Нам вечности мало

Глава 1(1)

Нам вечности мало

Да, я возьму тебя с собою

И вознесу тебя туда,

Где кажется земля звездою,

Землею кажется звезда.

А. Блок

Глава 1(1)

Нужный дом находился на окраине Санкт-Петербурга. Пришлось ехать до конечной станции метро, а потом еще тащиться на маршрутке до безликого, продуваемого ветрами квартала, представлявшего собой скопление однотипных унылых многоэтажек. В дороге успела прослушать «Гранатовый браслет» Куприна и едва не разревелась в конце, старательно глотая подступившие слезы.

Ища нужный дом и подъезд, все твердила тихонько:

- «...и пусть ничто временное и житейское не тревожит Вашу прекрасную душу».

Эти слова часто повторяла бабушка, она же когда-то пересказала внучке повесть Куприна, но тогда Лоренца не прониклась историей, написанной неизвестным ей русским автором. Сейчас, после нескольких лет жизни в России, в Москве, на родине бабули, которой уже не было в живых, поднаторев в языке, она прочувствовала особое значение этих слов и всю непередаваемую глубину и печальную, ранящую прелесть повести о безответной любви.

Но разве можно любить вот так саморазрушительно, напрочь забыв себя?

***

Поправив теплый пушистый шарф, обернутый вокруг поясницы, женщина снова вздохнула. Недовольство сменилось на ее лице раздражением.

- Но меня заверили, что это подлинная работа, - тонкие пальцы с ухоженными ногтями бережно поправили оборки платья лежавшей на столе куклы. Пожелтевшее кружево точно было подлинным, старинным, но особой ценности не представляло. Как и сама кукла.

- Простите, но нет. Вас ввели в заблуждение. Это хорошая работа, изготовлена тщательно, но все же это реплика, - Лоренца вежливо улыбнулась.

В ответ на ее улыбку собеседница лишь поджала сухие губы.

- Вы эксперт именно в этом вопросе, милочка? - холодно уточнила женщина.

- Я неплохо разбираюсь в этом вопросе, - сдержанно отозвалась Лори.

- Неплохо, но, видимо, недостаточно хорошо, - заметила женщина. - Человек, мнению которого я всецело доверяю, уверял меня, что эта кукла работы именно Мстиславы Высоченковой. Изготовлена в тысяча девятьсот втором году, незадолго до смерти мастерицы, что делает эту очаровательную фарфоровую барышню, - женщина снова любовно погладила складки кукольного платья, - еще более ценной. Смотрите, у куклы характерное курносое личико и лукообразный изгиб нижней губы.

- К сожалению, несмотря на характерные черты внешности, барышня вовсе не фарфоровая и изготовлена не Мстиславой. Вы позволите? - Лоренца аккуратно взяла куклу и осторожно развязала тесемки шляпки. Женщина следила за действиями гостьи с настороженным неодобрением. - Вот, взгляните сюда. Высоченкова всегда ставила свой фирменный знак, авторский росчерк. Прическу кукол над шеей она крепила...

Терпеливо и старательно подбирая слова, Лоренца объясняла, почему одна из «уникальных кукол в коллекции» совсем не уникальна.

- А первым я заметила вот этот небольшой скол на руке. Вот здесь, видите? Между большим и указательным пальчиками, – девушка приблизила куклу к ее владелице. – Если бы это был настоящий фарфор, который использовался при создании кукол Высоченковой, то скол был бы того же цвета, что и вся поверхность - белый, однородный и гладкий. А здесь просматривается серо-желтоватая сердцевина. Это низкокачественный материал, покрашенный под фарфор.

- Скол мог пожелтеть от времени. Испачкаться, наконец, ведь отколотая поверхность шероховатая, - возразила женщина, не желая мириться с доводами.

- Настоящий фарфор не желтеет, и скол не такой уж старый. Скорее всего, к вам кукла попала абсолютно целой, а уже здесь в результате чего-то немного... поранилась, - тактично заключила Лоренца. - Думаю, если бы вы, приобретая куклу, заметили скол, то сами бы обнаружили в нем нечто подозрительное. Не так ли?

Пожилой даме польстило, что Лоренца сочла ее коллекционером-знатоком, которого не так просто обмануть, и она величественно кивнула.

- Так вы не возьмете куклу? - спросила женщина.

- К сожалению, нет. Она не представляет для меня ценности.

- Но... если мы поговорим о значительном снижении цены? Как за реплику.

- Меня не интересуют реплики подобных изделий. Простите, - Лоренца чувствовала себя виноватой.

Женщина, собиравшая кукол, явно нуждалась в средствах, потому и откликнулась на объявление о покупке игрушек девятнадцатого и начала двадцатого века.

Лори встала со старенького дивана, накрытого пледом.

- Мне пора, прошу прощения, что побеспокоила вас.

- Постойте! - воскликнула женщина. - Простите, забыла ваше имя.

- Зовите меня Лори.

- Присядьте еще на минутку, Лора, - дама произнесла ее имя на русский лад. - У меня есть кое-что, и оно может вас заинтересовать. Всего минутку, я сейчас вернусь.