(не) настоящий пират для поддельной рабыни

Глава 1

Я смотрела на свой первый рассвет на море. На небе ни облачка, розово-желтые лучи солнца играли на почти ровной водной глади. Мерное покачивание небольшого корабля умиротворяло. Если бы не клубы вонючего черного дыма, и не крики людей, то это было бы даже чудесно.

Чтобы никого не видеть, повернула голову, не обращая внимания на то, как железный ошейник впился в кожу. Проведя в темноте несколько дней, я никак не могла привыкнуть к свету, слезы застилали глаза, но смахнуть их не могла. Часто моргала, стараясь не упустить ни единого мига.

Вот бы так же просто было закрыться чтобы не слышать брань моряков и тихие стоны рабов. Это все раздражало, но сил на эмоции совершенно не осталось, сказывались голод и усталость.

Рядом прогремел зычный голос, отдавая приказ:

— Магов в трюм, с остальных снять цепи, самих за борт!

Кто-то дернулся, громко звякнув цепями, кто-то заревел.

Другой, не менее громкий голос удивленно спросил:

— Всех? И девок тоже?

— Можете развлечься, — дал дозволение первый. — Потом за борт. Жрать самим нечего, не подохнуть бы с голоду… — пробурчал он, проходя мимо меня.

Дернула головой, чтобы не пропустить природное чудо. Бородатого крупного дядьку привлек звон моей цепи. Только краем глаза заметила, как он остановился, внимательно меня осмотрев.

Я же продолжала наблюдать, теперь уже за своим последним рассветом. Не смотря на осознание близкой смерти, на моем лице появилась улыбка. В голове мелькнула мысль о том, кто меня раздражал, кажется, уже в прошлой жизни: «Ну что, профессор Негощь, какие сейчас у меня шансы?»

Леди Кайез, Маркиза Вьюрок, родилась и выросла в родовом поместье. Усадьба герцога Вьюрока больше напоминала дворец.

Знатный род сильнейших магов. Плодородные земли и богатые леса. Лучшие наставники. Дорогие украшения. Роскошные платья. Во всем этом великолепии только профессор Негощь, больше напоминавший кривую палку, портил жизнь своими нравоучениями:

— Леди Кайез, при вашей красоте, вам совершенно не нужны точные науки. Займитесь женскими делами. Выйдете замуж, супруг решит, что нужнее. Используйте правильно свой шанс хорошо устроиться в жизни.

От нахлынувших воспоминаний по спине пробежали мурашки. Передернула плечами, прогоняя их, при этом громко звякнув цепями.

— Эта, — раздалось совсем близко ко мне.

Кто-то грубо взял меня за подбородок и повернул голову, но я продолжала наблюдать за почти оторвавшимся от водной глади солнечным диском.

— На меня смотреть! — приказал мужской голос, и сильная ладонь дернула голову из стороны в сторону.

Нехотя перевела взгляд на говорившего. С вызовом посмотрела ему в темно-синие, почти черные глаза.

«Зачем звал, морда ты бородатая? От такой красоты оторвал.»

— И правда, не похожа… — задумчиво произнес он, разглядывая меня.

Два громких резких железных удара и крик боли одного из рабов вынудили меня посмотреть на происходящее.

Рабов стало значительно меньше, на палубе среди матросов осталось с десяток людей в грубых одеждах с цепями на щиколотках и запястьях. Наверное, уже увели «нужных» — тех, что принесут деньги на невольничьих рынках. Остались такие, как я — те, кто не обладает магией, мы сомнительная ценность, даже цепи стоят дороже, чем можно выручить за нас.

Еще два гулких удара, моряк пнул тяжелым сапогом цепь в сторону, а перед ним двое уже ставили на колени нового раба. Еще двое схватили за плечи «освобожденного» и поволокли его к борту, оставляя за собой грязные разводы.

Я понимала, что сейчас произойдет, но была не в силах закричать, зарыдать или попытаться вырваться, как это делали другие. Я даже не могла отвернуться. Обессилевшего раба перекинули головой через борт, пираты наклонились к его ногам, чтобы вытолкнуть окончательно. Перед глазами все расплылось, понимание своей участи и приближение конца вызвали дрожь во всем теле. Зубы застучали от страха. Я не увидела, чем все закончилось. Меня резко дернули в сторону, так, что я потеряла равновесие и упала на того, кто меня до этого держал за подбородок. Звон моих цепей, железные удары, крики и всплеск воды, смешались в один ужасающий звук.

— Боцман! — раздалось над головой.

Я отказывалась принимать происходящее. Больше всего я хотела, чтобы этот рассвет никогда не наступал, или хотя бы, чтобы пираты не захватили торговый корабль, на котором нас перевозили. Но сильнее всего я мечтала о том, чтобы никогда не было того дня, когда в наш дом приехал Магистр, советник Короля, и сообщил отцу, что его старшая дочь «пуста».

Большая мозолистая ладонь легла мне на лицо, плотно прижимая голову и закрывая глаза. Тело словно закутали в плотный кокон, не давая пошевелиться. Чужая магия обволакивала от плеч до талии, не давая дернуться. Тяжелый удар отозвался вибрацией по всему позвоночнику и гулом в ушах. Сквозь этот шум почти не различала остальные звуки на палубе и то, как упал ошейник.

Яркий свет солнца вновь резанул по глазам, когда с них исчезла ладонь. Не успела прерывисто вздохнуть, увидев на грязной палубе раскуроченную железку, как мою руку вытянули вперед. Пытаясь унять крупную дрожь, сжала пальцы в кулак. Голову прижали к мужскому плечу, а руку на перилах жестко держала мозолистая ладонь.

— Тихо, расслабь, — услышала я, сквозь стук в висках. — Не смотри, — продолжал незнакомый мужской голос. — Я за тебя посмотрю.

Визуализация героев

Такими герои встретились:

Леди Кайез, Маркиза Вьюрок

Неизвестные пираты, обратившие внимание на Кайез

Глава 2

Я лежала в гамаке в каюте капитана. Он сам меня сюда принес, когда я, окончательно обессилев, свалилась на палубу, после того как с меня сняли все кандалы.

Теперь надо мной хлопотал очередной бородатый дядька. Только в отличие от огромного боцмана и высокого широкоплечего капитана, этот был невысоким и худым. Самым выдающимся в его внешности был большой нос с горбинкой, на котором сидело пенсне в круглой тонкой оправе.

Голова кружилась, запахи лекарств вызывали тошноту. В ушах все еще стояли крики рабов и звон железа. Усиливалось это все радостными возгласами попугая, скачущего по жердочке. Эта пернатая тварюшка не затыкаясь орала о женщинах фривольного поведения в портах.

Наконец, капитан, сидевший за большим столом, что занимал почти все пространство в каюте, не выдержал и выставил попугая за дверь. В процессе выставления, птица возмутилась, что ему не дают посмотреть и лишают его прав. В комнате сразу стало тихо, насколько это возможно на корабле.

Тихо выдохнула от облегчения. Но мужчина в пенсне, что-то сунул мне под нос. Новый резкий запах, комната завертелась, а потом наступила темнота.

Во рту сухо и горько, облизала слипшиеся губы сухим языком. Тело тяжелое, но почти не ощущалось боли. Только голод и легкий дискомфорт на запястьях, шее и щиколотках. А еще ожог на плече. Я впервые лежала на нем с того момента, как мне поставили клеймо. Меня странно укачивало, но было мягко и тепло. В трюме торгового галеона было холодно, сыро и бегали крысы, ужасно воняло потом и другими нечистотами. Медленно пришло понимание произошедшего.

В темноте трюма, почти не шевелясь сидели рабы, а с верхних палуб доносились звуки боя… Тягучая тишина. Пираты захватили судно… Нас перевели на их бриг. Именно так, они называли свой корабль… Рассвет… И взрывы на удаляющемся галеоне…

— … Не понимаю я… — говорил мужской грубый голос.

— Чего ты не понимаешь? Может быть они изменили маршруты, — спокойно произнес капитан.

— Так изменили, что вместо провизии и золота, на галеоне, кучка второсортных рабов?! — выкрикнул первый говоривший.

— Не дергайся, — усмехнувшись сказал капитан. — Нас уже давно подслушивают.

Открыв глаза, встретилась взглядом с капитаном.

— Я не хотела, — произнесла чуть слышно.

В маленькой каюте было светло, солнце попадало прямо в окна. Попыталась вспомнить, как они называются на корабле. Я лежала на кровати, укрытая одеялом. При этом рассматривала силуэт крупного мужчины, окруженного ярким светом. В этом образе сразу признала того бородатого здоровяка, что заметил меня среди других рабов и позвал капитана.

Капитан же сидел за столом, заваленным картами и другими бумагами. Молча приподнял кружку, показал ее мне и снова поставил на стол. Вновь облизала сухие губы, в надежде получить воду.

— Хочешь пить, подойди и возьми, — бросил капитан.

Стыд, скромность и гордость — качества присущие леди, и совсем непозволительная роскошь для рабыни.

Откинула в сторону одеяло, садясь на кровати и пытаясь понять, где качает меня, а где корабль. Грубая одежда, выданная мне взамен простого платья, сменилась тонкой мужской сорочкой с длинными рукавами. Шатаясь, поднялась с места, подтягивая рукава, освобождая кисти рук. Заметила на запястьях плотные желтовато-зеленые бинты. Такие же были на щиколотках.

Схватила со стола кружку и, не глядя, припала к ней губами. Воды в ней оказалось на самом донышке, буквально два глотка.

Разозлившись, поставила кружку на стол и вновь с вызовом посмотрела на капитана. Самое последнее дело — хамить, но мне уже нечего терять:

— Я думала у вас другие развлечения. Примерно там, о чем орал ваш попугай.

— И эти тоже будут, — осмотрев меня с ног до головы ответил капитан. — Как ты попала в рабство?

— Вам как-то эта информация поможет в мужском деле?

Мужчина у окна хохотнул в кулак.

— Мне эта информация поможет понять как долго я, — он выделил последнее слово. — Буду развлекаться с тобой сам, а когда отдам тебя команде.

Пожала плечами. Конец был неизбежен, осталось потерпеть совсем немного.

— За долги.

— Чьи?

— А не много ли вы хотите за глоток воды?

Капитан взял графин и медленно наполнил кружку на половину.

— Я буду отпивать за каждый уточняющий вопрос. Остальное получишь после рассказа, — сказал он, глядя на меня.

Громко сглотнула, наблюдая за тем, как его пальцы обхватывают бока кружки.

— Отца, точнее отчима, — ответила коротко я.

Капитан усмехнулся в бороду и приподнял кружку.

— Нет, нет, нет, — выставила вперед руки. — Я все расскажу, но это очень длинная история.

— Слушаю.

Кружка глухо опустилась на стол.

Попугай (не последняя личность на корабле)

Глава 3

Я с вожделением смотрела на сосуд, зажатый в большой мужской ладони. Была бы я магом воды, просто притянула бы нужное количество воды и не мучилась бы сейчас. Что им рассказать? Сказать, что я была маркизой? А как мне это поможет? Выкупать меня все равно никто не будет.

Капитан покачал кружкой. Вода тихо плеснулась. Этот звук породил новые воспоминания. Медленно отвела взгляд от кружки на лицо капитана. И вместо рассказа тихо спросила:

— А вы уже оторвались от фрегата Скуала?

— Скуала? — капитан не скрыл скепсиса в голосе. — Скуал сам в море?

Хохот капитана наполнил каюту, ему вторил другой, более громкий.

Я кивнула, не сводя глаз с капитана. Поняла, что мне не верят. Решила продолжить:

— Галеон был приманкой. Рабы — маяки, метки. Скуал знал, что у вас закончилась провизия и вы выбросите лишних за борт.

— Откуда тебе это известно? — все еще недоверчиво спросил капитан.

— Скуал сам мне об этом рассказал. Еще маги отравлены, они будут умирать медленно и все в разное время…

— Сам сказал? — перебил меня капитан. — Взял и рассказал рабыне свой план?!

Он поднялся с места и с силой поставил кружку на стол расплескав ее содержимое. Посмотрела на растекающеюся по столу лужицу.

— Запас воды на галеоне должны были отравить, при вашем появлении… — продолжила я.

— Я еще раз спрашиваю откуда тебе это известно?! — уже проорал капитан.

— А я еще раз отвечаю! — так же заорала я, глядя ему в глаза. — Скуал рассказал! Когда рассказывал, формально я еще не была рабыней, он клеймил меня позже!

— Что ты несешь? — не выдержал второй. — Портовой девке план захвата… Скажи еще, что ты так очаровала его в постели, что Скуал поплыл.

— Постели не было, он взял меня прямо в камере для клеймения рабов. Сказал, что хочет опробовать разок то, что берег столько лет. Все?!

В каюте повисла давящая тишина. Я понимала, что мне не верят. Слезы душили, но я сдерживалась, сейчас мне нужно было уговорить пиратов сбежать как можно дальше. Ведь я не хотела попасться Скуалу, гораздо сильнее, чем эти бородатые мужланы.

— Я была его невестой… — привела последний аргумент.

Тот, что стоял у окна усмехнулся, повернулся к капитану и сказал:

— Не верю я ей. Слишком простая речь, не сдержана…

Я сделала глубокий книксен. И распрямляясь заговорила с другой интонаций, той, что уже много месяцев не звучала в моем голосе:

— Ох, простите сударь. Я нисколько не хотела оскорбить вас своей простой речью и отсутствием манер. К моему великому сожалению, я уже не могу воспользоваться родовым именем, чтобы вы предъявили свои претензии старшему рода. Моя несдержанность действительно не позволительна. Даже данная ситуация не должна сказываться на манерах леди, хоть и бывшей…

— Так почему не состоялась свадьба? — перебил меня капитан.

— Помолвку расторгли, как только стало известно, что я не унаследовала родовую магию. Отец и Скуал перезаключили договор и невестой Скуала стала моя младшая сестра. Как хозяйка дома, а я заняла место ее помощницы.

— Отец или отчим? — усмехнулся капитан.

— Отчим. Я не так давно узнала о том, что он мне не родной. Еще как-то не привыкла. Прошу прощения, что невольно ввожу вас в заблуждение.

— Что скажешь? — капитан посмотрел через плечо.

— Не знаю. Проверить стоит. Береженого…

— Пей, — капитан пододвинул мне кружку.

Я шагнула к столу и схватив ее тут же начала жадно пить.

— Не боишься, что это вода с галеона? — с усмешкой спросил второй.

Опустошив емкость, облизала губы и отрицательно покачала головой.

— Мне все равно…

Тем временем капитан поднялся из-за стола и, подойдя к большому сундуку у стены, начал выкидывать из него все содержимое на пол.

— Иди в трюм и проверь магов, я скоро приду, — приказал капитан второму мужчине, продолжая безжалостно бросать на деревянный пол книги.

Я аккуратно поставила кружку на стол, не понимая, что мне сейчас делать. Обернулась к капитану, чтобы спросить его о своей судьбе, как он быстро поднял меня на руки.

— Что вы делаете!? — вскрикнула я, понимая, что меня опускают в сундук.

Попыталась выбраться, но капитан схватил меня за запястья, и вмиг мои руки оказались связаны воздушными путами.

— Вы м-м-м… — я не успела спросить, про его магию.

Рот заткнули воздушным кляпом. Миг и ноги тоже плотно связаны.

Выгнулась, пытаясь подняться, продолжая мычать.

Капитан положил свою большую ладонь мне на голову, придавливая обратно. Рука исчезла, но воздушный след остался, не давая мне подняться.

Сундук с грохотом закрылся, погружая меня в темноту. Путы тут же исчезли. Глубоко вдохнула и заколотила кулаками по крышке.

— Выпустите меня!

— Не ори! — донеслось глухое. — Береги воздух.

Глава 4

Я не понимала сколько уже сидела в этом сундуке. Тело затекло от неудобной позы. Выпрямиться или перелечь не получалось, только немного повернуться. А еще раздражали рукава рубашки. Они были почти вдвое длиннее, чем нужно и все время куда-то попадали, не давая пошевелить руками. Несколько раз закатывала их на ощупь, но ткань была слишком скользкой и от моих попыток перелечь, снова распускалась.

Вначале мне было дико страшно. Я всегда боялась темноты и замкнутых пространств. Паника обуяла меня моментально, сердце заколотилось так сильно, что я слышала как оно бьется в ушах. Начала часто дышать ртом, но тут же зажала его ладонями. Сама себе приказала успокоиться, глубоко вдыхая носом. Мне сейчас нельзя было паниковать. Только здравый рассудок.

Время шло, и я даже свыклась со своим заключением. Не оставит же капитан меня здесь навсегда. Расслабившись и успокоившись, даже умудрилась вздремнуть. Проснулась оттого, что онемела нога. Шипя сквозь зубы, растерла ее. С той стороны раздались тяжелые шаги и мужской разговор:

— … Тебе нужно найти какую-нибудь знатную магичку и жениться, — громко шептал первый.

— А что мне мешает хорошо проводить время до того, как я женюсь? — в голосе капитана прозвучала усмешка.

— То, что бастард может поставить под угрозу весь многолетний план! — выкрикнул первый и резко замолчал. — А где девка? — удивленно спросил он.

По сундуку постучали, внутри этот звук был слишком громким, но я ответила:

— Все нормально, вы продолжайте. Я тут побуду.

Вместо этого крышка сундука поднялась.

— Вылазь, — приказал капитан, отходя в сторону. — Старпом, прикажи подать ужин, на нее тоже. Курс прежний.

Бородатый здоровяк, оказавшийся старпомом, вышел, оставив нас с капитаном в каюте одних.

— Что? Помилование? — пробурчала я, выбираясь из заточения.

— Временное, — ответил капитан, отвернувшись к умывальнику на стене. — Ты так и не рассказала кто ты такая.

— Это что-то изменит? — скептически спросила я.

— Возможно… — протянул капитан, вытирая лицо. — Люблю длинные истории.

— Я даже не знаю с чего начать…

Невольно начала качать ступней. Это совершенно детская привычка, вернувшаяся внезапно. Я так делала, когда мама выговаривала мне за поведение, не соответствующее юной маркизе. Мама-а, протянула я мысленно. Глубоко вздохнула, погружаясь в воспоминания.

— Наверное, все началось, когда мама и младший братик умерли от какой-то болезни. Нас с сестрой даже близко к их покоям не подпускали. А похороны были тайными, — рассказывать было тяжело, я говорила тихо, не поднимая глаз на капитана. — Казалось, что отец стойко перенес утрату, только стал немного грубее. Но вскоре начали пропадать драгоценности. Стол становился скуднее. Увольнялись слуги… — я вновь прерывисто вздохнула. — Потом приехал маг. Я оказалась пустой и меня назначили младшей в роду. Перезаключили помолвку со Скуалом… Денег в доме становилось все меньше. Украшения закончились. Последними были мамины серьги, которые носила я. Отец их забрал, сказав, что мой статус не позволяет их носить и что они отойдут Кайене… А через несколько недель, сообщил, что нас двоих он больше не может содержать. Если Кайена еще принесет ему деньги, выгодным замужеством, то я пустое место и лишний рот в доме… — слова отца, произнесенные мной, больно резанули по сердцу, почувствовала, как глаза наполнились слезами, а голос дрогнул, но продолжила рассказ. — На следующий день меня забрали на невольничий рынок… Потом несколько раз перепродавали, и я оказалась на побережье. Там встретила Мортиса. Мы не виделись несколько лет, но он узнал меня сразу. Когда он меня выкупил, я была рада тому, что буду ему служить. Но это оказалось не так. Он отвел меня в тюрьму… Там нашлось какое-то дело, что я уличная воровка. В этот же вечер меня клеймили. А Мортис… Капитан Скуал сказал, что если меня просто так убить, чтобы я не мешалась никому, то будут вопросы. А если я пропаду вместе с другими рабами, то никто и не заметит…

Я подняла взгляд на капитана, замершего у умывальника. Жар к щекам хлынул только от того, что я хотела спросить. Снова опустила глаза. Начала теребить край манжета. Набравшись смелости, зажмурилась и быстро произнесла:

— Капитан, а у вас большой опыт?

— В чем? — растерянно спросил он.

— Ну… в развлечениях…

— Зачем тебе это? — все так же стоя у стены спросил он. Что-то изменилось в его голосе, но я не понимала, что именно.

— Ну, мне собственно ваш опыт не нужен. Просто стало интересно, а это всегда больно?

— А ты разве не обсуждала это с кем-то из женщин?

Отрицательно покачала головой, но все же решила быть откровенной до конца.

— Гувернантка говорила, что надо лечь и не шевелиться, тогда все быстро закончится.

Капитан громко усмехнулся, но я продолжила.

— Мама плакала, когда отец выходил из ее покоев и не пускала нас к себе. А горничная Онки, говорила, что нет ничего прекраснее…

Вздрогнула от того, как оказывается близко стоял капитан. Он поднял руки и медленно положил их мне на талию, приближаясь еще сильнее. Одна рука скользнула мне по спине, другая к подбородку. Уперевшись в него костяшкой, капитан заставил поднять голову и посмотреть на него. Заправил прядь волос за ухо, внимательно его рассматривая.

— Отчим? — спросил он, слегка помяв мочку между пальцев.

На ухе остался след от грубо выдернутой серьги, вторую после этого я сняла сама… Несколько раз кивнула, прикрыв глаза, закусывая губы.

Капитан скользнул тыльной стороной ладони от моего виска к подбородку.

— Значит старпом и я не ошиблись, ты из благородных, — тихо произнес он. — А теперь ты беглая рабыня, — усмехнулся он в бороду.

— Смертная казнь? — спросила я одними губами, а по спине пробежал холод.

Капитан прикрыл глаза.

— Если поймают, — с усмешкой ответил он. — Сейчас ты или с нами, или на сушу, но ненадолго.

— Как с вами? — удивилась я. — Я же ничего не понимаю в кораблях.

Глава 5

Проснувшись, долго лежала не шевелясь, и осматривала каюту. Вчера было как-то не до того, а после ужина меня разморило так сильно, что с трудом вспомнила, как оказалась в кровати.

В каюте царил полумрак, рассветные лучи почти не попадали в большие окна на одной единственной стене. Вновь попыталась вспомнить как они называются. Поморщилась.

Кровать стояла в левом углу от окон, под ними узкая полочка или подставка с непонятным мне назначением, предположила, что там дополнительные места для сидения. В противоположном углу тумба повыше, на ней таз, над ним умывальник, прикрепленный к стене. Вдоль стены несколько больших сундуков, в одном из которых я вчера побывала. В углу высокий шкаф. По диагонали, слабо покачиваясь, висел гамак, прикрепленный к потолку. Рядом со входом в каюту высокая толстая жердь для попугая. Все остальное пространство занимал стол, за которым сейчас, сидя спал капитан, положив голову на сложенные перед собой руки. Куртка спала с его плеч и лежала между спинкой стула и спиной, почти полностью свалившись на пол.

Задумалась о том сколько лет капитану. Темные иссиня-черные волосы с яркими синими прядями и почти черная борода без седины, но он маг воды, и похоже, что очень сильный, а они стареют медленно.

Издалека доносился шум волн, бьющихся о борт корабля. Тихо поскрипывали железные фонари, пахло морем, воском и травами. Возможно, травами пахло и от меня самой. Подняла руку, принюхалась к бинту на запястье, схожий запах.

Поняла, что надоело лежать, да и другие желания проснулись. Я впервые выспалась за долгое время и теперь не представляла, чем себя занять. Тихо поднялась и подошла к окнам. За ними простиралось бескрайнее спокойное море. Однообразный, хоть и красивый вид быстро наскучил, да и плеск воды все больше напоминал о требованиях организма. Обернулась к капитану. Аккуратно подняла его куртку и положила на широкие плечи. Заметила, что чернильница стоит рядом с его рукой и начала ее отодвигать. Большая ладонь тут же схватила меня за запястье, я вздрогнула от неожиданности.

— Что ты собралась делать? — совсем не сонно спросил капитан, выпрямляясь и закрывая книгу, на которой лежал.

— Отодвинуть чернильницу, она стояла слишком близко. Но раз уж вы проснулись, скажите, пожалуйста, где можно уединиться.

— Нигде, — приводя стол, по его мнению, в порядок, буркнул капитан.

— Но мне очень надо.

Капитан внимательно осмотрел меня, уделив внимание скрещенным ногам.

— Под иллюминаторами крышка, открыла, сделала дела, закрыла. — продолжая раскладывать приборы и книги, проговорил капитан. — В шторм советую терпеть.

— Где? — пискнула я.

— Под окном, — со вздохом пояснил он.

Указанное место находилось чуть левее капитана, ближе к умывальнику.

— Прямо при вас? — уже притоптывая спросила я. — А вы не могли бы выйти?

— А вот это наглость. В твоем случае я однозначно не оставлю тебя одну в каюте.

— Но я не могу при вас.

— Можешь сходить в общий гальюн.

— В общий? А это где?

— Палубой ниже.

Сглотнула, внимательно наблюдая за капитаном, что даже не смотрел в мою сторону, и пыталась понять шутит он или серьезно.

— Благодарю, я лучше тут.

Под крышкой, оказалась круглая дыра, а там несколько метров до воды и бескрайнее море.

Зажмурившись села. Краснея, смотрела в спину капитана и никак не могла уговорить себя сделать дела.

В каюту без стука вошел старпом, тут же с его плеча слетел попугай, устраиваясь на своем месте и заорал свою фразочку. Заливаясь краской еще сильнее, натянула край рубахи, насколько могла. Капитан поднялся и словно невзначай обронил мне на колени свою куртку. Подхватив ее, спрятала ноги. Я бы вообще вся спряталась, но все же это только короткая куртка.

Посмотрела на спину капитана, что замер передо мной, а он строго заговорил:

— Ты что-то хотел?

— Питца принес, — растерянно ответил старпом.

— Ты хотел найти на стоянке учителя этикета, можешь не утруждаться по этому поводу. Но с сегодняшнего дня учишь этикет тоже. Начнем с того, что в каюту капитана заходить после разрешения.

Я замерла, продолжая буравить спину капитана. Его голос звучал, словно сталь. Так же холодно и четко. А вчера мне показалось, что капитан и старпом друг другу доверяют больше остальных.

— А где девка? — спросил старпом, никак не отреагировав на слова капитана. — Опять в сундуке запер? — с усмешкой добавил он.

Попугай, притихший во время речи капитана, снова оживился:

— Питц хороший, умный…

А потом вспомнил про женщин и порт.

— Питц, тихо! — приказал капитан. — Пусть несут еду, потом поговорим.