Навсегда с драконом. Академия Керсингтон, том 2

Глава 1

Как же больно!

В моей голове будто взрыв произошел. Да еще и такой жесткий, что казалось, она вот-вот лопнет. Перед глазами все расплывалось, плясали черные мушки.

— Эй, ты чего? — низкий мужской голос прорезал сознание.

Я резко отдернула руку. Воздух стал поступать в легкие. Зрение прояснилось, рисуя передо мной явную картинку реальности. Академия. Учебная аудитория. Передо мной мой связной — Демьян Конарант. Он с тревогой смотрел на меня.

— Тебе надо к лекарю, — сказал он, а я покачала головой.

Лекарь ничего не сделает с моим недугом. Я избегала, как могла, наши совместные занятия, но долго бегать было невозможно.

С тех пор, как моя мать прокляла меня, я не могла прикоснуться к Демьяну без острой боли во всем теле. А без прикосновений наши занятия не имели смысла.

Связные должны были передавать магию друг другу.

— Нет, — ответила я и попыталась улыбнуться. — Просто нервные дни.

Это было правдой. Мы с сестрой сбежали из дома, а мать меня еще и прокляла в день встречи.

— Все уже закончилось, — продолжил Демьян, слегка склонившись ко мне. — Тебя никто не тронет до конца учебы.

Я хмыкнула. Как же он прав. Меня точно никто не тронет. Вот только если он узнает о том, что сделала моя мать… Тут мне уже страшно представить.

Я свободна. Почти. Свободна от дома, от отцовских наставлений, от навязчивого жениха. Свободна… но привязана к дракону, чье имя заставляет сердце то замирать, то биться птицей в клетке.

А еще я не могла прикоснуться к нему.

Магия. Она никуда не делась, наоборот, казалось, стала еще ярче, сильнее, словно пробудившись от долгого сна. Я думала, что из-за проклятия мы не сможем обмениваться энергией, но вроде какими-то немыслимыми потоками моя магия смогла соединиться с магией Демьяна.

Моя мать… С её заклинанием она сделала все, чтобы я не приблизилась к Демьяну. Вчерашний день был чередой потрясений, но я выстояла. Я смогла попасть в общежитие, оставив позади все, что связывало меня с общиной. Теперь я студентка академии Керсингтон, полноправный член магического мира.

— Эй, — Демьян протянул руку.

Одно касание, и я вздрогнула. Парень недоуменно забрал руку.

— Прости, — прошептала я.

— Что с тобой? — настойчиво спросил он. — Мне можно доверять. Ты в академии, в безопасности.

Я только хотела открыть рот и ответить, как ощутила резкий укол в районе моей руки, будто что-то мешало мне рассказать все Демьяну.

Демьян, до этого склонившийся ко мне с тревогой в глазах, замер. Его взгляд, обычно такой проницательный, стал еще острее, словно он пытался заглянуть мне прямо в душу. Он, конечно, почувствовал. Мою внезапную жесткость, мой внутренний зажим, этот едва заметный спазм, что исказил моё лицо.

Я попыталась заговорить, но губы слушались плохо. Из горла вырвался лишь сдавленный звук, больше похожий на хрип. Боль усилилась, закручиваясь тугим узлом где-то в солнечном сплетении. С трудом я выдавила из себя подобие улыбки, которая, наверное, больше напоминала гримасу страдания.

— Я... я в порядке, Демьян, — наконец прошептала я, чувствуя, как щеки обдает жаром стыда и беспомощности. — Просто... это слишком личное. И... сложное. Я только вырвалась из дома, где провела девятнадцать лет.

— Ладно, а что это только что на уроке было?

— А что такое? — спросила я.

— Ты влила в меня столько магии, что у меня даже дракон дернулся, — усмехнулся Демьян.

— На нервах, — тут же выпалила я.

Его брови сошлись на переносице, формируя глубокую складку.

— Люциния, ты дрожишь, — его голос звучал требовательно, но в нем проскользнула та мягкость, которую я так редко слышала.

Мне отчаянно хотелось протянуть к нему руку, почувствовать его тепло, дать его магии успокоить мою. Ведь я уже знала, что только рядом с ним моя сила перестает бушевать, но я не могла. Каждое такое касание приносило невыносимую боль.

— Что-то не так, — прошептал он, его взгляд прикипел к моей руке, которая до сих пор ныла. — Я чувствую, что это не просто «нервные дни». Если это касается нашей связи... я имею право знать.

Мне нужно было оттолкнуть его, хотя бы сейчас, пока я не сломалась под его взглядом, под его нежным беспокойством, которое так сильно контрастировало с моей собственной болью.

— Я... я в порядке, Демьян, — сказала я, стараясь, чтобы мой голос звучал тверже, чем я чувствовала себя на самом деле. — Правда. Просто... дай мне немного времени. Я разберусь.

Демьян нахмурился и прищурился, будто хотел разглядеть, что со мной не так. Если б я только могла все рассказать!..

— Хорошо, — сказал он, отступая на шаг, но его глаза так и не отрывались от меня. — Но я здесь. Если понадобится. И... мы разберемся. Вместе.

Я кивнула. А ведь если бы я не была его связной, то ничего бы не было. Не получилось бы у меня сбежать и остаться в академии. Я мотнула головой. Зачем думать о том, что могло быть? Мне повезло, и я должна воспользоваться своим шансом. Не стоит отступать!

Я кивнула, чувствуя, как его слова, его присутствие, его вера, несмотря на физический барьер, все равно проникают в меня, успокаивая бушующий внутри шторм. Магия медленно, но верно отступала, оставляя после себя лишь легкое, теплое покалывание. Я посмотрела на свою руку. Укол исчез.

— Тогда пошли на следующий урок, — Демьян протянул мне руку. — Ты уже не из общины, можем и что-то другое попробовать.

Я посмотрела с ужасом на его руку.

— Нет, — выпалила я.

— Ты чего?

Я смотрела на него. На глаза наворачивались слезы.

— Прошу тебя, просто не трогай меня, — ответила я.

Демьян несколько раз моргнул и отступил, а затем и вовсе развернулся и ушел молча от меня.

Я прижала руку к груди. Теперь болело. Только не от проклятия, а от того, что я оттолкнула Демьяна.

Глава 2

Зато теперь после занятий мне не нужно возвращаться в отчий дом.

Как только прозвенел последний звонок, я, почти не дожидаясь никого, схватила свои вещи и, бросив на Демьяна быстрый, но полный благодарности взгляд, поспешила на выход. Я все еще не могла позволить себе находиться с кем-то после учебы, а потому решила заниматься уроками. В конце концов, дома у меня было не так много времени на это.

Я ощущала некое волнение. Меня радовало, что я была одна в комнате. Это благодаря тому, что я — связная дракона. Остальные учащиеся жили в комнатах на несколько человек.

А самое главное — мне нужно было убедиться, что Леа, а точнее, Антония, уже освоилась в новом образе.

Оказавшись в своей комнате, я закрыла дверь и оперлась на нее спиной. Глубокий вдох, затем выдох. Сердце все еще колотилось, но уже не от страха, а от осознания грандиозности происходящего. Я была в безопасности. По крайней мере, здесь. Или это было присутствие Демьяна, которое действовало на мою магию?

А еще я поймала себя на мысли, что мы можем с Демьяном увидеться в любой момент. От этой мысли у меня сердце забилось сильнее.

Я подошла к окну, за которым виднелись другие корпуса общежития и зеленые лужайки. Мне не верилось, что я здесь, что мне удалось сбежать.

В стенах академии Керсингтон я чувствовала себя свободной и в безопасности.

Не успела я даже распаковать свои скромные вещи, как в дверь моей комнаты тихонько постучали. Я вздрогнула. Кто бы это мог быть?

Я осторожно открыла дверь. На пороге стояла Леа, или, точнее, Антония, в своем новом облике. Ее волосы стали темнее, глаза – чуть больше, а черты лица – мягче и полнее. Но знакомые искорки озорства в ее глазах выдавали сестру.

— Ну что, Люци, — прошептала она, протискиваясь внутрь и прикрывая за собой дверь, — как прошел твой первый день на свободе? Я тут уже чуть не лопнула от любопытства.

— Тони, ты с ума сошла? Этан и Лиам тебя не видели?

— Нет, что ты, — усмехнулась сестра, покрутив амулет на своей шее. — Хотя я с ними столкнулась, но они меня не узнали.

Я выдохнула.

— И ко мне они не подходили, хотя Демьян весь день вился вокруг меня.

— Ага, — кивнула Антония. — Сегодня Эльза в моей одежде должна будет показаться в другом городе. И ее оттуда заберут родители.

Я кивнула.

— Она не знает, что ты теперь такая? — я окинула взглядом сестру.

— Нет, ты что. Я про запретные чары никому не говорила, — сестра прошептала.

Мы старались разговаривать как можно тише друг с другом. Вряд ли нас подслушивали бы, но осторожность не помешает.

— Как тебе вообще? — спросила и пригласила сестру на диванчик.

Та с удовольствием села на него.

Антония хихикнула, и это был тот самый, привычный, мелодичный смех моей сестры, который так отличался от того, что был у «Леи» в доме Медрейн.

— Я едва узнаю себя в зеркале! А знаешь, как удобно? Никто даже не подозревает! Все думают, что я просто… новая студентка. Никто не лезет с вопросами, никто не говорит про женихов и Светлоликую. Это… это настоящая сказка! А ты? — Леа повернулась ко мне, и в ее глазах появилась присущая Антонии серьезность. — Как ты? Рассказывай. С Демьяном хоть поговорила?

Я кивнула.

— Да, сказала, что переехала. Он вообще предлагал на один день у него остаться. Мать с отцом приходили сегодня.

— Ага, сразу прибежали, когда их «собственность» сбежала. И что, она сильно злая была?

— Не то слово, даже… — я снова попыталась произнести слова, которые застряли на кончике языка, но резкий укол в запястье, на этот раз более сильный, пресек попытку. Боль пронзила руку, словно электрический разряд, заставив меня вскрикнуть. Моя мать… она превзошла саму себя. Это проклятие не просто ограничивало меня, оно наказывало за каждую попытку раскрыть правду.

— Даже что? — спросила Антония. — Ты вся бледная! Это из-за мамы? Что она с тобой сделала?

Антония вскочила с дивана, на ее лице проступила тревога.

— Как обычно, угрожала, что она еще может? Знаю точно одно — нам нужно быть осторожными. Очень. Мать не остановится. И она не остановится ни перед чем, чтобы вернуть нас. Но теперь… теперь у нас есть надежда.

— Они никогда не узнают, что мы сделали, — Антония подалась вперед и взяла меня за руку. — Мы теперь свободны. Пусть я не в своем теле, но я не в общине.

Я кивнула.

— Сейчас главное — сосредоточиться на учебе, — сказала я. — И чтоб Лиам с Этаном ни о чем не заподозрили. Старайся пореже сюда приходить.

— А что они сделают? Я — первокурсница, племянница Медрейн. Тем более мы якобы соседки, так что я могу с тобой общаться, — беззаботно ответила Антония, но по моему взгляду поняла, что я не шутила. — Хорошо, буду реже к тебе заходить.

— Так будет лучше, — тяжело вздохнула я.

— Да, но главное, что у нас все получилось! — довольно сказала Антония. — Сестренка, мы после окончания академии будем свободны.

Глава 3

Я будто попала в новый, неизведанный мир. Никто не говорил мне, что я должна идти спать, что должна не сидеть над уроками, а делать что-то для общины. Я могла ложиться в любое время!

Еще и комната своя была, хотя остальные учащиеся жили по два, три, а то и четыре человека на комнату.

Для связных чуть ли не весь этаж был выделен. Тут и драконы, и маги жили. И вот мне посчастливилось занять одну такую комнату, чему я была несказанно рада. А еще на этом же этаже жил Демьян. И от одной мысли, что мы стали ближе, у меня по телу пробегали мурашки.

А еще я заметила, что теперь со мной пытались познакомиться и подружиться. В основном девочки, парни, как и раньше, сторонились меня.

Следующий день начался с привычной суеты. Учебные аудитории, гул голосов, смех студентов – все это, теперь без страха быть схваченной и возвращенной домой, ощущалось по-другому.

Я шла по залитому солнцем коридору, наслаждаясь каждым шагом. Свобода — вот она, осязаемая, реальная. Никаких запретов, никаких наставлений, только я и мой путь. Да, было немного тревожно, что после окончания учебы меня могут вернуть в общину, но я сделаю все, чтоб этого не произошло.

Однако моя эйфория длилась недолго. Стоило мне завернуть за угол, как я едва не столкнулась с высокой фигурой. Резко подняв глаза, я увидела Лиама.

Машинально сделала шаг назад. Его глаза буквально пылали яростью.

— Ну-ну, кто это у нас тут? — протянул он, преграждая мне путь. — Неужели наша связная решила, что может просто так покинуть отчий дом? Зря, Люциния. Очень зря.

Сердце пропустило удар. Холод пробежал по спине, а магия внутри меня, до этого спокойная, вновь встрепенулась, готовая к защите. Я старалась дышать ровно, не поддаваясь панике, которая грозила захлестнуть меня с головой.

— Плевать. Я теперь могу спокойно учиться, а не выходить замуж за твоего отца.

— Вот еще. Ты думаешь, ты сбежишь от общины? Этан мне сказал, что ты ему допрос устроила. Еще и перед побегом своей сестры. Как не стыдно!

Я сжала губы.

— Не стыдно. — я вскинула голову.

— Ты очень глупо поступила, думая, что академия станет твоим убежищем или убежищем твоей сестры, — улыбка на лице Лиама стала шире, будто он догадывался, что Антония еще здесь. — Ты же из общины Светлоликой. Мы всегда возвращаем своих. Тем более, когда речь идет о такой… ценной находке.

Я нервно сглотнула комок, застрявший в горле. Он не знает про смену облика Антонии. Или знает? Эти мысли сеяли панику сомнения в моей голове, будто фермеры — поля.

Он сделал шаг вперед, и я инстинктивно подалась назад. Холод, исходящий от него, был почти осязаемым, пронизывающим до костей. Мне хотелось кричать, бросить в него огненный шар, чтобы заставить его отступить. Но за нападение на учащегося академии вне занятий по боевой магии меня могли просто исключить.

— Ты не понимаешь, — прошептала я, чувствуя, как внутри меня все холодеет. — Я не вернусь. И она тоже.

Лиам расхохотался. Громко, беззаботно, будто я рассказала ему самую смешную шутку.

— О, Люциния. Ты такая наивная. Думаешь, Демьян, твой дракон, защитит тебя от семьи? От общины? Поиграется с тобой, найдет свою истинную, а о тебе забудет. Ты просто инструмент.

Эти слова ударили сильнее, чем любой физический удар. Инструмент. Сердце сжалось от боли, а затем наполнилось упрямым, холодным огнем. Нет. Я не была инструментом. Я была собой. И я не позволю никому, ни матери, ни Лиаму, ни даже проклятию, сломать меня.

— Ты ошибаешься, Лиам, — твердо сказала я, поднимая на него глаза. В этот раз голос звучал увереннее. — Я не игрушка. И я не одна.

— Твоя магия, Люциния… она нужна, — Лиам сделал еще один шаг, сокращая расстояние. — Старейшина Говард болен. И твоя сила, твоя стихийная магия — это ключ к его исцелению. Ты могла бы стать спасительницей нашей общины! Вместо этого ты выбрала… побег. Зря. Очень зря.

— Вот именно, теперь я еще больше понимаю, что не зря.

— А ты не думай, что умнее всех, — сказал Лиам. — Наслаждайся своей свободой. Она не продлится долго.

С этими словами он резко развернулся и ушел, оставив меня одну посреди коридора. Вот только теперь у меня появилась тревога по поводу того, что я так и не поняла — знал ли Лиам, где Антония, или нет.

Глава 4

Слова Лиама задели меня. Я не могла саму себя понять. Сестра в безопасности. Никто не знает, что она — Леа. Община Светлых до нее не дотянется в стенах академии. А из самой академии Антония уходить не будет.

Пусть даже ее раскроют. Вот только за использование запретных чар могут наказать. Это же запрещено на уровне королевства. Еще и Медрейн подставится. Кошмар просто.

Но если постоянно думать об этом, то жизнь точно не будет спокойной.

— Люциния, — послышался надо мной голос Демьяна.

Миг, и его рука опустилась на мое плечо. Я вздрогнула, вынырнув из круговорота мыслей. По телу пробежал знакомый разряд боли. Я резко отпрянула от него, словно от раскаленного железа.

— Ай! — сказала я и рефлекторно потерла место, куда он прикоснулся.

Демьян смотрел на меня с довольной улыбкой.

— Ты чего, связная? — спросил он.

— Да ничего. Просто не прикасайся ко мне, пожалуйста, — попросила я.

Демьян нахмурился.

По коже пробежали мурашки. Каждый раз мое тело так реагировало на парня. Глаза Демьяна потемнели. Он нахмурился. Улыбка сползла с его лица, уступая место раздражению. Он сделал шаг ближе, и я инстинктивно подалась назад, ощущая, как воздух вокруг нас словно сгущается.

— Что это еще за игры, Люциния? — его голос стал ниже, приобретая рокочущие нотки, которые всегда заставляли мое сердце биться быстрее. — Ты то целуешься со мной, то отталкиваешь, как прокаженного. Определись уже. Я думал, ты на уроке была на нервах из-за того, что сбежала из дома, но теперь-то что? Игры, что ли, какие-то?

— Я не играю! — вскинулась я. — Просто мы с тобой связные и… Мы не можем целоваться!

Мне было больно, обидно, и я не могла объяснить ему причину. Как рассказать о проклятии, которое не дает мне говорить о нем, не вызывая при этом физической муки? Слова застревали в горле, а ярость на саму себя и на мать, которая поставила меня в такое положение, начала закипать.

Демьян сократил расстояние между нами, его глаза потемнели, став почти черными. В них я видела смесь гнева и непонимания, которая взорвалась во мне новым приступом паники.

Он наклонился, его дыхание опалило мою кожу, а взгляд был прикован к моим губам.

Я замерла. Мозг кричал: «Нет! Боль! Проклятие!», но тело словно не слушалось. Его близость, этот мускусный запах, который я уже знала наизусть, опьяняли.

Безумный коктейль, после которого последует боль. Я знала об этом, но мне так хотелось вновь поцеловаться с Демьяном. Вновь ощутить его вкус.

Он коснулся моих губ. Мягко, почти невесомо, затем сильнее. И в этот же миг по телу пронеслась волна жгучей боли. Не просто покалывание, а настоящий удар, словно молния пронзила меня от головы до пят. Я вскрикнула, оттолкнув его обеими руками с такой силой, что он отшатнулся на несколько шагов.

Слёзы навернулись на глаза не столько от физической боли, сколько от отчаяния. Мои руки дрожали, а магия, не сдержанная проклятием, теперь металась вокруг меня, словно невидимый ураган.

— Это что, Люциния?! — его голос был низким, рычащим, как у раненого животного. — Что это было?!

Я смотрела на него, не в силах ответить. Проклятие вновь сжало горло, не давая вымолвить ни слова о матери, о боли, о том, что он сам невольно стал ее активатором. Мне хотелось спрятаться, исчезнуть, раствориться в воздухе. Но я не могла.

— Ты… ты играешь со мной! — процедил Демьян, делая шаг ко мне. — Ты то таешь в моих руках, то отталкиваешь, то просишь о помощи, то закрываешься! Что тебе нужно, Люциния?! Просто скажи! Потому что ты мне нравишься. И я вижу, что нравлюсь тебе.

Он смотрел мне в глаза, будто пытаясь что-то найти в них. От его слов мое сердце забилось сильнее.

Я ему нравлюсь.

— Я не могу… — прошептала я, и это было все, что я смогла выдавить из себя. — Прости… Давай просто останемся связными.

Демьян отшатнулся, будто пощечину получил.

— Просто связные…

— Ну не истинные же! — выпалила я. — Ты воспользуешься мной и выбросишь, когда найдешь свою истинную, если не раньше. Я так не хочу. Между связными ничего не может быть.

На лице Демьяна была просто смесь эмоций, а мое сердце болело, будто в него нож вставили. Мне было так больно, но теперь не из-за материнского проклятия.

Он молча и резко развернулся и вышел из аудитории, оставив меня одну в центре бушующей магии. Мои руки дрожали, слёзы текли по щекам. Я все сломала. Все испортила. Я не хотела обижать Демьяна.

Глава 5

— Слушай, ты же Люциния, связная Демьяна Конаранта? — возле меня появилась симпатичная девушка.

Она была высокая, с роскошными рыжими волосами, рассыпавшимися по плечам, и смуглой кожей, подчеркнутой легким макияжем. В её глазах, ярко-зеленых и наглых, не было и тени смущения.

После нашей ссоры с Демьяном прошла неделя. Целая неделя неловкого молчания и попыток избежать встреч. Мы с Демьяном сталкивались только на занятиях для связных. В остальное время он находился с другими драконами, а я, словно загнанный зверёк, спешила в комнату и запиралась там. Каждый день был похож на предыдущий: лекции, попытки сосредоточиться на магии, которая рядом с ним то бушевала, то замирала, и постоянное ожидание его взгляда, что прошивал меня насквозь.

— Да, — кивнула я.

— О, слушай, а можешь с ним познакомить? — спросила она, и в её голосе прозвучала такая неприкрытая самоуверенность, что меня аж передернуло. — Ты же из общины, я слышала, что у тебя жених есть. Так что на Демьяна ты явно не претендуешь.

Я уже давно заметила: как только переехала на этаж связных, как со мной стали пытаться познакомиться остальные девушки. Только остальные просто заговаривали со мной, то эта внаглую спросила. Еще и у дверей в мою комнату!

Я отчаянно хотела забыть его прикосновение, его губы, ту жгучую боль, что пронзила меня, когда я оттолкнула его. Его гнев, его разочарование – все это висело в воздухе между нами невидимой, но осязаемой стеной. И теперь эта девица, словно забыв о приличиях, просила меня свести её с моим драконом.

С «моим» прозвучало в моей голове слишком нагло, но как есть.
— А зачем? — спросила я, и мой голос, к моему удивлению, прозвучал холодно и отстраненно. Я сама не ожидала такой реакции.

Рыжеволосая девушка недоуменно моргнула, явно не ожидая от меня отказа или вопроса.

— Ну как зачем? Он же Демьян Конарант! Дракон! Хочу побыть рядом с ним, а вдруг я его истинной окажусь.

От ее слов мне будто в сердце нож засунули.

— Это не так просто, как тебе кажется, — ответила я, стараясь сдержать подступающую ярость. — И вообще — подойди к нему сама.

С ее-то наглостью это не должно было стать проблемой.

— Да ладно тебе, — махнула она рукой, явно не принимая мой отказ. — Не будь такой занудой. Ты же с ним связана, можешь ему все что угодно сказать!

Она похлопала ресницами, как будто это могло помочь.

— Ну же, помоги, — продолжила она, положив руку на ручку моей двери.

Я почувствовала, как моё терпение кончается. Её наглость, её легкомысленность, её прикосновение к моей двери — всё это задевало. Да и то, что она стояла так близко к моей единственной крепости, уже начинало раздражать. Магия внутри снова встрепенулась, но на этот раз не от боли, а от чистого раздражения.

Рыжеволосая лишь усмехнулась, её зеленые глаза сузились.

— Я думала, связные драконов более… сговорчивы.

Я покосилась на нее.

— А ты что, не в курсе? Ха, — выдала она. — Это нормально, что другие девушки просят связных свести их с драконами. Ты-то свою выгоду и так получила с Конаранта.

Она вновь обвела меня взглядом.

— Ну так идите к нему сами, — перебила ее я. — А меня хватит доставать. Я сводничеством не занимаюсь.

— Глупая ты, — едва не выплюнула рыжеволосая. — Думаешь, что у твоего Конаранта не будет других девушек рядом с тобой? Ошибаешься, еще как будут. Твой дракон — свободный.

Она вскинула горделиво голову и пошла прочь.

Легкий порыв ветра толкнул меня в плечо. Я пошатнулась, но удержалась на месте. Она применила против меня магию. Я смотрела ей вслед, успокаивая свою магию и саму себя. Не стоит мне тратиться на таких, как она.