Не хочу тебя желать

Пролог.

Ну вот, представляю вашему вниманию новую книгу. На этот раз, для вашего внимания представляется роман об Ирине, сводной сестре Алине Львовой.
История об любви, дружбе, и приключениях на пятую точку.
Небольшая глава, но это только начало пути, дальше, больше.

Для Ирины Львовой, было невероятным счастьем, когда на её девятилетие пел сам - Мирослав Соловьёв, поп звезда, не только интернета, но и всего их Сибирского края.
Так же, для Ирины было чудо и то, что Мирослав ко всему прочему, был одноклассником её сводной сестрой, и по сему, Ирочка стремилась на переменах - в их класс.

Мирослав довольно часто отсутствовал: съёмки, концерты и различные фестивали. Он стремительно шел вверх, по лестнице славы и Ирина дала себе слово, что однажды, она тоже станет знаменитой и популярной, однажды, у неё будет куча поклонников и однажды, Мирослав всё же обратит на неё внимания и не будет больше называть Малой, а пока… пока она продолжала бегать за ним хвостиком и ловить каждое сказанное им слово, особенно в свой адрес.

Мирослав же относился к ней лишь как, к младшей сестре своей подруги и одноклассницы в одном лице, и практически не воспринимал Ирину, говоря:
— Мелкая, подрастёт, отлипнет.

Поначалу Ира обижалась, иногда по ночам плакала так, чтоб Алина не услышала, а потом… потом она снова прощала его и бежала, чтоб вновь ходить по пятам, хвостиком.

Так пролетел учебный год, а потом наступили летние каникулы, но перед этим Ирина осмелилась подойдя к Мирославу, спросить:
— Мир, а я тебе совсем не нравлюсь?

Молодой человек ухмыльнулся и заметил:
— А не рано ли ты об этом думаешь?

— Нет. Мне ещё в садике нравились мальчики, но ты лучше, — тут же откровенно сообщила Ира.

— Глупая ты ещё Ира. Вот подрастёшь, поумнеешь и найдёшь себе нормального парня, а я тебе не пара.

— Почему? — удивилась девчушка.

— Потому что когда ты вырастишь, я уже буду женат, а ждать мужчины не умеют.

— Это так сложно, ждать?

— Нам? Да! У нас другие потребности, так что, прекращай дурью маиться, берись за ум и не вешай нос, всё у тебя ещё будет, в переди, просто не со мной.

Ира шмыгает носом и прежде чем убежать, выговаривает ему о наболевшем:
— Вот я выросту и ты женишься на мне, а я тебя брошу. Будешь плакать и просить, но я всё равно не вернусь к тебе.

Мирослав догонять не стал, а Ирина уткнувшись в подушку проревела всю ночь, благо у Алины был вечер выпускников и сестры не было всю ночь.
А потом каждый пошел своим путём. Сестра и её парень - Даниил, улетели в Санкт-Петербург. Мирослав улетел в Москву, а Ира осталась - одна.

Иногда она видела его в интернете, или на телевидение, но с каждым годом Ирина всё больше и больше понимала, что только такая дура как она, могла влюбиться в этого бабника, как только появляется какая-нибудь новость, то обязательно скандал.
В конечном итоги она поняла, что Мирослав был прав. Мирослав ей не пара, она достойна лучшего. И когда придёт время, она выйдет за самого лучшего на свете мужчину, который будет готов отдать за неё свою жизнь, и никогда не назовёт её Малявкой.

Надо лишь набраться терпения и подождать.

" И я подожду, мне спешить пока не куда! "

Глава 1.

   Прошло много, много, ну очень много лет.

От Иры.

— Ира, давай быстрее, мы между прочим опаздываем на концерт! — возмущенно требует мой агент и по совместительству один из лучших друзей.

— Я жить ещё хочу, так что, отстань от меня, как вела машину, так и буду управлять, а то что мы опаздываем, так это ты к Николь все претензии выговаривай, — сказала я, смотря в зеркало заднего вида, для того, чтоб перестроиться в другой ряд.

Эдмонд Давионни довольно холодно относился к Николь, если так можно сказать, из-за этого, они вечно не могли поделить меня между собой, и это иногда выводило меня, бесило, прямь до чёртиков.
Я любила и Эдмонда, и Николь, ценила, доверяла и расставаться с кем-то из них, я не собиралась.

— Тебе там нужно появиться, прежде чем начнётся концерт и хорошо пропиариться, не забывай, пиар - это бесплатная реклама, для модели. Там можно встретить нужных людей…

— И поэтому ты заставил меня нацепить эту тряпку! — возмутилась я, а как не возмутиться, если платье было неприлично коротким и держалось на честном слове?

— У каждой девушки должно быть короткое, чёрное платье, так сама Коко Шанель говорила.

— Платье! Эдмонд, она говорила - платье, а не носовой платочек! — возмутилась я, и недовольно посмотрела на него, благо он седел рядом.

— Ир, да поднажми ты немного на газ, он же не отцепиться. - вставила свои три копейки Николь.

Снова смотрю на дорогу и огрызаюсь в ответ:
— Значит пойдёт пешком! — надеюсь они поняли, что допекли меня.

За рулём я всего ничего, чуть больше полгода и гнать по дороге не собираюсь, жить действительно хочется. Да и недавно купленный бентли, разбить не хочется, денег не жалко, жалко чужие жизни гробить, а потом ещё и в каталажке сидеть.
Что же до Эдмонда и Николь, они действительно не давали мне спокойно жить, вечно ругались, спорили, требовали моего внимания.

Николь то понятно, она сама призналась, что втрескалась по уши в Эдмонда, но вот он не по-девочка, поскольку закоренелый гей, ну, это он так говорит. Николь знала, пыталась соблазнить, но увы и ах, одним словом - обломалась, вот и беситься.

А сейчас они тащут меня на чей-то концерт, я так и не поняла на чей. Эдмонд требует чтоб я работала и крутила задом, а Николь наоборот, заявила что мне надо развлечься и найти себе наконец то, бойфренда.
Лучше бы себе нашла, нормального.

Припарковав свой бентли на парковке, для вип посетителей, мы всей гурьбой, из трёх человек, направились сначала в бар, чтоб так сказать, разогреться, а уж потом и к сцене можно, чтоб послушать и потусить.

Николь напивалась безбожно, не стесняясь, при этом, приставала абсолютно ко всем. Эдмонд старательно таскал меня среди пьяных и знакомил, как он говорил, с нужными людьми.

Мне же было до поры до времени всё равно, пока я не я не услышала, до боли знакомую песню, да ещё и на русском, здесь, в Вегасе.
Сердце встрепенулось, ухнуло, затем метнулось обратно вверх, от чего стало биться ещё сильнее об рёбра.
Тяжело вздыхаю и уже не могу выкинуть из своей головы слова:

— Демоны кричали,
Ангелы молили,
Чтобы я остался,
Только я ушел.
Ты меня любила,
Я прекрасно знаю,
Но не оценил.

Я тяжело вздыхаю и оглядываюсь по сторонам. Нужно найти Николь и сказать, что я ухожу. Надо было сразу разузнать, чей концерт и даже не приезжать сюда. Но что сделано, то сделано, теперь надо от сюда уматывать.

Оглядываюсь по сторонам, Николь ни где не видно. Эдмунда тоже нет, не ужели отстали, хоть не надолго, только не вовремя она это сделала.

— Говорили демоны:  
- Соблазни её!
Умаляли ангелы:
- Не губи судьбу!
Юная душа,
Защети её.
Только я ушел…

Снова смотрю на сцену и при виде его, сердце вновь и вновь куда-то ухает.
Думала остыла. Перегорело. Но нет.
" Ох, дура ты Ирка, дура! " — постановила я, и направляюсь к танцующим, может Николь там?

— Уповали демоны.
Причитали ангелы.
Что душа моя
Больше не моя.
Я ушел любимая,
Я ушел родимая,
Но пройдут года,
И я снова - твой!

А он изменился. Стал выше. Шире в плечах. На подбородке имеется ямочка, раньше её не было. Стал открытым - для окружающих. Вон и Николь, успела прожуржать мне все уши, кто его внеочередная пассия, на этот раз, и где он сейчас кутит.
Николь вообще помешана на нём, я же всячески пытаюсь его избегать. Вот знала бы заранее к кому еду, не поехала бы.

— Дамы и господа. Сейчас прозвучит новая песня, из нового альбома, который увидит свет уже в конце следующего месяца, и посвящается эта песня одной замечательной девушке, которая сейчас находиться здесь, с нами — объявил Мирослав, проводя пальцами по струнам электрогитары, извлекая из неё приятную мелодию.

" Блин, а какой у него голос. Бархатный, дьявольски сооблазнительный, не зря же столько поклонниц."
А потом зазвучала песня, что ввела меня с первых слов, в какое-то оцепенение.

— Ночь. Сон. Стон.
Снюсь тебе сегодня.
Я молчу, а тебе не больно.
Нам ведь хорошо. Вместе. Лишь вдвоём.

Ты игрушка, ты моя - игрушка.
Ты меня не стоишь,
Но я вновь с тобой.

Его взгляд прикован ко мне, и он следит за каждым моим движением.
Оглядываюсь по сторонам, чтоб скинуть это наваждение, может пялится он всё же не на меня? Но нет, следит за каждым моим движением, продолжая петь.

— День. Свет. Тихо.
Я с тобой сегодня.
Ты меня не хочешь?
Это всё ведь ложь!

Глава 2. 1.

... Ох, как же тяжко просыпаться после пьяного загула, тем более при жуткой головной боли и с ощущением, что тебе в рот, нагадили кошки.

Со стоном пытаюсь понять, где я, и кто я?
Сложно, особенно учитывая, что я ничерта не помню, что было после того, как мы с Николь посетили четвёртый, ну, или пятый клуб?

Голова трещит, шевелиться не хочется, но надо, поскольку ощущаю что - подушка мокрая, надеюсь из-за слюны, а не чего-то другова, на много менее приличного.

Поднимаю голову, медленно собираю себя из формы выброшенная на берег морская звезда, в человекоподобную и стараясь медленно шевелиться, оглядываюсь.

Ночевала я явно не в своей постели, и даже не у Николь, то ли в гостинице, то ли вообще - непонятно где. Но при этом замечаю, что тут чисто… хотя одежда раскидана, и явно не только моя.
Пытаюсь понять, кто тут ещё находится. Осматриваю кровать и натыкаюсь на спящего мужчину, который лежал на животе, и его голова была отвёрнута, от чего я не видела его лицо.

Сердце испуганно ёкнуло, пытаюсь выбраться из постели, но мой не вовремя услужливый мозг, сообщает мне, что в кровати я, вообще то лежу - абсолютно голая.

" Ни Ира, докатилась ты. Трахаешься не понятно с кем, и при этом нихрена не помнишь. Мда, и что теперь? " — размышляю я и пытаюсь выползти из кровати так, чтоб при этом всё было прикрыто.

— Слушай, Львова, хватит дёргаться, дай уже поспать, — слышу возмущенное ворчание довольно знакомого голоса. — Тебе что всей ночи мало было? Я устал! — добавил он, натягивая на себя одеяло.

Я испуганно замираю на месте, а поскольку уже успела сесть, боюсь делать резких движений, и так вертолетики в голове летают. Делаю тяжелый вздох, сглатываю комок и протягиваю свою ругу к мужской шевелюре, сжимаю пальцами его волосы и тяну на себя.

— Ты какого хрена делаешь? — возмутился я.

Он что-то пробурчал себе под нос, убрал мою руку от себя и повернувшись ко мне, сказал:
— Слепая что ли? Сплю!

— Какого чёрта ты спишь в моей кровати? — взвизгнула я, но тут же поморщилась от резкой головной боли, и больше не пытаясь строить из себя - великого героя, укладываюсь обратно на подушку.
Мирослав наоборот, приподнимается, упираясь локтями об постель, и нависая над мной, замечает:
— Вообще-то это наша совместная постель, или ты забыла что мы женаты?

" Женаты? " — на какой-то момент я застыла с широко раскрытыми глазами, не понимая, шутит он или нет? При этом пытаюсь понять, спали мы, ну, сексам занимались, или всё же нет? Но моя бедовая головушка наотрез отказывается вспоминать что либо, и лишь разболелась ещё больше, хотя, куда ещё больше то?

— Сгинь! — простонала я, укладывая ладони на свои виски, — Давай сделаем так, я сейчас засыпаю, а потом просыпаюсь, а тебя уже и след простыл, из моей жизни.

— Что, совсем ничего не помнишь? Бывает, но в ближайшие пять лет, не получится, — услужливо заявил он.

— Это ещё почему? — кошу на него свой взгляд.

— Элементарно. Мы подписали брачный контракт, по которому если я в ближайшие пять лет подам на развод, то останусь с голым задом, то же самое случится с тобой, я на это не согласен, — с ехидной улыбкой сказал он.

Закрываю глаза, удивляясь, как можно было подписать такой контракт?

— И какого хрена ты придумал такие условия? — обречённо спрашиваю я.

— Вообще то - это ты придумала, ну или твоя подружка, — ухмыляется Мирослав, нет, я этого не вижу, но сто пудово в этом уверена.
Да и убедилась в этом, когда открыла от шока глаза и устало простонала:
— Вот, дура! — на большее у меня просто не было сил.

— Я в этом не сомневаюсь! — иронично сообщил мне Мирослав.

— Сделай милость, сдохни, а я пока посплю, а то сама помру! — заявила я, отворачиваясь от него и натягивая на себя одеяло.
Укутываюсь с головой и стараясь не думать, что я - обнаженная, и что он - скорее всего то же, и самое печальное то, что я лишилась девственности, но ничерта ни чего не помню. Пиздец!

Не большая глава, но за то, возможно, за сегодня успею опубликую ещё одну главу.
Всем приятного чтения, и мороженки, а то на улице жара и уже не первый день.
Всех целую и до следующей главы.

Глава 2. 2.

Просыпалась повторно, я не легче чем в первый раз, и то, только от того, что меня начал трясти за плечо Мирослав.

— Отстань! — пробурчала я недовольно.

— Вставай, а то сдёрну с тебя одеяло, — с явной насмешкой говорит он.

— Будто ты там что-то не увидел, — заметила я, отворачиваясь от него.

— Вставай говорю, тебе поесть надо, — заявил он, усаживаясь рядом со мной.

— Не хочу! — а что, я действительно не хотела есть.

— Ир, хватит вести себя, как маленькая. Тебе надо поесть и выпить таблетку. Голова наверное раскалывается.

— Ага. От того что я вышла за тебя замуж, но нихрена не помню, чем ты мне угрожал, что я согласилась на такую тупость?

— Ты всего лишь на всего - соблазнила меня, а потом отказывалась леч под меня, пока я не женюсь на тебе. Пришлось согласиться на все твои условия, чтоб попробовать тебя на вкус, — с усмешкой сказал он.
Смотрю внимательно на него и меня словно затягивает в омут его зелёных глаз, и почему я раньше не замечала, что они у него зелёные?

— Ну и как, понравилось? — спрашиваю я, внезапно охрипшим голосом.

— А ты как думаешь? — с насмешкой интересуется он.

— Не знаю, — облизываю свои губы, от внезапной сухости во рту.
Хотелось пить и что-нибудь срочно одеть на себя, а то лежать перед ним, голой, прикрытой только одним одеялом, не комильфо.

— Что ж, это останется моим маленьким секретом, — сообщает он и склоняется ко мне ближе, чтоб добавить, — А теперь вставай и одевайся, а то я тебе буду рад помочь.

Я конечно же прифигеваю от его наглости и насмешки, но бурно реагировать, то же не могу, ну не тогда когда голая, а он, козёл, уже между прочим одет. Моя дерзость может мне дорого обойтись.

— Отвернись! — приказываю я.

Он усмехается и отвечает:
— Сама же сказала, что я там уже всё видел. Так что ... нет! Отворачиваться я не буду, вдруг тебе нужна будет моя помощь!

На моих щеках явно алые маки цветут, но я гордо встаю с постели, обнажаясь полностью, и по пути к ванной комнате, иду высоко подняв голову, при этом, быстро собираю свои вещи, чтоб из ванной выйти хоть немного одетой.

Эх, надежды, надежды.
Я да же не успела закрыть за собой дверь, как ко мне зашел Мирослав и тут же притянул меня к себе, руками, за талию.

— Ты что… — это единственное, что я успела пикнуть перед тем, как его губы властно накрыли мои.

Его поцелуй, властный, требовательный, собственнический и… у меня крышу сносит от его прикосновений, и если первые мгновения я была готова сопротивляться, то после, тянусь к нему всем телом, всей душой, не думая больше ни о чём.
Хочу быть только с ним!
А Мирослав и не думает отстраняться от меня. С каждым мгновением он сильнее прижимает меня к своей груди, а его руки всё смелее и смелее скользили по моей талии, спине и всё выше, к шее, а там зарывались в моих волосах.

Другая его рука накрыла мою ягодицу и слегка сжала её.
Боже, я кажется сейчас растаю, только от его касаний, и от этого властного поцелуя, ещё не понимаю, как так мне удаётся стоять на своих ногах, и не пасть к его ногам.

Мирослав на мгновение отрывается от моих губ и шепчет:
— Моя! Никому не отдам!

" Твоя Мир, только твоя, и уже не один год, только ты ведь отказался! " — дальше я уже не о чём думать не могла, полностью отдаваясь его умелым, и таким нежным рукам, и таким сладким губам.

Ну вот, третья главка на сегодня, и думаю на этом, на сегодня, закончим. Меня ждёт жаркое солнце, а самое главное, прохладный бассейн.
Всем теплого денька, а не удушливой жары.

Глава 3.

От Мирослава.

За двенадцать часов до…

Да, когда-то я считал её малявкой, что постоянно мешается под ногами.
Отталкивал её намерено, и после выпускного, да же не вспоминал, пока не увидел её на одном из показов в Париже.
Сначала да же не узнал, пока не увидел за кулисами, как она разговаривает с Алиной Львовой.

Попросил Алину представить, а она смеясь, заявила, что это её сестра - Ира. Вот тогда я и обалдел, ведь из маленькой, серой девчонки, она выросла в яркую, роковую красотку.
А ещё, как ни странно, я в тот день вспомнил её последние слова, что она сказала мне, перед выпускным:
" Вот я выросту и ты женишься на мне, а я тебя брошу. Будешь плакать и просить, но я всё равно не вернусь к тебе. "
Ох уж эта - ведьма!
Не знаю почему, но с того дня я просто преследую её.

Бываю в тех же городах, что и она. Устраиваю концерты, там где у неё проходит показ моды, съёмки.
Я всячески пытаюсь встретиться с ней, это было сделать легко, учитывая то, что я нанял человека из её работников, чтоб он докладывал, о каждом её шаге, но Ира вновь и вновь избегала меня.
Если встречала, то говорила сухо, не смотря мне в глаза, и старалась поскорее уйти.

А ведь самое обидное то, что сам же и настроил её против себя.
Динамил её, динамил, вот и продинамил.

Увидеть сегодня Иру на своём концерте, я никак не ожидал.
Удивила. Обрадовала. Я да же спел песню, которую сам написал ей, ещё пару лет назад, когда только встретил её вновь.
Захотелось подразнить, посмотреть на её реакцию, и она последовала.
Сначала хмуро смотрела на меня, когда я мысленно раздевал её, а потом показала мне средний палец.

Улыбаюсь и подмигиваю ей, ну хоть какая-то реакция, а я уж подумал, что она стала холодной, как айсберг, который не так то и легко растопить. Ну, а если есть реакция на меня, не важно какая, то завоевать её сердце будет хоть и не легко, но возможно.

После концерта, начал искать Иру, но не нашел. Был её агент, благо что он у неё гей, а то пришлось бы ревновать.
На вопрос, где его подопечная, он пожал плечами, огляделся и начал названивать, но оказалось, звонить бестолку, труба у Ирины отключена.

Позвонил своему человеку, но и Седи не знал, где сейчас Львова, то есть Малинина, под этой фамилией она известна в мире моды.

Делать не чего, возвращаюсь к себе в номер, чтоб принять душ, а дальше? Дальше я ещё не придумал. В казино не хочется, а больше в Вегасе, по сути, делать то не чего.
Можно посетить какой-нибудь клуб, но не хочется и так выжат, как лимон.

***

Полночь. Мой смартфон трезвонит в тишине.
Открываю глаза. Беру трубу и смотрю на дисплей, но там высвечивается незнакомый номер.
Тяжело вздохнув, принимаю вызов.
— Алло!

Слышу шум громкой музики, крики и какие-то девичьи похихикивания.
Отдёргиваю трубку от своего уха и пытаюсь понять, кто звонит, но так и не поняв, отключаю связь.

— Дебилизация, хотя могли случайно нажать, в жизни всякое бывает.
Я повернулся на другой бок и снова уснул.

Просыпаюсь от того, что смартфон снова трезвонит, дисплей показывает полвторого. Тяжело вздыхаю и принимаю звонок:
— Алло!

Снова в трубке женский смех, слышу шушуканье и тихое:
— А что если он поймет, что это мы ему звоним? — мягкий голос заплетающийся от выпитого.

— А ты молчи и не узнает. — не менее трезвый.

— Так, говорим что надо, или я отключаюсь, — грубо сообщаю я.

— Ой, молодой человек, а пошлите танцевать, — слышу я в трубке второй девичий голос, к стати, знакомый голос, попытался понять, чей он, но в трубке послышались гудки, возвышающие о сбросе звонка.

Тяжело вздыхаю, потираю глаза и пытаюсь уснуть.
Куда там, через полчаса новый звонок.

— Слушай Соловьёв, если тебя через полчаса не будет в Hakkasan Nighclub, то я пересплю с первым попавшимся мужиком, — слышу я весёлые слова, тут то до меня и дошло, кто мне всю ночь испортил.

— А я тут причём? — возмущаюсь я.

— Но не я же тебя глазами раздевала, а ты меня… — слышу гудки.

Кидаю трубку на соседнюю подушку и укладываюсь на живот.
Явно Мелкая где-то перебрала и теперь веселиться на всю катушку.
Так, а если действительно пойдёт кувыркаться с первым встречным? Чёрт, забыл где она там квасит?

Хватаю смартфон и звоню ей.
Гудки длятся где-то с минуту, но всё же звонок был принят.

— Ты где напиваешься, мелкое чудовище? — спрашиваю я.

Небольшая пауза, потом ответ:
— Я в Hakkasan Nighclub, в клубе, и у тебя осталось двадцать пять минут.

— Чего, каких двадцать пять, только было тридцать.

— А нечего было называть меня Мелкой!

Хотел было выругаться, но в последний момент, остановил себя, вдруг ещё сократит время.

— Жди. Скоро буду! — сказал я, вскакивая с постели, благо клуб в котором она тусила, находился не далеко от отеля в котором я снимал номер.

Быстро одеваюсь, пятернёй привожу волосы в порядок и выскакиваю из номера.
Уже через десять минут, я лицезрею не очень приятную картину, Ирина сидит на коленях какого-то амбала, в окружение ещё двух мужиков и девушки, которую я видел на своём концерте. Латино-американка, с явными корнями афро-американцев, красивое сочетание тёмно-золотой кожи и глубоких, синих глаз.

Девушки явно веселились, пили, хихикали и совершенно не обращали внимание на то, как на них голодными и похотливыми взглядами, смотрели мужики.

Где-то внутринне закипает ярость. Иду напролом, не церемонясь стаскиваю Иру с коленей            качка-переростка. На что качок возмущенно тянет:
— Эй! Какого хрена?

Глава 4.

Пробуждение было не из приятных, но зато какое было выражение лица у Ирины, когда я сказал, что мы женаты. Просто загляденье. Для начала она конечно возмущалась, играла недотрогу, хорошо так играет.

— Ты какого хрена делаешь? — возмутился она.

Я пробурчал себе под нос, что она пьянчуга, убрал её руку от себя и повернувшись к ней, сказал:
— Слепая что ли? Сплю!

— Какого чёрта ты спишь в моей кровати? — взвизгнула она, но тут же поморщилась похоже от головной боли, и больше не пытаясь строить из себя - непойми что, укладывается обратно, на подушку.
Я наоборот, приподнимается, упираясь локтями об постель, и нависая над ней, замечаю:
— Вообще-то это наша совместная постель, или ты забыла что мы женаты?

На какой-то момент она застыла с широко раскрытыми глазами, не понимая, шучу я или нет? Морщится, походу голова действительно трещит и очень хорошо. Потом тяжело вздыхает и слегка прикрыв глаза, простонала:
— Сгинь! — укладывает ладони на свои виски, — Давай сделаем так, я сейчас засыпаю, а потом просыпаюсь, а тебя уже и след простыл, из моей жизни.

— Что, совсем ничего не помнишь? Бывает, но в ближайшие пять лет, развестись не получится, — услужливо заявил я.

— Это ещё почему? — косит на меня свой взгляд, в котором отчетливо видна боль.
" Мда, и надо же было так нажраться? "

— Элементарно. Мы подписали брачный контракт, по которому если я в ближайшие пять лет подам на развод, то останусь с голым задом, то же самое случится с тобой, я на это не согласен, — с ехидной улыбкой отвечаю я.

Закрывает глаза и удивлённо спрашивает:
— И какого хрена ты придумал такие условия? 

— Вообще то - это ты придумала, ну или твоя подружка, — ухмыляюсь я, да уж, легко иметь дело с человеком, который ничерта не помнит, что он делал часов десять назад.

Ирина устало открыла глаза, и простонала:
— Вот, дура!

— Я в этом не сомневаюсь! — иронично сообщил я.

— Сделай милость, сдохни, а я пока посплю, а то сама помру! — заявила Ирина, отворачиваясь от меня и натягивая на себя одеяло.

Я так и не уснул, лежал какое-то время на постели и смотрел на её обнаженную спину. Потом всё же поднялся, сходил в душ, а уже одевшись, решил спуститься вниз и купить новую одежду Ирине, платье я ведь её порвал.

Отсутствовал я часов четыре, за это время нашел в одном из торговых центров, вполне приличное платье. Заодно заехал в ювелирку, где и потратил больше всего времени, поскольку подбирал самое красивое обручальное кольцо.
Ну, а что? Свадьба была? Была! А кольца нет. Вот я и решил исправить это упущение.
Колечко выбрал из белого золота с россыпью брильянтов, да скромненько, но ведь это только начало. Главное с размером не ошибиться.

Вернулся в номер, Алина как спала, когда я уходил, так и спала, когда я вернулся.
Позвонил в ресторан при отеле и заказал лёгкий обед, навряд ли Ирина будет много есть, но поесть ей надо.
Заказал овощной салат и красную рыбу, приготовленную на пару. Ну, были бы мы в России, попросил бы рассольчика, но увы и ах, обойдёмся таблеткой от похмелья. Ну конечно, я мог бы её дать Ире и раньше, но… пусть немного помучается, и выкинет идею о пьянке, из своей головы, если не навсегда, то как можно на более долгий срок.

Обслуживающий персонал вскоре доставил обед в номер. Расставил все блюда на столик и покинул номер, безшумно, словно привидение.
Иду будить Иру, а то так весь день проспит.
Протягиваю руку и начинаю аккуратно тормошить Иру.

 — Отстань! — пробурчала она недовольно.

— Вставай, а то сдёрну с тебя одеяло, — с насмешкой говорю я.

— Будто ты там что-то не увидел, — заметила она, отворачиваясь от меня.

— Вставай говорю, тебе поесть надо, — заявил я и уселся рядом с ней, на кровать.

— Не хочу!

— Ир, хватит вести себя, как маленькая. Тебе надо поесть и выпить таблетку. Голова наверное раскалывается.

— Ага. От того что я вышла за тебя замуж, но нихрена не помню, чем ты мне угрожал, что я согласилась на такую тупость?

Ухмыляюсь. Дело, с одной стороны - комично, надо же было так нажраться, а с другой стороны весьма тревожно, провалы в память, да ещё и у молодой девушки, могут иметь не очень то и хорошие последствия.

— Ты всего лишь на всего - соблазнила меня, а потом отказывалась леч под меня, пока я не женюсь на тебе. Пришлось согласиться на все твои условия, чтоб попробовать тебя на вкус, — с усмешкой напомнил я.

— Ну и как, понравилось? — спрашивает она, внезапно охрипшим голосом.

— А ты как думаешь? — с насмешкой интересуюсь я.

— Не знаю, — облизывает свои губы, а я слежу взглядом, за её юрким язычком, и внезапно вспоминаю, что под одеялом она абсолютно голая.
Сердце пропустило пару ударов, а кровь прилила явно не туда, куда надо, или всё же туда?!

— Что ж, это останется моим маленьким секретом, — сообщил я и склоняюсь к ней ближе, хотел поцеловать, но в последний момент удержался и добавил, — А теперь вставай и одевайся, а то я тебе буду рад помочь.

— Отвернись! — приказным тоном сказала она.

Я усмехаюсь и на её дерзость, говорю:
— Сама же сказала, что я там уже всё видел. Так что… нет! Отворачиваться я не буду, вдруг тебе нужна будет моя помощь!

На её щеках появился яркий румянец, но она гордо встала с постели, обнажаясь полностью, и по пути к ванной комнате, идёт высоко подняв голову, при этом, быстро собирает свои вещи, но нагибается так, что совершенно ничего не скрывает от моего жадного взгляда. Понятное дело, что через пару мгновений у меня уже твёрдый стояк.
Нет, она что, издевается? Хотя, в конечном счёте, свадьба была, а брачной ночи - нет! Надо исправлять.
Полностью раздеваюсь и иду за ней, а обед… обед может подождать, а вот секс со своей супругой - нет!

Наверное так быстро я ещё не раздевался, Ира только успела настроить воду в душевой, а я уже был за её спиной.
Нагло, не ждя её возражений, притягиваю её к себе и начинаю целовать.
Пока мы как сумасшедшие целуемся, пытаясь подчинить друг друга своим желаниям, я плавно завожу её в душевую кабинку и закрываю дверцу, чтобы сильно не заливать водой полы.

Глава 5.

От Иры.

" Не, вот гад. Он просто воспользовался тем, что я была пьяна в стельку, а теперь ещё видите ли, свои супружеские обязанности исполнил. А я то же хороша, не могла понять, что между нами ничего не было. Дура! " — возмущалась я, пока одевалась и сушила феном волосы.

Мирослав вышел из ванной комнаты в халате, в тот момент когда я уже убирала фен.

— Ты куда? — нахмурившись спросил он.

— Допустим, я подписала этот дурацкий контракт, и действительно должна оставаться пять лет твоей женой, но это не значит, что я должна жить под одной крышей с тобой, — заявила я.

— Допустим, но не думаешь ли ты, что как супруг, я имею право знать, куда ты собралась? — спросил он.

Так и хотелось сказать, что не имеет, ну да ладно, зачем кричать и стучать ногами, когда можно всё сделать по тихому.

— У мня сегодня съёмки, так что, для начала нужно вернуться к себе, а заодно постараюсь найти Николь. кстати, ты не знаешь где она?

Мирослав почесал затылок и сообщил:
— В последний раз я её видел в клубе, где вы так удачно нажрались, ты что, до сих пор ничего не помнишь?

Показываю ему средний палец и покидаю его номер. Подумаешь нажрались, как будто он сам такое никогда не делал.

Через полчаса, я была уже в своей квартирке на Ковал-лейн, и всё это время, пыталась дозвониться до Николь, но как назло, у неё был отключен смартфон.

" Где же ты потерялась? Блин, Ник, возьми ты трубку! " — твердила я, вновь и вновь, пытаясь дозвониться, но всё безрезультатно.

Звоню Эдмонду, но он тоже незнает, где Николь и не может до неё дозвониться.

" Блин, ну где она зависает? "

Ближе к вечеру, она объявилась сама, позвонив ко мне вечером и сообщив, что уже во Франции, так что, мне не стоит переживать.
А как не переживать после того, как она сообщила, что сейчас у сводного брата, а я ведь знаю, что она боится этого мафиози, проклятого. Вот нафиг она к нему поехала?

Делать нечего, и полночным рейсом, я вылетаю в Париж, всё равно через пару дней у меня там неделя моды, да и Николь там же должна быть, вот и поговорим, о том, что произошло.

***

Неделя моды прошла на ура, если не считать, что Николь я видела чуть ли не под конвоем. Её привозили и увозили, люди её братца, да и за кулисами она была постоянно под присмотром одного из амбалов, так что, поговорить тет-та-тет с ней, не удалось. А самое прискорбное то, что через пару дней после моего прилёта в Париж, там же появился и Мирослав.
Бесит аж.
Откуда он узнал, что я здесь? Да, можно было предположить, что я как модель, могу быть тут, но… блин, у меня от него просто голова пухнет.

После показа, до темноты, предпочитаю гулять, как то в пустую квартиру на набережной Дю Марше Нёф не хотелось возвращаться, но и в шумный клуб идти то же не хотелось, мне пока хватило и Лас-Вегаса.
Поэтому просто гуляла по набережной и к квартире вернулась только к двенадцати ночи. Останавливаюсь у двери к своей квартиры и смотрю на корзину с алыми розами. Вторая корзина на этой неделе и без какой либо записки.
Напрягает. Не люблю когда мне неизвестные подарки дарят. Пусть всего лишь цветы, но это всё равно напрягает. А поскольку я такое не люблю, то отодвигаю корзину с розами к окну парадной, и оставляю его там, кто захочет, заберёт.

Прохожу в квартиру и не могу не нарадоваться.
Завтра. Ночью. Лечу в Нью-Йорк, а через две недели в Россию. Домой. К отцу и сестре.
Давно их не видела и жуть как соскучилась.

Легкий ужин. Душ. Мягкая кровать.
Уснуть не даёт звонок в дверь. Открывать не хотелось, от слова совсем, но нежданный гость был настойчив.
Подхожу к двери и смотрю в глазок.
Сердце пропускает удар… ещё… и, и как сумасшедшие стучит в ушах.
"Боже, ну Божечки, ну что ОН, тут делает?!" — мысленно кричу я.
А как не кричать, если за дверью стоит Соловьёв. Ну какой чёрт его сюда принёс?

— Ира, открывай, я знаю что ты дома. У тебя пять секунд, или я начну громко тарабанить. Тебе нужны проблемы с соседями и законами? — громко заявил он.

Закатываю глаза к потолку. И всё бы ничего, но портить отношение с соседями не хочется, да и участок полиции в соседнем доме.
Проблемы мне не нужны и похоже придётся продать квартиру.
Вложение денег в недвижимость самое прибыльное дело. Легко купить, легко продать.

Открываю дверь.

— Что ты тут потерял? — спрашиваю я, загораживая собой вход в квартиру.

— Как что? Тебя! Это кстати тебе, — сообщил он и всучил мне в руки коробку.

— Мне не нужны от тебя подарки, — заявляю я.

— Ой, да ладно тебе. Ты моя жена и я могу дарить тебе что угодно, и когда угодно, — сказал он, плавно пихая меня обратно в квартиру, при этом ещё и втянул во внутрь пару пакетов.

— То, то же ты подарил? — спрашиваю я, бросая взгляд на корзину с розами, что всё ещё стоял на подокольнике породной.

— Нет! — сказал он, проследив за мной взглядом, а потом просто в наглую подтолкнул меня в коридор квартиры, сам прошел и закрыл дверь на ключ, после чего отправился осматривать квартиру.

— Соловьёв! Я между прочим устала и спать хочу.

— Что, да же подарок смотреть не будешь? — спросил он, расположившись за столом на кухне.

— Зачем? Я завтра выкину его!

— Да? А я думал что ты мечтала о нём, ещё в детстве, — сказал Мир, лукаво улыбаясь.

Честно, смотреть в коробку не хотелось, наверняка какая-нибудь бональщина, но с другой стороны, очень хотелось узнать, о чём я по мнению Мирослава, мечтала в детстве?

Ставлю коробку на стол.

— Лучше на пол, — говорит Мир.

Недовольно сверлю его взглядом, а потом открываю злощастную коробку и застываю на месте.
Там… в коробке… на мягкой подушечке… сидело маленькое чудо. Щенок чихуа, белого окраса.
Где-то там, внутри меня, очень глубоко, очень-очень глубоко, мой внутренний ребёнок, при виде щенка, восторженно пропищал и запрыгал, хлопая в ладоши. Но это там, где-то глубоко-глубоко, внутри, а тут, снаружи, я с замиранием сердца, спросила:
— Это, мне?

Глава 6.

Утро хоть и пришло рано, я совсем не выспалась, но оно было солнечным, тёплым и уютным.
Почему уютным, я поняла не сразу, только когда обнаружила, что пригрелась у бока Мирослава, при этом, одну ногу закинула по хозяйски на него.

" Да, Ира, ты теряешь бдительность. Конечно меня тянет к этому мужчине, но ему то не обязательно об этом знать! "

По планам у меня не было съёмок, но надо было встретиться с агентом, чтобы рассмотреть один проект, который мог принести хорошую прибыль. Конечно если меня всё устроит, так что, пришлось вставать, но не успела я и голову поднять, как Мир притянул меня к себе за талию.

— Ты куда? — спросил он, с лёгкой хрипотцой в голосе.

— На кудыкину гору! — не могла удержаться я, чтоб не съязвить.

Мирослав ухмыляется и прижав меня к себе ещё сильнее, говорит:
— Ну, пока из тебя ведьма - так себе, так что, оставайся дома, для шабаша маленькая ещё.

— Хватить называть меня - МАЛЕНЬКОЙ! — рявкнула я, и пытаюсь вырваться из его объятий.

— А как мне тебя называть, если не малышкой?

— По имени!

— Ирка, хм, где-то тама дырка. Не неинтересно, лучше уж - малышка.

— Ну это уже чересчур, Соловьёв, а ну отпустил меня, — взвизгнула я от злости.

— Э, не. — протянул он и навалился на меня сверху. — Тебя опасно сейчас отпускать. Ты же можешь кого-нибудь убить, и суд при этом оправдает. Лучше мы так немного полежим и помечтаем, — заметил он.

А я понимаю, что мне тяжело дышать, и не только от его тяжести, но и от его близости.

— Слезь с меня, — шепчу я. Ноль реакции, лишь только его пристальный взгляд. — Мир, ты тяжелый, — мой голос становиться хрипловатым, он слишком близко, я чувствую как его плоть… возбуждённая плоть, упирается мне в живот, от чего сердце предательски готово выскочить из груди, да и в горле пересохло. С трудом сглатываю вязкую слюну и облизываю губы.

Глаза Мирослава темнеют и он тут же накрывает мои губы в требовательном поцелуе.
Я не сопротивляюсь, разве можно сопротивляться такому напору, тем более, что я сама, тайком от самой себя, хочу этого?!

Наш поцелуй длиться целую вечность, его язык проник мне в рот, скользит по моему языку, и меня пробивает дрож желания, как же не кстати, я чувствую, что Мир перенёс свой вес на руки и теперь скользит членом по моему лону, от чего тут же становиться горячо и влажно.

Стон, этот предательский стон наслаждения, вырывается из моей груди, и я с этим ничего поделать не могу. Как можно держать его на расстояние, если моё собственное тело придает меня?

— Мир… — стону я, как только у меня появляется возможность вдохнуть побольше воздуха.

— М-м-м, — отзывается он, прокладывая дорожку из поцелуев, от шеи к ключице.

— Мне на работу надо, — делаю попытку оторвать его от себя.

— Подождут! — строго, с хрипотцой, да так, что спорить не хочется, в конце концов, он мой муж и можно на правах жены насладиться его нежностью, но с другой стороны…

Размышлять я больше не могла, поскольку его руки заскользили по внутренней стороне моего бедра, вверх, туда где пламя желания разгоралось сильнее и сильнее. — Боже, Ир, ты такая сладкая, я хочу тебя, — шепчет он, касаясь моих кружевных трусиков.

Я прикусываю нижнюю губу, чтоб не всхлипнуть.

— Хочу, чтоб ты на этот раз почувствовала такой же кайф, что и я. И я сделаю так, что ты да же не вспомнишь о боли, что пережила из-за меня.

" Вот может же он обломать весь настрой. "
— Да ты только и делаешь, что при каждой нашей встречи, делаешь больно. И я сейчас не про физическую боль.

Мирослав удивлённо смотрит в мои глаза, а я пользуюсь его замешательством и уперевшись руками в его обнаженную грудь, пытаюсь отодвинуть от себя.
Куда там.
Он вновь прижимает меня к постели своим телом, и тяжело вздохнув, смотря в мои глаза, так пристально, внимательно, будто хочет проникнуть в мою душу, говорит:
— Я знаю что вёл себя… не совсем правильно, но и ты пойми, как должен реагировать семнадцатилетний парень, который встречается с девушкой и к которому клеяться девятилетняя девчонка? Мне нужно было показать тебе, что между нами ничего не будет.

— Молодец. Показал. А теперь слезай с меня! — язвительно сказала я.

— Ты всё ещё обижаешься? — мягко спросил он, целуя мне глаза.

— Соловьёв! Слезь! С меня! У меня дела! — цежу я каждое слово, пытаясь выползти из-под него. Но понимаю, что его мне не сдвинуть, а вот возбуждается он, всё больше и больше, и именно из-за меня.

Смотрю в его почти чёрные от желания глаза и да же не решаюсь вздохнуть.

— Ты меня боишься? — спрашивает он, продолжая смотреть мне в душу.

— Сейчас? Опасаюсь последствий.

— Каких последствий?

— Последствий того, что ты лежишь на мне.

— И какие могут быть из-за этого последствия?

— Мирослав, ну не будь как маленький. От лежания бывают дети и…

— Дети явно не от лежания, а от секса… а ты что, не хочешь иметь детей?

— Не в этом дело. Пять лет пролетят и не заметишь, а потом что? Если не раздел имущества, то раздел детей, с бешенной пеной на губах и шантажом. Я такое и врагу не пожелаю, так что, никакого секса! — гневно говорю я.

— Э, нет, уговор был. Секс после свадьбы. Свадьба была…

— Секс то же! — заметила я.

— Мне мало!

— А мне достаточно.

— Неужели мы не можем попытаться создать нормальную семью? — с тяжелым вздохом спросил он.

— Можем, но зачем? Чтобы через пять лет сказать друг другу, прости у нас ничего не получилось, давай разбежимся по тихому. Но Мир, мы оба публичные люди и по-тихому не получится.

— А обязательно разбегаться через пять лет? Неужели нельзя и дальше жить вместе, — спросил он, целуя меня в кончик носа.

— А ты сможешь довольствоваться одной женщиной?

— Ты плохого обо мне мнения. Я никогда не изменял девушкам, с которыми встречался и всегда обозначал границы нашего общения. И никому из них не обещал того, что не мог сделать, или того, что не желал делать.

Глава 7.

Избавиться от присутствия Мирослава, полагаю не выполнимая задача, по крайней мере, мне это сделать, не удалось. Он видите ли решил, провести этот день со мной, намекая на то, что у нас вообще то медовый месяц.

И было бы всё прекрасно, если бы не, но… очень много, «но».

Для начала у двери в мою квартиру стояла всё таже корзина с розами.
Неприятно, когда ты понимаешь, что за тобой кто-то следит. Но, оказывается это только цветочки.

Спустившись вниз, мы обнаружили, что чуть ли не вся улица, у дома, была забита папарацци, которые выкрикивали свои вопрос, напирали и фотографировали.

— Ирина, это правда, что вы сочетались браком? — крикнул кто-то.

— Говорят что вы беременны, это так?

— Мирослав, мы знаем, что вы земляки, но неужели наши француженки вас не смогли привлечь своей красотой, что вы согласились на россиянку?

От такого вопроса у меня наверное челюсть встретилась с асфальтом.

— Ирина, а ваши родные знают, что вашим супругом стал певец?

Поток вопросов был нескончаем, и в основном они обращались именно ко мне.
Спасибо Мирославу, он тут же оградил меня от всех и торопливо усадил меня в свой авто, после чего сел на место водителя и с визгом колёс, покинул парковку.

— Ты, — шиплю я, — как ты мог? — внутри всё закипая от злости, я ели сдерживаюсь, чтоб не кричать.

Мирослав смотрит на меня, и недовольно замечает:
— Хорошего же ты обо мне мнения.

— А кто ещё? О браке знали лишь ты, я и священик. Я не говорила! — злюсь, не понимаю почему, но злюсь.

— Ир. Да, я собирался сообщить о нашем браке, но не так. Мы собрали бы
 пресс-конференцию и там бы сообщали, как мы счастливы и не можем друг без друга.

Я смотрю в его хмурое лицо, а когда замечаю, что нагло пялюсь на его губы, отворачиваюсь, буркнув:
— Следи за дорогой.

Мирослав тяжело вздыхает, но всё же отворачивается к дороге.

Но как не странно, проблемы на этом не закончились.
Сегодня мне предстояло поработать с двумя домами моды - фотомоделью, а так же заскочить к Версаче, обговорить контракт, Эдмонд очень настаивал.

Мирослав играет роль моего водителя, а заодно и телохранителя, иногда нам попадались особо наглые папарацци, но Мир легко уходит от преследования, несмотря на то, что в Париже в основном узкие дороги.

Весь путь от дом, нас сопровождает и Нюша.
Нет, я конечно люблю собак, но с возрастом поменялись приоритеты. По крайней мере, если бы и покупала собаку, то не этой породы.

Армани, Диор, Версаче, и так весь день, без отдыха и перерыва на обед.
Тут улыбнись, там покрутись, здесь колье примерь, а вот там - пройдись вот в этом платье, и в этом, хотя нет, лучше в том. У-у, и так целый день.
Компания Версаче конечно предлагала хороший контракт, стать их лицом на пару лет, с возможностью продления, но - это чёртово "но", в условиях контракта, есть пункт, ни какого замужества, и никакой беременности на этот срок.
Понятное дело, пришлось отказаться.
Разводиться я в ближайшие пять лет не собираюсь.

Эдмонд конечно был недоволен таким поворотом, и тем, что я его не предупредила, но я честно сообщила об обстоятельствах нашего брака.

— Ну ты Ира… я думал ты серьёзнее чем твоя подруга. Где она кстати?

Где Николь на данный момент, я не знаю, так что, пожимаю плечами и иду в гримёрную, где наконец могу побыть одна, без Мирослава.

В гримерной никого не было.
 Я пришла к своему столику и застыла около вазы, в которой стояли алые розы.

" Кто бы это мог мне прислать их? Мирослав? Не, навряд ли?! Надо поискать карточку. "

Нашла. Чёрный конверт. Открыла.
Сердце пропустило пару ударов, пока читала строчки.

" Наверное я сделал ошибку, что так медлил, но ты должна была почувствовать, что ты — моя! Моя, а не его. Разведись! И чем скорее ты это сделаешь, тем лучше для тебя.

Твой Хозяин. "

Переворачиваю листок бумаги.
С другой стороны, чисто.

Меня передёргивает.
Комкаю записку и выкидываю в мусорное ведро.

" Бред какой-то. "

Нет, мне и раньше писали и даже звонили разные больные, всё же в модельном мире уже не один год, но на душе, как-то ... гадко. После каждой такого столкновения, чувствую себя грязной.

Смотрюсь в зеркало, вроде всё в порядке, на всякий случай, пару раз провожу расческой по волосам и покидаю гримёрную.

— Что так долго? — спрашивает Мир.

— Надеялась что ты исчезнешь, — недовольно сказала я.

— Не надейся. Не забывай, только смерть разлучит нас. Мы клятву давали, так что, я весь твой, — улыбаясь сообщил он.

Да уж, разве можно забыть то, что не помнишь, да ещё тогда, когда тебе так старательно об этом напоминают?

— Ладно, не кисни. Поехали в ресторан, я нам столик заказал. Есть хочу, умираю, — примирительно сказал он.

Я бы с удовольствием, что-нибудь поела, но, снова это пресловутое, "но", у меня через четыре часа самолёт, а я ещё ничего не собрала.

— Не выйдет, — говорю я, идя к его автомобилю.

— Я до такой степени тебе… неприятен, что ты даже не можешь со мной поужинать? — хмурясь спросил он.

Думать о том, приятен он мне или нет, мне не когда и поэтому говорю на чистоту:
— Мир, у меня самолёт скоро, а мне собраться ещё надо. Не до ресторанов.

— Ясно. Поехали. Помогу. — сказал Мир не менее хмуро смотря на меня.

Возможно я действительно слишком… эм, не важно, время поджимает, вот доберусь до Нью-Йорка, а уж потом разберусь.

Глава 8.

Перелёт Париж-Нью-Йорк с пересадкой в Лондоне, занял чуть больше пяти часов, и уже к часу ночи, я зашла в свою квартирку на Оушен-авеню.

Путь конечно был утомительный, но что поделать, ещё две недели работы для агентства, а потом наконец отпуск, и я могу поехать домой, к родным.
Увижу сеструху и племянников, да и отца с мачехой навещу, ну, а пока, укладываюсь спать, можно было конечно позвонить Алине, но у неё ранее утро, и мальчишки могут ещё спать, так что, принимаю душ и иду спать.

Нет, ну я когда-нибудь высплюсь или нет?
Всё началось с того, что в четыре часа меня разбудил звонок, а поскольку смартфон остался в сумочке, пришлось вставать с постели и топать до прихожей.
Понятное дело, пока дошла, звонок сбросили.
Сказать что я в этот момент была готова кого-то убить, значит ничего не сказать.

Достаю смартфон из сумочки и смотрю на потухший дисплей.
Хмурюсь, на дисплее лишь надпись:
"Звонок от неизвестного абонента."

"Вот и кто пиликает в такую рань?" — возмутилась я, — "И почему номер не определяется? "

Можно было конечно ещё повозмущаться, но хотелось спать, а не думать о всякой охинее.

Топаю обратно в спальню. Укладываюсь в постель, и прежде чем закрыть глаза, отключаю у смартфона звук, как-то вставать повторно, желания не было.

Нет, ну это издевательство?!
Не успела я заснуть, как постель начала тихо вибрировать.
— Да что же это такое? — возмутилась я, протягивая руку к смартфону и не открывая глаз, принимаю звонок. — Да!

— Чёрт! Ир! Я совсем забыл спросить твой адрес.

— Мирослав? — удивилась я, — Ты какого чёрта так рано звонишь? — возмутилась я.

— Ир, адрес, и спи пока я не приеду!

— Какой же ты, чёрт побери, добрый. Вот как узнал мой адрес во Франции, так же найдёшь и в Нью-Йорке.

— Ира, чёрт тебя подери…

— И вообще, Соловьёв, сними номер в отеле, ты богат, вполне можешь себе это позволить. — заявила я, и тут же сбросила вызов.

Посмотрела на экран, полшестого.
Замечательно.

" Так, спать мне явно не дадут сегодня. Да и Мирослав всё равно рано или поздно найдёт где я живу, так лучше я сама напишу. А то будет напоминать про то, что мы счастливая, молодая семья, которая не может жить друг без друга. "

Провожу пальцем по экрану, нахожу в контактах Мирослава и тут же пишу сообщение:
" Ладно, не обижайся." — тут же пишу свои адрес и интересуюсь. — "А ты где? "

Через пару мгновений приходит ответ:
" В Нью-Йорке, минут через двадцать буду у тебя."

" Ты чего? Я даже ещё не проснулась, а ты уже от меня что-то хочешь. "

" Да не хочу я от тебя ничего. Только впусти в квартиру через двадцать минут и спи сколько тебе хочется."

" Поспишь тут с тобой. Ладно не засоряй эфир. Я в душ. "

" Можешь не спешить, я готов быть твоим полотенцем. Вытру каждую каплю своими губами на твоём теле."

" Да иди ты." — отправила последнее сообщение, бросила смартфон на подушку и отправилась в ванную комнату, душ принять надо, чтобы окончательно проснуться и чем быстрее, тем лучше.

Мирослав заявился ко мне тогда, когда я вышла из ванной комнаты в халате, благо волосы высушить успела.

— О. Да ты как я погляжу, почти готова к моей встрече.

— Размечтался. Справа ванная комнате. Слева запасная спальня. А прямо кухня. Будь как дома. — сообщила я, направляясь в свою спальну.

Ну что за мужчина? Он не дал мне сделать и пару шагов, перехватил за талию и прижал спиной к своей груди. Зарылся носом в мои волосы и с хрипотцой в голосе сказал:
— Боже, Ира, как же от тебя вкусно пахнет.

Закрываю глаза, лишь на мгновение позволяя себе расслабиться. Но только на мгновение. Широко открываю глаза, когда его рука нагло легла мне на грудь.

— Ириша, — его тяжелое, прерывистое дыхание мне в ухо. — Боже, что ты делаешь со мной?

— Ничего я с тобой не делаю, сам в меня вцепился.

— Малыш, ну как я могу к тебе руки не тянуть, если я без тебя сума схожу.

— Это всего лишь похоть, Соловьёв, не более того.

— Ты же говорила что мы с тобой попробуем создать семью, — заметил он.

— Я говорила что подумаю.

— Ну как, подумала?

— Ещё думаю, так что, убери руки.

— Какая же ты холодная. Настоящая Снежная королева. — сказал он, целуя меня в макушку и отпуская.

 — Смотри не замёрзни, — ухмыльнулась я.

— Ну что ты, дорогая, скорее ты растаешь нежели я замёрзну.

— Да ну тебя! — возмутилась я, и убрав его руки от себя, направилась в свою спальню, только этот… мой супруг, даже не подумал отстать и завалился со своим чемоданом ко мне.

— Какие у тебя планы на сегодня? — спросил он.

— Выйди из комнаты, мне надо одеться, — возмутилась я.

— Я вроде тебя уже видел голой.

— Я тебя тоже видела, и что с этого. Я…

— Ой, да ладно, все модельки…

— Скажешь то о чём подумал, убью, и суд оправдает, — возмутилась я, скидывая с себя халат.

— Футы-нуты, Ир и чего ты скромничала если уже успела надеть на себя нижние бельё?

— Оно кружевное! — заявила я, заглядывая в гардероб, чтобы что-нибудь натянуть на себя.

— Ну, то что оно кружевное, я и так вижу, — хриплый голос за спиной.

— Отвернись! — командую я.

— Ир…

— Так, всё, мир, дружба, колбаса. Ты меня отвлекаешь. Надо приготовить завтрак, смотаться в магазин, кстати где Нюша?

— Нюша?

— Блин, собака где?

— У моего пресс-секретаря.

— Здорово. Ты и наших детей будешь подкидывать посторонним людям?

— Ир?

— Не Иркой! У тебя час чтобы принять душ, перекусить и свалить за собакой. Вернёшься без неё, не пушу обратно. — заявила я и всё же выудила из гардероба мягкие домашние брючки, белого цвета и белую футболку с надписью на английском: "вся жизнь — игра".