Но это не в характере моей сестры-валькирии, и у меня автоматически не осталось выбора.

А ведь все началось с обычного подката…

Мы с сестрой очумело оглядывались по сторонам.

Так не бывает. Бар не может измениться в один момент, а люди… перестать быть людьми.

Из ступора меня вывел невысокий ушастый гоблин. Был у Зои знакомый художник, который рисовал всяких фэнтезийных существ для одной онлайн-игры, и всегда, когда мы по какой-то причине пересекались, показывал мне свои работы и подробно о них рассказывал. Мне тогда было не очень интересно, но, видимо, в мозг что-то такое заронилось, раз я их так отчетливо сейчас вижу вокруг.

Гоблин, почесывая под жилеткой волосатую грудь и что пониже, вальяжно подошел к нашему столику и… предложил Зое уединиться. Предложил, правда, не так культурно. Я бы даже сказала — слишком прямолинейно, но…

Не знаю, видела ли Зоя то же, что и я, или глинтвейн только на мой мозг так подействовал, но это был ГОБЛИН! Зеленый, носатый, с ушами-лопухами и непропорционально длинными руками ГОБЛИН! Гоблин, прилюдно предложивший моей сестре… пусть будет уединиться — не повторять же за ним гадости! Сделать такой костюм невозможно. Точно так же, как и стать огромным красным орком с выступающими клыками или малюткой-гремлином, расхаживавшим по соседнему столу…

В общем, каюсь. Слабым звеном оказалась именно я. Мои нервы не выдержали. Никогда не видела Зою такой растерянной, а ситуация в принципе никогда не была такой дикой, и совершенно неожиданно во мне взыграл инстинкт защитницы. И плевать мне было, что передо мной не обычный человек, а гоблин, и что сейчас я вполне могла видеть вымышленных персонажей — поверить в реальность происходящего было очень трудно.

Обычно это Зоя всегда на острие атаки и вступается за меня, но и ее при мне никто еще не пытался обидеть или унизить, а те, кто имел такую неосторожность, огребали сразу и без вопросов. А тут Зоя беспомощно хлопала ресницами и пялилась на этого похабника! И я, не ожидая от себя самой, размахнулась и залепила зеленомордому хлесткую пощечину. Но немного не рассчитала — удар пришелся по самой выступающей части его тела — большущему носу с целым рядом колечек вокруг одной ноздри.

Гоблин взвизгнул, прикрывая его руками, а потом оскалился таким впечатляющим набором острых зубов, что у меня, наконец, включился инстинкт самосохранения.

И не только у меня. Зоя подскочила, отчего многострадальный нос гоблина уткнулся ей в пупок, и зарядила ему такую оплеуху, что он улетел к соседнему столу и сбил руку огромного красного орка, собиравшегося отпить из большущей кружки. Жидкость из кружки выплеснулось на маленького гремлина, который вышагивал перед громилой прямо по столу и что-то ему втолковывал.

Если до этого наше появление заметили и стали активно переговариваться, то после того, как облили гремлина, на бар опустилась тягучая тишина.

Гремлин несколько раз дернул головой, ме-е-едленно провел лапкой по миленькой мордочке, вытирая жидкость, а потом глаза его потемнели вместе с белками, и его затрясло.

Орк с досадой стукнул кружкой по столу, обернулся, чтобы схватить подбившего ему руку смертничка, но гоблин выставил палец с длинным загнутым ногтем в нашу сторону и неожиданно тонко запищал:

— Это они! Они меня толкнули!

Мне оставалось только удивляться детализации и яркости моих глюков.

Орк перевел взгляд на меня, на Зою, продолжавшую воинственно сжимать кулаки, и начал подниматься. Не знаю, что он хотел сделать и кого назначить крайним, но подняться так и не успел — в ухо ему прилетел такой мощный удар, что голова орка мотнулась, а взгляд поплыл. А вот не нужно было забывать про своего дружка гремлина!

Тот так стремительно менялся, превращаясь в страшное неуправляемое существо, что я сглотнула и попятилась, но уперлась в стол. В одно мгновение милый маленький гремлин стал выше, его мышцы взбугрились, став гипертрофированно огромными даже для его увеличившегося роста, а в глазах заплескалась тьма безумия. Я с ужасом поняла, что сейчас ему все равно кого бить или убивать.

Из-за столов повыскакивали посетители, а гоблин уже вопил во все горло и тыкал в нас с сестрой пальцем:

— Это они! Они во всем виноваты!

— Ах ты… — зашипела пришедшая в себя Зоя.

Она огляделась, заметила застывшую неподалеку официантку и выхватила из ее рук все еще шкворчащую сковороду, на которой та подавала какое-то мясо.

— Ну держись, носатый! — и замахнулась.

Жир плеснул в разные стороны, и от нас дружно отшатнулись. Гоблин снова тоненько заверещал и кинулся прочь. По пути подбил кому-то ноги, тот зацепил соседа, что-то звякнуло, разбилось, пролилось, зазвучали возмущенные выкрики. Тем временем полностью преобразившийся гремлин развернулся и бросился на бородатого мужика, который имел неосторожность икнуть и привлечь к себе его внимание. Взревел пришедший в себя орк.

Глава 2. Этот безумный-безумный мир…

Разбитые стулья, опрокинутый стол, какие-то осколки — вот что я увидела, когда проморгалась. В комнате, куда мы попали после перемещения, все оказалась перевернуто вверх дном. Но даже не это было самым устрашающим — посреди этого хаоса стояла… лежала… ползла… была красивая разъяренная блондинка с таким же зеленым хвостом, как у Аншаса. Она все еще была чем-то взбешена и искала, чего бы еще разгромить. Но наше появление переключило вектор ее внимания. И прямо сейчас мне показалось, что в той таверне было не так уж негостеприимно.

— Аншас! — возопила она и бросилась к нему.

И вот тут я поняла: мой конец близок. Сейчас эта ненормальная вместо хвостатого разорвет меня, и плевать ей будет, что я вообще-то ни при чем. Не знаю, чем ей так насолил блондин, но мне очень хотелось жить.

— Стоять!.. — неожиданно для самой себя гаркнула я.

Да так, что зазвенело в ушах. И, к моему удивлению, меня послушались! Застыли все! Блондинка тоже. Она замерла с разведенными то ли для удушения, то ли для страстных обнимашек руками и уставилась на меня, недоуменно хлопая глазами.

— …Отпусти, — повернула я голову к Аншасу, и он действительно поставил меня на пол.

Неожиданно сильно прострелило колено. Я поморщилась. Мужчина дернулся поддержать, но я вскинула ладонь, останавливая любые движения присутствующих. И под их недоумевающими взглядами, прихрамывая, ухватила Зою за руку и поковыляла к выходу.

Потом решила, что так просто уходить некрасиво. Все же эти двое спасли нас из лап орка, да и молчат как-то слишком недоуменно, даже недавняя разъяренная фурия. И я, отшвырнув с дороги обломок стула, остановилась:

— Спасибо большое за наше спасение. Мы вам искренне благодарны, — и пошла вперед к вожделенной двери.

Тут в себя пришла Зоя и, вспомнив, наконец, что она моя старшая сестра и обычно такие решительные действия предпринимает именно она, добавила:

— Готовы ответить тем же. Но позже, когда придем в себя и развидим эту чушь. Кстати, красавчик, у тебя сильные руки, — подмигнула брюнету. — А ты, хвостатенький, разберись сначала со своей девушкой, а потом мою сестру на руки хватай. В общем, не теряйтесь, — дверь за нашими спинами захлопнулась.

Мы выдохнули. Огляделись.

Обнаружили, что стоим в коридоре какого-то дома, а нам навстречу идет классический такой дворецкий. Он с достоинством нас оглядел и спросил:

— Дамы?

— Ну не кавалеры же, — проворчала Зоя. — Слушайте, где тут у вас выход? Не знаю, как мы сюда попали, но если верить своим глазам и выводам, то становится страшно за свои мозги. Нам срочно нужно вернуться домой, выспаться и понять, что нам все это приснилось. — По мере того, как она говорила, брови мужчины — слава богу, совершенно обычного, с двумя ногами — поднимались. Зоя поняла, что несет что-то не то, проглотила следующую фразу и рубанула: — Короче! Такси тут есть? — Глянула на экран своего смартфона и нахмурилась. — А то сеть не ловит. Опять в новый год сотовые компании халтурят. — Мужчина почему-то молчал. — Ладно, все тут у вас какие-то… непонятные, — недовольно проговорила она, явно имея в виду более емкое выражение. — Выход тут где?

Мужчина указал в сторону, откуда пришел. И теперь уже впереди шагала Зоя, а я, хромая и стараясь не сильно наступать на правую ногу, шла чуть позади. При этом мы не разжимали наших рук. Внезапно показалось, стоит нам их разъединить — и все! Наш общий глюк станет отдельным, и мы друг друга уже не найдем.

Оглядывать чужой дом было некогда, но даже так я успела отметить его богатое и со вкусом подобранное убранство. Входная дверь и та смотрелась монументально. Мы устремились к ней, как к спасательному кругу, надеясь увидеть на улице очертания привычных домов и улиц, найти такси и умчаться от этого безумия как можно дальше.

***

— Обалде-е-еть… Ты тоже это видишь? — спросила Зоя, провожая взглядом нечто, напоминавшее огромную ящерицу, запряженную в карету.

— Не-е-ет, Зоя. Я отказываюсь это видеть, — растянула я губы в подобии улыбки, когда маленькая зелененькая девочка-тролль в яркой меховой жилетке приветливо помахала мне рукой. — Осталось только розового единорога увидеть — и можно смело сдаваться в дурку.

— Даже не знаю, что тебе и сказать… — произнесла Зоя, провожая взглядом всадницу с длинными эльфийскими ушами. — Единорога мы-таки увидели. — Эльфийка и правда ехала на лошади с длинным рогом посередине лба.

— Только он не розовый, а белый, — вздохнула я. — Так что тут пятьдесят на пятьдесят… Можно сдаваться в дурку смело, а можно — робко шаркая ножкой…

— Кстати, о ножках, — Зоя перевела страдальческий взгляд на свои ступни.

— Зоя, ты босиком?!

— Ага. Туфли в таверне потеряла. Красивые были туфли…

Тут дверь за нашими спинами распахнулась, и мы увидели взволнованные мужские лица.

— Вы здесь! Куда же вы пошли?! Без верхней одежды и… босиком! — брюнет подхватил Зою под руку и настойчиво потянул обратно в теплый дом.

Я все еще держала ее ладонь и вошла следом, чтобы… снова оказаться на руках блондина!

Глава 3. Так не бывает

Пружина событий этого вечера закручивалась слишком стремительно. И все же прежде, чем что-то кому-то рассказывать, нужно было начать не с Деда Мороза. И хвост сидящего рядом мужчины, который и на ощупь оказался хвостом, был этому ярким доказательством. Как говорится, па-де-де[1] нужно начинать с антрэ[2].

— Для начала, — откашлялась я, — нам всем не мешало бы представиться.

По тому, как округлились глаза присутствующих, я поняла, что события развивались слишком быстро не только для меня.

— Да, конечно, — чуть склонил голову блондин. — Прошу нас простить за столь вопиющую неучтивость. Позвольте представиться. Меня зовут Аншас — наг старшей ветви Шассур.

— Наг? — невольно вырвалось у меня. Про нага я только читала в рассказе Киплинга «Рикки-Тикки-Тави». Было там два отрицательных героя — кобры по имени Наг и Нагайна. А тут получается, что…

— Да, это наша раса. — Я кивнула, не в силах больше удивляться. — Это моя младшая сестра Нессиания — нагайна старшей ветви Шассур. А это мой друг маркиз Дитер Парнский.

Брюнет учтиво кивнул и улыбнулся.

— Тоже наг? — спросила я, не доверяя сегодня своим глазам. Мало ли, может, у него прямо сейчас хвост вырастет, а ноги — временная трансформация.

— Нет, — сдержав улыбку, ответил Аншас. — Дитер обычный человек, но маг.

— Маг, значит… — Зоя окинула продолжавшего сидеть на ковре у ее ног мужчину задумчивым взглядом. — Это ты ею меня сейчас греешь?

— Да.

— А погорячее сделать можешь?

— Могу.

— Ой, не сейчас! — внезапно взвизгнула Зоя.

— А когда? — Дитер заинтересованно вздернул бровь.

Зоины глаза чуть сощурились, но я уже знала, что сейчас маг получит очень интересный ответ:

— В кухне. Вот там я люблю погорячее, — мечтательно протянула она и даже закатила глаза. Брюнет сглотнул. — Ты не представляешь, какой десерт из взбитых белков можно забабахать, имея такие способности!

— Десерт? — Теперь уже вверх взметнулись две его брови.

— Да-а-а, — она снова прикрыла она глаза в предвкушении. — Такие сладкие белые вершинки…

— Вершинки… — завороженного глядя на Зою, повторил Дитер и остановил взгляд на ее внушительной груди.

— Да. Хрустящие сверху и мягкие внутри, — тут она открыла глаза и деловито добавила: — Но это будет только полуфабрикат. Я еще планирую кремовую прослойку с орехами…

Шутка сестры, по-моему мнению, была неуместна. Мы знаем этих мужчин всего ничего, а Зоя провокации затеяла. Мало ли, как они могут на подобное отреагировать. А потому я поспешила вмешаться:

— Это Зоя Белова, моя сестра. Она кондитер, поэтому о десертах может говорить часами и очень образно. — Вздохнула. — А меня зовут Снежана Белова.

— А ты чем занимаешься? — спросил брюнет, продолжая коситься на грудь Зои.

Я втянула носом воздух. Что мне ответить? «Я потеряла дело всей жизни и теперь просто никто»?

— Снежана — балерина, — вместо меня ответила Зоя и поджала губы.

— Бывшая, — резко ответила я.

Хотелось вскочить и уйти, но в том-то и дело, что идти некуда. А потому еще больше выпрямила спину и уставилась невидящим взглядом в пространство.

В комнате повисла неловкая пауза.

— А кто такая балерина? — разбила ее заинтересованным вопросом Несси.

— Танцовщица, — ответила Зоя. — Наша Дюймовочка была одной из лучших, но полгода назад повредила колено и теперь ищет для себя другое занятие.

— Танцовщица… — разочарованно протянула нагайна.

Ее тон неожиданно сильно задел, и не меня одну.

— Снежана с малых лет пахала в залах, чтобы стать лучшей. Пахала так, как некоторым и не снилось, до кровавых мозолей на пальцах и гудящих мышц. Не видела развлечений и нормального детства. Она знает о танце, музыке и искусстве побольше всех нас вместе взятых! И если бы вы видели, как она танцует…

— Зоя, не нужно, — остановила я сестру. Колено неожиданно сильно заныло, и мне стоило труда не поморщиться. — Это в прошлом.

— Но…

— В прошлом, — надавила я голосом.

Нэсси потупилась, но тут же вскинула полные сочувствия голубые глаза и спросила:

— И что, лекари не смогли вас излечить?

— Нет, — ответила, пытаясь совладать с комом в горле.

Прошло уже много времени, а я никак не могу относиться к этому спокойно.

Мужчины переглянулись.

— Думаю, к этому вопросу мы еще обязательно вернемся, — неожиданно ненадолго обвив мои щиколотки хвостом, произнес Аншас. — А сейчас мы бы хотели услышать полную историю вашего попадания в таверну.

Рассказывать начала Зоя. Я не была уверена, что после поднятой темы голос меня не поведет, и сестра это поняла. Она довольно подробно рассказала о наших поисках бара и как мы в него попали. Не обошла стороной Деда Мороза и даже кролика.

Глава 4. Хуже точно не будет!

Тик-так, тик-так, тик-так…

После того, как дворецкий закончил накрывать на стол, ход больших напольных часов в углу комнаты стал слышен особенно отчетливо.

Все молча смотрели на главное блюдо вечера, установленное посередине стола, и, полагаю, думали о том, как бы от него отказаться. Но больше всего лично меня беспокоила мысль: как можно было ТАК приготовить самое простое блюдо из возможных?!

— Эм, — Зоя пожевала губу. — Шелдон, я так понимаю, вы женились очень рано. Можно сказать, попали в руки жены прямо из родительского гнезда.

Застывший в полупоклоне дворецкий удивленно посмотрел на мою сестру:

— А как вы узнали?

— Видите ли, я не знаю ни одного холостяка, который бы не смог нормально поджарить яичницу. Бог с ним с омлетом, туда еще молока добавить нужно и взболтать, что не всем под силу, но… глазунья! Шелдон, глазунья?! — Мы все смотрели на горку поджаренных яиц, и я была согласна с Зоей. Перед нами не было ни одного нормально приготовленного яйца! Одни были почти сожжены, другие сырые и растеклись чуть белесым белком по дну блюда. — Неужели вы ни разу не стояли у плиты?

Дворецкий потупился и даже порозовел:

— Стоял… Рядом. Видите ли, моя жена и есть кухарка хозяина, а она, зная мои кулинарные «таланты», никогда не позволяла мне приближаться к плите ближе, чем это требовалось, чтобы забрать готовое блюдо. Сегодня она уехала к родителям, давно у них не была, а праздничный ужин, конечно, мне оставила, но… его уже нет. Я дам ей знать, и завтра к обеду она уже будет дома и сможет приступить к своим обязанностям.

— Почему же вы не поехали вместе с ней? — удивилась Зоя, беря аккуратно нарезанный хлеб и кусок колбасы. Ножом, слава пуантам, Шелдону пользоваться разрешали.

— Как можно оставить дом без присмотра?! — наигранно возмутился он. Но потому, как передернул плечами, стало понятно, что перспектива ехать в гости к родителям жены радовала его так мало, что он готов был провести праздник в одиночестве.

— Спасибо, Шелдон, — произнес хозяин дома. — Пожалуй, мы перекусим бутербродами и фруктами. — Дворецкий кивнул и поспешил ретироваться, но у выхода его остановил оклик Аншаса: — Только яйца забери. Уж извини, но их вид портит аппетит даже мне.

Мужчина снова кивнул, порозовел еще больше и забрал злосчастное блюдо со стола.

— Н-да, раз уж тут у нас такое дело, думаю, не помешает скрасить скудность ужина напитком, — скривился Дитер и начал делать какие-то пассы рукой.

— Ну спасибо, друг, за поддержку.

— Всегда пожалуйста, — усмехнулся маг и достал из небольшого портала темный бутыль.

— И чем ты нас хочешь напоить? — скептически изогнул бровь Аншас. — Учти, свои экспериментальные настойки можешь не предлагать.

— Обижаешь! «Звездная пыль» сейчас в процессе сертификации. Это даже не алкогольный напиток, а тонизирующий. Напоминает любимый ликер твоей матери.

— Может, тогда не стоит его пить на ночь глядя? — с сомнением посмотрела на бутыль Зоя.

— Нет-нет! Ничего такого! Все отлично заснут.

— Дитер, может, ограничимся чем-то более классическим? — нахмурился блондин.

— Аншас, ты знаешь, у меня сегодня был не самый лучший день. И заметь, я даже не выпустил пар в той забегаловке, на что очень рассчитывал. Ужин и тот получился у твоего дворецкого… запоминающимся. Единственное положительное событие — знакомство с нашими обворожительными попаданками, — он подарил нам с Зоей обаятельную улыбку. — Так давай уже отпразднуем эту встречу как следует.

— Дитер, я знаю твои настои, и меня гложат сомнения в предсказуемости их действия.

— Ты бьешь все рекорды по занудству! — нахмурился маг. — Сегодня праздник! Заметь, практически для всех присутствующих — испорченный праздник. Хуже точно не будет!

— Согласна, — поддержала его Несси, грустно вздыхая.

— По-моему, это не самый лучший девиз вечера, — нервно рассмеялась я, глядя, как Дитер разливает по маленьким рюмочкам почти черный тягучий напиток, в глубине которого и правда словно поблескивала звездная пыль.

— Снежана, этот ликер еще у самого императора станет любимым! Можешь мне поверить. К тому же мы по чуть-чуть, и алкоголя в нем практически нет, — и подмигнул, поднимая рюмку. — За прекрасных дам!

Наверное, все дело в том, что происходящее все еще казалось нереальным, а может, просто хотелось расслабить закрутившуюся внутри узлом пружину, но я поддержала тост и попробовала «Звездную пыль».

Хм… Сладенько. Вкусненько. А какое послевкусие на языке! Ммм…

***

— Ммм… — простонала я, выплывая из странного сна и потягиваясь.

Сон был забавным и увлекательным. Приснится же такое! Другой мир, разные расы, наги и маги со своими срывающими тормоза безалкогольными напитками. Хорошо, что это только сон.

Я чуть не захихикала, вспоминая подробности после момента употребления «Звездной пыли»: Нэсси внезапно захотела петь, и Аншас достал странную штуковину, похожую на допотопный патефон, из раструба которого полилась приятная веселая мелодия. Не сказать, что слух у девушки совсем уж отсутствовал, но местами ее песня звучала отдельно от музыки. Это не портило впечатление, да и голос у нее был приятным. Интереснее стало, когда она под наши аплодисменты вручила местный аналог микрофона Аншасу. Тот сразу отдал его Дитеру. А вот маг отказываться не стал и запел таким глубоким низким тембром, что Зоя поплыла, а я затаила дыхание, наслаждаясь красотой голоса и по-новому глядя на мужчину.

Глава 5. Мелочи жизни

Переодевшись в свои вещи, почувствовала себя гораздо увереннее. Не знаю, почему вчера все повернулось именно так, но ничего непоправимого не произошло, а значит со всем разберемся и все исправим. Вон даже Аншас, лишившись хвоста, ведет себя адекватно. А ведь я даже представить не могу, каково ему и чем подобная метаморфоза чревата.

Осмотрела себя в зеркале — в просторной гардеробной нага оно было большим, а освещение достаточно ярким, и рассматривать себя было удобно. Все ничего, но я вчера не умылась, и осыпавшаяся тушь легла под глазами некрасивыми темными кругами. А волосы? Почему они у меня такие всклокоченные? И Аншас со мной все равно флиртовал?! Нет, у мужика железные нервы.

Вздохнула. Хорошо, что моя декоративная сумочка на металлической цепочке, которая висела у меня через плечо, не потерялась во время приключений. В ней я нашла расчёску и блеск для губ. И все же, нужно найти туалет и умыться, да и другие человеческие нужды никто не отменял. Кажется, мелочи жизни, а без них никак.

Интересно, а наги эти нужды… Как у них это происходит? И как часто им нужно есть? Удавы вот проглотят антилопу и переваривают месяц…

Мотнула головой — лезет же в голову всякая чушь.

Вышла, огляделась и на противоположной стене увидела еще одну дверь. Понадеялась, что найду там все удобства.

«Ё-моё!» — первое, что пришло в голову. Это была ванная, но как в этом лабиринте из кустов найти горшок?! Под душ отведен целый угол — перепутать невозможно. Бассейн занимает половину ванной — его увидеть тоже не проблема. Но где, старые пуанты, унитаз?! Неужели здесь принято ходить под кустики?

Я застонала в голос. Кто же знал, что самое тяжелое утреннее потрясение ждет меня именно в ванной? Мелочи жизни? Ну не скажите…

— Снежана? — за спиной открылась дверь, и в нее вошел обеспокоенный Аншас. — Что случилось? Тебя долго не было, я решил проверить, все ли у тебя в порядке, но не нашел в гардеробной.

— У меня пока все в порядке, — обреченно ответила я. — Не знаю, как у нагов, но люди ходят в туалет каждый день… несколько раз в день.

— Я знаю, — не понял посыла блондин.

— Ну вот, у меня наступил именно такой момент, но ходить под кустики я не привыкла, тем более в доме.

— В смысле под кустики?

— А как?! Вернее, куда еще здесь можно…

Наг на несколько мгновений замер, а потом прикусил губу, пряча улыбку:

— Оу, извини, я не подумал, что ты не знакома с особенностями наших уборных…

И провел мне короткую экскурсию. Она оказалась очень познавательной. Все нашлось. Не сказать, что там, где бы я искала, но нашлось. Еще я узнал, что физиология у нагов и людей схожа, но унитазы отличаются. И у Аншаса, слава пуантам, имелось два вида этих самых приспособлений. Только умывальник для моего роста оказался высоковат. Но блондин поставил мне под ноги подставку, дал новую зубную щетку и показал, где хранятся чистые полотенца.

— Снежана, а почему сестра иногда называет тебя Дюймовочкой? Это какое-то прозвище? — внезапно поинтересовался он, уже собираясь оставить меня одну.

— Да, можно сказать и так, — я посмотрела на Аншаса, который и в человеческом обличье был выше меня почти на полторы головы. — У нас в одной из сказок рассказывается о девочке очень маленького роста — Дюймовочке. У меня в семье все высокие, а я пошла в бабушку. Вот родные меня так и прозвали.

— Дюймовочка… — протянул наг, будто смакуя. — А тебе идет.

Я фыркнула:

— А мне никогда не нравилось.

— О! Да ты у нас мятежная Дюймовочка!

Я рассмеялась:

— Мятежная Дюймовочка в гостях у нага.

— Звучит неплохо. — Он внезапно стал серьезным: — Извини, я должен был сразу тебе здесь все показать и рассказать. Просто растерялся немного из-за ног…

— Ничего. Главное, теперь я точно знаю, что кустики у тебя в ванной только для красоты.

— Да уж, это и правда очень важно открытие, — улыбнулся он снова. — Ладно, жду тебя в кабинете.

***

Перед дверью кабинета отчего-то оробела. Поправила ворот платья, расправила рукава-фонарики и юбку. Даже волосы пригладила. Наконец, выдохнула и постучала.

— Снежана, входи, — раздалось из-за двери.

Кабинет нага, как и комната, оказался выдержан в светлых коричнево-зеленых тонах. Аншас сидел за большим дубовым столом и просматривал какие-то бумаги. Вдоль двух стен стояли стеллажи с книгами и свитками, а на третьей висела большая, почти в полный рост, картина. Она сразу же привлекала внимание, и я невольно застыла, рассматривая ее.

На ней была изображена семья. Впереди на стуле сидела, улыбаясь, светловолосая нагайна с маленькой девочкой-нагой на руках. Рядом с серьезным выражением лица стоял юный Аншас, а за их спинами стояли глава семейства и, похоже, старший брат Аншаса. Рука отца по-хозяйски лежала на плече женщины, и на среднем пальце этой руки выделялось большое кольцо-печатка с изображением зеленого змея, кусающего свой хвост. Деталей на картине было много, но почему-то именно на руку, лежащую на плече счастливой женщины, я обратила внимание. Было в этом жесте что-то собственническое и в тоже время милое.

Глава 6. Магия и прочие неприятности

— Шагрулиевы слизни! — возглас Аншаса вывел меня из созерцательного настроения.

А как тут не впасть в некую меланхолию, когда стоишь посередине комнаты, обмотанная различными тканями, скрепленными невообразимым количеством иголок, и не можешь даже пошевелиться?

Радовало одно — это ненадолго. По крайней мере, меня заверили, что промучиться придется всего час, а дальше все необходимые мерки и заготовки будут сняты и наряды по последней моде будут готовы уже к вечеру.

И все же процесс выбора тканей и фасонов нам с Зоей понравился. Мы с интересом изучали, что и как носят в чужом мире. Чем-то их мода напомнила наряды дам восемнадцатого и девятнадцатого веков нашего мира. Ноги здесь не то чтобы запрещалось показывать, но не было принято, поэтому мое скромное по меркам Земли платье здесь оказалось довольно смелым и провокационным, а голый животик Зои и длинная летящая юбка — очень даже в тему.

Желание мужчин нас одеть смущало невозможностью самим заплатить за новый гардероб, но приходилось с этим мириться. И вообще мы были искренне им благодарны за помощь. И не потому что так уж хотели обновки. Просто в чужом мире лучше выглядеть, как его жители, чем выделяться, привлекая к себе излишнее внимание. Тем более нам уже намекнули, что наше иномирное происхождение может вызвать нездоровый ажиотаж. По крайней мере, поначалу.

Хорошо, что мы не являемся поглотителями, как предыдущая попаданка, но есть ли у нас какие-то другие способности — еще не знаем. Хотя Аншас подозревал, что я владею магией воздуха — не зря же тогда в спальне подушки с одеялами летали.

Вот только я сама в себе ничего нового не чувствовала. А когда попыталась проделать нечто подобное еще раз — не получилось. Но Аншас сказал, что, возможно, дело в том, что мы еще слишком мало времени находимся в этом мире и наши способности пока до конца не раскрылись, а аура привыкает к изменениям. В общем, нужно подождать.

— Помогите! — позвал Аншас из соседней комнаты. — Тут женщина в обморок упала!

Дверь распахнулась, и на пороге показался он сам: с привычным хвостом и ошметками брюк, которые болтались на ремне на его талии. Находившиеся в комнате женщины застыли на месте, разглядывая мужчину, который совсем недавно был совершенно нормальным.

— Священный дракон, что это? — ухватилась за сердце главная из прибывших женщин.

— Это мой брат, — подняла спокойный взгляд от журнала Несси.

Женщины перевели ошалелый взгляд на нее, на ее хвост, снова на Аншаса.

— Но… как же… Он же был с ногами! — воскликнула самая молоденькая из портних.

— Мой вам совет: не пейте несертифицированных зелий, особенно, когда их вам предлагает попробовать маг-экспериментатор, — вздохнула блондинка и снова уткнулась в журнал.

— Так он от природы с ногами или с хвостом? — пискнула стоявшая передо мной девушка.

— Главное, что он от природы с головой, не находите? — сложил на груди руки недовольный Аншас. — Там, между прочим, женщине плохо стало, а вы даже не пошевелились.

Вот после этих слов все отмерли. Старшая портниха извинилась, начала раздавать указания, и вскоре из соседней комнаты донеслось, что все в порядке — женщина пришла в себя.

— У тебя получилось вернуть… эээ…

Я улыбнулась, когда наг, пытаясь снять с себя верх от штанов, подполз ближе.

— Да, только слишком неожиданно. Почти готовые брюки испортил, — он, наконец, откинул их остатки.

— Так, может, они тебе уже и не нужны?

— Нужны! Еще как нужны! — неожиданно хитро улыбнулся он. — Я планирую еще научиться бегать и танцевать человеческие танцы.

— Зачем? — удивилась я.

Жил же он без этих умений столько лет, так зачем они ему сейчас понадобились?

— Как это зачем? А кто вчера говорил, что разрушений от одного танцующего нага больше, чем от урагана, и связываться с таким опасно для жизни?

— Я такое говорила?!

Сзади хохотнула Нэсси. Я обернулась и увидела, как она отводит взгляд и старается скрыть улыбку. Видимо, я вчера много чего говорила… Снова стало стыдно.

— Не обращай внимания. Тебе еще тут долго?

— Вроде нет, следующая Зоя. Она облюбовала твою кухню…

— Помогите! — снова донеслось из глубины дома, на этот раз голосом моей сестры.

И мы, переглянувшись, рванули за зов.

Неудачно приколотые иголки периодически покалывали в самых неожиданных местах. Но беспокойство за сестру было сильнее, и я почти не обращала на это внимание. Выбежав из другого коридора, к нам присоединился такой же взволнованный Дитер. Но когда мы вбежали в кухню и столпились у входа, то опешили от представшей перед нами картины.

Поначалу мне показалось, что пылает вся кухня, но потом я поняла, что горит только пол, да так равномерно, будто разлили напалм. Сама Зоя стояла посреди кухни на столе, снова со сковородой, с которой в этом мире уже успела сродниться, и отбивалась от трех огненных сгустков, которые так и норовили к ней подлететь. Прямо на наших глазах один такой она отбила. Он отлетел к краю кухни, покрутился на месте и снова медленно полетел к ней.

Глава 7. В замке у нагов…

Если вы когда-нибудь были в серпентарии и вам было некомфортно при виде змеиных тел, то… вы меня все равно не поймете. Одно дело — видеть их за плотным стеклом и выискивать глазами, потому что не всегда они находятся на виду, а другое — идти по замку и бояться споткнуться об огромные хвосты, которые так и норовят попасть тебе под ноги. Конечно, никто специально не пытался сделать подсечки и вообще смотрели с любопытством и беззлобно, но легче от этого становилось ненамного.

Краем глаза заметила, как Зоя с силой вцепилась в локоть Дитера, и поняла, что сделала то же самое с Аншасом. Встретила его успокаивающий взгляд и смогла ослабить хватку, а то так и синяков мужчине можно наставить.

Нэсси, несмотря на знакомое и привычное окружение, тоже нервничала и чуть приотстала, прячась за нашими спинами.

Еще вчера я и не рассчитывала попасть в это место. Вернее, совершенно не собиралась. Кто я такая, чтобы ехать в гости к родителям Аншаса? Но после того, как лично разгромила его кухню и провалялась в отключке до раннего утра, просьбу нага съездить с ним и Нэсси к родителям проигнорировать не смогла. По сути, нам с Зоей и оставаться-то было негде. Дом после праздника в нашей компании нуждался в основательном ремонте, а оставлять нас без присмотра в какой-нибудь гостинице мужчины отказались наотрез. К тому же Аншас заверил, что едем мы ненадолго.

Кто бы знал, как мне было стыдно, когда я поняла, что лично уничтожила большую часть посуды в доме. И ведь даже возместить ущерб сейчас не в состоянии. Остается только удивляться, что Аншас не выставил меня за порог с напутствием «Чтобы глаза мои больше тебя не видели!» Я очень надеялась, что в доме его родителей таких эксцессов не случится.

«Доме его родителей»… Да если бы я знала, что увижу вовсе не дом и даже не поместье, а самый настоящий замок… Вздохнула. Вряд ли бы что-то поменялось, но я хотя бы не заполучила вывих челюсти, когда, выйдя из портала, увидела перед собой эту громадину. Зоя не вывихнула, но выразилась очень емко и красноречиво. Повторять, правда, такие слова в культурном обществе не стоило, и я только кивнула. А еще очень захотелось нарисовать это великолепие.

Внутри все оказалось не менее впечатляюще и интересно. Когда мы вышли в галерею с огромными мозаичными окнами, через которые ее заливал мягкий утренний свет, у меня перехватило дыхание — настолько там было красиво. Я невольно замедлила шаг, рассматривая прекрасные мозаики: разноцветные цветы, деревья, животных и птиц.

— Это любимая мамина галерея, — улыбнулся Аншас. — Сразу за ней гостиная, в которой она чаще всего проводит время. Уверен, ей уже доложили о нашем приезде, и она ждет нас там.

От осознания, что знакомство состоится уже через пару шагов, я занервничала еще больше. Дико захотелось превратиться в невидимку или просто исчезнуть. Хотя толком не понимала, почему так волнуюсь. Ну познакомит меня Аншас с матерью — что тут такого? Но нет, волновалась, будто с будущей свекровью встречаюсь.

От этих мыслей захотелось нервно хохотнуть, покрутить пальцем у виска и обозвать себя всякими нехорошими словами. Зачем Аншасу какая-то там, как разочарованно выразилась Нэсси, танцовщица? Ну смешно же!

Я неожиданно споткнулась. Острая боль в колене отрезвила и заставила невольно зашипеть и наклониться, чтобы потереть больное место.

— Снежана, все в порядке? — Аншас с беспокойством смотрел на меня.

— Все хорошо. Споткнулась обо что-то. Сейчас немного постою и все пройдет. — Вся компания обступила нас. Их сочувственные взгляды мне совершенно не нравились: я не больная, просто так получилось, и нечего так на меня смотреть. И я поспешила перевести разговор с меня на другую тему: — Аншас, у вас очень красивый замок!

Мое восхищение замком было искренним. Я увлекалась архитектурой и с удовольствием отмечала детали. По пути успела заметить необычную конфигурацию лестниц. Вернее, их здесь заменяли более пологие и длинные волнообразные подъемы. Впечатляли и высокие потолки, хотя я от нагов почему-то ожидала иного, перекладывая на них привычки змей, живущих в норах. Отчего так думалось? Совершенно непонятно. Но от этого впечатление получилось еще более сильным. А еще в замке были сглажены углы — все изгибы коридоров и попадавшихся на глаза комнат были плавными.

— Рад, что тебе нравится. Этот замок был возведен нашими предками еще в…

Внезапно в галерее, как раз оттуда, куда мы шли, появилась целая компания явно чем-то озабоченных нагов. Аншас замолк на полуслове, а Нэсси еле слышно пискнула:

— Ветвь Нисшас. Мне конец.

Кажется, именно из нее был несостоявшийся жених блондинки.

Наги нас увидели и пошли навстречу.

— Аншас, — вышел вперед серьезный темноволосый наг с золотисто-коричневым хвостом. — Рад тебя видеть. Если бы мы знали, что ты сегодня появишься, дождались бы тебя для разговора.

— И я рад вас видеть, — блондин слегка поклонился сразу всей компании, цепко оглядывая каждого. — Шанас, случилось что-то, что потребовало присутствия сразу двух древнейших ветвей?

Шанас? Тот самый жених? Тогда почему он так вежлив и доброжелателен? Будто побега Нэсси и не было.

Блондин поклонился нагайне с антрацитово-черным хвостом, вышедшей вперед:

— Нагайна Авишанэль, вы как всегда прекрасны.