Научи меня дышать

1

Элина вошла в просторную спальню, освещенную лишь лунным светом. Нежный морской бриз проникал сквозь распахнутые панорамные окна. Оглянулась. Вид из окна поражал своей величественной яркой красотой. Горы. Сейчас мрачные и притихшие. Как и сердце девушки.

Приложила ладонь к горлу и сжала. Там, где бился пульс. Она практически обнажена. Лишь легкий полупрозрачный пеньюар ласкает кожу. Решение принято. Но волнение не отпускает. Еще шаг. Вдох. Выдох. В тот самый первый раз она была более решительной. В тот раз перед ней стоял другой человек.

Сейчас рядом с широкой и еще застеленной кроватью возвышался Андрей. Он расстегивал пуговицы белоснежной рубашки. Лицо заострилось и осунулось. Да, они все же отправились к морю. Туда, где Элина могла скрыться от всех. Андрей же слишком яростно начал работать. Здесь, на южном берегу изумительного моря, находился один из отелей, принадлежащих семье Соболевых. Эллиана. Название отеля. Это собственность Андрея. Только его. Она не спрашивала ничего о названии. Он не говорил. Слишком о многом они стали умалчивать, и думать тайком!

- Устал? – она сама не узнала свой голос. Низкий, дрожащий. Андрей напряг спину, глянул лишь мельком. Нагнулся к невысокой тумбе. Но Элина его остановила. – Нет! Свет нам не нужен.

Вот тут парень обернулся. Из под взъерошенной челки разглядывал приближающуюся Элину.

- Что происходит, Эль?

- Я проходила курсы массажа. Ты так напряжен. Помогу расслабиться. – попытка пошутить не удалась. Потому что в темноте мелькнули искры. Сам воздух между ними раскален до предела. Еще чуть чуть и вышибет все контакты с реальностью. Она могла совершить очередную ошибку.

- Напряжение мое совсем другого рода.

- Ты сам разделил нас на два номера. Еще в самолете говорила, мы можем жить в одном.

- Эль! Уходи. Оставь меня. Я не в лучшем настроении. – он скинул с себя рубашку и хотел расстегнуть ремень. Но Элина, как ласковая кошечка обняла его сзади. И острый язычок пробежался по смуглой коже. – Твою же мать! Какого… - обернулся. Ее пальчик припечатал его губы. Даже не касаясь ее, Андрей слышит как она дрожит. Волнуется?! Что-то неуловимо-опасное появилось в этой девочке. Что-то новое и чужое. Такая хрупкая, нежная. Так близко. Ночь. Они далеко от мира. Совсем одни. Вдвоем! Широкими ладонями зарылся в роскошных локонах волос.

- Дрю! Ты не разрешаешь мне пить! Курить! Флиртовать! Запретил ночные клубы! Везде таскаешь меня за собой! Бесконечные встречи, собеседования, разборки! Телефонные звонки! Это по твоему так отдыхают на морском берегу?!

- Мы не семейная пара в отпуске, Эль!

Андрей ухватил ее волосы у самого основания и слегка потянул. Склонился к острому личику. Нос к носу. Губы в губы. Его дыхание участилось. А шаловливые пальчики Элины уже исследовали мышцы напряженного пресса. Более того, они уверенно спускались гораздо ниже. Не отпуская искрящийся темный взгляд парня, она расстегнула ремень и проскользнула под резинку белья. Сколько раз они вот так играли, издеваясь друг над другом.

- Ты с огнем играешь. Я не остановлюсь. И никогда тебя не отпущу. – она сдержала резкую усмешку. Сейчас не хотелось терять настрой.

- Ты поймешь, что ничего особенного во мне нет. Я такая же, как все. - Страсть закипела в венах. С привкусом боли. И даже горькой ненависти. Она прекрасно понимала, что творит. И находится здесь по воле одного человека. – Скажи, - отстранилась. Но не могла не задать этот вопрос. - Это он нас сюда отправил? – Дрогнувшим голосом спросила Элина. Вопрос сам сорвался с губ. И кто такой ОН, никому объяснять не нужно.

Вот тут Андрей на самом деле разозлился. Его лицо секунду назад уставшее и печальное, заострилось. Глаза сверкнули опасным огнем. Ухватил девушку за плечики и губами прошелся по тонкой шее.

- А ты отмстить ему пытаешься? Эль! Я всегда был лишь заслонкой? Пластырем на кровоточащие раны? Да! Он! Он сделал так, что теперь тебя лучше спрятать! Дима! Он всегда был между нами? Ведь, тогда…в больницу я тоже по его наводке отправился. И это я был рядом с тобой все эти годы! Я! Всегда готов слушать и поддержать! Не он! Понимаешь?!

- Я тебя люблю, Дрю. Очень. И сейчас это вовсе не акт мести или попытки доказать что-то.

- Мы здесь уже несколько дней. Но ты все время молчишь! Молчишь о том, что было в офисе? Зачем ты была там? Что было в больнице?! Почему не позволила говорить с врачом! Эль. Мы изменились. Нет нас прежних. Сплошные тайны, загадки и боль! Смотрю на тебя и загибаюсь от боли! Потому что ты скрываешь абсолютно все! Свои чувства! Свою жизнь! Ты стала сильнее. Научилась закрывать на ключ эмоции!

- Такую меня ты не хочешь?!

- Хочу! Возможно еще сильнее чем раньше! Хочу так, что подыхаю! В работе, как буйный псих стал. Потому что вижу больше, чем хотел!

Элина снова приблизилась и положила ладони на его обнаженную кожу.

- Ты тоже изменился. Хочу быть с тобой.

- Эль, моя любимая Эль! Мы и так вместе. Ты и я неразделимы! Я научу тебя быть со мной. Любить меня. Забыть всех! Нам никто не нужен. – его глаза сейчас горели диким желанием и всепоглощающей нежностью. Ласково и бесконечно трепетно ладонь прошлась по обнаженным ее плечам. Губами коснулся бьющейся жилки на тонкой шее. Он уложил девушку на кровать, стягивая и раскидывая в стороны любые преграды. – нежная моя девочка! Люблю! Хочу!

Элина застонала, выгибаясь, когда мужские губы накрыли полушария груди. Вдох. Выдох. Горячие, нетерпеливые. Ночь перечеркнула любые преграды и оговорки. Есть двое. Есть связанные судьбы. Есть миллионы звезд над головой.

- На меня посмотри, Эль, - Андрей целовал татуировку на ее животе, спускаясь ниже. Ласкал шелковистую кожу. И не мог поверить, что это не сон. Навис над девушкой, заставляя открыть глаза. – ты со мной?

- Ты захочешь больше, чем я могу тебе дать. Андрей, мой Дрю. Я никогда не отрицала, что хочу тебя.

- Просто ответь на вопрос! – сейчас он так похож на своего брата. Это требование. Глаза в глаза. Но знать об этом не нужно никому. Элина заставила его перевернуться на спину и оказалась сверху.

2

- Осень. Мне нравится это время года. – девушка склонила голову, чтобы скрыть перемену в своем лице. Острая пронзающая боль стрелой скользнула под мышцами колена. Подняла голову, тряхнув копной золотисто рыжих волос. И посмотрела в глаза Рогова Евгения Юрьевича. – Но мы не об этом поговорим, да?

- Элина, сколько времени с тобой знакомы? Пожилой хирург покровительственно улыбнулся. Он до мельчайших подробностей помнил их первую встречу. Вздернутый носик. Бледные дрожащие губы, с застывшей попыткой улыбаться. Ее переломы в тот момент казались критическими. Но, Бог свидетель, ее глаза в тот момент! Они не молили, не плакали, они искрились стремлением жить! Рогов с самого начала приехал лишь провести консилиум. Но, увидев Филатову Элину, в ее пятнадцать лет, уже тогда ощутил ее стержень и внутреннюю силу. И не ошибся. Она прошла настоящее испытание. И даже не представляет как близка была к ампутации и инвалидности. Об одном он искренне сожалел – раньше не приехал. И девочка лишись возможности сохранить то, что важно для женщины. Тогда она стойко перенесла все. А вот сейчас перед ним не просто красавица. Но сломленная, израненная душа. Она на распутье. Словно на краю пропасти стоит, и раздумывает – прыгнуть или остаться! В пятнадцать лет она зубами выгрызала свое право на жизнь. Сейчас, она потерялась. И это плохо.

- О! С тех самых пор, как в мои 15 вы надо мной опыты ставили. – она улыбнулась и Рогов пристальнее взглянул в потемневшие зеленые глаза.

- Ты же знаешь, ребенок, что я врач! И скрыть боль от меня не возможно. Сколько хочешь, играй словами и притворяйся. Не было ни каких опытов! Я спасал хрупкую девочку от инвалидности!

Девушка встала. Пальцами сжала переносицу. А затем снова лучезарно улыбнулась пожилому хирургу. Повзрослела. Уже давно не подросток с бледными щечками. Выглядела Элина потрясающе. Каскадом струящиеся локоны, алебастровая кожа без изъяна. Идеальный макияж на красивом, выразительном личике. Стройная высокая фигурка, облаченная в брендовые наряды. В длинных пальчиках ключи от нового автомобиля. Немного фальшиво и наигранно усмехнулась.

- Евгений Юрьевич, вот зачем вы снова явились в наш тихий городок? Вы же выдающаяся личность! В столице такие грандиозные операции проворачиваете! За границу вас давно зазывают! Ну что вам от меня то нужно? Живу себе тихонечко! – вмешиваться в свою жизнь она не позволяла ни кому. Почти полностью отстранилась от родительской опеки. И откровенно жила на полную катушку. С Андреем после возвращения на весь мир прокричали о своих отношениях. Хотя Элина всеми силами старалась их прекратить. Она превратилась в жестокую, гламурную девочку. Знала все о мероприятиях города. И флиртовала с каждым. Без исключения. Андрей сходил с ума от ревности. Пытался удержать то, что никогда не сможет создать.

В маленькой сумочке беспрерывно вибрировал новенький смартфон. Да, она нарасхват. Пришлось закрутить невероятную деятельность по милости Соболевых.

- Элина, твое состояние ухудшилось. И тебе об этом сказал врач. Сказал еще пару месяцев назад! Помнишь? Вижу, что ты все понимаешь! Ты столько времени провела среди других больных! И не понаслышке знаешь, что такое отторжение ткани! Металлические конструкции в твоем теле надо удалять! Ты же умная девочка. Боль не исчезнет просто так!

- Пару месяцев назад я обращалась в больницу из-за банального падения с лестницы! Не скалодром! Не мост! Пара ступенек! И самый обычный ушиб! – она промолчала, вспоминая еще и аварию. Не важно. Сейчас главное указать место этому старику.

- Но тогда сама должна понимать, падение и обычный ушиб не приводят к хроническим проявлениям болезненных ощущений! – он подошел очень быстро и слегка склонился. Рукой ловко нажал на ту самую точку. Элина вскрикнула. На глазах блеснули слезы. Но она лишь разозлилась.

- Хватит! Евгений Юрьевич! Хватит заливать мне про это сраное обследование! Больница?! Ни за что! В пятнадцать лет я жила почти год среди больничных коек и белых халатов! Там я похоронила свою мечту создать семью, как у моих родителей! Там я похоронила мечту подняться на высоту и завоевывать новые вершины! Там осталось так много боли и адских сомнений! Сейчас я в себя верю. В себя новую и повзрослевшую! Мне не нужно обследование. Ни каких операций и больниц больше не будет. Вы еще психолога мне посоветуйте. И смирительную рубашку подарите! Потому что по собственной воле я не пойду под нож. Новая операция, реабилитация и новая бесконечная боль! У меня слишком плотный график.

- Тебе не помешает квалифицированная помощь! Психологическая. Ставить на первый план мифическую карьеру! Тебе двадцать лет!

- Нет. Мне уже лет сто, как минимум. – махнула крошечной сумочкой, - сами понимаете. Меня ждут в другом месте. Миленько поболтали, Евгений Юрьевич.

- Я видел результаты твоих последних снимков! Ты что смерти ищешь?!

- Я ищу свободы! И нет смысла продолжать. Спасибо, что помните обо мне. Наверняка, как самого сложного пациента. Но я останусь при своем. И да, не советую обращаться к моей семье. Я вас по всем судам страны затаскаю. И обращаться к моим таинственным покровителям так же не рекомендую. Сей час на меня не сможет повлиять никто.

- Насколько понимаю, замуж ты так и не вышла.

- Нет. Слишком много поклонников, сложно на одном остановиться.

- Элина, я помню тебя другой!

Внутри тела на самом деле происходили не самые приятные процессы. Но об этом знает лишь она. Она, как горькие пилюли собирает свою собственную боль и разочарование. Горькое поражение в прошлом не отпускает. Она делает все правильно. Так надо.

- Элина, я приехал на важную операцию и пробуду здесь еще пару дней. Ваш городской хирургический центр один из лучших в стране. Я прошу лишь пройти обследование. Если хочешь, можно посещать дневной стационар. Тем более ты за рулем.

- Нет. Мне ничего не нужно. Я приехала лишь увидеть вас. Когда-то вы на самом деле меня спасли. Но. Хочу знать почему? Сейчас вы можете мне ответить? Как оказались здесь, в нашем городе? Пять лет назад.

3

- Ну, здравствуй, бойкая кошечка. – Голос из прошлого. Тобольский. Она немного растормошила свою память. Ночной клуб. В ту ночь, когда она пыталась разозлить Диму и вытащить его из бойцовского клуба. Значит, он давно ее преследует. Глупая. Так сильно упивалась своей жизнью, что упустила много важного! Он по-хозяйски похлопал ладонью по сиденью рядом. -

- Сергей Романович. Собственной персоной. Уверены, что я та, с кем так не терпится пообщаться? – она не сразу проскользнула в салон автомобиля. Хотя, внутри было тепло и очень приятно пахло. Запах власти и уверенности. Что-то изысканное, сандал и цитрус. Видимо, запахи это ее слабость. Элина даже глаза прикрыла, вдыхая аромат. Обычно ее дурманил лишь один запах. Сейчас ощущения иные, острее, с примесью нервной опасности. Улыбнулась, сложив руки на коленях и повернулась к Тобольскому.

Улыбающееся лицо, с аккуратной бородкой. Зачесанные и уложенные назад волосы. Сияющие синие глаза. Идеально сидящий костюм. В расстегнутом вороте белоснежной рубашки золотая массивная цепь с крестом. Выглядел он очень впечатляюще. Как с обложки гламурного журнала. Взгляд пронизывающий, как рентген. Бизнесмен мечты. Весь вид так и кричал о власти и достатке. Длинными пальцами приподнял подбородок девушки и повернул к себе. Элина слегка поежилась ,но улыбку не стерла с лица. Костяшками пальцев прошелся по скуле и шее девушки, оставляя опаляющий холод на коже. Опасный и звериный облик мужчины в тот момент отталкивал.

- Хороша. В том баре, где виделись последний раз, была немного пьяна. Весела и беззаботна. Как экзотическая бабочка порхала среди алчных мужских взглядов. Хочешь выпить? Покурить? – он изучал ее. Как опытный лаборант исследовал Элину, которая в тот момент являлась подопытной мышью.

- Точно. Вспомнила! Вы меня алчно лапали. Даже не представившись, - Одернула голову и отодвинулась от мужчины. Не нравится он ей. Мужское начало его слишком сильно давит на окружающих.

- Ты не бойся, красивая.

- Не боюсь. У меня дел по горло. А сегодня все, как сговорились! Так и желают моего внимания. Что тебе нужно от меня, Тобольский Сергей Романович?!

- Тебя. Элина. Мне нужно тебя. Что ты все по мальчикам таскаешься. Попробуй мужчину. – склонился. И рука по хозяйски прошлась по колену девушки. – пахнешь, как конфетка.

- Руки убери. А то, был у меня боксер. Показал, как таких, как ты на место ставить. Мне пора. – мужчина тихо засмеялся. Нет. Это не насмешка. Скорее его высокомерие и уверенность в собственном превосходстве. Тобольский воспринимает ее несерьезно.

- Фонд скоро окажется без инвесторов. – одна фраза. И Элина застыла, так и не открыв дверь.

- Это не по правилам.

- Уверена, что я следую лишь правилам? Давай так, кошечка, даю тебе пару дней. На размышление. Можешь еще покуражится. Энергии в тебе через край. А мне это нравится.

- А потом что?

- Придешь ко мне сама.

- Не боишься, папа Алины, сдам тебя.

- Ну что ты! Не боюсь. Рискни. Не только фонд. Я совсем не понимаю твоего фанатического желания сохранить лицо этого города. Пострадать могут не только фонд, скалодром и детский дом. Ты вся, как на ладони, Элина. Попытки сбежать, спрятаться от меня, это глупо.

- Глупо происходящее. Тобольский это не просто фамилия. Ты же, Сергей Романович, по всему миру свои финансовые сети раскинул. Везде, без звука, но все же звучит твоя фамилия. И вдруг, о Божечки! Тааакой великий и умный дяденька играет в игры с мелкой пигалицей. – все с той же коварной усмешкой, пусть наигранной, но яркой! Элина придвинулась к Тобольскому. Языком лизнула мочку его уха. Дрожь, как от прыжка в пропасть, пронзила позвоночник. – Я тоже могу знать ваши слабые точки!

- Элина. – даже то как он произносит ее имя заставляет послушно оглядываться. Пожалуй, он достаточно силен, чтобы приручить и приструнить человека. Но Элина никогда не была покладистой для кого либо.

Элина уже вышла из автомобиля, когда Тобольский так же вышел со своей стороны. Он с таким откровенным восхищением смотрел на рыжую бестию, что не удержался на месте.

- У меня для тебя есть еще один важный сюрприз. Ты даже не представляешь, насколько это может быть важно для тебя, Элина.

- Мне ничего не нужно.

- А что если я могу дать тебе возможность стать матерью.

- Смешно. В сказки не верю.

- Со мной ты поверишь во многие аномалии. Я научу тебя жить по принципу, что нет ничего невозможного.

Она уже сделала шаг в сторону офисного здания, когда перед ней возник Андрей. Высокий, красивый, в строгом костюме. И с очень серьезным напряженным лицом. Когда- то теплые карие глаза сейчас покрылись коркой льда. Он смотрел не на Элину, а сквозь нее. На Тобольского. Девушка взяла парня за руку. Но тот стоял как вкопанный. Пока автомобиль Тобольского не скрылся из виду.

- Дрю, сцена ревности совсем не вовремя! Не начинай!

- Не начинай! Ты уже пострадала из-за этого деятеля! А теперь с ним катаешься?! – в последнее время он стал таким. Элина менялась сама. И меняла всех вокруг. Они позволяли происходить этому.

- Если ты не заметил, моя машина здесь, - она никогда не перед кем не оправдывалась и не собиралась начинать это делать. Андрей давно перешел черту нормальных отношений ради секса и дружбы. Они оба не оправдали ожиданий друг друга. И сейчас, Элина подошла в плотную к парню. Тонкими пальчиками прошлась по пуговицами его рубашки, пиджак распахнут. – И сказала уже, не устраивай то, о чем пожалеешь.

- Все и всегда происходит только по твоему? Никакого компромисса?

- Что ты здесь делаешь, Дрю?

- Вопросы без ответов, - Андрей провел пятерней по своей шевелюре и тяжело вздохнул. Попытался обнять девушку ,но она вывернулась. Так было всегда. Если он был не прав, по ее мнению, главное наказание – никакого тактильного контакта. Сейчас все на много хуже чем обычно. Он боялся каждый раз, когда она отстранялась. – Я был по делам фирмы в этом здании. Встреча по вопросам строительства нового отеля.

4

Элина решила побродить по поселку. Тихие улицы. Осень все же пробиралась в аллеи и дворы. Самое начало. Когда деревья окрашены в разные цвета. Словно художник нечаянно разлил краски. И этот головокружительный запах лесного мха и влажной листвы. Никогда раньше не любила осень, а теперь это время года, словно немое отражение души. Яркие краски на поверхности, но столько угасающей тьмы внутри. Она словно сама становилась такой же разноцветной внутри. Яркость по-тихому переходила в пустующую гниль. Тихо. Как же нестерпимо тихо. За последние дни Элина практически не была вот в такой тишине. В машине громко слушала музыку. Или через открытые окна слушала шум дорог и города. Вокруг постоянно находились люди. Громко вопил или вибрировал телефон. Ее дергали. Ее спрашивали. Бесконечные встречи. Это все было лучшим средством оставить тяжелые и горькие мысли под замком. Вечером, приходя в пустую квартиру, Элина ненавидела тишину. Так же как ненавидела одиночество.

Озеро. Безупречная гладь темной воды нарушена, падающей листвой. Тепло еще. Воздух напоен уходящим летом. Села прямо на траву. Достала сигареты и закурила. Дурацкая привычка. Ментоловая ядовитая дымка окутала легкие. Не принося желанного облегчения.

Откинулась на спину и закрыла глаза. Поднесла тлеющую сигарету к губам.

Кто-то выхватил сигарету из ее пальцев. Затянулся. Она слышала это. А еще понимала, кто рядом. Потому что аромат этого человека проникал в ее разум. Словно перекрывал все возможности обоняния, оставляя лишь себя! Не открывать глаз. Но он может услышать биение сердца. Слишком лихорадочное и болезненное.

- Ты же знаешь, что я здесь. – голос. Хриплое эхо прошлого. Медовый эликсир, растекающийся по венам.

- Мне все равно. Иди куда шел, странник. Я не разговариваю с незнакомцами. – ах как хотелось рыдать. От нестерпимых процессов внутри. Он, этот чужой и далекий запускал сложную систему мелькания множества эмоций.

Дима стоял над распростертой девушкой. И понимал, как сильно желал ее увидеть. И каждая встреча, словно в первый раз. Он выпустил клубок дыма и затушил окурок. Сел рядом. Кривая ухмылка. Она в черном. Так же как и он. Все так же намеренно, или подсознательно проживает его жизнь. Или уравнивает болезненные события их судеб.

- Надо же. А сегодня прыгнула в чужую машину. Даже не глядя, кто в ней. - Жилка бьется бешено. И по коже бегают мурашки. Как можно Диму сравнивать с кем-то из ее окружения. Каждый человек вызывает нечто особое и сложное. Но Дима, это не эмоции или отдельные ощущения. Он часть ее самой. Словно вросший элемент в крови. Он ее ДНК. Он ее воскрешает, возбуждает и окрыляет. Но сейчас, вот в этот самый миг, Элина понимала, почему всегда будет выбирать его. Он говорит о том, что она села в машину к Тобольскому не из-за ревности. Нет. Он волнуется за нее. Никогда не пытается контролировать или подчинить. Он единственный принимает любой ее шаг и решение. Дима всегда готов защитить, обсудить и вдохнуть жизнь. Вместе с ней.

Она не открывает глаза. А ему сейчас так надо их увидеть. Утонуть в изумрудной свежести ее взгляда.

Дима ловко опустился на траву, животом. Лег так, что его лицо нависло над ее лицом. Кончиком носа прошелся по ее щеке и подбородку. Легким касанием пуская рой мурашек по коже.

- Открой глазки, принцесса. Я же вижу, как ты взволнована моим появлением. – потянулся так, чтобы лизнуть влагу с ее полуоткрытых губ. – моя маленькая звезда! Я скучал. Эли. Железный дровосек вернулся.

Элина резко перекатилась на живот и попыталась встать. Поскользнулась. Дима ловко перехватил тонкие пальчики и потянул беглянку на себя. Она успела забыть, какой он сильный. Как ловко он управляет ее телом, подчиняя своему!

- Ты сильно ошибся дорогой, странник! Я не та, кто тебе нужен. И сказки прошлого закончились. Сейчас моя жизнь скорее триллер. Или ужасы.

Она словами выстраивает стену. Создает невидимую грань. Больно. Она умеет причинять боль. Молодец, девочка. Так и должно быть. Он заслуживает ее коготков. Ее острых фраз и холодного взгляда. Только под изогнутыми ресничками таится целая вселенная. Его далекая, родная и необходимая вселенная! Новый запретный мир.

Они поднялись на ноги одновременно. Глаза в глаза. Вдох. Выдох. Словно замедленная съемка.

Элина замахнулась и влепила пощечину. Голова даже не дернулась. Еще пощечина по другой щеке. Только от этих ударов ей самой становилось больнее.

- Слабенько, Элли! Ты можешь сильнее! – подставил ближе свое лицо.

- Я все могу! Все! Эмоций моих хочешь? Хрен тебе, незнакомец. – а сама смотрела в это щетинистое родное лицо. Кровоточит сердечко. Боль физическая стала такой далекой и пустой.

Он ушел легко. А теперь решил вернуться. Легко. Это же Дима Соболев! Тот, кого нельзя удержать. Она может все. Кроме единственно правильного решения, прогнать его! Прогнать! Или уйти!

Элина уткнулась лицом в его шею. Ненадолго. Никто не увидит. Пару секунд. Его запах втянуть. Ладонями прошлась по его груди. Как же бешено стучит сердце. Это его или ее?

По кронам деревьев прошелся ветерок. Пронизывая насквозь листву. Раскат грома прогремел над головой. И без предупреждения лупанул дождь. Элина глубоко вздохнула.

Он провел пальцем по ее губам. Пухлые нежные губы. Заглянул в изумруд ее глаз. Выдохнул ее имя и поцеловал.

- Моя. Смелая. Красивая! – нежно, страстно, самозабвенно. И дождь усилился так, что стеной отгородил их от мира. И своя стихия зародилась между двумя людьми! Она лизала его губы, покусывала язык и снова могла свободно дышать. Он заполняет пустоту. Он лечит ее раны. Он дарит смысл. И тут же лишает всего этого. Без него нет смысла ни в чем. Без него она неполноценный человек! Сейчас вот, сейчас она стала живой и цельной!

5

Он посмотрел своим наглым черным взглядом. Оскалился. Как раньше. Когда был чужим. Точно так же.

- Это хорошо. Это правильно, Элли. Люби его. Так же сильно, как я люблю тебя. Сможешь? – острое лезвие по самому сердцу. Кажется, сейчас кровь хлынет во все стороны. Не таких слов она ждала от него. Не таких!

- О! Твое понимание любви слишком непостижимо для меня. Ты холодный. Как Ледовитый океан. Такой же непостижимый, но убийственно ледяной. С Андреем я сгораю. От тепла и ласки. – втянула его аромат носом. И промолчала о том, что Андрей лишь попытка любить. Имитация того, что так жаждет. - Ты хоть понимаешь, что я не могу без тебя. – нельзя говорить это вслух. Нельзя. Но внутри эта мысль как раненая птица разбивается в кровь и бьется.

- Ты уже признавалась мне в любви. – поднял ее лицо так, чтобы глубже утонуть в глубине ее изумрудного взгляда. Слезы сделали ее глаза прозрачными и чистыми, с оттенком небесного рассвета. Элина даже испугалась своих собственных эмоций. Отвел пальцами влажные волосы, за ушко.

- Я этого не помню. Не помню. – оттолкнула, отошла немного в сторону. – ты заставляешь меня задыхаться!

- Ты не понимаешь, Элли? Твой выбор уже давно сделан! С тех самых пор, как ты села в мою машину, на университетской парковке. Ты уже тогда сделала выбор! Когда, примчалась на тот бой! И тогда уже сделала выбор! Когда меня сделала своим первым! Ты, Элли! Ты уже знала, что я тот, кто тебе нужен! И да, признавалась мне в любви. В ту самую ночь, когда сбежала во время боя!

Элина развернулась и направилась в густые заросли леса. Но он ее поймал. Обнял сзади за талию. Притянул. Спиной ударилась в его стальную грудь.

- А ты, Дим? Ты его сделал? Тогда, когда бил морду мужику в баре, за меня? Или когда трахал ту телку возле моего дома? А может, твой выбор сделан, когда ты Алину имел? Женился и ребенка ей подарил. Все вокруг без ума от Димы! Кто из них побудил тебя решить, что я твоя? А точно! На повестке дня – Дима Соболев влюбился! И оп-пачки! Фокус! Женился на другой! Какой чудесный выход из сложной ситуации. Фу-ух! Можно легко дышать. Теперь Димочка сам себе хозяин. И никто не посмеет претендовать на это сокровище. Ведь, его новоявленная женушка глаза выколет любой! Он по-прежнему может гулять, как кобелина бездомный!

- Ты моя. Давно. И навсегда. Ты учишь меня, а я тебя! Ты тоже была не только со мной. Ты, Элли, изо всех сил пытаешься понять мою сущность. С Андрюхой ты так же была из-за меня. На зло! На то чтобы меня лишить опоры! Только мне плевать! Потому что так, как со мной тебе не будет ни с кем! Вижу это сейчас, в твоих глазах. Один взгляд! И все! Разбежавшись, прыгну со скалы?! Да! Блять! Прыгну! Если так будет лучше, прыгну! Без тебя не смогу. – ему, как и ей необходима тонкая нить. Та самая, что будет держать на поверхности. Над пропастью. Над собственной разрухой.

Элина запнулась. Расширила глаза.

- Ты все про меня знаешь. Мы слишком похожи. Я приближаюсь к твоей сущности. И очень скоро мы сравняем свои возможности. Это, как заразу подцепить. Словно ты болен. И теперь и я больна. Смертельно.

- Не просто знаю! Чувствую! Да, болен! Если сердце хоть когда-нибудь теряет понимание, ищет ответы, именно боль, настоящая пронзительная боль выдает все ответы! Не я с самого начала, не я должен был быть твоим первым. Со мной только грубость и боль. С ним ты могла бы стать счастливой. - С легкостью обхватил свою девочку под бедра, она обвила его ногами. Прижал ее к стволу дерева. Защищая ее спину своей рукой. – расскажешь, как тебе с ним?

- Только если ты поделишься своим…опытом с женой!

- Бесконечно можешь вертеть нож в моем сердце. Убивай меня! Убивай! Все равно буду дышать, зная, что ты где-то есть. Все равно буду приходить к тебе. Глотнуть воздуха.

Элина стянула с него мокрую футболку. Прошлась ладонью по черному рисунку на плече и груди. Как кошка лицом потерлась о влажную кожу. Заглянула в черную бездну его глаз. Похоть. Сумасшедшая и мощная волна желания молнией прошила их насквозь. Резко сорвала змейку на его джинсах. И даже услышала немой стон. Он целовал, кусал и срывал свою жажду! Они оба хотели этого безумия. Одним мощным толчком вошел в ее горячее лоно. Тяжело дыша, застонал. Губами впился в кожу на ее шее. Дождь уже плотной стеной скрыл их под кроной дерева. Они снова вместе. Они одни во всем мире. И плевать, что их могут увидеть. Они одни. Его член в ней. Элина заскулила от радостной эйфории опаляющей внутренности. Без него нет этой наполненности и цельности! Без него нет искр и радости. Без него она другая. Подалась на встречу. Яростные волны эйфории катились по венам. Так хорошо. Так твердо и горячо. Так заполнено и основательно. Все правильно. Грязно. Противозаконно. Но так блядски правильно!

- Я сама по себе. Как и ты. Я ни с кем, Дим! Аааа! Не останавливайся. Мне нужна твоя грубость. Ты мне нужен!

Он замер на миг в ней. Дышал так тяжело, словно разорвет сейчас легкие. Его продырявили, сожгли, утопили. Он умер и снова родился. Он дома. Он с ней. Он в ней. Сквозь дождь слезы прожгли глаза. Он любит так сильно. Что нет сил это терпеть. Он только с ней может дышать.

- Ты моя! Ты только моя! Элли! Моя! Люби меня, Элли! Люби так, как только ты умеешь!

- Хочу тебя! Всегда хочу!

Она сама подмахивала бедрами, заставляя его двигаться быстрее. И дождь подвывал их движениям.

И когда пружина внутри закрутилась и разлетелась ярким оргазмом, Элина вцепилась зубами в шею Димы. Он закричал, одновременно кончая в нее сильно и яростно.

Элина медленно опустила ноги на землю. Пошатываясь, понимала, что не сможет нормально стоять. Висела на парне, и не хотела отрываться.

- И что дальше? Снова сбежишь, Дим?

- Я никогда не сбегал от тебя. Глупенькая моя девочка. Я всегда лишь к тебе шел. Просто ты у меня нетерпеливая.

6

Элина вошла в дом, громко постукивая зубами. Софи встала с подносом в руках. И открыла рот, увидев промокшую насквозь сестру.

- Летние дожди уже отшумели давно! Ты на метлу похожа, на которую опрокинули черную краску.

- В курсе я. Как в старые добрые времена.

- В старые добрые ты по стене снаружи карабкалась

- Видимо, все реально изменилось! - проскользнула к лестнице, в свою комнату. На миг замерла, любуясь картиной на потолке. Улыбнулась. Вспомнив, как Дима украсил свою машину таким же пейзажем. Дима. Черт его дери.

Потолок словно уходящий в неизвестность купол. Купол разрисованный горным пейзажем. Та самая непреодолимая гора, Канченджанга. По мотивам холста Н.К. Рериха.

«На горах, на вершинах, где зачинаются реки, где вечные льды сохранили чистоту вихрей, где пыль метеоров приносит от дальних миров доспех очистительный — там возносящие сияния!.. Там слышна симфония сфер, которая будет возвышать дух человеческий к новым творениям. Она соединяет сердца людские и направляет их к прекрасному действию».

Н.К. Рерих. "Сердце Азии". Прошлое. Теперь это уже прошлое. Пережила. Переросла. Смирилась.

Ужин дома не особо складывался. Элина по большей части отмалчивалась. Просто наблюдала за родными и понимала, как сильно скучает. И как жестоко отдалилась уже.

Заговорив с отцом о благотворительном вечере, пожалела.

- Дочь! Наш ресторан в последнее время востребован и все расписано на три месяца вперед.

- Я поняла. – такого она совсем не ожидала. Улыбнулась. Скулы уже болели фальшиво улыбаться. Это не она. Элина Аркадьевна Филатова всегда открыта и честна! – Но все же стоит обсудить мое предложение. В твоем кабинете, пап.

- Вижу, что вопрос важен для тебя. Я могу поговорить с…

- Не нужно. Сама решу проблему. И даже знаю с кем. – она попыталась встать из за стола. Продолжать говорить под пристальным взглядом отца не получалось. Нет больше доброго понимания и стремления сблизиться. Они все, сидящие за столом, отдельные элементы. С одной фамилией. И от этого кровоточит душа. Неужели она сделала это?

Рената резко встала. Так что стул с грохотом упал спинкой на пол.

- Хватит! Это же мы! Филатовы! Мы семья! Во что превратили обычный ужин! Где же мы ошиблись, что пришли к такому! Словно чужие. Элина, Софи! Мы вас обидели?! Что происходит?! Что вы творите со своими жизнями!

- Мам, не надо волноваться. Просто вам с папой пора научится видеть в нас не только своих дочерей. Мы не твои розочки. Не часть интерьера, который можно украсить и спрятать под стекло.

- Элина, ты живешь не правильно. Я тебя такому не учил! - Аркадий стукнул кулаком по столу. Зазвенели падающие бокалы. На глазах Ренаты выступили слезы. Все понимали, что назад, к тому, как было – не вернуться. Нет такого чуда ,чтобы перечеркнуть разногласия и упреки.

- Да. Я и не живу вовсе. – встала, покрутилась вокруг своей оси, - посмотрите на меня. Я просто выросла. Раньше подстраивалась под ваши стереотипы. Плохо, что я в черном? – поиграла краями завязанной узлом на поясе, рубашки. - Но мне нравится! Андрей? Я не встречаюсь с ним. Я с ним сплю. Ничего другого не было, и быть не может. Я такая, какая есть. Я же не нравлюсь вам такой, вот и не появляюсь. Надоело видеть вашу жалость! Забота, попытки в душу пробраться. А за спиной плачете обо мне, словно умерла уже! Вы похоронили свою дочь еще пять лет назад. Вы похоронили меня, когда запрещали любые движения! Не могу я так жить. Тихо подчиняясь. Боясь вас расстроить или обидеть. Я такой же человек! Живой!

Софи попыталась остановить сестру, - Эли, остановись.

- Не могу. Мы все совершаем не всегда правильные поступки. Или эти поступки для кого-то считаются нормальными. У вас есть семья, пап ты есть у мамы, мама есть у тебя. Я, Софи, мы есть у вас. Почему я не могу просто быть другой. Я не наркоманка, банки не граблю, на панели не продаюсь! Просто живу так, как считаю нужным!

Элина услышала шаги. Мотнула копной рыжих волос. Понимала, кто стоит за спиной. Сама же говорила, что у родителей будет. Знала, что приедет. Всегда. Молчаливый попутчик в ее жизни. Добрый друг. Страстный любовник.

В поселке не так много людей, входящих в их дом без стука. Домработница сегодня отсутствует. А значит это могут быть лишь соседи. Близкие семье Филатовых! Так как Диана Соболева натворила дел и теперь проходила принудительное лечение в псих диспансере, Рената взяла шефство над Соболевыми. Она считала, что мужчины не могут жить без женской руки.

Вздернула подбородок. Да. Пора отключать эмоции. Пора сделать хороший взмах клинком и отсечь все попытки сближения.

- Мам, пап, я не просто сплю с Андреем. Только что я встретила его брата. Да, с Димой я тоже трахалась. И мне нравятся они оба. Да я просто без ума от секса с ними. Дима единственный, кто не пытается меня переделать! Исправить или вылечить! Не устраивает допрос и не тащит в больницу!

Обернулась. На пороге стоял Андрей. И его отец. Алексей сурово насупил брови и сложил руки на груди. Андрей сделал шаг к Элине. Но она остановила его жестом руки. Он слышал каждое слово. Это отразилось в добрых карих глазах. В его лице. Сегодня он так же, как и все последнее время, в строгом костюме. Сын копия отца.

- Я никогда ничего не обещала. Никому. Поэтому всегда была свободна. Мне не нравится, что моя сестра спит со стариком. Мне не нравится, что Соболевы вообще так запросто приходят к нам. Потому что Диана настоящая ведьма. И именно она исковеркала мою жизнь! Можно до бесконечности кидаться упреками.

- Элина, зачем ты так? – Андрей протянул ей руку. Но она не подошла.

- Я по делу приехала. Но так даже лучше. Все точки поставлены. Мой адрес знаете. А здесь больше нет моих близких. Нет моего дома. Нет ничего.

Аркадий молчал. Он словно не мог пошевелиться. Рената отвернулась и тихо рыдала. София подошла к Алексею и тот приобнял ее за плечи. Элина окинула всех взглядом. Выскочила. В комнате схватила сумку, которую подготовила раньше. Смахнула слезу. Присела на корточки, когда боль колючим ядовитым клубком прошлась по внутренностям. Да, она сказала правду. Но мотив этой правды совсем другой. Они должны ее простить. И проститься. Может напрасно она желает запомниться родным такой сукой. Нет. Так проще. Ей нужна свобода. Полная отключка от реальности.

7

Дима подошел к дому Соболевых. Он давно не считал этот дом своим. И увидел отца, держащего за руку Софи. Куколка-блондинка и старик. Не каждый мог оценить такую картину.

- Пора все хорошенько выяснить, сын. – Алексей смотрел на укус на шее Димы. Там выступили капельки крови.

Дима стоял весь промокший. Смахнул влагу с темных волос. Оскалился. В джинсах, спущенных на самый низ бедер. Без футболки. Темная кожа. Черный рисунок татуировки на плече и груди. Он стал еще больше и сильнее. Весь напряженный. После секса с Элиной хотел уничтожить мир. Словно все в последний раз. Она хотела задеть его. Унизить. Обидеть. Но это способ ее защиты. И говорить с отцом сейчас было просто опасно. Никто сейчас не способен вытащить в нем хоть что-то человеческое. И даже этот укус на шее. Он прожигал. Напоминал. Она добилась своего! Заклеймила!

- Не время. Не советую лезть ко мне сейчас! – он видел, как Софи пытается удержать Алексея. И так это бесило. – прятаться за юбками баб в твоем стиле.

- Ты в розыске! Дима! Ты похерил весь наш бизнес! Остались лишь обломки!

- Иди на х..й, папаша. – клокотало все внутри. Взрывалось. Рушилось. И адски болело. Словно залили в кровь змеиный яд. И теперь он деформирует все органы. Он оттолкнул отца, который попытался встать на пути, - я уничтожил все следы твоей незаконной деятельности. Продал то, что пришло незаконным путем! У тебя есть этот дом. У Андрея отель. Есть деньги на счетах. Этого достаточно для нормального существования. А содержать твоих молоденьких…любовниц я не подписывался.

Вот тут София выступила вперед. Подняла руку для пощечины. Но Дима перехватил ее.

- Бить и, если захочет убивать, меня имеет право лишь одна женщина. И это не ты. Диана пыталась воевать со мной. Теперь она там, где ей самое место. Могу повторить фокус и с тобой.

Алексей отвел Софи за свою спину. Хотел что-то сказать, но Дима не позволил.

- Не будет разговоров. Признаний. Или выяснений. Хочешь сдать меня властям. Флаг тебе в руки! Номер ментовки знаешь. Сейчас я соберу вещички и свалю на хрен из твоей жизни. здесь ничего меня больше не держит. Но все же совет тебе дам, Алексей Викторович! На молодуху тебя не хватит.

По дороге в комнату скинул мокрые джинсы. Покидал кое-какие оставшиеся вещи. Почти все давно уже было в квартире. Сейчас там живет Элина. Кто знает, что она сделала с его вещичками. Улыбнулся. Эта девчонка могла что угодно вытворить. Люблю ее. Подумал. И тут же оглянулся. Наверное, он на само деле сюда не вернется. Соседка теперь не здесь. Центр притяжения переместился. Телефон беспрерывно вибрировал. Жена. Язык не поворачивался эту шалаву женой называть. А вот беременность стала совсем не приятным сюрпризом. На миг мелькнули дни беспробудных боев, пьянства и грубого секса. Так проходил его медовый месяц с Алиной Тобольской. Он рассчитывал подобраться к ее отцу, а в итоге прогадал. Пришлось откупаться. Его женушка оказалась беременной. О местонахождении отца она никогда ничего не знала. Более того, Тобольский, хитрый лис, подкинул много денег на скрытые счета. Выставил все так, что это именно Дима проворачивал махинации с землей. Именно Дима, якобы, подставил несколько серьезных людей. Сорвал им сделки. И теперь он не просто в розыске. Он под прицелом.

Элина медленно открывала глаза. И не могла понять, где находится. Потолок украшенный лепниной. Изломы на стенах, с изумительно красивыми витражными окнами. Из-за чего солнечный свет превращался в радужные блики.

В голове прояснялись предшествующие события. Не было голосов или намеков на то, кто ее увез, забрав из машины. Лишь аромат, как в автомобиле Тобольского. Она отключилась, видимо, от переизбытка эмоций. Ее на самом деле словно током торкнуло, выбило пробки на хрен! Было понятно одно – ее не похитили и не пытаются требовать выкуп. Потому что комната, явно с дизайнерским оформлением. Даже мебель, точно сделана на заказ. Села посреди гигантской кровати. Даже хмыкнула. Точно! Настоящий аэродром! Шелковые простыни изумительно нежного лавандового цвета. Вазоны с великолепными кустарниками.

Странно. Ничего не болит. Пошевелила пальцами, ногами. Черт. Она голая! Под тончайшим и нежнейшим шелком она совершенно обнаженная! В голову ударил жар беспокойства. Рядом с кроватью на невысоком столе разложена одежда.

Она в другой мир попала? Перевоплотилась. Потрогала себя. Длинные рыжие волосы. Провела пальчиками по своему телу. Все тот же шрам и татуировка – крыло ворона. Отсутствует лишь боль. За последнее время не было таких дней, когда она просыпалась легко и даже способна потянуться. А нет. Что-то щелкнуло в колене. Но боль словно издалека напомнила о себе. Ее опоили. Ни одно обезболивающее так не действовало. Как местная анестезия.

- Эй! Чудовище! Или кто-нибудь живой! – встала. Не стесняясь своей наготы, прошлась к окну. Лес. Или скорее парк. Слишком идеальная зелень и ровная листва. Как по линейке все выстрижено. Где-то мелькнула тень. Охрана.

Но не поселок. Место ей незнакомо. Осмотрела длинное в пол платье. Изысканная бархатистая ткань. Цвет почти отражение ее собственных глаз. Изумрудно-золотое. Тончайшее кружево по краю горловины и расклешенных рукавов. Элина примерила наряд. Не голой же ходить! Ткань холодила кожу. И обрисовывала каждый изгиб. Посмотрела на комплект белья, туфли. Обо всем позаботились. Но не в ее стиле. Откинула назад волосы, прошлась пальцами, распутывая. Маленький протест. Она и платье не стала бы одевать. Цвет совсем не ее.

Подошла к двери. Открыто. При выходе из спальни увидела зеркало от пола до потолка. И в отражении не сразу себя узнала. Тонкие черты маленького личика. Пухлые губы. Она похудела. Сильно. Платье открывало ключицы, которые слишком выпирали. Шея длинная, с полупрозрачной кожей. Лицо на самом деле маленькое. Или это глаза слишком большие. Царапинка на щеке. Да. Авария. Намеренная помеха ее движению. Элина завернула волосы в свободный узел. Стянула ленточку с вазона и перевязала свой хвост. Босиком она шла по длинному коридору. И ступни утопали в мягком пушистом ковре. Никто не знает, что она исчезла. В машине остались все вещи и телефон. Или она просто еще не знает, как все происходило. Каждый день, как перевернутый калейдоскоп. Только камешки все темнее и чуднее с каждым разом.